Читать онлайн Нежное предательство, автора - Битнер Розанна, Раздел - Глава 4 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Нежное предательство - Битнер Розанна бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.5 (Голосов: 30)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Нежное предательство - Битнер Розанна - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Нежное предательство - Битнер Розанна - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Битнер Розанна

Нежное предательство

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 4

Голос Одри звучал уверенно и чисто, хотя девушка впервые выступала перед публикой. Се­годня она пела только для Ли, который сидел сейчас возле камина. Гостиная была заполнена специально приглашенными гостями и соседями. Энни Джеффриз собрала всех знакомых, чтобы они послушали ее последнюю ученицу. Одри не хотела, чтобы Энни стало неловко за нее. Но странно, больше всего сегодня ей хотелось понра­виться Ли.
Прошло больше месяца с тех пор, как он при­ехал. Ли задержался в Мэпл-Шедоуз дольше, чем намеревался. Не из-за нее ли? Они выезжали, как в экипаже, так и верхом, гуляли на пляже, весе­лились и беседовали. Иногда сидели вдвоем в кабинете, читали книги, обсуждали культуру Се­вера, сравнивали с культурой Юга. Казалось, Ли пытается понять ее взгляды на рабство. Но обыч­но молодые люди старались избегать скользкой темы и говорили о другом.
Внутренне Одри противилась и бранила себя за желание понравиться Ли. И, несмотря на душевный протест, провела несколько часов подряд, готовясь к вечеру. Она сделала все, чтобы быть похожей на красивую зрелую женщину. Тусси пришлось несколько раз приниматься за укладку волос, пока, наконец-то, Одри осталась довольна высокой прической из роскошных рыжих локо­нов.
Она выбрала ярко-зеленое вечернее платье с глубоким вырезом на лифе, плечи были совершенно обнажены. Талию подчеркивал ши­рокий темно-зеленый шарф, завязанный на спине огромным бантом. Рукава с двойными буфами ниспадали до локтя и были отделаны узкой атласной темно-зеленой лентой. Верхняя кружевная юбка собрана буфами над нижней шелковой. Каждый буф закреплялся атласной ленточкой более темного цвета, край подола отделан темно-зеленой тесьмой.
Это платье сшила семейная портниха Генриет­та к дню рождения Одри. Генриетта, наверное, была самой толстой женщиной на свете, какую девушке когда-либо приходилось видеть. Но ни­кто не умел шить лучше. Портниха выбрала для платья Одри зеленый шелк, чтобы подчеркнуть цвет глаз девушки. Но когда первый раз приме­рили платье, то Генриетта сильно сокрушалась, что сделала слишком глубокий вырез на груди. Однако Одри это не беспокоило. Наоборот, она чувствовала себя в нем совсем взрослой, вырез приоткрывал нежную белую грудь.
Одри была готова к выходу и, глядя на себя в зеркало, вспомнила, какой грандиозный бал уст­роил отец, чтобы отметить ее день рождения. Молодые люди выстроились в очередь, чтобы по­танцевать с ней. Но Ричарду Поттеру было дозво­лено приглашать ее чаще других. Именно в этот вечер плантатор-вдовец сделал предложение, объ­яснив отцу все преимущества такого брака. У пер­вой жены Ричарда не было детей. Одри еще моло­да и сможет произвести на свет много отпрысков, которые когда-нибудь станут управлять объеди­ненной империей Бреннен-Мэнор и Сайпресс-Холлоу.
Тогда она серьезно не задумывалась о замуже­стве и детях. Помолвку с Ричардом восприняла как что-то естественное, само собой разумеющее­ся. Если она и выйдет замуж, это случится совсем не скоро, в далеком призрачном будущем. Можно было пока не переживать. Девушка бы и не бес­покоилась, если бы не испытывала странных чувств в присутствии Ли. Ни Ричард, ни другие мужчины не заставляли ее сердце биться сильнее и тревожнее, их присутствие не вызывало у нее в душе непонятных желаний. Но почему же тогда она чувствует небезоглядную радость от пред­стоящего вечера? Почему ощущает в сердце ту­пую боль?
Хотелось, чтобы Ли обязательно увидел в ней женщину. Стройную шею она украсила брилли­антовым колье, которое отец подарил ей на день рождения. В мочках ушей сверкали бриллианто­вые сережки. Ей уже не шестнадцать, а семна­дцать лет. Скоро исполнится восемнадцать. Рас­судком она понимала, что глупо испытывать неж­ные чувства к янки. Отец очень рассердился бы, узнав о ее влюбленности.
В Луизиане, как и по всему Югу, слово «янки» ассоциировалось со словом «враг». Ли ненавидит рабство. Кажется, ему нравится злить Одри, раз­говаривая с Тусси, словно та была ближайшей соседкой. Одри имела право влюбиться в кого угодно, но только не в Ли Джеффриза. Но случи­лось так, что она полюбила именно его. Интерес­но, догадывается ли он о ее чувствах? Он, конечно же, очень опытный и земной мужчина. Возможно, видит ее насквозь и про себя посмеивается. Если бы у нее хватило смелости рассказать ему о своих чувствах, поведать, что она сочинила песню и посвятила ему? Но Одри слишком стеснялась, могла ли она показать или спеть песню?
Она еще многого не понимала в мужчинах и до последнего времени они ее совершенно не интересовали. Ли пробудил в ее душе что-то новое и прекрасное. В ней проснулась незна­комая женщина. И это второе «я» пыталось вырваться из собственного тела. Одри време­нами изучала свое тело перед зеркалом. Ин­тересно, что испытывал бы мужчина, если бы увидел ее обнаженной?
Одри встряхнула головой и заставила себя сконцентрировать внимание на зрителях, собрав­шихся в просторной гостиной. Энни Джеффриз учила ее владеть вниманием аудитории. Незави­симо от того, состояла она из сорока человек или из тысячи.
«Дайте почувствовать каждому слушателю, что вы поете именно для него одного», – говорила Энни Одри.
Перед концертом девушке пришлось выпол­нить дыхательные упражнения, которым научила миссис Джеффриз. Успокоилась и сосредоточи­лась. Для нее сегодня вечером слишком многое происходило в первый раз. Впервые она пела перед настоящей публикой. Впервые исполняла арию из итальянской оперы. Миссис Джеффриз научила ее правильно произносить слова, объяс­нила их смысл, чтобы девушка могла петь с настоящим чувством. Одри молилась про себя, чтобы не сбиться и не забыть текста. Не столь волновало, что могут подумать о ней остальные. Было очень важно, как смотрит сегодня на нее Ли.
Молодая певица закончила вторую песню, и все зааплодировали. Кое-кто поднялся. Ли тоже ап­лодировал, стоя. Одри почувствовала, как подни­мается у нее настроение – она понравилась публике! Раньше она не придавала большого значения урокам по постановке голоса и выступ­лениям перед публикой. Но однажды Энни Джеф­фриз рассказала об удачном начале своей карьеры. Одри тоже могла бы прославиться. Но для этого необходимо много работать. Вероятно, всю жизнь.
Одри даже и не мечтала о необыкновенной судьбе, зная, что проживет всю жизнь в Бреннен-Мэнор, выйдет замуж, нарожает детей и будет вести спокойное существование богатой благовос­питанной южанки.
Неожиданно она размечталась. Возможно, она смогла бы петь в опере. Могла бы отказаться от предложения Ричарда и не выходить за него за­муж. Официально он сделает предложение вскоре после ее возвращения домой. Она смогла бы вме­сто этого сделать артистическую карьеру. О… Одри могла бы по-настоящему полюбить янки и остаться в Коннектикуте. Наверное, в эти неспо­койные времена ей было бы нелегко жить здесь, в окружении «врагов». Многие из этих людей холодно и грубо относятся к ней. Впервые увидев ее и услышав южный говор, задавали невежест­венные вопросы о жизни на плантации. Вопросы, которые унижали ее достоинство, больно задевали гордость. Она не имела права забывать об отце, Джое, а главное – о судьбе плантации Бреннен-Мэнор.
Одри испытывающе смотрела на Ли. Он при­ветливо улыбался, не прекращая хлопать. Воз­можно ли, чтобы такие разные люди влюбились друг в друга и были счастливы? Что означает нежность в голубых глазах молодого человека? Может быть, это любовь? Или он просто восхищен ее талантом? Она полюбила его за доброжелатель­ное отношение к Джою. Несколько раз Ли брал мальчика на охоту, они вместе плавали, вместе читали. За последний месяц Джой совершенно изменился, стал более уверенным, раскованным. Ли помог и ей понять, что своей чрезмерной заботой она подавила самостоятельность брата, не давала ему возможности почувствовать себя взрослым человеком. Речь Джоя тоже значительно улучшилась с тех пор, как Ли стал заниматься с ним. Джой прямо-таки боготворил старшего друга. Между ними установились особые отноше­ния, словно Ли отлично понимал чувства мальчи­ка. Он никогда не рассказывал подробно о собст­венных разногласиях с отцом. Но из-за того, что он избегал разговоров на эту тему или старался перевести беседу в другое русло, чувствовалось недовольство разладом в семье.
Возможно, чувство одиночества, которое время от времени сквозило в глазах молодого человека, заставило Одри полюбить его еще сильнее. Как быстро миновал месяц. И так хотелось, чтобы время остановилось. Скоро Ли уедет в Нью-Йорк. Одри не сомневалась, что на этом закончится их короткая нежная дружба. Отчаяние охватывало ее. Надо рассказать ему о родившихся чувствах. Возможно, он уедет, так никогда и не узнав о ее любви. А если они больше никогда не встре­тятся?
Одри завершила запланированную программу и начала исполнять произведения по просьбе зрителей. Кажется, гости в восторге от ее пения.
«…Была спокойная, тихая ночь,Полная луна мягко освещалаХолмы и долины, когда друзьяВ безмолвном горе стоялиУ смертного ложаМоей бедной Лилли Дейк ». 
Грустная песня называлась «Лилли Дейк». Ее попросила исполнить одна из женщин. Одри пела с таким чувством, что женщина начала всхлипы­вать и вытирать слезы. Когда Одри допела песню до конца, еще несколько зрительниц утирали слезы и всхлипывали. Она спела еще несколько песен более веселых, публика развеселилась.
– А как насчет того, чтобы спеть «Мой старый дом в Кентукки»? – попросил мужчина со странным выражением лица – неприязненным и как бы брезгливым. Он не улыбался, словно не умел. Это был Кай Джордан, один из богатых друзей семьи Джеффриз, адвокат из Нью-Йорка, прово­дивший здесь летний отпуск. Когда Одри и Кая представили друг другу, он поинтересовался, при­надлежит ли девушка к «южным бунтовщикам», и хотя при этом засмеялся, Одри почувствовала в его замечании ядовитый сарказм.
– Прекрасно, – согласилась девушка, смело глядя в глаза гостя. Песня «Старый дом в Кентук­ки» была написана Стефаном Фостером, всем бы­ло известно, что она основана на мелодии негри­тянского спиричуэлс. Кай Джордан бросил ей вызов, она не собиралась отступать. Обернувшись к миссис Джеффриз, Одри попросила наиграть несколько первых нот. Энни Джеффриз так пре­красно играла на фортепьяно, что любая, даже самая обычная мелодия звучала торжественно и величаво.
Одри снова взглянула на Ли, словно бы проси­ла о поддержке. Молодой человек кивнул ободря­юще, как бы приказывая не уступать Каю. Она посмотрела на Джордана и начала петь:
«Ярко сияет солнце над старым домом в Кентукки,Стоит лето и темнокожие веселятся,Созревает зерно и луга цветут,И птицы поют весь день.Молодые люди танцуют в тесной хижине,Все жизнерадостны, веселы и счастливы.Но суровые времена уже стучатся в дверь.И тогда прощай, мой старый дом в Кентукки». 
Одри пропела куплет, затем припев и закончи­ла песню:
«Нужно склонять голову в поклоне и гнуть спину,Куда бы темнокожий не направился.Еще несколько дней, и все плохое закончитсяНа полях, где растет сахарный тростник…Не надо плакать, моя леди, не надо больше плакать!Мы споем еще одну песню о старом доме в Кентукки,О старом доме в Кентукки, который так далеко от нас». 
Песня снова разбудила тоску о доме, о краси­вом доме в Бреннен-Мэнор. Одри соскучилась по Лине и по старой толстой Генриетте. Тосковала по отцу. Девушка с раскаянием в душе сообрази­ла, что за месяц так мало думала о них, проводя почти все свободное время с Ли. Песня напомнила о тех, кто остался в Бреннен-Мэнор. Одри глубоко вздохнула, чтобы сдержать горячие слезы, под­ступившие к глазам.
– А как насчет ваших чернокожих? – поин­тересовался Джордан. – Они гнут свои спины на сахарных плантациях или ваш отец выращивает хлопок? Сколько негров принадлежит вашему отцу? Вам приходилось видеть, как их бьют плет­ками?
– Достаточно, Кай, – вмешался Ли, – Одри Бреннен гость нашего дома.
Гости с любопытством смотрели на Одри. Де­вушка почувствовала, как в сердце вскипает гнев, появилось желание защитить отца, защитить Бреннен-Мэнор, защитить даже негров.
– Мой отец выращивает хлопок, мистер Джор­дан, – гордо вскинув голову, ответила она. – Он один из богатейших людей в Луизиане, его план­тация одна из самых больших. Да, мы владеем неграми, но у нас с ними хорошо обращаются.
– Ну, если их хорошо кормят и не бьют плетками, значит, с рабством все в порядке? Ска­жите мне, миссис Бреннен, а что, если кто-нибудь назначит цену вам? Как бы вы тогда чувствовали себя, если бы вас поместили в клетку для людей? На вас бы все глазели и решали, на что вы способны. И вы бы не знали, для какой цели вас покупают. Сколько красивых рабынь, таких, как ваша собственная Тусси, вдовец-отец приглашает к себе в постель по ночам?
Одри покраснела. Гости замерли от грубой от­кровенности Кая. Ли поднялся со стула.
– Убирайтесь отсюда, Джордан! – потребовал хозяин. – Убирайтесь, или я вас вышвырну!
Одри не заметила, как рядом с ней оказалась Энни Джеффриз и взяла за руку, слегка сжав ладонь. Энни пыталась ободрить девушку.
– Он просто много выпил, моя дорогая, – тихо сказала Энни. Гости возбужденно перешептыва­лись.
– Как неудачно все сложилось! – услышала Одри слова одной из зрительниц. Большинство гостей сочувствовали Каю Джордану. Тот поднял­ся и взял жену под руку.
– Я с радостью покину ваш дом, – сказал он. – Возможно, у этой девушки прекрасный голос, но факт остается фактом. Она из семьи, которая покупает и продает живых людей. Живет в предательском штате, где уже обсуждается вы­ход из Союза! Вашей матери, Ли, не следовало приглашать ее сюда. Или, по крайней мере, не следовало разрешать привозить собственную ра­быню. Нехорошо, что у вас в доме живет рабовла­делица, Ли!
– Это мой дом, предупреждаю и требую, чтобы вы заткнулись и немедленно ушли! Еще одно замечание, и вы пожалеете об этом!
– Рабство – это плохо, Ли!
– Я согласен. Но сейчас не время и не место для обсуждений. От одной молодой женщины совершенно не зависит, сохранится рабство или нет! Выйдет штат из Союза или нет! А коли уж мы завели такой разговор, такой откровенный разговор, не забывайте, что есть много видов рабства. Всем известно, как вы обращаетесь со своей женой, Джордан. Не сомневаюсь, что рабам, принадлежащим семье мисс Бреннен, живется гораздо лучше!
По гостиной снова прокатилась волна возбуж­денного шепота. Одри в растерянности уставилась на Ли. Он действительно разозлился. Неужели только из-за того, что Кай Джордан оскорбил ее? Ли Джеффриз бросился на ее защиту! Сердце было готово вырваться из груди от любви и щемящей нежности к нему. Одри со страхом наблюдала, как разгневанный Джордан вплотную подступил к Ли.
– Если бы ты не был сыном Эдмунда Джеффриза, я бы…
– Ну и что бы вы сделали? – Ли был взбешен.
Кай Джордан, невысокий лысый мужчина, – ничтожество, по сравнению с Ли Джеффризом. Ли невольно сжал кулаки, он был готов броситься в драку. Джордан никогда не смог бы одолеть рослого, сильного и более молодого Ли. Кай от­ступил, крепко сжав руку жены. Невзрачная ти­хая женщина стояла, покраснев от стыда. Одри стало невыносимо жаль ее.
Джордан резко повернулся и стремительно по­кинул гостиную, волоча за собой жену. Ли повер­нулся к гостям и извинился.
– Пожалуйста, давайте послушаем еще не­сколько песен, а затем выпьем что-нибудь, – успокаиваясь, предложил он и смущенно взгля­нул на Одри: – Извиняюсь за грубость гостя, Одри.
Одри молча кивнула, но ей хотелось закричать: «Я люблю тебя, Ли Джеффриз!»
– Не обращайте внимания на Джордана, – извинился один из гостей. – Он сегодня слишком много выпил.
– Если бы сейчас было десять утра, про него все равно можно было бы сказать, что он слишком много выпил, – добавил еще кто-то.
Все рассмеялись, напряжение в гостиной спа­ло. Ли снова сел. Кто-то попросил Одри спеть песню «Родина, моя любимая Родина». Миссис Джеффриз заиграла вступление, а Одри собралась с силами. Неужели эти люди считают, что такой человек, как ее отец, имеет гарем из рабынь? Какое ужасное у них представление о жизни на Юге! Одри любила свою родину, свой дом, свою жизнь. Что плохого в этом? Почему все считают, что рабовладельцы насилуют негритянок и бьют рабов?
Можно жить среди роскоши во дворце,Но твой дом пусть прост и беден,Нет лучше места, чем родной дом.Здесь хранит нас очарование небес,И где бы мы ни оказались,Везде будет хуже, чем дома.Родина, родина! Родной любимый дом!..Мучительна разлука с родиной.О, верните мне снова маленький домикс соломенной крышей,И веселые птицы пусть откликнутся на мой зов». 
Одри представила себе Бреннен-Мэнор, цвету­щие азалии и кизил.
«…Верните мне родной дом,
И это утешит меня. Родной дом! Любимый, родной…»
Девушка больше не могла сдерживать подсту­пивших слез. Она повернулась и выбежала через распахнутые двери на веранду, спустилась с крыльца и скрылась в темноте. В гостиной заго­ворили громко и растерянно. Энни Джеффриз перестала играть.
– Очевидно, Одри расстроилась из-за грубости Кая Джордана, – объяснила она. – Я не обвиняю ее за несдержанность, она всего-навсего ребенок. Ее нельзя обвинять за образ жизни всего Юга. Благодарю за то, что вы пришли послушать ее. Мы решили собрать вас, чтобы у Одри была практика выступлений перед публикой. Вы пре­красно принимали ее. Теперь можете немного размяться, погулять по галерее, слуги подадут напитки. Я попрошу Ли найти Одри и привести ее в дом.
Все захлопали, а Одри торопливо уходила от освещенного дома, в темноту. Из двери вышел слуга, принялся освещать фонарем дорожку. Де­вушка спешила прочь, направляясь в сторону пляжа. Никто не догадается разыскивать ее там. Она быстро оглянулась. Гости разбредались по ярко освещенной галерее. Интересно, где Ли? «Ребенок». Так назвала ее Энни Джеффриз. «Де­вочка». Она казалась себе сейчас очень глупой. Получится еще хуже, по-детски, если она, рыдая, вернется к гостям. Замечания Джордана слишком больно ранили. Больше всего на свете ей хотелось вернуться в Бреннен-Мэнор. Уехать подальше от жестоких людей, которые не понимают и не хотят понимать ее жизнь, такую привычную и уютную. Наверное, она поступила слишком глупо, распла­кавшись от последней песни. Так хочется, чтобы Ли, наконец-то, увидел в ней женщину. Ве­роятно, своим безотчетным поступком она все испортила.
Слезы снова полились неудержимым пото­ком. Слезы печали о безнадежности любви, не­жданно родившейся в душе. Слезы тоски до дому, слезы униженного достоинства. Слезы гнева и уязвленного самолюбия. Должно быть, она сего­дня разочаровала Энни Джеффриз детским пове­дением.
Конечно, она размазала по лицу всю помаду. Но с собой нет носового платка, нечем вытереть слезы и высморкаться.
– Одри?
Сердце девушки тревожно застучало от звуков голоса Ли. О, какое унижение! Он снова застал ее рыдающей, словно дитя! Она сейчас ненавидела себя и собственную несдержанность. Возможно, Ли больше всех огорчен, что она ведет себя по-детски? Одри отчаянно вытирала слезы ладоня­ми. Но Ли уже оказался рядом и протянул ей носовой платок.
– Я подумал, что смогу найти тебя именно здесь. Ушел от освещенной веранды. А когда глаза привыкли к полумраку, сразу увидел, что кто-то здесь стоит.
Она взяла платок и высморкалась.
– Извините, что я так убежала, – все еще всхлипывала Одри. И замерла, ощутив на обнаженном плече горячую ладонь. Ли привлек де­вушку к себе.
– Одри, – он по-особому произнес ее имя, нежно и почти благоговейно. Она не успела изу­миться, он повернул ее к себе лицом и крепко прижал к груди. – Давай поплачь, – разрешил Ли. – У тебя есть на это право. Если бы такое случилось не в гостиной нашего дома, я наверняка избил бы Кая Джордана и вышвырнул вон за хамское поведение. Ублюдок!
Одри положила голову на его широкую грудь, с жадностью втянула запах его тела, блаженствуя и наслаждаясь защищенностью. Он никогда еще не пытался обнять ее. Одри не знала, как себя вести.
– Джордан адвокат моего отца, но это не значит, что я должен мириться с грубостью, ко­торую он себе позволяет. Мы с матерью ошиблись, пригласив его. Кай слишком много пьет спиртно­го, а после этого становится несдержанным и неуправляемым. Кроме того, ему очень хочется позлить меня. Он владеет одной из самых боль­ших адвокатских контор в Нью-Йорке. Знает, что я работаю не хуже. Мы представляем сопернича­ющие фирмы. Я на двадцать лет моложе, но работаю, может быть, даже лучше, чем он, – Ли погладил Одри по спине. – Люди не раз видели синяки у миссис Джордан. Женщина всегда ста­ралась найти им какое-либо объяснение. Но всем давно известно, что Кай бьет жену. Больше всего я ненавижу мужчин, способных ударить женщи­ну или ребенка. Однажды на улице Нью-Йорка я увидел, как мужчина бил своего ребенка. Я не выдержал и отколотил его.
О, как она любит Ли! Легко представить, как он бросился защищать несчастного малыша. Та­кой человек, как Ли, будет защищать не только тех, кого любит, но и каждого обиженного. Ли Джеффриз уверен в себе, умен и привлекателен. Это человек, который не откажется от борьбы. Но в то же время настоящий джентльмен, очень добрый, сочувствующий людям менее удачливым, чем он. Например, таким, как Джой. Ли так красив сегодня, одетый в черный костюм и бело­снежную кружевную сорочку.
Одри невольно отпрянула назад.
– Ваша рубашка! Я перепачкала ее пома­дой! – виновато воскликнула она, смущенная тем, что позволила ему так сильно прижать себя к крепкой груди. Это смутило ее гораздо больше, чем то, что она испортила ему нарядную рубашку. Девушка попыталась отстраниться, но он прижал ее еще теснее.
– Не переживай из-за какой-то чертовой ру­башки, – тихо сказал он.
Неожиданно он стал другим, не таким, как обычно. Он так нежно и бережно обнимал ее. Одри подняла голову, посмотрела ему в глаза. Что выражают сейчас его прекрасные голубые глаза? Любовь? Обожание?
Одной рукой он нежно поглаживал ее по спине, другой – дотронулся до пылающей щеки.
– Еще никогда я не видел такой красивой девушки, как ты. Сегодня ты выглядишь замеча­тельно, Одри. – Ладонь мягко скользнула по обнаженному плечу. Одри показалось, что вот-вот она потеряет сознание.
– Может быть, виновато твое платье, – голос Ли слегка вздрагивал. – Единственное, что я знаю… Я не хочу сейчас отпускать тебя. Невыно­симо знать, что тебе сегодня было больно.
Сердце девушки билось сильно, все тело обдало жаром.
– Я тоже не хочу, чтобы ты отпускал меня, – вздрагивая, ответила она шепотом.
Ли прижал еще крепче, рука скользила по ее обнаженной спине, вторая опустилась не­много ниже. Несмотря на то, что на ней было надето несколько юбок, Одри почувствовала легкое смущение. Она, наверное, рисковала, позволяя ему гладить ягодицы. Но не было сил остановить его.
– Ты собираешься выйти замуж за другого, Одри. Но ты не любишь его. Я точно знаю, что ты не любишь его. Мне невыносимо представлять, что другой мужчина сделает тебя женщиной. Я сам хочу быть твоим первым мужчиной. Ду­маю, я влюблен в тебя, Одри. Знаю, что это плохо. Я не должен говорить тебе об этом. Все склады­вается как-то неудачно.
Чувства, которым Одри противилась раньше, захлестнули ее. Девушка с трудом сдерживала желание. Это было не сумасшествие. Она очень любит Ли Джеффриза. Не важно, янки он или нет. Одри больше не могла сдерживаться ни се­кунды, крепко обняла его за шею.
– О, Ли, я тоже люблю тебя. Мне кажется, полюбила с самого первого дня, когда ты так рассердился. Я люблю тебя за доброту, за муже­ство, за то, что ты так доброжелательно относишь­ся к Джою…
Ли прервал ее признание, прижавшись губами к нежным губам, мягко раздвинул губы языком, проник в глубину ее рта. В теле Одри, казалось, вспыхнуло пламя. Девушка с готовностью ответи­ла, не думая о своей неопытности и о том, что совсем по-детски проявляет свое желание быть с ним. Но Ли это совершенно не волновало. Он прижал ее к себе так близко, что она задыхалась. Поцелуи становились жарче, проникновенней, чувственней.
Что она ощущала? Она знала, что в этот момент он может делать с ней все. Она не сможет, не захочет сопротивляться. Она жаждала его при­косновений, жаждала, чтобы он обладал ею, меч­тала, чтобы он никогда не выпускал ее из объя­тий. Казалось, они никогда не насытятся по­целуями. Снова и снова губы встречались. Он пробовал их на вкус, со страстным стоном произ­носил ее имя. Дыхание стало жарким и прерыви­стым.
Он жаждал ее, целовал шею, обнаженные пле­чи. Прикосновения его губ вызывали в ней волны восхитительных чувств и ощущений, каких она раньше никогда не испытывала. Робкий внутрен­ний голос протестовал, предостерегал, чтобы она была настороже. Несомненно, он опытный муж­чина, а она не понимает, до какого предела могут дойти мужчина и женщина, когда влюблены. Элеонор когда-то говорила, что целовать мужчин необыкновенно приятно. Теперь Одри хорошо понимала, что имела в виду ее любвеобильная кузина. Как это восхитительно! Она не могла насытиться нежностью Ли Джеффриза. Он цело­вал ее, но этого было мало. Крепко и сильно прижимал к себе, ласкал, но и этого было недо­статочно.
– Боже мой, если бы ты не была в таком красивом платье, я положил бы тебя прямо на песок, – простонал Ли.
«И что бы ты тогда сделал?» Интуитивно она понимала, что означает заниматься любовью. Вспомнив рассказы Элеонор, подумала об этом. Но до сегодняшнего дня она совершенно не при­давала значения словам кузины.
Она потянулась, откинула голову назад, и Ли стал целовать ей шею, губы скользили по коже ниже, ниже, пока не добрались до нежной груди в вырезе платья. Она задыхалась от восторга, который Ли возбуждал в ее душе. Может ли быть что-либо еще более прекрасное? Пусть он касается ее, целует ее везде. С ним так легко и все проис­ходящее кажется естественным. Неужели он так легко превратит ее в женщину, которая позволит делать с ней греховные вещи? Почему и куда испарился ее здравый смысл? Он исчез неизвестно куда с того момента, когда Ли начал обнимать и целовать ее.
А губы Ли тем временем коснулись тугого, набухшего соска. И Одри застонала от желания, пораженная тем, что у нее недостает сил остано­вить его. Никогда в жизни она не испытывала такого блаженства, не ощущала себя такой жи­вой, такой прекрасной и желанной, настоящей женщиной. Одной рукой он крепко обнимал ее за спину, губы снова целовали ее шею, другой рукой он ласкал ее грудь, осторожно высвободив из разреза платья. Она снова и снова шептала его имя, произнося его с нежностью и страстью. Губы Ли снова добрались до ее губ, снова он приник к ее губам жарким проникновенным поцелуем.
Ли тяжело вздохнул, и снова его нежные губы проделали дорожку к обнаженной груди Одри. Она задыхалась. Он нежно коснулся самого чув­ствительного места на груди, слегка прикусил и потянул, словно пробовал на вкус сладкий зрелый плод. Голова у Одри закружилась от восторга. Восхитительная, почти болезненная потребность его прикосновений отдавалась сладкой тягучей болью внизу живота и между бедрами. Мужчина, которого она полюбила, разбудил неведомые до­селе чувства.
Но подсознательно Одри чувствовала, что ис­пытала еще не все. Несомненно, должно произой­ти еще что-то. Ее захлестнуло желание узнать и испытать все. Хотелось, чтобы именно Ли Джеффриз научил ее всему и делал с ней все, что хочет. Ричард никогдане сможет заставить ее испыты­вать подобный восторг.
– Ли! Ты где? – послышался голос Энни Джеффриз. Ли мгновенно остыл, пришел в себя. Он абсолютно забыл о гостях и о том, что мать тоже ищет Одри.
– Черт возьми! – прошептал он. – Поправь платье.
– Я нигде не могу найти Одри! – прокричала Энни. – Помоги мне отыскать ее, пожалуйста. Я очень беспокоюсь за девочку.
– Уже нашел, – вздохнув, сообщил Ли. – Мы вернемся через несколько минут. Пока я провожу ее в дом. Думаю, сумею убедить вернуться к гостям! – он схватил Одри за руку. – Я проведу тебя в дом так, чтобы никто не заметил. Ты сможешь привести себя в порядок… – он снова наклонился и нежно поцеловал ее, – и платье.
Одри внезапно почувствовала неловкость и смущение. Но она не смогла так быстро остыть и была охвачена пламенем желания.
– Я не хочу уходить. Давай останемся здесь, побудем вдвоем, – тихо попросила она. Казалось, что ее несет по течению какого-то нереального потока. Мир изменился.
Случилось что-то необыкновенное. В короткий срок она превратилась в другого человека, кото­рого не понимала. Стала ли она теперь настоящей женщиной? Все ли свершилось для этого? Что еще произошло бы, если бы не появилась Энни Джеффриз?
– Извини меня, Одри, – хрипловато сказал Ли, словно оправдываясь. – Я не имел права.
Она снова обхватила его шею.
– Все хорошо, Ли. Я так сильно люблю тебя! Теперь я знаю, что ты меня тоже любишь… – она нежно поцеловала его в губы. – Это не важно, что ты янки, – добавила Одри. – Отец вынуж­ден будет согласиться. Ты очень умный мужчи­на. Ты обязательно научишься управлять планта­цией…
– Что? – Ли показалось, что в слове «янки» сквозила едва заметная враждебность. С чего она вдруг решила, что он сможет стать хозяином плантации?
– Знаешь, я не смогу уехать из Бреннен-Мэнор. Это убьет отца и Джоя. Невозможно забрать с собой Джоя. Я должна заботиться о нем. Мы с тобой будем жить в Бреннен-Мэнор. Адвокатскую практику ты устроишь в Батон-Руже. Это совсем недалеко от нас. Вот увидишь, мы сможем преодолеть различия. Любовь способна изменить все и всех.
Она снова поцеловала его. Ли внезапно осознал безумие своего порыва. Наверное, слишком много выпил сегодня. Если бы был трезв, то ни за что не позволил бы случиться подобному. Да, он, действительно, любит ее. Но не собирался призна­ваться, намереваясь вернуться в Нью-Йорк и за­быть Одри Бреннен. Разлука сейчас была бы наиболее удачным выходом. Любовь, а тем более женитьба с Одри невозможны. Уехать жить в Бреннен-Мэнор? Никогда! Одри не будет счастли­ва в Нью-Йорке. А как быть с Джоем? Он все обдумал раньше, по-адвокатски трезво взвесил все за и против. Он должен отказаться от близости с Одри.
Но сейчас все произошло совершенно неожи­данно. Черт бы побрал Кая Джордана! Черт бы побрал эти детские слезы! Черт бы побрал спирт­ное, которого он выпил не в меру! Черт бы побрал теплую лунную ночь и очарование Одри! Боже мой, что он наделал? Он мягко снял ее руки со своей шеи.
– Я должен отвести тебя в дом, Одри. Мы поговорим с тобой обо всем завтра.
Одри почувствовала внезапное охлаждение Ли. Может быть, она что-то не так сказала? Щеки девушки вспыхнули от смущения. Почему она решила, что он готов жениться на ней? Твердила что-то о его переезде в Бреннен-Мэнор. Так, слов­но все уже давно решено! Что он может подумать о таком детском нетерпении? Возможно, ему по­казалось, что она снова отдает приказания? Но все же только минуту назад они испытывали друг к другу щемящую нежность. Хочет Ли жениться на ней или пытался просто воспользоваться де­вичьей неопытностью?
Одри отошла от него подальше, поправила платье, внезапно почувствовав себя грязной шлю­хой. Что будет думать о ней Ли, после того, как она позволяла такие вольности? Не поэтому ли он вдруг переменился?
– Не знаю, почему я позволила тебе так вести себя, – голос был слабый от мучительного, еле сдерживаемого желания. – Могу себе предста­вить, что ты должен думать обо мне. Но клянусь тебе, Ли, я еще никогда…
– Ты считаешь, что я не знаю? Тебе нет необходимости извиняться. Я потерял голову, но не имел права втягивать тебя… – он мягко, но настойчиво потянул ее за руку к дому. – Каждому из нас надо обдумать все хорошенько, Одри.
Она внезапно остановилась.
– Но ты же сказал мне, разве не правда? Ты сказал, что любишь меня, Ли!
Он остановился и молча посмотрел на нее.
– Я не такой человек, чтобы бросаться попусту словами. Да, Одри, я люблю тебя. Но иногда одной любви недостаточно.
– Я не понимаю…
Он провел пальцем по краям ее губ.
– Давай не будем портить вечер. Обещаю, мы обо все поговорим завтра.
Избегая освещенных мест, они пробрались к боковой двери.
– Иди наверх и приведи себя в порядок. Я скоро приду за тобой.
– Куда ты пойдешь?
– Просто хочу немного побыть один, чтобы успокоиться, – Ли склонился и снова поцеловал ее в губы. Боже мой, он не хотел причинять ей боль. Но как мог он не делать ей больно? Рано или поздно это должно было случиться. Различия между их убеждениями так или иначе разрушат любовь.
– Спокойной ночи, Одри.
Он повернулся и зашагал прочь. Одри смотрела вслед. Она не понимала, почему после того, как он возбудил в ней такие прекрасные чувства и признался в любви, почему она чувствует себя такой униженной? Радость и восторг оказались краткими. Что-то изменилось.
– Я люблю тебя, Ли, – жалобно сказала она вслед. Но Ли уже исчез в темноте парка. Он не слышал.
Действительно ли сегодня что-то произошло между ними? Она провела по груди ладонью. Да, случилось не во сне, а наяву. Кожа на груди была влажной от его поцелуев.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Нежное предательство - Битнер Розанна



Потрясающая книга !!! Хотя сюжет и не нов. Роман задевает за живое.Драма! Драма! Драма! Но каков главный герой-любящий,честный,умный!!!Кому нравятся серьезные любовные романы- очень рекомендую!!!!!!!!! Это один из тех романов,который захочется перечитать!
Нежное предательство - Битнер РозаннаМари
14.09.2012, 18.48





После прочтения этой книги,начинаешь задумываться о жизненных ценностях.Очень советую прочесть.
Нежное предательство - Битнер РозаннаЮЛИЯ
11.11.2012, 4.07





Согласна с Мари,потрясающий роман!буду читать все книги этого автора.
Нежное предательство - Битнер Розаннакатя
10.02.2013, 15.52





Читать!Читать!Читать!Вот это роман,конкретно захватывает весь внутренний резерв жизни,души,сердца,разума,нет словами не передать,это нечто прекрасное.Эмоции которые я пережила в течение суток это дорогого стоит, абсалютно в этом уверена. Для этого надо прожить все эти жизненные преграды,разочарования,предательства,боль,страсть,вместе с героями.Ох,этот роман затронул и разбудил во мне самые потайные нежные чувства, до глубины души.За шедевр твердая десятка.
Нежное предательство - Битнер РозаннаЛара Кий
30.06.2013, 19.01





Присоединяюсь ко всем отзывам . Отмечу, что в изображении и осмыслении войны Севера и Юга, автор не уступает М. Митчелл и ее " Унесенным ветром", и даже превосходит ее в некоторых вопросах . Эти два романа должны стоять на 1-м месте среди посвященных Гражданской Войне США. Этот роман и его героев н когда не забудешь.
Нежное предательство - Битнер РозаннаВ.З.,65л.
10.10.2013, 12.32





Присоединяюсь ко всем отзывам, роман потрясающий, но "унесенные ветром" не идет ни в какое сравнение.
Нежное предательство - Битнер РозаннаМилена
5.11.2014, 20.40





zamechatelnii roman
Нежное предательство - Битнер РозаннаSarina
6.11.2014, 22.30





Хорошая книга - 10 баллов. К моему стыду, я не много знала об истории независимости Америки, думаю что хоть это и художественное произведение, но часть истины изложена достоверно. Поражает, что сегодня в 21 веке причины возникновения войны, способы урегулирования разногласий - все те же. Читая книгу постоянно проводила параллель с войной на востоке Украины, думала о судьбах живущих там людей и отношении ко всему происходящему их родственников, знакомых,живущих по обе стороны границы. Перечитывать книгу не стану - поскольку предпочитаю в наше нелегкое время более легкое чтиво.
Нежное предательство - Битнер РозаннаНюша
8.11.2014, 0.54





Один з кращих романів, прочитаних мною. Рекомендую!
Нежное предательство - Битнер РозаннаОля
25.06.2015, 21.43





Мой самый любимый роман. Ах сколько слез я пролила ...буду всю жизнь перечитывать
Нежное предательство - Битнер Розаннасоня
22.11.2015, 10.17








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100