Читать онлайн Самый неподходящий мужчина, автора - Беверли Джо, Раздел - Глава 20 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Самый неподходящий мужчина - Беверли Джо бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.64 (Голосов: 58)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Самый неподходящий мужчина - Беверли Джо - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Самый неподходящий мужчина - Беверли Джо - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Беверли Джо

Самый неподходящий мужчина

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 20

Когда Родгар и Эшарт ушли, Фитцроджер тоже исчез. Дамы играли в карты, пряча свое напряжение за рискованными ходами и сбросами, но выдавая его постоянным поглядыванием на часы.
Прошло около двух часов, и придворные вернулись. Эшарт был настроен скептически, но все прошло хорошо. Король оказался доволен, что тайна наконец раскрылась. Он явно собирался вернуть Эшарта ко двору и даже осыпать его милостями.
Воцарилась атмосфера облегчения и радости, и Дамарис пожалела, что с ними нет Фитца, чтобы разделить ее. Потом Родгар заявил:
— Есть одна сложность. Король желает посмотреть на невесту Эшарта. Вам приказано явиться на прием завтра, Дженива.
Дженива побледнела и схватила Эшарта за руку:
— Я не готова! — Потом, как человек, хватающийся за соломинку, добавила: — У меня еще нет платья для двора.
Родгар отмахнулся от подобной мелочи:
— Здесь есть дворцовые платья, принадлежащие моей сестре Эльфе и Честити, жене моего брата Сина. Обе леди приблизительно вашей комплекции. Портнихи подгонят наряд по вашей фигуре и даже заново отделают, если пожелаете.
— За одну ночь?
— Ну разумеется.
— Но я не знаю, что подойдет! Эшарт поцеловал ей руку.
— Я в восторге от того, что вижу тебя в смятении, Дженни. Ты позволишь посоветовать тебе?
— О, конечно.
Родгар повернулся к Дамарис:
— Вам тоже нужно платье, и наденете свои рубины. Она вздрогнула:
— Мне? Зачем? Это не имеет ко мне никакого отношения.
— Вы сами находитесь в центре внимания. Лондон уже гудит о наследнице, которая не только завещала огромные суммы больницам, но и дала деньги на строительство трех новых. Это плюс слух о вашем пении означает, что вы тоже должны быть на приеме. Вы будете петь.
— Но я уже давным-давно не тренировалась.
— Уверен, что голос вас не подведет. Где Фитцроджер? — Родгар позвонил в колокольчик. Когда появился лакей, он послал его найти Фитцроджера, однако слуга сказал, что он рядом.
Фитцроджер вошел. Он был за дверью на посту и сейчас, хотя и пытался выглядеть скучающим, явно приготовился к самому худшему.
— Поторопитесь экипироваться, Фитцроджер, — сказал Родгар. — Вы тоже идете ко двору.
Дамарис заметила мимолетное выражение, очень похожее на панику.
— Зачем, милорд?
— Чтобы защищать Дамарис, разумеется. Ее сводный брат мог не услышать новости вовремя.
— Сомневаюсь, что у него есть право входа.
— У любого должным образом одетого джентльмена есть такое право.
— «Паргетер» будет закрыт.
Еще один фехтовальный турнир, где Фитц защищался.
— Вы знаете, как открываются такие двери.
На долю секунды Дамарис подумала, что Родгар говорит об отмычках, но потом до нее дошло, что он имел в виду деньги. Но если Фитц предпочитает не ходить, он не должен идти.
— Вряд ли со мной что-то случится на королевском приеме, милорд.
— Никогда нельзя быть уверенным. К тому же король хочет видеть Фитцроджера.
Решающий удар, который закончил поединок. Дамарис подошла к Фитцу, надеясь ослабить его напряжение.
— «Паргетер» — это что?
— Магазин, торгующий подержанной парадной одеждой. Ей это очень не нравилось, но возражать она не могла. И все же... — Хотела бы я пойти с тобой. Ты купишь что-нибудь скромное.
Он усмехнулся:
— Я знаю придворные порядки, Дамарис. Уверяю тебя, я буду блистать.
Она посмотрела ему вслед, затем вместе с Дженивой и леди Талией подождала, пока Эшарт переоденется и принесут платья. Вскоре вся компания переместилась в неиспользованную спальню, где на вешалках-подставках, словно безголовые леди, висели четыре нелепо вычурных и в то же время великолепных платья.
Леди Талия села и принялась разглядывать их, Эшарт стоял с ней рядом. Дамарис с Дженивой ходили вокруг платьев: кремового, отделанного бледно-розовым; бледно-желтого с золотым; светло-зеленого и бежевого, густо расшитого цветами. Дамарис подумала, что последнее потрясающе красиво, но предоставила Джениве выбрать первой.
Дженива посмотрела на Эшарта:
— Я не знаю. Выбери ты.
— Кремовое, — сказал он как раз в тот момент, когда в комнату вошла белошвейка с тремя помощницами.
Дамарис едва сдержала протестующий возглас. Ему, конечно, виднее, но в розовом и кремовом Дженива будет похожа на кричаще безвкусную вазу.
— Оторвите розовое и замените его небесно-голубым, — велел он швее. — Ленты и швы тоже голубые. Белые цветы и жемчужины. Немного серебристой нити, чтобы поблескивала при свечах.
Он без всякого смущения подошел и стал изучать нижнее белье и аксессуары, разложенные на кровати. Выбрал сорочку.
— Вот эта. Очень милое кружево. И эти шелковые чулки, — присовокупил он пару, вышитую цветами.
— У меня есть свои чулки, — запротестовала Дженива.
— Простые, конечно же, но как пожелаешь. — Он бросил чулки обратно. — Все равно это не тот прием, на котором можно сверкнуть лодыжкой. — Он повернулся к Дамарис: — Вы тоже хотите совет?
Он был холоден, но его гнев либо поутих, либо был хорошо замаскирован.
— Мне очень нравится вышитое. Оно подойдет?
Эшарт задумался:
— С рубинами? Да. Два других не годятся. Оставляю вас для подгонок и примерок, дамы. Завтра вам надо попрактиковаться маневрировать с придворным кринолином.
Он направился к двери. Дамарис последовала за ним и тихо спросила:
— Вы скажете Родгару? Выражение его лица было мрачным.
— Не знаю.
После часа примерок леди Талия стала обучать Джениву и Дамарис придворным премудростям. Бесчисленное количество раз они практиковали глубокий придворный реверанс и учились отходить назад, не наступая на юбки.
Дамарис брала уроки всего этого в Торцфилд-Холле, и поэтому у нее осталось время понервничать из-за предстоящего пения и неожиданного приказа Фитцу явиться ко двору. Леди Талия вскоре согласилась, что у Дамарис неплохо получается, поэтому ей разрешили уйти. Она нашла музыкальную комнату и приступила к вокальным упражнениям. Но мозг продолжал работать.
То, что король призывает Фитца, хорошая новость или плохая?
В справедливом мире король был бы ему благодарен. Но таков ли этот мир? Она беспокоилась, что придворные будут демонстративно избегать его. Однако если король его признает, что бы люди ни думали, они поостерегутся открыто выражать неприязнь.
Закончив занятия пением, Дамарис надеялась провести вечер в тишине и покое, но Родгар пригласил небольшую компанию на ужин с картами и музыкой. Когда она попросила позволить ей не присутствовать, Родгар настоял, чтобы она была.
— Придут люди, которых вы встретите завтра в королевской гостиной. Это обеспечит вам союзников. Вам и Фитцроджеру.
Это убедило ее. Она оделась и присоединилась к обществу, Фитцроджер был в дымчато-голубом атласном костюме — нечто среднее между его обычной простотой и окружающим блеском. Он выглядел чудесно, но она хотела видеть его во всем великолепии.
Ее представили стольким людям, что голова пошла кругом. Но все шло хорошо. Объявили герцога Бриджуотера. Она метнула взгляд на Родгара. Совпадение? Едва ли. Не иначе как она все неправильно поняла. Неужели он намерен выдать ее за герцога?
Она разглядывала Бриджуотера с противоположного края комнаты. Он казался вполне приятным и одет был должным образом, но так, словно одежда была для него не важна. Ей это понравилось. Он был невысок и худощав, но из своего отчета она знала, что когда-то у него было слабое здоровье. Что бы там ни было, она нашла, что этот мужчина проживет долгую жизнь. Но не с ней.
Когда ее представили ему, Дамарис присела в реверансе.
— Меня восхищает то, что я слышала о ваших каналах, ваша светлость.
Его глаза вспыхнули.
— Да? Знаете, дело идет хорошо. Многие сомневались, но теперь поняли. Вскоре каналы будут по всей Англии. Они ускорят прогресс, сделают путешествия приятными. Гораздо лучше скользить по каналу, мисс Миддлтон, чем трястись по дороге.
— А не будет ли это медленно, ваша светлость?
— А зачем спешить? Наслаждайтесь путешествием. Однако мне все еще нужны деньги. Насколько я понял, вы богатая наследница.
Дамарис чуть не рассмеялась от такого нахальства, хотя нашла его честность подкупающей. Он как доктор Телфорд. Когда речь идет о новом перспективном лекарстве, все остальное не имеет значения.
— Вы ищете дополнительных инвесторов? — поинтересовалась она.
— Всегда, дорогая леди, всегда. Но если вы заинтересованы в более близком участии, я не буду против.
Он кивнул и отошел. Дамарис взглянула на Фитца и поймала на себе его взгляд. Он сразу же переключил внимание на одну из двух сильно накрашенных женщин, сидевших по обе стороны от него, в которых было что-то хищное. Едва не рыча от негодования, Дамарис направилась к ним, обмахиваясь веером и испытывая непреодолимое желание треснуть им обеих гарпий. Фитц представил леди Трешем и миссис Фейн.
— Какое удовольствие познакомиться с герцогом, прославленным строителем каналов! — Леди Трешем вскинула выщипанную бровь. — Он не говорит ни о чем, кроме водных путей. Это забавляет вас, мисс Миддлтон?
Фитц извинился и отошел.
Дамарис была рада, что дала ему возможность убежать.
— Герцог всегда интересен, вы не находите? — проворковала она.
— Особенно неженатый, — усмехнулась миссис Фейн.
— Вы хорошо знаете Фитцроджера? — спросила леди Трешем с подчеркнутым интересом. — Такой красивый мужчина, но непозволительно порочен для невинной девушки. — Леди Трешем плотоядно облизала алые губы. — Однако испорченность куда увлекательнее, чем положение, не так ли, мисс Миддлтон?
— Испорченность? — Дамарис изобразила непонимание.
— Вас не предостерегли? — Миссис Фейн вскинула брови, слишком черные, чтобы быть натуральными. — Он очень распущен. Поразительно, что Родгар допускает Фитцроджера в свой круг.
— Но какое удовольствие для нас, Сюзанна.
— Он остановился здесь, — сказала Дамарис, стараясь не выдать голосом своей язвительности. Чтобы защитить Фитца, она решилась на преувеличение. — Маркиз возлагает на него большие надежды.
— Остается только надеяться, что покровительство Родгара удержит Лайдена от исполнения своих угроз, — сказала миссис Фейн, театрально поежившись. — Такой неприятный мужчина. — Но это все результат его увечья, — напомнила ей леди Трешем, — полученного, — добавила она, украдкой бросив взгляд на Дамарис, — в весьма интересной ситуации.
Дамарис напустила на себя скучающий светский вид:
— Когда застал Фитцроджера в постели с его женой? Кто об этом не знает!
Обе собеседницы вытаращили на нее глаза.
— Действительно, — наконец выговорила леди Трешем. — Это делает Фитцроджера таким восхитительно запретным плодом.
«Все мужчины, кроме твоего мужа, должны быть запретным плодом», — подумала Дамарис, но продолжала улыбаться, видя возможность проделать небольшую брешь в бесчестье, которое плотным кольцом окружало Фитца.
Хватит ли у нее духу?
— Должно быть, он тогда был еще очень молод, — задумчиво проговорила она.
Мисс Фейн язвительно рассмеялась:
— Дорогая! Вы и не ведаете, на что способны безбородые юнцы.
Дамарис изобразила смущенную наивность:
— Я и в самом деле плохо знаю жизнь, мэм. Мой отец предпочитал Восток, где и разбогател, а мама в его отсутствие жила тихо и уединенно. Думаете, все так и было, как говорят?
Она взглянула на Фитца и увидела, что многие искусно его избегают. Он предупреждал ее. Это лишь подстегнуло ее к действию. Без сомнения, эти две женщины — первостатейные сплетницы.
— Как же еще? — удивилась миссис Фейн. — Бедная Оринда Фитцроджер покончила с собой от стыда вскоре после этого.
— Но брат Фитцроджера был намного старше и, возможно, в два раза крупнее. Все это кажется таким неправдоподобным!
Леди Трешем прищурила накрашенные глаза:
— Похоже, вы проявляете к нему повышенный интерес.
— Фитцроджер оказал мне услугу, — парировала Дамарис, — поэтому мне не хотелось бы думать о нем плохо. Во время стоянки на одном постоялом дворе какой-то злодей пытался напасть на меня, и Фитцроджер спас мне жизнь.
— Без сомнения, надеясь заслужить расположение. Уверена, вы достаточно умны, дорогая, чтобы не попасться вдовушку.
— В ловушку? — со смехом переспросила Дамарис. — О, он абсолютно равнодушен ко мне. Но в вопросах защиты, мне сказали, на него можно положиться. Он много лет занимался тем, что охранял жизнь и здоровье кое-кого из величайших людей нашего времени, как вы знаете.
Они явно не знали. Слишком поздно — как всегда, когда в ней горел огонь, — Дамарис задумалась, не было ли это тайной. Обе сплетницы впились в нее взглядами.
— В самом деле? — проворковала миссис Фейн.
— О да. Даже членов королевской семьи. Я знаю, вы никому не расскажете. — Обе женщины наклонились к ней поближе. — Но у меня такое впечатление, что завтра король собирается его наградить. Возможно, даже рыцарским званием. Вполне вероятно, что он спас жизнь самому его величеству.
«Это всего лишь предположения, — сказала себе Дамарис. — Но не прямая ложь».
— Он не принят при дворе, — возразила леди Трешем, а сама прямо-таки тряслась от нетерпения первой рассказать эту новость.
Дамарис возблагодарила небо за клочок твердой почвы.
— Думаю, что будет. Это станет доказательством, что та старая история чепуха, не так ли? — Она послала им обеим бесхитростную улыбку. — Возможно, его брат все выдумал, будучи слегка того.
— Вообще-то я помню, — сказала миссис Фейн, — что Найден, тогда еще просто мистер Фитцроджер, был подвержен вспышкам ярости еще до инцидента. — Она подняла к глазам лорнет и уставилась на Фитцроджера. — Однако он никогда не отрицал этого.
Дамарис чуть не сказала, что, возможно, никто его и не спрашивал, но вовремя прикусила язык, ибо одна из этих женщин может так и сделать, и он подтвердит каждое слово.
Следующий ее шаг был довольно рискованным. — Впрочем, возможно, все это правда. Даже если он был юным, это, несомненно, ужасный грех. Но тогда, — добавила она, в замешательстве переводя взгляд с одной на другую, — почему лорд Родгар оказывает ему благосклонность? И король? Мне этого не постичь.
— Лайден всегда был хамом, Сюзанна, — заметила леди Трешем.
— Он будет присутствовать на завтрашнем приеме? — спросила леди Трешем Дамарис.
— Полагаю, да, — неуверенно проговорила она, что было нелегко из-за торжествующего ликования. — Я просто слышала... Но нет, я не должна распространять домыслы и сплетни. Пожалуйста, извините меня.
Она поспешила прочь, с трудом подавляя улыбку.
— Что ты затеяла?
Это подошел Фитц. Разрази его гром! Если сплетницы увидят, что они в хороших отношениях, это разрушит все, чего она достигла.
— Так, личные дела, — коротко бросила Дамарис и прошла мимо.
Она подошла к леди Талии, ненадолго оказавшейся в одиночестве.
— Белла Трешем и Сюзанна Фейн расстроили вас, дорогая? Родгар, должно быть, пригласил их из-за влияния, которое они имеют, — они сплетницы. Но это такой опасный ход. В своем стремлении первыми сообщить новость они не заботятся, приносят этим пользу или вред.
Дамарис надеялась на это. Она посеяла семена, и если король проявит некоторую благосклонность к Фитцу на приеме, они прорастут сомнениями по поводу той давней истории. Однако ей не следовало намекать на титул рыцаря. Она, как обычно, впала в крайность.
— Не тревожьтесь насчет Фитцроджера, дорогая, — сказала леди Талия. — Я уверена, все будет хорошо.
— Но я же вижу, как люди избегают его.
— Такие вещи могут изменяться в мгновение ока.
Как в хорошую, так и в плохую сторону, подумала Дамарис.
Когда гости ушли, она устало отправилась в постель, но даже после того, как Мейзи ушла к себе в комнату, неугомонная энергия не давала Дамарис уснуть. Так много брошено на чашу весов. Ее одолевал соблазн пойти в комнату к Эшарту и умолять не выдавать их секрет, но она понимала, что это немыслимо.
Ей хотелось пойти к Фитцу, особенно после того, как она при всех выказала ему свое пренебрежение. Он мог решить, что она передумала и теперь благоволит к Бриджуотеру. Но здесь, в Маллорен-Хаус, она и этого сделать не могла. Однако она знала, в какой он комнате. Она всего лишь через две двери направо по коридору. Дамарис посмотрела в ту сторону, словно могла видеть сквозь стены, но нет, она не пойдет. Можно объяснить все и утром.
Ее взгляд наткнулся на сумку в пятнах краски, лежащую на пристенном столике, — ту, в которой были письма матери. Девушка была слишком взбудоражена, чтобы спать, поэтому принесла стул и канделябр и села читать их, после чего выбрасывала каждую горькую тираду в огонь. Каким нужно быть человеком, чтобы хранить копии таких вещей? Затем ей попалось письмо, которое все изменило.
Ах ты, негодяй!
Ах ты, жестокий обманщик! Мало тебе того, что ты, подлец, опутал меня сладкой ложью и бросил, так ты, оказывается, еще большая куча дерьма, чем я себе представляла.
Дамарис потрясенно уставилась на это вступление, не в силах поверить, что ее холодная, сдержанная мать могла выплевывать такие ядовитые слова. И почему? Она попыталась быстро прочесть, чтобы дойти до сути, но письмо было таким напыщенным и полным обличений, что пришлось продвигаться медленно, собирая осколки фактов.
Когда она сложила кусочки воедино, листок выпал у нее из рук. О небо! Это так много объясняло. И так много меняло. И могло повлиять на завтрашние события.
Она, не задумываясь, бросилась к двери. Никакие соображения не остановили бы ее. Нужно обсудить это с Фитцем. Ида, она все еще хочет объяснить. И да, не быть с ним — это пустота, вынести ее невозможно.
Коридор был пуст, дом безмолвен. Она не стала стучать из опасения, что кто-то еще может услышать, а просто открыла дверь и проскользнула внутрь, быстро затворив ее за собой.
Фитц обернулся, совершенно голый в мерцании единственной свечи. Он схватил с кровати подушку и прикрыл себя спереди, что показалось ей таким забавным, что она зажала рот рукой, чтобы не рассмеяться.
Он отшвырнул подушку, взял халат и надел его, но она успела увидеть его великолепную наготу и возбуждение: Он застегнул только две пуговицы, после чего сгреб ее в охапку и встряхнул.
— Какой бес вселился в тебя? Что ты здесь делаешь? Он потянулся к дверной ручке.
— Я закричу.
Он бросил на нее такой испепеляющий взгляд, что она вздрогнула.
— Я не буду. Обещаю, не буду! — Она продолжила торопливо, но мягко: — Мне нужно поговорить с тобой. Нет, послушай. Я кое-что узнала. И я не могла спать, не объяснив, что я не хотела быть холодной с тобой сегодня. И что меня не интересует Бриджуотер.
Он отпустил ее и отошел.
— Значит, ты дура.
— Дура, потому что люблю тебя?
— Уходи, Дамарис. Пожалуйста. Эта мольба сломила ее решимость.
— Уйду. Через секунду.
Здесь, сейчас она почти могла поверить, что он прав. Что им не суждено быть вместе. Об этом шептала темнота, отражаясь в его настороженных глазах.
— Но послушай, любимый. — Она просто не могла удержаться, чтобы не назвать его так. — Я холодно говорила с тобой потому, что только что убедила леди Трешем и миссис Фейн, что ты меня ни капли не интересуешь.
— Это было мудро. — Это необходимо для того, чтобы они поверили в те зерна сомнения, которые я в них заронила. О тебе и жене твоего брата.
Он провел рукой по распущенным волосам.
— Это бесполезно, Дамарис, потому что все правда. Я не хочу, чтобы ты впутывалась в это. Ты же видела, что люди мной пренебрегают.
— Я обратила внимание, как леди Трешем и миссис Фейн обращались с тобой.
Это была попытка поддразнить, но он не принял ее.
— Полагаешь, я должен быть польщен, что меня рассматривают в качестве возможного постельного развлечения скучающие жены?
Она проглотила слезы, но не сдавалась.
— У нас может не быть возможности поговорить наедине перед королевским приемом, поэтому слушай. Я бросила тень сомнения на ту историю и подкрепила ее покровительством Родгара и тем фактом, что король примет тебя завтра. Если возникнет такой вопрос, пожалуйста, не разрушай это правдой.
— Ты ожидаешь, что я буду лгать?
— Не открыто, нет. Но не старайся довести истину до спросившего.
Он покачал головой:
— Для нас нет никакой надежды, Дамарис. Смирись с этим и выходи за Бриджуотера.
— А если я ношу твоего ребенка? Я не навяжу дитя другому мужчине.
— Ты знаешь, что в этом случае я женюсь на тебе.
Ей претило поступать так, но она ухватилась за его слова.
— Значит, ты не покинешь Англию, пока я не буду знать?
— Не покину, — сказал он после некоторого молчания. Ей неприятно было вот так вынуждать его идти к алтарю, но если он останется на пару месяцев, несомненно, она найдет какое-то решение.
— И еще, — продолжала она. — На другую тему. Помнишь письма, копии тех, что отсылала моя мать? Мой отец был двоеженец. Он потрясенно уставился на нее. Дамарис почувствовала облегчение.
— За пять лет до женитьбы на маме он женился на Розмари Батлер.
— И Розмари не умерла?
— Нет, она была жива и умерла только в минувшем ноябре.
— Черт возьми! Но я не думаю, что это как-то отразится на твоем наследстве.
— Но речь не об этом. Мой брат законный! Он мог узнать об этом после смерти матери и пойти на преступление от обиды.
— Не будь мягкосердечной. Он выпустил ту стрелу. Он хотел убить тебя, потому что тогда унаследовал бы твои деньги.
— А так и должно бы быть.
— Это деньги твоего отца, и он поступил с ними как захотел.
— Он оставил их мне, зная, что это приведет в ярость мою мать.
— Сомневаюсь, что он вообще думал, что до этого дойдет. Как большинство из нас, он, несомненно, надеялся прожить до глубокой старости. Все это было в письме?
— Более или менее. Маркус Миддлтон был чудовищем. Не понимаю, почему моя мать или эта Розмари не убили его, когда обо всем узнали.
— В них не было крови Миддлтонов, — сухо заметил он, затем добавил: — И зачем убивать курицу, несущую золотые яйца?
— Моей матери было наплевать на деньги. Возможно, она хранила молчание из-за своей репутации. Мало того, что у нее был муж, который редко показывался на глаза. Она скорее перерезала бы себе глотку, чем призналась, что является второй женой двоеженца. Но его первая жена была лишена законных прав и знала это. Из письма ясно, что она обратилась к матери с планом потребовать больше денег как плату за их молчание. Мама отвергла эту идею, но решила, что у нее есть оружие. Она написала отцу, грозясь разоблачить его, если он не вернется в Уорксоп, чтобы жить с ней как примерный муж. Ты можешь представить?
Фитц покачал головой:— Уверен, у него от страха поджилки тряслись.
— Еще бы. Он знал, что это блеф, но неудивительно, что в свой последний визит к нам он был таким ядовитым. А я прыгала вокруг него, как глупый, преданный щенок.
Он взял ее за руки:
— В этом нет твоей вины. Ты была еще слишком юна. Она иронично взглянула на него:
— Мне было пятнадцать. Он крепче сжал ее ладони:
— Я наконец-то сделал этот шаг. Я начинаю признавать, что не был инициатором того греха. Оринда соблазнила меня, а пятнадцатилетний парень в руках опытной женщины все равно что барашек в руках мясника. Ну, или баран. Это не меняет мнение света на этот счет, но на душе стало легче. Что касается двоеженства твоего отца, это ничего не меняет.
— Но на стороне Маркуса Батлера есть доля справедливости.
— Не за попытку убийства. Но я обещал, что не убью его.
— Есть еще Родгар. Теперь и он вовлечен во все это.
— Мне ли не знать, — невесело усмехнулся Фитц.
— Не думаю, что Эш расскажет ему. Я просила его не делать этого.
Его глаза вспыхнули.
— Дамарис!
— Прости, но если ты рассчитываешь, что я буду покорной, ни во что не вмешивающейся женой...
— Ты не будешь женой.
— Ничьей?
Он потащил ее к двери.
— Марш в свою комнату.
Она не сопротивлялась, пока они не подошли к двери.
— У меня нехорошее предчувствие по поводу завтрашнего дня, Фитц.
— Не бойся, я защищу тебя.
— Но кто заступится за тебя? Вдруг твой брат будет при дворе?
— Это маловероятно.
Однако она видела, что это тревожит его. — Разве он не должен быть изолирован?
— Не мною.
— Ты преувеличиваешь свою вину. Едва ли эти его приступы ярости из-за шишки на голове.
— Не надо, Дамарис.
Она удержалась от возражений. Еще будет время.
— Что ты станешь делать, если он все-таки появится на приеме?
— Избегать его.
— Только не уходи, пока король не выкажет тебе своего расположения.
— Если королю угодно одарить меня своей милостью, он сделает это и в другой день.
Она схватила его за руку:
— Ты не должен уходить, пока не будешь представлен, Фитц. — Она не хотела говорить ему, но все-таки сказала: — Я заронила семена сомнения в головы тех двух сплетниц. Сказала, что ты будешь на приеме. И ожидается, что король продемонстрирует тебе свое расположение.
— И?.. — Его прямой взгляд требовал признаться до конца.
— Я высказала предположение, что благосклонность короля докажет, что та старая история — преувеличение. Или плод больного воображения твоего брата.
— Дамарис...
— Это подействует, — настаивала она. — Но только если завтра все увидят, что ты принят королем. — Когда он собрался возразить, она добавила: — Ты говорил, что я могу тебе приказывать.
— И ты будешь пользоваться этим правом до самой смерти.
— Пока смерть не разлучит нас, — согласилась она. — Как бы я хотела, чтобы ты не смотрел на меня всегда так раздраженно.
— Похоже, это станет моим постоянным выражением, — проворчал он, но с нотками ласкового юмора.
Это вызвало у нее блаженную улыбку.
— Вечным. Итак, я приказываю тебе: избегай своего брата, как можешь, но даже если он будет при дворе и попытается устроить скандал, не уходи, пока не будешь представлен. — Я оставляю за собой право действовать на поле боя по своему усмотрению. — Когда она попробовала было запротестовать, он твердо сказал: — Нет. Ты достигла предела своей власти. Если я столкнусь лицом к лицу с Хью, я поступлю согласно своей совести и чести.
Она вздохнула и взяла его за руки:
— Наверное, я бы не любила тебя, если б ты был другим. — Она взглянула на его кровать: — Жаль, что мы не можем заняться любовью, потому что я боюсь. Но это просто неразумная паника, ничего больше. И это бы причинило тебе боль, да, любимый?
Он поднес ее руки к губам и поцеловал каждую ладонь.
— У меня нет никаких предчувствий по поводу завтрашнего дня, но я сейчас немного как средневековый рыцарь накануне битвы. Я должен быть воздержанным, целомудренным и набожным.
От прикосновения его губ к ладоням ей захотелось сжать пальцы, чтобы хранить его поцелуй как драгоценность.
— А они были такими перед битвой?
— Сомневаюсь, — усмехнулся он.
Он снова поцеловал ее руки, потом лоб и повел к двери.
— Я постараюсь исполнить ваше приказание, моя прекрасная леди.
— Насчет моего брата тоже?
— Если найдем его до того, как он предпримет еще попытку. Он открыл дверь и проверил коридор. Когда она выходила, он остановил ее, обхватив ладонью щеку и запечатлев целомудренный поцелуй на ее губах. Когда она оглянулась у своей двери, он все еще стоял и наблюдал. На страже. Ее золотой Галаад. Она послала ему в улыбке всю свою любовь, прежде чем войти и закрыть дверь.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Самый неподходящий мужчина - Беверли Джо



Роман мне очень понравился, интрига романтизм, юмор.....особенно "ГАВ"...роман мне понравился
Самый неподходящий мужчина - Беверли Джоkatolina100
4.02.2013, 12.15





Роману чего-то не хватает. Вроде и герои неплохие, и сюжет есть, и интрига, а читается вяло. Юмор проскакивает временами, стиль скучен, а конец и вовсе соплив: 5/10.
Самый неподходящий мужчина - Беверли Джоязвочка
5.02.2013, 19.05





начинается с последней сцены романа "Зимнее пламя", соответственно, является его продолжением, причем очень даже неплохим. Пару моментов, конечно, противоречат здравому смыслу, особенно быстрое и легкое примирение двух женщин, ранее претендовавших на одного мужчину - в жизни такое маловероятно. Но вообще книга порадовала
Самый неподходящий мужчина - Беверли ДжоОльга Сергеевна
28.06.2013, 16.16





Ольга С.ВЫ как поступили бы окажись на месте одной из двух ГЕРОИНЬ.Ваша реальная оценка?
Самый неподходящий мужчина - Беверли ДжоНадя
28.06.2013, 16.28





Почему-то возникает чувство, что ощущение отчуждённости и ненужности никому толкнуло Дамарис в обьятия этого странного мужчины. Роман приятный во всех отношениях, включая комичные моменты
Самый неподходящий мужчина - Беверли ДжоItis
8.09.2013, 20.24





Роман понравился, очень обаятельный главный герой, да и все другие персонажи хорошо прописаны.Романтично, весело.
Самый неподходящий мужчина - Беверли ДжоНадежда
30.10.2013, 9.25





читайте.очень понравилось!!!
Самый неподходящий мужчина - Беверли Джочитатель)
30.10.2013, 22.23





Очень интересный роман, главный герой замечатедьный. Своими моральными принципами и понятием чести. Читайте..
Самый неподходящий мужчина - Беверли ДжоМилена
12.11.2013, 6.36





Много перечитала,но этот роман превзошел все ожидания,на фоне заезженных сцен связанных с королем ,нападений и интриг-страсть затмевает все!впрочем чего и добивался автор...страсть ставшая началом большой любви...читайте,не пожалеете
Самый неподходящий мужчина - Беверли ДжоLedi Di
27.12.2014, 22.22





роман с детективным уклоном, сюжет очень захватывает, но в очередной раз героиня сама преследует героя.
Самый неподходящий мужчина - Беверли Джопервая ласточка
9.03.2015, 6.35








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100