Читать онлайн Мадам Марракеш, автора - Бленд Маргот, Раздел - Глава двадцать седьмая в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Мадам Марракеш - Бленд Маргот бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.86 (Голосов: 7)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Мадам Марракеш - Бленд Маргот - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Мадам Марракеш - Бленд Маргот - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Бленд Маргот

Мадам Марракеш

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава двадцать седьмая

Грег сидел в своей лоджии. Он развалился в кресле и немигающими, похожими на две пуговицы, глазами уставился куда-то на верхушки деревьев. Одна рука свесилась с подлокотника, другой он машинально перебирал в кармане мелочь. Челюсти при этом беспрерывно работали – он жевал. Солнце было еще жаркое, и его лучики то и дело проходили по лбу Грега. Но он их не замечал.
– Элли, дорогая…
Голос старика из соседней лоджии заставил его насторожиться. Грег повернул глаза (именно глаза, а не голову) в сторону двери, соединяющей лоджии. Челюсти продолжали интенсивную работу.
– Элли, дорогая, мне нужно отвести машину в гараж. Ее нужно помыть. Ты побудешь немного одна?
– О, Стенли, ты же знаешь, как я не люблю оставаться одна. А вдруг что-нибудь понадобится.
– Это не долго, дорогая. Самое большее двадцать минут. Я тут же возьму такси и приеду назад. Я не пойду пешком. Твой носовой платок, твоя сумочка, твоя книга – все здесь, на столе. Ну, я пошел. Веди себя, пожалуйста, хорошо.
Грег услышал тихий звук, вероятно, поцелуя. Затем на соседней лоджии стало тихо. Змеиные глаза его опять возвратились в исходное положение – на верхушки деревьев. Тишину нарушало жужжание пчел над жасминовыми кустами и смех, доносящийся от бассейна, скрытого внизу, под сплетением веток. Через некоторое время Грег опять услышал на соседней лоджии какие-то шорохи.
– Стенли…
Опять этот дребезжащий голос. Грег скосил глаза вправо.
– Стенли, где же ты?
Голос стал громче и задребезжал еще больше.
– Мне надо в туалет, Стенли.
Грег выпрямился и перестал перебирать в кармане монеты.
– Стенли! Где же ты?
Старуха всхлипнула. Затем послышался скрип кресла, она, видимо, с трудом поднималась.
Грег встал на ноги. Подошел к маленькой дверце и тихо нажал на ручку. Она легко подалась. Он довольно улыбнулся, показав отменные белые зубы, и открыл ее.
Старуха стояла, опираясь обеими руками на перила балкона. Она повернула в его сторону свои детские слезящиеся глаза и спросила:
– Кто вы, молодой человек? Вы пришли мне помочь? Спасибо.
Грег широко улыбнулся.
– Да… – челюсти его при этом работали, он продолжал жевать. – Да! Я пришел вам помочь.
Одну свою громадную ручищу он положил ей на седой затылок, другой подхватил за колени. Легонько приподняв, перевалил ее сухонькое тело через балконные перила. Глаза старухи расширились от ужаса. Она издала какой-то булькающий звук, похожий на крик, и исчезла внизу под деревьями.
Грег вытянул голову, наблюдая, как трепыхались на ветру полы ее халата, а затем тихо возвратился к себе и закрыл дверь. Немного постоял, глядя на сад внизу. Там, среди розовых кустов лежало безжизненное тело. Руки и ноги широко раскинуты в стороны, голова неестественно завернута назад. Садовники уже увидели ее и с криками бежали туда.
Он снова плюхнулся в кресло. Рука в кармане брюк нащупала монеты. Глаза немигающе остановились на верхушках деревьев. Челюсти продолжили свою ритмическую работу.
* * *
У ворот маленького английского кладбища собралась группа. Тихо стояли Джереми, Карлотта, Чендлер, Френки и Малага. От свежей могилы нетвердой шаркающей походкой к ним направлялся Стенли Грант. Шел он с опущенной головой, черный костюм висел на нем так, будто он внезапно уменьшился вдвое. Он пожал руку священнику, шедшему рядом, и, бормоча что-то под нос, двинулся к воротам. Приблизившись к группе, он поднял голову и улыбнулся покрасневшими глазами. Улыбнулся усталой, вымученной улыбкой.
– Как это хорошо, как это благородно с вашей стороны, молодые люди, что вы пришли проводить Элли… Ей это, наверное, очень приятно, она же любила молодежь. А ведь вы с ней даже не были знакомы. Она была бы очень рада с вами пообщаться, но в последнее время очень плохо себя чувствовала. Но держалась, стойко держалась. И умерла она…
Голос его задрожал. Он отвернулся.
– Умерла-то она как – пыталась сделать что-то сама и потеряла равновесие. Если бы я только не…
Голос его зазвенел.
– Будь проклята эта машина!
Он повернул голову в сторону могилы, усыпанной цветами.
– Я возвращаюсь домой, в Англию. И уже более спокойно продолжил.
– Машину оставлю здесь, поручу кому-нибудь продать. Зачем мне нужна машина, если в ней не будет Элли. А сейчас я должен вернуться в отель и собрать ее вещи. Я всегда паковал ее вещи.
Джереми положил руку на его поникшее плечо.
– Я понимаю, сэр, что словами тут не поможешь, но, если мы можем что-то для вас сделать, то…
Старик покачал головой.
– Спасибо, вы так добры. Вы так все добры ко мне…
– Мистер Грант, – добавила Карлотта, – может быть, я помогу вам собрать вещи вашей жены?
Он опять покачал головой.
– Нет, моя дорогая. Поймите, это все, что осталось от моей Элли, и я… – голос его опять задрожал.
– Может, вас отвезти в отель? – спросил Чендлер.
– Спасибо, но здесь же похоронная машина, я поеду на ней.
Он указал на черный древний «ройлс-ройлс», стоящий у тротуара. За рулем сидел шофер в тюрбане.
– Никогда не думал, что похороню мою Элли в этой чужой стране.
И он снова посмотрел на могилу.
– Я… – он говорил сейчас шепотом, как бы сам с собой, – я не знаю, что мне теперь делать, куда деваться, чем заняться. Мне не о ком больше заботиться, а ведь забота об Элли составляла смысл моей жизни.
Он тяжело вздохнул и направился к машине.
Высокий черный автомобиль медленно отъехал от кладбищенских ворот. В нем сидел старый человек, глядя прямо перед собой. Один.
* * *
Они вошли в отель. Молча прошли в сад. Разговаривать никому не хотелось. За столиком в одиночестве сидела Изобель. Ее лицо закрывала широкая соломенная шляпа. Увидев их, она помахала рукой.
– Привет. Надеюсь, похороны прошли хорошо? Чендлер пристально посмотрел на нее.
– Как это могут хорошо пройти похороны?
– Ну, Чендлер, – сказала она извиняющимся тоном, – вы не так меня поняли. Я хотела спросить, нормально ли все прошло. Я не смогла заставить себя прийти. Я… – она запнулась, – мне кажется похорон с меня уже достаточно. А вами, Карлотта, я восхищаюсь. Ведь вы тоже недавно… Ваш муж… Я имею в виду, что вы такая мужественная и сильная. У меня другое дело. Мы с Пэтом так долго прожили вместе… Когда мы поженились, я была еще ребенком.
Она полезла в сумочку за салфеткой. Достав ее, промокнула глаза.
Джереми сочувственно закивал головой.
– Да, да, бедняжка. Мы все понимаем. Появился Грег. Руки в карманах. Посмотрел на клумбу, где трудились несколько садовников.
– Да, старая леди наделала здесь шороху. Угробила столько роз.
Чендлер резко повернулся к нему. Лицо его побледнело.
– Слушай, ты, бесчувственный идиот, заткнись! Грег перестал жевать и повернул на Чендлера свои стеклянные глаза.
– Никто еще ни разу не говорил мне: «Заткнись».
Голос его звучал монотонно, как из автомата.
– Вот и отлично, – прохрипел Чендлер, – значит от меня ты слышишь это в первый раз.
С минуту Грег разглядывал его, а затем отвернулся и снова принялся жевать.
– А почему такой переполох по поводу смерти этой старухи? От нее не было никакой пользы. Могу поспорить, этот парень, ее муж, сейчас на седьмом небе от счастья.
Карлотта всхлипнула. Из ее полузакрытых глаз струились слезы.
– …не о ком больше заботиться, – шепотом повторяла она. – О Боже, он такой одинокий, совсем одинокий. И еще этот ужасный катафалк.
Джереми тихо сел рядом и подал ей свой носовой платок. Грег постоял молча еще с минуту.
– Ну хорошо, хорошо. Если вы собираетесь здесь устраивать поминки, я ухожу. Я вообще ухожу. Сегодня утром я снял дом в… в городе. Малага, поди сюда. Мне надо с тобой поговорить.
Малага помедлила пару секунд и пошла следом за ним. Он выбрал столик за кустами, и они сели рядом. Он вытащил пачку банкнот, свернутых в рулон, и положил на стол.
– Вот деньги. Сколько – не знаю. Забыл. Но знаю, что много. Я обещал заботиться о тебе. Мне нужно, чтобы ты жила в отеле. Мне нужен здесь свой человек.
Внезапно он замолк и подозрительно на нее посмотрел.
– Только не вздумай использовать их, чтобы смыться отсюда. Слышишь?
Он ладонью накрыл деньги.
Малага отрицательно покачала головой.
– Нет, я никуда не уеду. Во всяком случае, пока. И обязательно скажу тебе. Я жду Абдула. Так, так, значит ты перебрался в медину. Куда? Как я смогу тебя найти?
– Это… Нет, это пока секрет. Возможно, позднее я тебе скажу. А вообще, я буду приходить в отель и встречаться с тобой. Помнишь, я говорил, что знаю способ пробираться сюда незаметно? Я поднимусь по садовой стене на первый балкон, а дальше – по балконам. Это легко. Я могу лазить не хуже Тарзана. Но ты не должна никому ничего говорить. Никому и ничего. Вообще никому.
Он убрал ладонь с денег и схватил ее руку выше локтя. Кожа руки вокруг его пальцев побелела.
Она попробовала вырваться.
– Перестань, Грег! Мне больно, слышишь! Конечно, я никому не скажу. Зачем мне это.
– Послушай внимательно. Каждую ночь на перилах своего балкона ты должна привязывать полотенце, или что-нибудь белое, чтобы в темноте я мог определить, где твой номер. Каждую ночь, слышишь?
Он еще крепче сжал ее руку. Она кивнула. После этого он отпустил ее и, глубоко вздохнув, пихнул в ее сторону деньги.
Малага начала массировать руку.
– За деньги, Грег, спасибо. Кстати, это же твой номер, рядом с Грантами? Может быть, ты случайно что-нибудь видел?
– Да, я видел, как она упала. У Малаги перехватило дыхание.
– Боже мой, как это ужасно! И ты не мог ее спасти?
Он повернул к ней свои глаза робота.
– Предположим, что мог… – и разразился смехом, похожим на блеяние. – Конечно, я мог ее спасти. Но откуда мне было знать, что старуха собирается сигануть с балкона?
Ей вдруг стало страшно.
– И кстати, – она старалась, чтобы голос звучал ровно, – где живут твои родители? Может быть, ты дашь адрес? На всякий случай. Вдруг, например, ты заболеешь.
– Ну, это… – он вдруг насторожился, – нет, нет, не надо. Я знаю, что у тебя на уме, дрянь.
Она беззаботно рассмеялась и покачала головой.
– Грег, абсолютно ничего у меня на уме нет. Я даже не понимаю, о чем ты говоришь. Я просто думала, что на всякий случай нам нужно обменяться адресами. Мало ли что может случиться. Я дам тебе адрес моей семьи, а ты мне свой.
Грег отвернулся и начал бесцельно шарить взглядом по саду. К Малаге он потерял всякий интерес.
– Я… я его не знаю. Ладно, я пошел, Мне надо кое-что сделать.
Он поднялся и двинулся на выход, но, сделав пару шагов, обернулся.
– Не забудь: белую тряпку на балконе. Каждую ночь. Пока.
Малага осталась сидеть. Настроение было испорчено, она напряженно соображала.
– Не нравится мне все это, совсем не нравится, – изрекла она тихо вслух. – Ведь он сумасшедший, настоящий безумец.
Она закурила и с минуту задумчиво разглядывала сгоревшую спичку. Затем швырнула ее в кусты и пожала плечами.
Пошло оно к все черту. То, что он сумасшедший, в общем, не мое дело. Но, если он думает, что я, как принцесса из сказки, каждую ночь буду на окно своей башни привязывать платочек, то он сумасшедший вдвойне.
Она громко засмеялась.
Конечно, он чокнутый. Я повешу платочек, только когда кончатся деньги, не раньше. Еще не хватало, чтобы этот кретин мог ночью в любой момент приходить ко мне в спальню. Глаза ее потеплели. Как долго еще ждать Абдула? Когда он вернется? Милый, дорогой, единственный Абдул. Мы разделим друг с другом постель только после женитьбы.
Она улыбнулась своим мыслям и, пройдя через аллею, присоединилась к компании.
* * *
Чендлер поставил бокал на стол и отодвинул чашку с кофе.
– Если тебя это устраивает, Джереми, то мы могли бы отправиться за твоей машиной завтра.
– Конечно, вполне устраивает. Но мне не хотелось тебя обременять.
– Пошел к черту. Итак, выезжаем рано, очень рано. Когда девушки видят еще третий сон. Тогда мы вернемся тоже не поздно. Правда, я в механике не разбираюсь совсем и не знаю, сколько времени нужно, чтобы заменить бензонасос.
– То же самое и я. В семь тридцать подойдет?
– Прекрасно.
Он улыбнулся Френки и Карлотте.
– Вы в списке пассажиров не значитесь, поэтому можете провести день, валяясь в постели, наложив при этом на личико полфунта крема. Или сходить в парикмахерскую и еще раз покрасить волосы. Не знаю, как вы, а я просто валюсь с ног от усталости и поэтому отправляюсь прямым ходом в постель. Да и веселиться сегодня неуместно. Как представлю этого старого джентльмена, как он сейчас один в своем номере перебирает вещи Элли…
Следом за ним поднялись остальные. Изобель бросила взгляд на публику в баре. Ни одного свободного мужчины. Она подала руку Чендлеру и посмотрела на него снизу вверх.
– Помогите мне подняться, милый. Я тоже так утомилась.
Чендлер взял ее руку. Она была холодной и почти без костей. Подавив брезгливость, он рывком поставил ее на ноги.
– О, Чендлер, зачем же так грубо. Это, наверное, потому, что вы такой сильный, даже не чувствуете свою силу. А я такая маленькая.
Они направились к двери. Изобель взяла Чендлера под руку и улыбнулась.
– Может быть, зайдем ко мне в номер выпить на посошок? Только вы и я.
– Не сегодня, Изобель. Я же не шутил, когда говорил, что падаю от усталости. Но я действительно хочу с вами поговорить. Серьезно поговорить, и как можно скорее. Только вы и я.
Она жеманно захихикала.
– Вы говорите ну прямо как классная наставница, а я чувствую себя провинившейся школьницей. И только вы и я. Я боюсь, что вы меня отшлепаете. Но, если серьезно, то я готова в любое время. Когда скажете, милый.
Они догнали остальных у лифта.
На этаже Чендлер и Френки пошли в одну сторону, а все остальные в другую. Комната Карлотты была первой, затем удалилась Малага. Джереми проводил Изобель до двери ее номера. Она открыла дверь и улыбнулась.
– Так не хочется входить в пустые комнаты. Может зайдете выпить на посошок?
Джереми покачал головой.
– Бедная Изобель, прошу извинить меня сегодня. Завтра мне очень рано вставать. Как-нибудь в другой раз. Спокойной ночи.
Она затворила дверь и остановилась, прислушиваясь. Услышала, как открылась и закрылась дверь номера Джереми, как радостно заскулила Бриджит. Затем она осторожно отворила дверь и выглянула. В конце коридора она увидела Чендлера. Он легонько стучал в дверь. Дверь открылась, и стало светлее от ярко-рыжих волос Френки. Чендлер наклонился и поцеловал ее в губы. Затем он вошел к ней, и дверь закрылась.
Изобель вошла в комнату и проследовала к шкафу с бутылками. Налила себе в бокал виски. Много виски.
Чендлер интересуется мной. Он сейчас сказал мне об этом. Это хорошо. Теперь надо действовать: убрать с дороги эту рыжую. И какому мужчине нужна глупая молодая девка, когда есть опытная, искушенная женщина. Рано или поздно Чендлер окажется в моей постели… И единственное, что для этого нужно, так это избавиться от чертовой девки.
* * *
Чендлер прошел вслед за Френки в спальню. На пороге остановился и принюхался.
– Твоя комната мне нравится больше моей. Здесь лучше пахнет. Здесь пахнет тобой.
– Мне здесь тоже больше нравится. Надоело тайком пробираться к тебе по коридору. Больше я на это не согласна.
– Тогда, в первый раз, я подкупил тебя виски и коллекцией гравюр. Иди немедленно сюда, я тебя поцелую.
Она, наоборот, отвернулась и подошла к туалетному столику. Начала перебирать на нем бутылочки. Он удивленно посмотрел на нее и, подойдя вплотную, положил руки ей на плечи.
– В чем дело, детка? У тебя сегодня какое-то странное настроение.
Немного поколебавшись, она глухо ответила:
– Этот несчастный старик. Я все время думаю о нем. Мы считали его жену вздорной старухой, а он любил ее. Теперь она ушла, и вместе с ней ушла его жизнь. Понимаешь, я боюсь любви. Я ее ненавижу! Ни к чему хорошему она не приводит. Всегда, всегда любовь связана со страданием.
Он развернул ее и заглянул в глаза.
– Френки, это же означает, что ты боишься жизни. Ты можешь существовать без любви, но не жить. Я это знаю, потому что пытался. Разумеется, мы все смертны, но нельзя отказываться от любви и той радости и счастья, что она приносит, потому что однажды придет смерть. Это глупо и по-детски, дорогая.
Она вырвалась из его рук, избегая смотреть в глаза.
– Может быть, это и глупо, и по-детски, но еще глупее, по-моему, намеренно обрекать себя на страдание, поддаваясь любви. И вовсе не смерть прерывает все это. И ты должен знать это лучше меня. Прерывает все это ложь, обман и предательство.
Она говорила, а он изучал ее лицо. Нет, я не буду делать ей предложение сегодня. Она в плохом настроении и может сказать: «Нет». Подожду до завтра.
Он прижал ее к себе и потерся щекой о ее лоб.
– Милая, маленькая Френки. Обещаю тебе, дорогая, что никогда не заставлю тебя страдать. Поверь мне.
Она легонько толкнула его в грудь и посмотрела в глаза.
– Ты говоришь так сегодня, сейчас, а что ты будешь говорить завтра?
– Я всегда буду говорить одно и то же. Моя мечта – заботиться о тебе, дорогая.
Он крепче сжал объятия и наклонился к ее губам. Ее напряженное тело постепенно расслаблялось в его руках. Она обвила его руками вокруг шеи, подняла их выше, вороша и лаская волосы, все ближе и ближе прижимая его голову к своей. Через минуту он с трудом оторвался от нее, чтобы глотнуть немного воздуха. Она приникла к нему, запрокинув голову, с закрытыми глазами и полуоткрытым ртом. Одной рукой он расстегнул ей молнию на платье, а другой помог высвободить из него плечи. И сделал шаг назад. Платье легкой шелковой волной бесшумно соскользнуло на пол. Трусиков на ней не оказалось.
Он опустился перед ней на колени и положил ладони на ее маленькие груди, зажав острые соски между пальцами. Затем он мягко начал двигать руки вниз к узкой талии и еще ниже, через крутой изгиб бедер. Прижав к себе, он начал целовать ее пупок, покрывать поцелуями выпуклости и ложбинки ее бедер и живота, спускаясь все ниже, к нежным, мягким, курчавым волосам. Тело ее было как теплый шелк.
– Френки, дорогая. Я хочу любить тебя сегодня бережно и нежно. Я хочу, чтобы ты заснула в моих объятиях, положив голову мне на плечо. Я хочу у себя на щеке чувствовать твое дыхание, чувствовать, как подымается и опускается твоя грудь, как под моей рукой бьется твое маленькое сердечко.
Расширенными глазами она глядела в его лицо. Глаза его были закрыты. Она ласково потрепала его волосы.
Боже мой, я же люблю этого человека, хотя поклялась никогда больше не совершать подобной глупости. И я ему верю, когда он говорит, что никогда не заставит меня страдать. Дура я, дура, но я люблю его.
Запустив пальцы ему в волосы, она откинула его голову назад. Он открыл глаза и встретился с ее нежной улыбкой.
– Чендлер, милый. Раздевайся скорее и идем в постель.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Мадам Марракеш - Бленд Маргот



Ох! Последние главы держали в таком напряжении, что дух захватывало! Какой интересный сюжет: каждый из встретившихся в одном месте людей имеет " второе" дно, у каждого есть тайна. А Судьба все ставит на свои места. И все хорошо заканчивается. Буду искать другие произведения этого автора. Рекомендую. 10/10
Мадам Марракеш - Бленд МарготЛенванна
27.04.2016, 8.54





Довольно необычно для любовного романа, но интересно, захватывающе. Читайте
Мадам Марракеш - Бленд МарготДиана
3.05.2016, 8.14








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100