Читать онлайн Созданная для любви, автора - Берристер Инга, Раздел - 2 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Созданная для любви - Берристер Инга бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 7.63 (Голосов: 71)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Созданная для любви - Берристер Инга - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Созданная для любви - Берристер Инга - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Берристер Инга

Созданная для любви

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

2

— Лесли, с тобою все в порядке?
— Все в порядке, папа.
Мягкие блики упали на нежную светлую кожу Лесли, доставшуюся ей в наследство от бесчисленных предков чистейших кельтских кровей. Лучи заходящего солнца на мгновение осветили прекрасные черные волосы и удивительные глаза, менявшие свой цвет в зависимости от настроения: от пасмурно-серого до аметистово-синего. Сейчас они были ярко-фиалковые. Она внимательно слушала отца, обращавшегося к ней со словами утешения. Всего лишь три месяца, как, закончив привилегированный женский колледж в Кембридже, она вернулась в родной Сандерленд, и отец с удивлением наблюдал, как его дочь стремительно превращается из девочки-подростка в юную прелестную женщину.
Отец в последний раз пытался образумить ее. Он говорил о помолвке с Донахью, о том, что ей всего восемнадцать и она ничего не смыслит во взрослой жизни. Она пыталась решительно возражать. В конце концов, ее собственная мать вышла замуж в девятнадцать лет! При упоминании о матери, лицо отца погрустнело. Десять лет назад умерла она и брат Лесли, совсем еще младенец, а сэр Рандолф О'Коннор так и не женился. Много воды утекло с той поры как он, выходец из глухого ирландского графства, женился на Габриеле Барнард. Теперь он, богач, владелец нефтеносных участков шельфа в Северном море, названных в честь супруги месторождением Барнард, старался найти общий язык с Лесли, своей единственной дочерью. Он видел, как она хмурится, как надувает губки, как все ее существо возмущено услышанным.
Шесть месяцев назад он уехал на Рождество по неотложным делам на Ближний Восток, а дочь, вместо того чтобы провести каникулы дома, отправилась со своей школьной подругой погостить к ее бабке, которая постоянно живет на острове Менорка, где и встретила Донахью Прескотта. И вот поди ж ты! Влюбилась, влюбилась в него со всем пылом юного создания.
Рандолф О'Коннор долго откладывал знакомство с предполагаемым зятем. Знал только, что Донахью изучал гостиничное дело и стажировался в отеле на Менорке. Что дело приняло серьезный оборот, отец понял, когда дочь, вернувшись в колледж, больше смотрела на свою руку, чем на преподавателей: на пальце Лесли красовалось маленькое колечко, которое дарят при помолвке. Кольцо это она никогда не снимала.
Лесли стремилась замуж, но отец был категорически против, во всяком случае до ее девятнадцатилетия, и взгляд ее, обращенный на отца, не был уже взглядом безмятежной девочки.
Она любила, но планам ее чинились препятствия. И, хотя об этом не говорилось прямо, Лесли чувствовала, что отец не в восторге от ее помолвки. Она понимала умом, что слишком молода для брака, но Донахью царил в душе безраздельно, и она знала, что это навеки. Отцу было трудно понять, как сильно восемнадцатилетняя девушка может любить и жестоко страдать в разлуке…
Опустив глаза, она посмотрела на свое колечко, вспыхнувшее алмазным блеском. Она вспомнила, как Донахью поцеловал ее пальчик, прежде чем надеть кольцо.
Учась в колледже, Лесли оставалась более невинной, чем большинство ее ровесниц. До Донахью все отношения с мальчиками сводились к обычной школьной дружбе с ребятами из соседнего мужского колледжа такого же ранга. Двадцатичетырехлетний Донахью, казалось, был прельщен ее невинным обаянием. Он восхищался ее лучистой улыбкой, нежными прикосновениями тонких пальцев и теми пылкими поцелуями, которые она порой ему дарила. Дальше они не заходили, оставляя более интимные моменты любви на время после свадьбы. И даже в Гертон-колледже, где утаить что-либо было невозможно, а сплетни распространялись молниеносно, никто не мог похвастать, что знает о Лесли что-либо компрометирующее.
Но папочка проявил ослиное упрямство — брак только после девятнадцати. Еще долгих девять месяцев! Правда, за это время Донахью сможет достигнуть еще больших успехов на избранном поприще. Они строили много планов на будущее, которое представлялось светлым и безоблачным. Донахью мечтал о собственном отеле-люкс в каком-нибудь райском уголке, например где-нибудь на севере Бразилии… Но, не все сразу. Пока он получил пост помощника генерального менеджера системы отелей Менорки и собирался им оставаться ближайшие год-два, прежде чем открыть собственное дело.
— Думаю, мы начнем нашу совместную жизнь в Форталезе, — дразнил он воображение Лесли.
Форталеза — это так далеко! Она будет жить слишком далеко от отца. А у того, в свою очередь, имелись другие планы касательно дочери. Специфика работы отца на посту главы «Барнард ойл» требовала его присутствия везде и одновременно. Визиты в нефтяные страны, приемы иностранных делегаций, встречи, переговоры занимали все его время. Протокол обязывал, чтобы на большинстве подобных мероприятий присутствовала хозяйка, а Лесли отлично справлялась с этой ролью. К тому же у нее был прекрасный помощник и учитель, миссис Чейз, многие годы исполнявшая работу домоправительницы в огромном отцовском имении «Маллигар», недале-ко от Сандерленда.
Однако самое время попрощаться с отцом.
— Мне пора, папа. Думаю, все будет хорошо, — сказала Лесли, целуя отца в щеку. — Я люблю Донахью и знаю, что он любит меня, а значит, беспокоиться не о чем.
Он ответил дочери грустной улыбкой. Что же, может быть она и впрямь знает, что делает, уезжая теперь к любимому. Конечно, у этого мальчишки почти нет денег, но он честолюбив. Ведь были же времена, когда молодой Рандолф О'Коннор сам пускался в рискованные предприятия в поисках удачи! И не в деньгах дело. Личное состояние О'Коннора позволило бы ему помочь деньгами хоть дюжине зятьев. Его мучило предчувствие одиночества, что постигнет его, если Лесли выйдет замуж. Его кельтская гордость не позволила ему вторично жениться, и весь нерастраченный запас нежности достался дочери, ведь она так похожа на свою бедную мать! Но препятствовать счастью Лесли из эгоистических побуждений недостойно истинного мужчины и любящего отца.
С другой стороны, некое внутреннее чувство, которому он — как и все, в чьих жилах течет древняя кельтская кровь, — привык доверять, говорило ему, что Лесли ждут впереди большие испытания. Тем не менее препятствовать счастью дочери он не смел.
Уже на борту самолета, летевшего на Менорку, Лесли вспоминала подробности расставания с отцом. И чего он так волнуется? Разве одно то, что она дочь великого Рандолфа О'Коннора, уже само по себе не гарантирует ей блестящего будущего? Конечно, Донахью не разочаруется в ней, когда услышит, что они не могут пожениться прямо сейчас. Конечно, он попытается убедить ее пойти против воли отца и ей будет трудно устоять. Но, может, им удастся убедить отца вдвоем?
Она знала, что для старика важно, что скажут о ее браке другие люди. Нетрудно догадаться: «Ах, она еще совсем дитя, ах, ей еще рано уходить из-под родительского крылышка!» И все в таком духе. Как будто она не принадлежит сама себе, как будто им решать, с кем она проведет жизнь!
Милый, дорогой Донахью! Она устроилась поудобней в кресле и закрыла глаза, представляя его мысленно, и ее тело налилось теплом в ответ на некоторые мысли. Она так любит его крепкое мускулистое тело, его длинные волнистые волосы. Пусть он не так высок, как ее любимый папочка, в котором более шести футов росту. Зато она, Лесли, со своими пятью футами четырьмя дюймами очень подходит Донахью.
Лесли всегда критически относилась к своей внешности. Не будучи длинноногой блондинкой, она проигрывала многим женщинам из окружения Донахью. Но поскольку он ее любит, данный факт не имеет значения. Эта мысль ее успокоила и вернула к реальности. Сбросив дремоту, она взглянула на свое колечко и, бегло осмотрев себя в маленькое зеркальце, которое достала из сумочки, принялась поправлять макияж. Она должна выглядеть так, чтобы Донахью не мог оторвать от нее глаз.
Мягкие, приглушенные тени лишь подчеркнут фиалковую глубину глаз, а тонкая обводка в восточном стиле придаст им некую таинственность. Ее личико было свежо и румяно и без тонального крема. Солнце постаралось над ним гораздо лучше, чем это мог бы сделать самый искусный визажист. Она надеялась еще немного загореть за эти выходные, ведь именно такой она и понравилась Донахью — с длинными распущенными черными как вороново крыло волосами и с золотистым загаром на стройном теле.
— Если не можешь выглядеть так, чтобы понравиться самой себе, это твои проблемы, — говаривали порой школьные друзья Лесли.
И все-таки эта маленькая миловидная брюнетка очень подходила Донахью. Так она убеждала сама себя с момента их последнего свидания, когда заметила, что возле него увивается некая Кристиан Хаммонд, старший администратор в отеле Донахью.
Кристиан была как раз той самой стройной блондинкой с густой копной волос, потоком стекавших по спине, той белокурой красавицей, что снятся в ночных кошмарах маленьким выпускницам привилегированных колледжей, а прыщавым выпускникам, напротив, являются в эротических снах. Ее лицо всегда сияло прекрасным макияжем, а одежда отличалась безукоризненной и неброской элегантностью. Что же касается фигуры… О, тут особый разговор! Короче, мужчины просто не могли оторвать от нее глаз.
С самого начала Лесли чувствовала, что эта штучка постарается перебежать ей дорогу. Но когда она попыталась заговорить о ней с Донахью, тот отвечал:
— Кристиан всего лишь женщина. Малышка из той породы, у которой в голове нет ничего, кроме мужчин.
— Гадюка! — так охарактеризовала ее лучшая подруга Лесли Флоренс, с которой они и приехали тогда на Менорку.
Лесли и сама сразу почувствовала антипатию к этой девице.
Тем временем самолет приземлился на Ме-норке. Через несколько минут Лесли спустилась по трапу в сияющее июльское утро.
Донахью обещал ее встретить. Однако его нигде не было видно. Она уже было направилась к стоянке такси, когда ее обогнал небольшой красный открытый спортивный автомобиль. Проскочив вперед, машина резко затормозила и дала задний ход, остановившись все-то лишь в метре от Лесли.
Нет, только не это! Кристиан Хаммонд собственной персоной. Блондинка громко хлопнула дверцей машины. Короткие белые обтягивающие шорты и белоснежный топ, оставлявший открытым часть загорелого плоского живота. Та решительность, с которай она пошла навстречу Лесли, не оставляла сомнений: Кристиан приехала встречать именно ее. Своей уверенной манерой держаться она словно бросала вызов сопернице, утомленной перелетом и подорожному одетой.
— Вот кто-то, нуждающийся в помощи! — воскликнула Кристиан, распахивая багажник машины. — Скорей бросай ко мне свой скарб и поехали в отель! Только не думай, что чудесная идея встретить тебя пришла в голову мне, я делаю это только ради Хью. Босс меня попросил, почти приказал. Господи, где он тебя только откопал? — не переставала весело щебетать Кристиан, подхватывая огромные чемоданы и устраивая их в багажнике. — Приехала затащить нашего Хью в постельку? Ну, не ты первая… Не ты последняя… Эй, дай-ка я тебе помогу, а то тебя совсем не видно за твоими баулами.
Холодные голубые глаза ощупали ладненькую фигурку Лесли, как бы сравнивая ее с собственным совершенным телом, и Лесли, в первый момент застеснявшись своей плебейской ширококостности, испытала острый приступ гнева. Она мгновенно подхватила тяжеленные чемоданы и легко забросила их в багажник.
Почти всю дорогу до отеля они промолчали. К досаде на необязательность Донахью примешивалась острая неприязнь к Кристиан. Дорога постоянно петляла и, как большинство дорог на острове, не была предназначена для высоких скоростей. Но Кристиан вела машину, не замечая знаков и указателей, на огромной скорости, так что Лесли пришлось несколько раз ухватиться за борт, чтоб не вывалиться наружу.
— Страшно? — ощерившись спросила Кристиан, когда они ехали уже по частному пляжу Бельвер-отеля. — Бедная, испуганная девочка! Как же ей удержать нашего Хью, если она зажмуривается на поворотах?
Лесли ничего не ответила, потому что боялась, что дрожащий от возмущения голос блондинка примет за испуг.
— Никогда ничего не говори под влиянием первого приступа гнева, — когда-то учил ее отец, — наш клан О'Конноров всегда отличался спокойной рассудительностью. Десять раз подумай, прежде чем что-нибудь сказать.
Хороший совет. Лесли постаралась сосредоточиться на образе Донахью.
Парадный двор отеля был забит автомобилями, как то и полагается всякому процветающему заведению. Дождавшись, когда ей откроют дверцу, Лесли вышла из машины.
Не слишком большой Бельвер-отель был самым фешенебельным на острове. Отелю принадлежали несколько десятков акров земли, занимаемой роскошным парком, и три пляжа. В парке располагались бунгало-люкс того же типа, который Донахью собирался построить в Форталезе. И поэтому он особенно ревностно относился именно к этой части гостиничного комплекса.
Когда Лесли вслед за Кристиан прошла через холл, до ее слуха донесся плеск воды из открытого бассейна.
— Вот ключи от твоей комнаты, — раздраженно бросила Кристиан, сорвала ключи с доски и чуть ли не силой сунула их в руку Лесли, нимало не обращая внимания на свидетелей этой сцены. — Занимай свою нору.
Последняя колкость уже не могла ничего добавить к состоянию Лесли. Не обращая внимания на выходки Кристиан, она аккуратно заполнила нужные графы в гостевой книге. Комната была той же, что и в предыдущий приезд. Она ее хорошо помнила. Из окон открывался прелестный вид на побережье, а на террасе можно было принимать солнечные ванны, демонстрируя с огромным тщанием выбранный купальник. Тем не менее Кристиан продолжала вести себя как хозяйка положения, и это начинало злить Лесли.
Собравшись с духом, Лесли произнесла как можно более холодно:
— Не будете ли вы так любезны проводить меня к Донахью или, по крайней мере, сообщите ему о моем приезде.
— Он сейчас очень занят, — отвечала Кристиан не менее холодно. — Гости не допускаются в нашу штаб-квартиру. Ты можешь передать ему записку и дождаться, когда кто-нибудь принесет ответ.
Лесли поняла, что продолжать дальше не имеет смысла. Взяв ключи, она направилась к лифту. Среди постояльцев, ожидающих лифта, Лесли сразу отметила одного молодого человека. Высокий и стройный, он был одет в короткие джинсовые шорты, совершенно вылинявшие от соли и воды. Под легкой, тонкой рубашкой угадывался крепкий, мускулистый торс.
От пронзительного взгляда его холодных зеленых глаз ей стало не по себе, и даже мелодичный звонок прибывшего лифта не сразу смог вывести ее из оцепенения. Она физически ощущала, как его заинтересованный взгляд скользит по ее телу сверху вниз, изучает, проникает внутрь… Она вздрогнула, когда молодой человек пригласил ее пройти в кабину.
Двери лифта закрылись, и она почувствовала себя не в своей тарелке. Этот малый, стоявший неподалеку, достаточно силен, чтобы трахнуть даже вооруженную феминистку, владеющую всеми видами восточных единоборств, где угодно и когда угодно, если он того пожелает. Она бросила на него еще один робкий беглый взгляд, только подтвердивший первоначальное впечатление. Надо постараться не смотреть на него, чтобы не выглядеть полной дурочкой. Небольшой опыт подсказывал Лесли, что такой не соблазнится девушкой ее типа, но это почему-то не успокаивало.
Инстинктивно Лесли чувствовала, что этот мужчина неотразимо привлекателен для большинства женщин; он из тех, кто незаметно дразнит седьмое чувство и откровенной самки, и барышни-недотроги уже в радиусе ста метров от него. Например, для Кристиан он был бы пределом мечтаний. Несомненно сексуально опытный, он принадлежал к тому типу мужчин, для которых сама опытность становится неотъемлемым элементом имиджа. Доминантный самец, поставила она диагноз. Коллекционер побед над женщинами.
Будь Лесли повнимательнее и поопытнее, она заметила бы несомненные признаки заинтересованности и в его взгляде, равно как и тень приятного удивления, словно бы узнавания, мелькнувшую на мужественном лице.
Когда лифт остановился на ее этаже, Лесли поспешила выйти первой. Неожиданно на натертом паркете коридора ее ноги, как у новорожденного ягненка, разъехались и она начала падать.
И, когда она почти уже было грохнулась на пол, чьи-то сильные руки подхватили ее и вернули в вертикальное положение. На одно лишь мгновение Лесли испытала упоительное чувство прикосновения к мускулистому телу незнакомца. Но тотчас яркая краска смущения залила ей щеки, и, слегка кивнув вместо благодарности, она стремглав бросилась по коридору в свою комнату. Руки так тряслись, что ей не сразу удалось вставить ключ в замочную скважину.
И только, когда дверь за ней закрылась, она почувствовала некоторое облегчение. Взглянув на себя в зеркало, она с ужасом заметила, как пылают уши и щеки, а глаза, такие прозрачные обычно, после потрясения, испытанного в лифте, были темны и непроницаемы.
Перед ее мысленным взором все еще стояли насмешливые малахитово-зеленые глаза незнакомца и чертики, плясавшие в них. Лесли помассировала виски, но тщетно — наваждение не проходило.
— Ну и что ты собираешься делать? — спросила она у зеркального отражения и от звука собственного голоса, который показался ей глухим и незнакомым, вздрогнула. — Не видать тебе его, как собственных пылающих ушей. Ты так оживилась, словно у тебя никого нет, маленькая дрянь!
Так Лесли увещевала себя, а пальцы между тем продолжали привычный массаж, пока наконец она не почувствовала, что у нее поднялась температура. Вспомнив, что не удосужилась запереть дверь, она повернула ключ в замке и бросилась на кровать лицом в подушку, решив немного расслабиться и унять дрожь, охватившую тело.
Интересно, подумала Лесли вдруг, почему это Донахью не поверил ей, когда она призналась, что еще девственница? Вероятно, он ожидал, что она отнесется к сексу с большим энтузиазмом и окажется более осведомленной в этом вопросе. Донахью был поражен в самое сердце, услышав от хорошенькой женщины, что она отдастся только любимому человеку, а если он любит, то может чуточку подождать до свадьбы.
Принесли багаж. Мысли Лесли перескочили с Донахью на незнакомца. Этот, наверное, сразу понял, как она неопытна… И тут она с ужасом осознала, что уже с полчаса только и думает что о сексуальном животном из лифта и представляет себя в постели отнюдь не с женихом.
Ступая почти лунатически, она подошла к окну. Прямо под ее террасой, заросшей цветами, сверкал плавательный бассейн, по сторонам которого раскинулись теннисные корты, мимо бежала дорожка к морю, терявшаяся в зарослях густого естественного парка. Открывшийся вид несколько развлек Лесли. Она позвонила в сервис, заказала чай и решила разобрать багаж. Чем бы ответить на вызов Кристиан? Ах, она, кажется, знает чем! В недрах ее легкого клетчатого чемодана достаточно вещей, которые могли бы затмить наряды и не такой модницы, как ее соперница. Она сама их отбирала в лучших парижских бутиках.
Багаж еще не был разобран, когда принесли чай. Девушка из обслуги показалась ей милой и приветливой, и Лесли решилась спросить наконец о Донахью.
Судя по всему, вопрос смутил горничную, и она ответила изменившимся голосом:
— Не уверена, но, кажется, в последний раз сегодня я видела его, если не ошибаюсь, в офисе.
Ответ не понравился Лесли. Когда Донахью приглашал ее, он обещал удивительный отдых, несколько дней полной отрешенности от мира — только он и она. И вот с первой же минуты все планы летят к черту! Лесли так хотела, сойдя с трапа, сразу же оказаться в его объятиях, закрыть глаза и чувствовать его поцелуи, а теперь она, всеми брошенная, одиноко сидит в комнате и вспоминает лицо этого чертова незнакомца.
Тем временем багаж был полностью распакован и разобран. Из разноцветного вороха она сразу выбрала льняную кремовую юбку и кремовую же блузку тончайшего батиста. Критически оглядев себя и оставшись вполне довольной, Лесли задумалась: ждать Донахью здесь или присоединиться к остальным гостям, которые гуляли в парке, резвились в бассейне, сидели на террасах многочисленных кафе, беззаботно потягивая прохладительные напитки.
Но в тот момент, когда она собралась налить себе вторую чашку чая, в дверь отрывисто постучали.
— Это я, дорогая, — послышался знакомый голос, — открой мне!
— Донахью! — восторженно закричала Лесли и бросилась к двери, изготовившись прыгнуть в его объятия и подставить щеку для поцелуя.
— Впусти же меня наконец!
Донахью улыбался, но смотрел не прямо ей в глаза, а словно искал кого-то в коридоре.
— Знаешь ли, я вырвался только на минутку.
— А я думала, ты встретишь меня в аэропорту.
Он уже вошел в комнату, но так и не обнял ее.
— Пойми же, дорогая, не дуйся на меня. — Дрожащие нотки в его голосе можно было списать на волнение любящего мужчины.
Из глаз Лесли хлынули слезы, и вскоре она рыдала как дитя. Как же она сегодня натерпелась!
Донахью спокойно дал ей выплакаться.
— Дорогая, я, конечно, презренный негодяй, но мне опять придется тебя расстроить. Обстоятельства так повернулись, что много времени тебе я уделить не смогу. Ты не представляешь, чего мне стоило послать Кристиан за тобой, ведь мне самому хотелось первым увидеть твое прелестное личико.
Он говорил, и для Лесли его слова звучали волшебной музыкой. Делая вид, что раскладывает вещи, она суетилась вокруг него и любовалась им. Наконец он схватил ее в объятия и бегло поцеловал в уголок губ. Но несколько рассеянно и отстраненно. Впрочем, Лесли этого не заметила, и незнакомец, коварно завладевший ее воображением, исчез без следа; она улыбалась Донахью.
— Все хорошо, дорогой, мы поговорим о твоих делах сегодня вечером за ужином.
Его руки легли ей на талию, и он нежно усадил Лесли в кресло, изящное, как все в этой комнате, заполненной изысканными вещами синих и стальных оттенков.
— Лесли, прости, но за ужином ты поскучаешь без меня. Босс назначил мне встречу. Поужинай сегодня в одиночестве, зато потом мы придумаем, чем завтра уравновесить сегодняшнюю неувязку. Чуть позже, когда будет спокойнее.
Небрежно чмокнув ее в щеку, он исчез. Не зная, чем себя занять, Лесли вышла из отеля и побрела без всякой цели по одной из тенистых дорожек парка. Наблюдая за игрой солнечных зайчиков в траве и полетом белых чаек в небе, слушая шум прибоя, она убила время до самого ланча, который заказала в номер.
За ланчем ей пришло в голову, что Донахыо вел себя с нею как-то не так, он словно разговаривал с ребенком, а не со взрослой женщиной. Так, как иногда разговаривал с нею отец.
Полная грустных мыслей, она вышла на террасу и бросила взгляд на внутренний двор, в данный момент совершенно безлюдный. Только в бассейне кто-то плыл в той манере, которая выдавала сильного и опытного спортсмена. Чернявая голова мерно приподнималась и опускалась. Лесли почему-то с уверенностью почувствовала, хотя и не могла бы сказать почему, что видит давешнего незнакомца из лифта. Второй раз за сегодняшний день он попался ей на глаза.
Тем временем пловец пересек бассейн и, подхватив свои вещи, скрылся из виду. Тогда Лесли решила прогуляться и осмыслить свою неудачную встречу с Донахью.
Ее тело жаждало переживаний, таких, какие она успела испытать с Донахью в Кембридже. Тогда лишь удивительное самообладание молодого человека уберегло ее девственность. Она желала выйти за него замуж прямо сейчас, немедленно, а не через эти девять дурацких месяцев. Вообще-то хорошо, что ее отец заботится, с кем она проведет свою жизнь. Но, с другой стороны, как же он жесток! Девять месяцев — это ведь целая вечность.
А закончится уик-энд — и все. Потом она не увидит Донахью до самого Рождества!
Не прошло еще и месяца с тех пор, как Донахью посетил их дом в Сандерленде. Тогда Лесли чувствовала себя на верху блаженства, видя рядом с собой сразу обоих самых прекрасных в мире мужчин. Но, Боже, какие же они разные!
Она сразу поняла, что отец не в восторге от Донахью. Однако, когда они сообщили ему о своих брачных планах, сэр Рандолф не стал ни протестовать, ни возмущаться. Лишь позже он сообщил дочери, что — с его, отцовской, точки зрения — Лесли не следует торопиться и совершать шаги, которые затем трудно будет исправить. Она хорошо запомнила его слова. Но, черт возьми, как жаль, что отец не смог по Достоинству оценить ее избранника! Она прекрасно понимала, что препятствием браку явился отнюдь не ее возраст. Нет, дело тут явно в другом. Голос отца как-то странно менялся лишь от одного упоминания имени Донахью.
Погуляв около часа, она вернулась в номер, наблюдая по дороге роскошный пылающий закат, один из тех закатов, которыми так славны Балеарские острова, одно из тех апокалиптических действ в небесах, что вдохновило великого Мильтона на создание его бессмертной поэмы…
Когда Лесли вошла в холл, Кристиан, стоя за конторкой, разговаривала с незнакомцем из лифта. Его наряд, как и в прошлый раз, отличала известная небрежность, позволявшая Лесли оценить мощь телосложения. Она подошла как раз к концу разговора; незнакомец кивнул Кристиан и проследовал в мягко освещенный коридор. Манерой двигаться он напоминал огромного сильного тигра. От Лесли не укрылось, что напоследок он бросил чувственный взгляд на несравненный бюст Кристиан, не вмещавшийся в ее маленький топ.
Лесли сознательно замедлила шаг и даже отступила назад в темноту, чтобы появиться только после того, как он скроется из виду.
— Вот таких я и зову настоящими мужиками! — сказала Кристиан, сияя жемчужным рядом безукоризненных зубов не то пустоте в том месте, где только что стоял незнакомец, не то подошедшей к конторке за ключом Лесли. — Ты не представляешь, какие они кайфовые, вот такие мужики. Я вижу, это животное вызывает дрожь и у тебя, котенок?
Оторопев от такой наглости, Лесли схватила ключи, и краска предательски залила ее лицо. Тем не менее в голосе ее зазвучала даже некоторая развязность, когда она спросила:
— Это что, тоже постоялец или чей-то друг?
— Как сказать… Это Невил Хаггинс, фотограф. Он здесь уже три недели. Работает. Если хочешь знать, делает снимки моделей в совсем крохотных бикини.
Кристиан чувственно потянулась за своей конторкой.
— Я тоже могу похвастаться дюжиной фотографий в обнимку с ним и даже не топлесс, а совсем без бикини. Он мужик во всем, — перешла она почти на шепот. — И опытный в некоторых вещах… Таких еще поискать. — Она мечтательно закатила глаза. — Но зачем тебе? Уж не наметила ли ты его для себя?
Лесли возмущенно фыркнула.
— Вот еще!
— Успокойся. У тебя нет ни малейшего шанса. Знаешь, сколько у него девочек? А еще постоянная подружка в Лондоне, топ-модель между прочим. Его даже эта толпа моделей мало интересует. Не говоря уж о такой фригидной маленькой девственнице вроде тебя, — завершила она свой пассаж, победно разглядывая ладную фигурку Лесли. — Послушай моего совета, Лесли. Упорствующая девственница, трясущаяся над своей бесценной невинностью, не вызывает желания ни у одного мужика! Кончай ты с условностями, а то никто тебя не захочет!
— Но Донахью хочет меня!
Позднее Лесли задавала себе вопрос, почему ее так задели слова разбитной блондинки, почему она вынесла свою тайну на суд Кристиан? Да, мерзавка знала, чем уязвить ее гордость.
— Так ли? — Кристиан сверкнула хищной улыбкой и поправила сползшую с загорелого плеча тоненькую лямочку топика. — Ты в этом и впрямь уверена, Лесли? Может, ты с утра не можешь выбраться из объятий Хью? Или сегодня ночью ты переспишь с ним? По-моему, с момента нашей встречи я не заметила рядом с тобой ни одного мужика, кроме гарсона и садовника. Это что, теперь такой модус вивенди у влюбленных — шарахаться друг от друга? Она продолжала говорить, а Лесли уже шла к лифту, пытаясь сохранить достоинство, но каждое слово, брошенное ей в спину, входило глубоко, до самого сердца, словно нож.
Откуда Кристиан мог быть известен ее секрет? Как она могла знать, что Донахью был с ней довольно холоден сегодня?
Конечно, Донахью относится с уважением к ее невинности и неопытности, убеждала она себя по пути в комнату. Однако его самоконтроль выглядит довольно странно. И странными ей теперь показались обстоятельства, при которых он появился в ее комнате. Ну конечно, он не поцеловал ее только потому, что умеет держать себя в руках… Хотя ему было бы очень даже просто затащить ее в постель, она не смогла бы сопротивляться зову плоти. Нет никакого сомнения, что Донахью получил бы все, что захотел. Лесли вошла в комнату в растрепанных чувствах, тут же закрыла за собой дверь и прошла прямо на террасу. Ей хотелось остудить себя вечерним прохладным ветерком и в одиночестве привести чувства в порядок. У себя в Сандерленде она редко имела такую возможность. С тех пор как отец стал вводить ее в курс дел, все расписание на неделю было забито до последней минутки. Даже в выходные, когда отец встречался со своими старыми друзьями, она сопровождала их на рыбалку. Это был любимый спорт сэра Рандолфа. Без дочери, однако, он не приносил ему радости. Ей порой хотелось, чтобы любимый папочка снова женился. Она очень радовалась бы маленьким братишкам и сестренкам. И отец не был бы так одинок, когда она выйдет замуж. Но лишь она заговаривала с ним о какой-нибудь достойной леди, отец неизменно отвечал, что до сих пор так любит ее мать, что в сердце его нет места другой женщине.
Лесли вернулась в комнату, подошла к кровати и задумчиво стала разоблачаться. Туфельки валялись у двери на террасу, как попало была брошена на пол и коротенькая юбка, полупрозрачную блузку, однако, Лесли заботливо повесила на спинку кресла, поверх блузки лег шелковый изящный бюстгальтер кремового цвета. Вечерняя прохлада струилась из приоткрытой двери на террасу, лаская слегка прихваченную солнцем кожу Лесли.
Она распустила волосы, и они упали на плечи тугими волнами. Лесли посмотрела на себя в зеркало: в полумраке угадывалась стройная женственная фигурка с развитыми бедрами, но легкая в ногах. Крепкие груди венчали немного крупноватые твердые соски, на левой груди чернела небольшая родинка, днем соблазнительно выглядывающая из декольте. И вся эта роскошь ныла от желания оказаться в одной постели с Донахью.
— Я очень хорошо понимаю тебя, лапочка, — как-то сказал ей отец мрачно. — Я вовсе не забыл свои чувства, когда влюбился в девушку, которой, кстати, не было и восемнадцати. Этой девушкой была твоя мать. Но ты родилась десять месяцев спустя после нашего венчания. Не торопи события, дорогая. Человеческие желания переменчивы, но некоторые вещи незыблемы. Девочка, может быть, ты думаешь, что из-за возраста я не могу понять твоих чувств? Как бы не так! Я тоже некогда влюбился до самозабвения, и моя дорогая Габриела до сих пор остается со мной. Это навсегда, детка. Не хватайся за первую подвернувшуюся возможность, поверь моему опыту.
Слова отца, пришедшие нежданно на память, вновь заставили Лесли покраснеть, и протестующее восклицание едва не сорвалось с ее губ. Неужели он считает их с Донахью любовниками? И вообще, отцу не пришлось ждать так долго, как им.
Надо что-то срочно предпринять. Как можно скорее переговорить с Донахью. Не сейчас, не ночью, когда он сидит на этой проклятой конференции гостиничных менеджеров, а завтра, ранним утром, пока не начался его рабочий день. Она знала, что в штаб-квартиру посторонним вход воспрещен, но неужели нет способа тихонечко туда пробраться? Неужели ей не придет в голову какая-нибудь гениальная идея, когда речь идет о ее жизни и любви? Рассуждая таким образом, она сама не заметила, как уснула. И тотчас мозг атаковали сотни образов, красок и звуков, которые мешались и вертелись как в калейдоскопе.
Донахью. Его имя последним слетело с губ, прежде чем она окончательно погрузилась в сон. Но сны ее были не о нем. Другой, тот, кто плавал в бассейне и разговаривал с Кристиан, снился ей; он называл ее милым ребенком, заглядывая зелеными глазами прямо в сердце, и по всему ее телу начали биться маленькие звонкие фонтанчики счастья. Он прекрасно различал женское и детское в ее смятенной душе. И был счастлив найти в ней играющее дитя, сам прорастая поляной для игр сквозь ее сон, качая качели с девочкой Лесли, и был одновременно и веткой дерева, по которой терлись веревки качели, и ветром, что оплетал ее тело. Но вдруг, убоявшись разверстой пропасти ее желаний, он повернулся спиной и улетел, превратившись в искрящегося тигра. Тогда она окликнула его со дна тоннеля, и тигр повернул морду, постепенно приобретающую черты лица то ли Донахью, то ли Невила.
— Меня зовут Невил Хаггинс, скажи мне свое имя, — рычал тигр.
— Нет! — вскрикнула она. Солнечный свет бил ей в глаза.




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Созданная для любви - Берристер Инга

Разделы:
1234567891011

Ваши комментарии
к роману Созданная для любви - Берристер Инга



захватывающе!
Созданная для любви - Берристер Ингаfentezi
21.08.2011, 0.41





Мне понравилось!
Созданная для любви - Берристер ИнгаЛюдмила
1.02.2012, 23.25





Так себе. Ничего особенного.
Созданная для любви - Берристер ИнгаАлиса
17.02.2012, 22.40





Сюжет стандартно избитый, но автор не без таланта - это и спасает! 6 баллов
Созданная для любви - Берристер ИнгаКира_Т
1.10.2012, 11.10





А по мне так очень сухо написано, емоций при прочтении вообще никаких, сюжета толком тоже. Не понравилось.
Созданная для любви - Берристер ИнгаНина
9.04.2013, 14.02





Полная ерунда
Созданная для любви - Берристер ИнгаСвета
2.02.2015, 21.08





Полная ерунда
Созданная для любви - Берристер ИнгаСвета
2.02.2015, 21.08





"И вот он, молодой, красивый, богатый, делает ей предложение. Выйти за него замуж? Ни за что!" Вот урод-то, а? Нет, чтобы старый, некрасивый бомж, наверное, за такого замуж все хотят? Слушайте, у авторов хоть мозги есть? Логика точно отсутствует. Не читайте. Бред.
Созданная для любви - Берристер ИнгаИрина
2.02.2015, 22.35








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100