Читать онлайн Как заарканить миллионера, автора - Беверли Элизабет, Раздел - 17 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Как заарканить миллионера - Беверли Элизабет бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.41 (Голосов: 46)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Как заарканить миллионера - Беверли Элизабет - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Как заарканить миллионера - Беверли Элизабет - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Беверли Элизабет

Как заарканить миллионера

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

17

Разоблачение Лорен Грабл-Монро произвело эффект разорвавшейся бомбы.
Дорси и Карлотта оказались в осаде. Телефон звонил, не переставая; у подъезда кружили репортеры и фотографы с камерами наперевес. Даже на Рождество журналистская братия не давала Дорси покоя. Неудивительно, что праздники в семействе Макгиннес прошли не слишком радостно.
Не было в Америке печатного издания (за исключением разве что «Медицинского вестника»), где бы не склонялись на все лады имена Дорси Макгиннес и Лорен Грабл-Монро. Одни превозносили Дорси до небес, другие рассказывали о ней небылицы, третьи смешивали с грязью. К сожалению, третьи были всего многочисленнее — или, может быть, всего заметнее. Некоторые (в том числе очень известные и уважаемые люди из консервативной прессы) даже позволяли себе намекать, что в былые времена подобных бойких дамочек сжигали на кострах.
Были, конечно, новости и получше. Так, некая дама из Нью-Йорка выразила желание написать о Дорси роман, а за неделю до Рождества в дом к ней явился бойкий человечек из Голливуда и предложил экранизировать ее историю.
Дорси вежливо отказалась.
Журнал «Пипл» включил Лорен Грабл-Монро в число «Пятидесяти красивейших людей года». Сама Дорси в список не попала. Зато Говард Стерн пригласил в свое телешоу не кого-нибудь, а «Дорси Макгиннес, социолога». Только фланелевую рубаху попросил оставить дома.
Дорси вежливо отказалась.
Журнал «Плейбой» предложил Дорси или Лорен — они не уточняли, кому именно — сняться для разворота. К сожалению, там требовалось снять не только рубашку.
Дорси вежливо отказалась.
Известная компания по производству женского белья «Секрет Виктории» пригласила Дорси и Лорен рекламировать новые модели лифчиков. Лорен — черную кружевную штучку с бисерными бретельками под названием «Капкан для миллионера». Лифчик для Дорси назывался «Серьезная женщина» и выглядел куда проще. Он был из тонкой фланельки. И в клеточку.
Дорси вежливо отказалась.
Собственно, она вежливо отказывалась от всего, что предлагали ей или Лорен. Даже уговоры Аниты и угрозы хозяев «Рок-Касл Букс» не могли поколебать ее решимости. С Лорен Грабл-Монро — скандальной суперзвездой книжного бизнеса — было покончено. Дорси мечтала об одном: разделаться с этим ужасом и вернуться к обычной, спокойной, по дням и часам расписанной жизни. Мечтала стереть из памяти эту кошмарную главу своей неудавшейся жизни.
Всю — кроме нескольких строк.
Адама Дариена забыть ей не удастся, как ни старайся. Несмотря даже на то, что после того рокового вечера в «Дрейке» он исчез из ее жизни.
Сколько Дорси ни пыталась ему дозвониться, всегда получала один и тот же ответ: мистера Дариена нет на месте. Может быть, хотите что-то ему передать? Нет? Тогда позвоните попозже.
Не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы понять: Адам не хочет иметь с ней дела. И нет смысла надеяться, что рано или поздно у них все наладится. Ибо «их» больше нет, и налаживаться нечему.
Только безгранично наивный человек мог бы думать, что Адам вернется к ней теперь, когда жизнь ее превратилась в публичное шоу. Неудивительно, что он так быстро и бесповоротно исчез с горизонта. Какой мужчина в здравом уме согласится участвовать в этом цирке? Положение Дорси, и так не из лучших, из-за шумихи в прессе превратилось попросту в безнадежное.
Она не давала интервью, не делала публичных заявлений, отказывалась от встреч с представителями прессы — словом, не желала подбрасывать дров в костер, надеясь, что рано или поздно он сам погаснет. Так и случилось. Весь декабрь репортеры вились вокруг ее дома, словно мухи. Однако к середине января ажиотаж начал стихать. Теперь у крыльца Дорси дежурили лишь несколько самых стойких, да и те приставали к ней без энтузиазма, словно по обязанности.
Но Адам так и не появлялся. А ей страшно, его не хватало. Не хватало его хрипловатого смеха, ленивой улыбки, внимательных взглядов искоса. Не хватало его сильного тела, жарких, требовательных губ, изощренных любовных ласк. Не хватало его страсти, мощи, огня.
Как ни пошло это звучит, как ни противоречит всем ее заветным убеждениям, Дорси все яснее понимала, что не может без него жить.
Что за ирония судьбы! Пока Адам был рядом, они виделись урывками: у Дорси не было ни минуты свободной, все ее время уходило на «тройную жизнь». Теперь же Адама нет — а свободного времени хоть отбавляй.
За два дня до начала весеннего семестра ей позвонили из «Северна». И сообщили, что (кто бы мог подумать?) ее услуги колледжу больше не требуются. Так получилось, сказали ей, что штат младших преподавателей в «Северне» явно превышает норму. Да, и не будет ли она так любезна забрать из кабинета свои личные вещи? Как можно скорее. Да, лучше всего прямо завтра.
Нет-нет, заверили ее, разумеется, она сможет защитить диссертацию. Только пусть работает над ней где угодно, только не в библиотеке колледжа. Потому что, где бы ни появилась Дорси Макгиннес, следом за ней несется стая гиен с фотокамерами, что, безусловно, нарушает учебный процесс и вредит деловой репутации солидного учебного заведения, каковым является… Ну, вы поняли.
Только пусть мисс Макгиннес не думает, что ее сокращение как-то связано с этой шумихой в прессе. Никоим образом. Просто так уж случилось, что в нынешнем семестре у нас младших преподавателей хоть пруд пруди.
Да, и не забудьте, пожалуйста, о нашей просьбе. Ну, ваши личные вещи. Да. Как можно скорее. Всего хорошего.
Вот почему в воскресенье после обеда Дорси, пройдя по пустынным коридорам социологического факультета, в последний раз отперла свой кабинет и принялась складывать в картонную коробку небогатые свои пожитки. Фотографию Ганди. Пресс-папье в виде горгульи. Кофейную чашку с надписью: «Пей, да дело разумей!» Ручки, карандаши, блокноты, дискеты. Сняла со стен пожелтевшие плакаты с любимыми мультяшны-ми героями, со стола — фотографию Марлона Брандо в роли Джонни в «Дикаре».
Она не услышала тихих шагов в коридоре. Не заметила, как чья-то рослая фигура загородила дверь. Не заметила, пока не обернулась — и не оказалась лицом к лицу (точнее, лицом к груди) с Адамом Дариеном.
Он стоял, прислонившись к дверному косяку. Лицо его было непроницаемо; под глазами залегли тени, в уголках рта обозначились легкие усталые морщинки. Кожаная летная куртка распахнулась, открыв мешковатый бежевый свитер и наброшенную поверх него клетчатую фланелевую рубаху. На плечах таяли сверкающие снежинки. Капельки воды блестели в темных волосах. Щеки раскраснелись от мороза и ветра.
Ничего Дорси так не хотела, как броситься ему на шею — и целовать, целовать, целовать! Но она молча застыла на месте, беспомощно подняв руки к голове, словно хотела поправить прическу, да вовремя сообразила, что непослушные рыжие пряди, выбившиеся из хвоста, обратно уже не загонишь. Господи, в каком она виде! Ни косметики, ни украшений — хорошо хоть зубы утром почистила! Дорси не хотела, чтобы Адам видел ее такой. При встрече с ним она мечтала быть хоть чуточку похожей на… на… ну, хотя бы на Лорен Грабл-Монро!
Черт, опять эта Лорен!
— Привет, — тихо проговорила она, не понимая, что еще сказать.
— Привет, — так же тихо и неуверенно ответил он!
«Зачем он пришел? — гадала Дорси. — Хочет отомстить? Унизить меня? Да разве возможно большее унижение?»
Адам указал на дверную табличку с надписью: «Дорси Макгиннес, МП».
— Можно узнать, что значит МП? — спросил он, и на губах его мелькнула тень улыбки.
Дорси судорожно выдохнула воздух — только сейчас она заметила, что задержала дыхание. Кажется, он не намерен вцепляться ей в горло, Или унижать. Или обвинять во лжи. Кажется, он хочет…
Может быть, она поспешила проститься с надеждой?
— Это значит «Мрак Полный», — охрипшим от волнения голосом ответила она, подойдя к двери и снимая пластмассовую табличку. — Точное и исчерпывающее описание моей жизни в последние несколько недель.
С этими словами она бросила табличку в коробку с барахлом. Незачем ей здесь оставаться. Много-много лет спустя Дорси покажет ее внукам (а будут ли внуки? Интересный вопрос…) и скажет: «Смотрите, детки, было время, когда ваша бабушка преподавала в колледже!»
Адам глубоко вздохнул, не отводя от нее глаз.
— Почему ты ничего мне не сказала? — спросил он тихо. Очень тихо. Но вопрос этот громом прогремел у нее в ушах.
Дорси открыла рот — и снова закрыла, ибо понятия не имела, что ответить.
Оттолкнувшись плечом от косяка, Адам вошел в кабинет. Как ему это удалось, непонятно — Дорси и одна-то в этой комнатушке с трудом помещалась. Каким-то чудом сумел прикрыть за собой дверь. Прислонился к столу, где сиротливо маячили ее ноутбук и настольная лампа. Скрестил руки на груди, поднял на Дорси задумчивый взгляд.
Температура в кабинете внезапно подскочила до небес. Снаружи шел снег, а здесь извергался огонь и лились потоки раскаленной лавы. Стало так жарко, что Дорси захотелось немедленно сорвать с себя одежду и…
Нет, с этим лучше подождать.
— Тебе не жарко? — вдруг спросил Адам.
И он о том же!
Он скинул куртку и бросил ее на спинку кресла, которое Дорси отодвинула в угол. Туда же отправил и рубашку. Закатал рукава свитера, провел обеими руками по влажным волосам. И снова поднял на нее выжидающий взгляд.
— Зачем ты сюда приехал? — спросила она.
— Твоя мать сказала, что ты здесь.
— Ты разговаривал с Карлоттой?
Он кивнул.
— Сначала я поехал к тебе домой. Карлотта сказала, что ты здесь, собираешь вещи. — Адам мотнул головой в сторону полупустой коробки. — Это Ганди? — спросил он, заметив фотографию в рамке.
Дорси кивнула.
— Я фанатка пассивного сопротивления.
— Поэтому ты мне не звонила?
Она ошарашенно уставилась на него.
— Звонила много раз! Тебя никогда не было на месте, и я решила, что ты не хочешь меня видеть.
— Я очень хотел тебя видеть, — возразил он. — Но решил подождать, пока не уляжется шумиха вокруг Лорен Граб л-Монро. Тебе и без того нелегко приходилось, и мое появление только бы все усложнило. Я подумал, что тебе — нам обоим — стоит немного подождать.
Дорси подняла на него тоскливые глаза. «Знал бы ты, как мне тебя не хватало!» — хотела воскликнуть она, но вслух сказала только:
— Напрасно ты так долго ждал.
Долго, очень долго он смотрел на нее и молчал. И Дорси, кажется, догадывалась, о чем он думает.
— Ты использовала меня, Дорси?
Она замотала головой:
— Нет, никогда! Линди все поняла неверно!
Он тяжело вздохнул:
— Ты бы видела, как она рвала и метала, когда поняла, что судить тебя не за что.
Дорси невольно вздрогнула: она понимала, что Линди может стать опасным противником.
— Не знаешь, не наняла она каких-нибудь мафиози, чтобы они… ну, скажем, переломали мне ноги?
Адам рассмеялся.
— Один раз я слышал, как она говорит по телефону с человеком по фамилии Корлеоне…
— Правда? — недоверчиво воскликнула Дорси.
— Но это оказался поставщик виски.
— А-а…
И снова — долгое напряженное молчание.
— Почему ты ничего мне не сказала? — снова спросил он. — Мак, я думал, мы с тобой друзья. Нет, куда больше, чем друзья. Почему же ты не сказала мне правду?
— Я пыталась, — призналась она. — Несколько раз хотела признаться. Но всякий раз, как только открывала рот…
— Ну?
Дорси вздохнула.
— Передо мной возникала такая ясная и пугающая картина, что я не отваживалась сказать ни слова.
— Какая картина?
Теперь она вгляделась ему в лицо — лицо, которое так мечтала увидеть все эти долгие, долгие недели.
— Я представляла тебя, — призналась она. — Представляла, как ты будешь смотреть на меня… вот так, как сейчас. И не решалась признаться, потому что знала: этого твоего взгляда я не вынесу, Но вот правда вышла наружу, и уже не в воображении, а по-настоящему ты смотришь на меня таким взглядом, какого я и боялась… и я не могу этого вынести! — воскликнула она, бессильно сжимая руки. — Ты меня ненавидишь, Адам, и я не знаю, не знаю, что теперь делать!
— О, Мак! — Шагнув вперед, он положил руки ей на плечи. — С чего ты взяла, что я тебя ненавижу?! Я никогда… никогда бы…
С тихим стоном он обнял ее и привлек к себе. Уткнувшись лицом в его пушистый свитер, Дорси боялась пошевельнуться, чтобы не развеять чары. За несколько недель тоски и одиночества она успела забыть, как это прекрасно, когда тебя обнимает любимый. Этот страшный месяц она прожила словно во сне и только теперь с ужасом понимала, что она могла потерять навсегда. Одно прикосновение его рук воплотило в жизнь все ее фантазии. Свежий, чистый запах Адама окутывал ее благоуханным облаком; жар его тела сливался с ее собственным жаром, а кровь, возбужденная его близостью, неслась по жилам, словно скакун арабских кровей.
— Весь этот месяц я пытался разобраться в своих чувствах, — заговорил Адам, — и, говоря по правде, ничего понять не мог. Ты — не та, кем я тебя считал. Ты — не Мак, которую я успел узнать и полю… — Он осекся на полуслове и торопливо продолжил:
— И, конечно, ты — не Лорен Грабл-Монро! Я думал, что изучил тебя как свои пять пальцев, а оказалось, что я совсем тебя не знаю.
Притянув Адама за пояс, Дорси положила голову ему на плечо и прислушалась к биению сердца под толстым свитером. Сердце Адама билось часто и гулко, его удары словно давали силу самой Дорси.
— Я Дорси, — тихо ответила она. — Всегда была Дорси. И всегда хотела быть Дорси. Для всех.
— Дорси… — словно эхо, повторил Адам. Склонив голову и подняв брови, он всматривался ей в лицо так, словно решал какую-то трудную задачу.
— Не жду, что ты поймешь, — продолжала она. — Я и сама-то толком не понимаю. Но… я не просто Мак. Да, во мне есть Мак. Наверно, есть и Лорен Грабл-Монро. Но обе они — только часть меня. Никто, кроме меня,
об этом не знает, да и я сама узнала совсем недавно.
Адам молчал, глядя на нее так, словно хотел вобрать в себя ее волосы, глаза, губы… душу. И вдруг — расплылся в озорной улыбке:
— Может быть, мне пора узнать тебя получше? Во всех твоих проявлениях?
Дорси не успела ответить — он припал к ее губам.
О, что за поцелуй! Ничего хищного, жадного, требовательного — только наслаждение. Только нежность. Только просьба о понимании. Медленно, мягко, ласково пробовал он на вкус сочную мякоть ее губ — и Дорси отдавалась ему с радостью, без остатка, таяла, растворялась в его поцелуе, смутно понимая, что здесь ее место, что здесь она хотела бы остаться навсегда, что ничего иного не желает и не захочет пожелать во веки веков…
Приподнявшись на цыпочки, она обвила руками его шею, запустила пальцы в густую копну темных волос. С жаром отвечая на поцелуй, она ощущала горьковатый привкус кофе, мятный — зубной пасты, и что-то еще — такое смутное… такое неопределимое…
Надежда. Вкус надежды. Чувствует ли его Адам? Этого Дорси не знала — могла лишь догадываться. Но знала: у них все получится. Любовь, рожденная в их сердцах, вскормленная долгими задушевными беседами, страстными взглядами, прощальными поцелуями на крыльце, жаркими ночами, проведенными вместе, эта любовь истинна. А истинные чувства не умирают. Пусть впереди у Дорси еще много пасмурных дней — вместе с Адамом она преодолеет все.
С неохотой оторвавшись от ее губ, Адам взглянул ей в глаза.
— Как же мне не хватало тебя… Дорси. — Он улыбнулся, со значением произнеся ее настоящее имя. — К этому имени мне придется привыкнуть. Но, господи, как же я по тебе скучал! Я на все готов, чтобы тебя вернуть!
«Он на все готов, чтобы меня вернуть?» — изумилась Дорси. Господи боже! А она-то все это время изнывала от тоски и отчаяния при мысли, что потеряла его навсегда!
— Прости меня! — прошептала она. — Если можешь, прости.
— Давно простил, — с готовностью ответил он. — Только пообещай, что с этой секунды между нами не будет никаких секретов.
— Обещаю, — ответила она;
— Я тоже, — улыбнулся он. — И, пожалуй, начну сеанс откровений прямо сейчас Дорси, я люблю тебя. Во всех твоих ипостасях.
Она выдавила нервный смешок
— Даже Лорен?
— А что плохого в Лорен? Она — яркая, смелая, остроумная женщина. И классно смотрится в мини-юбке
— Лучше, чем Мак в галстуке? — рассмеялась Дорси.
Он задумчиво прищурился:
— Как сказать. Это зависит…
— От чего?
— От того, где завязан галстук.
— Ах ты развратник! — в притворном негодовании воскликнула Дорси.
Подтверждая это обвинение, он усмехнулся совершенно развратной усмешкой.
— Точно, детка, и сейчас ты в этом убедишься! — И снова притянул ее к себе.
«Как легко все получилось!» — думала Дорси. После этого кошмарного месяца она не сомневалась: искать дорогу к Адаму будет не легче, чем прорубаться через джунгли в дождливый сезон. Кухонным ножом. Босиком и с завязанными глазами. С бешеным ягуаром на закорках и тучей москитов над головой.
А оказалось…
— Знаешь, — прошептал он, касаясь губами чувствительного местечка у нее за ухом, — у меня к тебе одна просьба.
«Ну разумеется!» — сказала она себе.
— Хочешь, чтобы я встала перед тобой на колени и молила о сексе?
Он удивленно выгнул темные брови.
— До сих пор мне это в голову не приходило, но вообще-то мысль интересная…
— Адам!
— Может быть, попозже, — сжалился он. — Сейчас я прошу о другом. Скажи, что ты ко мне чувствуешь? Только честно.
В.глазах его явственно читалась неуверенность, тревога… даже страх. Господи, и он еще сомневается? Что ж, всю свою жизнь Дорси будет показывать Адаму, что именно к нему чувствует. Самыми разными способами. Во всех своих воплощениях. Мак будет любить его как верный и надежный друг. Лорен — как страстная, чувственная любовница. А Дорси… Дорси будет просто любить. Всем сердцем. Всей душой. До конца жизни — а может быть, и дольше
И все это кипение мыслей и чувств она уложила в три коротких слова.
— Я люблю тебя, — ответила Дорси. — Люблю. Честное слово.
— Никогда не думал, — промурлыкал Адам, — что честность так возбуждает!
Дорси давно уже заметила, что он возбужден — не зря тесно прижималась к нему бедрами.
— Итак? — спросил он, сообразив, что она заметила его возбуждение. — Что же дальше?
— Карлотта сейчас дома, так что поедем к тебе, — без колебаний ответила она. Адам просиял улыбкой.
— Непременно, и очень скоро, — пообещал он. — Но я хотел знать, что ты будешь делать дальше?
— Хм… — Дорси задумалась, стараясь не показывать разочарования. Пока она удовлетворилась тем, что прижалась к нему покрепче — Ректор ясно дал понять, что в «Северне» для меня нет места. По крайней мере, на факультете социологии. Может быть, ведро и тряпку мне доверят, — горько усмехнулась она.
— Может быть, тебе стоит послать резюме в другой колледж или университет? — предложил он. — В Чикаго множество учебных заведений.
— Я уже получила несколько предложений, — призналась Дорси. — И из местных колледжей, и из других штатов.
Улыбка стерлась с его лица.
— Каких еще других штатов? Из Индианы, что ли?
Она покачала головой:
— Нет, из Новой Англии.
— Из Новой Англии?
Она кивнула:
— Да, и на длительный срок.
— Новая Англия?!
— И зарплата подходящая.
— Новая Англия!!
Дорси, не выдержав, расхохоталась.
— Но они предлагают читать лекции по масс-культуре и средствам массовой информации.
Адам с явным облегчением улыбнулся в ответ.
— А мне это неинтересно, — добавила Дорси и прижалась к Адаму еще крепче. — С массовой культурой я не хочу больше иметь ничего общего. Мне нравится преподавать, но преподавать именно социологию. Беда в том, что никто больше не видит во мне серьезного ученого. Все воспринимают меня как Лорен Грабл-Монро, только без парика. Ума не приложу, где теперь искать работу.
— Попробуй писать, — предложил Адам.
— Ни за что! С писательства-то и начались все мой беды! — простонала Дорси.
— Да, но только потому, что ты прятала свое истинное «я». Не желала признать, что Лорен Грабл-Монро и Дорси Макгиннес — одно и то же. А теперь все знают, что вы с Лорен — одно лицо, и ничто не мешает тебе писать под собственным именем.
— Но о чем писать?
Он чуть отстранился, и она подняла голову, чтобы взглянуть ему в лицо.
— Для начала опубликуй свою диссертацию. Дорси от души расхохоталась:
— «Элитный клуб для состоятельных мужчин как микрокосм маскулинизированного общества»? Да уж, представляю, какие очереди выстроятся за этим бестселлером!
— Непременно выстроятся, если ты кое-что там подправишь, добавишь сенсационности и придумаешь броское заглавие. Как тебе, например, такое «В логове врага: феминистка в мужском клубе»?
— Прекрати! — тщетно пытаясь справиться со смехом, воскликнула Дорси. — Ты же знаешь, Линди с меня шкуру сдерет!
— А ты не называй имен.
— Нет, ни за что! — отсмеявшись, решительно объявила Дорси.
— Можно ведь писать книги по социологии, — заметил Адам. — Ярким, популярным языком — так, как написана «Как заарканить миллионера».
— Но…
— И бросать преподавание тебе не придется, — продолжал он. — Только делиться знаниями будешь не с разгильдяями-студентами, а с теми, кому действительно интересно тебя слушать. Как Лорен на встречах с читателями.
— Но это не преподавание!
— Почему? — возразил Адам. — Я прекрасно помню, как в Северо-Западном университете Лорен прочла своим читателям целую социологическую лекцию. Я ведь там был, помнишь?
— Да, но, Адам…
— И ты никогда меня не убедишь, что тебе не нравилось быть Лорен, — прервал он ее. — У тебя так здорово получалось, так убедительно! Значит, Лорен отвечала каким-то твоим внутренним устремлениям.
— Может быть, — нехотя согласилась Дорси. — Но все же…
— А в Лорен есть что-то от Мак, — продолжал он. — Вспомни свою книгу: ее остроумие, житейская мудрость — разве это не подарок от барменши?
— А откуда ты знаешь, что там, в моей книге? — подозрительно поинтересовалась Дорси. Адам чуть смущенно улыбнулся.
— Я ее прочел, — пожав плечами, объяснил он. — И знаешь, что самое интересное? Мне понравилось. Ты отлично пишешь, Дорси. Ты не только умна и остроумна — у тебя нестандартный взгляд на мир, ты не боишься идти вразрез с общественным мнением. Да, а тот фокус со сливками мы непременно испробуем — и как можно скорее!
Дорси не знала, что ответить. Она никогда не думала о Лорен в таком ключе — однако, как ни странно, в словах Адама был смысл. Да, по большей части она тяготилась маской Лорен, но в иные минуты искренне наслаждалась этой игрой. В обличий Лорен она чувствовала себя свободной: могла дурачиться, откровенно кокетничать, отпускать вольные шутки — словом, вести себя так, как никогда себе не позволяла серьезная молодая преподавательница в круглых очках и фланелевой рубахе
И Мак, в свою очередь, была частью самой Дорси — и все же многим от нее отличалась. Дорси замкнута, стесняется чужих, не любит шумных компаний; а Мак — человек веселый, компанейский и открытый. До сих пор Дорси не позволяла этим чертам своего характера показываться на поверхности, опасаясь, что они разрушат ее сложившийся образ — образ серьезной деловой женщины, которую не интересует ничего, кроме науки и карьеры. Но если смешать все это вместе и взболтать, то получится…
Получится Дорси Макгиннес — настоящая.
От всех этих размышлений и открытий у нее голова пошла кругом, и Дорси решила, что отложит самокопание на потом. Разберется в себе как-нибудь на досуге. Но не сейчас, когда к ней вернулся Адам. Когда*1 перед ними лежит их общее будущее. Когда, после месяца бурь и гроз, из-за туч наконец-то выглянуло солнце.
— В последние несколько недель, — говорил тем временем Адам, — журналисты осаждали тебя со всех сторон. Неудивительно, что ты прячешься от них, словно от стаи кровожадных хищников. Но, поверь, мы не так уж плохи. Может быть, мы тебе понравимся, если ты сойдешься с нами поближе.
— О чем ты? — непонимающе спросила Дорси.
Несколько секунд он задумчиво смотрел ей в лицо, словно собираясь принять какое-то важное решение
— Дорси Макгиннес, — торжественно произнес он наконец, — я намерен сделать тебе предложение, от которого вы — и ты, Дорси, и ты, Лорен, и ты, Мак, — не сможете отказаться.
— Вот как? — подняла она брови. Именно так. Но чуть позже. Сейчас у меня к тебе куда более важный вопрос
— Какой же?
Он усмехнулся очень развратной усмешкой.
— Правду ли говорят, что в колледже «Северн» звуконепроницаемые стены?
— К сожалению, нет, — улыбнулась она в ответ.
— А я-то думал… — разочарованно протянул он.
— А почему ты спросил? — поинтересовалась она, заранее зная ответ.
— Просто заметил, что ты ходишь босиком. Напрасно она решила, что знает ответ!
— Ботинки промокли по дороге, и я поставила их на батарею сушиться. А что тебе до моих ботинок?
Вместо ответа Адам задумчиво оглянулся кругом и задал новый вопрос:
— Хорошо, через стенку все слышно — а хотя бы замок на двери есть?
— не-а, — протянула она, боясь предположить, к чему он клонит.
— А этот стол выдержит нас обоих?
Ага! Теперь-то Дорси не боялась ошибиться!
— Боюсь, что нет, — отозвалась она с глубоким и искренним сожалением.
Но Адама ничем нельзя было смутить:
— А ты когда-нибудь занималась любовью на рабочем месте? — как ни в чем не бывало поинтересовался он.
— Пока нет.
— Хочешь попробовать?
— Я не упускаю случая пополнить свое образование, — смело улыбнулась она. Он рассмеялся:
— Дорси, сколькому нам предстоит научиться друг у друга!
— Чего же мы ждем? — засмеялась и она. Как выяснилось секунду спустя — ничего. Ибо не успела Дорси договорить, как Адам сжал ее в объятиях и прильнул губами к ее губам. На сей раз поцелуи его были жарки, требовательны, почти яростны. В них был голод и жажда. От таких поцелуев не вернешься к дружеской беседе — нет, они могут послужить лишь прелюдией к чему-то совсем иному…
«Вот оно, начало новой жизни!» — мелькнуло в голове у Дорси, а потом все мысли куда-то испарились. Подняв обе руки, Дорси запустила пальцы в шелковистую гриву Адама: она успела забыть, как любит ерошить ему волосы, как сладко прижиматься к нему все теснее, какой неземной восторг заключен в простых словах: «Этот мужчина — мой!» Адам, должно быть, угадал ее чувства и желания: обхватив ее обеими руками за ягодицы, он прижал ее тело к своему. О, что за чудо — прижиматься к нему вот так, уста к устам, грудь к груди, бедра к бедрам! Ей казалось, что она могла бы стоять так вечно!
Но вечность подождет, а Дорси ждать не могла Адам, как видно, тоже не любил ждать: пронзая ее до глубины души огненным, хищным поцелуем, он положил руку ей на грудь и чувствительно сжал. Пламенная волна прокатилась по ее телу при этом прикосновении: Дорси прерывисто вздохнула и невольно потянула его за волосы. В ответ Адам сжал грудь Дорси еще сильнее, и из потаенных глубин ее существа вырвался сладостный стон.
— Еще! — пробормотала она.
Адам повиновался — и не один раз!
Не думая, что делает, полагаясь лишь на инстинкт, Дорси расстегнула пуговицу у него на джинсах и торопливо потянула вниз «молнию» ширинки. В руку ей легло что-то твердое и горячее, едва прикрытое мягкой хлопковой тканью. Дорси ощутила, что Адам напряжен и влажен от желания, и возликовала при мысли о том, какой властью обладает над ним. Умелыми пальцами Адам расстегнул джинсы на ней и, распахнув ширинку, легко и быстро просунул руку во влажную, пылающую сердцевину ее существа Колени Дорси подогнулись. В этот миг она поняла — в любви мужчина и женщина имеют равную власть друг над другом.
Адам держал ее за талию, не позволяя бессильно осесть на пол. Но только одной рукой — другая продолжала свой бесстыдный натиск. Взад-вперед двигались пальцы, поглаживая чувствительную плоть, возбуждая безумные желания. Снова и снова проникал он в нее, сперва одним пальцем, затем двумя, пока Дорси не ощутила, что еще миг — и она сойдет с ума от наслаждения и жажды.
Но и сама она времени не теряла: то пробегала пальцами по всей длине его мужского орудия, то водила ладонью по стволу, то сжимала головку — и дыхание Адама все учащалось, движения все ускорялись, и казалось, вот-вот он забудет обо всем на свете.
Но в тот миг, когда Дорси поняла, что больше не вытерпит, каким-то чудом она нашла в себе силы проговорить — нет, простонать:
— Адам!
Он застыл, но не сразу нашел в себе силы ответить.
— Что? — слабо проговорил он.
— Я хочу тебя по-настоящему.
— Хорошо, — задыхаясь, прошептал он. — Очень хорошо. Потому что я тоже хочу тебя по-настоящему.
— Но здесь негде… — почти в отчаянии простонала она.
Но не успела она договорить, как одним быстрым, плавным движением Адам потянул вниз ее джинсы и трусики, затем бросил на стол свою кожаную куртку и уложил на нее Дорси. Мягкая кожа куртки ласкала ее обнаженное тело; Дорси догадывалась, что не скоро забудет это неописуемо эротичное ощущение. Она боялась, не затрещит ли под ней стол, но стол стоял крепко.
Как и Адам.
Не теряя ни секунды, он стащил с нее джинсы и трусики и бросил на пол. Когда Дорси поняла, что он задумал, глаза ее расширились от изумления, а тело пронзила молния сладостного предвкушения.
— Ты действительно этого хочешь? — пролепетала она, невольно придвигаясь ближе к краю стола — и к Адаму.
— О да! — откликнулся он. — Ты не представляешь, как долго я об этом мечтал! И об этом способе, и еще о миллионе других! Но все остальное мы испробуем потом, — пообещал он. — А этого я ждал с таким нетерпением… — с этими словами он достал из заднего кармана джинсов защитную броню, — что, смотри, заранее вынул презерватив из упаковки, чтобы не терять ни мгновения.
Дорси лишь улыбнулась в ответ.
— Надеюсь, ты захватил с собой не один презерватив?
Вместо ответа Адам воздел руки к небу.
— Боже, благодарю тебя за эту женщину! Она — ответ на все мои молитвы, исполнение всех желаний, воплощение всех фантазий!
— Я люблю тебя, Адам, — прошептала она. Глядя ей в глаза, он ответил тихо и очень серьезно:
— И я тебя люблю.
Дальше слова им не требовались. Дорси открылась ему навстречу. Он сделал шаг вперед, оказавшись между ее ног; она приподнялась и обвила руками его шею. Какой он теплый и сильный, думала она, какой мощный и живой!
И вся эта сила, мощь, все это жизненное тепло принадлежат ей. Навсегда.
«А я принадлежу ему», — промелькнуло у нее в голове, когда Адам вошел в нее одним мощным рывком, словно навеки утверждая свое право на нее. Первый толчок его эхом отдался в ее сердце, в самых тайных глубинах ее «я»; и Дорси громко вскрикнула от наслаждения, Он погрузился на всю глубину и на миг остался недвижим, словно даже на краткую долю секунды не желал с ней расставаться. Но затем очень медленно вышел — лишь затем, чтобы тут же вонзиться в нее снова
Обвив его руками и ногами, Дорси прильнула к нему так тесно, как только могла. Снова и снова сливались их тела в могучем таинстве страсти. Вместе с телами все крепче сплетались и души — до тех пор, пока на месте двоих не явился единый дух, древний, как само время, дух не мужской и не женский, но порожденный любовью мужчины и женщины.




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Как заарканить миллионера - Беверли Элизабет

Разделы:
1234567891011121314151617Эпилог

Ваши комментарии
к роману Как заарканить миллионера - Беверли Элизабет



Роман очень понравился!!!!!!
Как заарканить миллионера - Беверли ЭлизабетKarolina
2.11.2010, 16.42





мне тоже понравился!
Как заарканить миллионера - Беверли Элизабетэлина
4.05.2011, 18.57





Оригинальный сюжет, приятное разнообразие, легко читается. Но тааакая сладкая, очень...Хотелось бы углубить эмоциональную составляющую в некоторых эпизодах книги
Как заарканить миллионера - Беверли ЭлизабетДжулия
9.07.2011, 21.42





А мне лично не понравилось. Как-то простовато, не находите?Название какое-то громкое, не по содержанию, в общем, слабовата книга.
Как заарканить миллионера - Беверли ЭлизабетЛина
9.02.2012, 16.44





Лина, ты и подобного не сможешь написать, так что может быть ты не будешь судить, таких прекрастных авторов?rnили попробуй напиши, хотя бы на 10% такой потресающий, рассказ, тогда можешь судить, а мы тебя посудим!
Как заарканить миллионера - Беверли ЭлизабетКатя
25.02.2012, 17.59





Катя,каждый имеет право высказать свое мнение и не быть при этом великим писателем.А книга ,действительно ,слабовата и простовата
Как заарканить миллионера - Беверли Элизабеттигра
25.02.2012, 18.51





любовные романы в большинстве простоваты. но есть от которых скулы сводит а есть просто для хорошего времяпровождения. с этим можно провести вечер
Как заарканить миллионера - Беверли Элизабетарина
28.10.2012, 20.50





А мне понравилось. Интересно. Не примитивно. Ожидала худшего.
Как заарканить миллионера - Беверли ЭлизабетКристина
4.09.2013, 10.34





Неплохая задумка, но плоские герои, банальный сюжет, скучновато: 5/10.
Как заарканить миллионера - Беверли Элизабетязвочка
4.09.2013, 13.39





Роман мне понавился, и с каждой последующей главой все больше и больше удостоверяюсь в одном высказывании: Есть тети как тети, есть дяди как дяди, есть люди как люди и бляди как бляди. Есть дяди как тети, есть тети как дяди, есть бляди как люди и люди как бляди.
Как заарканить миллионера - Беверли ЭлизабетЛена
13.01.2014, 23.24





Отличный роман!!! 10
Как заарканить миллионера - Беверли ЭлизабетЮлЯ
14.01.2014, 23.15





а мне тоже понравился роман. много юмора и в тоже время есть о чем задуматься
Как заарканить миллионера - Беверли ЭлизабетЛюдмила
11.04.2014, 21.13





Мне было скучно,характер Адама как человека-миллионера не был раскрыт,только то,что у него хорошая эрекция,позиция Дорси тоже непонятна,хотела прожить вроде жизнь серой мышкой,но влюбилась вопреки своим принципам в миллионера,почему?за что?из романа поняла,что из-за хорошего секса.В конце так вообще мыльная опера,все нашли друг друга.Клюнула на аннотацию и пожалела.
Как заарканить миллионера - Беверли ЭлизабетОсоба
11.04.2014, 21.55





9
Как заарканить миллионера - Беверли Элизабеттася
26.10.2014, 22.42








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100