Читать онлайн Обеты любви, автора - Берристер Инга, Раздел - 4 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Обеты любви - Берристер Инга бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.15 (Голосов: 39)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Обеты любви - Берристер Инга - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Обеты любви - Берристер Инга - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Берристер Инга

Обеты любви

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

4

Следующий день должен был начаться с совещания. Это было нововведение Мэтта, который хотел, чтобы сотрудники имели возможность регулярно собираться вместе и обсуждать текущие проблемы.
В другое время Констанс с энтузиазмом приняла бы участие в обсуждении, но теперь все ее мысли были заняты Карен. Прежде чем отправиться на работу, она позвонила в приют. С Карен все в порядке, заверил ее директор, волноваться совершенно не о чем. Но Констанс все равно беспокоилась и ничего не могла с собой поделать.
Когда совещание закончилось, Констанс встала и собралась уходить вместе с остальными, но Мэтт остановил ее:
– Констанс, можно вас на минутку?
Девушка с волнением ждала, пока за последним из ее коллег закроется дверь. Она чувствовала, что всем интересно, зачем босс попросил ее остаться. Констанс гадала, не сделала ли что-то не так, но не могла припомнить за собой никаких прегрешений.
Она заметила, что Мэтт держит в руках папку с бумагами Эрика Сметхерста. Неужели обнаружил какую-то ошибку? Или я что-то пропустила или не доделала?
Мэтт открыл дверь, ведущую из конференц-зала в кабинет, и Констанс, дрожа от волнения, последовала за ним.
– Присаживайтесь, Констанс, – предложил Мэтт. – Хотите кофе?
Она отрицательно покачала головой, мышцы живота свело спазмом.
– Сегодня у вас очень озабоченный вид, – опускаясь напротив нее на стул, заметил Мэтт.
Друг от друга их отделял массивный стол, однако Констанс, как всегда остро, чувствовала близость Мэтта и поэтому немного подалась назад. Она уже дала себе слово не поддаваться опасным желаниям и четко следовать жизненным планам, выработанным гораздо раньше, чем на ее пути появился этот мужчина. Констанс понимала, что боится желания, которое Мэтт неизменно пробуждал в ней, но не осуждала себя за трусость. Страх не позволит ей ступить на опасную дорожку.
– Я знаю, всегда нелегко, когда на работе происходят какие-то перемены, – продолжал Мэтт. – И чем эмоциональнее человек, тем ему тяжелее. Знаете, я долго сомневался, принимать ли мне предложение работать здесь. Слияние двух фирм – всегда непростой процесс. Начинается неизбежная путаница, люди всегда поначалу относятся к новшествам неодобрительно. И из-за этого новое руководство подчас действительно поступает бестактно и несправедливо.
Констанс нахмурилась. Что он имеет в виду? Что был несправедлив ко мне?
– Я ведь тоже только человек и могу ошибаться, – развел руками Мэтт. – Но я меньше всего хотел бы, чтобы мои сотрудники считали, будто я руководствуюсь личными симпатиями и антипатиями… – Он замолчал, затем встал из-за стола и подошел к окну. – Или какими-то другими личными чувствами, когда оцениваю работу того или иного сотрудника. Констанс, вы прекрасно справлялись с делами Эрика Сметхерста, я забрал у вас этого клиента не потому, что не доволен вашей работой. Может, это перестраховка, но все же…
Так он решил, что моя подавленность связана с тем, что у меня забрали клиента! – догадалась Констанс. И теперь еще раз пытается объяснить, почему он это сделал.
– Я хорошо понимаю, почему вы решили, что делами Эрика должен заниматься кто-то другой. Я расстроилась не… не из-за работы, – неловко призналась Констанс. Ее не удивило, что Мэтт тут же обернулся и непонимающе посмотрел на нее. – Простите. Я знаю, что не должна позволять личным проблемам мешать работе, но вчера я встречалась с Карен… Она была очень подавлена. Один из подростков в приюте запугивает ее. – Констанс непроизвольно вздрогнула, в ее глазах вдруг промелькнул страх. – Я видела этого парня, когда мы с Карен сидели в «Макдонаддсе». Он действительно опасен. Я уже говорила с директором приюта, и он пообещал, что найдет способ защитить Карен.
– А этот парень, – резко спросил Мэтт, – угрожал лично вам?
Констанс поразилась его проницательности.
– Нет, не угрожал. Но в том, как он посмотрел на меня… по-взрослому… Не могу объяснить как, но я поняла, что у Карен есть самые серьезные основания бояться его. – Она вздохнула. – Не стоило мне говорить вам об этом.
– Нет, стоило. Я ведь здесь как раз для того, чтобы решать проблемы.
– Рабочие, – Констанс слабо улыбнулась, – а не личные. Но дело даже не в этом. Этот мальчик… – Она сделала глубокий вдох. – О нем мы говорили на прошлом собрании. Это с ним вам предстоит работать.
Констанс закусила губу и низко наклонила голову. Целью работы их группы было помогать любому подростку невзирая на поступки, которые он совершал. И теперь девушка чувствовала себя виноватой, ведь она рассказала Мэтту то, что может негативно повлиять на его отношение к мальчику. И то, что ее страх перед этим парнем имеет под собой основания, ничего не меняло.
– Понятно. Значит, это из-за Карен вы отказались встретиться со мной после работы?
Вопрос застал Констанс врасплох.
– Да… из-за Карен, – смущенно подтвердила она.
Вдруг Мэтт непринужденно и тепло улыбнулся.
Констанс часто заморгала, стараясь не поддаваться охватившей ее пьянящей радости. У нее вдруг закружилась голова, и, несмотря на то, что за окнами стоял серый, дождливый день, ей показалось, будто из-за облаков выглянуло и засияло ослепительное солнце. Сердце девушки забилось быстрее от неподдельной радости и неуемного счастья.
И все это только потому, что ей улыбнулся мужчина.
– С самого начала у нас все складывается как-то глупо, – тихо сказал Мэтт, – но теперь будет по-другому. У нас с вами много общего.
Констанс изо всех сил старалась не поддаваться его обаянию. Может, он просто чувствует себя одиноко, говорила себе она. Ведь как бы там ни было, а он в городе совсем недавно и у него здесь мало знакомых. Зато в Лондоне Мэтт весело проводил время, в этом Констанс не сомневалась.
– Конечно, мы ведь оба бухгалтеры, – поддакнула она и увидела, как в его глазах запрыгали искорки смеха.
– Разумеется, но я не об этом. Я скорее имел в виду другое… У нас много общего в личном плане, возможно, поэтому мы и выбрали одну и ту же профессию.
«Много общего в личном плане»! Мысли Констанс путались, она не верила собственным ушам.
– В выходные вы поедете к родителям в… в Тарфорд, кажется, да? – спокойно продолжал Мэтт. – Не нужно волноваться за Карен. Я понимаю вашу тревогу, но теперь, когда директор приюта в курсе, он обо всем позаботится, я уверен.
Констанс кивнула и встала.
Если бы не неловкость, которую Констанс постоянно испытывала из-за физического влечения к Мэтту, то сейчас, по дороге в свой кабинет, она думала бы о том, что он очень милый и понимающий человек. Но она находилась во власти радости и страха одновременно, и эти чувства были настолько сильны, что девушка никак не могла сосредоточиться и спокойно работать.
Неужели я правильно его поняла? Неужели он сказал то, что действительно думает? И, если да, что мне теперь делать?
Констанс пришлось сознаться в собственном малодушии. Она ничего не будет предпринимать вообще, если Мэтт ничего не предпримет. Будет, как страус, прятать голову в песок.
На это есть много причин. Во-первых, она могла просто неверно его понять. Во-вторых, Мэтт, возможно, хочет просто установить со служащими дружеские отношения. В-третьих, он, вероятно, отнесся к ней как к другу, как к коллеге и как к товарищу по группе работы с подростками. И незачем пытаться решить проблему, которой, возможно, не существует.
Констанс невесело улыбнулась. Ей за глаза хватает и реально существующих проблем.
– Дорогая, эта роза просто чудо!
Констанс счастливо улыбнулась, видя, что отчим действительно в восторге от подарка. Дон наклонился и поцеловал ее в щеку.
В семье существовала традиция, что подарки на дни рождения не открывают до праздничной чайной церемонии со свечами и тортом. Задуть свечи Дону помогали внучки, дочери Хейзл.
Теперь, когда подарки были вручены, дети стали спорить, кто задул больше свечек.
– Думаю, нужно уложить их сегодня пораньше, – сказала Хейзл сестре. – Иначе день закончится ссорой и слезами. Девочки перевозбудились.
Констанс вызвалась посидеть с детьми, чтобы Хейзл и Джефф могли сходить куда-нибудь.
После праздничного чая сестры неторопливо шли к дому Хейзл. Девочки, гоняясь друг за другом, следовали за ними.
– Ты сегодня такая задумчивая. Что-то случилось? – спросила Хейзл.
Констанс хотела солгать, но, перехватив проницательный взгляд сестры, нехотя призналась:
– Да так… кое-что.
Запинаясь, она стала рассказывать сестре о странных отношениях, сложившихся между ней и Мэттом.
– И что же? – спросила Хейзл, когда Констанс замолчала.
Девушка озадаченно посмотрела на сестру.
– Констанс, – с шутливой укоризной заявила Хейзл, – вряд ли найдется много женщин, которые считают проблемой то, что их физически привлекает мужчина, которому они тоже нравятся. Проблема – это когда женщину не хотят, а не наоборот.
Констанс покраснела от возмущения.
– Но я не такая, как ты. Мне не нужна… не нужна страсть.
Хейзл вдруг остановилась. Констанс тоже.
– Иными словами, ты боишься страсти, верно? Господи, ты же лишаешь себя одной из самых захватывающих радостей жизни!..
– Это ты так думаешь, – жестко перебила Констанс. – Но я не такая, как ты, мне никакие страсти не нужны. Они… разрушают все.
Хейзл помрачнела.
– Ты сейчас говорила обо мне и о Поле, да? О нашем разводе? Но ведь именно в результате нашей с Полом взаимной страсти родились мои девочки. От того, что ты называешь разрушительным…
К глазам Констанс подступили слезы, а Хейзл проникновенно продолжала:
– Да, моя любовь к Полу причинила мне много боли, но я ни на секунду не пожалела о том, что любила его. И я скорее согласилась бы пережить в десять раз больше обид и горестей, чем жить без радостей любви, без такого всепоглощающего желания…
– Но я совсем другая, – упрямо стояла на своем Констанс. – Мне это не нужно.
– Вот как?! – с вызовом переспросила Хейзл. – Умом ты, может, и не хочешь этого, но твое тело, все твои чувства говорят совсем о другом, не так ли?
Не зная, что ответить, Констанс отвернулась и поспешила вслед за девочками, которые оказались далеко впереди. Ее грудь пронзила сильная боль. Девушка уже жалела, что стала обсуждать столь щекотливую тему. Заранее было ясно, что сестра не поймет ее.
Хейзл нагнала ее и мягко сказала:
– Мы все боимся связать себя, боимся любить, потому что не хотим терять. Поверь, дорогая, эти страхи знакомы каждому.
Констанс покаянно подумала, что недооценила сестру, и неуверенно отозвалась:
– Но ведь ты-то никогда этого не боялась.
– Ты так думаешь? – Хейзл невесело улыбнулась. – Джефф хочет на мне жениться. Я уверена, что люблю его. Девочки от него в восторге… Я не сомневаюсь, что он любит и их, и меня, но пока не могу ответить ему согласием. Знаешь почему? Потому что боюсь. Разговаривая сейчас с тобой, я поняла, насколько мешает нам этот страх и сколько боли причиняет. Ведь Джефф не виноват в том, что Пол разлюбил меня и ушел. Но из того, что Пол обманул мое доверие, вовсе не следует, что я не могу доверять Джеффу. А ты… Ты хочешь застраховаться от всего на свете, – с улыбкой добавила она, отпирая дверь своего дома. – Но ведь жизнь не таблица умножения, где дважды два – всегда четыре.
В тот вечер Констанс ухитрилась не слишком много думать о Мэтте. Она была занята своими маленькими племянницами, развлекала их и играла с ними. Разумеется, спать девочки легли гораздо позже положенного часа. Когда Хейзл вернулась, Констанс ушла ночевать к родителям.
Зато Мэтт приснился ей ночью: он обнимал и целовал Констанс, а она льнула к нему, шепотом умоляя прижать ее еще крепче, ласкать еще сильнее. Подсознание выпустило на свободу те чувства и эмоции, которые, бодрствуя, девушка старательно подавляла.
Проснувшись, Констанс подошла к зеркалу, намереваясь причесаться, и вдруг, увидев свое отражение, едва не выронила из рук щетку. На ее лице были написаны откровенное желание и страсть – она все еще находилась во власти чувственных образов, явившихся ей во сне.
Такой она еще никогда себя не видела. И не хотела такой быть. Во сне существовала совсем другая Констанс, чье тело в объятиях обнаженного Мэтта извивалось и дрожало от острого желания. Девушка со смущением вспомнила свои протяжные стоны и слова страсти, которые шептала Мэтту во сне, и поразилась, что могла подумать такое, не то что сказать.
Но это был только сон, покраснев, напомнила себе Констанс. Просто сон. Такого не может быть. И не должно быть.
– Мы отлично посидели, теперь всем нам необходима прогулка, – твердо заявила на следующий день Хейзл после обеда у родителей. – Посуду пока бросим, мы с Констанс вымоем ее, когда вернемся. Давайте побудем на солнце. Далеко не пойдем – до реки и обратно.
Они оказались не единственными, кто хотел погулять и порадоваться теплой солнечной погоде. Констанс с улыбкой наблюдала за резвящимися племянницами и не знала, что сама стала объектом наблюдения, пока мужской голос не окликнул ее по имени.
– Констанс!
Она узнала голос в ту же секунду и, удивленная, резко обернулась.
Мэтт стоял чуть поодаль, одетый в простую рубашку и джинсы, на ногах – удобные ботинки, а под мышкой зажата туристическая карта графства Чешир.
– Мэтт… – пробормотала Констанс. Глупо предполагать, что он приехал в Тарфорд из-за меня. Видимо, решил просто погулять и познакомиться с окрестностями города, в котором теперь будет жить.
– Мэтт? – заинтересовалась Хейзл. Она, улыбаясь, подошла к нему и протянула руку для пожатия. – Наверное, я должна перед вами извиниться. Это из-за меня сестра перепутала вас с другим.
– А-а-а, вы та самая леди-сыщик! – догадался Мэтт.
– Мне действительно жаль, что так вышло, – продолжала Хейзл. – Неудивительно, что вы так разозлились.
– Да, немного разозлился, – подтвердил он. – Но в этом тоже были… свои плюсы.
Во рту у Констанс вдруг пересохло, она почувствовала желание провести языком по губам. Мэтт не отрываясь смотрел на нее, и Констанс хотелось отвести глаза, но она почему-то не могла сделать этого.
До нее донесся голос Хейзл, которая говорила родителям:
– Идите сюда, познакомьтесь с новым боссом Констанс.
Девушке захотелось развернуться и убежать, пока не поздно. Но… поздно для чего?
Мать улыбнулась Мэтту, Хейзл представила всех друг другу. Мэтт поздравил Дона с прошедшим днем рождения, и оба рассмеялись: похоже, мужчины быстро нашли общий язык, какой-то свой, не доступный пониманию женщин.
– Вы уже закончили прогулку или наоборот? – спросила мать Констанс.
– Только собираюсь начать, – ответил Мэтт. – Но здесь столько красивых мест, не знаю даже, куда пойти…
– Тогда почему бы вам не присоединиться к нам? – тут же предложила Хейзл. – Мы направляемся к реке. После маминого воскресного обеда прогулка просто необходима.
Все, кроме Констанс, рассмеялись. Она была слишком ошарашена, слишком взволнована и могла лишь переводить обеспокоенный взгляд с матери на Мэтта и обратно.
Ведь он, разумеется, не захочет пойти с нами? Он же настроился на целую экскурсию, а мы просто идем прогуляться. Но Мэтт уже сделал выбор, и компания отправилась в путь. Когда улица стала уже, каким-то образом вышло так, что он оказался рядом с Констанс.
Кто-то из прохожих толкнул Констанс, и Мэтт поддержал ее под локоть. Девушка постаралась не поддаваться острому удовольствию от этого прикосновения, пытаясь дышать глубоко и ровно и смотреть прямо перед собой. Сухо поблагодарив Мэтта, она тут же отстранилась.
– А у вас есть семья? – безо всякого смущения спросила Мэтта Хейзл.
– Есть, но теперь мы редко видимся. Моя сестра вышла замуж за австралийца, у них трое детей. Мои родители несколько лет назад уехали к ним. Думаю, мама уже отчаялась ждать внуков от меня.
– Вы не хотите детей? – удивилась Хейзл.
Констанс едва сдержалась, чтобы не одернуть сестру. Что поделаешь, Хейзл в своем репертуаре! Она могла преспокойно задать самый что ни на есть интимный вопрос незнакомому человеку. Просто такой уж у нее характер.
Констанс задержала дыхание. Она боялась, что Мэтт резко отчитает Хейзл, и одновременно надеялась, что он не сделает этого. Ей самой не хватило бы смелости спросить его о чем-то в этом роде. Констанс посмотрела в лицо Мэтта, ища признаки недовольства, но не нашла. Он улыбался, а глаза его весело блестели.
– Хочу, но поскольку, несмотря на научный прогресс, мужчины пока еще не могут заводить детей сами по себе, мне придется подождать, пока я не встречу женщину, которая разделит это желание.
– Можно подумать, это совершенно невыполнимая задача! – рассмеялась Хейзл.
К счастью, Мэтт и к этому замечанию отнесся добродушно.
– Почти, – ответил он, и глаза его весело заблестели. – Помните сказку о хрустальной туфельке? Кому ни примеривали, всем мала.
Потом, когда они спустились к реке, Мэтт стал показывать дочкам Хейзл, как играют в воде на солнце мальки и что-то рассказывать. Девочки слушали раскрыв рты. Хейзл наклонилась к Констанс и прошептала:
– Ты сумасшедшая, понимаешь?
Констанс в замешательстве посмотрела на сестру.
– Ты же хочешь его, – тихо продолжала Хейзл, – и, черт побери, я совершенно уверена, что он тоже хочет тебя. Конни, жизнь не настолько часто дает нам такие возможности, чтобы их упускать! Ты права, может случиться и так, что роман с Мэттом закончится болью и обидой. Но вовсе не обязательно! – Хейзл замолчала и оценивающе посмотрела на склонившегося над водой Мэтта. – Мне кажется, он знает, как подарить женщине наслаждение и умеет ценить наслаждение, которое ему подарят в ответ. Знаешь, что меня больше всего раздражало в Поле? Он был великолепным любовником, но лишь до тех пор, пока это нужно было самому. В конце концов мне надоело все время подчиняться, хотя я и не сразу призналась в этом самой себе. Конни, поверь, не нужно отвергать то, что тебе предлагает этот человек!
– Но он же ничего мне не предлагает вообще!
Хейзл подняла брови.
– Не предлагает? Да одно его присутствие здесь говорит о многом.
– Это просто совпадение, – свистящим шепотом бросила Констанс и встревожено оглянулась, желая убедиться, что Мэтт не слышит, о чем они говорят.
Хейзл рассмеялась.
– Никаких совпадений!
Констанс твердо сказала себе, что сестра ошибается. Однако, когда мать вдруг пригласила Мэтта на чай и тот согласился, девушке пришло в голову, что Хейзл не так уж и не права.
За столом Мэтт и Дон весьма дружелюбно беседовали. Старшая из дочек Хейзл сообщила Констанс, что Мэтт «очень хороший». Мать хлопотала около него за столом, настаивая, чтобы гость съел еще рогалик, и покраснела от удовольствия, когда Мэтт похвалил домашний джем. Констанс поняла, что ее мать полностью разделяет мнение своей маленькой внучки. Мэтт и вправду с такой легкостью нашел общий язык с ее родными, что, казалось, все они знают друг друга уже целую вечность, а не всего несколько часов.
Констанс почти не принимала участия в разговоре. Ее даже немного обижало, что Мэтт целиком завладел всеобщим вниманием. Но вот он повернулся, с улыбкой посмотрел на нее… И в ту самую секунду сердце Констанс вдруг открыло ей истину.
Кажется, я влюбилась в этого человека!



загрузка...

Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Обеты любви - Берристер Инга

Разделы:
123456789

Ваши комментарии
к роману Обеты любви - Берристер Инга



Ох! Как на меня, то сильно. Сдесь конкретная психология.
Обеты любви - Берристер ИнгаЛена
23.01.2012, 1.32








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100