Читать онлайн Всей силой любви, автора - Берристер Инга, Раздел - 3 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Всей силой любви - Берристер Инга бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 7.96 (Голосов: 27)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Всей силой любви - Берристер Инга - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Всей силой любви - Берристер Инга - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Берристер Инга

Всей силой любви

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

3

Утром она с отвращением осмотрела свой измятый костюм и пожалела, что вечером решила не идти за чемоданом. Сейчас Кэрол понимала, что поступила весьма непредусмотрительно.
Обычно она вставала рано, но сегодня, открыв глаза, с ужасом обнаружила, что уже почти половина восьмого. Ее разбудил голос Ленарда, выпускавшего собак из сарайчика.
Сейчас, подумала Кэрол, когда он ушел в дальнюю часть сада, самое время проскользнуть незаметно вниз и взять свой чемодан. Потом я оденусь и приведу себя в порядок, а когда Ленард вернется, предъявлю ему ультиматум с требованием найти себе другую квартиру.
Она не сомневалась, что если указать ему на неуместность их проживания под одной крышей в отсутствие ее родителей, он вынужден будет переехать.
Раннее утреннее солнце уже согрело каменные плитки, которыми был вымощен двор, и, пробегая от двери дома к машине, Кэрол чувствовала босыми ногами их приятное тепло. Она дернула ручку дверцы машины и обнаружила, что та не открывается. Заперта, с досадой осознала девушка. Но кем? Она помнила, что не ею.
Конечно, Эдгар не одобрил бы такое легкомыслие. Он всегда проявлял бдительность в подобных вещах, и временами это даже раздражало Кэрол.
Пока она обдумывала сложившуюся ситуацию, послышался радостный лай собак. Они радостно бросились к девушке, и она присела на корточки, чтобы приласкать их. Эдгар неодобрительно относился к домашним животным, особенно к собакам… тем более, таким лохматым, восторженным и невоспитанным. Однако Кэрол надеялась, что когда у них появятся дети, ей удастся переубедить его. Девушка хорошо помнила, какое удовольствие для ребенка возиться со своими любимцами.
Она уже собиралась выпрямиться, как вдруг поняла, что собаки пришли не одни. Прямо перед ней стоял Ленард.
На нем были потертые джинсы, заправленные в резиновые сапоги, и старая хлопчатобумажная рубашка, которая, похоже, не только сильно полиняла от частых стирок, но и села, если судить по тому, как туго она обтягивала его широкую грудь.
Взгляд Кэрол машинально опустился ниже, и она смутилась. Джинсы, хотя и не узкие, все же сидели на бедрах Ленарда довольно плотно, а их ткань была достаточно старой и мягкой, чтобы заставить девушку обратить внимание на то, что перед ней настоящий мужчина. Странно, но находясь рядом с Эдгаром, она почему-то этого никогда не замечала.
Рассердившись на себя за слишком явную женскую реакцию, Кэрол попыталась встать, не заметив, что одна из собак наступила лапой на подол ее ночной сорочки.
В результате вырез, который, вероятно, выглядел бы вполне целомудренно на женщине более крупных пропорций, вроде миссис Санфорд, оттянулся вниз, и, когда Кэрол склонила голову, чтобы посмотреть, что же мешает ей встать, то с досадой обнаружила, что постороннему взору открыто гораздо больше, чем она ожидала.
У нее были стройные ноги, узкие бедра и на зависть тонкая талия, но очень пышная грудь. Это обстоятельство смущало Кэрол настолько, что, покупая одежду, она намеренно выбирала просторные блузки и свитера, а ее деловые костюмы непременно состояли из узких облетающих юбок и прямых, скрадывающих фигуру жакетов.
Но эта ночная сорочка явно не предназначалась для того, чтобы что-то скрывать, и жаркий румянец стыда начал проступать на щеках Кэрол. Она попыталась высвободить подол, и украшенная рюшами бретелька свалилась с ее плеча.
Теперь вся эта сцена напоминала полотно художника семнадцатого века, на котором деревенская молочница выставляет свое пышное тело напоказ перед господином.
Кэрол невольно вздрогнула. Боже, какой ужас! Она, всегда с особой щепетильностью относящаяся к подобным вещам, вдруг оказалась в такой идиотской ситуации! А ведь всего лишь хотела взять из машины свой чемодан…
Ей с трудом удалось прогнать радостно-повизгивающую собаку и выпрямиться. Поправив бретельку сорочки и собрав последние остатки самообладания, она сурово спросила:
– Это ты запер мою машину?
– Да, – последовал незамедлительный ответ. – Вообще-то ты сама должна была это сделать, ведь, как-никак, последнее время живешь в Мемфисе и прекрасно знаешь, что ее могли угнать. Не стоит думать, что в деревне ты застрахована от этого.
Кэрол сердито сверкнула глазами. В другое время она нашлась бы, что ответить, но сейчас ее волновали более важные вещи. А именно, необходимость как можно скорее одеться.
– В таком случае не будешь ли ты так любезен дать мне ключи? – едко спросила она. Ленард неторопливо приблизился. На мгновение Кэрол показалось, что сейчас он коснется ее, и она резко отпрянула назад, прижимаясь к дверце машины. Он стоял так близко, что девушка почувствовала исходящий от него легкий аромат туалетного мыла. Этот запах создавал неожиданное ощущение интимности, от которого ее охватила странная слабость.
– Тебе не стоит долго оставаться на солнце, – сказал Ленард. – С такой светлой кожей, как у тебя, недолго получить ожог, тем более что, судя по всему, тебе не часто приходится загорать.
Смысл его слов не сразу дошел до сознания Кэрол. За кого он ее принимает? За несмышленого ребенка?
– Спасибо за совет, – ледяным тоном произнесла она, – но в нем нет никакой необходимости. Во-первых, еще очень рано и солнце еще не такое сильное, чтобы вызвать ожоги. А во-вторых, я вышла во двор только для того, чтобы взять из машины свой чемодан. Если бы ты не запер мою машину и не унес ключи, я бы здесь сейчас не стояла. Так что будь добр сказать, куда ты их подевал…
Произнося эту отповедь, Кэрол обнаружила, что ее голос звучит гораздо громче, чем обычно. Она вся кипела от гнева, а этот ненавистный тип просто стоял и спокойно смотрел на нее. Правда, он слегка нахмурился, словно считал, что она устраивает истерику по пустякам.
– Твой чемодан я отнес в дом еще вчера вечером. Он стоит в холле, – спокойно ответил Ленард. – Вечером, в последний раз обходя участок, я заметил, что ты оставила его здесь, а поскольку предполагал, что, скорее всего, он понадобится тебе утром, то достал его, прежде чем запереть машину.
Он бросил на Кэрол краткий, но выразительный взгляд, и она вспомнила о том, что под сорочкой на ней ничего нет.


Ну почему я так реагирую на этого мужчину? – спрашивала себя девушка. Неужели только потому, что вчера по ошибке вообразила, что он пытается преследовать меня? Но вся эта история с погоней продолжалась чуть больше получаса, и о ней давно пора забыть! У меня нет никаких причин смущаться в присутствии Ленарда. Так почему же я буквально сгораю от стыда и унижения под его взглядом?
Кэрол злилась на себя за то, что не заметила чемодана в холле. Тогда бы она не оказалась снова в дурацком положении.
Бессильная ярость горячим, тугим комком болезненно сжала ей грудь. Впервые за всю свою взрослую жизнь она испытывала непреодолимое желание не только высказать обидчику все, что о нем думает, но и запустить в него чем-нибудь тяжелым… или разрыдаться. Боже, что сказал бы Эдгар, если бы увидел меня сейчас, в ужасе подумала Кэрол, – полуодетую, красную от стыда и досады. Разумеется, осудил бы. Он терпеть не может эмоциональной несдержанности любого рода. А если бы ему стало известно о том, какие чувства мною сейчас владеют…
Девушка отчетливо осознала, что еще немного – и она может сказать или сделать что-нибудь такое, о чем потом горько пожалеет. Поэтому она резко повернулась и направилась обратно в дом. Кэрол старалась идти твердой и решительной походкой, но ей это плохо удавалось: босые ноги путались в слишком длинной и широкой ночной сорочке, две лохматые собаки радостно прыгали вокруг, игриво хватая се за подол… но самым ужасным было то, что солнце светило в лицо, делая тонкий батист почти прозрачным и предоставляя Ленарду прекрасную возможность увидеть под сорочкой очертания ее обнаженного тела.
Когда Кэрол вошла в дом, ее била крупная дрожь. Она сжала кулаки.
Ну почему я, которая без труда справляется с любой сложной ситуацией на работе, теряюсь в присутствии этого мужчины? – недоумевала девушка.
В кухне попугай Лютер при виде ее начал злобно кудахтать, а затем хрипло выкрикнул:
– Смотри, не потеряй штанишки, кр-р-расотка!
Это было последней каплей, переполнившей чашу терпения Кэрол. Она приблизилась к птице и угрожающе произнесла:
– К твоему сведению, на мне их нет, и терять мне нечего! А если ты сейчас же не заткнешься, я сверну твою костлявую шею и сделаю из тебя фарш, дурак!
Только услышав сдавленный смех, Кэрол догадалась, что Ленард шел следом за ней. Она резко обернулась, чувствуя, как ее лицо покрывается красными пятнами, и он поспешно сделал вид, что закашлялся.
– Я бы не советовал тебе поступать так с Лютером, – проговорил Ленард. – Ты ведь знаешь, что твоя мама обожает его.
– Зато я терпеть не могу, – проскрежетала сквозь зубы Кэрол, бросив ненавидящий взгляд сначала на мужчину, потом на птицу.
Отыскав в холле свой чемодан, Кэрол отнесла его наверх, потом приняла душ и оделась. Пытаясь обрести привычное состояние уверенной в себе деловой женщины, она надела строгую кремовую блузку и темно-синий в тонкую полоску костюм, невольно вспомнив, как впервые продемонстрировала его Эдгару.
– Очень элегантно. И сидит отлично, – сказал тот и осторожно заметил: – Вот только, мне кажется, юбка немного коротковата. – Он помолчал и добавил: – Думаю, тебе не стоит надевать его во время следующего визита к моим родителям. Мама считает, что юбки выше колена – это верх неприличия.
Это замечание вызвало у Кэрол легкое раздражение, и она едва удержалась, чтобы не заявить Эдгару, что взгляды его матушки – вовсе не непреложная истина, так что никто не обязан подстраиваться под них.
Надев костюм на работу, Кэрол получила немало комплиментов от коллег-мужчин. Раньше ее не слишком волновали подобные вещи, но теперь невольно промелькнула мысль о том, что ей было бы приятно, чтобы Эдгар отметил, какие стройные у нее ноги. А если бы он окинул эти самые ноги таким же долгим оценивающим взглядом, какой она нечаянно поймала на себе, проходя мимо одного из молодых сотрудников, было бы еще лучше.
Однако Кэрол давно поняла, что для стабильных взаимоотношений между мужчиной и женщиной нужно нечто большее, чем физическое влечение, и считала, что они с Эдгаром – идеальная пара.
Странно, но почему-то, вспомнив о нем сейчас, Кэрол расстроилась еще больше.
Девушка была уверена, что будущий муж не одобрил бы то, что она живет под одной крышей с Ленардом. Причем даже не потому, что мог приревновать ее или заподозрить в чем-то неподобающем… Нет, разумеется, нет. Об этом и речи быть не могло.
А вот его мать строго следила за соблюдением приличий. Она могла время от времени нагрянуть в Мемфис с неожиданным визитом и, как бы случайно, заглянуть к Кэрол, и, хотя миссис Брент каждый раз говорила, что делает это импульсивно, под воздействием момента, у девушки сложилось отчетливое впечатление, что будущая свекровь на самом деле хотела убедиться, что они с Эдгаром все еще живут раздельно.
Эта женщина не одобряла молодых людей, которые начинали жить вместе до свадьбы.
– Мужчинам в этом плане нельзя доверять, – как-то сказала она Кэрол. – Поэтому вся ответственность ложится на женщину, которая обязана следить за тем, чтобы будущий муж относился к ней с достаточным уважением. Он не должен даже помышлять о том, чтобы просить ее переехать к нему.
Девушка ничего не могла возразить по поводу того, что мужчина и женщина должны питать друг к другу уважение, но временами все же ловила себя на крамольной мысли о том, что ей хочется, чтобы они с Эдгаром провели ночь вместе.
Эти безумные идеи обычно возникали после того, как Кэрол навещала своих родителей и становилась свидетельницей их все еще очевидного взаимного счастья. Пожалуй, с этой точки зрения Эдгар был прав, утверждая, что они оказывают на дочь дурное влияние.
Кэрол знала, что он не одобряет их образ жизни, но попыталась оспорить это всего лишь однажды.
– Мама и папа очень счастливы вместе, – сказала она. – Чтобы убедиться в этом, достаточно посмотреть на них, послушать, как они разговаривают друг с другом…
Жизнь ее родителей всегда была наполнена теплом и смехом, тогда как Эдгар редко смеялся, да и она сама тоже, особенно в последнее время.
Однако, выслушав замечание Кэрол, он настолько глубоко оскорбился, что она пожалела о том, что вообще затронула эту тему.
Очнувшись от непрошеных воспоминаний, девушка напомнила себе, что ей предстоит серьезный разговор с Ленардом, к которому следует подготовиться, чтобы опять не попасть в дурацкое положение.
Она уложила феном волосы, сделала весьма сдержанный макияж, подкрасила губы светлой помадой и отправилась в кухню.
Подойдя к двери, Кэрол остановилась и сделала глубокий вдох. Теперь, во всеоружии, обретя привычный облик деловой женщины, она была уверена, что сможет взять ситуацию под контроль и даст Ленарду понять, что не собирается терпеть его присутствие в доме. Кэрол испытывала искушение объяснить этому человеку, что ее родители сделали ошибку, пригласив его на ферму, и что она способна справиться с хозяйством без его помощи, но по зрелом размышлении была вынуждена признать, что не готова взять на себя такую ответственность. Ей еще никогда не приходилось сталкиваться с таким делом, как уход за лошадьми. А ведь это занятие дает ее родителям средства к существованию, и если что-то пойдет не так…
Сделав еще один глубокий вдох, Кэрол распахнула кухонную дверь.
Ленард разливал кофе в чашки. Он поднял голову и небрежно сказал:
– Отлично, я как раз хотел сообщить тебе, что завтрак готов. – Потом он посмотрел на нее более внимательно и, нахмурившись, добавил: – Я не знал, что ты с утра куда-то собираешься.
– Собираюсь? – резко переспросила Кэрол. – Лично я никуда не собираюсь.
Он поставил кофейник на стол и с нескрываемым удивлением спросил:
– Не будешь же ты ходить в таком виде? Здесь больше подошли бы джинсы и рубашка.
– Тебя не касается, что и где я предпочитаю носить, – огрызнулась Кэрол.
– Пожалуйста, надевай, что хочешь, – сказал Ленард, пожимая плечами. – Не стоит нервничать, тем более до завтрака – так ты испортишь себе желудок. Все готово. Садись к столу. Твоя мама говорила, что ты любишь омлет.
Омлет? У Кэрол отвисла челюсть.
– Терпеть не могу, – проскрежетала она. – И вообще не завтракаю.
– Ну, это ты зря, – все так же спокойно отозвался Ленард. – Твоя мать права, ты действительно слишком худая. Правда, не везде, – задумчиво добавил он.
Кэрол вспыхнула, догадавшись, что он имеет в виду. На нее нахлынули мучительные воспоминания о том, что произошло утром во дворе, когда она по неосторожности предоставила Ленарду возможность рассматривать свою пышную грудь, и жаркая волна начала расползаться по ее телу, заливая лицо обжигающим темным румянцем.
– Нам надо поговорить, – сказала она, с трудом приходя в себя.
– Да? Ну, хорошо, тогда тем более присаживайся к столу. Ты как хочешь, а я не собираюсь отказываться от завтрака.
Ленард придвинул ей стул, и Кэрол, чтобы не спорить понапрасну, села, с отвращением наблюдая, как он взял одну из двух стоящих на столе тарелок с омлетом и с аппетитом принялся за еду.
Почему мама сказала ему, что я люблю эту гадость? – недоумевала девушка. Она ведь прекрасно знает, что я с детства ненавижу любые блюда из яиц. И вообще, с какой стати ей пришло в голову обсуждать с Ленардом мои вкусы?
– Так о чем ты хотела поговорить? – спросил он.
Приняв серьезный деловой вид, Кэрол заявила:
– Я требую, чтобы ты нашел себе другое жилье. По крайней мере, на время отсутствия моих родителей. Ты должен понимать, какие могут возникнуть слухи и сплетни из-за того, что мы оба живем здесь. Видимо, папа и мама уезжали в спешке, и им даже в голову не пришло, что твое присутствие может поставить меня в неловкое положение.
– В неловкое положение? – переспросил Ленард. – Каким же образом?
Кэрол сверкнула на него глазами. Неужели придется объяснять очевидное?
– Но ты одинокий мужчина, а я… Я почти обручена.
– А-а, – протянул он, – ты хочешь сказать, что твой «почти жених» будет возражать. Неужели он тебе не доверяет?
– Разумеется, доверяет, – возмутилась Кэрол. – Эдгар знает, что я никогда не…
– Никогда – что? – с интересом спросил Ленард, забыв об омлете.
Он смотрел на Кэрол так пристально, что его взгляд подействовал на нее почти гипнотически, заставив забыть все, что она собиралась сказать.
Оказывается, у него золотистые глаза, удивленно подумала девушка. Она еще никогда не видела глаз такого янтарного цвета.
Ей хотелось молча, не отрываясь, смотреть в их глубину, но вместо этого она разразилась торопливым и почти бессвязным потоком слов, который увлекал ее все глубже и глубже в трясину смущенных признаний и запальчивых обвинений.
– Я понял, – негромко сказал Ленард, когда она наконец умолкла. – Ты предлагаешь мне переехать не потому, что твой «почти жених» может вообразить, что проживание под одной крышей со мной может склонить тебя к моральному падению, а потому, что это не понравится его родителям. А что это вообще за человек, твой Эдгар Брент? – довольно мягко поинтересовался он. – Почему для него так важно мнение матери? Честно говоря, – добавил Ленард, прищурившись, – я не могу понять, почему вы с ним до сих пор не обручились по-настоящему, или, что еще лучше, не поженились? Поверь, если бы я нашел женщину, с которой готов провести остаток жизни, то не позволил бы ей долго оставаться свободной. Я постарался бы максимально заполнить ее жизнь и мысли, чтобы у нее не возникало желания найти кого-нибудь другого.
Кэрол возмущенно уставилась на него.
– Если ты думаешь, что я хочу найти себе кого-нибудь другого, то глубоко ошибаешься, – резко заявила она. – Эдгар меня вполне устраивает.
– Устраивает? – Темные брови Ленарда удивленно приподнялись. – Это слово, дорогая моя Кэрол, не слишком подходит для описания отношений молодых людей. Теперь мне ясно, почему этот твой «почти жених» не возражает против того, чтобы ты уехала от него на несколько недель. Если вы с ним друг друга просто устраиваете, то…
– Значит, если бы ты был почти обручен с какой-нибудь девушкой, то держал бы бедняжку на привязи и не позволял бы шагу сделать без тебя, – язвительно перебила его Кэрол. – Так вот знай: я не выношу мужчин-собственников.
– О, нет, я не собственник, – возразил Ленард. – Если отношения мужчины и женщины основаны на прочной взаимной любви, в этом нет необходимости. Я только хотел подчеркнуть, что со стороны вы с Эдгаром как-то не похожи на людей, которые собираются пожениться. Впрочем, если тебя это устраивает…
– Вполне, – отрезала Кэрол, досадуя, что, они так далеко отклонились от запланированной ею темы разговора. – Между прочим, я не собиралась обсуждать с тобой свои отношения с Эдгаром, а хотела поговорить совсем о другом. Так вот, то, что мы с тобой не можем жить под одной крышей – бесспорно. – И она замолчала, ожидая его ответа.
Ленард надкусил ломтик поджаренного хлеба, неторопливо прожевал его и запил несколькими глотками кофе.
Что за человек! Ведь он делает это нарочно, чтобы позлить меня, подумала Кэрол и вдруг почувствовала, что голодна. Она смущенно прикусила губу. Что со мной происходит? Я ведь обычно не завтракаю…
Да, но обычно ты не выходишь из себя, язвительно напомнил ей внутренний голос, ни с кем не обсуждаешь своих отношений с Эдгаром… и, безусловно, не имеешь привычки разгуливать в ночной сорочке на глазах у постороннего мужчины.
Закончив завтракать, Ленард пристально посмотрел на Кэрол и с невинной прямотой спросил:
– Так значит, ты собираешься вернуться в Мемфис?
Девушка едва не задохнулась от гнева.
– Я никуда не собираюсь, – решительно заявила она. – Уехать придется тебе. Ты должен понять, что твое присутствие здесь просто невозможно.
– Честно говоря, я этого не понимаю, – довольно резко ответил Ленард, неожиданно отбросив небрежный, почти беспечный тон. Взгляд, которым он изучал Кэрол через стол, был почти пугающим. – И, если тебе интересно мое мнение, вообще считаю твои возражения нелепыми. Ты говоришь так, как будто мы живем в прошлом веке, и мне чрезвычайно странно слышать это от такой современной девушки. В наше время трудно предположить, что кто-нибудь, кроме дражайшей матушки Эдгара, может усмотреть что-либо неприличное в том, что мы живем в одном доме, особенно, учитывая, что твои родители против этого не возражают, а ты сама почти обручена.
– Так значит, ты не уедешь? – напрямик спросила Кэрол.
– Нет. Я обещал твоим родителям присмотреть за их хозяйством и намерен сдержать слово. Если ты хочешь остаться – хорошо, если нет…
Ленард пожал мощными плечами, и Кэрол пришло в голову, что, возможно, он намеренно вынуждает ее уехать, чтобы обеспечить себе свободу действий и без помех привести в исполнение тайный план погубить бизнес семьи Санфордов.
– Я не уеду, – решительно заявила она, приподняв подбородок и сверкнув глазами.
Взгляд, который девушка получила в ответ, удивил ее. В нем проглядывал некий триумф, словно она отреагировала именно так, как хотел Ленард. Но это же невозможно… Он не может радоваться ее присутствию здесь!
– Хорошо, – спокойно сказал он. – В таком случае, ты мне поможешь. На следующей неделе я должен съездить на парочку аукционов, и ты подменишь меня, если я не успею вернуться к моменту, когда нужно будет задать лошадям корму и почистить их.
Это небрежное замечание только усилило возмущение Кэрол. Неужели этот чужак собирается диктовать ей, что делать в родительском доме?
Она хотела было резко возразить, но вовремя остановила себя, решив, что не стоит липший раз провоцировать собеседника. У нее не было ни тени сомнения в том, что Ленарду правится подзуживать ее. Он, наверное, надеется, что в конце концов она обидится и уедет.
Поэтому девушка подавила гнев и как можно небрежнее спросила:
– Ты имеешь в виду аукционы по продаже земли и недвижимости? Мама говорила, что ты тоже собираешься заняться разведением лошадей…
– Да, это так. И твои родители одобрили мою идею.
Кэрол была уже почти убеждена, что Ленард хочет составить им конкуренцию. Конечно, ведь ему известно, что в округе не так уж много фермеров, которые взяли на себя смелость связаться с такими элитными породами…
– Значит, решено, – подвел итог разговору он. – Мы оба остаемся здесь, и если у тебя возникнут проблемы с матерью Эдгара, ты всегда сможешь направить ее ко мне. Я готов засвидетельствовать, что твое поведение во время нашего совместного пребывания здесь было безупречным.
От возмущения лишившись дара речи, Кэрол удовлетворилась тем, что повернулась к Ленарду спиной и сделала вид, что не слышала его последних слов.
Да, ему явно доставляет удовольствие смеяться надо мной, думала она. Разумеется, для него в порядке вещей переспать с любой женщиной, которая ему приглянулась. Таким мужчинам никогда не понять, что у представительниц слабого пола могут быть другие устремления и потребности. Хорошо, что я невосприимчива к мужской красоте и сексуальности, и тот факт, что Ленард – привлекательный мужчина, для меня ничего не значит. Важна не внешность, а характер. Взять, например, Эдгара – он, конечно, не так красив и вызывающе мужественен, но его деловые качества, ровный характер, любовь ко мне…
Тут Кэрол вдруг осознала, что на личность Эдгара довольно сильно повлияла мать, и иногда он бывает чересчур резок, даже жесток, а его любовь к ней почти никак не проявляется… Да, он считает, что эмоциональные и физические отношения между людьми – слишком ненадежная основа для стабильного брака, но даже в этом случае… И все же она не решилась продолжать размышления на эту опасную тему.
Между тем Ленард встал из-за стола и объявил:
– Сейчас должен прийти Патрик. Я обещал ему помочь подковать нашего самого строптивого жеребца. Если хочешь, приходи посмотреть. Мы будем в кузнице до обеда.
И, небрежно кивнув Кэрол на прощание, он вышел из кухни, оставив девушку в полной растерянности.


4.
Разумеется, я не пойду в кузницу! Мне там нечего делать, решительно сказала себе Кэрол полтора часа спустя, когда чемодан был распакован, а посуда вымыта, и настало время подумать, чем заняться дальше. Повинуясь необъяснимому приливу энергии, она подошла к окну кухни и оглядела двор, затем снова направилась к двери.
В доме тоже полно дел, попыталась внушить себе Кэрол, например…
Она старалась не обращать внимания на внутренний голос, который нашептывал ей: «На улице ласково светит солнце, и не будет ничего дурного, если ты немного прогуляешься… В конце концов, имеет смысл проверить, в чем заключаются обязанности двух наемных работников, которые помогают родителям. И потом, кажется, именно в это время дня мать выводила лошадей на водопой?»
Кэрол нахмурилась. До нее вдруг дошло, что на самом деле она довольно слабо представляет, как на практике вести подобное хозяйство. Приезжая к родителям на выходные, девушка обычно была занята тем, что пыталась помочь отцу разобраться с бухгалтерскими книгами и убедить его в необходимости заменить допотопную систему учета на более современную.
Конечно, иногда Кэрол случалось заходить в конюшни, хотя бы для того, чтобы приласкать лошадей. Она даже знала кое-что о новых проектах родителей, например, о том, что не так давно они построили кузницу и наняли специального работника, который должен был следить за состоянием копыт их питомцев. Но что касается повседневной, рутинной работы: кормежки, выгула, чистки лошадей и прочего – в этом Кэрол совершенно не разбиралась.
Она сердито прикусила нижнюю губу и тут же разозлилась на себя за эту детскую привычку.
Было уже почти одиннадцать.
Не сидеть же мне целый день взаперти только для того, чтобы Ленард не подумал, что я готова выполнять его указания? Это же просто глупо! – злилась Кэрол. Если хорошенько поразмыслить, то становится ясно, что этот тип гораздо хитрее, чем кажется на первый взгляд. Он мог намеренно предложить мне пойти в кузницу, зная, что я наверняка откажусь. А я попалась в эту ловушку!
Может быть, как раз в эту самую минуту он уродует копыта самой лучшей маминой лошади, а я сижу здесь сложа руки?!
Кэрол торопливо направилась к задней двери, ведущей во двор, но потом снова остановилась в нерешительности. Она вовсе не хотела, чтобы Ленард догадался, что она следит за ним. Ему ни к чему знать, что они с Эдгаром подозревают, с какой целью он втерся в доверие к ее родителям.
Тут взгляд девушки случайно упал на чайник, и она удовлетворенно улыбнулась.
Ну, конечно! Если сделать вид, что я хочу протянуть Ленарду оливковую ветвь примирения и под этим предлогом принести ему и работнику завтрак, он ничего не заподозрит и перестанет остерегаться меня. А тогда будет гораздо легче выяснить, что он замышляет.
Ругая себя за то, что эта мысль не пришла ей в голову раньше, Кэрол принялась варить кофе.
Конечно, ей было не по себе при мысли о том, что мужчина, да еще такой, как Ленард, будет считать себя победителем и думать, что она готова прислуживать и подчиняться ему. Но что поделаешь, иногда приходится прибегать к хитрости и дипломатии.
В конце концов, я делаю это не ради себя, а ради родителей, успокаивала себя девушка. Они потратили столько сил, чтобы наладить небольшое, но, как оказалось, прибыльное дело, и так гордились своими успехами, что если потеряют все, что было создано кропотливым трудом – это просто убьет их. И я, как преданная дочь, должна позаботиться о том, чтобы ничего подобного не случилось! Эдгар был совершенно прав, когда предупреждал меня об опасности, которая исходит от Ленарда.
Однако Кэрол не терпела лжи и фальши, и необходимость проявлять притворно дружеские чувства к Ленарду тяготила ее. Неприятное ощущение, что она ведет себя нехорошо, не оставляло девушку, но она, хотя и с трудом, все же подавила его.
Обследовав кухонные шкафы, Кэрол отыскала термос и наполнила его горячим кофе. В жестяной коробке нашлось несколько домашних булочек, видимо, испеченных перед отъездом матерью. Девушка достала четыре штуки, разрезала и намазала маслом.
Уложив все это в плетеную корзинку, она уже открыла заднюю дверь, как вдруг услышала резкий возглас:
– Смотри под ноги! Смотри под ноги!
Чертов попугай! – вздрогнув, мысленно выругалась Кэрол. После ухода Ленарда он сидел так тихо, что она забыла о его существовании.
Поскольку дом был старым, с толстыми стенами и маленькими окнами, в комнатах даже в самые жаркие дни стояла приятная прохлада. Выйдя же на улицу из сумрака прихожей, Кэрол невольно зажмурилась от яркого солнечного света.
Видимо, с Ленардом ушла только одна из собак, а вторая, по какому-то взаимному собачьему соглашению, осталась сторожить дом. Она лежала в тени у ворот и, услышав шаги Кэрол, подняла голову, дружелюбно помахивая хвостом. Девушка сказала ей несколько ласковых слов и двинулась дальше.
Однако, пройдя уже добрую половину пути, Кэрол вдруг сообразила, что неплохо было бы сначала переодеться. Юбка, которую она надела утром, была слишком узка и сдерживала шаг даже на относительно ровном пространстве двора, в жакете было жарко, а туфли, хотя и на низком каблуке, должны были неминуемо увязнуть в рыхлой почве.
Кэрол выросла в деревне и прекрасно знала, какая одежда там нужна. Поэтому, собираясь к родителям, она обязательно брала с собой кроссовки и старые джинсы, а ее старелькие резиновые сапожки постоянно стояли на решетке у задней двери дома.
Ну почему я снова веду себя так глупо? – рассердилась на себя Кэрол. Любая дура догадалась бы, что этот наряд не подходит для деревни, – даже та, которая знакома с сельской жизнью только по рекламным фотографиям в журналах.
Здание кузницы уже показалось вдалеке, и двое работающих там мужчин наверняка заметили, как она осторожно пробирается по заросшей травой тропинке, а это означало, что возвращаться назад, чтобы переодеться, уже поздно.
Кэрол спешила проверить, чем же занимается Ленард, и совершенно забыла, что надела именно этот костюм с целью продемонстрировать Ленарду, что она серьезная деловая женщина. И вот теперь, как бы ни хотелось ей повернуть назад, снять костюм или хотя бы сбросить жакет, она вынуждена стоически пробираться вперед, делая вид, что ей очень удобно в этом элегантном, но совершенно неуместном в данной ситуации и даже смешном наряде.
Проходя мимо конюшни, Кэрол увидела, что ее ворота раскрыты, а внутри царит образцовый порядок.
Она вспомнила, что когда в последний раз приезжала домой, мать рассказывала:
– Я постоянно расспрашиваю местных стариков, выведывая секреты ухода за лошадьми, и записываю их советы. Вот, например, список домашних способов борьбы с болезнями, которым часто бывают подвержены породистые жеребята. – И миссис Санфорд с гордостью показала дочери толстую тетрадь.
Судя по всему, мать успешно применяет все это на практике, отметила Кэрол.
Кузница была отделена от остальной территории фермы живой изгородью из кустов боярышника. Его зеленые ветви были усыпаны душистыми цветами, и девушка с наслаждением вдыхала их аромат. Пройдя полмили в неудобной обуви, да еще по жаре, она почувствовала, что у нее затекли ноги, а корзинка вдруг стала казаться ужасно тяжелой. Оглядевшись, Кэрол увидела, что ей придется сначала взобраться, а затем спуститься по проложенной через изгородь лестнице. Девушка недовольно нахмурилась. Она хорошо помнила, что в свой прошлый приезд проходила туда через калитку.
Лестница, хотя и прочная на вид, представляла серьезное препятствие. Не так-то легко будет взобраться по ней в такой узкой юбке. Пожалуй, это вообще будет невозможно, если только не подтянуть юбку сантиметров на двадцать вверх.
Кэрол остановилась, вполголоса ругая себя за глупость. Ее совсем не прельщала перспектива лезть куда-то, задрав юбку, да еще и на глазах у двух мужчин.
От жары она вспотела и чувствовала себя не в своей тарелке. Хорошенький, наверное, у меня сейчас вид, раздраженно думала девушка, – ничего общего с холодной элегантностью, к которой я привыкла. Кроме всего прочего, порывом ветра ей растрепало волосы, и она вынуждена была поставить корзину на землю, чтобы откинуть пряди с лица.
Кэрол винила во всем Ленарда. В конце концов, именно из-за него ей пришлось идти по неровной тропинке в туфлях на каблуке, а теперь еще предстоит перелезть через эту чертову изгородь…
– Тебе помочь?
Девушка была настолько поглощена своими мыслями, что не услышала приближения Ленарда.
Солнце светило в глаза, и ей пришлось прищуриться, чтобы сфокусировать на нем взгляд. Он стоял на верхней площадке лесенки, небрежно натягивая рубашку. По его обнаженной, бронзовой от загара груди стекали струйки пота со следами земли. Порыв ветра, который испортил прическу Кэрол, растрепал и его волосы, но, по крайней мере, он был одет соответственно ситуации. В то время как она… Никогда Кэрол еще не оказывалась в таком дурацком положении перед существом противоположного пола. И ей почему-то было особенно неприятно, что она выглядит идиоткой в глазах именно этого мужчины.
Прикрыв ладонью глаза, Кэрол с подозрением вглядывалась в лицо Ленарда, пытаясь разглядеть насмешку, потому что понимала, что на его месте вряд ли удержалась бы от смеха. Но, к своему удивлению, она увидела лишь выражение искренней озабоченности, словно он и в самом деле собирался всего лишь помочь ей.
И Кэрол внезапно охватило странное чувство. Она не привыкла к тому, чтобы мужчины предлагали ей помощь, баловали, защищали, и всегда говорила себе, что галантные манеры давно устарели, да и вообще служили выражением покровительственного отношения мужчин к женщинам, иначе говоря, эмоциональными и финансовыми цепями, которыми так долго были скованы представительницы ее пола.
Однако когда Ленард застегнул рубашку и спустился ей навстречу по лесенке, Кэрол вдруг подумала, что Эдгар, пожалуй, никогда не поступил бы так. Он спокойно предоставил бы ее самой себе, даже не задумавшись о том, чтобы прийти на помощь.
Вот если бы его матери предстояло перебраться через изгородь, тогда еще, может быть…
Однако Ленард был уже рядом, и Кэрол замерла в смущении.
– С тобой все в порядке? – негромко спросил он. – Конечно, я рад, что ты решила прийти сюда, но…
Сейчас он скажет что-нибудь насчет того, что я не так одета, подумала Кэрол и сжалась, готовясь возразить. Но Ленард, видимо заметив ее напряжение, спокойно продолжил:
– Ни к чему тебе было тащить с собой такую тяжелую корзину.
– Я подумала, что вы с Патриком, наверное, проголодались, – пробормотала девушка, невольно испытывая благодарность за то, что он ничего не сказал о ее одежде.
– Спасибо за заботу. А теперь давай руку, я помогу тебе перебраться через изгородь. Протяни мне корзинку, – добавил он, увидев, что она снова взялась за свою ношу.
Видимо, меня и впрямь разморило на солнце, подумала Кэрол, чувствуя головокружение и слабость. Она послушно опустила корзинку на землю и, позволив Ленарду подойти еще ближе, вдохнула запах его разгоряченного тела.
Неожиданное ощущение того, что рядом стоит мужчина – земной, сильный, горячий и потный, вызвало такой шокирующий эротический отклик в теле Кэрол, что она застыла в напряжении, словно статуя. Ошеломленная своей реакцией, девушка не сразу сообразила, что собирается делать Ленард, пока он не подхватил ее на руки.
– Нет… Совершенно не обязательно переносить меня… Я вполне могла перебраться через изгородь сама… – попыталась протестовать Кэрол, однако ощущение, что она неожиданно оказалась во власти другого человека, оказалось настолько необычным, что девушка инстинктивно прижалась к широкой, сильной груди Ленарда, а ее слабые возражения затихли сами собой.
И все же, видимо, он что-то услышал, потому что ответил небрежно:
– Лучше уж я перенесу тебя. А то ты порвешь юбку, или, что еще хуже, подвернешь ногу.
Сердце Кэрол билось вдвое быстрее обычного, ей не хватало дыхания. Она беспомощно закрыла глаза, надеясь, что если не будет смотреть на Ленарда, непрошеные эротические ощущения немедленно исчезнут. Но это не помогло.
Он остановился, и она снова подняла ресницы. Ее взгляд уперся в его встревоженное лицо, едва не утонув в бездонной глубине янтарных глаз.
– С тобой все в порядке?
Его грудь была так близко, что Кэрол не только услышала, но и почувствовала эти слова. Она ожидала, что взгляд устремленных на нее янтарных глаз будет холодным и равнодушным, но они светились теплом и… и заботой.
Нет, это невозможно, сказала она себе, усилием отводя глаза в сторону и пытаясь найти какой-нибудь безопасный предмет, на котором можно было бы сфокусировать взгляд. Тут Ленард слегка передвинул руки, перераспределяя вес, и почти полностью закрыл ей обзор.
Кэрол даже не представляла, как приятно ощущать на своем теле мужские руки, особенно такие – загорелые и крепкие, покрытые темными волосками, поблескивающими на ярком солнце.
У нее вдруг пересохло во рту. Непонятное смущение и странное желание провести пальцами по мускулистому изгибу руки Ленарда не оставляло Кэрол, и тут она увидела, что волоски на его коже слегка приподнялись, как будто она действительно поддалась искушению и коснулась их.
Неужели он проник в мои мысли и понял, что я чувствую? – ужаснулась девушка.
Окончательно смутившись, она резко повернула голову и тут же вновь встретилась с его взглядом. Ленард смотрел на нее сурово, слегка нахмурившись и плотно сжав губы.
– Тебе плохо? – резко спросил он.
Кэрол была уверена, что он разгадал ее состояние, но прошло несколько секунд, и она поняла, что ошиблась. С благодарностью ухватившись за предлог, который Ленард невольно подбросил ей, она проговорила:
– Нет, нет… Со мной все в порядке. Это тебе, наверное, уже плохо. Незачем было переносить меня через изгородь, Ленард. Я вполне могла взобраться на лестницу, и, честно говоря, я бы предпочла преодолеть это препятствие самостоятельно. Давно прошли те времена, когда женщинам нравилось, что бы с ними обращались как с фарфоровыми статуэтками, – сурово, даже слегка язвительно добавила она, когда Ленард осторожно опустил ее на землю.
И вдруг Кэрол с невиданной остротой ощутила, как ей недостает теплого соприкосновения с его телом. Признаться в этом даже себе самой было невыносимо. Но еще более невыносимым было желание прикоснуться к нему.
Да что это на меня нашло?! – попыталась урезонить себя девушка. Воспоминание о том, что она чувствовала, находясь в объятиях Ленарда, заставило Кэрол виновато вспыхнуть. Она опустила голову и сделала вид, что отряхивает свой костюм.
Твое поведение просто смешно, мысленно выговаривала себе девушка. Ты никогда не испытывала ничего подобного, глядя на мужские руки.
Вспомнив руки Эдгара, Кэрол вынуждена была признать, что он очень проигрывал бы рядом с Ленардом. Конечно, ее жениха нельзя было назвать тщедушным, но все же одного взгляда было достаточно, чтобы с уверенностью сказать, что он занимается умственным, а не физическим трудом. Эдгар всегда боялся обгореть на солнце, а потому никогда не загорал. Кэрол довольно редко видела своего друга в рубашке с коротким рукавом, и, насколько помнила, его руки были бледными, почти лишенными волос. Разумеется, их вид никогда не возбуждал в ней шокирующих, непристойных ощущений, которые она испытала только что. И слава Богу, что не возбуждал. Эдгар наверняка пришел бы в ужас, признайся она ему в чем-нибудь подобном. Ее реакция на Ленарда была такой… такой примитивной, такой до неприличия сильной, такой не характерной для деловой женщины…
Между тем Ленард забрал оставшуюся по ту сторону изгороди корзину и снова подошел к Кэрол. Вид у него был довольно хмурый. Заставив себя вспомнить, зачем она пришла в кузницу, девушка убедила себя в том, что, разумеется, он вовсе не рад ее неожиданному появлению здесь.
Она посмотрела в сторону Патрика, который возился у наковальни, и, пытаясь сделать вид, что ее совершенно не волнует присутствие Ленарда, заставила себя сосредоточиться.
Несомненно, его показная галантность имела целью усыпить мое внимание, убеждала себя Кэрол. Он хотел задурить мне голову, а я, дурочка, отреагировала на это, как шестнадцатилетняя девчонка, которую никогда не обнимали и не целовали.
Целовали… Неожиданно мысли предательски вышли у Кэрол из-под контроля, и она задумалась о том, каково бы это было, если бы Ленард поцеловал ее: склонил голову, прижался губами…
Девушка вновь ощутила сухость во рту и нервное напряжение во всем теле. Губы ее слегка покалывало, и она провела по ним языком, словно желая убедиться, что они не вспухли от горячего мужского поцелуя.
– Послушай, с тобой действительно все в порядке? – снова поинтересовался Ленард, который явно заметил, что ей не по себе. – Солнце припекает очень сильно. Как бы ты не перегрелась на такой жаре.
Однако вместо того чтобы обрадоваться тому, что он опять неверно истолковал ее реакцию, Кэрол разозлилась.
– Я в полном порядке, – огрызнулась она. – А что касается жары, то можешь не беспокоиться. Не забывай, что я у себя дома, Ленард. Пусть я последнее время живу в Мемфисе, но выросла-то в Техасе, под этим самым жарким солнцем, – язвительно добавила она и, прежде чем он успел ответить, спросила: – Что делает Патрик?
– Он раздувает огонь. Твоя мама собирается вскоре выставить на продажу свою любимицу, вот эту пегую кобылу. – И он указал Кэрол на красавицу-лошадь, которая паслась неподалеку. – Но она что-то вчера захромала, и нам нужно сменить ей подкову на передней левой ноге.
В эту минуту кобыла, словно предчувствуя не слишком приятную процедуру, издала громкое ржание и поскакала прочь.
– Извини, – сказал Ленард. – Пожалуй, мне нужно помочь Патрику поймать ее.
Щурясь от яркого солнца, Кэрол смотрела, как он легко побежал вслед лошади.
А у меня действительно слегка кружится голова, заметила она. Может быть, именно поэтому я так странно реагирую на Ленарда?
Кэрол неприятно было признавать, что он прав и она действительно перегрелась на солнце, но, с другой стороны, это была объективная причина, объясняющая ее странную реакцию.
Она даже припомнила, что когда-то читала о том, что люди сходили с ума, перегревшись на солнце. Впрочем, кажется, это было в африканской пустыне, а не в Техасе… Однако ей и в самом деле было ужасно жарко в городском костюме.
Девушка сняла жакет и решительно направилась к кузнице, куда Ленард уже вел под уздцы пегую кобылу.
Пока что ничто не говорило о том, что он успел нанести лошади какой-либо вред, по, тем не менее, Кэрол решила, что стоит немного понаблюдать за ним.
Мысль о том, что ей придется возвращаться домой в этой узкой юбке, прилипших к ногам колготках и тесных туфлях, не вызывала у нее энтузиазма. В результате, постояв минут пятнадцать в дверях кузницы, Кэрол решила, что пока что предприятию ее родителей ничего не угрожает.
Если я задержусь здесь надолго, Ленард может вообразить, что я пришла ради него, убеждала она себя. Конечно, это смешно и абсолютно не соответствует действительности, но лучше не давать ему повода для подобных выводов.
И Кэрол приняла решение. Холодно улыбнувшись склонившимся над копытом пегой кобылы мужчинам, она сообщила, что идет домой.
– Жаль, что я не смог показать тебе остальных лошадей, – извинился Ленард, поднимаясь на ноги и вытирая о джинсы грязные руки. – По нам надо закончить с этой красавицей, а потом еще накосить сена, пока погода не испортилась. В ближайшие дни обещают грозу.
Гроза! Услышав это слово, Кэрол задрожала. Она с детства панически боялась грозы, причем не столько грома, сколько молнии. Однажды, когда она была еще совсем маленькой, молния на ее глазах ударила в дерево, и эта картинка навсегда осела в подсознании. С тех пор, как Кэрол ни пыталась убедить себя, что для страха нет причин, она ничего не могла с собой поделать.
Заметив ее состояние, Ленард нахмурился, Но прежде чем он успел сказать хоть слово, Кэрол отвернуласт и быстро пошла прочь.
Еще не хватало, чтобы он решил, будто я медлю, чтобы подольше побыть в его обществе, думала она. У меня хватает дел и в доме.
Для начала надо будет разобраться с бухгалтерскими счетами отца…
– Лестница! – крикнул ей вслед Ленард.
Но Кэрол, обернувшись, покачала головой и, кивнув в сторону калитки, крикнула в ответ.
– Не волнуйся! Я пройду там.
Для этого нужно было сделать крюк, но она ни за что на свете не согласилась бы оказаться в объятиях Ленарда во второй раз и снова испытать головокружительное ощущение его близости…




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Всей силой любви - Берристер Инга

Разделы:
1235678910

Ваши комментарии
к роману Всей силой любви - Берристер Инга



Ну хоть в этом романе взрослая девственница не так противно ломается.8/10
Всей силой любви - Берристер ИнгаЛена
5.02.2012, 18.41





Милый, хороший роман. Понравился
Всей силой любви - Берристер ИнгаЕлена
7.09.2013, 20.27





роман выходного дня нормальный 8 из 10
Всей силой любви - Берристер Ингаольга 3
17.11.2013, 14.58





всё бы ничего , но роман очень похож на предыдущий роман писательницы " Любовь одна " ...с такими же типажами героев ...она весь роман ламается , недотрога , колючка ...а он её любит и ждет по 10 лет ...и потом , о, чудо , один раз переспали , и у нашей героини упала ширма с глаз , оказывается , она любит героя ...и всё это понимание приходит в последней главе романа.
Всей силой любви - Берристер ИнгаВикушка
28.10.2014, 23.49








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100