Читать онлайн Ночи без сна, автора - Беверли Джо, Раздел - Глава 3 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Ночи без сна - Беверли Джо бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.43 (Голосов: 23)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Ночи без сна - Беверли Джо - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Ночи без сна - Беверли Джо - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Беверли Джо

Ночи без сна

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 3

С того времени как фигура Сьюзен возникла перед ним на вересковой пустоши и Кон узнал ее, он впервые вздохнул полной грудью.
Прошло одиннадцать лет.
Кажется, это не должно было произвести на него столь сильного впечатления. У него были и другие женщины.
Но их образы исчезли из памяти, как призраки, тогда как Сьюзен всегда жила в его воспоминаниях.
Видимо, тот факт, что его отвергли самым жестоким, самым безжалостным образом, был чем-то вроде клейма. Вероятно, ему никогда от него не избавиться. Как от татуировки. Он рассеянно потер правую сторону груди. Там была еще одна несмываемая отметина.
Он прошелся по комнате, бесцельно открывая пустые ящики. И повсюду, куда ни глянь, ухмылялись драконы. Сердито взглянув на одного из них, он оскалился ему в ответ.
Черт бы побрал сумасшедшего графа Уайверна. Черт бы побрал всю эту линию, особенно последнего из них, за то, что слишком рано умер. Если бы этого не случилось, он бы сейчас жил в тишине и покое в Сомерфорд-Корте, в Суссексе.
Шторы и балдахин над кроватью были сшиты из великолепного черного шелка с вышитыми по нему драконами, а кровать, как и вся мебель, была сделана из черного лакированного дерева. Пол в комнате покрывал толстый шелковый ковер более светлых тонов, но и в его рисунке присутствовали изображения извивающихся драконов. Ему не хотелось ступать на ковер в сапогах, но без помощи слуги он не мог их снять.
Его армейские сапоги были гораздо практичнее, но ему показалось, что титул графа обязывает его одеваться соответственно положению. Это кончилось тем, что он приобрел слишком узкие сапоги, которые невозможно снять без посторонней помощи.
Он подошел к окну и выглянул в тесный внутренний садик. Две лампы отбрасывали тусклые круги света на дорожки и нижние ветви деревьев. Насколько он помнил, это было самое приятное местечко посередине двора этого своеобразного дома.
Парнишке, каким он был одиннадцать лет назад, Крэг-Уайверн казался местом, где его только и ждут приключения, а сумасшедший граф — забавным персонажем. Теперь он в этом не был уверен. Кон покачал головой, вспомнив камеру пыток. Девонширские Сомерфорды все были сумасшедшими, начиная с первого графа, который любил, чтобы его называли Убивший Дракона. Он утверждал, что убил здесь дракона.
Ходили слухи, что Сомерфорды занимались черной магией. Что ж, они, несомненно, были сказочно богаты и имели возможность потворствовать своим безумным причудам. Тем более досадно, что теперь ^лх казна была почти пуста.
Интересно, чем особенным отличались апартаменты, в которых обычно жил граф? Ему захотелось пойти туда и посмотреть. Он усмехнулся, В мужчине всегда сохраняется нечто мальчишеское. Он и сейчас с радостью поддался бы детскому любопытству.
Жизнь сыграла с ним жестокую шутку. Его отрочество кончилось, когда его безжалостно уничтожила Сьюзен Карслейк и он самостоятельно принял решение пойти служить в армию. Нельзя сказать, что он сожалел об этом. Как младшему сыну, ему все равно нужно было выбрать себе занятие. Но ни морской флот, ни церковь его не привлекали. В то время требовались добровольцы, чтобы воевать с Наполеоном, и он решил стать одним из них.
Кон прослужил восемь лет и гордился тем, что выполнил свой долг, но все-таки был рад, когда Наполеон отрекся от престола и война закончилась. К тому же он нужен был дома, потому что умер его отец, а потом в результате несчастного случая утонул его брат Фред. Он стал лордом Эмли и хотя горевал по отцу и брату, но понимая, как сильно ему повезло, что он выжил на войне и стал владельцем прекрасного суссекского дома.
Те золотые денечки закончились год тому назад, когда Наполеон бежал с Эльбы, чтобы снова захватить власть и вернуть себе корону. Победоносная, закаленная в боях армия Веллингтона была к тому времени распущена по домам, но любой опытный офицер считал своим долгом вернуться для решающей битвы.
Битвы при Ватерлоо — так потом стали ее называть.
Как он и предполагал, это была кровавая бойня. Ему казалось, что за несколько месяцев мирной, счастливой жизни в Англии он утратил черствость, которая необходима солдату, чтобы убивать и убивать, шагать по колено в грязи и крови, карабкаться по трупам — в том числе и по трупам друзей, — продвигаясь к единственной цели — победе.
Нет, он не утратил эту способность. Он разучился праздновать победу.
И где-то в этой грязи и крови он потерял себя.
Его жизнь до армии казалась ему теперь мифом. Возможно, он даже никогда не был счастливым ребенком в Хоук-ин-зе-Вейле, любознательным учеником в Харроу, наивным юношей на скалистом побережье в Девоне.
Неопытным, пылким любовником…
Он тряхнул головой, чтобы прогнать эти мысли, и, оглядевшись вокруг, увидел свое отражение в зеркале.
На него смотрел суровый, непреклонный человек, каким его сделали война и приобретенная способность убивать, а также постоянное присутствие рядом с ним безжалостной смерти, человек, который мог улыбнуться, только приложив к этому большое усилие.
У него по-прежнему была цель, вернее, долг. И частью этого долга были Уайвернское графство и этот дом. Он и без того слишком долго откладывал свой приезд сюда. Он должен был убедиться, что унаследованная им собственность хорошо управляется и что о его людях здесь заботятся.
Было бы неплохо также вникнуть в финансовые вопросы, связанные с хозяйством, узнать, нельзя ли из доходов выкроить средства на содержание Крэг-Уайверна, с тем чтобы не выкачивать деньги из Сомерфорд-Корта.
Он знал, что может встретиться здесь с Сьюзен Карслейк. Но он не ожидал, что столкнется с ней так быстро и буквально нос к носу.
И что теперь? Он отлично сознавал свою не поддающуюся разумному объяснению реакцию, ведь он был уже не мальчик.
Важно узнать, что она затеяла на сей раз. Зачем она здесь и почему разыгрывает роль экономки? Ее участие в контрабандистской операции его не удивило, потому что это было у нее в крови, но видеть ее в роли экономки было так же нелепо, как использовать чистокровную верховую лошадь для откачки воды из шахты.
Нет, она что-то затеяла.
Он вдруг замер. Неужели она так глупа, что снова попытается обольстить его, чтобы стать графиней?
Он хохотнул. Чтобы решить, что такое возможно, надо быть сумасшедшей вроде графа.
И все же… И все же его реакция на нее говорила о том, что, если только он утратит бдительность, нельзя исключить и такую возможность. Она тоже уже не девочка-подросток, какой он ее помнил, она стала опытной женщиной. И невероятно привлекательной.
Несмотря на грубую мужскую одежду и вымазанное сажей лицо, у нее были все те же тонкие черты и прекрасные светло-карие глаза. Высокая, гибкая, она наверняка по-прежнему может взбираться на скалы словно горная козочка, и плавать как рыба.
Он сделал глубокий вдох и расправил плечи. Но теперь он офицер, причем весьма хороший офицер. Ему не раз приходилось встречаться лицом к лицу с противником, но он выжил. Значит, он может встретиться и с Сьюзен Карслейк и выстоять.
* * *
Сьюзен торопливо шла по коридору, обдумывая на ходу, каких слуг можно освободить от приема грузов в подвалах, чтобы они приготовили ужин и ванну для Кона.
Нет, для графа. Ей надо научиться думать о нем как о графе и помнить, что он больше не тот милый парнишка, каким был раньше, и что теперь от него зависит, будут ли у многих людей в округе средства к существованию.
Кон, Кон. Интересно, что он подумал о ней?
А что он мог подумать после того, что она наделала много лет тому назад?
Теперь она у него работает — и все. И ее хозяин пожелал ужин и ванну. Она торопливо сбежала вниз по широкой лестнице, промчалась по главному холлу и исчезла из виду так стремительно, что чуть не уронила лампу. «Возьми себя в руки, — мысленно приказала она себе, — иначе рискуешь вспыхнуть как факел».
Внизу ждали двое мужчин, и она появилась перед ними в мужской одежде, с лицом, вымазанным сажей. О чем она только думает? Ведь это все равно что объявить всем, что она сама лично участвует в операции контрабандистов.
К чему задавать себе такие вопросы? Она отлично знала, о чем думает, только сделать с этим ничего не могла.
На мгновение она прислонилась спиной к стене, чтобы взять себя в руки и оценить ситуацию.
Итак, Кон здесь. Естественно, к ней он теперь не испытывает ничего, кроме злости. Если каждый из них будет заниматься своим делом, им почти не придется встречаться друг с другом. Они теперь взрослые люди, и пылкая юношеская любовь осталась в далеком прошлом. Он стал другим, и она тоже. В глубине души она не верила этому, хотя должна бы верить. Это — горькая правда.
По черной лестнице она поднялась на кухню. Там она застала только Мейси.
— Я все сделала правильно, мэм? Из-за больной спины я не смогла быстро подняться наверх.
— Ты все сделала так, как надо, Мейси. Не тревожься. Все в порядке. Это всего лишь явился наконец новый граф.
— Но у него такой вид, что я даже испугалась, мэм.
— Он просто устал с дороги. Он хочет ужин и ванну, так что разожги поскорее огонь под большим чайником, а я пришлю сюда Эллен и Джейн. И вскипяти в маленьком чайнике воду для чая.
Чай? Она чуть не расхохоталась. А вдруг Кон пожелает узнать, откуда у них этот чай и бренди? Большинство населения Англии пользовалось контрабандным товаром, если могло получить его, но всегда находились такие, кто принципиально выступал против контрабанды.
Возможно, Кон не станет нарушать традицию прошлых поколений и заключит с «Драконовой шайкой» джентльменское соглашение, хотя, судя по всему, это маловероятно. Он был солдатом, привык исполнять приказы и соблюдать законы. Едва ли теперь контрабандистская деятельность покажется ему романтичной.
Если он захочет, она будет покупать все продукты с уплатой налогов, то есть в десять раз дороже. И станет из-за этого посмешищем для всей южной части Девона.
Большинству людей такие цены не по карману. Почему бы правительству не взяться за ум и не понять, что если снизить пошлины, то в результате уплаты налогов можно гораздо быстрее пополнить государственную казну?
Конечно, это означало бы конец контрабандистским операциям, а от этого пострадало бы население всего южного побережья. Это был тот тупик, выхода из которого она не видела.
Мейси разожгла огонь под большим чайником и, добавив угля, следила за тем, как он разгорается, потрескивая.
— Когда закончишь, приготовь какой-нибудь суп, — обратилась к ней Сьюзен.
Она уже взяла себя в руки. Что делать дальше? Спуститься вниз за Эллен и Джейн? Или переодеться? Что, если Кону вздумается прийти за ней сюда? Ей хотелось предстать перед ним защищенной строгим платьем экономки.
Она помчалась в свои комнаты, состоящие из спальни и гостиной, которые оставила ей предыдущая экономка и где Сьюзен не изменила ничего, добавив лишь несколько рисунков с изображениями насекомых да множество книг. Неожиданно для себя она полюбила эти комнаты, которые были единственным местом, где она могла уединиться.
Она воспитывалась в поместье Карслейк, но, несмотря на любовь и доброту, которыми она была там окружена, дом был тесноват и не у каждого члена семьи имелась собственная комната. Именно поэтому она много времени проводила вне дома.
Именно поэтому она повстречалась с Коном. Поэтому они…
Взглянув в зеркало, она увидела свое бледное лицо, перепачканное сажей, и волосы, стянутые на затылке, и пришла в ужас. Нет, не в таком виде мечтала она снова встретиться с Коном.
С графом!
С графом Уайверном, который больше не имел к ней никакого отношения.
Сьюзен сорвала с себя сюртук, потом всю остальную одежду. Смыв с лица сажу, она надела свежую сорочку, легкий корсет и одно из своих простеньких серых платьиц, поверх которого приколола туго накрахмаленный белый фартук.
Не так хотелось ей выглядеть для Кона, но это все же было лучше. Намного лучше. Эта одежда защищала, как боевые доспехи.
Она собрала в узел свои каштановые волосы, заколола его шпильками и, надев чепец, завязала под подбородком ленты. Чтобы дать дополнительную прочность своим доспехам, она накинула на плечи кружевную косынку.
Где-то внутри, словно тревожный набат, звучало предупреждение: беги, пока не поздно, пока не пришлось снова увидеться с Коном. Но это шло вразрез с ее потребностью видеть его, слышать его. Мужчину, в которого превратился юноша, ставший…
С трудом проглотив комок, подступивший к горлу, она храбро вышла из комнаты и снова направилась в кухню.
Из трех горшков на плите уже поднимался пар, а Мейси тонко шинковала овощи. Сьюзен похвалила ее, взяла лампу и стала спускаться в холодные подвальные помещения Крэг-Уайверна.
Это была временная отсрочка.
Наверху ее по-прежнему ждала встреча с Драконом.
* * *
Интересно, думал Кон, должен ли граф в своей великолепной резиденции ждать, пока его обслужат в графских апартаментах? Хотя сейчас он находится не в графских апартаментах. Насколько он помнит, те назывались комнатами Уайверна, а обслуживание здесь, по-видимому, осуществляется со скоростью улитки.
Постель манила его, как пение сирены. Он с раннего утра находился в седле, спеша добраться в Крэг-Уайверн как можно скорее.
Или как можно скорее убежать.
Несмотря на чувство долга, он, возможно, не покинул бы сейчас Сомерфорд-Корт, если бы в соседнее поместье не вернулся его старый друг. Однако вместо того, чтобы вскочить на коня и немедленно пересечь долину, чтобы впервые за целый год встретиться с Ваном, он затаился дома. Когда в Стойнингзе начались работы, указывавшие на то, что Ван, возможно, вернется туда навсегда, у Кона внезапно возникло желание немедленно осмотреть свою собственность в Девоне, и он, даже никого не предупредив об этом заблаговременно, отправился в Крэг-Уайверн.
Он провел ладонями по усталому лицу. Безумный поступок. Неужели он такой же чокнутый, как все девонские Сомерфорды?
Ван за последние годы потерял всех ближайших родственников. Но даже зная, что ему сейчас, как никогда, нужен друг, Кон сбежал, словно трус с поля боя.
Потому что Ван, возможно, захотел бы помочь ему…
Проклятие! Кон схватил свечу и выскочил в коридор. В какую сторону надо идти в этом дурацком доме? Насколько он помнил, здесь было полным-полно лестниц: винтовые лестницы располагались по углам, прямая находилась в центре и спускалась в холл. Еще было множество черных лестниц для прислуги.
Налево или направо? Пусть будет налево, ведь он левша.
В замках винтовые лестницы обычно изгибались против часовой стрелки, чтобы у защитников была свободна правая рука, в которой держат меч, тогда как поднимающимся снизу нападающим будет мешать стена. В Крэг-Уайверне лестницы изгибались по часовой стрелке, потому что девонские Сомерфорды были левшами. Это тоже было их наследственной особенностью.
Старый граф был левшой, как, очевидно, и большинство его предшественников. Кон тоже был левшой. Не было ли это зловещим предзнаменованием? Безумие ощущалось даже в самих стенах этого дома.
Он пожалел, что взял с собой свечу, а не лампу или фонарь, чтобы оставить свободной левую руку, хотя никакого оружия при нем не было. Он хотел бы иметь при себе оружие, хотя самая большая опасность, которая могла угрожать ему, заключалась в том, что свечу могло задуть сквозняком и ему пришлось бы спускаться вниз в кромешной тьме.
Добравшись наконец до огромного зала в средневековом стиле, Кон с облегчением остановился, чтобы успокоилось бешено бьющееся сердце. Это помещение было тоже весьма своеобразным, как и все остальное в этом доме. Стены здесь были щедро украшены различным оружием. Однако в этом зале находились два относительно здравомыслящих человеческих существа.
— Смотрите-ка, человек! — воскликнул Рейском де Вер, с обманчивой томностью опускаясь на дубовую банкетку. Его красивое, с тонкими чертами лицо обрамляли золотистые локоны, мечтательные голубые глаза цинично и насмешливо взирали на окружающий мир.
— Если графа Уайверна можно назвать человеком, — ответил Кон.
— А разве не так? По крайней мере графы, кажется, были воинственными, — сказал Рейс, обводя взглядом стены.
— Ошибаешься. Все это, наверное, было куплено на вес, оптом.
— Жаль. Я-то надеялся, что некоторые мушкеты и пистолеты находятся в рабочем состоянии. Здесь явно ощущается приближение неминуемой битвы.
Рейс это чует. Он человек военный, хотя и не участвовал в битве при Ватерлоо. Он и еще несколько офицеров в срочном порядке примчались из Канады, но опоздали. С досады он продал свой офицерский патент.
Кон поставил свою свечу на массивный дубовый стол в центре комнаты, где уже стояли три свечи.
— Единственной битвой здесь может быть битва с привидениями.
— Зачем же в таком случае ты отправился среди ночи гулять в полном одиночестве?
— Поразмять конечности, — ответил Кон, заглянув в озорные глаза Рейса.
Рейс был некоторое время его младшим офицером в Испании, а в феврале они снова встретились в Мелтон-Моубри. Кон тогда только что получил известие о кончине своего сумасшедшего родственника. Рейс решил, что ему потребуется секретарь, и предложил свои услуги.
В то время это выглядело довольно комично, но Кон не возражал. Однако, как оказалось, Рейс обладал недюжинными способностями администратора, хотя временами казался большим проказником.
— Вы устали, милорд, — услышал он мягкий голос с испанским акцентом и, испуганно вздрогнув, открыл глаза. Оказывается, он задремал стоя.
Голос принадлежал Диего, загорелому мужчине, почти вдвое старше Кона. У него были темные, типично испанские глаза и светло-русые волосы, тронутые сединой. Кон знал, что Диего приехал сюда исключительно для того, чтобы присмотреть за ним на первых порах. Как только Диего убедится, что с ним все в порядке, он возвратится в свою обожаемую солнечную Испанию.
— Мы все устали, — сказал Кон, потирая глаза. — Если хотите, я могу сейчас показать вам, где вы будете спать, но скоро будут готовы ужин и ванна.
Горячей воды хватало только на одну ванну, так что Кон, будучи графом, имел право принять ванну первым, а Рейс и Диего, если пожелают, могли воспользоваться ванной после него. До полного остывания воды в такой ванне могли вымыться человек десять. Во время войны оказаться даже десятым в очереди на ванну было неслыханной роскошью.
— Я буду рад заняться слугами и заставить их поторопиться, сэр, — сказал Диего.
Мысль о том, что Диего будет поторапливать Сьюзен, слегка встревожила его, но только слегка, потому что он был совсем сонный.
— Не надо, — сказал Кон, преодолевая усталость, — В этом нет необходимости. Экономка держит ситуацию под контролем.
— Это миссис Карслейк? Какая она из себя, сэр?
— Молодая, — сказал он, прохаживаясь по комнате, чтобы разогнать сон. — И, несмотря на «миссис», незамужняя.
— Хорошенькая? — спросил Рейс, расправляя плечи.
— Это зависит от вкуса, — сказал Кон, с трудом подавляя желание издать предостерегающее рычание. — Но предупреждаю, обращаться с ней надо как с леди, потому что она и есть леди. Она дочь местного помещика.
Не было необходимости объяснять сложные подробности происхождения Сьюзен.
Обращаясь к обоим мужчинам, он добавил:
— Если она будет задавать вопросы обо мне, не говорите ей ничего.
У Диего дрогнули брови, на физиономии Рейса промелькнула озорная улыбка.
Пропади все пропадом. Какой смысл скрывать от них это?
— Много лет тому назад я знал ее, и она может проявить любопытство. Важно другое: в этих местах практически все связано с контрабандистами, но мы пока будем делать вид, что ничего не замечаем.
— Хотя на самом деле это происходит, — сказал Рейс. — Отсюда и нехватка слуг в доме и лошадей на конюшне. Захватывающая ситуация.
— Помни, Рейс, мы до поры до времени слепы, глухи и очень-очень глупы.
Рейс шутливо отсалютовал ему:
— Будет исполнено, сэр.
Кон резко повернулся и увидел Сьюзен, направляющуюся к нему. Он не сдержался и пристально уставился на нее. Его не удивило, когда он увидел ее в мужской одежде, хотя никогда прежде не видел ее в подобном одеянии. Но, увидев ее в скучной униформе экономки, он был ошеломлен.
Более того, он был оскорблен. Он готов был содрать с нее безобразный чепец и кружевную косынку. И приказать ей никогда не носить одежду темно-серого цвета, который лишал ее лицо всех его красок. Эта одежда портила ее красоту, что, казалось бы, было совершенно невозможно.
Придя в себя, он представил ее другу. Заметив попытку Рейса пофлиртовать с ней, он с удовольствием услышал, как она ледяным тоном отшила его.
Хорошо.
Боже милосердный, неужели он способен опуститься до ревности?
— Мы приготовили простой ужин для всех вас, милорд. Где вам будет угодно поужинать? — спросила она Кона.
Диего обычно ел вместе со слугами, но сегодня Кону не хотелось, чтобы он заметил какие-нибудь действия контрабандистов. Они имели обыкновение охранять свои тайны с помощью ножа.
— В порядке исключения накройте ужин в столовой для завтраков, пожалуйста.
Она кивнула:
— Если вы помните, где она находится, милорд, то проводите туда своих гостей, а я прикажу, чтобы подавали ужин.
Она снова исчезла, и больше той ночью Кон ее не видел. Две служанки принесли суп, хлеб, сыр и пирог с изюмом и накрыли ужин. По просьбе гостей они принесли эль. Одна из них была не первой молодости и некрасивая, другая — молодая, тощая и редкозубая. Интересно, подумал Кон, уж не считает ли Сьюзен его и его людей мерзкими соблазнителями и не подобрала ли она для них специально самых некрасивых служанок?
Когда они поели, он повел Рейса и Диего вверх по лестнице, где уже была готова полная дымящейся воды ванна. К тому времени он настолько устал, что даже желание купаться прошло, но с тех пор, как он вернулся домой после Ватерлоо, он старался никогда не ложиться спать грязным. Содрав с себя одежду, он уселся в деревянную лохань, быстро вымылся и, с трудом дотащившись до постели, заснул почти сразу же, как только принял горизонтальное положение.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Ночи без сна - Беверли Джо



Не много затянуто, а в общем ничего)))
Ночи без сна - Беверли ДжоМилена
17.09.2013, 2.43








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100