Читать онлайн Порочный ангел, автора - Блейк Дженнифер, Раздел - Глава 1 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Порочный ангел - Блейк Дженнифер бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.46 (Голосов: 234)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Порочный ангел - Блейк Дженнифер - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Порочный ангел - Блейк Дженнифер - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Блейк Дженнифер

Порочный ангел

Читать онлайн

Аннотация

Красавица Элеонора Виллар всегда отличалась здравым смыслом и скромностью, так неужели с ней могло такое случиться? Оказаться по воле злого рока и беспечного братца в чужой далекой стране, да еще во власти безжалостного полковника Фаррелла - человека, которого она винила во всех своих бедах! Но, вынужденная выдавать себя за его любовницу, она так блестяще справилась с ролью, что вскоре суровый полковник уже не мыслил своей жизни без этой строптивой красавицы, которую все окружающие за доброту и сострадание называли ангелом...


Следующая страница

Глава 1

Под сводами французского рынка стоял оглушительный шум: продавцы зазывали покупателей, расхваливая свой товар, дети, пришедшие на рынок с няньками, прыгали, носились взад-вперед по галерее пассажа. Лошади с грохотом катили экипажи по булыжной мостовой за пределами рынка; женщины, сопровождаемые слугами с нагруженными корзинами, переговаривались друг с другом и яростно торговались, попугаи пронзительными криками из своих бамбуковых клеток пытались перекрыть этот шум, мартышки болтали между собой, гуси со связанными лапами и крыльями шипели, утки истошно крякали, куры нервно кудахтали, и у них были на то основания. Новый Орлеан процветал и готовился к главному удовольствию дня — вечерней трапезе.
Прохладный ветер последних дней ноября кружил в сводчатой галерее рынка, казалось, не беспокоя ни мужчин, ни женщин, которые заглядывали в рыбные и мясные корзины, вдыхали аромат груш, на ощупь определяя, созрели они или нет, или взвешивали на ладонях тыкву и картошку, прикидывая, на сколько они потянут. Но Элеонора Коллег Виллар, в потертом плаще, обтянутая немодно зауженными юбками, едва сдерживала дрожь, мечтая о теплом, подбитом конским волосом кринолине. Стоять было холодно, но она ничего не могла поделать. Еще не пришло время делать покупки для пансиона. Следовало подождать, когда продавцы устанут торговаться и жалобное выражение ее зеленых с золотыми искорками глаз поможет не только сбавить цену, но и купить побольше продуктов.
— Мадемуазель! Мадемуазель Элеонора!
Обернувшись, она увидела молодого человека, направляющегося к ней. На голове его плотно сидела шелковая шляпа с высокой тульей, черный шелковый галстук съехал набок, полы сюртука свободно затрепетали на ветру, когда он, лавируя в толпе, обогнал индианку, флегматично покачивающую корзиной с каким-то товаром. При этом он задел глиняный горшок, но тут же поклонился, извиняясь и краснея.
Нежно изогнутые губы Элеоноры сомкнулись, подбородок слегка вздернулся. Она узнала друга ее младшего брата, но не смогла сразу вспомнить его имя. Друзья Жан-Поля появлялись, а потом все вместе уходили на петушиные бои, в игорные дома, на травлю медведей. Смущение перед ее положением незамужней девицы, положением, до которого она низвела некогда славное имя Вилларов, и неспособность помочь ей заставляли друзей брата не задерживаться в ее бедной гостиной. Она, в свою очередь, научилась не замечать тайного поклонения и разящей жалости, скрывавшейся за их наигранным безразличием.
Когда она заметила столь необычное для этих молодых-людей подобное проявление волнения, у нее кольнуло сердце.
— Что такое? — резко спросила она. — Что-нибудь случилось?
— Извините меня, если я вас напутал, мадемуазель. — Темноволосый молодой человек стащил шляпу, засунул трость под; мышку и склонился в поклоне. — Я вас повсюду ищу. Дело касается Жан-Поля. Но не беспокойтесь, он в Бэнк-Аркаде, говорит с одним из агентов Уокера. И если не остановить этого пустоголового дурака — прошу прошения, конечно, — он точно ввяжется в эту авантюру.
Элеонора тотчас почувствовала облегчение оттого, что Жан-Поль не валяется бездыханный, уткнувшись носом в опилки на полу какого-нибудь бара, или сраженный во время поединка под раскидистыми ветвями дуба где-то за пределами города. Но это облегчение было минутным. Солдат! В восемнадцать лет, на два года моложе ее, брат был слишком юн, чтобы стать солдатом. В городе царил небывалый подъем, объясняемый подвигами Уильяма Уокера в Центральной Америке. Горячее сочувствие подавленным народам тех стран и зажигательные призывы на газетных страницах присоединяться к солдатам-колонистам сбили его с толку. Как презирала она людей, игравших на эмоциях чувствительных мальчиков, обещая им богатство и приключения.
— Я должна остановить его, — прошептала Элеонора.
— Я подумал точно так же. Вас он послушает. Но нам надо поторопиться, чтобы он ничего не успел подписать. — Молодой человек протянул руку, желая принять ее корзинку с покупками, и она отдала ее, не противясь.
— А где ваша горничная?
Презирая себя за возникшее чувство смущения, Элеонора залилась краской.
— Простыла. И мне пришлось пойти одной — на таком ветру она бы непременно схватила пневмонию.
Он в замешательстве взглянул на девушку, затем поставил корзинку на ближайший ящик с луком.
— Бог с ней. Идемте.
Зебе, так звали юношу. Элеонора вспомнила его имя, но, конечно, не могла обращаться к нему столь фамильярно.
— Мсье, очень мило с вашей стороны проявить обо мне такую заботу.
Он подождал, пока мимо них прогромыхает экипаж, потом взял ее под руку, помогая перейти через улицу.
— Надо помочь старине Жан-Полю. Мой отец говорит, что люди, отправляющиеся в Никарагуа только потому, что Уокер взял город, подобный Гранаде, скорее всего попадут в плен и их расстреляют. У Жан-Поля нет отца, который подсказал бы ему.
Да и матери нет. Еще два года назад у них была бабушка Виллар. Она баловала Жан-Поля, прощая ему все только за то, что он являл собой совершенное воплощение креольского джентльмена, точную копию ее сына, — явно не лучшая наставница для юноши. Но при ней все-таки жизнь была сносной, у них было все, чему полагалось быть у людей их класса, семей такого положения в Новом Орлеане. Но потом бабушка умерла, и выяснилось, что уже много лет они живут на ренту от небольшого особнячка рядом с их домом на Роял-стрйт. Другие родственники, особенно дядя по линии бабушкиного мужа и его сын, требовали своей законной доли в наследстве. Особнячок пришлось продать, а доли, причитавшейся Элеоноре и ее брагу, едва хватило на шесть месяцев.
Поскольку бабушка заблаговременно подыскала ей жениха, Элеонора думала, что у Жан-Поля по крайней мере будет дом. Но, как оказалось, не было и этого. Жених Элеоноры, поняв, что приданого не будет, решил, что самое время напомнить ей о мезальянсе ее отца, женившегося на дочери ирландского рабочего. Он постоянно делал презрительные замечания по поводу ее семьи и ее самой, особо обращая внимание на ее огненно-рыжие волосы. Он выражал сожаление, что у ее бабушки отсутствовала деловая сметка, и намекал на неуравновешенность ее отца, так как этот джентльмен, будучи доктором, работал среди опустившихся иммигрантов из Ирландии, обитавших в лачугах на окраинах города. По какой-то неведомой причине в его голове возникла идея, что ранняя смерть ее родителей от холеры явилась возмездием за предательство своего класса. И задолго до того, как закончился траур по бабушке, Элеонора разорвала помолвку.
С тех пор она не раз пожалела о своем решении. Ей тяжело было смотреть на постояльцев, поселившихся в гостиной и комнатах, где некогда жила ее семья и куда приглашали гостей. Кто же, кроме нее, теперь может указать Жан-Полю, какой не правильный шаг намерен он сделать? Да, но может ли она ждать, что он послушает свою ставшую сварливой сестру, превратившуюся в рабочую лошадь?
Элеонора и Зебе прошли мимо торговки в белом фартуке и шиньоне, громко расхваливавшей свои жареные орешки. Их тяжелый густой запах висел в воздухе и смешивался со столь же густым и тяжелым запахом кофе, доносившимся из открытых дверей кофеен, и с запахом лошадиного навоза, разжиженного сточными водами, текущими по канавам вдоль улиц. Зловоние в этот день было особенно сильным. Заключенные расчищали улицы. Обходя отряд людей, скованных цепями щиколотка к щиколотке, и их вооруженных охранников, Элеонора отвела глаза. Это вышло само собой, она не хотела своим сочувствующим взглядом добавить еще больше тяжести тем, что видит и осознает их судьбу.
Бэнк-Аркада располагалась на Мэгэзин-стрит близ Гравьера. Это было место, где встречались бизнесмены, люди разных профессий, авантюристы. Славилось оно тремя достопримечательностями, одна из которых — бар с невероятно длинной стойкой, другая — популярный аукционный зал и третья — единственный в городе двор со стеклянной крышей. Многие планы в войне за независимость Техаса, в мексиканской войне, экспедиции на Кубу, руководимой Лопесом, составлялись именно здесь, в верхних комнатах Бэнк-Аркады. Немало сделок заключалось, немало передавалось секретов здесь же, за пивом и виски. А теперь, когда над городом витал революционный дух, в Бэнк-Аркаде постоянно шумело людское море.
Элеонора не пошла внутрь, ибо только женщина опре деленного рода занятий могла позволить себе это без вреда для своей репутации, да и их не особенно там приветствовали. Место было специально отведенным для деловых встреч.
— Я недолго. — Молодой человек, известный своим друзьям по прозвищу Зебе, нахмурился, задержав руку на двери бара. — Вам, конечно, неудобно без служанки, но все будет в порядке. Могу ли я дать совет?.. Ваши волосы… Лучше бы их прикрыть.
В спешке Элеонора не заметила, как капюшон соскользнул и ветер растрепал ее строгую прическу с пробором посередине. Золотисто-рыжие пряди выбились из-под шиньона на затылке, и на висках свисали локоны. Кивнув, она натянула капюшон и прислонилась к оштукатуренной кирпичной стене.
Темнело. На противоположной стороне улицы огромные листья бананового дерева, возвышающегося над стеной, окружавшей двор, шелестели все громче под усиливающимся ветром. Ветер поднял пыль с деревянного настила, на котором стояла девушка, и пыль осела на щиколотки, видневшиеся из-под юбки. Похоже, собирался дождь, и, стало быть, большинство ее постояльцев останутся на обед в пансионе. Ей следовало бы приготовить сегодня побольше.
Через дверь, беспрестанно хлопающую, доносились обрывки разговоров. Рабство, права государства, наследствен-нов право. Только об этом все твердили в эти дни. В воздухе носилось нечто, возбуждавшее воинственный дух в каждом. Элеонора не понимала причин подспудного людского гнева, который чувствовался повсюду, вероятно потому, что у нее не было времени соотнести услышанное со своими проблемами. Если бы даже отменили рабство, ее бы это не коснулось. Рабы Вилларов были распроданы согласно наследственному праву, чтобы можно было расплатиться со всеми родственниками, а они с Жан-Полем могли сохранить дом на Роял-стрит. Их единственная рабыня — старуха, которая нянчила отца и их обоих. Они ее очень любили, но сейчас от нее не было никакой пользы, кроме того, что она считалась дуэньей Элеоноры. Слишком старая и слабая, она вряд ли могла помочь чем-то еще. Если честно, сейчас рабыня была для Элеоноры обузой — еще один человек, за которым надо присматривать, и лишний рот.
Она выпрямилась, увидев, как Зебе вышел из бара и широкими шагами направился к ней.
— Извините, мадемуазель. Похоже, я напрасно побеспокоил вас. Жан-Поль отказался встретиться с вами.
— Отказался?
— Это задевает его гордость, — пояснил юноша. — У меня не было возможности поговорить с ним наедине, а ему не хотелось бы, чтобы окружающие думали, что он под каблуком у сестры.
— Скажите ему… что есть очень срочное дело. Что нужен его совет.
— Извините, мадемуазель, Жан-Поль… он не в себе… И мне бы это стоило жизни…
— Вы хотите сказать, что он пьян?
— Нет-нет. Только немного возбужден.
Ее черные, вразлет, брови сошлись на переносице. И, хмуро кивнув, она сказала:
— Понимаю. Он вам угрожал.
— У Жан-Поля меткий глаз. И я бы не хотел встретиться с ним лицом к лицу на дуэли. Даже при том, что он мой друг.
— И это в ответ на ваши усилия помочь ему?
Просунув руки в прорези накидки, она стиснула пальцы.
— Ну, мне, думаю, он не бросит вызов.
— Уж не собираетесь ли вы сами пойти туда?
— А почему бы и нет? — И она шагнула мимо Зебе.
— Жан-Поль сказал, что вам не следует приходить сюда.
— О, похоже, вы слишком быстро оставили страстное желание спасти моего брата.
— Вы не понимаете…
— Вы тоже, — в голосе Элеоноры послышался гнев. — Мой брат, конечно, не состоит у меня в подчинении, но и я тоже вольна поступать так, как считаю нужным.
Голубой дым дорогих сигар окутал потолочные балки. Он поглотил Элеонору, когда она пробиралась к столу, возвышавшемуся в углу зала. На нем были разбросаны бумаги, а среди них стояли пивные кружки и рюмки, над которыми, жужжа, кружилась одинокая пьяная муха.
За столом сидели пятеро мужчин. Одного ей кто-то показал, сообщив, что это агент Уокера в Новом Орлеане по имени Томас Фишер. Другой — ее брат. Остальные, незнакомые, были в форме — в кроваво-красных мундирах, отделанных золотом, в белых замшевых бриджах и черных кавалерийских сапогах.
Элеонора ожидала, что мужчины поднимутся при ее появлении, но такой знак уважения ей оказан не был, и она растерялась, а их холодный оценивающий взгляд обезоружил ее вовсе. Жан-Поль сделал было попытку встать, но остановился, поскольку никто не собирался его поддержать. Его вьющиеся каштановые волосы лежали в беспорядке, точно он только что прошелся по ним всей пятерней. От раздражения его и без того румяные щеки стали еще краснее, а глаза потемнели до черноты. Под обвиняющим взглядом Элеоноры ему хотелось держаться вызывающе, и он сжал губы.
Фишер был с виду человеком невзрачным, лишь фанатичный блеск в глубине глаз обращал на него внимание. Рядом с ним откинулся в кресле один из людей Уокера, израненный в боях ветеран, его левая рука висела на перевязи. Правой рукой он держал пивную кружку, ею же сдвинул назад шляпу, чтобы лучше видеть. Слева от него, привалившись спинкой стула к стене так, что он стоял на двух ножках, сидел широкоплечий человек с волосами песочного цвета. Между пальцами он зажал горящую папиросу. Еще один вояка стоял у другого края стола, опершись о него ладонью. Как и другие, он был высок и широк в плечах, но выражение лица — совсем иное. Из-за бронзового цвета кожи и прямых черных волос Элеонора приняла его за наемника, за иностранца. Поглядев на него, она подумала, что все они слишком молоды для эполет столь высокого ранга.
— Извините меня за вторжение, джентльмены, — деревянным голосом начала Элеонора, — но мне необходимо поговорить с братом.
— Мне нечего тебе сказать, — проворчал Жан-Поль.
— А мне есть что, и я не собираюсь уходить, пока ты меня не выслушаешь, Жан-Поль.
Брат молча отвернулся, Фишер откашлялся и начал:
— Мы обсуждаем здесь деловые вопросы…
— Я знаю, какие деловые вопросы вы обсуждаете.
В комнате было жарко, и она резким движением головы сбросила капюшон. В свете неярко горевшей лампы ее волосы зажглись пламенем, будто во тьме чиркнули спичкой.
— Тогда вам, видимо, придется подождать, пока мы не закончим.
— Не думаю, — ответила Элеонора ровным голосом, хотя ее глаза вспыхнули зелеными изумрудами, когда она поняла, что ее намерены выпроводить отсюда.
— Жан-Поль, — повернулась она к брату, — таким способом ты не поправишь наши дела. Ты не солдат.
— Я уже смотрел смерти в лицо.
— Да, но то были юноши твоего возраста и твоего круга, которые знают правила и которые знают также, что хотя и будет больно, но крови будет немного, а шансы быть убитым или убить невелики. Там, куда ты собрался, совсем другое.
— Я не дурак, Элеонора, — ответил он с достоинством.
— Так не веди себя как дурак. Подумай, что ты надеешься выиграть.
— У меня будет земля. Рекрутам обещают двести пятьдесят акров только за то, что они явятся в страну как колонисты. Но будет больше, гораздо больше, когда Уокер укрепит свои позиции. Целые поместья…
— И за них будут драться, их будут отвоевывать наемные убийцы. И как ты думаешь, каковы у тебя шансы против жуликов, воров, мародеров, против отбросов общества, которые хлынули в Никарагуа?
— Осторожнее, Элеонора, — предупредил ее Жан-Поль. Она обвела глазами сидящих за столом, не обращая внимания на их напряженные лица.
— Почему? Их не касается то, что я думаю.
— Это касается меня, — тихо напомнил Жан-Поль. — Они фалангисты. Трое из пятидесяти шести Бессмертных, которые вместе с Уокером приплыли туда в мае. Они рисковали жизнью, чтобы освободить подавленных пеонов Никарагуа во имя демократии. Я не позволю оскорблять их.
— Во имя демократии? Больше во имя славы, славы собственной и Уильяма Уокера…
Человек, стоявший у другого конца стола, выпрямился, обратившись весь во внимание. В голубых глазах на мрачном лице вспыхнула тревога.
— А не эгоистичны ли ваши мотивы? — спросил он. В его голосе слышалось раздражение, но интонация и произношение были, без сомнения, американскими. — Скажите, почему вы так решительно удерживаете брата возле себя? Может, вам кажется, что без него вы утратите безопасность? Или, может, вы боитесь, что он обнаружит, как прекрасно обходится без вас?
Элеонора взглянула на него.
— Сэр… — начала она растерянно. То, о чем он говорил, было далеко от истины, но она не могла поставить его на место, не обидев брата.
— Полковник… Полковник Фаррелл, — подсказал он имя, тоже явно не иностранное.
— Полковник, вы не знаете моего брата. Он не солдат. У него слишком чувствительная натура.
— Солдатами не рождаются. Солдатами становятся, — коротко отрезал он.
— Как и мужчинами.
— Солдаты куются в горниле войны? — закончила она начатую им цитату риторическим вопросом с иронией в голосе. — Но для этого сперва надо иметь хороший металл.
Жан-Поль встал, так резко отодвинув стул, что тот ударился о стену.
— Хватит! Дайте мне перо и бумагу. Увидим, подходящий ли я металл.
— Я сказала не подходящий, Жан-Поль, — возразила Элеонора, — а хороший металл.
Он не слушал. Размашисто, разбрызгивая чернила, Жан-Поль поставил подпись под контрактом и поднял свою кружку с пивом.
Фишер взял лист бумаги за уголок и покачал на весу, желая поскорее высушить подпись.
— Пьем все! — объявил он, улыбаясь разгневанной Элеоноре. — Пьем все за всех!
Ярость охватила ее с такой силой, что, не сдержавшись, она подалась вперед и выхватила лист бумаги.
Змеиным движением ее запястье обхватили и крепко сжали. От испуга она едва не задохнулась. На нее смотрели голубые глаза полковника, его трясло от гнева. Перегнувшись через стол, он заявил:
— Бумага, которую вы держите в руках, собственность американских фалангистов в Никарагуа. Отдайте.
Пальцы, впившиеся ей в руку, казались темными на фоне ее бледной кожи. Их сила была жестока и неумолима. Краем глаза Элеонора заметила, что брат ощущает неловкость и он хотел бы ей помочь, несмотря на свое раздражение. Но, бросив взгляд на человека с бронзовой маской вместо живого лица, вероятно, будущего начальника, он остался недвижим.
Элеонора не сдалась бы по своей воле, но дело было не в ней. Рука онемела, она не чувствовала кончиков пальцев. Листок выскользнул из руки на стол. Фишер прикрыл его ладонью.
— Не мешало бы вас проучить, чтобы впредь не вмешивались в мужские дела, — раздраженно заявил он.
В тот момент, когда она отпустила бумагу, рука полковника освободила ее руку и он отступил назад, пригвоздив ее к месту своим мрачным презрительным взглядом.
Кровь заторопилась к венам запястья, в руке покалывало, но Элеонора не хотела, чтобы они видели, как ей больно. Собрав всю свою волю, она сказала спокойным голосом:
— Меня совершенно не интересуют ваши поиски воинской славы. Меня заботит лишь благополучие брата. И это мое дело. Но, мне кажется, меня не поняли. Прощайте.
Ничего не видя перед собой, она повернулась и быстро пошла между столами, инстинктивно отыскивая выход. Она слышала позади себя, как поехали ножки стула по полу, но не придала этому никакого значения. Мужчина с глупой ухмылкой, зажав стакан виски в кулаке, вытянул руку и преградил ей путь. Оттолкнув его, она бросилась прочь, не желая даже осознать оскорбительность только что сделанного ей предложения.
Но едва она добежала до выхода, как дверь распахнулась и из дождя и ветра стремительно вошел мужчина.
Они столкнулись, и в ту же секунду она оказалась тесно прижатой к красному мундиру. Увидев этот ненавистный цвет, она принялась отчаянно биться в его объятиях, которые от этого становились только крепче.
— Ах, что это у нас тут такое? Маленькая рыжеволосая пута? Одно из порождений дьявола?
Его испанский напоминал произношением кастильский. Смуглое усатое лицо осветила торжествующая улыбка.
— Нет… — начала Элеонора.
Сзади раздался твердый резкий голос:
— Мне очень не хочется разочаровывать тебя, Луис, но женщина, которую ты держишь в руках, дама — хотя ты и встретил ее здесь.
— Дама? — изумился испанец. И, подняв одну бровь, смерил ее взглядом.
Элеонора кивнула. В тот же момент ее отпустили.
— Мои самые покорнейшие извинения… И сожаления. — Его поклон был грациозен, его не стеснила даже висевшая на спине гитара. — Можно хотя бы познакомиться?
Произнося это, он смотрел поверх Элеоноры. Обернувшись, она увидела гиганта с песочными волосами, который сидел у стены. Его знаки отличия были не такими, как у полковника Фаррелла.
— Ко мне можешь не взывать, — сказал он, — я не имею удовольствия быть знакомым с дамой.
— Тогда ваше поведение озадачивает меня, майор. Кто назначил вас быть ее защитником?
От внимания Элеоноры не ускользнула некоторая натянутость в их отношениях. Эти мужчины хотя и носили одинаковую форму, но, похоже, не были друзьями.
— Я всегда симпатизирую тем, кто оказывает противодействие полковнику Фарреллу.
— Особенно если это женщина, да?
— Пожалуйста, — сказала Элеонора, — дайте мне пройти.
— Вы промокнете до нитки, если выйдете, — возразил майор. — Может, вам лучше подождать во дворе? Стеклянная крыша течет как решето, но это все же лучше, чем под проливным дождем на улице.
— Спасибо, нет.
— Тогда разрешите мне проводить вас.
— Я… не могу…
— Потому что вы меня не знаете? Майор Невилл Кроуфорд, к вашим услугам, мадемуазель.
— А я — подполковник Луис Андрес Чарльз Эммануэль де Ларедо и Пакуэро.
— Вы чрезвычайно добры, — сказала Элеонора, — однако…
— Вы не можете идти одна, — упорствовал испанец.
Элеоноре надо было на что-то решиться. От дождя на красном камзоле подполковника остались пятна — словно пятна крови. Сквозь открытую дверь она видела, как мигает качающаяся на ветру лампа. Во влажном удушливом воздухе стоял залах перегара. В углу, на возвышении, мужчины поднялись, приветствуя полковника, направившегося к ним.
Элеонору охватила паника.
— Вы… Вы должны извинить меня, — сказала она так вежливо, что это больше напоминало пародию, чем хорошие манеры, и проскользнула мимо испанца в распахнутую дверь.
Холодный дождь, хлестнувший в лицо, заставил ее замереть. Нет, она не могла войти обратно. Наклонив голову, Элеонора быстро пошла вдоль парапета, скользкого и сверкающего от влаги. Она слышала, как кто-то звал ее, но не оборачивалась. И лишь темный силуэт экипажа, возникшего сбоку, привлек ее внимание.
— Мадемуазель Элеонора!
Это был Зебе. Он держал дверцу нанятого им экипажа широко открытой.
— Сюда! Скорее!
Экипаж, раскачиваясь, загрохотал по улице, из-под колес, катящихся по лужам, взлетали фонтаны брызг. Элеонора откинулась на потертом сиденье. Глубоко вздохнув, она велела себе успокоиться. Как хорошо, что она вырвалась оттуда. Никогда больше не видеть бы ей этого места, где ее так унизили и оскорбили. В последние годы ее жизнь не была легкой. Но так с ней никогда не обращались. И почему, даже несмотря на то что так плохо все получалось, у нее было чувство, что она еще легко отделалась и что могло быть гораздо хуже?
— Вы опоздали? — заговорил наконец Зебе.
— Я… Да, Жан-Поль подписал. — Как могла она объяснить ему, что произошло? Больше всего на свете ей хотелось забыть про это.
— И, без сомнения, он… захотел отпраздновать?
Элеонора кивнула.
— Ни при каких обстоятельствах я не позволил бы, чтобы вы появились там одна, если бы не был уверен, что Жан-Поль понимает, что обязан сопроводить вас обратно. Я чувствую себя так, будто подвел вас.
— Жан-Поль не обрадовался, когда меня увидел. Ничего страшного там не произошло, так что забудем об этом.
— Но ваше доброе имя? Как быть с ним?
— Это не имеет никакого значения. Но такое беспокойство с вашей стороны… Я вам очень благодарна.
— Если бы вы позволили мне, я бы исправил положение…
— Надеюсь, вы не собираетесь совершить какую-нибудь глупость — к примеру, сделать мне предложение? — спросила Элеонора, пытаясь хоть как-то поднять настроение обоих.
— Для меня это было бы самой большой честью…
— Нет-нет, что вы, мсье. Я просто шучу. Простите, если это прозвучало слишком игриво, я вовсе не имела это в виду. Единственное, что я хочу, — это вернуться домой и подумать, что теперь делать. Поверьте, вы мне ничем не обязаны.
Похоже, ничем не обязан ей был и Жан-Поль. Он не мог сделать даже то, о чем она просила.
Хотя и нехорошо дурно думать о мертвых, но Элеонора считала, что именно покойная бабушка, мать их отца, повинна в том, каким стал Жан-Поль. Трех лет, которые они с ней прожили, хватило с лихвой, чтобы испортить его характер. Она баловала Жан-Поля, потакая всем его шалостям. Он ей казался живым воплощением мужа и сына, более всего последнего, и не стояла между ними рыжеволосая ирландка, возникшая из другого мира — из мира рабочих с их лачугами, грязью и болезнями, — которая отобрала бы у нее его любовь и на этот раз. В тринадцать лет Жан-Поль был чрезмерно впечатлительным мальчиком, он воспринимал отношение к себе бабушки как заслуженное и был слишком самонадеян, полагая, что все его желания должны исполняться. Порой ему не нравилось, что сестру как бы отодвигают на второй план, но старуха не хотела напоминаний о невестке, которую она глубоко презирала, поскольку та не соответствовала господствовавшей тогда моде на красоту, требовавшей черных волос. Примесь ирландской крови считалась позором. Жан-Поль был слишком молод поначалу, чтобы почувствовать это, но со временем и он уловил эту несправедливость.
Дело не в том, что к Элеоноре плохо относились, нет, совсем не так, — ее кормили, одевали, а когда подошло время, ввели в общество на соответствующей церемонии в театре Сент-Чарлза. Бабушка сочла бы унизительным, если бы горожане поняли, что она относится к внучке как к наказанию на старости лет. Но Элеонора чувствовала ее отношение и очень рано научилась полагаться только на себя.
Было совершенно естественно, что брат воспринял смерть старухи как большое несчастье. Ибо она означала перемену его образа жизни — с ее смертью распались связи с теми, кто мог бы потворствовать его эгоизму и одобрять все его поступки. Он никак не мог примириться с мыслью, что придется расстаться с собственным образом, внушенным ему бабушкой, — образом этакого праздного повесы, вольного выбирать, куда идти и что делать, лишь благодаря своему рождению и положению в обществе. Он любил сестру, но ее предостережения и критика не производили на него никакого впечатления. Он не подчинялся ничьей воле, лишь своей собственной.
Обед задержали, потому что суп из стручков бамии долго не закипал. Не было времени подогреть хлеб, и поэтому сладкий крем плохо пропитал его. Эти недочеты тут же, немедленно и во всех деталях, были объявлены незамужними тетками, снимавшими спальню, ту самую, в которой ее мать и отец провели свои счастливые годы. Пенсионер, армейский капитан из Кентукки, ветеран войны с семенолами, никаких жалоб не высказал и съел все, что ему дали. Он спал внизу, в комнате, которая прежде служила медицинским кабинетом отца, поскольку старому вояке было трудно подниматься по лестнице на деревянной ноге, хотя и на это он никогда не жаловался.
Для того чтобы отвлечь внимание от других недостатков, которые тетки не перечислили, Элеонора перевела разговор на Уильяма Уокера.
— Я хорошо знал этого человека, — сказал капитан, откинувшись на спинку стула. — Это один из тех проклятых — простите меня, леди, — либералов. Никогда открыто не выступал против рабства в своей газете «Нью-Орлеанз крешент», а у него было что сказать по этому поводу. По-моему, доктор из него вышел получше, чем редактор газеты. Он осмотрел мою ногу — профите, леди, мой обрубок… Это было лет семь или восемь назад. Дал мне мазь для… Гм, ну ладно, не будем об этом, тем более за столом. Странный он коротышка. Помню, зимой и летом ходил в черной шляпе и пальто. Постоянно скорбел о своей любимой — рассказывал, что она была новоорлеанская красавица и умерла от желтой лихорадки. А вы не помните его, мисс Элеонора? Он иногда забегал к вашему отцу в ту самую комнату, в которой я сейчас живу. Они оба учились в каком-то университете в Германии. Я, помнится, видел, как вы помогали своему отцу. Вы были совсем малышкой, но не боялись ни крови, ни тяжелой работы, не то что эти сегодняшние дамочки. Клянусь, вас воспитали не белоручкой.
Обычно капитан произносил речи цветисто и бессвязно, но этому легко найти объяснение — большую часть из последних двадцати лет, с тех самых пор, как он потерял ногу, он сидел и наблюдал из окна за жизнью прохожих. У него был сын на востоке, в Вирджинии, который женился на дочери мелкопоместного дворянина и ударился в политику. Сын каждый месяц присылал ему деньги на жизнь, но ни разу — билет на пароход. С бабушкой Элеоноры капитан был чрезмерно галантен, он обходился с ней так, как было принято в старые времена.
— Я вспоминаю, кажется, того человека, едва ли он был намного старше, чем я сейчас.
— Ему тогда было двадцать три — двадцать четыре.
— Так что сейчас ему едва перевалило за тридцать.
— Видимо, у молодого человека достало характера, чтобы отправиться на завоевание мира… А старики ему мешают.
— А что вы думаете о его кампании в Центральной Америке?
— Вся эта болтовня о попранной демократии? Я был слишком долго рядом, чтобы верить этим разговорам. Попомните мое слово, здесь замешаны деньги. Война и деньги всегда рядом.
Если бы Жан-Поль сидел за столом, такое заявление, вне всякого сомнения, не осталось бы без ответа. Но его не было. Он появился гораздо позже, после того как старые пансионеры разбрелись по своим постелям.
Элеонора сидела в гостиной, пытаясь сосредоточиться на вышивке, которой она занималась при свете одинокой свечи, когда он вернулся. Жан-Поль прошел в гостиную, швырнул шляпу на диванчик и плюхнулся в кресло по другую сторону стола.
Элеонора не поднимала головы. Повисло долгое молчание, нарушаемое тихим шорохом ткани, протыкаемой иглой.
— Я вижу, ты вернулась цела и невредима.
— Да.
— А если бы что случилось, сама была бы виновата. Тебе нельзя было там появляться.
Элеонора ничего не ответила.
Жан-Поль щелчком смахнул комочек грязи, прилипший к бриджам.
— Ладно. Я понимаю, что должен был присмотреть за тобой. Извини. Но ты знаешь, было так глупо тебе явиться туда без сопровождающих. Ты хотя бы это понимаешь?
— Вполне.
— Надеюсь, ты не собираешься вести себя в таком же духе, когда я уеду?
— Думаю, в этом не будет необходимости, — сказала она, прямо посмотрев в глаза брату. Они оба прекрасно понимали, что она поступила так только ради него.
— Хорошо, я уверен, что кузен Бернард и дядя Наркисо позаботятся о тебе лучше, чем я.
Игла Элеоноры замерла.
— Кузен Бернард?
— Ты должна понять, что не можешь жить здесь одна. Кузен Бернард великодушно повторил свое предложение — пожить вместе, как это и было после смерти бабушки. Таким образом, ты не будешь чувствовать себя обузой. И ты сможешь быть весьма полезной в детской, которую он и его жена собираются устроить.
— Ты… Ты, должно быть, очень сильно перетрудился, сделав подобные усилия ради меня перед своим отъездом.
— У меня развито чувство ответственности, — сказал он, но при этом его карие глаза избегали встречаться с ее глазами.
— Я боюсь, ты напрасно утруждал себя. Я не собираюсь покидать этот дом.
— Так тебе и не придется. Кузен Бернард… и все остальные… переедут сюда.
Элеонора резко встала, рукоделие скользнуло на пол.
— Что ты наделал?
— Не расстраивайся. Другого варианта нет. Я не могу упустить подобную возможность.
Он смущенно провел рукой по волосам, и этот жест горько напомнил Элеоноре отца. Отведя глаза в сторону, она потребовала:
— Рассказывай!
— Поместья идальго конфискуются, некоторые из них отдаются Бессмертным. Другие выставляются на продажу, но гораздо дешевле их стоимости, поскольку Уокеру нужны деньги. За такую цену я смогу купить участок земли более тысячи акров. И мы снова станем землевладельцами, а земля дает благополучие.
— Ты продал дом?
— Ты же знаешь, кузен Бернард всегда его хотел.
— Ты продал его, даже не посоветовавшись со мной, даже не спросив?
— Я мужчина. И должен принимать решение.
— Но ты берешься решать и мою судьбу? Разве это не имеет значения?
— Тебе будет гораздо лучше с Бернардом. Ты снова обретешь место в обществе. Тебе не придется столько работать. У него есть слуги…
— Я буду одной из них. Ты глуп, Жан-Поль, если думаешь, что так легко вернуть утраченное положение в обществе после того, как мы решились взять постояльцев.
— Но если ты так чувствуешь, так думаешь, почему ты это делаешь? Почему ты сразу, с самого начала, не пошла к дяде Наркисо и Бернарду?
— Потому что, если ты вспомнишь, тебя не устраивала перспектива сделаться писцом в пароходной компании кузена Бернарда.
Наступившая тишина свидетельствовала о том, что Жан-Поль помнил. Она продолжала:
— Я не говорю, что я жалею, что не пошла к Бернарду. О чем я говорю — так это только о том, что я не хочу идти к нему теперь. Потому что тогда весь труд, все жертвы, если хочешь, окажутся напрасными.
Отвернувшись, она двинулась к другому краю большого стола. Ее руки сами собой принялись поправлять букет, составленный из ветвей пальмы, перевитых лентами. Жан-Поль подошел к ней и встал рядом.
— Это ненадолго. Только до того момента, как в Никарагуа утвердится правительство. Тогда я смогу оставить армию и заняться делами в поместье. И, когда все будет подготовлено, пошлю за тобой. Мы снова будем жить одной семьей. Пожалуйста, Элеонора. Мне нелегко было принять такое решение. Не осложняй еще больше мое положение.
Она нервно засмеялась.
— Ну, конечно же! Главное, чтобы ты был спокоен. Но тебе нет никакого дела до моего спокойствия или моих удобств.
— Твой сарказм не поможет. Послушай, что я тебе скажу. — Он вспыхнул как сухой порох. — У меня уже есть деньги, они в кармане. Все решено. Мне надо только зги деньги утром передать агенту по продаже земли. Он отплывает двадцать шестого на «Прометее». К тому времени, когда через три недели я появлюсь там, он уже будет готов предъявить документы на владение купленной собственностью.
— А где ты встретил этого агента? Какие у тебя гарантии, что он тот, за кого себя выдает?
— Тебе все надо выспросить? Неужели ты мне совсем не доверяешь?
Правдивый ответ здесь не поможет. Или поможет?
— Доверяешь? — спросила она. — Я должна доказывать свое доверие, Жан-Поль?
У него на лице появилось подозрительное выражение.
— Что ты имеешь в виду?
— Я имею в виду эти деньги. Часть из которых ты собираешься истратить на поездку в Никарагуа.
— Пароходная компания значительно снизила плату за проезд для колонистов Уокера. Но, конечно, на расходы я возьму деньги из вырученных от продажи дома.
— Но как твоя сестра я имею право на половину. Ибо это наше общее наследство.
— Юридически да. Но как глава…
— Не имеет значения. Я верю, что и за мой проезд будет заплачено из этих же денег.
— Твой проезд? А куда ты собралась?
— В Никарагуа. Куда же еще?




Следующая страница

Ваши комментарии
к роману Порочный ангел - Блейк Дженнифер



Samij lu4shij roman!!!
Порочный ангел - Блейк ДженниферElena
30.11.2011, 22.17





Я не пожалела о времени, которое потратила на чтение этого романа. Конечно, хотелось бы лучше понять Гранта Фаррела, услышать его мысли, узнать мотивы его поступков. Но автор делает из него загадку, однако дает достаточно материала чтобы читателю самому судить о нем. И главная героиня - настоящая женщина со своими слабостями, однако лишенная мелочности как в чувствах, так и в поступках. И конец, показавшийся бы скомканным в другом произведении, здесь вполне уместен, т.к. герои устали и все что им требуется - залечить раны друг друга. Все.
Порочный ангел - Блейк ДженниферNemona
25.02.2012, 11.24





хороший роман!
Порочный ангел - Блейк ДженниферДи
28.02.2012, 13.54





роман хорош и его выгодно отличает то, что все происходящее описывается только со стороны главной героини, а мысли, надежды и чаяния главного героя нам, читательницам, приходится разгадывать самостоятельно. красивая, умная женщина, ради брата готовая пойти на всё и суровый военный, способный на истинные чувства - что может быть лучше?
Порочный ангел - Блейк ДженниферОльга Сергеевна
29.05.2012, 15.37





Не пожалела, что прочла. Советую
Порочный ангел - Блейк ДженниферЛика
14.10.2012, 10.37





Спасибо огромное писательнице за те чувства, которые возникли при прочтении этого романа. Мне ещё безумно понравился роман "Обольщение по-королевски" данного автора. Девочки, читайте, не пожалеете!!!
Порочный ангел - Блейк ДженниферЕвгения
3.11.2012, 19.29





Присоединяюсь к дифирамбам. РОМАН ВЫСОКОГО качества не для легкого чтения. Реалистично описаны исторические коллизии того времени, особенно если знаешь историю Гондураса.rnБезусловно, роман хорошего литаратурного уровня.
Порочный ангел - Блейк ДженниферВ.З.,64г.
29.12.2012, 9.47





Не погоджуюсь із тим, що роман високої якості. Скоріше він написаний нетипово. Дочитувала по діагоналі - нудно і затянуто. Не зрозуміла навіть в кінці нерішучості головного героя. 50/50
Порочный ангел - Блейк ДженниферГаля
6.04.2013, 18.53





классный роман, читаю второй раз и плачу мне Луиса жалко .
Порочный ангел - Блейк Дженниферг.
7.05.2013, 14.30





Мне нравятся романы этой писательницы. Герои классные, все без лишних соплей.
Порочный ангел - Блейк ДженниферTasha
15.07.2013, 23.32





Вроде и роман хороший и сюжет интересный, а остался неприятный осадок после прочтения романа. Если поступки главной героини были понятны, ею руководила любовь к брату, то гл.героя я так и не поняла до конца. Весь роман он был какой-то нерешительный, не поехал спасать свою женщину, оправдавшись домашним арестом. Да и на протяжении всего романа создавалось впечатление, что героиня навязывалась Гранту, а он милостиво принимал ее любовь. Очень жаль Луиса, вот он больше достоин героини, чем Грант.
Порочный ангел - Блейк ДженниферНаталья
16.07.2013, 21.29





Девочки, мне одной кажется или роман очень похож на роман того же автора "обнимай и властвуй" ? Правда, прочитала половину, посмотрю как дальше...
Порочный ангел - Блейк ДженниферОлеся
29.08.2013, 18.14





Один из самых любимых романов)))
Порочный ангел - Блейк ДженниферРиФФка
16.12.2013, 21.45





И правда,о Луисе написано даже подробнее,чем о Гранте,и он гораздо романтичнее и нежнее относился к Элеоноре.И это он спас ее,хотя это обязанность главного героя.Роман хорошо написан, и все эти исторические подробности, описание жизни и быта, политические интриги обогащают сюжет.Мне не хватает описания чувств и мыслей главного героя.И раздражают мелкие несостыковки.Ну разве не глупо приковывать героиню к себе "чтобы защитить ее"?Должно же у нее хватать мозгов и без цепи держаться поближе к Луису,чтобы избежать нападения.И как она могла переодеться в озере с наручником на запястье-рукава же нереально снять сквозь него.Да и что за глупость, он что,не мог на полчаса снять цепь, спокойно искупаться,а потом надеть ее?Как она вообще ухитрялась готовить, если цепь длиной всего лишь в 2 фута,или это опечатка переводчика?И еще все эти убийства,расстрелы,пытки нагоняют депрессию.
Порочный ангел - Блейк ДженниферДиана
4.05.2014, 22.40





Очень,очень понравился роман!
Порочный ангел - Блейк ДженниферНаталья 66
1.10.2014, 16.12





Так мило)))rnТаких мужчин клонировать надо)) жалко, что бывают только в сказках)
Порочный ангел - Блейк ДженниферМисс Корри
3.10.2014, 16.22





Хороший роман! Но политика не женское дело. Как и всем, очень жаль Луиса. А брата не жаль, сам виноват. Читайте!!!
Порочный ангел - Блейк ДженниферЖУРАВЛЕВА, г.Тихорецк
5.12.2014, 23.28





Как пишут в других комментариях понравился Луис, вот кто должен был быть главным героем. Жаль ,что его убили, он показал истинное лицо любви...
Порочный ангел - Блейк ДженниферМилена
8.12.2014, 10.43





Один из самых трагичных романов у Дж. Блейк... Мне понравился, хоть и читать его было очень тяжело. Милый, добрый, отважный Луис, такая жертва ради безответной любви. Со слезами читала сцену казни. Грант очень сложный, понять его поступки трудно, но вполне возможно, если учитывать его жизненный опыт. Он ведь полукровка, воспитывался чужой тёткой-нянькой, мать отвергла его, потом военная школа, индейцы, войны, обманутые надежды в этой военной кампании в Никарагуа... Он не умел любить, не умел быть нежным, заботливым. Его тоже очень жаль... Вообще, хороший роман, но не для лёгкого чтения. После прочтения стало интересно и почитала немного историю Никарагуа, просмотрела карту, где находится Королевство Москитов Берег... Познавательная книгаrn, кроме всего прочего.
Порочный ангел - Блейк ДженниферТаня
20.12.2014, 17.13





Действительно роман не для легкого чтива.Но очень хорош!Есть все:любовь,безумная страсть,приключения,политические интриги,военные действия...Не согласна,что Луис более достоин героини.Просто у Гранта совершенно другой характер,другое воспитание.Да,с таким человеком сложнее жить.Но и более увлекательно и интересно(на вкус конечно).И на протяжении всего романа было видно,как она ему нравилась,как он влюблялся.Не прямым текстом конечно,а между строк.Просто читайте внимательнее и наслаждайтесь!Роман того заслуживает!
Порочный ангел - Блейк ДженниферНиколь
9.11.2015, 12.41





Наконец-то прочитала роман, долго не решалась из-за комментариев. Очень понравилось, реалистичные отношения, без лишней придури гг-ев. Мне лично всех было жалко - и брата, и Луиса и даже Хуаниту, по существу, все оказались пешками в политике больших денег. Не согласна, что Луис ей больше подходил, он с самого начала поддерживал героев, как настоящий друг с большим сердцем, молодец, защитил героиню, и я думаю, это скорее донкихотский поступок, чем романтическая любовь. По сравнению с этим романом, Обольщение вообще не понравилось, но на вкус и цвет все карандаши разные ))) грант очень хорош и последователен а своих поступках, мне лично он был очень понятен
Порочный ангел - Блейк ДженниферВиктория
29.12.2015, 7.01





Роман хорош-это однозначно. Я не разделяю всеобщего восторга по поводу Луиса, на мой взгляд, он не дотягивал до главного героя. Вышел слишком слащавым и правильным, но, тем не менее, любовью героини так и не стал. Все как в жизни: смотришь на мужчину - вроде бы и умный, и образованный, и симпатичный, и все при нем, но это "не твое", вот так и с Луисом вышло. Прекрасно, конечно, было бы, если бы была отдельная книга о Луисе и о его развитии. Грант - очень тяжелый персонаж, автор, на мой взгляд, хотела показать то, что он в принципе не привык к любви в жизни - мать отреклась, отца родного убили, отчим сразу в школу его отправил, детства не было. А как многие знают, все ошибки юности и зрелости родом из детства. Почему Луис спас героиню, а не Грант? Потому что Грант-военный, позывы сердца для него не важнее приказов. Это очень тяжелая судьба, тяжелый и многогранный человек, который, в конце-концов, смог найти свою любовь несмотря на боль, разочарование, войну, предательство своих идеалов. Для него жизнь рухнула в один момент и у него хватило сил построить на развалинах чувств и ценностей дом. Моя оценка - 10 из 5!
Порочный ангел - Блейк ДженниферНаташа
29.12.2015, 16.06





Шедевр!!! И этим все сказано. Ни чего лишнего, все в меру.
Порочный ангел - Блейк Дженниферлм
29.01.2016, 20.13





Шикарный роман. Особенно понравился главный герой - настоящий полковник. Все мужчины-ггерои у Блейк - очень мужественны. Недавно прочитала "Дикое желание любви" Блейк, тоже очень понравилась книга.
Порочный ангел - Блейк ДженниферПочитательница.
31.03.2016, 15.24





Мне жаль потраченного времени.
Порочный ангел - Блейк Дженниферэлен
4.04.2016, 19.38





Очень хороший роман. Сильные герои. И что люблю - открываются неизвестные страницы истории - есть реальные исторические персонажи. Ценность таких романов - после них хочется прочитать исторические книги или хотя бы почитать википедию. Советую - мне нравятся романы этого автора
Порочный ангел - Блейк ДженниферСофи-Мари
11.04.2016, 21.37





Девочки!Может,кто-нибудь вспомнит название романа!Действие происходит в Новом Орлеане непосредственно после присоединения к Штатам.Он-американец,бизнесмен,она из богатой креольской семьи.Брак почти по расчёту.В постели она боится проявлять чувства,сдерживается изо всех сил,потому что это считается неприличным для благовоспитанной креолки.Из-за этого между ними растёт стена непонимания...
Порочный ангел - Блейк ДженниферМарина*
11.04.2016, 23.30





Для Марины. Посмотрите роман "Моя единственная" Басби Ширли. Там такая же тема.
Порочный ангел - Блейк ДженниферЧертополох
12.04.2016, 0.13





Большое спасибо!
Порочный ангел - Блейк ДженниферМарина*
12.04.2016, 0.32





Роман потряс до глубины души, это шедевр! Я читала не отрываясь до утра. Очень переживала за героев и их судьбу, плакала за все их несчастья. роман с начала и до конца держал в напряжении.
Порочный ангел - Блейк ДженниферDani
13.04.2016, 14.31





Хороший роман и коменты хорошие. Сюжет интересный,слог классический (ну,почти).Кандалы и цепь,конечно, лишние. Но читала с удовольствием,поэтому ситуацией с кандалами не заморачивалась.Демократия по-американски вещь,конечно, сильная,но жуткая.
Порочный ангел - Блейк ДженниферЧертополох
13.04.2016, 18.40





Книга достаточно серьёзная для любовного романа, но не менее интересная. Гранта не совсем поняла, какой для меня ледяной он и остался, но это не портит сюжет. Роману 9/10
Порочный ангел - Блейк ДженниферАленка
26.08.2016, 0.21





Ознакомилась с отзывами. Читать не буду - уж больно всем жалко Луиса. Не хочу зря расстраиваться !
Порочный ангел - Блейк ДженниферИрина
26.08.2016, 12.12





А что уже можно читать и не платить?????Сайт вернули???
Порочный ангел - Блейк ДженниферК.М.
26.08.2016, 15.59








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100