Читать онлайн Романс о Розе, автора - Берд Джулия, Раздел - Глава 13 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Романс о Розе - Берд Джулия бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.18 (Голосов: 17)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Романс о Розе - Берд Джулия - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Романс о Розе - Берд Джулия - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Берд Джулия

Романс о Розе

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 13

Дрейк вернулся в Торнбери ближе к вечеру. Он вошел в дом через южный вход и направился в комнату Томаса, расположенную на половине слуг. Постучав, он приоткрыл дверь. Томас сидел на стуле у единственного в комнате окна, полируя часы в меркнущем солнечном свете.
Мальчишкой Дрейк не ждал приглашения войти, но сегодня он уже разочаровал управляющего и не знал, захочет ли тот вообще с ним разговаривать.
– Ты не против компании, старина?
– Дрейк! Входи, мой мальчик, входи.
Едва Томас устремился к нему через комнату, протянув навстречу руки, как Дрейк, заметив, что он хромает, жестом остановил его.
– Старина, давай обойдемся без формальностей. Тебя беспокоят твои суставы, я же вижу.
Томас нахмурился, тонкие седые брови сошлись на переносице, словно мягкие облака в дождливый день.
– Неужели ты помнишь?
– Да, и я помню, что ты вечно забывал принимать лекарство и делать примочки, как тебе велел доктор, ты, старый умник!
Глаза Томаса заметно оживились.
– Мое лекарство, да? – Он легонько толкнул Дрейка в грудь – А ты вечно приставал с этим к лорду Даннингтону.
– Нас обоих тревожило твое здоровье. Он любил тебя так же сильно, как и я. – ответил Дрейк. – И теперь люблю. Л сейчас садись, старина. И чтобы больше никаких возражений.
Дрейк мягко подтолкнул управляющего к стулу, но едва он склонился у его ног, как Томас попытался поднять его.
– Нет, господин Дрейк. Так не годится.
Дрейк протянул руку и обнял старика. Томас на мгновение положил голову на плечо Дрейка и заморгал, чтобы сдержать слезы.
– Ты не должен этого делать.
– Тихо, Томас. Я помню, как ты разрешал мне натирать твои ноги мазью – Дрейк сдернул тапочки с ног Томаса и увидел, что они туго перебинтованы. Очень осторожно он развязал полоски материи. – Я растирал тебе ноги, а ты давал мне советы по управлению поместьем. Ты говорил со мной так, будто видел во мне законного наследника Торнбери.
– Да, так оно и было. – Томас с облегчением вздохнул и откинулся назад, после того как Дрейк мягко помассировал сначала одну ногу, потом другую, стараясь не касаться воспаленных суставов.
Увидев у кровати ящик с чистыми тряпками, Дрейк взял несколько полосок и снова стал бинтовать ноги Томаса.
– Ты был хорошим мальчиком, Дрейк. Очень хорошим.
– Неужели? – фыркнул Дрейк.
– Самым лучшим.
С трудом подавив слезы, Дрейк продолжал тщательно бинтовать ноги управляющего.
– Она ненавидела меня, Томас, поэтому я и уехал. И она до сих пор ненавидит меня, а я не желаю ей вреда. Это судьба, понимаешь? Мы с Розалиндой обречены. Нас обоих околдовал дом. И ничего тут не поделаешь. Неужели ты не понимаешь?
Томас вновь нахмурил брови, на сей раз в отчаянной попытке разобраться в сбивчивой речи Дрейка.
– Розалинда не может ненавидеть тебя, мальчик мой. Она наверняка относится к тебе так же, как и я.
– Женщина вовсе не должна делать того, что ей не хочется. Даже если мужчины и предпочитают думать иначе.
– Но если ты ей все расскажешь… Расскажешь, что в беде, скажешь, что тебе нужны деньги.
– Нет, Розалинда ничего не должна узнать. Она использует эти сведения против меня, пусть и невольно. Мне никак нельзя быть слабым с этой негодницей. – Дрейк закрепил полоски ткани вокруг ног Томаса. – Сегодня тебе не танцевать, старина.
– Да уж, – улыбнулся Томас и зевнул. – А ты пойди потанцуй.
– До утра я натанцуюсь до упаду, – хмыкнув, отозвался Дрейк и, когда управляющий задремал, выскользнул из комнаты.
К тому времени, как Дрейк вернулся из туалета, почти все было готово к небольшому приему. В парадном зале были накрыты столы; заканчивая последние приготовления перед представлением, носились слуги.
Стоя на верхней площадке лестницы, Дрейк слышал шум, доносящийся из передней: стук сундуков с костюмами, которые вносили нанятые Шекспиром люди, веселый смех и шутки актеров. Он узнал голоса Томаса Поупа, Ричарда Кроули и звезды труппы Ричарда Бурбаджа. И конечно, самого Уильяма и его младшего брата Эдвина.
– Что ты здесь делаешь, Дрейк?
Сидевший на перилах над входом Дрейк обернулся и увидел приближавшуюся к нему Франческу. На ней было красивое платье нежно-лазурного цвета, а потому ее прелестные миндалевидные глаза сверкали, словно аметисты. В зачесанных наверх волосах блестела жемчужная диадема.
– Приветствую тебя, Фрэнни. – Он улыбнулся и нежно поцеловал ее в щеку. – Ты прекрасна, как всегда… Я просто смотрел на приготовления к спектаклю, который теперь пропущу из-за того, что это не моя половина дома.
Франческа задумчиво оперлась о перила.
– Хм, действительно проблема. Пьесу будут играть в галерее. Да, но у тебя же есть половина галереи! Ты вполне можешь насладиться спектаклем издалека.
Дрейк ухмыльнулся:
– Умная девочка! Ты что, за меня?
Франческа игриво ткнула его рукой, сплошь унизанной перстнями с драгоценными камнями.
– Нет, чтоб тебя! Я снова вынуждена лавировать между вами. В детстве мне удавалось избегать необходимости принимать чью-либо сторону, а каждый из вас наверняка думал, что я на его стороне. И вот теперь вы снова вынуждаете меня…
Увидев едва заметные морщинки в уголках глаз подруги детства, Дрейк покачал головой:
– Боже милостивый, как давно все это тянется! Если бы только Розалинда наконец повзрослела.
– Все не так просто, Дрейк. И боюсь, чем старше мы становимся, тем больше все усложняется. Она видит тебя лишь сквозь мутное окно прошлого.
Он мрачно кивнул:
– Я вот тут слушал, как актеры готовятся к сегодняшнему представлению, и вспомнил о том времени, когда был совсем еще мальчишкой, до нашего с матерью возвращения в Торнбери-Хаус…
Франческа мягко коснулась его руки.
– Это когда ты жил… – Ее голос затих.
– Не смущайся, говори как есть! Когда мы снимали комнату на самой ужасной улице в самой жуткой части Лондона. Именно там мне впервые поставили синяк под глазом. Какой-то матрос принял мою мать за шлюху и попытался затащить ее с улицы в сарай, чтобы поразвлечься там на соломе. Я отгонял его, и он ударил меня кулаком в глаз.
– Какой ужас!
– Да нет, напротив. Я понял, что легко переношу удары. Весьма полезное знание, когда живешь среди убийц, головорезов и воров.
– Та часть Саутуорка превратилась теперь в очень модный театральный район. Мы с Розалиндой были там вчера, в театре «Глобус».
– Он моден лишь тогда, когда ты – одна из тысячи театральных завсегдатаев, которые нанимают лодочников, чтобы пересечь Темзу и успеть на дневное представление. Главное – вернуться до наступления темноты, пока из своих укрытий не появились воры и шлюхи, готовые профессионально обслужить клиентов. Когда я был мальчиком, единственным приличным зданием во всей округе был дворец архиепископа Уинчестера. Помню, как я стоял перед Медвежьим садом, вслушиваясь в гомон толпы, ревущей при виде битвы медведей и собак на огромной круглой сцене, Когда мастиффы вонзали клыки в лапы прикованных медведей, животные выли от боли, а толпа ликовала. Потом из какого-то механического устройства выскакивали актеры и начинали петь и танцевать. Взрывалась хлопушка, осыпая зрителей грушами и яблоками.
– Какое великолепное зрелище, особенно для мальчика. Дрейк сардонически улыбнулся:
– Да, наверное. Но только сам я никогда его не видел. Не мог заплатить и пенса, чтобы войти. Но слышал. Сидел снаружи и прислушивался к звукам, долетавшим через стены. А после представления просил выходивших зрителей рассказать об увиденном. А потом уже мысленно представлял, что происходит на сцене, когда в последующие вечера вслушивался в знакомые звуки.
– Каким умным мальчиком ты был, – восхитилась Франческа, стараясь не выдать своей жалости к нему, поскольку знала, что он безмерно горд и его очень легко ранить.
– Вот почему я был так заинтригован, когда обнаружил, что Розалинда втайне сочиняет сонеты. Какой замечательный дар – давать людям возможность представить то, что они не могут увидеть сами, или увлечь их в путешествие, даже не покидая Англии. И все это благодаря силе слов!
– Значит, ты все же уважаешь Розалинду.
– Я уважаю ее так, что она себе и представить не может. Ее решимость, ее характер, ее упрямство, ее…
– Только не надо слишком длинного списка, а то мне придется махнуть рукой на вас обоих.
– Я уже махнул рукой на тебя.
– О чем ты?
– Я уже и не надеюсь, что лучший друг моего детства когда-нибудь сможет влюбиться.
– Влюбиться? А это тут при чем? Только что ты говорил о Розалинде и тут же вдруг – о любви? Какой же вывод? Может, все же существует связь между двумя столь разными темами?
– Вывод таков; я – ужасный собеседник и не способен понимать тонкости светской беседы.
Она взяла его под руку и притянула к себе.
– Ты влюблен в Розалинду? – доверительно спросила она – Неужели это правда? Ты гневаешься, потому что любишь?
– Не говори глупостей, Фрэнни. Может, лорд Даннингтон и мечтал об этом, но его мечты весьма далеки от реальной жизни.
На мгновение он задумался о том, каковы могли быть последствия желания графа поженить их, особенно брачная ночь. Он представил, как раздевает Розалинду, видит ее белую кожу, слышит тихие вздохи…
Он представил, как скользит пальцем по нежным выступам ее спины, от изящной шеи до грациозного изгиба поясницы. А вот рука касается ее груди, и рот любимой приоткрывается в тихом возгласе наслаждения. Он увидел капельки влаги на ее лице, припухлость верхней губы, так и жаждавшей поцелуя. Представил, как его язык скользит по этой губе и погружается наконец во влажные глубины рта…
Тут он уже не представил, а почувствовал шевеление у себя в паху и вмиг залился краской, словно Франческа могла прочитать его мысли. Желание обладать Розалиндой, даже мысли об этом наполняли его весьма противоречивыми ощущениями. Как бы ему хотелось покорить ее. Лишить эту высокомерною девственницу остатков гордости. Заставить стонать от наслаждения, молить о большем.
Пять лет он не касался женщины. Для этого нет времени, если мужчину снедает честолюбие. И потом, в случайных отношениях всегда присутствует доля фальши: ведь нет сердечной привязанности.
Он был явно неравнодушен к Розалинде, но между ними было слишком много разногласий. Слишком много разбитых надежд и оскорбленных чувств. И он постарался забыть о своем тайном чувстве, таком чистом и хрупком, что невозможно выразить словами. Он столько отдал Розалинде тогда, в то первое мгновение, когда ее увидел – рыжие кудряшки, смеющееся лицо, встревоженные изумрудные глаза, высокомерие и такое обаяние и обещание женственности, что не устояло даже сердце маленького мальчика. Она заворожила его в один миг, и он, заблуждаясь, поверил, что нашел единственную, предназначенную только для него душу в мире.
Ребенок способен ясно увидеть обещание необыкновенной любви, но, став мужчиной, может все забыть. Вот так и Дрейк: впервые увидев Розалинду, он понял, что она назначена ему судьбой. Это была любовь, с которой потом сравнивались все чувства, и все они проигрывали. И она убила ее. Мог ли он снова полюбить женщину, которую сейчас так сильно ненавидел потому, что когда-то так беспредельно любил?
– Дрейк? Дрейк, где ты?
Он встрепенулся и комично заморгал.
– Ах, Фрэнни, если бы Розалинда походила на тебя, я мог бы, женившись на ней, решить все свои проблемы.
– Походила на меня? То есть была бы уступчивой, покладистой и совершенно неприкаянной? Нет, друг мой. Это мне надо быть похожей на Розалинду. Быть сильной и уверенной, пусть и ошибаясь иногда. Думаю, вы оба должны попытаться простить друг другу грехи прошлого. Начните сначала, забудьте свое детское упрямство.
– Простить? – Дрейк лукаво ухмыльнулся. – Да ведь я не ведаю даже, что значит это слово. Боюсь, ты делаешь много шума из ничего.


«По-видимому, они жалеют Беатриче. Кажется, страсть ее дошла до предела. Влюбилась в меня! За это надо ее вознаградить. Слышал я, как они обо мне судят: думают, что я зазнаюсь, если замечу ее любовь; по их словам, она скорее умрет, чем выдаст чем-нибудь свое чувство».
Пока актер, игравший Бенедикта, произносил свой монолог, Розалинда прошептала на ухо Франческе:
– Лучше умереть, чем выказать свою любовь.
– Ты лукавишь, – шепотом ответила Франческа, чтобы не мешать актерам.
Подруги сидели в первом ряду импровизированного театра, а за ними – несколько десятков гостей. Актеры расхаживали по сцене, сооруженной в той половине галереи, что принадлежала теперь Розалинде. Никто не спросил, почему вторая половина – та, что принадлежала Дрейку, – была пуста, а Розалинда ничего не стала объяснять.
– Замечательная пьеса! – восхитилась Франческа, торопясь успокоить рассерженную Розалинду. И не напрасно: подруга ее так и кипела от бешенства. – Как ее назвал господин Шекспир?
– «Много шума из ничего». – ответила Розалинда и почувствовала на себе заинтересованный взгляд Фрэнни. – У меня что, крошка на щеке?
– Нет-нет, – улыбнулась Франческа. – Меня… просто удивило название.
Голоса актеров зазвучали громче.
«Нет, правда, Урсула, она чересчур надменна». – Актер, игравший Геро, крался по сцене, приближаясь к воображаемой беседке.
– Ты нигде не видишь Дрейка? – встревожено оглянувшись, спросила Розалинда.
– А если бы и увидела? Он наверняка не пропустит это замечательное представление. Право же, Розалинда, ты слишком жестока к нему.
– Он вор и лгун. О, тише, сейчас будет монолог Беатриче!
Изображавший Беатриче юноша, откашлявшись, шагнул вперед.
Ах, как пылают уши! За гордынюУжель меня все осуждают так?Прощай, презренье! И прости отнынеДевичья гордость! Это все пустяк.Любовью за любовь вознагражу я,И станет сердце дикое ручнымТы любишь, Бенедикт, – так предложу яЛюбовь союзом увенчать святымЧто ты достоин, все твердят согласно,А мне и без свидетельств это ясно.
type="note" l:href="#n_5">[5]
Слушая эти замечательные стихи, Розалинда забыла обо всем на свете и стала горячо аплодировать актеру. Гости, сидевшие позади нее, присоединились к аплодисментам. Наконец все стихло и в воцарившейся тишине раздались ритмичные громкие хлопки Звуки не стихали, несмотря на многозначительное покашливание актеров, и Розалинда обернулась. Дрейк! Ну конечно! Кто еще посмел бы?
– А вот и Дрейк, – прошептала Франческа.
Ставшие свидетелями неслыханной дерзости гости тотчас устремили свои взоры на Розалинду. Перед ее глазами вставали лукавые улыбки, ехидные ухмылки, удивленно приподнятые брови – все явно ждали реакции хозяйки.
Кровь вмиг прилила к ее щекам, она решительно сжала кулаки, пытаясь примириться с тем фактом, что у нового спектакля нет заранее подготовленного сценария.
– Что ты здесь делаешь? – спокойно спросила она, вставая.
– Наслаждаюсь пьесой, – ответил Дрейк. – Со своей половины галереи, разумеется. Я никогда бы не посмел пересечь границу.
Его чертовски манящие губы расплылись в очаровательной улыбке, глаза в свете факелов блестели лазурью.
– Представление проходит на моей половине галереи, – решительно заявила она.
– Но звук распространяется и на мою половину.
Сидевшая в третьем ряду леди Блант тем временем раскачивалась как маятник, пытаясь рассмотреть выражение лица Розалинды из-за спины очень высокого лорда Брюнвальда.
– Это не довод, – возразила хозяйка половины галереи. – Тебя на этот вечер не приглашали.
– Но я просто прогуливался по своей половине.
– Леди и джентльмены, господин Дрейк Ротвелл считает, что, смутив меня, вынудит пойти на компромисс, – объяснила Розалинда оторопевшим гостям, – но меня уже давно трудно смутить.
Дрейк грозно нахмурился.
– Да, Дрейк, ничего не выйдет. Я достаточно эксцентрична, что может подтвердить любой, побывавший на моем представлении комедии масок. Боюсь, тебе придется поискать другой способ укротить мой язык. Дамы и господа, вы, несомненно, задумывались по поводу причин, побудивших господина Ротвелла вернуться в Лондон. Судя по всему, он приехал продавать Торнбери-Хаус прямо у меня на глазах.
– Продавать? Разве он вправе сделать это? – раздалось со всех сторон, потом все стихло.
– Но я не намерена расставаться со своим домом. И если кто-нибудь из присутствующих уже связался со своими поверенными по поводу покупки моей земли, то может рассчитывать на пожизненную судебную тяжбу.
– Миледи, – прозвучал глубокий голос за ее спиной. Розалинда повернулась и увидела на сцене Ричарда Бурбаджа, величайшую театральную звезду Лондона, который умоляюще сложил руки. – Прошу вас, позвольте нам продолжить представление.
Розалинда поискала глазами Шекспира. Он стоял в сторонке, скрестив руки на груди и едва заметно улыбаясь. Ситуация явно его забавляла. Он, наверное, уже мысленно делал заметки, чтобы использовать их в своей следующей пьесе.
– Актеров ждут дома, в семьях, – увещевал Розалинду Бурбадж. – Можно мы продолжим? Лучшей труппы в Лондоне вам не найти.
– Вряд ли, – возразил Дрейк. – Розалинда и сама великолепно играет. Гости, по всей видимости, сейчас присутствуют на самом лучшем ее представлении.
Резко повернувшись, чтобы дать достойный отпор наглецу, Розалинда увидела человека, который мог развлечь гостей получше, чем она сама. Это был не кто иной, как граф Эссекский, Роберт Деверо.
– Миледи, – произнес Хатберт, согласно этикету, – и господин Дрейк, – добавил он, поклонившись Дрейку. – Прибыл граф Эссекский, лорд Роберт Деверо.
Гости разом ахнули. Розалинда вмиг побледнела, сердце у нее в груди бешено колотилось.
Эссекс являл собой атлета мощного телосложения, с классическим профилем. Привлекали внимание прямой нос, огромные глаза, вьющиеся рыжие волосы и чувственные губы. При виде красавца аристократа, когда-то фаворита королевы, а теперь изгоя, гости вновь зашептались, правда, уже сдержаннее.
– Граф Эссекский, – повторила Розалинда слабым голосом, представляя, как буквально у нее на глазах испаряются ее связи с королевой. Что подумает королева, если она примет Эссекса? Но как же можно не принять его?
Более года назад Елизавета направила его подавить мятеж, поднятый ирландцем Хью О'Нилом, графом Тирона. Но вместо того чтобы укротить мятежников, Эссекс вступил с ними в переговоры, а затем, оставив войска в Ирландии, без разрешения вернулся ко двору объяснить свои действия.
Королева пришла в ярость, услышав, что ему не удалось расправиться с Тироном. И была шокирована, когда Эссекс, весь забрызганный грязью, появился без приглашения в ее спальне, а она еще даже не оделась. Граф впервые увидел старую королеву без рыжего парика; редкие седые пряди торчали во все стороны. Смущенная королева, призвав на помощь весь свой дипломатический талант, тепло приветствовала вошедшего, но позднее распорядилась установить за ним наблюдение со стороны лорда-хранителя в Йорк-Хаусе, выделив всего двух слуг.
Оказавшись в таком заточении, Эссекс занервничал и в итоге тяжело заболел. Он умолял королеву принять его вновь, но она отказала. Спустя шесть месяцев ему было разрешено вернуться в Эссекс-Хаус на Стрэнде. Живя там практически под домашним арестом, он наконец поправился.
А в прошлом месяце граф предстал перед комиссией советников и судей и был осужден за дерзкое поведение. Но его освободили при условии, что он удалится от двора и королевы. Эссекс покорно вернулся в Оксфордшир.
И вот сейчас он решил появиться в обществе, умело выбрав мероприятие, проходившее на окраине Лондона, без участия королевы. Розалинда была так же потрясена его появлением, как в свое время была потрясена королева.
– А, леди Розалинда! – громко воскликнул граф при виде хозяйки. – Надеюсь, я еще успею насладиться представлением.
– Да, конечно, – ответил за нее Дрейк, невольно ринувшись на защиту Розалинды. – Представление, судя по всему, только начинается.
Хозяйка отблагодарила его взглядом, а граф, узнав говорившего, презрительно сощурился:
– Вот уж не ожидал вас здесь увидеть, Ротвелл. А как же плавание? Говорят, вы всего-то и сумели собрать пятьдесят тонн морских ракушек. Это должно принести хорошие деньги на рынке, если, конечно, лондонские дамы вдруг полюбят носить вместо жемчуга и рубинов ожерелья из ракушек, как гологрудые туземки.
Граф замолчал, явно в ожидании одобрительных смешков, но вокруг царило зловещее молчание. Увидев, что грудь Дрейка вздымается от ярости, Розалинда ласково коснулась его руки. Она и сама едва сдерживала негодование. Как смеет граф Эссекский врываться к ней в дом и оскорблять ее личного врага!
– Милорд, – наконец произнесла Розалинда, – Дрейк сообщил мне, что приобрел так много черного перца, что, если бы он сейчас выбросил на рынок Лондона всю партию, цены просто обрушились бы.
Краем глаза она заметила восхищенный взгляд Дрейка. На самом деле Розалинда понятия не имела о том, как повлияет перец на рыночные цены, но она была достаточно наслышана о подобных вещах, чтобы придумать достоверный ответ.
– Я бы не хотела ввергнуть экономику в головокружительный водоворот падающих цен, а вы? – спросила Розалинда Эссекса.
Граф поклонился, переваривая ее столь уверенное заявление, потом с невольным уважением кивнул Дрейку.
– Похоже, я ошибался на ваш счет, Ротвелл. Ах, леди Блант! Какое счастье увидеть вновь давнего соседа! Спасибо, что пригласили меня от имени леди Розалинды.
Розалинда в крайнем изумлении взглянула на старую сплетницу.
Леди Блант покраснела и сконфуженно потупилась.
– Безмерно рада, граф, – пробормотала она, оробев первый раз в жизни. – Нам очень недостает вас при дворе.
Граф двинулся дальше. Гости тоже стали бродить по залу, слишком разволновавшись, чтобы досмотреть представление до конца. Хорошо хоть Шекспир вовремя подал знак актерам собираться: им все равно заплатят сполна. Шекспир не раз говорил, что пишет длинные пьесы именно с расчетом на то, чтобы их можно было прервать в случае необходимости.
Очевидно, кто-то попросил музыкантов разрядить ситуацию, потому что вдруг заиграли три флейты и виола. Розалинда с облегчением вздохнула. С благодарностью вспомнив о том, как Дрейк протянул ей руку помощи, она повернулась к нему. Тайные махинации Дрейка были детской забавой по сравнению с угрожающим присутствием графа.
Дрейк очень внимательно посмотрел на нее и мрачно улыбнулся:
– Неудачный поворот событий, да? Сожалею, что он испортил твой праздник.
– Конечно, ибо сам ты теперь его испортить не сможешь. – Странно, свои колкие слова она сопровождала мягкой улыбкой.
– Напрасно ты стала хвастаться моими успехами, Розалинда. Я не нуждаюсь в защитнике, тем более женского пола. Ты понятая не имеешь, что я собираюсь сделать с перцем. Но мне тем не менее приятно, – с улыбкой закончил он.
– А с какой стати Эссекс так ненавидит тебя? Чем ты так задел его?
Взгляд Дрейка посерьезнел, когда он посмотрел вслед падшему ангелу, пробиравшемуся через толпу гостей.
– Может, когда-нибудь я тебе и расскажу. Эссекс – наглая, неблагодарная тварь, укусившая руку, которая кормила его все эти годы. У него долга больше шестнадцати тысяч фунтов, а в отчаянии человек готов на все. Короче говоря, он не тот, кого тебе следует приглашать на свои вечера.
– Эссекс так долго был фаворитом королевы, – произнесла Розалинда, удивленно качая головой. – Я помню, как он играл с ней в карты. Они начинали с наступлением вечера и заканчивали лишь с рассветом. Если бы она не была убежденной девственницей, притом на тридцать с лишним лет старше его, я бы решила, что картами дело не ограничивалось.
– Граф слишком возомнил о себе: подстрекает Джеймса Стюарта заявить о своих правах на английский престол. Посадив короля на трон, он собирается создать новый парламент, который объявит шотландского короля наследником британской короны. Напрасно.
– Боже, мне не сносить головы, стоит только королеве узнать, что я принимала его сегодня!
– Ничего, – успокоил ее Дрейк. – Из надлежащих источников королева скоро узнает о двойной игре Эссекса.
– Как? – нахмурилась Розалинда.
– Сказать не могу, но умоляю, держись от него подальше. Отныне он злейший враг королевы.
Розалинда доверительно коснулась рукава его камзола, чтобы дать понять, что непременно последует его совету. Надо же, как он хорошо осведомлен о хитросплетениях придворной политики! Очень странно для человека, долго пробывшего в море. Но она ему верит. Что же в нем так изменилось? Почему она доверяет ему, даже ненавидя? Ей хотелось ударить Дрейка, но куда там!
– Ты, конечно, прав Я сделаю так, как ты сказал. Когда он оторопело посмотрел на нее, она проглотила остатки гордости.
– Мое согласие удивляет тебя? Я достаточно поумнела, чтобы соглашаться с разумными доводами.
– На твоем месте я бы закончил этот вечер как можно скорее, – мрачно сказал Дрейк и повернулся, чтобы уйти. – Не стану мешать, поскольку события развиваются на твоей половине галереи. – Поклонившись ей и дьявольски сверкнув глазами, он направился к двери.
При мысли о том, что он уйдет, Розалинду охватила паника, и она вцепилась в его рукав.
– Ты ведь не уходишь, правда?
Он обернулся, и язвительная усмешка тронула его красивые губы.
– Думаю, мне не стоит напоминать тебе, что ты пыталась избавиться от меня последние полчаса.
– А теперь я хочу, чтобы ты остался. Присмотри за Эссексом. Пожалуйста!
– Нет, Розалинда. Ты намерена в дальнейшем управлять этим домом, так что справляйся с Эссексом сама. Я знаю разницу между тем, когда ты нужен, и тем, когда тебя используют.
Он снова направился к двери, а она вдруг поняла, как он нужен ей рядом. Изворотливый негодяй! Будь ты проклят! Она топнула ногой.
– Дрейк.
Он вновь обернулся, и черты лица его смягчились. Очевидно, он заметил ее растерянность и побелевшие от напряжения кулачки.
– Не волнуйся, Розалинда. Я буду неподалеку. От меня не так-то просто избавиться.
Когда он подмигнул и отвернулся, она ощутила яростное желание в отчаянии броситься к нему и в то же время ударить за то, что так в нем нуждается. Неясно теперь, кого бояться больше – Эссекса или Дрейка.
«Дрейка», – подсказал ей внутренний голос. Этот проклятый внутренний голос, который вечно говорил правду, когда ее разум твердил обратное!




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Романс о Розе - Берд Джулия



отлично! ненавязчиво и приятно! Десять!
Романс о Розе - Берд Джулияgeranium
4.04.2012, 18.38





Классный роман, отличные диалоги и описания. Все понравилось, кроме одного - зачем этот роман в категории Пираты? Пиратского-то в принципе ноль!!!
Романс о Розе - Берд ДжулияТаня
9.05.2012, 15.54





Очень мрачно
Романс о Розе - Берд Джулияирина
1.07.2013, 20.04





Нормальный роман, героиня молодец. ..
Романс о Розе - Берд ДжулияМилена
27.09.2014, 15.46








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100