Читать онлайн Ночи без сна, автора - Беверли Джо, Раздел - Глава 18 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Ночи без сна - Беверли Джо бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.43 (Голосов: 23)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Ночи без сна - Беверли Джо - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Ночи без сна - Беверли Джо - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Беверли Джо

Ночи без сна

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 18

— Мы были любовниками, когда нам было по пятнадцать лет.
Кон возлежал в огромной дымящейся римской ванне рядышком с Рейсом. Их головы покоились на изогнутом краю ванны, и оба разглядывали сводчатый потолок, украшенный еще одним изображением дракона, пытающегося овладеть связанной женщиной.
Похоже, что для изображения связанной женщины и здесь, и на фонтане, и на дыбе в камере пыток служила одна и та же модель. Молодая, красивая женщина с пышным телом. Гостеприимные бедра. Большие груди. Рыжевато-каштановые волосы. Он не возражал бы лежать здесь, наслаждаясь видом ее прелестей, если бы ее рот не застыл в гримасе крика о помощи в тот момент, когда в ее тело вторгался дракон.
Жаль уничтожать такое произведение искусства, но его придется закрасить.
Сьюзен не была такой пышнотелой. Теперь у нее во всех нужных местах были округлости, но он был уверен, что они не были такими мягкими. Ведь она много времени проводила, лазая по скалам и плавая.
Интересно, ездила ли она верхом? Этого он не знал.
Он уже час назад хотел принять ванну, но пришлось сначала спрятать золото. Он не хотел, чтобы все вокруг узнали об этой находке, поэтому позвал на помощь только Диего. Вместе они перетащили золото наверх и заперли в сейф в кабинете. А то, что не вошло в сейф, он завернул в полотенце и засунул в один из ящиков комода здесь.
Сьюзен куда-то ушла, да оно было и к лучшему. Как он мог бы теперь объяснить тот поцелуй?
Об этом надо было крепко подумать, а он пока был не в состоянии собраться с мыслями.
Когда они наконец закончили возиться с золотом, он вспомнил о римской бане и попросил Диего приготовить ее. И вот теперь они отмокали в воде вдвоем с Рейсом, словно воины старых времен после битвы.
Райское наслаждение омрачалось лишь тем, что ему постоянно казалось, что рядом с ним находится не Рейс, а Сьюзен.
И еще, конечно, абсолютным безумием того поцелуя.
Проклятого поцелуя, который выдавал его с головой.
Рейс не сказал об этом ни слова, поэтому Кон счел себя обязанным как-то объяснить ситуацию.
— Я догадался, — сказал в ответ Рейс. — Наверное, рановато было для нее начинать в таком юном возрасте.
Кон хотел было броситься на защиту добродетели Сьюзен, но ведь все это действительно произошло. И с тех пор происходило также с другими мужчинами. Он не забыл об этом. Он пытался притвориться, что это не имеет значения.
Интересно, приходит ли она в гнев при мысли о нем в объятиях другой женщины? Другие женщины? В основном это были проститутки, и подход к женщинам у него был чисто утилитарный.
Ей, наверное, все это безразлично.
Как-никак они всего лишь друзья.
Он рассмеялся.
— Жизнь иногда бывает весьма забавной, не так ли? — лениво произнес Рейс. Глаза у него были закрыты, он расслабился и явно наслаждался моментом.
Рейс был скорее боевым товарищем Кона, чем задушевным другом, которому поверяют сердечные тайны. Кон легче мог представить себе, как в лучшие времена говорил бы о Сьюзен с Ваном или Хоуком или даже с одним из «шалопаев», но не с Рейсом.
В свое время предводители римлян частенько отдыхали в бане. Интересно, развязывались ли у них при этом языки? Он усмехнулся, представив себе, как повлияли бы на британскую политику встречи сильных мира сего в лондонских банях — без одежды в горячей ванне.
— Она была необычной девочкой, — сказал он. — Ее вырастили тетушка и дядюшка в помещичьем доме, но на самом деле она была дочерью своевольной сестры помещика и главаря местных контрабандистов Мельхиседека Клиста.
— Какое удивительное имя.
— Не такое уж редкое в этих местах. Несколько месяцев тому назад его сослали на каторгу, а его леди, видимо, уехала за ним следом.
— Дикая кровь с обеих сторон, — заметил Рейс, — Со склонностью к патологическому постоянству.
— Да, леди Бел явно отличается постоянством. Даже дети не имеют для нее ни малейшего значения.
— Дети? Сколько же было их у нее?
— Кажется, трое. Сьюзен, Дэвид и еще один, который умер в младенческом возрасте. Леди Бел относилась к Сьюзен как к посторонней девочке, даже не как к племяннице. Мэл, правда, проявлял некоторый интерес.
И он вдруг рассказал Рейсу о том, как однажды получил от Мэла Клиста предупреждение относительно его дочери.
— Наверное, она ему так и не рассказала о том, что произошло, — сказал Рейс.
Кон замолчал, задумавшись. Ему и в голову не приходило, что Сьюзен могла бы кому-нибудь рассказать о них, тем более Мэлу Клисту. Несмотря па ее поведение и побудительные мотивы, он все-таки был уверен в том, что дружба между ними была настоящей и что она даже со зла не могла накликать беду на его голову.
Конечно, если бы она это сделала, то их бы заставили пожениться, а это нарушило бы ее планы.
Она сегодня извинилась.
Причем искренне.
Он уже знал по опыту, что многие люди бывают в жизни близки к совершению достойных сожаления поступков. Причем разница между «совершил» и «чуть не совершил» нередко зависит от случая или от слабохарактерности и трусости.
— Хорошо еще, что ты не сделал ей ребенка, — сказал Рейс.
— Ты прав. Хотя в то время я об этом даже не думал. Не удивительно ли, что у меня сейчас мог бы быть десятилетний ребенок?
Дети. Он никогда не задумывался о детях, хотя предполагалось, что после женитьбы они у него появятся. Но сейчас он не мог даже представить их себе. Сыновья, играющие в рощицах в долине Сомерфорда, как играли когда-то он, Ван и Хоук. Возможно, дочери, резвящиеся на свободе, как когда-то Сьюзен…
Он понял, что дети, о которых он думал, были детьми его и Сьюзен. Дочери… такие же стройные, с ангельскими личиками, такие же смелые.
Дружба.
Только абсолютно спятивший идиот мог говорить о дружбе!
— Десятилетний, — снова повторил он, слегка горюя об этом несуществующем ребенке.
— И несомненно, теперь уже было бы полдюжины других, — поддразнил его Рейс.
Слишком разнежившийся, чтобы устроить настоящий «морской бой», Кон лениво брызнул в него водой.
Странная штука жизнь. Мы выбираем одни дороги и иногда по самым маловажным причинам отказываемся от других.
Он пошел в армию по предложению Хоука. Хоуку хотелось уйти из своей неблагополучной семьи. Он предложил Вану и Кону пойти вместе с ним. Все еще не оправившийся после разрыва со Сьюзен, Кон согласился. Он был вторым сыном, и ему было необходимо приобрести профессию, причем такую, которая заставила бы его находиться как можно дальше от Крэг-Уайверна и от Сьюзен Карслейк.
Ван, как и Хоук, был единственным сыном, но-семья у него была любящая. Ему пришлось выдержать настоящую битву, но в конце концов родители смирились и отпустили его.
Они втроем решили купить офицерские патенты в один и тот же кавалерийский полк, но Кон предпочел пойти в пехоту. Уж если делать что-нибудь, решил он, то надо делать это как следует, а пехота была основой британской армии, где во главу угла ставилась дисциплина.
Он служил своей стране и в основном мог гордиться тем, как служил, но все равно побудительным мотивом его вступления в армию был страх. Вступление в армию давало ему возможность избежать посещений Крэг-Уайверна.
С годами он убедил себя, что это глупо и что бояться ему нечего.
Теперь он понял, что это не так.
Прошло всего три дня — и на тебе, этот поцелуй!
Желание охватило его, как лихорадка, как буря, и если бы не присутствие Рейса, он овладел бы Сьюзен прямо на каменных плитах пола.
Если бы она ему позволила.
Интересно, смогла бы она остановить его?
Приходилось признать, что смогла бы. Ведь не превратился же он на самом деле в проклятого дракона!
Он взглянул вверх на ненасытного дракона, потом перевел взгляд на дракона, изображенного на его груди. Этот по крайней мере просто свернулся кольцами, изрыгая пламя.
— Проклятие! — сказал он. — Татуировку следует считать противозаконным деянием.
Рейс открыл глаза и, склонив голову набок, взглянул на нее.
— У тебя довольно неплохой образчик этого искусства.
— Но это навсегда!
— Увидев твою татуировку, немало людей в нашем полку сделали наколки.
— Болваны.
— Я и сам подумывал об этом, но никак не мог сделать окончательный выбор.
— Если верить Сьюзен, то тебе надо было изобразить ангела, Рейс.
Рейс скривил губы в усмешке:
— В таком случае я изобразил бы что-нибудь противоположное.
— Дьявола?
— Нет, мне это не подходит. — Действительно, он выглядел как красивый задорный ангелок с белокурыми волосами, которые курчавились вокруг лица. — А ты не ревнуешь ли меня к ангелоподобной Сьюзен?
— Нет, пока вы ведете себя, как положено ангелам, — сказал Кон.
— То есть как чисто духовные создания, лишенные каких-либо плотских склонностей?
— Вот именно.
— В таком случае, мне кажется, ни один из нас не является ангелом.
— Именно так.
Рейс тихо рассмеялся:
— Что ты намерен делать?
— Я не знаю.
Не действовал ли он сам подобно дракону в подземной темнице? И не был ли тот поцелуй актом насилия?
Она не сопротивлялась до самого конца, но и не прикоснулась к нему. Даже пребывая в лихорадочном состоянии, он это заметил. Сначала он тоже не прикасался к ней, если не считать губ, как будто это могло его от чего-то обезопасить, но под конец не смог устоять.
А она смогла.
Он испытывал мучительную неуверенность: неужели ей было противно? Неужели она подчинилась ему только из чувства страха?
Или еще хуже: потому, что ей больше всего на свете хотелось стать графиней Уайверн?
Там, на склоне, он был уверен, что это не так.
Но когда он вернулся в Крэг-Уайверн, подозрения вновь зашевелились в его голове.
Рейс взмахнул рукой, и по воде пошли волны.
— Ты видел выражение лица мисс Карслейк, когда она увидела золото?
Кон взглянул на него:
—Нет.
На физиономии Рейса появилась ангельская улыбка, если не забывать о том, что дьявол был падшим ангелом.
— Она была в отчаянии. Ей нужны эти деньги:
Кон увидел в этом новое предательство. Он припомнил, как Сьюзен, пошатываясь, отошла от двери, чтобы взглянуть на это золото. Рейс прав. Она побелела как мел от потрясения.
— Не заметил ли ты, что она обыскивает дом? — спросил Рейс.
— Заметил, — безжизненным тоном сказал Кон, стараясь не показать, насколько он обижен. — Наверное, именно из-за этого она и остается здесь, играя роль экономки. Не думаю, что это ее призвание.
Друзья.
Друзья не крадут друг у друга.
Уголовница со стороны отца. Шлюха со стороны матери.
Он встал на ноги.
— Наследственность всегда скажется, — как можно небрежнее сказал он. — Интересно посмотреть, что она будет делать теперь.
— Возможно, попробует соблазнить тебя, — сказал Рейс с блаженной улыбкой. — Еще одно театральное представление!
Все-таки лучше, чем кровавое убийство. Кон выбрался из ванны, обернув себя огромным полотняным полотенцем. Обычно после ванны он чувствовал себя успокоившимся и расслабившимся, но только не сегодня.
Кон вошел в свою спальню, где его уже ждал Диего со свежей ночной сорочкой в руках. Несмотря на все обстоятельства, мысль о том, что Сьюзен может соблазнить его, вызвала сильную эрекцию, так что Кону пришлось остаться завернутым в полотенце.
Леди Анна.
Он поднимал из глубины памяти образ леди Анны всякий раз, когда ему требовался щит. Вспоминал ее милую улыбку, нежные голубые глаза, умение поддерживать беседу на ничего не значащие темы или вести более серьезные разговоры о необходимости образования или об участи престарелых бедняков.
А какой благотворительностью занималась Сьюзен? Всю свою энергию она направляла на поддержку кучки воров и убийц.
Даже ради престарелых бедняков леди Анна не стала бы красть. Даже ради того, чтобы построить сотню школ, она не стала бы связываться с контрабандистами, И конечно, она не прыгнула бы в постель к какому-нибудь хвастливому офицеру.
Из ванной комнаты появился Рейс, тоже обмотанный полотенцем. И выглядел он словно обессилевший ангел.
Весьма ошибочное представление.
Чрезвычайно трудно узнать, что представляют собой люди на самом деле.
— Вода из ванны вытекает через горгулью? — спросил Рейс.
— Очевидно.
— Идем посмотрим.
— Посмотрим, как вытекает вода? На тебя, как видно, уже подействовала смертельная скука Крэг-Уайверна?
— Возможно, мне просто захотелось выйти на воздух.
— Уже темно, — заупрямился Кон.
— Солнце село, но еще не совсем стемнело.
Пожалуй, это то, что нужно. В здравом уме Рейсу не откажешь.
— Одеваться! — приказал он Диего, сбросив с себя полотенце. Рейс усмехнулся и тоже отправился одеваться. Любопытно узнать, что произойдет, если он по пути встретит служанку? — подумал Кон.
Он подозревал, что Рейс задержится.
Практичный Диего принес только подштанники, бриджи и рубаху. Кон быстро оделся и натянул сапоги.
— Встань возле бойницы и смотри в оба. Как только я махну рукой, открывай затычку. И не забудь позвонить в колокольчик.
— Си, сеньор.
Кон улыбнулся. Диего всегда переходил на испанский язык, когда Кон затевал какую-нибудь мальчишескую выходку. Судя по всему, это показывало, что он доволен.
Мальчишество. Когда в последний раз он совершил мальчишескую выходку?
Всего несколько часов тому назад. В саду, под холодными струями фонтана. И Сьюзен смеялась.
Черт бы ее побрал.
Захватив по пути Рейса, которому не встретились никакие распутницы, он повел его на воздух.
Солнце уже село, но розовые полосы заката все еще виднелись на жемчужно-сером небосклоне и отражались в воде, окрашивая ее в дымчатый багрянец. Рыбацкие лодки уже были вытащены на берег, но над Драконовой бухтой с криками кружили чайки. Видимо, рыбаки чистили рыбу и бросали погроха птицам.
Это была картина прекрасного, радостного мира. А Крэг-Уайверн был умышленно отделен от этого мира. Правда, здесь был хорошенький садик, но он, спрятанный внутри, выглядел словно искусственный. Внешний мир был настолько прочно изолирован, что даже воспоминания о нем постепенно стирались в памяти. Старый граф боялся внешнего мира. Неудивительно, что он сошел с ума.
Тем не менее Сьюзен несколько лет провела в поместье — сначала в качестве секретаря, потом экономки. Неудивительно, что она стала бессовестной воровкой.
Поднялся ветерок — как показалось Кону, довольно холодный, видимо, потому что у него еще не просохли волосы, но бодрящий и свободный. Даже пустошь, поросшая редкими кустами цветущего вереска и полевыми цветами, радовала глаз. Повернувшись спиной к морю, он взглянул в сторону сельского Девона, с его зелеными и коричневыми полями, рощицами, зелеными изгородями и шпилями церквей, вокруг каждой из которых теснились деревенские домики, образующие общину.
— Милое местечко, — сказал Рейс. — Стыдно, что здесь стоит такой дом.
— Полагаешь, мне следует его снести?
— Весьма соблазнительная мысль.
— И не говори. Но тогда мне пришлось бы построить что-нибудь другое, а я не могу себе этого позволить даже при наличии найденного золота.
— Ты мог бы вложить деньги в контрабандистские операции.
— Ну уж нет. Идем. — Кон повел Рейса дальше, огибая дом с северной стороны.
Это была самая мрачная сторона Крэг-Уайверна. Все четыре стены дома были сложены из одного и того же тесаного камня, монотонность которого прерывалась только узкими окнами в виде бойниц, однако северная сторона всегда казалась мрачнее всех остальных. Возможно, это объяснялось почти постоянным отсутствием солнца. Может быть, темнота обладает способностью скапливаться в камнях, как влага или мох?
— С этой стороны дом поразительно напоминает неприступную крепость, — сказал Рейс. — Ему хоть раз приходилось выдерживать штурм?
— Да, такое случалось во время гражданской войны. Графы Уайверны были убежденными роялистами, и вооруженные силы сторонников парламента вознамерились взять приступом Крэг-Уайверн, но это им не удалось. Правда, штурм осуществлялся без особого энтузиазма, потому что мой прямой предок сэр Джон Сомерфорд занимал высокое положение в парламенте. Две ветви нашего рода были всегда в оппозиции друг к другу.
— Понятно. Девонские Сомерфорды были за Стюартов, а суссекские Сомерфорды — за Ганноверов.
— Причем девонские Сомерфорды были за Якова II, тогда как моя ветвь приветствовала Вильгельма Оранского.
— Все они, наверное, переворачиваются в гробах от того, что графом здесь стал наконец суссекский Сомерфорд.
— Именно так. Потому-то старый граф был одержим мыслью произвести на свет наследника.
— Вот как? А я почему-то думал, что он не был женат.
— Это одна из многочисленных загадок Крэг-Уайверна. Судя по слухам, он хотел сначала попробовать кандидаток.
— Разве все мы не желаем того же?
Кон рассмеялся:
— Он, очевидно, подходил к проверке очень серьезно. — И Кон поведал Рейсу о системе проверки, которую описала ему Сьюзен.
— У тебя и впрямь интересная родня. Многие ли женщины принимали его приглашение?
— Некоторые принимали. Разумеется, они не были особами знатного происхождения.
Рейс вдруг рассмеялся:
— Знаешь, это похоже на мифического дракона, требующего дань в виде девственницы.
— Если не считать того, что кандидаткам не требовалось быть девственницами, а граф им платил. Девушки уходили домой с двадцатью гинеями в кармане за услуги. Неплохое приданое для девчонки из крестьянской семьи.
— Даже право первой ночи существует. Что за великолепное место!
Кон легонько стукнул его и помахал рукой Диего, который должен был ждать его сигнала.
Горгулья, соединенная с ванной, доходила до середины стены и представляла собой дракона с длинным раздвоенным языком. Звякнул колокольчик, и дракон испустил струю воды. Струя серебрилась, чуть тронутая алым отсветом угасающего заката, и, достигая земли, образовывала лужицы и ручейки.
Рейс зааплодировал, а Кон сказал:
— Тебя очень легко позабавить.
— В таком месте, как это, любому развлечению будешь рад.
— Что? Тебе еще мало? За три дня, что ты здесь находишься, тебе были предложены контрабандисты в действии, камера пыток, обнаружение клада, не говоря уже о возможности поразвлечься с целой кучей премиленьких документов. Что тебе еще надо?
— Было бы неплохо организовать полуночные визиты каких-нибудь распутных монахинь.
Кон рассмеялся:
— Ты мог бы попытаться соблазнить Дидди. — Он поморщился, вспомнив, как Сьюзен предупреждала, чтобы его друзья не трогали служанок.
— Обижаешь, этого я делать не стану, — спокойно сказал Рейс.
— Я знаю. Извини. Послушай, иди один, а я еще побуду здесь.
Рейс, всегда тонко чувствовавший настроение друга, легонько потрепал его по плечу и вошел в дом.
Кон снова окинул взглядом свою землю, впитывая покой наступающего вечера. В Крэг-Уайверне было так легко забыть о радостях окружающего мира, с головой погрузившись в собственные запутанные проблемы. Он понимал, что все эти фермы и деревеньки заслуживают лучшей участи, чем отсутствующий землевладелец.
Однако большего он не мог им предложить. Он искренне верил, что пребывание в Крэг-Уайверне может свести его с ума, но более всего он боялся жить рядом со Сьюзен.
Возможно, она воровка. Нет. Она и есть воровка.
И еще возможно, что она шлюха, несмотря на ее скромные манеры.
И все-таки она была женщиной, которая более десяти лет царила в его сердце и которая могла зажечь в нем страстное желание, всего лишь взглянув на него.
Поэтому он стоит здесь, боясь вернуться в свой собственный дом.
Его мысли были полны Сьюзен и этим поцелуем. Он боялся, что уже никогда не сможет мыслить разумно.
Не мог же он без конца стоять здесь, тем более что вокруг сгущалась тьма. Вздрогнув всем телом, он направился в сад, надеясь там насладиться покоем, но ему вспомнилась Сьюзен, хохочущая под струями фонтана. Сьюзен в мокром платье, облепившем каждый соблазнительный изгиб ее тела.
В тот момент она была его Сьюзен.
И на вершине утеса она была его Сьюзен.
Его Сьюзен…
Служанка распахнула дверь, замерла на месте и повернулась, чтобы уйти.
— Остановись.
Она оглянулась, широко раскрыв глаза.
Неудивительно. Ведь он был в бриджах и рубахе с незастегнутым воротом и выглядел, наверное, дико. Он приблизился к ней:
— Как тебя зовут?
Она сделала реверанс.
— Эллен, милорд.
Она была худенькая, молодая и выглядела испуганной. Возможно, она была одной из младших служанок, и ей совсем незачем было находиться здесь. Возможно, ее научили бояться любого графа Уайверна, особенно если он странно ведет себя.
— Эллен, передай миссис Карслейк, что я желаю ее видеть в своей комнате. — Он понимал, что она не придет. Но ведь она обязана. — Скажи ей, что это неотложное дело.
Глаза у девушки округлились еще сильнее, но никакого подозрения в ее взгляде он не заметил.
— Да, милорд. — Она почти бегом бросилась выполнять поручение.
Что, черт возьми, он делает?
Но он знал, что делает.
Она хочет золота?
Так он даст ей золото.
Он направился в свою комнату и отпустил Диего. Потом взглянул на изображение святого Георгия и взъерошил волосы. Следует молиться, чтобы она пришла.
Она не может не прийти. Ему надо понять, что с ним происходит.
Как он может жениться на Сьюзен, если она воровка и шлюха?
Возможно, если бы она пришла, его одержимость исчезла-бы сама по себе.
Если бы она пришла…
В дверь тихо постучали, он резко повернулся.
Вошла Сьюзен.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Ночи без сна - Беверли Джо



Не много затянуто, а в общем ничего)))
Ночи без сна - Беверли ДжоМилена
17.09.2013, 2.43








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100