Читать онлайн Кентерберийская сказочка, автора - Блум Уильям, Раздел - ГЛАВА 5 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Кентерберийская сказочка - Блум Уильям бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 10 (Голосов: 5)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Кентерберийская сказочка - Блум Уильям - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Кентерберийская сказочка - Блум Уильям - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Блум Уильям

Кентерберийская сказочка

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

ГЛАВА 5

В хорошие дни обязательно происходит что-то хорошее. Во всяком случае, должно. А вдруг не произойдет? Наступила суббота, тот самый день. Мне восемнадцать лет. Мальчик, сынок, малыш, в ночь с пятницы на субботу я почти не сомкнул глаз.
– Келвин. Выйди, посмотри, что на улице. Родители с сияющими лицами стояли на тротуаре. Я посмотрел вдоль улицы. Возле дома через один от нас стоял грузовой фургон. Это переезжают они… переезжает он! Я вздохнул, потом вздохнул уже по другому поводу. Откуда родителям известно, что переезд Холландов меня так обрадует?
– Нравится, сынок?
Нравится? Что? Это замечательно, но мне что с того? Неуклюжему толстяку?
– Он даже не может слов найти от счастья. Они все знают? Но откуда?
– И цвет – лучше не придумаешь, правда?
Цвет? С ума они, что ли, соскочили? Ну, розовенький, дальше что? Может, мне все это снится? Бред какой-то.
– Ну, скажи что-нибудь.
Я взглянул на родителей, их глаза метнулись от меня на дорогу, потом снова на меня. Я перевел взгляд на дорогу. Вот оно что! За деревьями я не увидел леса. Перед домом стояла голубая легковушка, мини. Подарок на день рождения! В крыше небольшое выдвижное отверстие, и из него торчит телескоп – большой, белый, свеженький, нацеленный в небо. Машина! Читай «свобода»! Какое подспорье тому, кто ищет вожделения и власти! Колесить по этому благонравному городишку. Ездить в эту благонравную школу. Возить в нее Тристрама. И телескоп – смотришь вверх. Смотришь вниз. В чужие сады. В чужие комнаты. В спальни. В грузовые фургоны. Здорово! Как здорово! Лицо мое расплылось в улыбке, даже ноги задрожали. Родители взволнованно вглядываются в меня, наши глаза встречаются, и я вижу их радостные улыбки.
– Вы такие добрые.
– Ты нас не подведешь, сынок, мы знаем.
Отец вытянул руку из-за спины – он держал номерные знаки.
– Я буду тебя учить – в выходные, по вечерам. Садись в машину.
Он протянул мне ключи, я отпер дверцу и залез внутрь. Вот оно, пьянящее чувство собственника! Я нажал ногой сцепление, стиснул руль. Рука потянулась к переключателю передач, я взглянул в зеркальце. В нем виднелся край тротуара, ноги мамы… Эдипова комплекса у меня нет, к маминой юбке не привязан, могу ехать куда угодно. Я чуть повернул зеркальце, чтобы видеть дорогу… фургон, а возле него – Тристрам в джинсах и футболке. Раньше я видел его только в форме или в спортивной одежде на поле. Сейчас он выглядел старше, чем в школе. Отец через крышу положил мне руку на плечо. Я смотрю на Тристрама – и ко мне прикасается чья-то рука.
– Прокатимся вокруг квартала?
Шеренга тутовых деревьев. Поворот направо, еще раз направо – круг по кварталу. Из фургона грузчики выносят стулья. Современные, полукруглые. Тристрама и остальных Холландов не видно, ушли в дом. Ничего, теперь есть телескоп, от меня не скроешься.
А машинка что надо… я предавался фантазиям, а отец сидел за рулем, мы объехали квартал дважды.
– На первый раз хватит, верно? Займемся телескопом.
Мы подняли его на крышу, и я принялся изучать инструкцию: как вести наблюдение и все такое, но отец велел мне не беспокоиться и не спеша собрал телескоп сам. Огромный! Длинный, белый, на трех алюминиевых ножках. Я посмотрел через него на небо. Глаз уперся в облако.
– Не смотри на солнце. Ослепнешь.
Про это я уже знал и круто повернул телескоп в сторону дороги, к дому Дженни, который отстоял от нашего на пятьдесят ярдов. Виден даже раствор между кирпичной кладкой, если хочешь, считай трещины. А вот и окно в ванную… видна каждая щетинка на зубной щетке… кружка и зубная щетка заполнили весь окуляр телескопа. Я подрегулировал линзы. Изображение укрупнилось, но стало более расплывчатым. А человеческое тело можно расчленить на части, по шесть дюймов. Рука, грудь, коленка – все само по себе, как отрубленное. Только четко настроить линзы…
– На что ты смотришь?
– На зубную щетку.
День рождения мы отпраздновали в старом баре-ресторане, и я едва не умер от скуки – спасибо, за соседним столом сидела девушка. Не сказать, что хорошенькая, но молодая, с густой копной блестящих волос. Изредка она поглядывала на меня, и ей было ясно: меня вывели в свет мамочка и папочка – чтобы вывести их сам, я еще недостаточно взрослый. Впрочем, она тоже обедала с родителями, и чем она, спрашивается, в таком случае лучше меня? Я даже хотел ей улыбнуться как товарищу по несчастью, но воздержался – в ответ на мою улыбку она бы только фыркнула.
Дома отец задремал в гостиной, а мама поцеловала меня в щеку.
– Может, сходишь к Холландам, узнаешь, не нужно ли чем-нибудь помочь?
– У меня уроков полно.
– Сегодня твой день рождения. Можно и передохнуть.
Я вышел из дому и неспешно побрел по улице. Будто бы просто иду мимо, вижу, что люди переезжают, облокачиваюсь на их калитку, улыбаюсь приятной улыбкой.
Я остановился у калитки, улыбка наготове. На горизонте – никого. Я все равно улыбнулся, для пробы. Постоял минуту-другую. А что, если просто открыть калитку, пройти по дорожке, постучать в дверь и улыбнуться, когда в проеме появится вопрошающее лицо? Неудобно как-то. Удобно или нет – давай, друг, топай по дорожке. Я снова напялил улыбку. Кажется, не очень-то получилось. Я скорчил гримасу, и в эту секунду открылась дверь.
– Мы тебя заметили из окна. Ты к нам?
Так. Покраснел до корней волос. Хоть сквозь землю проваливайся. Значит, я стою тут в тоске, мнусь, а они за мной наблюдают.
– Да, – каркнул я и попытался открыть калитку. Mиссис Холланд стояла в дверях и смотрела на меня, и Бог знает еще сколько Холландов подглядывали из-за занавесок – бедняга, не может справиться с калиткой, даже вспотел.
Калитка открылась. Но мне уже не до улыбки. Лучше бы домой.
– Помощь не требуется? – спросил я.
– Очень мило с твоей стороны, но мы как раз сделали перерыв, попить кофе.
Жестом хозяйка пригласила меня войти, я споткнулся о ступеньку и, чтобы не упасть, схватился за то, что подвернулось под руку. Миссис Холланд вскрикнула, потому что я цапнул ее за бедро, тут же в испуге отпустил руку и все-таки упал.
– Ой, извините ради Бога…
– На какой-то жуткий миг, Келвин, мне показалось…
– Правда, извините.
– Ничего страшного. Бывает.
– Извините.
– Пустяки.
– Что там такое, мама? – Это появился Тристрам.
– Дорогой, у тебя все знакомые нападают на матерей твоих приятелей?
Очень остроумно.
Он посмотрел на меня.
– Я споткнулся. Чуть на твою маму не упал, – объяснил я извиняющимся тоном.
– «Чуть»! – не удержалась она.
– Ерунда. С ней все так поступают.
– Тристрам! Как не стыдно!
– Извини. Это шутка.
– Тут все только и делают, что извиняются, – сердито заявила она ему, и он пожал плечами. Что-то мне в этой женщине не нравилось, как она выражается, вообще все.
Я подмигнул Тристраму, но он не отреагировал. Почему? Не хочет отвечать взаимностью? Встал с левой ноги? Не реагирует. Я покраснел в третий раз.
– А с Траншанами вы познакомились?
– С кем? – спросили они в один голос.
– С вашими соседями.
– С какой стороны?
– Ближе к нашему дому.
– У них там живет прыщавая толстуха, – заметил Тристрам.
– Это Вероника, – подтвердил я.
– Может, отведешь Тристрама с ними познакомиться?
– Мама!
– Их, скорее всего, нет дома.
Я хотел помочь грузчикам, которые тащили стол, но они решительно меня оттеснили. Миссис Холланд кинулась за ними в дом.
Я взглянул на Тристрама. Он тоже собирался исчезнуть. Надо как-то его задержать.
– Тебе здесь нравится? – спросил я.
– Нормально. От школы далековато, а автобуса нет.
– Всего двадцать минут, если знаешь дорогу.
– Все равно это долго, если дождь идет.
Только не надо нагло хвастаться, Эпплби. Как-нибудь поскромнее.
– С этим скоро все будет в порядке. Мне на день рождения машину подарили.
Хотя бы так.
– Ты умеешь водить? – Вот и вся его реакция.
– Пока нет. – У меня теперь своя машина! Своя, черт тебя дери! У меня! Слышишь, мальчик? У меня есть своя машина!
– А еще что-нибудь подарили? Гад какой!
– Телескоп. Настоящий.
– Везет людям! Машина и телескоп. Мне никогда таких подарков не делали.
Все-таки оценил.
– Мне тоже. – О, Господи. Понимай так: в твои годы не делали, мальчик мой. – Родители изменились в лучшую сторону.
– Когда? – Он улыбнулся, и я весь растаял от счастья.
– На мой восемнадцатый день рождения, – ответил я с улыбкой. Какие у него потрясающие белые зубы!
– В школе ты совсем другой, – сказал он, потом взглянул на меня так, будто ляпнул что-то лишнее.
– Какой же?
– Не знаю.
Ах, как приятно! Я просто млел от счастья.
Мы вышли в сад, и он показал на окно своей комнаты.
– Большая, выходит прямо в сад.
– Значит, будешь наблюдать, как Траншаны загорают.
– Она толстая и с прыщами.
– Там не все такие.
Мы подошли к забору, разделявшему два сада, и посмотрели на ту сторону. Прямо под нами собирала цветы миссис Траншан, ее русые волосы заметно поредели, кое-где даже просвечивал череп. На ней был коричневый халатик поверх синих спортивных штанов, подоткнутых в обрезанные у лодыжек сапоги. Мы несколько мгновений созерцали ее череп, потом я кашлянул. Она даже подпрыгнула.
– Ты забрел не в тот сад. А это еще кто такой?
– Тристрам Холланд. Он только что сюда переехал.
– Вот как? Один?
– С семьей.
– Понятно. Сколько тебе лет?
– Сегодня исполнилось восемнадцать.
– Я не тебя спрашиваю, балда. Его.
День рождения-то был у меня. В этот день этот вопрос всегда задавали именно мне. Черт.
– Четырнадцать.
– Понятно. Я тебе вряд ли понравлюсь, но с Дженнифер ты, может, и подружишься. Где она? Дженни!
Голос ее заполнил весь сад.
На пороге дома появилась маленькая фигурка.
– Иди сюда.
Она была в школьной форме: серое платье, белые носки, белая блузочка и полосатый галстук. Какие груди под этой блузочкой! Какие ножки между верхом ее белых носков и краем юбки! Какое личико! Какая походка!
– Это Тристрам Холланд. – Миссис Траншан показала на Тристрама, не вдаваясь в объяснения. – Ему четырнадцать лет, он теперь живет в соседнем доме. Можешь с ним поговорить.
И ушла, удалилась со своими цветами.
Дженни и Тристрам смотрели друг на друга через забор, ей было неловко из-за матери, ему из-за того, что неловко было ей, а может, и из-за того, что рядом стоял я.
– Тристрам учится в соборной школе вместе со мной, – попытался я разрядить обстановку. Но они молчали. Я предпринял вторую попытку, стараясь, чтобы голос звучал как можно сердечнее:
– Как дела в школе, девушка?
– В следующем семестре будем ставить Шекспира, мне дали роль Пака. Хотели сделать из меня фею или плотника, но я буду играть Пака.
Господи. Почему именно Пак?
– «Сон в летнюю ночь»? – спросил Тристрам.
– Да. Ты тоже в спектаклях играешь?
– Никогда. Мне предлагали только девчачьи роли, и отец был против. Правда, сейчас у меня голос стал гуще…
– А почему? Почему отец был против?
– Не знаю. Наверное, потому что это баловство и глупости.
– Если играть по-настоящему – ничего подобного.
Во времена Шекспира мальчики всегда играли девочек. А я буду играть Пака – он же мальчик.
– И какой у тебя будет костюм? – потребовалось узнать мне.
– Пока не знаю, но главное, чтобы в нем можно было прыгать. Что-то легкое, воздушное.
Да. Да. Конечно же. Легкое и воздушное. И у Тристрама – тоже.
Я отошел в сторонку, давая детишкам поговорить. У них свои общие интересы, я для них слишком стар, что им со мной? Но и друг с другом они держались настороже – не враждебно, а именно настороже, так обнюхивают друг друга две собаки. Скорее всего, они без особого труда подружатся. Сразу видно.
Потом одновременно закричали обе матери. Оклик миссис Холланд – с легким акцентом, чуть в нос – слился с громким открытым зовом миссис Траншан.
– Трисдженнитрам!
– Еще увидимся.
– Может, я буду с Вероникой.
– Это твоя сестра?
– Да.
Они помолчали. Я усиленно разглядывал траву.
– Это которая толстая, – вдруг заявил Тристрам.
– Нет. Не нужно так говорить.
– Просто я хотел узнать, она это или нет. Она ведь толстая?
– Не в этом дело. Будь у тебя сестра, ты бы не хотел, чтобы про нее так говорили, правда же?
– Говори про моего брата такое сколько влезет – мне плевать. Он на каникулы приедет.
– Плевать?
– Плевать.
И они дружно заржали.
Дженни вприпрыжку побежала к дому, и ее юбчонка поскакала вместе с ней… Господи, где же те воздушные белые одеяния, которые должны хлопать, словно крылья? Юбочка метнулась вверх, и на мгновение взгляду открылись белые облегающие трусики с розовыми и голубыми цветочками, цветочки росли прямо на коже… видение исчезло. Тристрам тоже смотрел ей вслед.
– Думаешь, я зря это сказал?
– Что?
– Насчет ее сестры.
Зря, наверное. Но это неважно. – Я продолжал смотреть в сторону ее дома. – Она ведь с тобой согласилась и вообще может отыграться на твоем брате, когда он вернется.
Мы пошли назад по саду.
– А она ничего, правда? – задумчиво произнес он. Еще как ничего.
– Правда. Очень красивая.



загрузка...

Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Кентерберийская сказочка - Блум Уильям


Комментарии к роману "Кентерберийская сказочка - Блум Уильям" отсутствуют




Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100