Читать онлайн Танец богов, автора - Бейшир Норма, Раздел - Глава 4 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Танец богов - Бейшир Норма бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.89 (Голосов: 18)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Танец богов - Бейшир Норма - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Танец богов - Бейшир Норма - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Бейшир Норма

Танец богов

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 4

Международный аэропорт Кеннеди.
Марианна Хауптман сгорала от нетерпения и волнения. Нетерпение её было вызвано тем, что полет из Женевы длился безумно долго, а волновалась девушка во-первых, потому, что впервые очутилась в Нью-Йорке, а во-вторых, потому, что предвкушала скорую встречу с любимым.
Телеграмму с предупреждением о своем приезде она отправлять Александру не стала; не собиралась она и звонить ему из аэропорта. Пусть её приезд станет для него сюрпризом. Конечно, времени прошло после их разлуки много, но девушка была свято уверена, что Александр так же обрадуется их встрече, как и она, увидев его. Господи, сколько уже воды утекло? Покинув Швейцарию, Александр ни разу не написал и даже не позвонил ей, но Марианна знала, что многие мужчины терпеть не могут тратить время на переписку, и утешалась тем, что Александр относится к их числу. А вот отсутствие звонков она объясняла его занятостью. Впрочем, сейчас все это было уже не важно. Скоро, совсем скоро они будут вместе, а это самое главное.
Марианна отдавала себе отчет в том, что отец её придет в ярость, узнав, что дочка бросила учебу в самом начале семестра. Однако она не сомневалась, что позже, когда она выйдет замуж за Александра, отец поймет и простит её. К чему ей теперь продолжать учебу? Ей нужно лишь одно: научиться быть хорошей женой для Александра. Да и вообще, что толку от диплома по истории? — вновь и вновь спрашивала она себя, пока таможенники изучали содержимое её ручной клади.
Вынув из сумочки визитную карточку Александра, она в очередной раз внимательно прочитала содержащиеся в ней сведения. Английским она владела сносно, но далеко не безукоризненно. Но уж дать таксисту адрес офиса Александра в Манхэттене она как-нибудь сумеет. Марианна знала, что проживает он в Олимпик-тауэр, а его главный офис располагается на пересечении Пятой авеню с Пятьдесят первой улицей. Найти его будет несложно. Получив багаж, она направилась к выходу из аэропорта.
Немного позже, сидя на заднем сиденье такси уже по пути к Манхэттену, Марианна позволила себе немного расслабиться. Позади остался мост Куинсборо. Погода стояла ясная, и в лучах ласкового утреннего солнца небоскребы нижнего Манхэттена выглядели весьма впечатляюще. Господи, совершенно другой мир! — подумала Марианна. Почему-то она и раньше представляла, что именно здесь, в таком месте, и должен жить Александр. Раскинувшаяся перед ней громада поражала воображение. Куда до неё Цюриху или Базелю — самым крупным городам, которые видела до сих пор Марианна. И тогда она вспомнила, как в свое время вычитала где-то, что Нью-Йорк — крупнейший город в мире. Она не знала точно, соответствует ли это истине, однако, глядя сейчас на эти каменные джунгли, была готова охотно в это поверить.
— Вот и приехали, мисс, — возвестил таксист, останавливая машину перед зданием Олимпик-тауэр.
Марианна кивнула.
— Спасибо, — поблагодарила она, в очередной раз сверяясь с адресом в визитной карточке. Затем расплатилась, оставив водителю щедрые чаевые, и подождала, пока он вынул из багажника её вещи и поставил их у ног консьержа.
Лифт поднял её на этаж, который целиком занимала «Корпорация Киракиса». Едва выйдя из лифта, Марианна увидела огромный полукруглый, гладко отполированный стол из красного дерева. За столом сидела вахтерша, нарядно одетая блондинка примерно одних лет с Марианной, беспрерывно отвечавшая на телефонные звонки и переключавшая рычажки на панели. За её спиной на стене висела гигантская карта мира, в самом центре которой помещался логотип корпорации, а немного ниже крупными серебряными буквами были выложены слова:
КОРПОРАЦИЯ КИРАКИСА — СЕВЕРО-АМЕРИКАНСКОЕ ОТДЕЛЕНИЕ.
Улучив мгновение, вахтерша подсказала Марианне, как пройти к офису Александра, который девушка разыскала без труда. Однако секретарша Александра наотрез отказалась впустить её.
— Меня зовут Марианна Хауптман, — пояснила тогда Марианна на своем далеко не безупречном английском. — Я прилетела к нему из Женевы. — Дурацкая секретарша — неужели она не понимает, что видит перед собой будущую миссис Киракис? — Он у себя?
— Да, но он… — секретарша замялась.
Марианна торжествующе улыбнулась.
— Не говорите ему, что я здесь. Я хочу сделать ему сюрприз. — И, прежде чем секретарша успела ей помешать, Марианна влетела в кабинет. Александр беседовал с кем-то по телефону, однако, увидев её, быстро оборвал разговор и вскочил. Радости на его лице Марианна не прочитала.
— Стейси, я же ясно сказал — не беспокоить! — резко набросился он на секретаршу, которая с растерянным лицом стояла в дверях, переминаясь с ноги на ногу.
Та беспомощно развела руками.
— Я пыталась её остановить, мистер Киракис.
Александр перевел взгляд на Марианну.
— Почему ты здесь? — раздраженно спросил он.
— Но, Liebchen…
type="note" l:href="#FbAutId_4">4
Я думала, ты будешь рад меня видеть, — непонимающе ответила Марианна. — Я из Женевы прилетела. Хотела тебе сюрприз сделать.
Александр окинул её недоуменным взглядом, затем снова обратился к секретарше:
— Оставь нас, Стейси.
Женщина кивнула.
— Да, сэр, — сказала она и удалилась, закрыв за собой дверь.
Александр посмотрел на Марианну.
— Мне казалось, что после отъезда из Гштада ты собиралась приступить к учебе, — звенящим от недовольства голосом произнес он.
— Так оно и было, — ответила Марианна, потупив взор. — Но ты не писал мне и не звонил, а я очень соскучилась, вот и решила приехать к тебе сама…
Александр отвернулся.
— И очень глупо сделала, — констатировал он.
Марианна никак не могла понять, что происходит.
— Но я хотела тебя порадовать, — пролепетала она. — Я думала, ты будешь счастлив меня видеть. Ты ведь, наверное, ожидал, что я приеду…
Александр круто обернулся и развел руками.
— Господи, да с какой стати? — спросил он.
— Но ведь в Гштаде… Нам с тобой было так хорошо. — На глаза Марианны навернулись крупные слезы. — Ты ведь меня любишь. Я и решила, что когда мы с тобой поженимся…
— Поженимся? — в голосе Александра прозвучало неподдельное изумление. — Но ведь я никогда не предлагал на тебе жениться!
— Да, ты этого не говорил, — ответила Марианна дрожащим голосом, — но я это чувствовала…
Александр обогнул стол и, подойдя к ней, обнял за плечи.
— Ты сама ввела себя в заблуждение, Марианна. Нафантазировала черт знает что! Как считаешь, имею я право сам предложить женщине руку и сердце, если вдруг захочу жениться?
Она уже плакала, не таясь.
— Но ведь в Гштаде нам с тобой….
— Да, в Гштаде мы приятно провели время, — прорычал Александр. — Но и только! Нам обоим было приятно, между прочим, — добавил он, понизив голос. Ему уже стало жаль эту безмозглую девчонку. — Извини, если неправильно меня поняла.
— Извини, говоришь? — Марианна отстранилась от него; лицо её было искажено гримасой, а глаза покраснели от слез. — Господи, какая же я дура! Я ведь и правда решила, что ты меня любишь! А тебе было нужно только одно — заманить меня в постель!
— Мы ведь с тобой едва знакомы, — тихо промолвил Александр. — Как можно было успеть влюбиться за столь короткое время?
— Но ведь я успела! — взвизгнула Марианна. — Я люблю тебя! — Я всем пожертвовала — отношениями с отцом, учебой, всем, — чтобы приехать к тебе! Чтобы быть с тобой. Кроме тебя у меня сейчас никого нет! А я, оказывается, для тебя — ничто! Что ж, Александр, будь по-твоему — я уйду из твоей жизни. Забудь о том, что мы были знакомы!
— Сама подумай, — добавил Александр. — Почему я ни разу после того, как мы расстались, не позвонил тебе? Или это, по-твоему, тоже свидетельствует о любви? Между прочим, Марианна, прошло больше двух месяцев. Настоящие влюбленные так себя не ведут, не правда ли?
Марианна кивнула и всхлипнула.
— О, да, — с трудом выдавила она. — Боже мой, какая же я дура!
— Что ты собираешься делать? — спросил Александр, не будучи уверен, что она все поняла. Он ведь ни разу не говорил, что любит её — дуреха сама все выдумала.
Марианна утерла слезы.
— Тебя это не касается, — сухо сказала она.
— Тебе нужны деньги? Я могу купить тебе билет до Женевы. И вообще готов помочь…
— Нет! — воскликнула она. — Достаточно и того, что я позволила тебе так одурачить себя. С меня хватит! Я не возьму у тебя денег, Александр! Ты просто втоптал меня в грязь. А, взяв у тебя деньги, я буду чувствовать себя последней блядью! — Она возвела на него глаза, полные скорби. — Прощай, Александр, я уезжаю! Клянусь больше не надоедать тебе.
И Марианна выбежала из кабинета, прежде чем Александр успел её остановить.


Лос-Анджелес.
Обычно Мередит обожала дорогу из Лос-Анджелеса в Малибу; она никогда не уставала любоваться живописными берегами Южной Калифорнии. Однако сегодня она ничего вокруг не замечала. Обдумывая свою последнюю встречу с Томом Райаном, она ломала голову над тем, прав был Ник или нет. Не слишком ли далеко она зашла? За последние несколько недель в поведении и самом облике Райане произошли разительные перемены, которые её очень тревожили. Старик совсем ушел в себя, сделался мрачен и неразговорчив. Чаще обычного прикладывался к бутылке, и Мередит приходилось сворачивать разговоре едва ли не полуслове, поскольку Райан был уже не в состоянии ворочать языком. Она даже призналась Нику, что не раз подумывала о том, не бросить ли эту затею.
На соседнем сиденье лежали два толстенных альбома, которые дал ей Райан. В эти альбомы Элизабет помещала собственные фотографии, рецензии на свои фильмы, отклики прессы и прочие памятные мелочи. Мередит призадумалась, не пополнял ли альбом сам Том Райан после смерти супруги. Скорее всего — нет, решила она. Ей почему-то казалось, что после её смерти он не мог заставить себя даже прикоснуться к этим альбомам. Во всяком случае, отдавая их ей, Том ни разу не попытался даже раскрыть их.
Ник был в Мексике, руководя натурными съемками, поэтому Мередит знала, что ей предстоит провести вечер в одиночестве. Так что времени, чтобы просмотреть содержимое альбомов и тщательно изучить все вырезки и фотографии, будет вдосталь. Уже подъезжая к дому, она вспомнила, что у экономки сегодня выходной день. Приняв душ, Мередит на скорую руку состряпала себе яичницу с тостами, перекусив, отнесла альбомы в спальню, уселась на кровать и приступила к работе. В первом альбоме она увидела фотографии юной Элизабет, когда та только приехала в Голливуд из Техаса, теша себя честолюбивыми мечтами. На всех снимках она выглядела какой-то особенно беззащитной и ранимой. Мередит попыталась представить, каково ей тогда было. Боялась ли девушка, что потерпит неудачу? Не возникало ли у неё желания бросить все и вернуться домой? Знавала ли она разочарования и горечь поражений?
— Хотела бы я знать, каково тебе пришлось, Элизабет, — произнесла Мередит вслух. — Не казалось ли тебе, что ты совершила ошибку? Не пыталась ли вернуться домой?
Вскоре она наткнулась на студийное фото, на котором загримированная Элизабет была изображена в своей первой роли. Да, от неё и впрямь исходил какой-то удивительный дух, который ощущался даже на пожелтевшей от времени фотографии. Не удивительно, что она стала настоящей звездой, подумала Мередит, изучая снимок.
Затем она внимательно прочитала все отзывы. Большинство откликов были хвалебные и даже восторженные, что её нисколько не удивило. Вообще-то критики обычно разносили в пух и прах любого, кто впервые добился мало-мальски значимого успеха. Они точно завидовали актеру, писателю или художнику, который сумел проложить себе путь к признанию. Восхваляя Элизабет, критики сами наступали себе на горло, подумала Мередит.
Когда она заканчивала просматривать второй альбом, было почти три часа ночи. На последней странице Мередит увидела пожелтевшую газетную вырезку с фотографией, на которой Том, Элизабет и их малолетний сын были изображены в аэропорту перед отлетом в Европу. Ребенок был поразительно похож на мать. Сейчас он был бы уже взрослым, подумала Мередит. Сводил бы женщин с ума.
Она пожалела, что рядом нет Ника. Груз нахлынувшего вдруг одиночества показался ей непосильным.


Ник вернулся в Малибу вечером в пятницу, преисполненный энтузиазма по поводу новой картины.
— Надеюсь, что этот фильм станет моим лучшим, — провозгласил он, распаковывая вещи. — Более того, меня ничуть не удивит, если он окажется самым кассовым за этот год.
Мередит улыбнулась.
— Так здорово выходит?
— Даже лучше, — убежденно сказал Ник. — Погоди, пока я тебя позову «потоки» смотреть.
— Я уже сгораю от нетерпения.
Ник приподнял один из опустевших чемоданов и отнес в глубину стенного шкафа.
— Теперь, при удаче, они мне долго не понадобятся, — сказал он.
— Будем надеяться, — улыбнулась Мередит. — А то мне уже стало казаться, что я тут всю жизнь одна прожила.
Ник усмехнулся и заключил её в объятия.
— Размечталась, — сказал он. — Между прочим, я приглашал тебя поехать вместе, но тебя с работы не отпустили.
— Да, жаль, что не получилось, — вздохнула Мередит. Затем нахмурилась. — Вообще ты выглядишь усталым. Что, если мы откажемся от ужина и сразу закатимся в постель, а?
— Я согласен, малышка, но не забудь — я отсутствовал больше двух недель. Если мы ляжем в постель, то я тебе всю ночь спать не дам. — Он лукаво подмигнул ей. — Соображаешь, куда я клоню?
Мередит состроила забавную гримаску.
— Вообще-то, приглашая тебя в постель, я рассчитывала, что мы выспимся. — Она игриво чмокнула его в кончик носа. — Порой, Холлидей, ты заставляешь меня задуматься.
— Вот как? Это о чем же?
— А ты только посмотри на себя. Всякий раз, возвращаясь с натурных съемок, ты худеешь на десяток фунтов, да и выглядишь так, словно не спал несколько ночей подряд. Или ты не придаешь значения такой ерунде, как сон и еда?
— Просто я стараюсь как можно быстрее покончить со съемками, чтобы поскорее вернуться к тебе, — признался Ник.
— Ты просто безнадежен! — весело рассмеялась она.
Глаза Ника засверкали.
— Послушай, — сказал он. — А как ты посмотришь, если мы с тобой воспользуемся тем, что никому из нас в предстоящий уик-энд не нужно работать?
— А что ты задумал? — подозрительно осведомилась Мередит.
— Первым делом завтра поутру я предлагаю тебе пройтись по берегу. Потом где-нибудь пообедаем, сходим в кино, а к ужину закажем столик в «Голодном тигре». Идет? — не дожидаясь её ответа, Ник принялся покрывать поцелуями её шею.
Мередит, смеясь, отстранилась — борода Ника щекотала её нежную кожу.
— Звучит очень заманчиво, — прощебетала она, — но почему то оказывается, что всякий раз, когда у нас с тобой выпадает свободный уик-энд, идет дождь. Может, мы с тобой заколдованы?
— Ерунда! — отмахнулся Ник. — Я совершенно точно знаю, что в эти выходные погода будет как никогда теплой, солнечной и безоблачной. — Он принялся расстегивать её блузку. — И — никакого дождя! Он просто не посмеет меня ослушаться.


В течение всего уик-энда дождь лил как из ведра.
— А все ты виноват, Холлидей, — проворчала Мередит, с грустным видом смотря на затянутое тучами небо из окна спальни. — Нечего было бросать вызов Матушке Природе.
— Не уверен, что ты права, милая, но в следующий раз постараюсь быть поосторожнее, — пообещал Ник. Лежа на кровати, он лениво шуршал газетой. — Но в кино мы с тобой, при желании, смотаться можем.
— Нет уж, спасибо, дорогой, — усмехнулась Мередит. — Я предпочту остаться дома. Уж лучше проскучать, чем вымокнуть до нитки.
— Вообще-то я знаю одно занятие, которое позволит и здесь недурно провести время, — ухмыльнулся режиссер.
Мередит покосилась на него и хихикнула.
— Вы, мистер, только об одном и думаете.
— А почему бы и нет? — Ник присел на кровати. Рядом на полу высилась внушительная стопка старых журналов про мир кинематографа. Взяв верхний журнал, Ник небрежно пролистал его. — Зачем тебе это? — спросил он.
— Кое-что ищу.
Он приподнял голову и посмотрел на Мередит.
— Ты снова виделась с Томом, да?
Мередит кивнула.
— Да. Вчера. Все эти журналы хранились у него с тех самых пор, — пояснила она. — Можешь представить? Он сказал, что их собирала Элизабет. Похоже, она хранила, каждый номер, где упоминали её имя.
Ник снова раскрыл журнал и вскоре нашел статью, посвященную Райанам. Посмотрев фотографии, он кивнул.
— Да, она и впрямь была сногсшибательна.
— Поразительной красоты была женщина, — согласилась Мередит. — Господи, до чего же несправедливо — ведь ей было всего двадцать восемь!
— Думаю, Том все-таки не рассказал тебе обо всем, что случилось тогда на съемках, — промолвил Ник, возвращая журнал на прежнее место.
Мередит покачала головой.
— Чтобы завоевать его доверие, нужно ещё время, — со вздохом сказала она. — После того, что ему пришлось пережить, он во всех журналистах видит только врагов.
— Похоже, что да.
— Что-то ты не слишком оптимистично настроен, — сказала она.
— Послушай, малышка, я хорошо знаю Тома — возможно, даже лучше, чем кто-либо другой. Он никому не доверяет и никогда не изливает свою душу. Именно поэтому я и не могу представить, чтобы он вдруг пошел на попятный. Так что, если хочешь знать мое мнение, то, боюсь, тебя ждет жестокое разочарование.
— А ты не бойся. — Мередит нежно обвила его шею руками. — Я уже не маленькая. Я способна сносить удары — если ты прав, разумеется.
Ник в свою очередь обнял её и привлек к себе на постель.
— А знаешь, малышка, мне кажется, что в последнее время едва ли не все наши с тобой разговоры сводятся к Тому Райану и его мрачным тайнам.
— Но мне казалось, что ты любишь Тома, — промолвила Мередит, ероша его волосы.
— Да, люблю. Но только в те редкие минуты, когда мы с тобой оказываемся вдвоем, я предпочел бы вести беседы иного рода. — Он поцеловал её. — Например, сейчас мне пришло в голову нечто совершенно необыкновенное.
— Что ты имеешь в виду? — спросила Мередит с притворным недоумением.
Глаза Ника засверкали.
— А вот что…


Нью-Йорк.
Александр обвел взглядом лежащие на столе бумаги.
— Прекрасные отчеты, — промолвил он. — Весьма добротные. Твои люди хорошо поработали.
Джордж, который сидел напротив, кивнул.
— Я их специально подбирал.
— Ну и каково твое мнение? — спросил Александр, глядя на него.
Джордж пожал плечами.
— На мой взгляд, все эти компании вполне заслуживают таких денег, — без малейшего промедления ответил он. — И вложения в любую из них — или даже во все — окупятся с лихвой.
— Но что бы ты сам выбрал, на моем месте? — полюбопытствовал Александр.
— Ну, раз уж ты меня спрашиваешь, — ухмыльнулся Джордж, — то в первую очередь я бы предпочел «Нейшнл Текнолоджиз». Их рейтинги впечатляют. Вдобавок правительство то и дело делает им весьма крупные заказы.
Александр согласно кивнул.
— Да, ты прав. А как насчет компании «Эмпайр Хилз Девелопмент»? Похоже, они вообще растут как на дрожжах.
Джордж замотал головой.
— Они пытаются прыгнуть выше головы, — пояснил он. — В долгах по уши. Их имеет смысл приобрести исключительно для списания налогов.
— Что ж, — промолвил Александр после некоторого молчания, — возможно, это и так. — Он отложил папки в сторону. — Тогда будем вкладываться в нефть…
Внезапно снаружи послышались громкие раздраженные голоса, и мужчины повернули головы. В следующий миг дверь распахнулась, и в комнату влетел Константин Киракис. Он размахивал сложенной в трубочку газетой, а лицо его потемнело от гнева.
Александр поспешно вскочил.
— Отец… — начал он. — Я не знал, что ты…
— Да, ты не ожидал моего прихода! — рявкнул Киракис-старший. Он выразительно посмотрел на Джорджа. — Вы нас извините?
При одном лишь взгляде на его лицо Джордж поспешил подняться и заторопился к двери. Уже на пороге он обернулся.
— Александр, дай мне знать, когда освободишься, — попросил он.
Александр молча кивнул. Когда дверь за Джорджем закрылась, он недоуменно посмотрел на отца. — Что случилось? Надеюсь, с мамой все в порядке?
— За маму не волнуйся — пока. — Киракис всучил Александру газету и гневно ткнул в неё пальцем. — Вот, читай! — рявкнул он.
Александр поспешно пробежал глазами коротенькую заметку. Затем откинулся на спинку кресла.
— Я даже не предполагал… — растерянно начал он.
— Ты ведь её знал, не так ли? — требовательно спросил Киракис.
Александр кивнул.
— Да, я познакомился с Марианной два месяца назад в Гштаде, — признался он. — Но…
— Ты с ней спал? — в голосе Киракиса слышалась угроза.
— Да, — снова кивнул Александр. В газете сообщалось о том, что Марианна Хауптман покончила с собой. — Но я и не подозревал, что она настолько неуравновешенная. И уж тем более не предполагал, что она способна наложить на себя руки.
Глаза Киракиса были холодны как лед.
— Она совершила самоубийство из-за тебя! — прорычал он. — Это для тебя что-нибудь значит?
Александр изумленно вскинул брови.
— Из-за меня? Но, отец, мы были едва знакомы! — возразил он. — Мы провели с ней в Гштаде всего неделю…
— И она прилетела к тебе в Нью-Йорк в полной уверенности, что ты на ней женишься, — закончил Киракис.
— Откуда ты знаешь? — спросил Александр.
— В деловых кругах сплетни передаются с быстротой молнии, Александр, даже в таком захолустье, каковым ты считаешь Грецию, — раздраженно сказал его отец. — И мне известно, что случилось здесь, в твоем кабинете. Это ведь было на прошлой неделе, не так ли?
Александр кивнул.
— Обо мне в этой заметке ни слова, — произнес он. — Почему ты считаешь, что Марианна покончила с собой из-за меня?
Киракис стиснул зубы так, что на щеках заходили желваки.
— За последние десять лет я потратил немало времени — и денег, — на то, чтобы твое имя не мелькало в газетных заголовках, — угрюмо сказал он. — Но порой и все мои попытки терпели неудачу. Как бы то ни было. Я никогда не полагаюсь на случай. В Швейцарии у меня прекрасные связи. По счастью, есть весьма влиятельные знакомые и в полицейском управлении. — Он вытащил из наружного кармана пиджака клочок бумаги и протянул сыну. — Девушка оставила записку. Мой человек успел завладеть ею, прежде чем об этом пронюхали репортеры.
Александр перечитал записку трижды. Когда он снова взглянул на отца, лицо его было белым как мел. — Мне даже в голову не приходило, что она была… настолько впечатлительна, — голос его предательски дрогнул. — Я и думать не мог…
— В этом и заключается твоя беда, Александр. Ты никогда не способен продумать наперед возможные последствия своих поступков!
— Но она… показалась мне совершенно нормальной девушкой, — медленно произнес Александр, вспоминая, как познакомился с Марианной. — Она была такая веселая и жизнерадостная — ничто не указывало на психическую неуравновешенность. Мы провели вместе всю неделю, но я даже не подозревал…
— А о чем ты подумал, когда она приехала в Нью-Йорк?
Александр нахмурился.
— Тогда какие-то сомнения уже закрались ко мне в голову. Но я все равно даже представить себе не мог, каким образом она могла настолько неверно истолковать какие-то мои слова или поступки. Когда она сказала, что собирается вернуться в Швейцарию, я был уверен, что речь идет о продолжении учебы в университете. Не было даже намека на то, что она собирается свести счеты с жизнью.
— На сей раз, Александр, ты зашел слишком далеко, — глухо промолвил Киракис. — Дело крайне серьезное. Это уже не игра, в которой ты стремишься переспать с каждой встречной женщиной. Это — самоубийство. Молодая женщина покончила с собой по твоей вине. Если эти слухи просочатся в прессу, скандала не избежать. Представляешь, под какую угрозу ты поставишь тогда собственное будущее? Как, впрочем, и будущее корпорации.
— Какое отношение смерть этой девушки имеет к корпорации…
— Самое прямое! — загремел Киракис. — Мы всегда считались оплотом надежности. Никто не опасался доверять нам деньги. Настанет день, когда ты примешь бразды правления в свои руки, и тогда твоя дальнейшая судьба будет зависеть от крупнейших международных банкиров. Если они увидят, насколько ты безответственный, ни один из них не даст тебе денег. И что тогда станется с тобой? Какая участь постигнет корпорацию?
Александр уныло молчал. Об этом он, определенно, не думал.
— Это последняя соломинка, Александр, — заявил Киракис. — Я больше не могу терпеть твои выходки и твой образ жизни! Ты должен немедленно измениться сам и изменить свои привычки. В противном случае ты горько пожалеешь, что не внял моим советам. Заруби это себе на носу!
— Отец, ты должен мне поверить, — сказал наконец Александр. — Я и словом не обмолвился ей о чем-то серьезном. Не давал никаких обещаний. Ни о какой женитьбе речь даже не заходила. Я даже ни разу не говорил, что люблю ее!
— Все это сейчас уже не имеет значения, Александр, — резко сказал Киракис. — Она мертва, а её записка тебя уличает. И абсолютно не важно, что у вас было в Гштаде. — Он двинулся к двери. — Обдумай мои слова — мой тебе совет.
— Постой, папа! — быстро сказал Александр. — В газете говорится только, что она покончила собой в Женеве, в гостиничном номере.
— Ну и что?
— Как это случилось?
Киракис нахмурился.
— Она повесилась.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Танец богов - Бейшир Норма



Роман чудесный не знаю почему до сих пор его никто не прочитал.
Танец богов - Бейшир НормаЛика
19.08.2013, 21.50





мне тоже очень понравилось, читала в удовольствием
Танец богов - Бейшир Нормашапокляк
22.08.2013, 19.06








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100