Читать онлайн Колдовство, автора - Беверли Джо, Раздел - Глава 11 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Колдовство - Беверли Джо бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.12 (Голосов: 43)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Колдовство - Беверли Джо - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Колдовство - Беверли Джо - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Беверли Джо

Колдовство

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 11

Кое-как Мэг удалось, не теряя достоинства, высидеть до конца обеда — быть может, благодаря тому, что они с мужем занимали места у противоположных концов стола. Но она почти не могла заставить себя есть.
Чуть раньше, по пути домой, в карете, они сидели рядом, и граф, хоть и разговаривал всю дорогу с Джереми и Лорой — близнецы следовали в другом экипаже, с мистером Чанселлором, — каким-то образом заставлял ее непрерывно думать о поцелуях и прикосновениях. Конечно, вполне вероятно, что такая фривольность чувств таилась в ней самой, но Мэг все же сомневалась в этом. В подобных вещах граф был чародеем, способным околдовывать на расстоянии и вынуждать бедных смертных вступать на запретные тропы.
Как и обещал, он подводил жертву к тому, что та сама начинала мечтать о роковой хватке охотника.
А еще раньше, входя в театр, Мэг пребывала в состоянии оцепенения, полностью поглощенная мыслями о том, что должно было произойти несколько часов спустя, и лишь молила Бога, чтобы он помог ей не совершить какую-нибудь чудовищную неловкость. Внимание ее было рассеянным, и она не сразу заметила, что граф беседует с сэром Артуром Джейксом!
Мэг почувствовала себя так, словно ее неожиданно швырнули в ледяную прорубь, она даже испугалась, что выдала себя ненароком. Быть может, она действительно непроизвольно издала какой-то звук, потому что поймала на себе мимолетный, но проницательный взгляд мужа. Сэр Артур, однако, в этот момент отвлекся на близнецов, которые непременно желали поведать ему о своих приключениях.
Наблюдая за ними, Мэг вспомнила, что в течение многих лет сэр Артур считался другом их семьи. В детстве она так же обожала его, как и близнецы, потому что он всегда щедро одаривал ее мелочью и небольшими сувенирами, а также водил в ближайшую кондитерскую, где угощал сладкими пирожными.
Мэг нетрудно было бы убедить себя в том, что весь этот кошмар — его грязное предложение относительно Лоры и кража Шилы — ей лишь померещился. Но, перехватив взгляд, тайком брошенный сэром Артуром на сестру, поняла, что все это правда. Взгляд был отнюдь не любовным: он источал не почтительное обожание, а злобу, раздражение и алчную похоть.
Не переставая улыбаться, сэр Артур оторвался от близнецов и обернулся к Мэг:
— Какое счастливое семейство! Я бесконечно рад, что все у вас так отлично устроилось, графиня.
Ее кольнуло официальное обращение, и, не успев подумать, она выпалила:
— Мы ведь, надеюсь, по-прежнему старые друзья?
Уже в следующий момент Мэг пожалела о том, что у нее вырвались эти слова, пришедшие из прошлого с подарками и сладкими булочками, которыми потчевал ее сэр Артур. А тот с поклоном произнес:
— Для меня это большая честь. И не из-за вашего высокого ранга. Просто ваши родители были моими дорогими друзьями и, уверен, хотели бы, чтобы я продолжал присматривать за их детьми. Надеюсь, вы не будете против, если я время от времени буду заглядывать к вам и водить младших в кондитерскую, чтобы доставить им удовольствие, как в былые времена доставлял его вам?
Чувствуя себя так, словно ее засасывают зыбучие пески, Мэг ответила:
— Близнецы стали бы скучать, если бы вы исчезли из нашей жизни. — Она надеялась, что он понял: это означало дли него запрет оставаться наедине с Лорой. Категорический запрет.
Но не исходит ли от этого чудовища опасность даже и для Рейчел?
— Моя дорогая, — сказал граф, мягко беря ее под локоть, — нам нужно собрать свое стадо и занять места. Сэр Артур. — Легким кивком он попрощался с Артуром Джейксом, за что Мэг была ему бесконечно благодарна.
Пока граф вел ее по устланному ковровой дорожкой коридору в их ложу, она размышляла, можно ли рассказать о сэре Артуре Саксонхерсту и испросить его совета. Не о Шиле, разумеется, а только о его поползновениях относительно Лоры.
Однако Мэг подозревала, что граф может совершить в этом случае нечто весьма радикальное. Быть может, даже вызвать того на дуэль, а этого она не перенесет. Нет! Единственное, что нужно сделать, — это предупредить Лору. Лора, совершенно очевидно, начала чувствовать себя неуютно в обществе сэра Артура и будет рада избежать встреч с ним. Следует лишь вести себя так, чтобы не попасться в его ловушку, и все будет хорошо.
В конце концов, сэр Артур больше не имеет над ними никакой власти. Если только Шила не у него. Черт бы побрал этот камень! Черт бы побрал сэра Артура! Чары рассеялись. Не чары Шилы, а то пикантное очарование, которым муж обволакивал ее весь день.
* * *
Обезьян — Мэг напомнила себе, что следует называть его Мартыш, как называл муж, — ждал их в роскошной ложе с видом человека, уверенного в том, что сделал все необходимые приготовления: на маленьком столике стояли вино, чай, пирожные и ваза с апельсинами. Мартыш принял у своих господ пальто и пелерины, повесил на вешалку и занял место за их спинами, готовый прислуживать.
Мэг никогда прежде не сидела в ложе и восхищалась теперь удобством обтянутых бархатом кресел и железной печкой, расположенной в углу: от нее исходило не только тепло, но и уют.
— Меня всегда интересовало, — сказала она Саксонхерсту, когда тот усадил ее во втором ряду, предоставив первый молодежи, — зачем в ложах спереди висят шторы и почему иногда они раздвинуты, а иногда закрыты? Это, наверное, означает, что в этот вечер ложа не используется?
Граф усмехнулся:
— Вовсе нет, моя дорогая. Это означает, что она весьма и весьма используется.
В его взгляде явно читалось разъяснение, и Мэг вспыхнула:
— В театре?
— Да, подумать только!
— Но зачем? — вполголоса спросила Мэг. — Я хочу сказать: есть ведь много других мест…
— Не для тайных любовников.
— Но ведь всем станет ясно! Известно же, кому принадлежит ложа и кто внутри.
Граф ухмыльнулся:
— Какое откровенное, беззастенчивое любопытство! Вы восхитительны.
Мэг уставилась на него, отдавая себе отчет в том, что чары, оказывается, не рассеялись.
— Надеюсь, вы всегда так же настойчиво любопытны, женушка. И во всем. — Он взял ее руку и поцеловал один палец. — Вероятно, владелец ложи не против, чтобы его подвиги стали достоянием общественного внимания, а дама может присоединиться к нему уже после того, как шторы будут задернуты. Или, — он поцеловал другой ее палец, — владелицей ложи может быть дама. Некоторые известные дамы именно здесь развивают свою деятельность.
— Только не дамы. — Мэг выделила голосом слово «дамы», чтобы стало ясно, что она имеет в виду. Чары определенно действовали снова.
— Вероятно, нет. Однако… — он поцеловал ее безымянный палец, — поскольку большинство владельцев пользуются своими ложами не каждый вечер, их сдают в аренду кому угодно. Например, вон та… — Мэг невольно взглянула на ложу с задернутыми шторами, расположенную ярусом выше на противоположной стороне зада, — принадлежит очень степенному виконту Ньюмену, который, как мне известно, празднует Рождество в кругу семьи в Уэльсе. — Граф ласково повернул к себе ее лицо. — Вижу, вам очень хотелось бы увидеть, что делается там, за этими тяжелыми задернутыми шторами…
— Вовсе нет!
Он не позволил ей отвернуться.
— Не лгите, Минерва. Никогда не лгите. Я хочу, чтобы вы были любопытной. Хочу, чтобы вы всем интересовались. Хочу, чтобы вы дрожали от любопытства, от желания узнать, пощупать, попробовать на вкус.
И Мэг задрожала, но на этот раз от его замечания насчет лжи. Сьюзи предупреждала, что граф не переносит лжецов. Он простил ей ложь по поводу ее мнимых месячных, но простит ли другую? Продолжающуюся ложь, в которой она все больше запутывается?..
Граф нежно поглаживал ее пальцем по щеке.
— Порой вы кажетесь очень обеспокоенной, Минерва. Понимаю, что вам нелегко. Это я вас так пугаю?
— Нет, — слетело у Мэг с языка, прежде чем она успела подумать, но, в сущности, это было правдой.
— Я желаю вас, — сказал граф, продолжая ласково и рассеянно гладить ее по щеке. — Сегодня ночью. — И, приподняв уголок рта, добавил:
— А если признаться честно, то уже сейчас. Но я должен ждать. Если потребуется, ждать даже до следующей ночи.
Даже сейчас он предоставлял ей возможность для отступления.
На сей раз Мэг подумала над своими словами, потому что где-то в глубине души у нее таился все же страх перед ним, перед той властью, которую он имел над ней: она страшилась тех перемен, которые, безусловно, принесет интимная близость. И тем не менее она сказала:
— Я не хочу ждать.
Его улыбка выразила полный восторг.
— Я рад, — сказал он, но тут же добавил:
— Значит, беспокоит вас что-то другое?
Ах, как соблазнительно было рассказать ему все! Но Мэг знала, что с соблазнами всегда надо бороться.
— Ничего особенного, — ответила она, однако отвела взгляд. О Господи, ей следовало бы носить на груди табличку со словом «Лгунья»!
Граф убрал руку, предоставив Мэг возможность осмотреть шумный, переполненный зрителями зал и успокоиться. Если, конечно, человек, настолько обуреваемый тревогами, вообще в состоянии успокоиться.
— А что там с сэром Артуром? — спросил он. — Мне показалось, что вы испытали неловкость в его присутствии.
Пристальное внимание и сомнение, читавшиеся в его взгляде, были крайне неприятны Мэг, и она сказала лишь ту правду, которую могла открыть:
— Он старый друг нашей семьи. Девочкой я его очень любила, но потом… — она снова отвернулась, на сей раз — чтобы скрыть смущение, — потом… накануне своего отъезда к месту службы… я стала чувствовать себя неуютно в его присутствии.
— Он что-нибудь делал?
— Делал? — Мэг взглянула на графа.
Его губы улыбались, но глаза теперь были серьезны.
— Ну, нечто вроде того, что делаю я. Целовал вас? Прикасался к вам?
— Нет! — вскрикнула Мэг так резко, что Лора обернулась, и Мэг пришлось улыбнуться, чтобы успокоить ее. — Ничего такого. Просто манера его поведения изменилась. Мне это было неприятно. И я немного беспокоюсь за Лору.
Хотя граф ничем не выдал себя, Мэг почувствовала, что он напрягся.
— А по отношению к ней он что-нибудь сделал?
На миг задумавшись, Мэг солгала:
— Нет. — В сущности, это и не было ложью. Сэр Артур ведь действительно ничего не сделал. Пока.
— Вообще-то, судя по всему, Лора не испытывает неловкости от его присутствия. Похоже, он безобиден, но для собственного спокойствия мы не будем позволять ему оставаться наедине ни с кем из детей. Имея столько слуг, умирающих от безделья, это будет нетрудно устроить.
Решение казалось таким надежным, что Мэг почувствовала, как глаза ее наполняются слезами.
— Спасибо вам.
Граф протянул руку и вытер выкатившиеся из ее глаз слезинки.
— Интересно, все ли вы мне рассказали, — задумчиво произнес он.
Мэг испытывала отчаяние, отдавая себе отчет в том, что снова не сказала ему всей правды, и видя, что он это понимает.
Его палец, коснувшись ее губ, слегка похлопал по ним. Это было почти наказание, но очень легкое.
— Брак существует для того, чтобы супруги делили свои невзгоды, дорогая, и вместе искали выход из трудного положения. Хотя мы еще в самом начале пути, думаю, для меня было бы оскорбительно узнать, что вы продолжаете сражаться в одиночку.
Мэг чуть не разревелась, ей захотелось тут же выложить ему все, но оркестр грянул во всю мощь какую-то бравурную мелодию, и на авансцене появились клоуны. Глядя на то, как за поднимающимся занавесом открывается ослепительная декорация роскошного восточного дворца, она порадовалась тому, что не сделала такой глупости, но тем не менее твердо решила никогда не огорчать своего доброго мужа снова, если это будет в ее силах.
Сакс тем временем больше наблюдал за своей странной, женой, чем за представлением. Он видел также, с какой непосредственностью младшие наслаждаются сценическим действом, и радовался. Его чувства уже притупились, а новая семья вдохнула жизнь в приевшиеся удовольствия. Однако больше всего его занимала все же жена. Она тоже вдохнула новую жизнь в наскучившие радости. Как же давно он не ждал интимной близости с таким нетерпением!
Мэг, казалось, тоже была полностью увлечена спектаклем, но ее определенно что-то угнетало. Интересно, насколько серьезна причина?
Граф не считал сэра Артура Джейкса человеком, способным бескорыстно в течение нескольких месяцев не брать денег за аренду даже в память о старом друге. Какую же плату он потребовал? Саму Минерву? Неужели она пожертвовала невинностью и ее нервозность объясняется страхом разоблачения?
Он стал припоминать их свидание в его спальне, пытаясь решить, действительно ли она вела себя как целомудренная женщина. Трудно сказать. Она была ошеломлена, но к концу стала проявлять нетерпение.
Сэр Артур мог быть бесчувственным любовником, который просто использовал ее, поэтому более тонкое обращение оказалось для нее внове. Он мог даже изнасиловать ее.
Осторожно, чтобы не испугать, граф положил руку на плечо жены, там, где оно не было прикрыто ее скромным вечерним платьем. Мэг чуть напряглась и взглянула на него с волнением, но без страха. Граф сомневался, чтобы сэр Артур или какой-нибудь другой мужчина оскорбил ее, хвала Господу, но оставалась вероятность того, что ей пришлось заплатить собой за безопасность семьи.
Он хотел быть первым, хотел сам вознести ее на вершину блаженства. После сегодняшнего свидания их брачная постель манила его обещанием изысканного наслаждения. Его жена. Его неизведанное владение. Что ж, даже если она не невинна, она пока еще не разбужена.
Мэг снова смотрела теперь на сцену, но граф знал, что она остро ощущает его прикосновение. Он дразнящим движением пальца пощекотал ей затылок и так же внимательно, как она наблюдала за происходящим на подмостках, наблюдал за ней самой — он видел, как чуть разомкнулись ее губы, порозовели щеки, как рука непроизвольно сжала подлокотник кресла.
Не обращая внимания на стоявшего за спиной Обезьяна, граф уткнулся губами в ее шею за ухом и услышал, каким прерывистым стало ее дыхание.
— Если бы мы были женаты подольше, — прошептал он, — и одни, я бы задернул шторы.
Мэг чуть вскинула голову, и он почувствовал, как заиграло в ней желание. Когда губы ее разомкнулись еще шире, он вложил в них палец и улыбнулся, ощутив, как вонзились в него ее зубы. Страсть! Его жена — существо страстное. Независимо от того, какие маленькие секреты она от него таит, ему очень повезло. Граф придвинулся еще ближе, лизнул, потом прикусил, потом стал посасывать мочку ее уха. Чуть не выскакивая из кресла, Мэг вцепилась обеими руками в подлокотники.
— Помните, что нас ждет постель, — прошептал он.
Продолжая водить кончиком языка по краю ее уха, он вдыхал ее запах — теплый, женственный и неповторимый, с едва заметной примесью аромата лаванды. Следует ли приучить ее к более дорогим духам или пусть все остается как есть: чистота и невинность снаружи — огонь и страсть внутри?
— В вашей постели или в моей? — шепотом спросил он.
Мэг повернулась к нему, обуреваемая чувствами, — именно такая, какой он хотел ее видеть. Хотел ее. Хотел, черт возьми! Если бы они были одни, он не стал бы тянуть. Однако в этой игре он был мастером и никогда не бросился бы в огонь до тех пор, пока тот не разгорится во всю мощь.
— Вы ведь сказали уже, что в моей, — рассеянно проговорила Мэг.
— Да, я так сказал. Вам это больше нравится?
— Думаю, мне уже безразлично.
— Тогда в вашей. — Граф поцеловал ее мягкие разомкнутые губы. — А то амазонки, чего доброго, наведут вас на нежелательные мысли. Пусть это будет ваша спальня, где я раздену вас при свете свечей и отблесках камина и открою все тайны ваших чувств.
— Думаю, женские тайны вам хорошо известны.
— Каждая женщина — это новая тайна.
Как он и ожидал, Мэг слегка напряглась. Однако нужно было немного охладить накалившуюся обстановку. Мэг сжала губы и выпрямилась в кресле:
— Ни одной женщине не понравится, когда о ней говорят как об одной из многих, милорд.
— Я знал массу таких, которые служили доказательством вашей не правоты. Мужчина не представлял для них никакого интереса, если его не домогалось множество других женщин.
— Полагаю, под вашей дверью выстраивались целые очереди.
Он мог поклясться, что слышал, как она фыркнула, и улыбнулся:
— Нет, но по почте мне случалось получать кое-какие интересные предложения.
Мэг демонстративно уставилась на сцену.
— Мне бы хотелось посмотреть представление, милорд.
Поставленный таким образом на место, Сакс тихо рассмеялся и протянул руку назад. Обезьян вложил в нее очищенный апельсин. Сакс съел дольку, чтобы убедиться, что плод сладок и сочен, хотя доверял познаниям Обезьяна в этой области, а следующую поднес к сомкнутым губам Мэг.
Она бросила на него сердитый взгляд, но после некоторых раздумий позволила себя покормить. Весьма, впрочем, неохотно. Она наказывала его, и ему это нравилось. Когда она проглотила первую дольку, он протянул вторую, сказав при этом:
— Если вы хотите владеть мною, Минерва, вам придется меня заслужить.
Прожевав вторую дольку и продолжая смотреть на сцену, Мэг ответила:
— Я ваша жена.
— Вы полагаете, этого достаточно, чтобы вступить в права владения?
Здесь она не удержалась и посмотрела на него.
— А что, придется расталкивать других?
— Мое признание касалось только моего не праведного прошлого. Будущее — впереди.
— Разве леопард может изменить свою окраску? — Мэг взяла у него из руки апельсин, отделила дольку и поднесла к его губам. — Думаю, милорд, мне теперь следует учиться у вас, как вести себя.
Жуя апельсин, Сакс едва сдержался, чтобы не заурчать от удовольствия. Да, да, женитьба на Минерве принесет ему много радости.
— Вы хотите сказать, что собираетесь иметь любовников?
Мэг поднесла к его губам следующую дольку.
— Это зависит от того, чего вы будете заслуживать, милорд, разве я не права?
Он схватил ее за запястье.
— Верность, — тихо, но с вызовом, удивившим его самого, произнес граф. — Мы оба должны хранить верность друг другу, и только друг другу. Навечно!
Не сошел ли он с ума? Должно быть, это лишь примитивный инстинкт, касающийся женщины, предназначенной родить ему законных детей. Однако собственные слова его встревожили, равно как и сила эмоций, их породивших. Эта женщина принадлежала ему — со всеми ее секретами, ее воинственным духом и обворожительным нижним бельем. Ему. Эта мысль подвела его к опасной грани, за которой он угадывал катастрофу.
Мэг, вероятно, почувствовала это. Ее глаза расширились, но страха в них не было. Как дикое животное, она возбудилась от исходящего от него желания.
— Именно в этом я поклялась перед алтарем, Саксонхерст. А к таким клятвам я отношусь серьезно, — сказала она.
Граф кивнул, отпустил ее и взял губами апельсинную дольку, которую она все еще ему протягивала. Раздавшийся в этот момент взрыв аплодисментов оповестил об окончании вступительной интермедии.
Младшие, взволнованные, с горящими глазами, обернулись к ним и возжелали апельсинов и пирожных. Обезьян раздал им требуемое, а взрослым налил вина.
Сакс сделал глоток, чтобы охладить свой пыл. Его неожиданная графиня — женщина глубокой и искренней страсти, или он непорочный монах. За годы общения с женщинами он усвоил, что с виду совершенно обычные из них порой бывают в высшей степени страстными, в то время как страстность многих пламенных на вид оказывается полным обманом, этих последних плотские наслаждения, в сущности, вовсе не интересуют.
Он понял также, что иные партнерши, независимо от того, насколько они искусны, могут быть весьма скучны, во что он не мог поверить, когда был безоглядно свободным в поведении двадцатилетним юношей. Предстоящий долгий совместный путь с таинственной женой — граф в этом не сомневался — отнюдь не будет скучным.
Заметив, что Ричард собирается швырнуть в партер кусочек апельсиновой кожуры, Мэг резко наклонилась вперед. При этом край юбки ее немодного платья слегка приподнялся, обнажив изящную щиколотку и край вышитых панталон. Простая вышивка белыми нитками по белому полю, но узор был чрезвычайно замысловат и восхитительно выполнен. За отсутствием цвета скрывалась страсть, понятная лишь очень проницательному мужчине с развитым сексуальным инстинктом.
На увиденном им прежде корсете были вышиты пышно разросшиеся вьющиеся ветви с алеющими на них цветами.
Пьянящее буйство чувств, готовность уступить, тайная страсть!
Граф откинулся на спинку кресла. Ему очень, очень повезло, и он не сомневался, что через несколько часов погрузится в состояние настоящего супружеского блаженства.
* * *
Видя, что близнецы не могут усидеть на месте, Мэг предложила всем немного погулять по коридору. Ей тоже была нужна передышка, так как в ложе, сколь просторна та ни была, она испытывала ощущение тесноты и духоты, особенно когда видела, как смотрит на нее граф.
Кроме того, она рассчитывала уединиться с Лорой, чтобы предупредить ее. Несмотря на обещание Саксонхерста сделать так, чтобы никто из детей никогда не оставался наедине с сэром Артуром, она хотела, чтобы Лора была начеку. Между тем к началу основного представления прибывала фешенебельная публика, и толчея в коридоре не оставляла возможности для приватной беседы. Ну ничего, у нее будет время поговорить с Лорой после окончания спектакля или когда они вернутся домой, прежде чем… Мэг бросила взгляд на мужа и улыбнулась. Прежде чем.
Ее представляли каким-то людям, чьих имен она совершенно не запомнила, тем более что выражение лиц у них было абсолютно одинаковым — удивленным. И тут сэр Артур появился снова.
— Я навестил старого друга в его ложе. — Он махнул рукой куда-то назад. — Вижу, вы все получаете огромное удовольствие от представления.
Близнецы тут же подскочили, чтобы рассказать ему, какое большое удовольствие они получают. Джереми и Лора тоже утвердительно буркнули что-то в ответ, хотя и гораздо более сдержанно. Мэг видела, что муж ястребиным взором наблюдает за происходящим, однако его внимание вскоре отвлекла респектабельная пара средних лет.
Хищная настороженность во взгляде мужа позволила Мэг успокоиться: он будет следить за ними, и она уверена, что отныне они неуязвимы для сэра Артура. Испытав облегчение, Мэг даже присоединилась к общему разговору.
Сэр Артур вел себя безупречно, и все же Мэг чувствовала его интерес к Лоре и кипящее негодование по отношению к себе самой. Она очень надеялась, что ошибается, но обрадовалась, когда зазвенел звонок, приглашающий зрителей в зал.
Словно листва, подгоняемая резким порывом ветра, публика устремилась по своим ложам. Мэг тоже повернулась, чтобы идти, но на какой-то миг, пока граф прощался со своими знакомыми, оказалась наедине с сэром Артуром.
— Даме не подобает вламываться в чужие дома, Мэг, — сказал он.
— Не понимаю, о чем вы.
В этот момент, распростившись с приятелями, Сакс обернулся.
Мэг сделала шаг навстречу мужу, но сэр Артур, оказавшись у нее за спиной, схватил ее за платье. Продолжая улыбаться, он сказал:
— Сделай так, чтобы мы смогли поговорить с тобой с глазу на глаз, Мэг, иначе ты сильно пожалеешь. То, что тебе нужно, у меня.
После этого он отпустил ее, поклонился, и Мэг, подойдя к мужу, приняла предложенную им руку.
— Надеюсь, он не расстроил вас? — спросил граф.
— Вовсе нет. — Отдавая себе отчет в том, что впадает в новую ложь, Мэг все же заставила себя улыбнуться. — Но он сказал, что в доме остались кое-какие вещи, он думает, что они наши, и хочет, чтобы я пришла проверить.
— Только вместе со мной. — Голос графа звучал спокойно, но непререкаемо. — Что-то мне не нравится в этом субъекте.
Быть может, именно поэтому во время первой части пантомимы граф больше не заигрывал с ней. Отчасти Мэг была ему за это благодарна, ибо он легко мог вывести ее из равновесия, но отчасти боялась, что каким-то образом вызвала его неприязнь. Долго ли еще она сможет лгать ему, не разрушая того, что между ними возникло?
Угроза сэра Артура не шла у Мэг из головы. Как он собирался заставить ее пожалеть, если она не поговорит с ним? Как? Худшее, что он может сделать, — это, разумеется, рассказать Саксонхерсту о Шиле. Ей будет неловко признаться в том, что бесстыжая фигурка принадлежит ей, но только и всего. Но это в том случае, если сэр Артур не знает о волшебных чарах идола. О них никто не знает. Никто!
Его угроза не может быть серьезной, и все же внутри у Мэг все дрожало. Нужно непременно узнать, что он задумал, иначе она не будет знать ни минуты покоя. И разумеется, необходимо вернуть Шилу.
Во время антракта Мэг озиралась по сторонам в надежде снова увидеть сэра Артура и узнать, что он имел в виду. Но его нигде не было. Не представилось возможности поговорить и с Лорой. Саксонхерст, казалось, почти игнорировал ее!
О Боже, ну зачем сэр Артур объявился здесь и все испортил?
Во время последнего акта, невидящими глазами уставившись на сцену, Мэг чуть не плакала от того, что из их отношений исчезли вся теплота и волнующее предчувствие. Почему Сакс перестал обращать на нее внимание? Что-нибудь знает? Подслушал?
Однако когда представление пошло к финалу, он взял ее за руку. Едва заметно потерев своим большим пальцем ее большой палец, он, казалось, вернул волшебство. Утратив всякий интерес к буйному действу, разворачивающемуся на подмостках, и отбросив все мысли о сэре Артуре, Мэг радостно повернула голову к мужу. Настороженное выражение его лица сменилось довольным, он поднес их сцепленные руки к губам и поцеловал, потом так же поднес их к ее губам.
Мэг снова отметила, насколько изящны его руки, и вспомнила об их первой встрече, когда эта красивая рука задержала ее, не дав убежать из церкви. Он подставлял ей один за другим свои длинные изящные пальцы, она целовала их, потом, когда он протянул ей подушечку указательного пальца, послушно поцеловала и ее.
В этот момент его другая рука неожиданно легла на спинку ее кресла, и он стал поглаживать Мэг пальцем по спине, потом провел им вниз вдоль позвоночника, заставив ее задрожать всем телом. Затем он снова обратил ее внимание на сцену, и она стала рассеянно наблюдать, как там срывались все маски и торжествовала истинная любовь, как негодяи получали по заслугам, а герои обретали заслуженную награду.
Тем временем умелая, магическая рука легчайшими движениями писала у нее на спине обещания. Граф не делал ничего другого — просто чертил какие-то тайные послания, — но этим простым способом он полностью подчинил ее себе. Когда стихли последние аплодисменты, граф встал, взял у Обезьяна ее пальто и сам накинул ей его на плечи, непринужденно беседуя при этом с остальными.
Мэг, дрожа, куталась в пальто из грубой шерсти, которое казалось ей в тот момент мягчайшей и сладостнейшей вещью на свете. Сколько еще осталось? Наверняка не более часа.
Мэг надеялась, что он сделает так, чтобы они возвращались домой одни, но граф посадил в карету также близнецов и всю дорогу поощрял их неумолчную болтовню. Он даже уступил свое место Рейчел, а сам сел напротив Мэг.
Но и оттуда, как обнаружила Мэг, он мог передавать ей тайные послания глазами и губами, послания, от которых нервы ее вибрировали, словно струны.
— Мэг, с тобой все в порядке? — в какой-то момент поинтересовалась Рейчел. — Ты странно выглядишь.
— Я в полном порядке, — ответила Мэг, нацепив дежурную улыбку.
— Думаю, нам всем уже пора в постель, — лукаво заметил ее муж. — Столько волнений!
— Только не нам! — объявил Ричард. — Нам совсем не хочется спать.
Мальчик зевнул, а нога Сакса нащупала щиколотку Мэг.
— И впрямь, нам вовсе не хочется спать, — согласился граф.
Как только они приехали, он отослал всех по своим комнатам тоном столь любезно-непререкаемым, что даже близнецы не стали спорить, тем более что им пообещали подать ужин в классную комнату. Джереми сразу подумал о своих книгах и охотно направился к себе. Лора бросила на Мэг озорной взгляд, но тут же повернулась к лестнице.
— Лора! — позвала ее Мэг, вдруг вспомнив, что нужно предупредить сестру. Сэр Артур вполне мог придумать какую-нибудь хитрость. И что делать Лоре, если он станет шантажировать ее Шилой, быть может, уже утром, до того, как они с графом встанут?
— Да? — Сестра повернулась, стоя на третьей ступеньке.
— Мне нужно поговорить с тобой. — Мэг сделала шаг ей навстречу, но граф поймал ее за руку.
— Это терпит, — сказал он тем же любезно-непререкаемым тоном.
Мэг тем не менее выдернула руку и, с улыбкой взглянув на него, ответила:
— Только одну минуту, Саксонхерст! — Потом поспешно поднялась по ступенькам и потянула за собой удивленную сестру.
— Что ты делаешь? — прошептала Лора. — Граф…
— Не спорь, — решительно перебила ее Мэг, но, остановившись на верхней ступеньке, повернулась, чтобы послать мужу еще одну многообещающую улыбку.
Он смотрел на нее снизу вверх через лорнет!




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Колдовство - Беверли Джо



Роман великолепный, тонкий,умный и какой-то камерный,особых действий не происходит, следишь за взаимоотношениями главных героев. Великолепен главный герой,добрый, с чувством юмора, а сцены обольщения гг-ни, которой тоже палец в род не клади. просто изумительны.
Колдовство - Беверли ДжоNataly
15.04.2013, 11.38





Ну, это типа сказка для взрослых)) Правда в нем очень мало сцен которых мы ждес от любовного романа..
Колдовство - Беверли ДжоМилена
22.11.2013, 7.24





Милая сказка, но нудноватая.
Колдовство - Беверли ДжоНатали
25.12.2013, 22.34





Муть полнейшая.
Колдовство - Беверли ДжоПсихолог
19.07.2014, 18.46








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100