Приворотное зелье - Берристер Инга 6Читать онлайн любовный роман

В женской библиотеке Мир Женщины кроме возможности читать онлайн также можно скачать любовный роман - Приворотное зелье - Берристер Инга бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
6
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.24 (Голосов: 54)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Приворотное зелье - Берристер Инга - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Приворотное зелье - Берристер Инга - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Берристер Инга

Приворотное зелье

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

6



— Когда вы последний раз что-нибудь ели? Прозаический вопрос Кена, открывшего дверь и впустившего Грейс в холл, вызвал ее недоверчивый взгляд.
Она готовила себя если не к враждебности, то уж, несомненно, к более неприятным вопросам. То, что он казался больше обеспокоенным ее благополучием, нежели чем-то другим, сбивало с толку. Но еще больше сбивало с толку то, какое облегчение и чувство безопасности давала ей такая забота.
— Во время ланча. — Грейс ответила машинально, целиком поглощенная более глубокими ощущениями. — Но я не голодна.
— Это потому, что вы все еще пребываете в шоке, — мягко объяснил Кен. — Кухня здесь.
В любое другое время Грейс зачарованно рассматривала бы внутренности дома, которым так восхищалась, но сейчас чувствовала, что ее способность восприятия притуплена событиями сегодняшнего вечера. Она подозревала, что Кен прав и она находится в шоке. Иначе почему бы она так безропотно позволила ему принимать за нее решения? Она не сопротивлялась, когда он решительно подвел ее к кухонному стулу и усадил на него, а сам стал открывать шкафчики и холодильник. Кен убеждал ее в том, что легкий ужин, который он приготовит для них двоих, поможет ей заснуть.
— Кстати, — сказал он позже, ставя на стол тарелки с аппетитным воздушным омлетом, — вам придется спать в моей спальне, поскольку только эта комната пока обставлена подобающим образом. Я могу лечь внизу, на диване.
— Нет, — немедленно запротестовала Грейс, молясь о том, чтобы он не заподозрил причину вспыхнувшего у нее на щеках румянца.
Одна мысль о том, что она будет спать в его постели, вызвала воспоминания, которые Грей не приветствовала в любое время, и уж тем более сейчас, когда их виновник сидел напротив нее.
К ее ужасу, Кен покачал головой и спокойно сказал:
— Все в порядке. Я догадываюсь, о чем вы думаете, но беспокоиться ни к чему.
Грейс напряглась. Как он мог догадаться, о чем она думает? А если догадался, то как смеет относиться к этому и к ней так, словно…
Безуспешно пытаясь привести мысли в порядок, она услышала, как Кен продолжил:
— Сегодня здесь побывали уборщицы, и они сменили постельное белье.
Грейс, почувствовав внезапное облегчение, едва не поперхнулась омлетом. Он все-таки не знает, о чем она думает. Даже не представляет, какие шокирующие, чувственные образы пробудило в ее сознании упоминание о его постели.
Но, по крайней мере, последние замечания Кена дали ей время собраться с мыслями и вспомнить о том, что она взрослая разумная женщина.
— Я не могу занять вашу постель, — сказала Грейс, стараясь, чтобы ее голос звучал спокойно и по-деловому.
— Почему? — спросил Кен, удивленно взглянув на нее, а затем заставил ее смутиться, мягко напомнив: — Ведь нельзя сказать, чтобы вы этого уже не делали.
Кровь отхлынула от ее лица, а затем прилила обратно. Руки затряслись так, что ей пришлось обеими вцепиться в кофейную чашку, поданную Кеном, чтобы не расплескать содержимое. Она понимала, что ее реакция неоправданно болезненная, но ничего не могла с собой поделать.
Насмешливое замечание Кена не только смутило Грейс. Оно снова заставило ее почувствовать унижение, поскольку слезы, готовые вот-вот брызнуть из глаз, могли обнаружить перед Кеном всю ее беспомощность.
Но даже несмотря на то что ей удавалось пока держаться в рамках приличия, Кен бросился извиняться.
— Простите. Мне не следовало так говорить.
Он замолчал, глядя на нее и отчаянно ругая себя за то, что обидел Грейс. Просто удивительно, как изменило его чувства к ней открытие, что он в ней ошибался!
Меньше всего Кену хотелось расстроить ее. Но по-прежнему существовало несколько вопросов, которые им необходимо было обсудить. И хотя он не пытался намеренно навести на них разговор, теперь, когда тема поднята, возможно, следует поделиться с ней своими тревогами.
— Я понимаю, сейчас, наверное, не самое лучшее время говорить об этом, — спокойно начал он, — но нам действительно нужно кое-что обсудить, Грейс…
Дрожащей рукой Грейс поставила на стол чашку.
— Вы за этим и привезли меня сюда? — со всем возмущением, на которое была способна, спросила она. — Чтобы устроить мне допрос с пристрастием? Если вы хотя бы на минуту подумали, что, только потому что вы спасли меня от ночи в тюрьме, я из благодарности выдам вам остальных участников демонстрации, то лучше сразу же отвезите меня обратно в участок…
— Грейс, — прервал Кен ее страстную тираду, — я не собираюсь говорить с вами ни о фабрике, ни о демонстрации.
Глядя в ее глаза, затуманенные подозрением, Кен спрашивал себя, что сказала бы Грейс, узнай, что единственный человек, единственная проблема, которая его сейчас волнует, — это она сама!
— Я уже назначил встречу с представителями рабочих на завтра. И намерен обсудить с ними мои предложения, касающиеся будущего фабрики, — объяснил он.
— Да, я слышала. — Грейс вдруг почувствовала себя настолько усталой, что, даже чтобы думать, ей приходилось прилагать сверхчеловеческие усилия. — В таком случае, о чем вы хотели поговорить со мной? — с тревогой спросила она.
Видя, какой измученной выглядит его гостья, Кен обругал себя за эгоизм. Она все еще в шоке. Ей нужно отдохнуть и прийти в себя, а не отвечать на проклятые вопросы.
— Это неважно, — мягко ответил он. — Послушайте, не пойти ли вам в постель? У вас довольно бледный вид… — И Кен подошел, чтобы помочь ей встать со стула.
Грейс сообразила, что он вот-вот коснется ее, и в ней пробудилась чувство самосохранения. Она понимала, насколько сейчас беззащитна перед любым физическим контактом с ним. Она поспешно вскочила и в спешке споткнулась, что привело прямо к тому, чего дна так старалась избежать. Кен, чтобы уберечь ее от падения, схватил Грейс за руки. Приняв на себя вес ее тела, он недопустимо сократил расстояние между ними.
Прошла всего неделя с тех пор, как она увидела его впервые, — какие-то жалкие семь дней… Как это случилось, что теперь она испытывает такое влечение к нему, словно близость его тела способна утолить жажду, которую больше ничто не способно утолить?
Казалось, одно то, что она прильнула к нему, успокоило и умиротворило ее, заставило снова ощутить свою целостность, заставило почувствовать себя невероятно сильной и беспомощно слабой одновременно. Словно она нашла цель в жизни, для которой и была создана, и в то же время ненавидела себя за такую зависимость от него.
Грейс уперлась руками ему в грудь, желая освободиться. Кен подчинился молчаливому требованию и хрипловато спросил:
— С вами все в порядке?
— Да, все хорошо, — ответила Грейс, отступая назад и отворачиваясь, чтобы он не заметил голодного выражения ее глаз.
Как могло до этого дойти? Как она могла дойти до такого? Откуда взялись эти чувства? Они были абсолютно чужды ей своей силой и непреодолимостью.
Кен открыл перед ней дверь кухни. Она неверными шагами вышла в коридор.
Он проводил ее до начала лестницы. Грейс стала подниматься по ступенькам. Она не решалась оглянуться назад, боясь выдать свои чувства. . — На площадке, вторая дверь налево, — произнес ей вслед Кен. — Чистые полотенца и все остальное вы найдете в ванной. Я принесу из машины вашу сумку и оставлю за дверью.
Он говорит так бесстрастно, чтобы дать понять, что мне не нужно бояться повторения того, что случилось в его гостиничной спальне, поняла Грейс. И это, конечно, очень благородно с его стороны. Так почему же она не испытывает ни признательности, ни облегчения? Почему она, если быть откровенной, чувствует разочарование?
С трудом преодолев лестницу, Грейс добралась до верхней площадки.
Кен смотрел, какие мучения ей доставляет каждый шаг, и всей душой стремился взлететь за ней следом, заключить в заботливые объятия. Но он заставил себя отвернуться и пойти к машине, чтобы принести сумку Грейс.
Теперь Кен понимал, что смущение и отчаяние, написанные на ее лице, когда он увидел Грейс в полицейском участке, подтолкнули его к действиям, сопряженным с потенциальной опасностью.
Вернувшись с сумкой Грейс, он отнес ее наверх, поставил на пол в коридоре и, коротко постучав в закрытую дверь спальни, опрометью бросился вниз и затворился в гостиной.


Грейс стояла, глядя в окно, когда услышала стук Кена. Она заставила себя сосчитать до десяти — очень медленно — и только после этого пошла открывать дверь. Она уверяла себя, что почувствовала облегчение, а не разочарование, когда увидела, что коридор пуст.
И спальня, и ванная были обставлены так безлико, что вполне могли сойти за гостиничные. Однако воспоминания и чувства, которые пробуждала в ней мысль о гостиничном номере в связи с Кеном, вовсе нельзя было назвать безликими. Грейс поспешила направить свои мысли в более безопасное русло и занялась приготовлениями ко сну.
Теперь, оставшись наедине с собой, она понимала, что ей следовало бы думать о завтрашнем утре и о возможности предстать перед судом по обвинению Грегори Купера. Ужасающая перспектива, но не столь ужасающая, как та, что сулили ей чувства, испытываемые к Кену Эдвардсу.
Взять хотя бы замечание о том, что раньше ее вполне устраивала его постель!
Разумеется, оно заставило ее испытать смущение и даже унижение, но при этом также напомнило, как чудесно она себя чувствовала в его объятиях. А в его жизни?.. Но на самом деле она — не часть его жизни, а он — не часть ее. То, что между ними было, только' секс, а любая женщина, даже школьная учительница, знает, что сексуальный акт вызывает у мужчин не больше чувств, чем поедание плитки шоколада, — приятно, но быстро забывается.
Она забралась в постель Кена — на этот раз совершенно трезвая! От белья исходил запах чистоты и свежести, такой же анонимный и не связанный с Кеном, как и вся комната. Свернувшись клубочком посередине большой кровати, она закрыла глаза, но сон не шел.
Наверное, я слишком переутомилась, чтобы заснуть, подумала Грейс. Тревожные мысли не давали ей расслабиться. Она снова закрыла глаза и стала глубоко и медленно вдыхать и выдыхать.


Внизу столь же безрезультатно искал забвения Кен. У него была работа, которой можно было занять мысли. Однако вместо этого он обнаружил, что шагает из конца в конец гостиной, думая о Грейс, беспокоясь о Грейс — и не только потому, что теперь понимал, в какой нелегкой ситуации оказались оба из-за необходимости провести ночь под одной крышей.
Синяк на ее руке, оставленный Грегори Купером, вызывал в нем такие чувства, что он готов был оторвать подонку руки и ноги и бросить туловище на растерзание голодным шакалам. Одна мысль о том, что он прикасался к Грейс…
Кен внезапно остановился. Да что такое с ним происходит? Стоит ли спрашивать? — насмешливо одернул он себя. Я влюблен. Это любовь. Он превратился в человека, которого трудно было узнать. Человека, мыслящего и действующего нерационально, человека, движимого эмоциями, человека, который прямо сейчас… Он замер, услышав какой-то звук наверху, а затем, подбежав к двери, открыл ее как раз вовремя, чтобы снова услышать его — тонкий высокий звук женского горя.
Перепрыгивая через две ступеньки, Кен взлетел по лестнице, распахнул дверь и устремился к Грейс, лежащей посредине его кровати.
Она не спала — в темноте он видел, как блестят ее глаза. Но женщина лежала тихо и неподвижно, словно не смела ни дышать, ни шевелиться.
— Грейс, что случилось? — спросил он.
Ее словно окатило теплой волной облегчения, когда она услышала и узнала голос Кена. Ей снился сон о Грегори Купере. Кошмарный сон, исполненный безотчетного ужаса. Она проснулась от собственного приглушенного крика и, когда Кен распахнул дверь, на какое-то мгновение решила, что это Грегори. Но теперь его голос без остатка развеял ночной кошмар и приободрил ее.
Испытывая слишком большое облегчение, чтобы думать о чем-то другом, кроме того, что Кен спас ее от безграничного ужаса, она повернулась к нему и сказала:
— Я видела жуткий сон… о Грегори Купере…
Одного звука этого имени было достаточно, чтобы она снова задрожала. Тем не менее Грейс предприняла попытку сесть, чтобы было удобнее говорить с Кеном, который теперь склонился над ней. В падающем из окна свете летней луны она видела, с какой тревожной заботой смотрят на нее темные глаза Кена.
— Простите, что побеспокоила вас… — начала оправдываться она, но запнулась, заметив, что он полностью одет.
Неужели диван в гостиной настолько неудобен, что Кен даже не попытался заснуть на нем? Или то, что он так и не снял одежду, связано с ее пребыванием в его доме? Может, он боялся, что она попытается соблазнить его во второй раз?
— В чем дело? Что-то не так? Скорость, с которой он уловил перемену в выражении ее лица, застала Грейс врасплох. А чувство самосохранения, которому сегодня пришлось немало потрудиться, покинуло Грейс уже давно.
— Вы все еще одеты, — тихо сказала она. — Вы не ложились. Если это из-за того…
Но Кен прервал ее прежде, чем она успела высказать свои опасения.
— Это из-за того, что единственная постель, в которой мне хотелось бы сейчас оказаться, уже занята, и мне нет в нее доступа, — хрипловато произнес он. — Если, конечно, вы не передумаете и не разделите ее со мной…
Кен понимал, что делает именно то, что не позволял себе делать ни в каких обстоятельствах: ведет себя словно хищник, пользуясь как беззащитностью Грейс, так и ее зависимостью от него. Но остановиться он уже не мог. Одного только вида Грейс, которая сидела в его постели, обхватив тонкими руками подтянутые к подбородку колени, и неуверенно смотрела на него огромными глазами, было достаточно, чтобы понять: он готов вечность гореть в аду, лишь бы иметь возможность обнимать ее, Прикасаться к ней, целовать ее и ласкать.
Он одет вовсе не потому, что не хочет ее или боится, что она поставит их обоих в неловкое положение, набросившись на него, догадалась Грейс. И почувствовала, как вся задрожала от охватившего его дикого возбуждения.
Кен простонал ее имя, не в силах больше сдерживать свое неукротимое влечение. Склонившись, он заключил Грейс в объятия, и его губы со страстной настойчивостью приникли к ее рту.
Грейс понимала, что нужно остановить его, потребовать, чтобы он ее отпустил. Но почему-то вместо этого все более и более бесстыдно льнула к нему… Она нетерпеливо раскрыла губы навстречу вторжению его языка. Ее просто разрывало от жадного, болезненного желания слиться с ним.
Грейс уже почти сумела убедить себя в том, что воспоминания об их первой близости были слишком приукрашенными, что она все преувеличила, романтизировала, превратила в своей голове в некое совершенство, которое могло существовать только в ее фантазии. Теперь же она потрясенно осознала, что воспоминания действительно подвели ее, но вовсе не так, как Грейс предполагала!
Ласки Кена казались не такими чудесными, как она помнила, — они были намного лучше! Гораздо нежнее, головокружительнее…
Так какой же смысл пытаться запретить себе отвечать ему? — спросила себя Грейс и услышала свой сдавленный стон. Прикосновением своих губ он будто вливает в меня живительную субстанцию, словно в бреду подумала она. Кен захватил ладонями ее лицо в добровольный плен и целовал Грейс с такой интимностью, от которой у нее едва не останавливалось сердце.
Она трепетала и содрогалась от удовольствия, наслаждаясь переполняющим ее ощущением близости с ним.
— Мы не должны этого делать, — словно сквозь туман, услышала она собственный голос, даже для нее звучавший неубедительно.
— Знаю, — задыхаясь, ответил Кен. — Но не могу остановиться.
— Я не хочу, чтобы ты останавливался! Неужели она действительно это сказала?
Грейс была потрясена столь распутным отсутствием всякой выдержки, но еще более — открытием, что она непостижимым образом уже успела расстегнуть половину пуговиц на рубашке Кена.
Своими изучающими пальцами она ощущала мягкую шелковистую растительность на его груди. Грейс наклонилась, вдыхая его аромат с нескрываемой чувственностью.
Смесь головокружительных ощущений охватила ее: узнавание — где угодно она узнала бы его запах; восторг — просто оттого, что она чувствует себя такой свободной, смелой и уверенной с ним. Грейс ощущала свое женское могущество, понимая, что именно из-за нее так участилось его дыхание.
Кен и сам содрогался от головы до пят, будучи абсолютно не в состоянии контролировать силу своей реакции на Грейс. Казалось, все ощущения, которые доводилось ему испытывать в жизни, усилены тысячекратно. Он понимал, что это не простое вожделение — оно единственное в своем роде, неповторимое! Она, Грейс, — его единственная и неповторимая! Но интуитивно он чувствовал, что не может сказать ей этого, пока не может, — то, что зарождалось между ними, было еще слишком хрупко;
Кен громко застонал, когда Грейс начала целовать его обнаженный торс. Желание, эта сладчайшая мука, жгло его тело как огнем.
Он быстро стянул с себя оставшуюся одежду, ни на мгновение не переставая смотреть на Грейс. Кен предостерегал себя, что она может заметить любовь в его глазах, но не хотел отводить взгляда, чтобы не потерять ощущения неразрывной связанности с ней.
В ее глазах он видел изумление, неуверенность, желание и немного старомодную женскую стеснительность. Она чуть вздрогнула, когда Кен обхватил одной рукой круглое упругое плечо, другой продолжая стягивать с себя одежду, но тоже не попыталась разорвать связующего их взгляда. Почему-то это визуальное общение между ними казалось не менее чувственным, чем прикосновения.
Кен подался к ней всем телом, то же можно было сказать и о его сердце, и о всем его существе.
— Грейс, — снова прошептал он ее имя, прижимаясь к ней крепче и наконец опуская взгляд на ее губы, а затем снова посмотрел ей в глаза и поцеловал.
Грейс чувствовала, что готова взорваться от небывалой силы чувственного напряжения, накапливающегося в ней. Как хорошо, что она уже давно не впечатлительная девочка, иначе наверняка обманулась бы, решив, что своим взглядом Кен хочет передать ей что-то имеющее глубокий смысл, что она действительно ему небезразлична.
Она знала, что нужно положить конец происходящему между ними сейчас, пока еще не поздно. Но Кен обнял ее крепче, коснулся ее губами — и в ней снова заныла сладкая боль нестерпимого желания. Он почувствовал, как приоткрылись ее губы, вдохнул сладкий аромат дыхания и ощутил трепет во всем ее теле.
Кен гладил ее, заставляя Грейс извиваться и трепетать. Его рот переместился к чувствительному месту у основания шеи. Затем легкие, покусывающие поцелуи поднялись к уху, и язык стал исследовать ее нежную раковину. Мельчайшие ощущения накапливались, сплавлялись до тех пор, пока Грейс не почувствовала, что сгорает на огне желания, которое он пробуждает в ней.
Ее напрягшаяся грудь молила о прикосновениях его рук. Словно догадываясь об этом, Кен накрыл их ладонями, гладя подушечками больших пальцев твердые соски.
Грейс со стоном закрыла глаза, с радостью приветствуя укрывшую ее бархатную тьму, а затем снова распахнула их, задохнувшись от острого наслаждения, когда рот Кена опустился сначала на одну грудь, а затем на другую.
Ее пальцы впились в его спину, тело изогнулось в непередаваемой смеси мольбы и искушения.
Кен целовал ее живот, обводя пупок кончиком языка. Она зарылась пальцами в темные густые волосы, намереваясь приподнять его голову. Но руки беспомощно замерли, когда он стал опускаться все ниже и ниже.
Такая близость возможна только между самыми пылкими влюбленными, однако Грейс не находила в себе сил сопротивляться и отказываться от того, что давал ей Кен. Ее тело, как и ее чувства, сначала напряглись, сопротивляясь происходящему, а затем сдались.
Когда Кен накрыл Грейс своим телом и вошел в нее, он почти сразу же почувствовал первые спазмы ее освобождения. Его собственное тело устремилось вдогонку, и он испытал небывалое наслаждение, осознав, что они вместе пережили этот захватывающий момент.
Грейс выкрикнула имя Кена, сильнее вжимая его в себя, туда, где ей больше всего хотелось, чтобы он был. Это было так чудесно — ощущать его в себе, частью себя, сейчас и навсегда! — Кен…
Она выдохнула его имя в усталом упоении, и по ее щекам потекли слезы счастья, которые Кен слизал языком, прежде чем обнять ее. Грейс заснула еще до того, как его руки успели сомкнуться вокруг нее.



4

Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Приворотное зелье - Берристер Инга

Разделы:
12345678910

Ваши комментарии
к роману Приворотное зелье - Берристер Инга



Хорошо и легко. Но приворотное зелье существует только в сердце человека.
Приворотное зелье - Берристер ИнгаЛена
7.02.2012, 10.18





прочитать можно 5 из 5
Приворотное зелье - Берристер Ингаольга 3
14.12.2013, 17.15







загрузка...

Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Партнеры
Разделы библиотеки

Разделы романа
загрузка...