Читать онлайн Колдовство, автора - Беверли Джо, Раздел - Глава 9 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Колдовство - Беверли Джо бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.12 (Голосов: 43)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Колдовство - Беверли Джо - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Колдовство - Беверли Джо - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Беверли Джо

Колдовство

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 9

К тому времени как в спальню влетела Сьюзи, Мэг уже давилась слезами. Она потеряла Шилу, солгала мужу и, вероятно, будет вынуждена лгать ему снова и снова…
Теперь даже Сьюзи смотрела на нее неодобрительно.
Ну конечно! Горничная знает о своей хозяйке все — даже когда у нее месячные. Должно быть, Сьюзи считает, что Мэг солгала просто для того, чтобы уклониться от исполнения своих супружеских обязанностей. Что ж, в каком-то смысле так оно и было, но почему она не придумала что-нибудь другое? Почему, черт ее побери, она не сослалась, например, на мигрень?
Пока Сьюзи с холодным неодобрением помогала ей выбраться из постели и раздевала ее, Мэг решилась.
— У меня нет никаких месячных, — сказала она.
— Я так и думала, мисс. Простите… миледи.
О да, Сьюзи определенно в ней разочаровалась.
— Я не хотела лгать! Просто сорвалось с языка.
Платье было уже снято, теперь Сьюзи расшнуровывала корсет.
— Это меня не касается, миледи.
Еще вчера Мэг и представить себе не могла, что осуждение прислуги способно так ее огорчить.
— Господи, как я устала! — пробормотала она. Сьюзи повернула ее лицом к себе и, нахмурившись, произнесла:
— Я не знаю, что вы там задумали, но надеюсь, что ничего дурного. Ведь это вы выходили ночью через полуподвальную дверь, не так ли?
Ну конечно, от слуг ничего не скроешь. Мэг вдруг поняла, что им все известно, и кивнула так, словно признавалась в самом страшном грехе.
— Мне кое-что необходимо было сделать.
— Это касается графа? Я ведь чувствую себя в какой-то мере ответственной, миледи.
Мэг видела по лицу Сьюзи, что та искренне обеспокоена.
— О нет. Ничего такого, что причинило бы ему вред, поверь мне. Просто мне нужно было уладить одно личное дело. В конце концов, ведь все произошло так быстро. Я не успела привести дела в порядок.
Поразмыслив немного, Сьюзи кивнула:
— Ну тогда ладно. — Она надела на Мэг ночную рубашку и расчесала ей волосы. — Но знаете, это все равно выйдет наружу. Ведь вскоре у вас действительно начнутся месячные.
Мэг, уже пребывавшая в полудреме, при этом последнем замечании Сьюзи встрепенулась:
— О нет!
— О да! — Сьюзи проворными пальцами заплетала ей косу. — Разве что вы вступите в брачные отношения. И чем скорее, тем лучше, если позволите высказать мне свое мнение. — Она уложила клюющую носом Мэг под одеяло и подоткнула его со всех сторон, но то, что она произнесла дальше, прозвучало отнюдь не так умиротворяюще:
— Сакс не слишком требователен, миледи, но лжецов он не выносит. А теперь отдайте мне ключ.
— У меня в кармане, — пробормотала Мэг с уже закрытыми глазами. — Я хотела подбросить его…
— Я сама об этом позабочусь. Спите, но больше никаких глупостей. Если вам что-то нужно, кто-нибудь из слуг всегда может сделать это за вас.
Мэг с трудом воспринимала последние слова Сьюзи, потому что уже почти спала. Впрочем, вряд ли она приняла бы ее предложение. Так или иначе, ей по-прежнему нужно было заполучить назад Шилу, но перепоручить это слугам она не могла.
* * *
Когда Оуэн Чанселлор спустился к завтраку, он с удивлением обнаружил, что Сакс восседает за столом в одиночестве, читая «Таймс». Нокс сидел на спинке его стула и что-то ел.
— Добр-рое утр-ро, мой дор-рогой, — проверещал попугай.
— И тебе доброго утра, Нокс.
Брэк, клубком свернувшийся у ног Сакса, лишь приветственно помахал хвостом. Пес всегда напоминал Оуэну ужасных, ощерившихся медведей, шкуры которых использовали в качестве ковриков. Что касается его самого, едва ли он смог бы держать в доме такую собаку. Но Сакс есть Сакс.
Однако Сакс никогда не был ранней пташкой.
Взглянув на каминные часы, Оуэн убедился, что не проспал. Нет, еще не было и девяти, а Сакс уже определенно позавтракал.
— Кажется, первая брачная ночь прошла интересно? — не удержался он.
— Фантастически. — Сакс отложил газету. — Что ты знаешь о поведении женщин во время месячных?
Оуэн почувствовал, что краснеет.
— Уверен, меньше, чем ты. — Чтобы скрыть неловкость, он подошел к блюду с копченым лососем и стал накладывать ломтики на тарелку, проклиная себя за то, что похож в этот момент на тетушку-девственницу, невзначай наткнувшуюся на спаривающихся собак.
— Как знать! В конце концов, дамы, с которыми я был интимно знаком, избегали встреч со мной в этот период. У тебя есть сестры?
Оуэн сел за стол, и Обезьян именно в этот момент внес кофе с молоком, который тот предпочитал.
Сакс обернулся к нему:
— Ты ведь немало знаешь о поведении женщин во время месячных, Мартыш, правда?
Настала очередь Обезьяна почувствовать себя тетушкой-девственницей.
— Вам бы лучше спросить об этом какую-нибудь женщину, милорд. Это точно. — И, вздернув подбородок, он торжественно вышел вон.
Сакс фыркнул:
— Реакция мужчин на подобные вещи очень интересна. Нужно будет как-нибудь в тоскливый пасмурный день поднять эту тему за обедом в клубе.
— Пож-жалуйста, кофе! — потребовал Нокс.
Единственным, что привлекало птицу в друге графа, был кофе с молоком, который тот всегда пил и который попугай тоже обожал. Оуэн налил немного кофе в блюдце и поставил его на пустой стул. Пока попугай пил, Оуэн вытаскивал из рыбы мелкие кости.
— Правильно ли я понял, что… э-э… графиня… не вовремя занемогла?
— Можно и так на это посмотреть. Сейчас она в постели. Но я обнаружил ее сегодня утром прячущейся в саду за деревьями.
Оуэн не мог не испытать чувства некоторого самодовольства.
— Если подбираешь жену бог весть где, нужно быть готовым к неожиданностям.
Нокс поднял голову и выкрикнул свое обычное;
— Ж-жена — уз-зда!
Сакс указал на свою чашку:
— Налей-ка мне еще кофе, ладно уж, пусть будет эта бурда.
Оуэн повиновался и спросил:
— А что ты делал в саду так рано?
— Это имеет значение?
Оуэн вернулся к копченому лососю.
— Ты сам затронул эту тему. Как я понял, ты хотел об этом поговорить.
— Черт бы побрал твои нахальные глаза, — безо всякого гнева заметил Сакс. — Я не был в саду, во всяком случае вначале. Я рано проснулся, вернее, знаешь, был на грани сна и бодрствования и никак не мог сообразить, произошло ли все это со мной на самом деле или только приснилось. Тогда я пошел в ее комнату. Ее там не было, но она существовала: повсюду были ее вещи. — Граф отпил глоток кофе и скорчил гримасу. — Мартыш! — позвал он. — Прикрой свой стыдливый румянец и принеси мне кофе. Только настоящего!
— Итак, ты заинтересовался, где она, — подсказал Оуэн. Сакс оттолкнул чашку:
— Не понимаю, как ты можешь пить эти помои. — Нокс моментально подскочил с намерением выпить и из его чашки, но Сакс накрыл ее рукой. — Нет. — И только когда птица вернулась к своему блюдцу, он подлил в него еще немного кофе. — Не знаю, о чем я тогда думал, кроме того, что это чертовски подозрительно. Может быть, она воровала серебро? Или струсила и убежала? Так или иначе, я обследовал кое-какие ее вещи.
Обезьян вернулся с дымящимся кофейником и, налив черного кофе в чистую чашку, положил в нее ровно столько сахару, сколько требовалось.
— Мартыш… — начал было Сакс.
— Если вы насчет полуподвальной двери и утерянного ключа, милорд, о чем я вам докладывал, то не волнуйтесь. Просто веревочка разорвалась, и ключ оказался на полу.
— Неплохо придумано. Но графиня оказалась в саду. Она что, выпрыгнула в окошко?
Обезьян снова покраснел.
— Это мне неизвестно, милорд.
— Слугам все известно, — возразил Сакс, потягивая свежий кофе. — Поэтому хочу, чтобы вы знали: графиня любит подышать свежим воздухом с утра пораньше и, разумеется, вольна входить и выходить, когда ей заблагорассудится.
Обезьян немного расслабился и наконец моргнул:
— Слушаюсь, милорд. Вы же знаете — мы не выносим сора из избы.
— Надеюсь, это так.
Лакей вышел. Оуэн положил вилку с ножом. Он начинал беспокоиться всерьез. Если жена Сакса безумна или порочна, это катастрофа.
— А как ты думаешь, зачем она поднялась в такую рань?
— Понятия не имею. Интересно, объяснит ли она когда-нибудь это сама?
— Знаешь, Сакс, ты ведь перед законом отвечаешь за ее преступные деяния.
— Только в том случае, если будет доказано, что я приказал ей их совершить или потворствовал в их совершении. — Он печально улыбнулся. — Ну ладно, ладно. Ты прав: глупо было так поступать, и, вероятно, я об этом еще пожалею. Увы, другого выхода драконша мне не оставила. Вот и приходится иметь дело с многочисленными секретами моей таинственной жены.
— Ж-жена — уз-зда! — объявил Нокс и с надеждой спросил:
— Коф-фе?
— Нет, тебе уже достаточно. — Сакс протянул руку и, когда Нокс прыгнул на нее, погладил попугая по грудке. — Не кажется ли тебе, мой друг в перьях, что лошади иногда нравится, чтобы на ней ездили верхом? — Он усмехнулся, глядя на Оуэна. — Я нахожу брак восхитительным делом.
* * *
Проснувшись, Мэг увидела, что сквозь щель между неплотно сдвинутыми шторами пробивается дневной свет. Часы пробили полвторого. Она проспала, наверное, всего часов пять — неудивительно, что чувствовала себя отвратительно.
Впрочем, главной причиной ее ужасного самочувствия было все-таки то, что жизнь ее грозила обернуться катастрофой.
Шила находилась вне ее контроля, возможно, в руках сэра Артура, и Мэг была обязана вернуть ее. Она отвечала за ее сохранность и за то, чтобы обезопасить мир от угрозы ее дурного воздействия.
Кроме того, существовал муж, которому Мэг лгала и который поймал ее прячущейся в саду. Интересно, что он подумал? Он вовсе не выглядел удивленным, значит, скорее всего, заметил ее еще раньше, из окна.
Мэг выбралась из постели и, подойдя к окну, посмотрела на продуваемый ветром заиндевевший сад. Вид из окна его спальни, находившейся через две комнаты от спальни Мэг, должен быть таким же. Вечнозеленый кустарник загораживает конюшни, но граф легко мог увидеть ее перебегающей от дерева к дереву и прячущейся за стволами. Должно быть, она производила впечатление человека безумного или страдающего от нечистой совести.
Ну почему ей с самого начала не пришло в голову идти прямо, не скрываясь? Но у нее ведь не было никакого опыта в столь мерзких делах.
А что с ключом? Сказал ли ему кто-нибудь, что ключ был утерян? Удалось ли Сьюзи вернуть его на место?
И потом еще эта дурацкая история с месячными. Теперь, обретя способность мыслить трезво, Мэг задалась вопросом: догадался ли граф, что она ему лжет? Может быть, сказать ему правду — возможно, он ее простит.
Впрочем, ее не привела в восторг идея признаться в том, что она ему солгала… Да еще и не один раз! Ведь сегодня утром она повторила свою ложь. Закрыв лицо ладонями, Мэг вынуждена была признать, что Сьюзи права. Единственный надежный способ скрыть ложь — это немедленно забеременеть, чтобы месячные прекратились.
Честно признаться, эта мысль вовсе не была ей неприятна, но Мэг понятия не имела, насколько вероятно то, что это случится достаточно быстро. А граф, совершенно очевидно, не терпит лжецов. В этом они были похожи: Мэг тоже их ненавидела.
О Господи! А может быть, безопаснее держать его на расстоянии в течение нескольких месяцев в надежде, что он утратит счет дням? При этой мысли Мэг рассмеялась. Судя по поведению ее мужа (и ее собственному!), не подпускать его к себе — все равно что не подпускать Джереми к книгам.
Нет, нужно покончить с этим и признаться. Может быть, поведать Саксу о Шиле?
Ах, как бы ей этого хотелось! Мэг попыталась представить себе на мгновение, как она ему признается: «У меня есть волшебная статуэтка, милорд», — и отчетливо увидела его недоверчивый взгляд. К тому же как она сможет доказать, что это правда, если Шилы у нее сейчас нет? Да даже если бы и была, Мэг не могла без содрогания подумать о том, чтобы снова пустить ее в ход.
«Вы можете сколько угодно считать, что женитьбой на мне обязаны своей бабушке, но на самом деле это я заманила вас в ловушку с помощью чар».
Мэг тряхнула головой. Нет, невозможно! Если ей и удастся убедить его в том, что это правда, случится катастрофа. Он ненавидит бабушку за то, что та пытается руководить им. Вчера он и ее самое предупредил, чтобы она никогда не смела предпринимать что-либо, чтобы повлиять на него. Можно представить себе, как он разгневается, узнав, что оказался игрушкой неких волшебных сил!
Значит, она обязана вернуть Шилу так, чтобы муж ничего не заподозрил. Голова разламывалась. Мэг прислонилась лбом к холодному оконному стеклу, размышляя о том, за какой грех все это ей ниспослано…
От раздавшегося стука в дверь Мэг вздрогнула и испуганно обернулась, словно ожидая, что сейчас с указующим перстом в комнату войдет ее больная совесть.
— Войдите.
Это оказалась всего-навсего Сьюзи. Ее сопровождала встревоженная Лора.
— Ну, как вы себя чувствуете, миледи? Бодрее? — спросила горничная. — Хотите принять ванну? Обед принести сюда? Может быть, стаканчик бренди?
Несмотря на веселый тон Сьюзи, ее последнее замечание свидетельствовало, что она по-прежнему не уверена в том, что с Мэг все в порядке.
— Ванну, пожалуйста, — кротко попросила Мэг. Предложение среди дня предаться такому удовольствию показалось ей соблазнительным.
Ах, эта великосветская роскошь! Как же мало она ее заслуживает!
Сьюзи поспешно вышла, а Лора присела на край кровати.
— С тобой все в порядке? — спросила она и, помолчав несколько секунд, добавила, покраснев:
— Что, это было так ужасно?
Мэг едва не застонала. О, как же все запуталось!
— Со мной абсолютно все в порядке, — ответила она, стараясь, чтобы слова ее звучали спокойно и убедительно. — Просто я очень устала.
— О, полагаю, это вполне естественно, — заметила Лора, но добавила, прежде чем Мэг успела что-либо сказать:
— Однако граф встал очень рано. Мы не знали, как быть с завтраком, поэтому оделись и спустились вниз. Он был уже там с мистером Чанселлором. И с птицей. Попугай назвал меня Делайлой!
Мэг с усилием рассмеялась и стала рассказывать Лоре про попугая. Но в словах сестры явно звучал невысказанный вопрос: почему муж оказался утром полон сил, в то время как его молодая жена изнурена до предела? Поскольку Мэг понятия не имела, что отвечать, она попыталась увильнуть от вопроса:
— Надеюсь, вас накормили?
— О да. — Вскинув голову, Лора посмотрела на Мэг. Сейчас она казалась еще более юной. — Я кое-что слышала… — неуверенно начала она.
Нет, не могла Мэг оставить сестру наедине с ее неразрешенными сомнениями, поэтому присела рядом и спросила:
— И что же?
— Когда мы подходили к столовой, я слышала, как он кое-что сказал… Ну, граф. Что-то насчет того, что было глупостью с его стороны жениться на тебе. Что он сожалеет об этом. И что ему нужно узнать все твои секреты. Что он имел в виду, Мэг?
Несмотря на жуткую опустошенность, которую вмиг ощутила, Мэг заставила себя рассмеяться.
— Думаю, это просто ничего не значащие фразы. В конце концов, с точки зрения окружающих, наш брак действительно выглядит глупо. А может быть, он хотел сказать, что сожалеет о том, что все произошло в такой спешке.
— А секреты?
— Малознакомые люди всегда представляют друг для друга тайну. Вступив в брак, они постепенно начинают лучше узнавать друг друга.
— Думаю, я предпочла бы узнать будущего мужа заранее.
Мэг про себя согласилась с сестрой, однако отметила, что совсем не сожалеет о том, что вышла за Саксонхерста. Если бы только она могла сделать так, чтобы их брак стал полноценным!
Сьюзи вернулась и сообщила, что ванна готова. Мэг с радостью воспользовалась предлогом, чтобы избавиться от расспросов сестры.
Однако, погрузившись в теплую, изысканно благоухающую воду, она едва сдерживала слезы. Ну конечно, граф разочарован, его одолевают подозрения и сожаления. Он ведь не только был отвергнут ею в первую брачную ночь, но и застал ни свет ни заря бегающей на морозе по саду. Что он заподозрил? Мэг не хотелось даже думать об этом.
Растирая тело мягкой намыленной лайковой рукавичкой, она задумалась: захочет ли он теперь вообще осуществить их брачные отношения? На его месте она вовсе не была бы в этом уверена. При мысли о том, что ее внезапное, идиотское, сомнительное замужество может очень скоро кончиться, Мэг чуть не расплакалась.
В конце концов, развелся же регент с женой, которую ему навязали, через несколько дней после венчания. Значит, такое возможно.
Сьюзи принесла мясо, хлеб, фрукты и поставила на столик рядом с ванной, потом подбавила горячей воды.
Такая забота тронула Мэг, она улыбнулась:
— Чувствую себя какой-то языческой принцессой.
— Я о таких вещах понятия не имею, миледи! — ответила горничная с непроницаемым выражением лица.
Мэг подавила смешок: оказывается, подобные высказывания шокируют прислугу.
Она нежилась в ванне сколько могла, но наконец настал момент, когда нужно было все-таки выйти и предстать перед миром. А точнее, перед своим мучимым подозрениями супругом, которого она была недостойна.
— Граф внизу? — спросила она Сьюзи, прибиравшую в комнате.
— Да, миледи. У него гости.
— Гости? — Неужели он уже призвал адвокатов, чтобы, посоветоваться с ними, как найти выход из своего ошибочного брака?
— Просто старые друзья. Если желаете, можете ему передать записку.
Чувствуя себя как приговоренный к повешению, которому отсрочили исполнение приговора, Мэг отрицательно покачала головой. Она и думать не могла о том, чтобы послать мужу записку с вопросом, может ли она к нему присоединиться.
— Я скоро спущусь. Только посмотрю, как там мои младшие.
Направляясь в комнату для занятий, Мэг ясно осознавала, что просто бежит от того, с чем все равно придется столкнуться лицом к лицу.
Она застала близнецов, выполняющих под присмотром Лоры упражнения по арифметике. Все трое при ее появлении вскочили.
— Ну наконец! — закричала Рейчел. — Мы уж думали, ты никогда не выйдешь из своей ванной!
Ричард объяснил причину их нетерпения:
— Кузен Сакс — он велел так его называть — сказал, что когда ты встанешь, он повезет нас осматривать Лондон. И мы уже сделали все уроки!
— Но вы и так живете в Лондоне всю жизнь, — заметила Мэг.
— Не в том Лондоне, — возразил Ричард. — Мы поедем на Монетный двор. В Тауэр. Может быть, даже в Бедлам!
Мэг в изумлении посмотрела на него. В сумасшедший дом?
— Это Саксонхерст вам предложил?
— Нет, — хором закричали дети, — но…
— Никаких «но»! Речи быть не может. Но раз граф ждет, давайте поскорее спустимся. А где Джереми?
— У доктора Пирса, разумеется, — ответила Лора.
Ну конечно, а Мэг так хотелось, чтобы он был здесь. Когда они спускались по лестнице, у Мэг пылали щеки: это было трусостью с ее стороны — она боялась оказаться с мужем наедине, поэтому привела с собой всю компанию, так как уже успела понять, что граф достаточно деликатен, чтобы при детях не задавать щекотливых вопросов.
Она совсем забыла, что он и так не один. В гостиной с ним были двое гостей. Все трое над чем-то весело хохотали. От постоянно гнетущего ее чувства вины и стыда Мэг тут же решила, что они смеются над ней. Или, во всяком случае, над ее смехотворным замужеством.
Обычное восклицание Нокса «Ева! Делайла!» прозвучало для нее как обвинение. Она застыла на месте и даже подумала, не убежать ли, но граф встал, приветствуя ее, казалось, самой искренней улыбкой, хотя попугай, сидевший на спинке его стула, непочтительно повернулся к ней спиной.
— А, Минерва! Идите познакомьтесь с моими приятелями.
Пришлось подойти. Граф представил ей виконта Айвертона и лорда Кристиана Вейла — высоких, атлетически сложенных мужчин, судя по всему, ровесников графа. Один был шатеном, другой — жгучим брюнетом.
Оба проявили исключительную галантность: встали, поклонились, поздравили Мэг с замужеством и высказали ей наилучшие пожелания. Тем не менее удивление и любопытство явно сквозили в их взглядах. Мэг подумала, что придется привыкнуть к тому, что люди будут постоянно удивляться: как это лорд Саксонхерст не нашел себе ничего лучшего, чем эта сушеная вобла, к тому же безвкусно одетая?
— А это моя новая семья, — говорил между тем граф, представляя сестер и брата Мэг с такой непосредственностью, что Мэг словно огнем опалило. Он само совершенство, а она лживая и коварная бесстыдница.
Она с удовлетворением отметила, что близнецы вели себя наилучшим образом, хотя понимала, как занимает их удивительный попугай и как не терпится им спросить об обещанном освоении неизвестного Лондона.
Саксонхерст подмигнул им и сказал друзьям:
— Вынужден с вами расстаться. Я должен исполнить свое обещание.
Гости любезно попрощались, а граф посадил на руку свою непочтительную птицу и обратился к близнецам:
— Итак, дело в том, что из-за вашей сестры-сони мы пропустили лучшее время дня. Скоро начнет темнеть, поэтому придется перенести нашу прогулку на завтра. Но вы не унывайте.
Ричард состроил обиженную гримасу:
— Мы никогда не унываем, сэр.
— Рад слышать. — Граф погладил свою птичку и заставил ее по крайней мере повернуться ко всем «лицом». — Обещаю, что мы непременно совершим намеченную прогулку завтра, даже если придется вытащить вашу сестру из кровати за волосы.
Близнецы захихикали.
— Что вы, она всегда встает раньше всех, сэр!
Саксонхерст бросил быстрый, слегка удивленный взгляд на Мэг.
— Это точно. А теперь, пока не стемнело, почему бы мне не показать вам дом?
В сопровождении пса, который вылез из-под буфета с таким видом, будто никто не знал, где он прятался, и попугая, залезшего графу за пазуху — вероятно, для тепла, — удивительный граф Саксонхерст повел их на экскурсию, со знанием дела давая пояснения. Мэг приводили в восторг красивые вещи, которые для него были не более чем предметами обстановки. Столики, инкрустированные полированными камешками, похожими на драгоценные. Украшенные эмалью комоды с крышками-картинами, составленными из крохотных кусочков слоновой кости и ценных пород деревьев. Чернильные приборы из серебра и золота. Люстры с сотнями хрустальных подвесок.
Все было таким красивым и так не соответствовало ее собственному облику! Утешением для Мэг служил Брэк. Она надеялась, что человек, способный любить такое непривлекательное существо, сможет примириться и с Мэг Джиллингем — по крайней мере с прикусом у нее все в порядке.
— Наверное, — предположила Мэг, — вам все это досталось в наследство?
— По большей части да. — Он остановился, вынул из-за пазухи попугая, чтобы оставить его в этих, теплых, комнатах, и повел всех обратно, вниз. — Коллекция живописи была неполной, поэтому мне пришлось кое-что докупить. Ну и еще кое-какие вещички, которые время от времени обращали на себя мое внимание.
Пропуская их в библиотеку, все стены которой были уставлены шкафами, забитыми книгами, он с сожалением взглянул на Мэг:
— Несомненно, эту комнату я прежде всего должен был бы показать Джереми. Если вы увидите его раньше чем я, пожалуйста, передайте ему, что он может пользоваться ею без всяких ограничений.
— Вы так добры!
Граф пожал плечами, словно давая понять, что это пустяки.
— Было бы непростительной скаредностью лишить такого ученого юношу возможности пользоваться книгами, большинство из которых никто никогда не открывал.
Все разбрелись по библиотеке, рассматривая сквозь застекленные дверцы названия книг и богато украшенные обложки. Не выпуская из поля зрения близнецов, Мэг с восхищением рассматривала картины, развешенные на каждом свободном от книжных шкафов пространстве стен.
Она не слишком разбиралась в искусстве, но могла с уверенностью сказать, что вся эта живопись принадлежит кисти мастеров и свидетельствует о чрезвычайно высоком вкусе хозяина. Интересно, какие из этих картин он сам выбрал?
— Сэр! — послышался голос Рейчел. — А почему у этой дамы птичье лицо?
Обернувшись, Мэг увидела, что дети заинтересовались одной картиной. Подойдя ближе, она увидела, что у изображенной на ней роскошно одетой женщины действительно было ястребиное лицо, а неподалеку висел портрет мужчины, чье лицо было составлено из фруктов.
— Наверное, это аллегория, — предположил граф, приближаясь. — Понятия не имею, но мне эти картины показались забавными. Фамилия автора — Фюсли, вы как-нибудь познакомитесь с ним. Несмотря на столь нетривиальные работы, он вполне нормальный человек. Во всяком случае, не менее нормальный, чем любой из нас.
Ну что ж, подумала про себя Мэг, продолжая разглядывать необычные портреты, тревожиться не о чем. Ей ведь уже известно, что граф склонен к эксцентрике.
Позднее, у себя в апартаментах, она снова вспомнила о картинах — изображенные на них ландшафты и натюрморты были в основном выполнены в весьма условной манере. Без сомнения, их сослали в библиотеку, потому что они наскучили графу. Особый интерес Мэг привлек маленький неброский голландский интерьер — он был словно волшебное окно в иной мир. Вот эта картина была ей по вкусу, однако ее муж, судя по всему, предпочитал иное.
Мэг отогнала тревожные мысли. Она была готова платить за дар Шилы, и цена оказалась не так уж высока. Поведение графа было куда более терпимым, чем она ожидала. Временами чуть диковатое, но не более того. Чем бы ни было вызвано его отношение к бабушке, совершенно очевидно, что оно для него не характерно.
Завершив экскурсию по дому, Саксонхерст объявил, что всем им не повредит тихий семейный вечер. Он приказал подать обед пораньше, после чего предложил Джиллингемам продемонстрировать ему, как они обычно проводят зимние вечера.
Близняшки с восторгом притащили игрушки, необходимые для игры в «лису и цыплят».
— О, помнится, я сам играл в эту игру, — сказал граф и действительно обнаружил немалое мастерство, хотя ему время от времени приходилось напоминать правила. Мэг показалось, что иногда он делал вид, что забыл их. Дело осложнялось тем, что попугай теперь был снова с ними и желал наравне со всеми участвовать в игре.
Граф не преувеличил, сказав, что птица находится при нем неотлучно, когда он дома, однако теперь Мэг убедилась, что между ними существует искренняя привязанность. Со стороны попугая это, вероятно, была преданность. А такая преданность ко многому обязывает, и следует радоваться, что граф относится к этому с пониманием.
Вообще-то Мэг была довольна, особенно когда птица решила подружиться с Рейчел и Ричардом и, стащив с каминной доски веточку омелы, принесла ее им в качестве подношения.
Вскоре у детей была уже целая куча таких веточек, а каминная доска полностью оголилась, и все радостно хохотали над птичьими проделками.
Радуясь хорошему настроению, в котором пребывала ее семья, Мэг подумала: даже если жизнь полна неприятностей, такие моменты следует ценить, равно как и человека, который доставляет им такие приятные моменты — подобно тому, как попугай приносит им эти веточки омелы.
И все же Мэг чувствовала себя страшно усталой, казалось, закрой она глаза — и сон сморит ее прямо здесь. Вероятно, граф заметил это, потому что велел подавать ужин и предложил всем лечь сегодня пораньше.
Мэг неотступно преследовал вопрос, попытается ли он снова соблазнить ее, и при мысли об этом она начинала дрожать от страха. Однако граф лишь проводил ее до спальни, поцеловал в щеку и ушел. Мэг с удовольствием позволила Сьюзи раздеть себя и уложить в постель, предвкушая полноценный долгий сон.
Ей предстояло еще справиться со множеством трудностей, но появилось и немало радостей. И не последней среди них был ее непредсказуемый, загадочный и обворожительный супруг.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Колдовство - Беверли Джо



Роман великолепный, тонкий,умный и какой-то камерный,особых действий не происходит, следишь за взаимоотношениями главных героев. Великолепен главный герой,добрый, с чувством юмора, а сцены обольщения гг-ни, которой тоже палец в род не клади. просто изумительны.
Колдовство - Беверли ДжоNataly
15.04.2013, 11.38





Ну, это типа сказка для взрослых)) Правда в нем очень мало сцен которых мы ждес от любовного романа..
Колдовство - Беверли ДжоМилена
22.11.2013, 7.24





Милая сказка, но нудноватая.
Колдовство - Беверли ДжоНатали
25.12.2013, 22.34





Муть полнейшая.
Колдовство - Беверли ДжоПсихолог
19.07.2014, 18.46








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100