Читать онлайн Нежное предательство, автора - Битнер Розанна, Раздел - Глава 33 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Нежное предательство - Битнер Розанна бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.5 (Голосов: 30)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Нежное предательство - Битнер Розанна - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Нежное предательство - Битнер Розанна - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Битнер Розанна

Нежное предательство

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 33

Несмотря на смешанные чувства, которые всколыхнулись у нее в душе, Одри не смогла скрыть улыбку радости и облегчения при появлении Ли. Приезд Ли казался ей невероятным чу­дом, настоящим чудом, хотя она еще не могла разобраться, как относится к нему лично. Появ­ление старого друга, человека из кажущегося таким далеким прошлого, любовь к кому была такой прекрасной, обрадовало ее. И все же столь­ко лет она повторяла себе, что ненавидит его и не хочет с ним встречаться.
Но он сейчас стоит перед ней, человек, кото­рый знает ее так близко, как только может муж­чина, любовник знать женщину, и это вызывало совсем другие чувства. Он так много значил для нее, ее старый друг, одновременно, ставший не­знакомцем. Остался ли он ее другом? Или будет только врагом?
– Как ты нашел меня? – спросила Одри, внимательно осматривая его. Как он похудел и постарел. На лице появилось несколько шрамов, как будто его сильно избили. И такая боль сквозит в ярко-голубых глазах, которые она когда-то лю­била безмерно. Возможно, он тоже страдал. – И почему? Почему сейчас?
Ли подумал, что она похожа на ангела его мечты. Рыжие волосы разметались по подушке, на ней была простая фланелевая рубашка, лицо похудевшее, кожа загорела под жарким солнцем, около глаз прорезались морщинки. Он постарался сдержаться, не выдать удивления ее хриплым голосом, старался не смотреть на ужасный шрам на шее. Но ничто не могло испортить естествен­ную красоту Одри, которая для него стала глубже, так как теперь она не была только внешней, но шла из глубины ее души. Эта женщина преврати­лась в зрелого, сильного, великодушного и муже­ственного человека, полного решимости и стрем­ления выжить только собственными силами. Она уже не имела ничего общего с высокомерной семнадцатилетней девушкой, которую он встре­тил однажды прекрасным летним днем в Коннек­тикуте. Тогда она стояла около фортепьяно и пела… пела под аккомпанемент Энни Джеффриз таким очаровательным голосом, какой уже никог­да к ней не вернется. Ли чувствовал собственную вину за все, что произошло в этой войне. Он был обязан защитить, уберечь любимую женщину от ужасов войны. Она не должна была страдать. Если бы ее отец не сжег письма Ли…
– Найти тебя было не так уж сложно. Я поехал в Батон-Руж, увидел Бреннен-Мэнор… Одри от­рывисто вздохнула при упоминании о планта­ции. – Там поселились несколько белых семей. Они сообщили, что ты продала поместье, но не знали имени нового владельца. Поэтому я вернул­ся в город, чтобы отыскать кого-нибудь, кто мог бы мне хоть что-нибудь сообщить. Клерк в суде сказал, что ты продала плантации мужу своей кузины, а сама отправилась в Канзас вместе с неграми, – он обернулся, взял стул, поставил рядом с постелью и сел.
– Одри, ты продала все за тысячу дол­ларов?
Глаза женщины наполнились слезами.
– У меня не было другого выхода. Оказалось слишком опасно оставаться там… Я хотела по­мочь Тусси и оставшимся. Они спасли мне жизнь, они хотели уехать в Канзас… Но у них не было денег, чтобы купить все необходимое. Поэтому я продала Бреннен-Мэнор.
Одри говорила медленно, ей было больно ды­шать из-за сломанных ребер. Она понимала, о чем сейчас думает Ли. Несколько лет назад невозмож­но было представить, что она будет помогать неграм. Одри пригладила ладонью волосы, пред­ставляя, как сильно отличается от элегантной, прекрасно одетой дебютантки с тщательно уло­женной прической. Дебютантки, которую Ли впервые встретил в Коннектикуте. Она попыта­лась прикрыть ладонью ужасный шрам на шее. Но Ли взял ее руки в свои сильные ладони.
– Все будет хорошо, Одри, – он слегка сжал ее пальцы. – Тусси рассказала мне обо всем, – он закрыл глаза и прижался лицом к ее рукам. – Твоя жизнь сложилась бы иначе… если бы я оказался рядом с тобой, ничего страшного бы не случилось. Если бы я мог найти тебя раньше, то не пришлось бы продавать Бреннен-Мэнор. Я дал бы тебе денег для восстановления плантации, она осталась бы твоей.
Одри посмотрела на густые темные волосы Ли, на красивое лицо, широкие плечи, обтянутые грубой хлопчатобумажной рубашкой. Сколько ему сейчас лет? Тридцать пять? Тридцать шесть? Как быстро пролетели семь лет с тех пор, как они впервые встретились, и она даже сочинила для него песню.
– Я думаю, что никто из нас не виноват в том, что произошло. Что касается Бреннен-Мэнор… когда я узнала, что Джой больше не вернется, это уже не имело значения… Я пыталась сохранить хотя бы землю только ради Джоя.
О Боже, снова резкая боль сжала желудок Ли. Почему он смог сразу рассказать о Джое Тусси?
Женщина поняла его и простила. Она очень умная женщина, нежная, добрая, человечная. И прости­ла его сразу, без колебаний, сумела проникнуться глубиной его горя. Объяснила, почему он должен все рассказать Одри. Он должен избавиться от боли, которая сжигает его душу. Ли прекрасно понимал, что женщина права. Другого пути нет. Но сейчас он не мог даже заикнуться, что причастен к гибели Джоя. Он обязательно расскажет, но не сейчас. Пусть Одри сначала выздоровеет. А пока он подумает, как помочь горожанам раз и навсегда разобраться с бандитами.
– Мне очень жаль Джоя, гораздо сильнее, чем ты думаешь.
– Я говорила себе… что должна ненавидеть тебя. Но сейчас я хорошо понимаю, ты не можешь отвечать за то, что сделал какой-то другой янки. Была война, Ли. Война заставляет людей совер­шать ужасные вещи. Я знаю это по собственному опыту.
«Ты не можешь отвечать за то, что сделал какой-то другой янки». Надо сменить тему разго­вора, иначе он сойдет с ума.
– Одри, я начал искать тебя сразу, как только уволился из армии, через два месяца после того, как генерал Ли сдался. Однако случилось непред­виденное, когда я выходил из здания суда в Батон-Руже, группа молодых подонков напала на меня, кто-то ударил сзади по голове кирпичом. А потом они избили меня до полусмерти.
– О Ли!
Он все еще держал ее за руку, не хотелось признаваться, но нежность сильных ладоней дей­ствовала на нее успокаивающе. За какое-то мгно­вение он превратился в Ли, ее верного друга. Она не сомневалась в том, что он действительно дал бы ей денег для восстановления Бреннен-Мэнор. После того, как она ужасно обошлась с ним в Батон-Руже, было удивительно, что он не отка­зался от желания встретиться с ней, поговорить.
Невозможно забыть беспомощное выражение в его голубых глазах, когда она заявила, что не хочет больше видеть его. Но вот он здесь, рядом, ему пришлось пройти сквозь ад, чтобы разыс­кать ее.
– И что было потом? Ведь прошло два года.
– Доктор в Батон-Руже выяснил, кто я, свя­зался с моим братом Карлом. Карл приехал за мной, поездом доставил меня в Мэпл-Шедоуз. Я только время от времени приходил в себя. И в таком состоянии пробыл год. Глаза открывались, я мог понемногу есть и пить, но только с чьей-ни­будь помощью. Мне сказали, что я не говорил и не двигался почти год. Когда я пришел полностью в сознание, то превратился почти в скелет. Я мог умереть от истощения, так как получал недоста­точно питания. Карл, его жена и вдова Дэвида выходили меня.
– Вдова Дэвида? Твой брат убит?
Ли водил пальцем по ее ладони.
– Да. Думаю, мало найдется людей, кто не потерял близких во время войны.
– Мне очень жаль, Ли.
Он вздохнул и наконец выпустил ее руку.
– Кстати, вдова Дэвида, встретила очень хоро­шего человека и сейчас снова замужем. – Он откинулся на спинку стула. – Ты не против если я закурю?
– Нет, – она наблюдала молча, как он достал тонкую сигару из кармана рубашки, снял с лампы стекло, прикурил, затем снова накрыл лампу стеклом. Хотя Ли очень похудел, он все равно остался сильным и крепким, тело было по-преж­нему мускулистым. На щеках прорезались глу­бокие морщины, это было лицо человека, кото­рый много видел ужасов, многое сам пережил. Прежде, чем продолжить рассказ, Ли глубоко затянулся.
– Мне потребовалось много времени, чтобы научиться ходить, чтобы ко мне вернулись прежние силы и появилась возможность отправиться в Канзас, – он наклонился, поставив локти на колени. – Желание встретиться с тобой придава­ло мне силы, Одри. Я знал, что непременно дол­жен найти тебя. Когда я приехал в Канзас, оста­валось только задавать вопросы. В форте Рили я узнал, что комендант знает тебя, – он засмеял­ся. – Как только он объявил название вашего поселения, я сразу понял, что белой женщиной, которая помогла неграм выстроить его, могла быть только моя Одри.
«Моя Одри», – он сказал эту фразу так есте­ственно, будто они расстались только вчера. Дол­жно быть, Ли до сих пор считает, что она принад­лежит ему? Может быть, так оно и есть? Вероятно она не переставала принадлежать ему все долгие семь лет с тех пор, как впервые встретила его.
– Мне очень жаль, Ли, что тебе пришлось столько пережить. Это было ужасно… для нас обоих, но сейчас все по-другому… не так ли? Прошлое невозможно вернуть. Может быть, ты зря разыскивал меня?
Ли посмотрел в глаза Одри, он не верил ее словам. Он может головой ручаться, что Тусси хорошо знает сестру. Лучше, чем кто-либо другой. А Тусси считала, что Одри все еще любит его. Неужели в ней снова взыграла ее южная гор­дость? Она не хотела признаваться, что испыты­вает какие-либо другие чувства, кроме друже­ских? Есть ли смысл пытаться изменить что-либо? А когда он расскажет ей правду о смерти Джоя, его признание, наверное, разрушит их от­ношения вообще. Хотелось признаться, что он все еще любит ее, но такое высказывание, вероятно, прозвучит не к месту.
– Я должен был приехать. Не мог допустить, что все у нас закончится Батон-Ружем, Одри. Я не мог забыть о войне, она у меня в сердце. Я должен был увидеть тебя, убедиться, что с тобой все в порядке. Должен был сделать это. Должен убедиться, что мы хотя бы остались друзьями, что ты не считаешь меня врагом. Не хочется, чтобы ты страдала, но когда у человека есть собствен­ные убеждения, он должен защищать и отстаи­вать их. Я не в силах был остановить того, что происходило в Батон-Руже и в других городах. Если бы я обладал властью и мог, то непременно сделал бы это. И если бы я мог остаться тогда и помочь тебе, то остался бы и помог, даже если бы ты возражала. Однако тогда я получил приказ срочно покинуть город, я не имел права ослушать­ся приказа.
– Я знаю. И понимаю, – она ладонью при­крыла себе грудь. – Человек так сильно страда­ет… а затем он или она понимают… что винова­тых нет. Многое происходит независимо от нас, а нам остается только… жить и бороться с бедами. Никогда не думала, что у меня хватит сил и мужества пережить столько горя и бед… Или что когда-нибудь смогу полюбить негров так, как люблю их сейчас. Они были добры ко мне. Многие годы я считала их ниже себя по происхождению… А они спасли мне жизнь и… приютили меня, полюбили меня всем сердцем. В каком-то смысле война сделала меня мудрее, Ли. Я стала пони­мать, что в жизни действительно важно. Друзья и вера… вот что самое важное. – Он снова взял ее за руку. – Все эти годы я убеждала себя, что должна тебя ненавидеть. Но увидев тебя снова, поняла, что ты тоже страдал. И в наших страда­ниях некого винить. Во всем виновата война… Должна признаться, что не считаю тебя винова­тым, Ли, Тебе много пришлось испытать, пока ты искал меня. Значит, мы все еще хорошие друзья, даже если ничего другого не осталось. Я очень рада, что ты приехал. Думаю, ты прав. Войну нельзя было бы считать законченной, если бы мы не увидели друг друга и снова не поговорили.
Он рассматривал ее руки, пораженный, какими они стали темными, шершавыми, вокруг ногтей в морщинки и трещинки въелась земля, ведь Одри работала в поле. Натруженные руки этой женщины не были похожи на руки Одри Бреннен. Но казались ему более прекрасными, потому что их обладательница – великодушная и мужест­венная женщина. Самопожертвование, на которое она оказалась способна, в стремлении помочь другим, вызывало искреннее уважение. Если бы он каким-то образом сумел оживить их любовь, то женился бы и увез ее отсюда. Он сделал бы все, чтобы вернуть ей жизнь, для которой Одри была рождена. Нашел бы специалистов, чтобы ей по­могли восстановить голос. Эта женщина должна носить бриллианты* ее кожа должна быть мягкой и белой, а волосы уложены в красивую прическу. Она должна танцевать на балах, ходить в театры. Она должна стать миссис Ли Джеффриз, женой преуспевающего адвоката. Какая прекрасная мечта.
Он снова затянулся сигарой, оглядел комнату в поисках пепельницы. Одри улыбнулась.
– Это… моя комната. Тусси и Элиа спят на­верху. Я еще не научилась курить трубку или… сигары.
Ли рассмеялся, изумившись, что ей удается сохранять чувство юмора, несмотря на все случив­шееся. Действительно, он видит перед собой дру­гую Одри, более мужественную, чем мог ранее представить.
– Возьми жестяную кружку на столе, – пред­ложила она, указывая на стол, где стояла лампа.
Ли потянулся, положил сигару в кружку по­вернулся к Одри и наклонился поближе.
– Расскажи мне о бандитах. Ты сильно постра­дала?
Она пошевелилась и поморщилась от боли.
– У меня сломаны ребра. Тот бандит, который напал на меня… ударил меня об угол стола. Мне больно… двигаться и дышать.
Как ему нравится ее южный говор, но это уже не звонкий, музыкальный голос, когда-то богатой и избалованной Одри Бреннен.
– Тусси сказала, что ты здорово избила его. Она закрыла глаза.
– Я совсем не радуюсь такому исходу дела… но тогда у меня не было выбора… Ружье дало осечку, я почти не помню, как все произошло. Элиа удалось отнять у меня этого человека, я схватила отцовское ружье и начала бить бандита. Была вне себя. Так разъярилась, что ничего не соображала. Даже не помню сейчас его лица, – на глазах Одри снова выступили слезы. – Я помнила совсем другое: Марча Фредерика, Бреннен-Мэнор… потерю голоса, тетю Джанин, Батон-Руж и все остальное… особенно, потерю Джоя. Думала о Джое и мне хотелось убить кого-нибудь. Представилось вдруг, что этот бандит убил его… Я не могла остановиться.
Ли чуть не стало дурно.
«Я тот человек, которого ты должна была убить», – подумал он, вздохнул и встал, не в силах смотреть на Одри. Снова взял сигару, по­дошел к окну, понаблюдал, как негры работают на истоптанном кукурузном поле, собирая по­чатки.
– Тусси и Элиа считают, что бандиты вер­нутся.
– Они обязательно вернутся. Мы все уверены в этом. Они страшно разозлились, потому что негры посмели оказать им сопротивление… и даже убили несколько белых. Не думаю, что у кого-то из этих преступников здесь есть земля. Собрались всякие подонки с Юга… они обозли­лись из-за войны… и во всем обвиняют негров. Такой тип людей будет всегда ненавидеть негров, они не хотят, чтобы бывшие рабы научились жить самостоятельно. Следующий налет будет гораздо страшнее. В этот раз они только вытоптали поля, сожгли несколько зданий и угнали наш скот.
У нас теперь нашли приют негры-беженцы из других городков, на которых бандиты уже напа­дали… Они рассказывали о насилиях, избиениях, убийствах. В следующий раз будет хуже. Ли повернулся к ней, посмотрел в глаза.
– Ну что ж, тогда мне придется заняться ими всерьез.
– Ли, но ты же один…
– Я уволился из армии, будучи бригадным генералом. В течение нескольких лет готовил солдат, учил их сражаться, надеюсь, что сумею обучить тому же негров, – он вынул сигару изо рта, снова придвинулся ближе к Одри. – Они научатся не только стрелять, научаться обманы­вать противника. Это все равно, что на войне, Одри. Ни за что не уеду отсюда, пока не удосто­верюсь, что Бреннен в безопасности. Это самое малое, что я могу сделать.
Одри чуть не заплакала при мысли о возмож­ности что-то сделать. Они так горячо молились о чуде. Неужели этим чудом является Ли? Кто сумеет лучше подготовить людей к обороне, чем бригадный генерал, пусть даже и Союзной армии.
– Единственное, в чем у меня нет недостатка, это – в деньгах, – говорил он. – Мы съездим в Абилин, купим ружья и винтовки. Хорошие ма­газинные винтовки. Ни к чему теперь пользовать­ся устаревшими ружьями, которые заряжаются с дула. Элиа и Тусси рассказали мне обо всем. Этими ружьями пользуются большинство посе­ленцев. Я могу снабдить горожан хорошим ору­жием, Одри. А также куплю в Абилине породи­стый скот. Я возьму с собой несколько человек, они помогут мне выбрать хороших производите­лей, мы пригоним их сюда. Вы восстановите ста­до, которое потеряли. Тусси объяснила мне, на­сколько важно для общины стадо, особенно, в связи с тем, что строится железная дорога. Разве­дение скота дает сейчас хорошую прибыль, – он наклонился еще ниже, сжав деревянную спинку кровати. – На этот раз бандитам не удастся одержать верх. Когда они приедут, мы хорошо подготовимся к встрече с ними.
Ли был совсем рядом. Она лежала под одеялом, он склонился так низко, что в ее душе всколых­нулись воспоминания, давно похороненные в глу­бине души. Как странно осознавать, что этот мужчина, почти незнакомец, когда-то был так близок с ней, страстный и чувственный любов­ник. Желание светилось в его глазах, он по-преж­нему хотел ее. И возбуждал в ней ответное жела­ние, какого она не испытывала несколько лет.
«Это нехорошо, – подумала она. – Все уже далеко позади, и бессмысленно снова возвращать­ся к былому».
– Что ты собираешься делать, когда здесь все закончится? – спросила она, намекая, что он должен исчезнуть. Он вопросительно взглянул на нее, она инстинктивно почувствовала, что он хо­чет забрать ее с собой.
– Не знаю, – он резко выпрямился. – Может быть, поеду в Денвер. Уверен, что там нужны хорошие адвокаты.
«Может быть, я никогда не смогу уехать отсю­да, – подумал он. – Когда ты узнаешь правду о Джое, меня, должно быть, похоронят здесь. Если ты захочешь застрелить меня, Одри, я буду тебе благодарен и не стану тебя винить, а с радостью подставлю свою грудь».
– А как же Нью-Йорк? Мэпл-Шедоуз? Разве ты не хочешь вернуться домой?
Он поставил стул на место.
– Сейчас все изменилось. Там слишком многое напоминает о прошлом. Я хочу начать жить на новом месте. У меня примерно те же причины, по которым ты решила уехать из Луизианы.
Ли снова внимательно посмотрел на нее. Вне сомнения, он говорит правду. Воспоминания о прошлом приносили только боль, Одри подумала о далеком прекрасном лете в Мэпл-Шедоуз. Она тосковала по загородному дому Джеффризов. Иногда даже мечтала побывать там, словно такое возможно.
– Я не знаю, что тебе сказать, Ли. Как отбла­годарить… за то, что ты собираешься нам по­мочь… а главное, за то, что решил найти меня. После того, как я грубо говорила с тобой в Батон-Руже, я была уверена – ты никогда не вернешь­ся. Думала даже… что ты давно женился.
Ли изучающе смотрел в ее зеленые глаза, ко­торые не смог забыть за семь долгих лет: почему она спрашивает?
– После всего, что случилось, у меня не было ни времени, ни возможности думать о других женщинах.
«А, кроме того, как я мог думать о ком-то другом, если люблю только тебя?»
Показалось, что Одри прочитала его мысли, так как неожиданно покраснела и отвела взгляд.
– Тусси рассказала мне, что белый священ­ник, недавно поселившийся здесь, интересуется тобой, – добавил он. Когда Тусси поведала ему о священнике, Ли с удивлением понял, что его охватила жгучая ревность. Он еще не успел уви­деть Одри после стольких лет разлуки, но даже мысль о том, что она может оказаться с другим мужчиной приводила его в ярость и была невыно­сима.
– У нас с ним нет ничего, – ответила Одри, – он проявляет интерес… вот и все, – она старалась не смотреть ему в глаза. – Никакого официаль­ного ухаживания, ничего такого, – она наконец осмелилась посмотреть на него.
«Разве смогла бы я полюбить другого муж­чину, после того, как любила тебя? Разве смогла бы испытать такую же горячую страсть с другим?»
– Преподобный отец хороший человек… он овдовел во время войны, – она коснулась шрама, горло снова заболело, ей очень трудно много говорить. – Он из Кентукки. Я действительно отно­шусь к нему только, как к другу… как к человеку, который нужен нашей общине. Он помог постро­ить небольшую церковь. – Одри снова взглянула на Ли. – Вера дала нам силы и возможность выдержать… Хорошо, что у нас есть настоящий священник, он проводит службы и помогает мо­литься. Никто в церкви не обращает внимания, как я молюсь, перебирая свои четки. Прихожане знают, что я католичка, но это не имеет для них никакого значения. Все мы молимся… одному и тому же Богу. Все произносим одну и ту же молитву… Просим, чтобы нас оставили в покое, хотим, чтобы нам никто не угрожал… Столько времени мы живем в постоянном страхе и напря­жении. Мы все устали… Очень устали.
Ли смял окурок в жестяной кружке, снова наклонился над Одри, нежно заглянул в глаза, пытаясь успокоить, как-то утешить.
– Обещаю, что все изменится, Одри, изменит­ся в лучшую сторону. Вы сможете жить в мире и вас оставят в покое. Я добьюсь этого, как добился, чтобы Ричард Поттер перестал унижать и мучить тебя.
Их взгляды встретились. Ли понимал, что они оба сейчас вспомнили ту сладкую и нежную ночь, которую провели вместе в Бреннен-Мэнор.
– Кажется, я все время приезжаю с запозда­нием, позже, чем следовало бы. Тебя всегда при­ходится защищать. Так или иначе, ты страдаешь, потому что в этот момент нет рядом меня. Не знаю, смогу ли когда-нибудь простить себя за это, Одри. Но, в конце концов, хочу быть твердо уверенным, что с тобой больше не случится ничего плохого. Не уеду отсюда, пока ситуация с пре­ступниками не разрешится. Я собираюсь всерьез поговорить с комендантом форта Рили, чтобы он уделял больше внимания Брененну. Пробуду здесь столько, сколько нужно, чтобы убедиться в твоей безопасности.
Одри улыбнулась. О, как прекрасно снова ока­заться в его надежных объятиях, ни о чем не заботиться, быть под защитой сильного мужчины. Не нужно было бы все делать самой, обо всем беспокоиться. Но Одри не могла позволить этому человеку снова обнять ее, она не должна будить те чувства, которые спят в глубине ее сердца. Она была почти рада, что ранена, поэтому Ли не может сейчас прикоснуться к ней.
– Ли, я не обвиняю тебя за эти годы, когда тебя не было рядом. Я говорю тебе… Мы оба виноваты. Я оказалась слишком упрямой, настой­чивой… слишком гордой. Я тоже виновата. По­жалуйста, не говори, что не можешь простить себя. Я прощаю тебя и… Хочу, чтобы ты простил меня… так как тоже виновата. Тебе пришлось так много страдать. Ты столько раз предлагал мне любовь и защиту… Но я отказывалась.
«Ты еще не знаешь, что ты должна мне про­стить», – подумал он. Если бы все было так просто. Он наклонился и поцеловал ее в лоб, хотя ему очень хотелось поцеловать ее в губы. Боже, как это было бы прекрасно! Но они стали теперь совсем другими людьми, все так изменилось. И он убил ее брата.
– Тебе нужно как следует отдохнуть. Элиа сказал, что я могу расположиться в пристройке позади дома. Так что я буду поблизости, если эти – подонки вздумают вернуться раньше, чем мы предполагаем. Завтра я соберу всех мужчин, мы обсудим положение, съездим в Абилин, купим оружие, скот и вернемся как можно быстрее. Затем я хочу превратить этих людей в настоящих солдат, может быть, даже лучше, чем солдат регулярных войск.
Одри благодарно улыбнулась и подумала о странных превратностях судьбы. Ему снова при­дется сражаться с мятежниками, только сейчас его помощниками будут негры и она, Одри Бреннен Поттер.
– Спасибо тебе, Ли. Пожалуйста, будь осторо­жен… Я не хочу, чтобы с тобой что-нибудь случи­лось. Тебе и так довольно всего пришлось испы­тать после того, как вышел из войны невредимым. Но ужасно, что тебя чуть не убили гражданские люди в мирное время. Счастье, что во время сражений ты не пострадал. В этой войне все странно, не правда ли? Такие повороты судьбы… Друзья становятся врагами… А враги – друзья­ми. В конце войны многим, вообще, было непонятно, за что они сражаются. Это… самое печальное, – она потерла горло. – Я хочу по­пить, Ли.
Он быстро налил из кувшина в стакан воды, помог приподняться, поднес стакан к ее губам. Одри отпила немного, он отставил стакан в сторо­ну, заметил, что она снова трет шею, как она делала это уже несколько раз.
– Тебе все еще больно говорить?
– Да. Я долгое время вообще не могла гово­рить, но потом вспомнила кое-какие упражнения, меня научила им твоя мама… для укрепления голоса… упражнения помогли.
Голос Одри становился заметно слабее, в нем слышалась сильная осиплость. Женщина произ­носила слова явно через силу.
– Одри, когда мы окончательно разберемся с преступниками, я поеду в Денвер или куда-ни­будь еще, найду специалиста, который поможет тебе. Телеграфирую в Нью-Йорк, если понадобит­ся, заплачу сколько будет необходимо, вызову специалиста сюда… если мне не удастся найти такого человека поблизости.
– Ты не должен…
– Не возражай, должен. Я не сумел помочь тебе, не смог уберечь от страданий, но, конечно, смогу сделать что-нибудь. Голос вернется к тебе, в конце концов, ты, вероятно, сможешь говорить без боли. Не знаю, может быть, ты никогда не сможешь петь, но… – о Боже, он не хотел делать ей больно. Одри вздрогнула, в глазах застыла боль. – Извини…
– Все правильно. Я знаю, что никогда не смогу петь.
– Я сказал: «Может быть, никогда…», а не просто «никогда», – напомнил он. Потом вспом­нил, достал из заднего кармана брюк сложенные листы. Бумага была старая, края обтрепались. Он вложил листы ей в руку. – Это текст песни и ноты. Я хранил их все эти годы.
– Ли, ты сумел сохранить ее?
– Она помогла мне выжить. У меня есть пле­мянница, которая играет на фортепьяно и заме­чательно поет. Когда я лежал больной, она вы­учила и исполнила ее для меня. У тебя не было времени спеть ее тогда, а я так хотел услышать. Прекрасная песня, Одри. Теперь, когда я нашел тебя, война закончилась, я могу вернуть ее тебе. Обещай всегда хранить эти листочки, ты должна сделать все, чтобы снова научиться петь. Считаю, что Бог помог мне сохранить ее именно для этого. Он хочет, чтобы именно ты исполнила эту нежную песню, пусть ее слова не имеют для тебя прежнего значения.
«Ли, моя любовь…» – вспомнила Одри не­сколько слов. Она не могла с уверенностью ска­зать, что эти слова уже не имеют для нее прежнего значения. Она просто не разобралась в своих чувствах, не знала, что думать. Он сохранил лис­тки с ее искренними словами! Ли искал ее и хотел помочь. Ли теперь с ней рядом, снова спасает ее, в его голубых глазах она видела любовь, которая готова была воспламениться в любой момент. Все теперь зависит только от нее.
Одинокая слеза выкатилась по щеке.
– Я… не знаю… что сейчас чувствую.
– Все будет хорошо. Мне нужно еще кое-что рассказать тебе, но не сейчас. Сначала тебе нужно поправиться. А я пока займусь своими делами. Не будем загадывать на будущее, необходимо подготовиться к встрече с бандитами, – Ли ободряюще улыбнулся, сжал ее руку еще раз. – Отдыхай. Я позабочусь обо всем.
Ли вышел из комнаты, а Одри наслаждалась миром и спокойствием, охватившими ее измучен­ную душу. Наконец-то, явился сильный мужчи­на, снял тяжелое бремя ответственности с ее хруп­ких плеч.
«Я обовсем позабочусь».
Какие благословенные слова. Она так устала нести этот груз на своих плечах.
Через минуту в комнату зашла Тусси. Одри лежала, прижимая к груди бумаги. Ли уже пока­зывал Тусси песню, поэтому она хорошо знала, что Одри держит в руках. Одри тихо плакала.
– Ты все еще любишь этого человека, прав­да? – спросила ее сестра.
Одри сотрясалась от рыданий, сжимая руками бока, морщилась от боли.
– Не знаю, Тусси, – она прижала тонкие потертые листочки к груди. – Честное слово, не знаю.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Нежное предательство - Битнер Розанна



Потрясающая книга !!! Хотя сюжет и не нов. Роман задевает за живое.Драма! Драма! Драма! Но каков главный герой-любящий,честный,умный!!!Кому нравятся серьезные любовные романы- очень рекомендую!!!!!!!!! Это один из тех романов,который захочется перечитать!
Нежное предательство - Битнер РозаннаМари
14.09.2012, 18.48





После прочтения этой книги,начинаешь задумываться о жизненных ценностях.Очень советую прочесть.
Нежное предательство - Битнер РозаннаЮЛИЯ
11.11.2012, 4.07





Согласна с Мари,потрясающий роман!буду читать все книги этого автора.
Нежное предательство - Битнер Розаннакатя
10.02.2013, 15.52





Читать!Читать!Читать!Вот это роман,конкретно захватывает весь внутренний резерв жизни,души,сердца,разума,нет словами не передать,это нечто прекрасное.Эмоции которые я пережила в течение суток это дорогого стоит, абсалютно в этом уверена. Для этого надо прожить все эти жизненные преграды,разочарования,предательства,боль,страсть,вместе с героями.Ох,этот роман затронул и разбудил во мне самые потайные нежные чувства, до глубины души.За шедевр твердая десятка.
Нежное предательство - Битнер РозаннаЛара Кий
30.06.2013, 19.01





Присоединяюсь ко всем отзывам . Отмечу, что в изображении и осмыслении войны Севера и Юга, автор не уступает М. Митчелл и ее " Унесенным ветром", и даже превосходит ее в некоторых вопросах . Эти два романа должны стоять на 1-м месте среди посвященных Гражданской Войне США. Этот роман и его героев н когда не забудешь.
Нежное предательство - Битнер РозаннаВ.З.,65л.
10.10.2013, 12.32





Присоединяюсь ко всем отзывам, роман потрясающий, но "унесенные ветром" не идет ни в какое сравнение.
Нежное предательство - Битнер РозаннаМилена
5.11.2014, 20.40





zamechatelnii roman
Нежное предательство - Битнер РозаннаSarina
6.11.2014, 22.30





Хорошая книга - 10 баллов. К моему стыду, я не много знала об истории независимости Америки, думаю что хоть это и художественное произведение, но часть истины изложена достоверно. Поражает, что сегодня в 21 веке причины возникновения войны, способы урегулирования разногласий - все те же. Читая книгу постоянно проводила параллель с войной на востоке Украины, думала о судьбах живущих там людей и отношении ко всему происходящему их родственников, знакомых,живущих по обе стороны границы. Перечитывать книгу не стану - поскольку предпочитаю в наше нелегкое время более легкое чтиво.
Нежное предательство - Битнер РозаннаНюша
8.11.2014, 0.54





Один з кращих романів, прочитаних мною. Рекомендую!
Нежное предательство - Битнер РозаннаОля
25.06.2015, 21.43





Мой самый любимый роман. Ах сколько слез я пролила ...буду всю жизнь перечитывать
Нежное предательство - Битнер Розаннасоня
22.11.2015, 10.17








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100