Читать онлайн Любовь не умирает, автора - Беверли Элизабет, Раздел - Глава 6 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Любовь не умирает - Беверли Элизабет бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 5.96 (Голосов: 26)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Любовь не умирает - Беверли Элизабет - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Любовь не умирает - Беверли Элизабет - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Беверли Элизабет

Любовь не умирает

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 6

Хотя Молли им все время мешала — приставала, выпрашивала подачки, — беседа за ужином получилась оживленной. Но Джорджии она почему-то казалась пустой, лишенной той теплоты, которой следовало бы ожидать от встречи давних друзей. Между ними возникло что-то новое. Джорджия не имела ни малейшего понятия, что ей делать, чтобы вернуть былое. Да и что, собственно, не так — это ей никак не удавалось определить.
Загрузив посудомоечную машину и положив остатки мяса в миску Молли, Джек откупорил вторую бутылку. Когда они снова вернулись в гостиную, сытые и ленивые, напряженность между ними начала как будто рассеиваться. Ее место заняло смутное подобие той непринужденности, какой сопровождалась их первая встреча в кафе Руди. Неужели это было лишь вчера? И она вдруг поверила, что со временем их отношения вновь станут добрыми и дружескими.
Молли улеглась на пеструю подстилку у камина и сразу же потеряла всякий интерес к людям. В очаге весело плясало пламя; правда, горел газ — ни искр, ни потрескивания, ни острого, терпкого запаха горящих поленьев. Но и такой камин дарил успокоительный уют, и Джорджии казалось самым естественным на свете сидеть на диване, прижимаясь к Джеку. Они долго молча смотрели на желто-оранжевые языки пламени; наконец Джек нарушил молчание:
— Какой красивый огонь. Джорджия улыбнулась, впервые за этот вечер чувствуя себя по-настоящему хорошо.
— Да, в отряде скаутов я получила награду за умение разводить костер.
Джек тоже рассмеялся, и от знакомого звука его смеха у Джорджии мурашки побежали по коже.
— А я и забыл, что ты была в скаутах. Но теперь вспоминаю: ты же как-то раз стащила для меня полдюжины пачек печенья из запасов сухого пайка.
Она тогда полностью расплатилась за это печенье, но Джеку об этом не сказала: пусть не чувствует себя ей обязанным. И почему-то ей стало приятно от мысли, что Джек считает ее способной на такой ужасный поступок, как кража нескольких пачек печенья из общего отрядного котла.
— Самое малое, что я могла сделать. Ты был такой тощий.
Казалось, его задели эти слова.
— Э, да я был тогда как из камня!
— Ты был худой как швабра! — со смехом возразила Джорджия.
Издав негодующее восклицание, Джек похлопал себя по животу.
— Не будем распространяться о том, каким я стал.
«Не будем», — мысленно поддакнула она, но ни о чем другом думать сейчас не могла, только о нем: каким он был — и каким стал. Не камень, нет, скорее закаленная сталь. С годами он раздался, но там, где мужчины обрастают обычно жиром, Джек набрал одни мышцы. Должно быть, она каким-то возгласом выразила то, о чем думала, потому что Джек вдруг встрепенулся.
— Что? — воскликнул он. — Ты со мной соглашаешься?
Джорджия постаралась придать голосу легкость, которой не испытывала.
— Но ты же сам это сказал, что же ты сердишься?
— Да, но ты не должна со мной соглашаться.
— Не должна? — удивленно подняла она брови.
— Ну да, — заверил он ее. — Тебе следовало возразить, что-нибудь вроде: «О, Джек, ты совсем не толстый! Ты выглядишь великолепно». А потом похлопать по моему поджарому, каменному животу и сказать, что я выгляжу куда лучше по сравнению с большинством мужчин моего возраста.
— У меня почти нет знакомых среди мужчин твоего возраста. — Джорджия едва сдержала смех.
— Что?! — негодующе воскликнул Джек. — Так ты считаешь меня не только толстяком, а еще и стариком!
Тут уж она не выдержала и рассмеялась, до того искренним казался его гнев.
— Да нет же, я не называла тебя стариком.
— Ага, значит, только жирнягой!
— Вовсе нет! Ну Дже-ек… — И, глядя, как он хмурится, все больше веселилась и наконец похлопала его ладонью по торсу — жесткому, как чугунная сковорода. — О, Джек! — Свой тихий, дрогнувший голос она приписала тому, что он ее рассмешил, а не чувствам, пронзившим ее от такого интимного жеста. — Ты совсем не толстый. Ты и правда выглядишь гораздо лучше большинства мужчин твоего возраста.
— Откуда тебе это известно? — возразил он резко, уже без искры веселья. — У тебя ведь почти нет среди них знакомых. — Джек замолчал, глядя на ее губы, накрыл ладонью ее руку, все еще лежавшую у него на животе, и у Джорджии внутри ожило что-то жаркое и текучее.
— И почему, — вкрадчиво заворчал Джек, — осознание этого обстоятельства наполняет меня радостью?
Она попыталась высвободить руку, но он переплел ее пальцы со своими, удерживая ее ладонь. Она посмотрела ему в глаза — в них метались темные вихри, словно какие-то недозволенные эмоции одолевали его. Сердце ее заколотилось быстро и неровно — казалось, оно готово пробить грудную клетку.
И вдруг, прежде чем она успела сообразить, что происходит, он обнял ее рукой за шею, привлек к себе и накрыл ее губы поцелуем. Одна, разумная ее часть изумилась до крайности, но другая, маленькая, однако могущественная, недоумевала: почему Джек тянул так долго? А потом она вообще перестала думать о чем-либо — так захватили ее теплые, чарующие ощущения, разлившиеся по всему телу. Он нежно обхватил ладонью ее затылок и, легко скользнув ртом по ее губам раз, другой, третий, прижал ее к себе.
На мгновение взгляды их встретились, и Джорджия успела осознать, что он смущен и озадачен таким поворотом событий не меньше ее. Но в следующий миг, не желая забивать себе голову никакими размышлениями, он нагнулся и покрыл ее лицо влажными, чувственными поцелуями.
У Джорджии вырвался томный вздох; закрыв глаза, она склонила голову набок и прикусила губу, сдерживая стон, рвавшийся наружу, когда губы Джека нежно скользили по ее шее. Потом они снова устремились к ее губам, и он погрузил руку в ее волосы, привлекая к себе все ближе, стремясь вкусить ее аромат до конца…
Она таяла в его объятиях, то стискивая руками его свитер, то поглаживая обтянутую мягкой тканью грудь. Пальцы ее ощущали упругие, могучие мышцы, жар его тела, кричащего сквозь одежду. Она вкушала в его поцелуях аромат вина и зимнюю свежесть, воспоминания прошлого и обещания будущего. И впервые получила безмолвный ответ на вопрос, мучивший ее больше двадцати лет: их любовь, их близость была бы восхитительна…
— Джек… — шептала она ему в шею, не умея выразить словами желание хоть немного замедлить столь скорое развитие их взаимного влечения. — Я… я не…
Он отстранил ее, заглянул в глаза, и Джорджия мгновенно забыла, почему ей казалось таким важным подавить чувства, давно уже кипящие у нее в груди.
— Что, Джо, что? — шептал он.
— О, Джек, что ты делаешь?
— Разве ты не видишь?
— Ты меня целуешь…
— Все время я просто изнывал от желания целовать тебя.
— У меня… Джек… у меня уже давно ничего такого не было. — Она разобралась наконец, в чем причина ее неуверенности.
Дело не только в том, что это Джек, о котором она думала больше двадцати лет. Просто ей необходимо как-то объяснить ему, он должен понять, как важно это для нее, осознать всю значительность происходящего.
Ее признание, кажется, осчастливило Джека — улыбка его потеплела, голос смягчился.
— Рад слышать это от тебя. — Он рассеивал все ее тревоги. — У меня тоже давно ничего не было, Джо. — И вдруг, словно читая биржевую сводку, торжественно, но и шутливо добавил:
— Следует ли из этого, что мы сейчас перейдем к тому, что имели в виду?
— Не знаю, — искренне призналась она. — Не знаю, Джек, я…
Судя по выражению его лица, он не больше ее уверен в ответе на свой вопрос.
— И я не знаю. Почему бы нам не выяснить это?
— Да, наверно, так лучше. — И она сама, первая поцеловала его.
Обхватив его загрубелый подбородок ладонью, она отметила с наслаждением, как различаются их тела, чудесно дополняющие друг друга. А эти шелковистые волосы у него на виске… она провела по ним рукой, подалась вперед. Губы Джека, встретившие ее поцелуй, такие мягкие, ответили медленным, ленивым движением — и неспешным, и настойчивым. Джек Маккормик целуется хорошо, это бесспорно, — ей, во всяком случае, нравится.
А дальше… дальше она не смогла бы ответить, она ли увлекла его, он ли сам сделал это, но оба упали на диван, и Джек оказался над ней. Все произошло так быстро, что одна нога ее осталась на полу,
согнутая, а другая уютно вытянулась на диване, прижимаясь к его ноге, и он втиснулся ей между бедер, прижался к ней всем телом, и она ощутила тяжелую, горячую силу его плоти на своем животе.
Она поразилась, как быстро Джек возбудился. Язык его уже проник к ней в рот, словно был не в силах сдержать мучившую его жажду. Внутри ее что-то долго сдерживаемое, тайное вырвалось на свободу, и она открылась ему, объявив сладкую войну его губам: чей рот овладеет чьим. Оплетая руками его плечи, она ласкала упругие бицепсы, которые и наполовину не могла обхватить пальцами, — это было так удивительно и чудесно…
Поцелуи Джека становились все более страстными, он давил на нее всем своим весом, но лишь распалял ее, медля. Он такой живой, такой горячий… Чувствуя его на себе от плеч до щиколоток, она хотела большего — ощутить его всем существом, внутри себя.
Она скользнула руками вниз по его спине, обвила его талию, застигнутая внезапным страхом, что он попытается от нее оторваться. Джек положил руку ей на грудь, погладил ее сквозь тонкую ткань… Желание горячей волной захлестнуло Джорджию, и она безотчетно отдалась этой волне.
На мгновение тело его застыло, словно подчиняясь инстинктивному порыву уйти от власти женского естества. Но Джорджия крепко стиснула его руку, плотнее прижимая ее к своей груди. Он все же оторвался от нее, но лишь для того, чтобы посмотреть ей в глаза, дать последнюю возможность осознать, что она делает. И когда она встретилась с ним взглядом — да, она хочет принадлежать ему! — он нежно провел большим пальцем по затвердевшему соску, и она вскрикнула, наслаждаясь пронзившим ее сладостным электрическим разрядом. Много, много времени прошло с тех пор, когда она последний раз позволяла мужчине такое. Да и было ли у нее когда-нибудь это?.. Теперь она уже не могла ни вспомнить, ни сообразить, и все ее неясные попытки растворились в непередаваемом. Одна рука его ласкала, обнимала ее грудь, другая проникла под длинный вырез джемпера, и Джек провел трепещущим языком по ключице; пальцы его скользнули вниз, открыв обнаженное тело, поползли вверх… Наконец рука его обхватила грудь, одним движением расстегнула переднюю застежку лифчика, отбросила его — и Джорджия перестала дышать в ожидании более интимных прикосновений.
Он стал кончиками пальцев как бы лениво ласкать кожу под грудью; потом поднял выше джемпер и завладел обоими холмиками. Скользнул по соску легким поцелуем, вобрал набухшую горошину в рот, лизнул горячим языком… Раз, и еще раз, и еще… Отдавшись во власть своих ощущений, она лишь сдавленно постанывала и шептала его имя.
Джек тоже забылся, упоенный ее сладкой, соблазнительной нежностью. Джорджия такая вкусная, возбужденная, щедрая… Где ни прикасаются к ней его руки — везде встречают трепетный отклик. Влажное дыхание ее ласково щекочет ему затылок, а пальцы мечутся по его волосам. Ему уже кажется, что тела их сливаются воедино… Он жадно ласкал рукой один сосок, утоляя ртом жар другого.
Ухо его слышало безумные удары ее сердца. При каждом сдавленном дыхании грудь ее поднималась и опадала, а руки конвульсивно сжимали его голову. Она немо взывает, умоляет его навеки оставаться рядом, длить эти чарующие прикосновения… И пусть так и будет, он тоже желает этого! Когда же и она заставит его забыться от ее страстных ласк? Но она так неопытна… Губы его, на нежной коже ее груди, раздвинулись в улыбке, и прозвучал неожиданный легкий смешок.
— Что… что ты… ты… смеешься?.. — задыхаясь, едва слышно пробормотала она.
— Ничего, ничего… — шептал он у ее сердца. — Просто мне очень хорошо, вот и все, Джо.
— О, Джек… и мне… мне тоже.
Уже последним, неимоверным усилием он оторвался от нее на мгновение, услышал ее нечленораздельное восклицание — и тут же обрушился поцелуями на ее живот. Остановился он, лишь встретив препятствие — эти проклятые леггинсы, — и стянул их: пусть не мешают. Она залепетала что-то протестующее, он мгновенно проник языком ей в пупок — и она позабыла почти обо всем. Он оторвал ее бедра от дивана и спустил леггинсы до колен; за ними последовали трусики, и она оказалась в плену у собственной одежды.
Джек скользнул рукой между ее ног и обнаружил влажное, ждущее тепло… Проворные пальцы перешли в стремительное наступление, описывая все уменьшающиеся концентрические окружности, и наконец большой палец прижался к затвердевшему, пылающему узелку страсти. От этого прикосновения она громко вскрикнула, бедра ее, взметнувшиеся вверх, столкнулись с его грудью. Он улыбнулся победно, ликуя: как полно он ее пленил, как безумно она откликнулась! Склонил голову, чтобы вкусить самое сокровенное, — и тут дом содрогнулся от громкого топота молодых ног…
— О Боже, это Ивен! — выдохнула Джорджия, скатываясь с дивана и в панике хватаясь за одежду.
Лицо ее пылает — кого она хочет обмануть? Все тело ее в огне, а сердце бешено колотится, стремясь вырваться из груди… Кровь едва ли не с шипением растекается по сосудам, словно перегретый пар, а в висках стучит лишь одно: она была так близка — так близка! — к тому безграничному наслаждению, о котором большинство женщин только мечтают…
Ивен уже вставляет ключ в замочную скважину… Она решилась взглянуть на Джека: о-о-о, и у нее такой же безумный вид?.. Скорее всего, в десять раз хуже… Так или иначе, если Ивен хоть краем глаза их увидит — быть беде! Входная дверь распахнулась — поздно, все поздно, теперь уж ничего не поделаешь!
— Джорджия! Я до…
Ивен осекся, подтвердив худшие ее опасения: конечно, он все понял — сразу понял, чему именно помешал. Сурово сдвинул брови, переводя взгляд с него на нее, с нее на него…
— Может, мне лучше выйти и вернуться попозже? — Ломающийся голос прозвучал резко и холодно, как завывающий за стенами дома ветер.
— В этом нет необходимости. — Джорджия как можно небрежнее провела по волосам. Руки так и чешутся одернуть джемпер, но нет, она этого не сделает. — Пожалуйста, закрой за собой дверь.
Ивен дерзко смотрел ей прямо в глаза, — давно уже не видела она у него на лице такого выражения и прекрасно знала, что оно означает.
— Похоже, лучше оставить дверь открытой, — бросил Ивен. — Вам обоим неплохо поостыть.
Джорджия скрестила руки на груди, отчаянно пытаясь придумать: как скрыть еще не оставившее ее возбуждение от того, что произошло, или не произошло, или почти произошло?
— Не смей так говорить со мной! — велела она не допускающим возражений тоном. — Понятно?
Ивен понурил вдруг голову, и она поняла: он почти жалеет о том, как повел себя, по крайней мере по отношению к ней. Мальчишка с вызовом повернулся к Джеку, но, прежде чем успел выпалить угрозу или оскорбление, она встала между ними и приказала без обиняков:
— Закрой дверь!
С нескрываемым презрением Ивен положил руку на дверь и со всей силы толкнул ее. Дом задрожал, отозвавшись дрожью во всем теле Джорджии. Наступило молчание. Прервал его Ивен — язвительным вопросом:
— Я не помешал? А то могу…
— Да, помешал, — оборвала его Джорджия, — но мы с Джеком продолжим как-нибудь в другой раз.
Ивен открыл было рот, собираясь огрызнуться, но она снова остановила его:
— Ивен, я никогда ничего от тебя не скрывала. — Голос ее невольно смягчился — в конце концов, она искренне любит этого мальчишку. — И сейчас не собираюсь — это тебя бы оскорбило. Да, мы с Джеком… — она обернулась, но не стала принуждать себя смотреть на него, — мы были заняты друг другом, — спокойно проговорила она, опять глядя сыну в глаза. — Но к тебе это не имеет никакого отношения и ни в чем тебя не ущемляет.
Парень сжал губы и свирепо покосился на Джека. «Ревнует, бедняга», — подумала Джорджия. Потребовалось больше четырех лет, чтобы им с Ивеном удалось наладить жизнь, мальчик стал постепенно расставаться с прошлым. Впереди у него долгий путь, а она — единственный человек, которому он доверяет. Он неплохо стал учиться, у него даже появились друзья, но к взрослым все еще относится подозрительно. Вернее, к большинству взрослых. С ней у него всегда были хорошие отношения. Именно поэтому он не хочет ни с кем делиться ее обществом, ее привязанностью.
— Мы поговорим об этом позже. — Пусть беспрекословность ее тона пресечет все дальнейшие попытки бунта.
Она ненавидела себя за то, что вот так выпроваживает Ивена, но как еще в этот момент поступить? Она и представить не могла, что окажется в таком положении, тем более вовлечет в него Ивена. За все время их знакомства у нее не было романов. Да и сейчас — положа руку на сердце — есть ли роман?
Ивен сверкнул глазами, но сдержался. В уме ему нельзя отказать. Вероятно, именно это и помогло ему выжить, когда он провел целый год на улице, перед тем как попал в Карлайл. Ей-то, прежде чем выяснять отношения с Ивеном, надо выяснить отношения с Джеком. Она все еще не пришла в себя от неожиданности, стремительности происшедшего между ними, от беспокойства, куда это может привести. Не получив никаких заверений сама, как она может дать их мальчику? Лучше это отложить. А пока…
— Ты обедал на работе?
— Да, — буркнул Ивен. — Но снова проголодался.
— Есть жареное мясо.
— Не беспокойся, я сам.
Громко топая, он направился на кухню, распахнул дверцу холодильника и достал целую гору продуктов. Джек молча следил за ним, отмечая намеренную небрежность манер, скованность движений. Он словно смотрит в зеркало прошлого: таким он сам был двадцать пять лет назад. Остается надежда, что парень похож и в другом — по достоинству оценит в Джорджии все то, что когда-то оценил он сам.
Ивен приготовил себе ужин, налил стакан молока, и постепенно они с Джорджией, повинуясь привычке к постоянному общению, принялись болтать как ни в чем не бывало. Тяжелый эпизод будто канул в небытие. А Джеку оставалось лишь ждать, не допустят ли его в этот непринужденный разговор. Нет, не допускают… Что же ему — обижаться или радоваться?
Пожалуй, он должен быть даже благодарен, что его оставили в покое: все равно он не знал бы, о чем говорить — ни с Ивеном, ни с Джорджией. Никогда прежде не попадал он в подобную переделку — чтобы подросток, ребенок в сущности, заставал его с женщиной в такой ситуации. В одном он был уверен: отныне его отношения с Джорджией станут еще более натянутыми. Хотя какие, собственно, у них отношения? Чему положило конец внезапное появление Ивена? Джек чувствовал полную растерянность. Сидели они, вспоминали прошлое, шутили, и вдруг он попытался овладеть Джорджией…
Никогда в жизни он так не обрушивался на женщину, никогда не терял самоконтроль, а тут полностью забылся после первого же поцелуя. Что случилось, почему он зашел так далеко? И не думал ни о чем подобном, даже мысль, что такое может произойти, не приходила в голову — пока он не поцеловал ее. После этого все вдруг изменилось.
Ивен накрыл трехэтажный бутерброд ломтем ржаного хлеба, высыпал на бумажную тарелку картофельные чипсы, снова повернулся к взрослым и коротко сообщил:
— Я буду у себя. Судя по всему, он счел это достаточным: больше не сказал ни слова и ушел в свою комнату.
Когда за ним закрылась дверь — уже без всякого грохота, вполне спокойно, — Джорджия печально вздохнула и принужденно начала:
— Извини, Джек. Я совсем забыла, что Ивен возвращается в половине девятого. Понимаешь, я тебя пригласила… думала, вечером, когда он придет, посидим втроем за чашкой кофе. А потом… — она помолчала немного, — и представить себе не могла, что мы… — Она осеклась, ее лицо и шею залила краска. «А грудь тоже покраснела?» — подумал вдруг Джек, но поспешно отогнал эти крамольные мысли.
— Я… Джо… извини… Этому нет оправдания.
— Чему? — удивилась она.
— Тому, что произошло сейчас, — пояснил Джек, смущенный ее изумлением. — И я… приношу свои извинения. Я… не имел права…
— Ты приносишь извинения… за это? — Джорджия не верила своим ушам.
— Ну да. Я ведь… ты не… я совсем не… Чем больше он так мямлит, тем хуже. Ему бы помолчать, собрать безумно мечущиеся мысли, выхватить из них хоть одну-две разумные… Но свистопляска у него в голове не утихала.
— Ты просишь извинения, что целовал меня? — тихо-тихо произнесла она.
До него дошло наконец, что он наделал. Джек быстро подошел к ней и ласково провел ладонью по ее пылающей щеке. Она изумленно раскрыла глаза, покраснела еще больше и судорожно вздохнула, когда он прикоснулся большим пальцем к ее губам.
— Нет, Джо, нет, — так же тихо ответил он. — За это — нет. Ни за что из того, что произошло сегодня, я не прошу извинения. Я имел в виду… я сожалею, что получилось вот так. Первый раз… я не должен был… торопиться. Все должно быть… по-особенному.
— Так ты полагаешь, первый раз еще будет? — Голос ее дрогнул и будто осип.
— Да, полагаю. А скорее всего, и второй, и третий. — Он улыбнулся. — А если нам по-настоящему повезет — и четыре миллиона пять тысяч восемьдесят седьмой.
Сквозь закипавшие слезы она улыбнулась ему в ответ.
— Готова поспорить, он будет таким же особенным, как и первый.
— Итак, мы возвращаемся к…
Она вопросительно взглянула на него, а он — на дверь комнаты Ивена: доносившиеся оттуда жесткие ритмы (тяжелый рок семидесятых), хорошо ему знакомые, надежно заглушали все, что он собирался ей сказать.
— ..к первому разу. Какие у тебя планы на завтра?
Она вздрогнула.
— Я… э-э… утром я занята в больнице. К полудню освобожусь.
— Вот и отлично. Жди меня в вестибюле «Блефа» в половине первого.
— Мы пообедаем вместе?
— Помимо всего прочего. — На этом лучше остановиться, решил он. По крайней мере сейчас.




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Любовь не умирает - Беверли Элизабет

Разделы:
ПрологГлава 1Глава 2Глава 3Глава 4Глава 5Глава 6Глава 7Глава 8Глава 9Глава 10Глава 11Эпилог

Ваши комментарии
к роману Любовь не умирает - Беверли Элизабет



Неплохо, но как-то чего-то не хватило. Мне показалось, что будет интрига в отношении отца к Гг-не и концовка не такая скупая, да и срок в 23 года уж слишком большой (видно привыкла уже романы по-больше читать). Но почитать можно.
Любовь не умирает - Беверли ЭлизабетНаталья
30.04.2012, 6.45





Великолепный роман,прочла с огромным удовольствием.
Любовь не умирает - Беверли ЭлизабетЛюдмила
13.04.2014, 13.04





хороший роман
Любовь не умирает - Беверли ЭлизабетНатали
13.04.2014, 16.54





Да простит автор, но это вольная фантазия по мотивам фильма "Красотка" исполнена очень затянуто и несколько занудно. все 11 глав бесконечного диалога об одном и том же. ни вам динамики, ни вам развития сюжета, ни-че-го(( Словно писал подросток.
Любовь не умирает - Беверли ЭлизабетNatali
13.04.2014, 22.25








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100