Читать онлайн Самый неподходящий мужчина, автора - Беверли Джо, Раздел - Глава 8 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Самый неподходящий мужчина - Беверли Джо бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.64 (Голосов: 58)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Самый неподходящий мужчина - Беверли Джо - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Самый неподходящий мужчина - Беверли Джо - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Беверли Джо

Самый неподходящий мужчина

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 8

Когда Дамарис уселась в заново прогретую карету, Дженива спросила:
— Я что-нибудь пропустила?
Дамарис не могла сдержать своего волнения.
— Фитцроджер кажется озабоченным.
— Должно быть, это все влияние вдовы. Она здорово умеет отравить жизнь окружающим.
В голосе Дженивы тоже слышалась тревога, и неудивительно. Ее будущее связано с вдовствующей маркизой Эшарт, а как сказал Фитцроджер, вероятность того, что она покинет Чейнингс, ничтожно мала. Конечно, у Эшарта есть городской дом, но ему придется проводить часть времени в имении, да и детям лучше расти на свежем воздухе.
Даже погода испортилась. Небо заволокло тучами, и сейчас, когда солнце садилось, они стали сине-фиолетовыми, словно огромный кровоподтек. Холод стал еще более резким, а укутывающее землю белоснежное покрывало посерело. Зажгли каретные огни, чтобы кучеру было видно дорогу, и от их теплого сияния окружающая тьма становилась еще гуще. Фитцроджер ехал рядом с фонарем со стороны Дамарис, бдительный и настороженный.
Дженива прислонилась к плечу Дамарис, чтобы посмотреть в том же направлении. Дамарис не помнила, чтобы какая-то другая женщина дотрагивалась до нее с такой беззаботной интимностью, но ей это нравилось. Так вела бы себя сестра.
— Интересно, что он замышляет? — задумчиво проговорила Дженива.
Дамарис повернула голову:
— Ты тоже считаешь, что у него есть какая-то особая цель?
— Он не создан для праздности. Но он не так давно с войны. Может, поэтому кажется таким настороженным.
— Ты знаешь, в каких сражениях он принимал участие?
— Нет. Возможно, Эшарт знает. Мужчины склонны считать, что леди не хотят слышать о таких вещах.
— Не думаю, что я хотела бы услышать подробности. — Дамарис откинулась на спинку сиденья. — Тебе, должно быть, довелось участвовать в сражениях?
— Да, хотя не так часто. Когда была возможность, женщин и детей высаживали на берег перед началом баталии. Мне больше приходилось иметь дело с их последствиями.
— Ты ухаживала за ранеными?
— Да.
— Я тоже. За местными ранеными в Уорксопе. Мой дедушка был врачом, поэтому, когда он умер, у нас завязалось знакомство с доктором, который его заменил. Доктор Телфорд был одним из немногих гостей, которым моя мать была рада. Став старше, я иногда помогала ему. В основном в аптеке, но иногда ухаживала за ранеными или стариками. Не за больными, ибо могла заразиться. Еще я читала им, играла с ними в карты.
Дженива нахмурилась:
— У тебя не было друзей твоего возраста? Ты не ходила в школу? При нашей кочевой жизни я порой мечтала о доме и постоянных друзьях. — А я часто мечтала о путешествиях. Даже о том, чтобы поехать к отцу на Восток. Глупо, конечно. Ему было на меня наплевать.
Дженива коротко сжала ее руку, и Дамарис обрадовалась этому. Но у нее не было желания говорить о своих родителях.
— Ты думаешь, Фитцроджер просто отставной офицер?
— Вполне возможно. Участие в бою требует внутреннего огня, ведь далеко не каждый способен убивать своих собратьев. В некоторых он тлеет еще некоторое время.
— Тлеет, — эхом отозвалась Дамарис, которой понравилось это слово по совершенно неподобающим причинам.
Дженива заметила:
— Будь осторожна. Он может... воспламениться. Дамарис вгляделась в ее лицо.
— Я подозреваю, что вы с Эшартом хотите сосватать меня за него.
— Клянусь, нет! С чего ты взяла?
— Это было бы логично.
— Едва ли. Хотя, я уверена, это было бы замечательно. Для него. Возможно, и для тебя. — Она рассмеялась. — Ты напугала меня до потери сознания, но уверяю тебя, мы никогда не говорили об этом. Все полагают, что ты выйдешь за высокий титул.
— Что я и сделаю. — В качестве защиты от безумия она призвала имя. — За герцога Бриджуотера, возможно.
— За герцога! Он молод, хорош собой?
— Ему двадцать семь лет, и, судя по оттиску с гравюры, прилагающемуся к докладу моих поверенных, он, как и я, не блещет красотой, что делает союз вполне равноценным.
Дженива захлопала глазами:
— У тебя есть на него доклад?
— И еще на девятерых. Включая, — добавила Дамарис с усмешкой, — Эшарта.
— О мой Бог! Могу я на него взглянуть?
— Конечно. Но взамен я хочу знать абсолютно все, что ты знаешь о Фитцроджере.
— Ага! Все-таки он искушает тебя.
— Мне просто любопытно. Он загадка. — Любопытство сгубило кошку, — предостерегла Дженива, однако задумчиво нахмурилась. — Я не много знаю. Задай мне вопрос.
— Почему он приехал в Родгар-Эбби на несколько дней позже Эшарта?
— Эш послал его в Лондон, чтобы проследить за доставкой его гардероба, дополнительных лошадей и всего такого прочего. Он не был намерен задерживаться в аббатстве.
— Видишь? Значит, он слуга.
— Скорее, услужливый друг. Еще вопрос.
— Сколько ему лет?
— Двадцать восемь.
— Есть ли у него планы относительно своего будущего?
— Уехать в Америку. — Дженива прекрасно понимала, что Дамарис не понравится эта новость. — Он не в ладах с семьей и не хочет жить в Англии. Его отец, лорд Лайден, умер два года назад, но если Фитц надеялся на примирение после его смерти, этого не произошло. По сути, главный конфликт у него с братом, новым виконтом. Я заработала доклад?
— Это зависит от того, есть ли еще что сказать. Что послужило причиной разрыва?
— Я правда не знаю. До приезда в Родгар-Эбби я не вращалась в этих кругах.
— Но вы близкие друзья с леди Талией.
— Да, но и только. Когда мама умерла, отец вышел в отставку. Потом он снова женился, и мы переехали в дом мачехи в Танбридж-Уэллз. Там я подружилась с леди Талией. Они с леди Каллиопой пригласили меня сопровождать их в аббатство, чтобы избавить от мачехи.
— Она злая?
— О нет, она очень милая, и отец с ней счастлив. Просто мы не ладим. — Дженива улыбнулась. — Она очень консервативна.
Дамарис рассмеялась:
— Ясно. Она не в восторге от стрельбы по пиратам.
— Ой, не напоминай. Вечно люди делают из мухи слона. Что касается скандала, Талия может знать. Я спрошу ее, если хочешь. Внезапно Дамарис охватили сомнения. Если Фитцроджер совершил что-то ужасное, хочет ли она знать?
— Эш как-то упоминал, что брат Фитца грозится пристрелить его при встрече, — сказала Дженива. — Но лорд Лайден, кажется, крайне неприятный человек. Как это Эш описал его? «Грубая, неотесанная скотина». Три года назад на коронации он устроил сцену. Кто-то из пэров толкнул его в толпе, он впал в ярость, и его пришлось оттаскивать прочь.
— Бог мой, это смахивает на безумие. Не объясняет ли это его угрозы?
— Возможно.
— Бедный Фитц. Да, если леди Талия знает больше, пожалуйста, расспроси ее, но, разумеется, ты заработала доклад. Лорд Генри должен послать мои вещи в Лондон, так что я дам тебе его там. Но предупреждаю, Дженива, он рисует незавидную картину состояния Трейсов.
— О, Эш мне все рассказал. Требуется только экономия и хорошее управление.
Отражали слова Дженивы достойную восхищения решимость или безумный оптимизм?
Они вновь принялись за криббидж, и время полетело до следующей остановки — Тикмануэлл. Последней, слава небесам. Лошадей поменяли, а остывшие кирпичи заменили горячими. Человек с фитилем зажег свечи внутри кареты. Они уже были готовы тронуться в путь, когда послышался звук удара, звон разбитого стекла, потом крик, и люди ринулись мимо окон. Дамарис наклонилась к окошку Дженивы, которое выходило на постоялый двор:
— Что случилось? Как будто вдова кричит. Дженива опустила окно и крикнула:
— Что произошло?
— Кто-то бросил камень в окно кареты, мисс, — ответил верховой.
Слуги вышли из кареты, люди высыпали с постоялого двора посмотреть, из-за чего сыр-бор, лаяли собаки. Слава Богу, вдова перестала кричать.
— Я выйду, — сказала Дамарис. Она надела манто и выпрыгнула из кареты, поспешив к большому позолоченному экипажу. От стекла в правом окне остались лишь острые осколки. Вдову и леди Талию препроводили в гостиницу. Фитцроджер стоял рядом с каретой и оглядывал толпу. Ищет того, кто это сделал, подумала она. Девушка подошла к нему:
— Все целы?
— Да, но это означает задержку, пока заделают дыру. — Он коротко взглянул на нее, затем вновь перевел взгляд на гомонящую толпу.
Дамарис тоже посмотрела туда, но увидела только зевак.
— Кто-то бросил камень? — спросила она. — Кто?
— Никто не видел. — Он повернулся к ней. — Почему бы вам не пойти в гостиницу? Здесь холодно.
И снова оказаться в обществе вдовы и леди Талии? Нет уж. Она подняла капюшон, жалея, что не взяла ни перчатки, ни муфту.
— Мне тепло. Это довольно захватывающе. Думаете, это кто-то, недоброжелательно настроенный против знати?
— Возможно, — бросил Фитцроджер.
Она проследила за его взглядом и увидела двух служанок, каждая с подносом исходящих паром кружек. Освежающие напитки для попавших в затруднительное положение путешественников, предоставленные пройдохой-хозяином. Дородная служанка направилась к ним.
Фитц остановил ее, взял две кружки и выпил из одной, словно ужасно хотел пить.
— Сидр с пряностями, — сказал он и подал вторую кружку Дамарис.
Она подумала, что он ведет себя странно, но обрадовалась возможности погреть руки о теплую кружку. Пряный аромат был восхитительным, но, отхлебнув, девушка поморщилась:
— Очень сладко.
— Все лучше, чем уксус, — сказал он, затем отошел поговорить с мужчинами, которые обсуждали, как лучше заделать дыру в окне. Дамарис понимала, что он хотел поддразнить ее, но вышло несколько резковато. Он нервничал. Почему? Она не представляла, как он мог предотвратить случайный всплеск злобы.
Она огляделась, гадая, находится ли виновник среди толпящихся вокруг людей. Какой-то толстяк стоял с угрюмым видом; старый чудак, опирающийся на палку, выглядел так, словно эта ситуация доставляет ему удовольствие. Но Дамарис не могла представить, чтобы кто-то из них бросил камень. Две молодые женщины флиртовали со всеми, кто желал, но Дамарис не думала, что они повредили карету ради такой возможности.
Тут Дамарис испуганно вздрогнула, поймав на себе злобный взгляд какого-то типа, поедающего куриную ногу. Она посмотрела на него, потом заставила себя отвести взгляд. Неужели она нашла злодея? Это произведет впечатление на Фитцроджера.
Она задумалась над тем, что увидела. Парню за двадцать, не худой и не толстый. В вечерних сумерках, освещаемых только лампами карет и факелом, горящим снаружи гостиницы, она не могла разобрать цвет его волос, но ей показалось, что они рыжие. Он совсем не походил на мятежника. Одет как обычный англичанин, возможно, даже джентльмен. На нем были сапоги для верховой езды и бриджи, а треугольная шляпа обшита галуном.
Она украдкой бросила на него еще один взгляд и обнаружила, что он снова смотрит на нее. На этот раз он улыбался. Но это больше походило на злобную ухмылку, потому что его верхняя губа была немного перекошена, а передние зубы кривые.
Она снова отвела взгляд, смутившись оттого, что подумала плохо о человеке из-за его физического дефекта. Бедняга. Она вспомнила девочку из Уорксопа, у которой рот до конца не закрывался, из-за чего она выглядела идиоткой, хотя была нормальным ребенком.
Дамарис увидела Джениву возле постоялого двора и направилась к ней, но тут к мисс Смит подошел Эшарт, предлагая ей сидра из своей кружки. Любовь — это нелепость, но ей лучше не мешать. Поэтому Дамарис пошла побродить вокруг, вдыхая пар из своей кружки и радуясь возможности размять ноги и поразмыслить.
Случай почти неправдоподобный. Кто мог предположить, что в тихом английском городке в карету маркиза запустят камнем? Быть может, это просто какой-нибудь озорной мальчишка с рогаткой, который и сам не ожидал, что причинит столько неприятностей. Наверное, он сразу же дал деру, молясь, чтобы его никто не увидел.
Главная улица была довольно оживленной. Вдоль нее располагался ряд других гостиниц, все с освещенными окнами и факелами снаружи. Большинство магазинов еще были открыты, и яркий свет, льющийся из окон, оживлял зимний городской пейзаж, особенно когда отражался, поблескивая, от снега и льда. Дамарис заметила, что то, что днем оттаяло, сейчас замерзало, поэтому ступала с осторожностью.
Весть о странном происшествии разлетелась быстро. Любопытных зевак становилось все больше, и Дамарис шагнула в сторону, чтобы ее не толкнули. Девушка уперлась в стену по пояс высотой и услышала журчание воды. Она заглянула через стену и увидела внизу запруду. Неподалеку водяная мельница, поняла она, и река перекрыта плотиной. Запруда была полузамерзшей и довольно красивой там, где на нее падал свет, меж тем как падающая вода создавала нечто вроде музыкального сопровождения. Восхищенная, Дамарис оглянулась, думая подозвать Джениву, но та все еще была с Эшартом.
Стук молотков возвестил о том, что работа по починке кареты началась, но наверняка пройдет еще некоторое время, прежде чем они смогут ехать. Теперь кареты были окружены толпой, поэтому не было смысла возвращаться туда. Девушка снова повернулась к кружевному льду запруды и музыке воды, поставив пустую глиняную кружку на стену, чтобы сунуть руки под манто. Эта картина действовала на нее умиротворяюще, но также заставляла думать.
Ее мать сочла бы несусветной глупостью стоять на холоде, смотреть на лед и слушать плеск воды. Абигайль Миддлтон была безжалостно практичной и тем не менее не устояла перед обаянием мошенника. Он был крупным, крепким мужчиной, который излучал силу и жизненную энергию, словно внутри его постоянно горела лампа.
Она помнила его последний визит вполне отчетливо. Дамарис исполнилось пятнадцать. А отец не был в Уорксопе, с тех пор как ей было восемь лет. Она и сама была очарована им, мечтая, как он освободит ее из Берч-Хауса и увезет с собой на Восток. Там она увидит чудеса, о которых он ей рассказывал, и они вместе заживут жизнью, полной приключений. Она презирала мать за недовольство им и вечные жалобы.
В те несколько коротких дней ей казалось, что отец любит ее. А потом он уехал, и она больше не находила никаких доказательств того, что он думает о ней. Дамарис поняла, что он был ласков с ней просто для того, чтобы сделать больно матери. Когда почти два года спустя до них дошло известие о его смерти, она подумала: так ему и надо.
В том нетерпимом возрасте она и к матери не испытывала добрых чувств. Зачем проклинать мужчину, который не обращает на тебя внимания, и без конца жаловаться на него? К чему цепляться за его обещание вернуться и жить в Уорксопе как ее верный, добропорядочный муж?
Нормально ли это — презирать обоих своих родителей? Быть может, она обречена быть озлобленной и эгоистичной?
Стук прекратился. Возможно, они скоро смогут продолжить путь. Несмотря на красоту и музыку, это место как-то нехорошо влияло на нее. Даже гомон толпы звучал угрожающе. Бояться было глупо, но Дамарис захотелось вернуться к своим спутникам, к Фитцроджеру. Она повернулась и чуть не поскользнулась на льду. Девушка ухватилась за стену и столкнула кружку в запруду.
Она инстинктивно нагнулась посмотреть, словно это могло спасти судьбу глиняной посудины. Кто-то врезался в нее, очевидно, делая то же самое, и едва не столкнул ее вслед за кружкой. Она лихорадочно оттолкнулась, но ноги попали на тот же островок льда, и она не смогла удержаться. На минуту она потеряла соприкосновение с землей, а потом, больно ударившись, шлепнулась прямо на спину.
«Луна взошла рано», — ошеломленно подумала она, глядя в небо. Затем луна исчезла. — Вы ушиблись, миледи?
— Что стряслось?
— Она, похоже, убилась.
— Поскользнулась на льду.
Собравшиеся вокруг люди таращились на нее. «Как коршуны», — подумала Дамарис, у которой от удара перехватило дыхание. «Помогите!» — попыталась крикнуть она, но не проронила ни звука.
— Дамарис! Что случилось?
Фитцроджер. Слава Богу!
Он опустился на колени рядом с ней и взял за руку:
— Скажи что-нибудь.
Наконец она сумела вдохнуть.
— Я поскользнулась.
— Ты цела?
Она прислушалась к своему телу.
— Кажется, да.
Он осторожно приподнял ее в сидячее положение.
— Ты уверена? Никакой серьезной боли? Она задумалась:
— Нет. Просто ударилась. — Она засмеялась, чтобы доказать это. — У меня перехватило дыхание. Помоги мне встать, пожалуйста.
Ей было неприятно снова оказаться в центре толпы.
— Что случилось? — крикнул Эшарт.
О нет! Она не желает никакой суеты вокруг себя.
— Все в порядке, — настойчиво повторила она Фитцроджеру. — Правда. Помоги мне подняться.
— Все хорошо, — прокричал Фитц в ответ. — Дамарис упала, но ничего серьезного. — Потом сказал, обращаясь к зевакам: — Леди не ушиблась. Спасибо вам за заботу.
Когда они поняли намек и двинулись прочь, он осторожно поднял ее на ноги, придерживая рукой.
— Ты можешь идти, или мне понести тебя?
— Уверена, что могу, просто дай мне минутку.
— Конечно. Что произошло?
— Я поскользнулась на льду. Чтобы не упасть, ухватилась за стену. Там стена и речка. Запруда. Очень красивая. Рука, поддерживающая ее, сжалась.
— Тише. Пожалуй, лучше пока не разговаривать. Она вдохнула и заставила себя успокоиться.
— Все нормально. Я столкнула кружку в воду. Ту, гостиничную, с сидром.
— Ей красная цена несколько пенсов. Думаю, ты можешь себе это позволить.
Эта шутка расставила все по местам.
— Я наклонилась посмотреть, что с ней случилось, и в это время кто-то врезался в меня. Я запаниковала, отступила назад и упала.
— Я знал, что эта толпа опасна. Сейчас ты можешь вернуться в карету? Мы готовы ехать.
Она увидела, что все уже заняли свои места и ждут ее.
— О, прошу прощения. Конечно.
Она поспешила к своему экипажу, благодарная Фитцроджеру за то, что он продолжает поддерживать ее.
— Это такое странное ощущение, когда внезапно теряешь контакт с землей, — сказала она. Но потом он примчался к ней на выручку, и все стало хорошо.
Когда они приблизились к экипажам, Дамарис услышала раздраженное:
— Почему мы опять задерживаемся? Я хочу покинуть это место!
Дамарис торопливо поблагодарила Фитцроджера. Когда она приблизилась к карете, к ней подбежала дородная служанка с еще одной кружкой пряного сидра в руке:
— У вас был шок, мисс! Джентльмен сказал вам дать это. За него уже уплачено.
Дамарис подумала было отказаться, но всем не терпелось поскорее тронуться в путь. Она забралась внутрь, стараясь не расплескать напиток. Грум захлопнул дверцу, и Дженива поинтересовалась:
— Что случилось?
— Я поскользнулась на льду и упала. Не могла бы ты подержать это секунду?
Дженива взяла кружку, и как раз вовремя, поскольку карета дернулась, опрокинув Дамарис на сиденье.
— А ты до этого разве не пила? — спросила Дженива. — Вкусно.
Теперь, когда все было позади, Дамарис ужаснулась тому, что могло произойти. Она могла свалиться в холодную воду, разбить голову, переломать кости. Да даже при том падении она могла сильно расшибиться. Она схватила кружку и отпила, но тут же поморщилась от отвращения:
— Фу, еще слаще, чем раньше. — Она попробовала отхлебнуть еще, но не смогла себя заставить.
— Ты не любишь сладкое? — поразилась Дженива. Дамарис вспомнила про уксус и вздохнула:
— Не слишком. Хочешь?
— Если ты не возражаешь. — Мисс Смит взяла кружку и глотнула с явным удовольствием. — Мы пили с Эшартом из одной кружки, что, конечно же, очень романтично, но ему досталась большая часть.
— Ну так пей на здоровье. А я, пожалуй, предпочту бренди. Она достала серебряную фляжку из одного из встроенных шкафчиков и налила бренди в чашку. Раньше она пила его только смешанным с горячей водой и медом как лекарство, но джентльменам, похоже, он весьма по вкусу.
От первого глотка у нее перехватило дыхание, но вскоре она ощутила приятное тепло.
— О, вот от этого мне действительно лучше. Почему бы не плеснуть немножко в сидр?
— И в самом деле? — Дженива протянула кружку. — Остыло, поэтому уже не так вкусно. Ты поскользнулась. Сильно ушиблась?
Дамарис еще глотнула бренди.
— Пустяки. Пара синяков, я думаю.
Дженива поблескивала глазами поверх края кружки. Она наклонила ее, чтобы допить, затем поморщилась и вытерла рот.
— Наверное, это был осадок из чаши. Но все равно вкусно. И мы уже почти приехали.
Дамарис сухо рассмеялась.
— Невероятно — с нетерпением ждать приезда в Чейнингс. — Потом до нее дошло, что она ляпнула бестактность, и она замолчала, понемножку отпивая бренди. Возможно, от бренди ее воображение не на шутку разыгралось. Ей представлялось, что ее похищает то разбойник в маске, то корсары в открытом море, то индейцы в боевой раскраске в канадских лесах. И каждый раз Фитцроджер мчится спасать ее, быстрый и ловкий, повергает злодея на землю и, наступив ногой ему на грудь, держит клинок у его горла, требуя от нее сказать, казнить или помиловать...
— Я очень надеюсь, что буду принята слугами в Чейнингсе. Дамарис выбралась из своих фантазий и взглянула на Джениву:
— Конечно. Ты же скоро станешь там хозяйкой.
— Старые слуги могут быть настроены враждебно, и Эшарт рисует довольно мрачную картину имения. Бедняга боится, что я и дня не выдержу, сбегу. Но не может же быть все так плохо.
Дамарис промолчала, подумав, что вполне может.
На содержание такого дома, как Чейнингс, требуется целое состояние. Стоимость одних только свечей и топлива для него может достигать запредельных сумм, не говоря уже о починке крыши и замене осыпающейся штукатурки и прогнивших балок.
Десятилетиями весь доход от имений Трейсов шел не на их нужды, а на придворную показуху, позолоченные кареты, верховых и алмазные пуговицы. Вдова была полна решимости доказать, что семейство Трейсов — самое знатное в стране, что оно затмевает и в конце концов сокрушит Маллоренов.
Дамарис попыталась найти слова, которые бы соответствовали действительности, но в то же время успокоили бы Джениву.
— Это красивый дом, и слуги, похоже, служат там целую вечность.
— Следовательно, они преданы вдове, поскольку она тоже живет там весь свой век.
— Как только вы поженитесь, ты сможешь нанимать и увольнять кого пожелаешь.
— Ох, я не смогу этого сделать.
Дамарис нахмурилась. Достанет ли у Дженивы твердости и холодной решимости, чтобы справиться с вдовствующей леди Эшарт? Последняя не моргнув глазом использовала погибшего возлюбленного леди Талии в качестве оружия в незначительной стычке.
Было несколько самонадеянно давать совет, но она все равно сделала это.
— Если тебе удастся убедить слуг, что скоро ты станешь их хозяйкой и будешь пользоваться своей властью над ними, они сочтут за благо направить свою преданность в иное русло.
У Дженивы был испуганный вид, и Дамарис подумала, что она снова скажет: «Я не смогу этого сделать». Но невеста Эшарта кивнула:
— На кораблях моего отца всегда была хорошая дисциплина, потому что команда знала, что он, если потребуется, примет меры. Порой ему так и приходилось поступать.
Поскольку это означало порку плетью, протаскивание под килем и даже повешение, Дженива может оказаться достойным противником вдовы. Сейчас у нее сосредоточенный, серьезный взгляд капитана, разрабатывающего стратегию сражения.
Подстегиваемые бренди, мысли Дамарис вновь устремились в мир фантазий: вот Фитцроджер скачет ей на выручку с развевающимися по ветру волосами. Вот он спрыгивает с лошади, чтобы сразиться с индейцем, скрестить шпаги с пиратом, пристрелить разбойника.
«Не может прожить без героя ни дня несчастная леди моя...»
Слова Дженивы посеяли-таки в ее душе зерна сомнения. Если лорд может жениться ради собственного удовольствия, почему бы богатой леди не купить любого мужчину, который ее устраивает?
Она представила, что они с Фитцроджером поженятся. Какая была бы у них жизнь? С ее деньгами она может быть любой, какую они пожелают. Хозяин и хозяйка дома вроде Родгар-Эбби? Нет, чересчур помпезно. Сельский особняк наподобие Торнфилд-Холла? Слишком глухо. Дом в городе, такой, как тот, в котором росла она? Девушка поежилась, но сказала себе, что Берч-Хаус мог бы быть уютным гнездышком. Она ни за что не поселилась бы там по своему выбору, но что-либо подобное — нет, немного роскошнее, в Лондоне. Мистер и миссис Фитцроджер в центре блистательного светского общества. Но потом, словно червяк из яблока, выползло напоминание о том, что имя Фитцроджера окружено скандалом. Даже Родгар предупредил ее об этом. Прежде чем давать волю своему воображению, она должна узнать тайну Фитцроджера.
Карета начала плавный поворот между каменными колоннами. Дамарис натянула манто на плечи и застегнула его. Леди Талии должна быть известна правда, и Дженива спросит ее. Тогда Дамарис будет знать, как поступить. Не имеет значения, что она узнает. Она не позволит делать из себя дурочку.
— Ну вот мы и приехали, — сказала она бодрым тоном, поворачиваясь к Джениве, но та сидела, приложив руку к груди, и, кажется, даже дышала с трудом. — Не волнуйся, — успокоила ее Дамарис. — Эшарт защитит тебя от дракона.
— Конечно. Извини. Со мной еще никогда такого не было. Железные нервы, говорил отец, а тут вдруг... нервный припадок. Быть может... бренди?
Дамарис быстро вытащила серебряную фляжку и плеснула немножко. Дженива потянулась за чашкой, но дрожащая рука не могла ее удержать. Дамарис поднесла чашку к губам Дженивы, но капли потекли по подбородку.
— П-прошу п-прощения. Ты считаешь меня дурочкой?
— Нет, разумеется. Вдова способна вселить страх даже в Геркулеса. Попробуй сделать еще глоток.
На этот раз она придержала и руку, и голову Дженивы и немножко влила в нее, но ее спутница слабо отодвинула кружку.
— Н-не думаю, что это помогает. Сердце, — проговорила она, снова прижимая ладонь к груди, — стучит так быстро. Слишком быстро.
Все ее тело сотрясалось, словно карета неслась по ухабам, и Дамарис услышала, как и зубы стучат. Она поплотнее закутала подругу.
— Уже недолго. Подъездная аллея здесь довольно короткая. Может, позвать на помощь? Но никто ничего не сделает, пока они не доберутся до дома. Дженива не захотела бы, чтобы ее первое появление в Чейнингсе ассоциировалось с треволнениями и болезнью.
— Постарайся дышать глубже, — приказала Дамарис. — Не могу. Не могу! Я... — Дженива посмотрела в глаза Да-марис с безмолвной отчаянной мольбой.
Дамарис заметила в своей руке фляжку с бренди и сделала глоток. Она поперхнулась, но это прочистило мозги. Она опустила окно, моля, чтобы влетевшая струя холодного воздуха помогла. Они уже почти у дома.
— Фитцроджер! — прокричала она. — Джениве плохо.
Он подъехал ближе и наклонился, чтобы заглянуть внутрь.
— Что такое? Лихорадка?
— Не думаю. Полагаю, это паника.
— У Дженивы?
— С любым может приключиться нервное расстройство. Ей нужно в дом, в теплую постель, но чем меньше об этом будут знать, тем лучше.
— Я скажу Эшу.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Самый неподходящий мужчина - Беверли Джо



Роман мне очень понравился, интрига романтизм, юмор.....особенно "ГАВ"...роман мне понравился
Самый неподходящий мужчина - Беверли Джоkatolina100
4.02.2013, 12.15





Роману чего-то не хватает. Вроде и герои неплохие, и сюжет есть, и интрига, а читается вяло. Юмор проскакивает временами, стиль скучен, а конец и вовсе соплив: 5/10.
Самый неподходящий мужчина - Беверли Джоязвочка
5.02.2013, 19.05





начинается с последней сцены романа "Зимнее пламя", соответственно, является его продолжением, причем очень даже неплохим. Пару моментов, конечно, противоречат здравому смыслу, особенно быстрое и легкое примирение двух женщин, ранее претендовавших на одного мужчину - в жизни такое маловероятно. Но вообще книга порадовала
Самый неподходящий мужчина - Беверли ДжоОльга Сергеевна
28.06.2013, 16.16





Ольга С.ВЫ как поступили бы окажись на месте одной из двух ГЕРОИНЬ.Ваша реальная оценка?
Самый неподходящий мужчина - Беверли ДжоНадя
28.06.2013, 16.28





Почему-то возникает чувство, что ощущение отчуждённости и ненужности никому толкнуло Дамарис в обьятия этого странного мужчины. Роман приятный во всех отношениях, включая комичные моменты
Самый неподходящий мужчина - Беверли ДжоItis
8.09.2013, 20.24





Роман понравился, очень обаятельный главный герой, да и все другие персонажи хорошо прописаны.Романтично, весело.
Самый неподходящий мужчина - Беверли ДжоНадежда
30.10.2013, 9.25





читайте.очень понравилось!!!
Самый неподходящий мужчина - Беверли Джочитатель)
30.10.2013, 22.23





Очень интересный роман, главный герой замечатедьный. Своими моральными принципами и понятием чести. Читайте..
Самый неподходящий мужчина - Беверли ДжоМилена
12.11.2013, 6.36





Много перечитала,но этот роман превзошел все ожидания,на фоне заезженных сцен связанных с королем ,нападений и интриг-страсть затмевает все!впрочем чего и добивался автор...страсть ставшая началом большой любви...читайте,не пожалеете
Самый неподходящий мужчина - Беверли ДжоLedi Di
27.12.2014, 22.22





роман с детективным уклоном, сюжет очень захватывает, но в очередной раз героиня сама преследует героя.
Самый неподходящий мужчина - Беверли Джопервая ласточка
9.03.2015, 6.35








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100