Читать онлайн Лакомый кусочек, автора - Бертрам Лавиния, Раздел - 4 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Лакомый кусочек - Бертрам Лавиния бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.3 (Голосов: 123)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Лакомый кусочек - Бертрам Лавиния - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Лакомый кусочек - Бертрам Лавиния - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Бертрам Лавиния

Лакомый кусочек

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

4

Старинный замок, принадлежащий представителям рода Бейнз, на протяжении столетий сохранялся в первозданном виде. Ревностно заботился о своем доме и Раймонд.
На стенах в просторном холле висели портреты славных предков семейства Бейнз. Длинные коридоры замка устилали дорожки с орнаментом родовой шотландки.
Малая гостиная была обставлена старинной мебелью. На стене, противоположной камину, висели два ножа и спорран – большая меховая сумка, украшенная головой барсука и бахромой. Один из ножей – дирк – был длинным с черной рукояткой, покрытой серебряной вязью. Второй нож – скин-ду – оказался небольшим, отделанным слоновой костью. Все эти вещи некогда принадлежали самому воинственному и прославленному предку Бейнзов, Эдмунду.
Огромная библиотека с редчайшими экземплярами книг, банкетный зал, ранее используемый как место для балов, а также собраний именитых представителей соседних кланов. Затем малая и главная гостиные, столовая, многочисленные спальни и комнаты для гостей, кабинет, а также кухни и помещения для проживания слуг – вот что включал в себя старинный замок.
Несмотря на то, что все старинное, несущее на себе знаки той или иной эпохи, бережно в нем сохранялось, технический прогресс не обходил стороной эти древние стены. Ванные комнаты и кухня в замке были оснащены современным оборудованием, главная гостиная и банкетный зал – высококачественной теле – и радиоаппаратурой. К тому же на прилегающей к дому территории располагался огромный бассейн.
Раймонд обожал свое родовое гнездо. Величественные стены, впитавшие дух его смелых, вольнолюбивых предков, как будто придавали ему силы, помогали в труднейших ситуациях, утешали и вдохновляли…
Было половина восьмого. Обсудив по телефону с исполнительным директором своего предприятия текущие дела, Раймонд прошел в малую гостиную, плеснул в стакан скотч и, опустившись в глубокое кресло перед камином, задумчиво уставился на пляшущие языки огня. На дворе стоял июнь, но погода не баловала. Зарядивший сегодня в полдень дождь до сих пор не закончился, и было довольно прохладно. Почему Эндрю сказал, что их дом в Ньюпорт-Ньюсе совсем маленький? – размышлял Раймонд. И отчего одежда, в которой все они приехали, выглядит весьма и весьма скромно? На что Патриция тратит получаемые от них деньги?
Он сказал ей, что перед ужином хочет видеть ее в малой гостиной. И она пообещала присоединиться к нему, после того как уложит в постель детей.
В его памяти всплыли те потрясающие минуты, когда она спала в машине, уткнувшись лицом в его грудь. Он пересел на заднее сиденье сразу, как только увидел ее задремавшей. Патриция выглядела настолько невинной и чистой, что удержаться от соблазна и не привлечь ее к себе было невозможно.
Через четверть часа в коридоре послышался стук каблучков.
Густая волна желания захлестнула Раймонда с головой, и он, поражаясь собственным ощущениям, сделал большой глоток скотча.
Прежде чем появиться, Патриция негромко постучала в дверь.
– Входи! – крикнул Раймонд, откидываясь на спинку кресла. Ему хотелось выглядеть как можно более спокойным и безразличным.
На Патриции была приталенная светло-серая блузка и юбка цвета цикламен. Она выглядела очаровательно, несмотря на то что ее одежда явно не отличалась дороговизной.
– Проходи же, Патриция, я не кусаюсь! Устраивайся, где тебе больше нравится – на диване, в кресле, – предложил Раймонд, когда его гостья в нерешительности остановилась у двери.
Она смущенно улыбнулась, прошла к дивану и опустилась на него. Диван стоял намного дальше от Раймонда, чем свободное кресло.
– Выпьешь чего-нибудь? – спросил он.
– Чего-нибудь безалкогольного, – ответила Патриция. – Я все еще чувствую себя уставшей, боюсь, от спиртного быстро опьянею.
– Как пожелаешь. – Раймонд поставил стакан со своим напитком на столик с резными ножками, поднялся с кресла, прошел к бару и, налив в высокий стакан апельсиновый сок, подал его Патриции.
Она осторожно взяла бокал, стараясь не касаться пальцев Раймонда.
– Насколько я понимаю, твоей мамы нет дома. В противном случае мы бы уже увиделись с ней, – сказала она, отпив немного сока.
– Да. Мама уехала в гости к подруге, – ответил Раймонд, вернувшись на место и взяв со столика бокал со скотчем.
Патриция многозначительно кашлянула.
– Зачем же ты предлагал мне ее в качестве компаньонки?
– Но ты ясно дала понять, что в компаньонке не нуждаешься. – Раймонд рассмеялся. – Может, уже передумала?
Патриция покачала головой и тяжело вздохнула.
– Раймонд… – начала она, явно сильно нервничая. – Мы с Сьюзен и Эндрю не можем остаться в Шотландии навсегда. Надеюсь, ты понимаешь…
Раймонд прищурил глаза.
– Нет, не понимаю, – ответил он жестко. – Здесь твои дети будут иметь все, что им требуется. Об этом позабочусь я, моя мама, Розмари с Джарвисом и все остальные члены семьи. Становление характера Эндрю волнует меня особенно серьезно. Если я не обзаведусь сыном, то должен буду передать права главы рода старшему из сыновей своих братьев, то есть Эндрю. А мальчик растет без отца. – Он пристально посмотрел на Патрицию.
Судьба детей Малькольма действительно сильно его беспокоила. Во-первых, потому, что на нем, как на главе рода, лежала огромная ответственность за всех представителей клана, в особенности за самых младших. Во-вторых, потому что оба ребенка запали ему в душу, как только он увидел их сегодня в аэропорту.
Патриция решительно покачала головой.
– Но наш дом – в Ньюпорт-Ньюсе. Я не могу все бросить…
– Что бросить? – Раймонд пожал плечами.
– Свою работу, свои обязательства…
Раймонд допил остатки скотча, поднялся с кресла, поставил стакан на столик, подошел к дивану и сел рядом с Патрицией. Его губы искривила усмешка.
– О каких же обязательствах ты ведешь речь? И обязательствах перед кем? Было бы очень интересно узнать, – угрожающе спокойно произнес он.
Патриция допила сок и поставила стакан на диванный подлокотник, сделанный в виде полочки. Оттого, что Раймонд сидел так близко, она была не в состоянии ясно мыслить.
– Я говорю… Об обязательствах перед Эндрю и Сьюзен…
Раймонд хмыкнул.
– Если бы не те деньги, которые мы вам перечисляли, вы все умерли бы с голоду, – пренебрежительно бросил он. – Постоянной работы, насколько я понял из нашего разговора по телефону, у тебя нет.
Его слова полоснули по сердцу Патриции острым лезвием: Но она проглотила обиду и молча кивнула. Частные уроки с несколькими учениками, естественно, не приносили ей большого дохода. А вести уроки испанского языка в колледже ее приглашали лишь тогда, когда мистер Маккейн, преподаватель, работавший там долгие годы, заболевал или уезжал на научные конференции.
Устроиться на постоянную работу она пока не могла. Бабушка, вот уже несколько месяцев находящаяся в больнице, требовала постоянного ухода.
– Я надеюсь вскоре получить место в солидном учреждении, и тогда мы сможем существовать независимо от ваших денег, – сказала она, с ужасом вспоминая слова лечащего врача бабушки. После последнего приступа ее состояние резко ухудшилось. Доктор сообщил Патриции, что она протянет едва ли до конца лета.
Раймонд насмешливо приподнял бровь.
– Если тебе так уж хочется стать независимой, почему же ты раньше не озаботилась поиском высокооплачиваемой должности? Не желала себя утруждать?
Патриция гордо вскинула голову. Он разговаривал с ней в таком тоне, что сохранять спокойствие стоило ей огромного труда.
– Еще восемь месяцев назад я работала преподавателем в колледже. Уволиться оттуда меня вынудили некоторые обстоятельства. Они же не позволяют мне оставаться здесь надолго. Я хочу уехать, как только Эндрю и Сью увидятся с бабушкой и дедушкой.
На лице Раймонда отразилось удивление. Он никогда не думал, что у Патриции есть профессия и что она способна зарабатывать приличные деньги, особенно посредством преподавания. Но самым странным казалось ему ее заявление о желании отказаться от материальной поддержки Бейнзов.
– Ничего не понимаю, – протянул он задумчиво. – Ты долго отказывалась от этой поездки и согласилась на нее только после того, как я пригрозил, что перестану перечислять вам деньги… А теперь заявляешь, что собираешься стать независимой от них. Зачем же тогда вы вообще приехали?
Патриция вновь вздохнула.
– Понимаешь, на протяжении еще пары месяцев без тех денег, которые вы нам присылаете, нам будет не обойтись… – пробормотала она, краснея от стыда. – А потом я уверена, что смогу встать на ноги…
– Ты считаешь, что найдешь такую работу, за которую тебе ежемесячно станут платить столько, сколько присылали мы? – спросил Раймонд.
– Нет, конечно нет, – ответила Патриция. – Но через некоторое время значительно сократится и сумма наших ежемесячных затрат…
К ее горлу подступил удушающий ком, но она сдержалась и не заплакала. Думать о скорой смерти бабушки было невыносимо. Бабушки, которая когда-то заменила ей родителей, а позднее приняла ее, сбежавшую от мужа с двумя малышами на руках…
Как только она умрет, сразу же отпадет необходимость платить врачам баснословные суммы, подумала Патриция, на мгновение замирая от ужаса.
– Ты говоришь загадками, – сказал Раймонд. – Может, объяснишь, почему ваши затраты значительно сократятся?
– Не могу… – пробормотала Патриция. Она боялась, что Раймонд придет в ярость, если узнает, на что уходит большая часть тех денег, которые их великий род присылает для своих потомков.
– Как это, не можешь? Речь идет о деньгах Бейнзов, поэтому я имею право знать, на что ты их тратишь, – заявил он.
Патриция сжала пальцы в кулаки и на протяжении некоторого времени молчала, заставляя себя успокоиться. Потом медленно произнесла:
– Раз уж на то пошло, давай договоримся, что я возьму у тебя эти деньги в долг. Я обязательно верну их, только, если позволишь, частями…
Она чувствовала себя униженной, но не обратиться к Раймонду с этой просьбой не могла. Бабушка должна была находиться под постоянным присмотром медработников, и Патриция твердо знала, что обязана помочь ей всем, что в ее силах.
Раймонд так и не ответил. В восемь в дверь постучали и сообщили, что в столовой их ждет ужин.
Патриция смотрела на изысканные ароматные блюда в серебряной посуде и чувствовала, что не сможет съесть ни кусочка. Неопределенность будущего, страх за бабушку, переживания за детей действовали на нее настолько угнетающе, что у нее абсолютно не было аппетита.
Когда Раймонд уже закончил ужинать, ее еда все еще лежала на тарелке нетронутой.
– Поесть тебе не помешало бы, – заметил он. – После путешествия ты должна набраться сил.
– Нам необходимо продолжить начатый разговор, – несколько поспешно ответила Патриция.
– Пожалуйста, – согласился Раймонд. – Ты так и не объяснила мне, почему считаешь, что через пару месяцев будешь в состоянии жить вместе с детьми без тех семи тысяч долларов, которые мы высылаем вам ежемесячно.
Патриция чувствовала, что к ее щекам приливает краска, и не понимала, что с ней происходит. За несколько лет жизни с Малькольмом она научилась так ловко маскировать свои эмоции, что никто из окружающих не мог догадаться о том, что творится в ее душе. В последнее же время, а точнее, с того дня, как две недели назад они впервые поговорили с Раймондом по телефону, с ней начали происходить странные вещи.
Вот и сейчас она сидела перед ним с красным, от волнения лицом и не знала, какие подобрать слова, чтобы добиться своей цели.
– Если ты не согласишься дать мне в долг деньги, я буду вынуждена продать в Ньюпорт-Ньюсе свой дом… Снимем с детьми какую-нибудь квартирку.
Она сказала это, надеясь на то, что в Раймонде заговорит фамильная гордость Бейнзов. Его наследник не должен был скитаться по чужим углам.
Однако Раймонд промолчал.
Пожилая женщина, служанка, убрала со стола посуду с остатками еды. А через три минуты принесла десерт – фруктовое ассорти.
Патриция взглянула на разноцветное блюдо с восторгом.
– Это хоть не откажешься отведать? – спросил Раймонд, подмигивая ей.
– Не откажусь. Уж очень красиво это выглядит. – Патриция улыбнулась.
Они съели десерт, не произнося ни слова.
Затем Раймонд поднялся из-за стола и выглянул в окно. Дождь прекратился, и темные тучи, затягивавшие небо весь день, начали рассеиваться. Сквозь них проглядывало оранжевое вечернее солнце.
– Предлагаю чай на балконе, – сказал Раймонд. – Не возражаешь?
Патриция покачала головой.
Через десять минут они потягивали крепкий ароматный напиток, любуясь предсумеречными прелестями природы. Пьяняще пахло свежестью, силуэты гор на горизонте казались сказочными исполинами.
– Какая красота! – невольно сорвалось с губ Патриции.
– Вот видишь! – Раймонд окинул ее торжествующим взглядом. – Я не зря говорю, что вам следует остаться в этих местах.
– Нам неплохо живется и в Ньюпорт-Ньюсе, – парировала Патриция. Раймонд задумался.
– Я с удовольствием заглянул бы и на твою родину, – произнес он мечтательно.
Патриция на мгновение представила себе, что находится вместе с Раймондом Бейнзом в своем родном прибрежном городе, и ее сердце тревожно затрепетало.
– Вряд ли у тебя найдутся дела в Ньюпорт-Ньюсе, – сказала она, пожимая плечами.
– Почему ты считаешь, что вся моя жизнь – это только дела? – пожал плечами Раймонд.
В его темно-голубых глазах промелькнуло нечто такое, что заставило Патрицию на мгновение затаить дыхание. Она почувствовала непонятный страх и одновременно прилив желания.
– Насколько я помню, ты всегда был очень увлечен работой и посвящал ей все свое время, – пробормотала она, делая большой глоток чая.
– Это не совсем так, – ответил Раймонд. – Работа работой, а дом домом. Ведь я даже был женат.
Странно, но, услышав напоминание о том, что он доводился мужем какой-то другой женщине, Патриция ощутила, что ее душу наполняют отвратительные чувства.
– Знаю. Но ты ведь не зря выбрал себе в жены послушную и скромную девушку, которая не претендовала на то, чтобы ты посвящал ей всего себя, – выдала она, до конца не понимая, что говорит.
В глазах Раймонда загорелся злобный огонь.
– Зато ты была совсем другой женой! – выпалил он. – Ни во что не ставила моего кузена! А Малькольм был готов на тебя молиться!
При любом упоминании о своем неудавшемся браке Патриция чувствовала приступ головокружения.
– Я вовсе не нуждалась в том, чтобы на меня молились. – Она не кривила душой. Нездоровая любовь Малькольма причинила ей больше страданий, нежели счастья.
– Прекрасно тебя понимаю, – сказал Раймонд язвительно. – Безумная любовь моего брата являлась для тебя даже помехой. Ведь ты хотела общаться не только с ним!
Патриция прекрасно поняла, на что он намекает. Утопая в своей безумной ревности, Малькольм наверняка и кузену наговорил о ней каких-нибудь гадостей. В ходе последнего телефонного разговора муж дал ей понять, что мнение родственников в отношении нее уже не изменить. Поэтому сейчас Патриция даже не попыталась возражать Раймонду. Сказала лишь одно:
– Ты очень правильно охарактеризовал то чувство, которое Малькольм испытывал по отношению ко мне: это было настоящее безумство.
– Бедняга искренне тебя любил, – ответил Раймонд, глядя на нее так, будто не понимал, что брат нашел в ней.
– Хорошо, что ты не сходил по своей жене с ума так же, как Малькольм по мне, – пробормотала Патриция, вздыхая.
Раймонд гневно стиснул зубы.
– Я дорожил своей женой и делал все, что от меня зависело, чтобы она чувствовала себя счастливой женщиной. Но, и отличие от Малькольма, никогда не позволял ей превращать себя в раба, в этом ты абсолютно права!
Если бы последствия безумств Малькольма не были столь плаченными, Патриция, услышав слова Раймонда, расхохоталась бы ему в лицо.
– Я не собираюсь обсуждать с тобой свои отношения с мужем, – сказала она.
– Как трогательно! – воскликнул Раймонд, саркастически ухмыляясь. – Пытаешься убедить меня в том, что тебе воспоминания о Малькольме причиняют страдания?
Патриция ответила не сразу. Бесконечными колкостями Раймонд разбередил чудовищные раны на ее сердце, и теперь ей требовалось время, чтобы боль хоть немного стихла.
– Мы расстались с Малькольмом задолго до его смерти, Раймонд. Наша с ним совместная жизнь – дело прошлое. Она не имеет никакого отношения ни к моему настоящему, ни к моему будущему.
– А о детях ты забыла? – пробасил Раймонд. – Ведь твои сын и дочь появились на свет благодаря вашему браку, и ты хотя бы поэтому не можешь вычеркнуть Малькольма из своей памяти.
Патриция догадалась по его интонации, что он ставит под сомнение факт, что Малькольм был отцом обоих ее детей.
– По-моему, на Эндрю и Сьюзен достаточно взглянуть один раз, чтобы с определенностью сказать: они типичные представители рода Бейнз.
– Согласен, – ответил он, буравя ее взглядом. – Но ты сделала все возможное, чтобы родственники отказались от них в первые годы их жизни!
Неслыханное обвинение переполнило чашу терпения Патриции.
– Что? – выкрикнула она. – Я заставила близких людей отвернуться от моих малышей? Да ты в своем уме? Розмари посмотрела на новорожденную Сью всего один раз, а Джарвис… тот вообще не подходил к ее кроватке!
– Мне даже известно, почему они так себя повели, – произнес Раймонд, не спуская с нее глаз.
– Да потому что Малькольм не мог справиться со своей невиданной ревностью и плел обо мне черт знает что! – повысила она голос, забыв о том, что при любых обстоятельствах должна быть сдержанной и разумной.
– Ты в очень удобном положении. – Раймонд недобро рассмеялся. – Можешь сваливать на бедолагу Малькольма все свои грехи. Ведь он уже не в состоянии тебе возразить!
Обида и возмущение сдавливали Патриции горло. Она догадывалась, почему Раймонд так настойчиво пытался унизить ее. Ведь он доверял своему кузену и продолжал отстаивать его интересы даже после смерти несчастного. Но продолжать выслушивать гадости в свой адрес у Патриции не было ни сил, ни желания.
– Я очень устала и хочу спать, – сказала она холодно и поднялась. – Спокойной ночи, Раймонд!
Он схватил ее за руку и тоже встал со стула.
– Подожди, я еще не сделал одной малости.
Патриция удивленно хлопнула ресницами.
– О чем ты?
Тепло его руки в доли секунды передалось ей, проникло в каждую клеточку тела, смешалось с горячим током ее крови.
Было уже темно, и глаза Раймонда блестели, отражая свет зажегшихся во внутреннем дворике фонарей.
Патриция вглядывалась в его расширившиеся зрачки, и ей казалось, она тонет в их бездонной глубине.
– Когда мы встретились в аэропорту, я даже не поцеловал тебя, – прошептал Раймонд. – И хочу исправить свою оплошность.
Патриция изумленно покачала головой.
– Это вовсе не оплошность. Поэтому тебе нечего исправлять… – пробормотала она, тяжело дыша.
– Ты моя родственница. А родственников при встрече целуют.
Она хотела еще раз возразить ему, но чувствовала, что разговаривать уже не в состоянии. Под влиянием какой-то незримой мощной силы и ее сдержанность, и способность контролировать эмоции, и даже страх перед мужчиной постепенно улетучились.
Раймонд наклонил голову и коснулся губами ее щеки.
Невинный поцелуй в щеку, а сколько страсти он породил в ее измученной душе! Она стояла перед ним в полной растерянности и боялась шевельнуться.
– А ты? Ты не хочешь чмокнуть меня? – спросил Раймонд. – Ведь мы так долго не виделись.
Вообще-то после поцелуя в день их знакомства они вели себя по отношению друг к другу крайне сдержанно: при встречах и расставаниях избегали, если такое было возможно, даже рукопожатий.
Но сейчас Патриция без слов приподнялась на цыпочки и поцеловала его в гладко выбритую, теплую, благоухающую изысканным одеколоном щеку. Ей хотелось прикоснуться к нему губами еще и еще раз, но она не смела.
Они долго смотрели друг другу в глаза. Патриция чувствовала, что готова век так стоять и упиваться близостью Раймонда.
Сколько прошло времени, никто из них не заметил. Когда Патриции уже чудилось, что даже воздух вокруг них пропитался флюидами чувственности, Раймонд опять наклонил голову и прильнул к ее губам.
Не помня себя от счастья, Патриция обхватила его за шею и ответила на поцелуй. У нее было такое ощущение, что вся скопившаяся в ней на протяжении целой жизни страсть вдруг вырвалась на свободу и удержать ее не в состоянии никто и ничто.
Губы Раймонда дразнили и мучили, ласкали и повелевали. Его руки легли ей на спину и скользнули вниз. Патриция тихо застонала от блаженства, чувствуя, что эти стоны доставляют Раймонду наслаждение.
С каждой секундой его движения становились все более безумными, более требовательными. Он гладил ее бедра, ее живот, ее грудь, закованные в плен одежд, а она открыто поощряла его ласки. В какой-то момент все земное перестало для нее существовать, а рассудок полностью отключился.
Теперь ничто не мешало ей отдаться чувствам, вызываемым в ней этим мужчиной. Малькольма не было, и она вновь стала свободной женщиной. Свободной и истосковавшейся по мужской ласке.
Неожиданно движения Раймонда стали более медленными, более нежными.
– На брачном ложе нам не придется скучать, – прошептал он, прижал к себе в последний раз, вытер слезы с ее щек, поднял на руки и понес с балкона внутрь замка.




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Лакомый кусочек - Бертрам Лавиния

Разделы:
Пролог123456789101112Эпилог

Ваши комментарии
к роману Лакомый кусочек - Бертрам Лавиния



слащаво
Лакомый кусочек - Бертрам ЛавинияПоли
24.10.2011, 0.21





а мне понравился...
Лакомый кусочек - Бертрам ЛавинияЛ.Руфина
10.01.2012, 4.57





приторно, местами бесит
Лакомый кусочек - Бертрам ЛавинияМарго
18.03.2012, 17.06





История понравилась, но местами Раймонд обходился с Патрицией очень уж жестоко... это отчасти пугало( и все эти избиения ее бывшего мужа... бррр(( ставлю 9 только за этот единственный минус)
Лакомый кусочек - Бертрам ЛавинияВалерия
27.01.2013, 20.21





так себе,ничего особенного. 7-8
Лакомый кусочек - Бертрам ЛавинияЛана
9.10.2013, 22.16





Да неплохо, что уж. Любовный роман, страсти, слезы...rnЧитается легко.
Лакомый кусочек - Бертрам Лавинияинна
30.10.2015, 17.11





Очередная Картленд, но без божественной любви и заикания героини: 4/10.
Лакомый кусочек - Бертрам ЛавинияЯзвочка
31.10.2015, 15.59





А что вы хотели ? Нормальный ЛР-мини, любовь-морковь и все дела.
Лакомый кусочек - Бертрам Лавинияиришка
5.11.2015, 7.15





Ну почему Гг никогда сразу не говорят о причинах своего поведения? Рассказала бы родне, что их сыночек( брат) на самом деле садист... и не было бы интриги
Лакомый кусочек - Бертрам ЛавинияЛенванна
26.11.2016, 4.47








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100