Читать онлайн Полуночный Ангел, автора - Берд Джулия, Раздел - Глава 2 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Полуночный Ангел - Берд Джулия бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 6.25 (Голосов: 4)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Полуночный Ангел - Берд Джулия - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Полуночный Ангел - Берд Джулия - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Берд Джулия

Полуночный Ангел

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 2

К тому времени, когда Лидия присоединилась к компании людей, собравшихся в библиотеке графа, огонь в богато украшенном камине уже догорал. Часы, стоящие на каминной полке розового мрамора, показывали половину второго ночи.
– Простите, что заставила вас так долго ждать, – сказала она, проходя легкой скользящей походкой по темно-синему персидскому ковру. – Я приехала бы домой гораздо раньше, но… я навещала одну свою близкую подругу, которая тяжело больна, и мне пришлось посидеть с ней, пока она не почувствовала некоторого облегчения.
– Слава Богу, что ты наконец приехала, – произнесла Клара, с готовностью принимая шитую белыми нитками ложь в качестве вполне сносного объяснения. Подтянутая и весьма консервативная в одежде жена адвоката Тодда Лича поднялась со своего места, едва лакей распахнул перед хозяйкой дома двери. Она подошла к Лидии и в приветственном жесте прижалась щекой к ее щеке. – Я так беспокоилась за тебя! Тем более что твой муж явно не придает никакого значения твоим поздним ночным отъездам. Одному Богу известно, что с тобой может случиться в такой час. Шатаешься неизвестно где! – Резкие слова Клара смягчила улыбкой.
– Граф Боумонт полностью мне доверяет, – сказала Лидия, обнимая подругу, а потом, выпрямившись, обвела внимательным взглядом присутствовавших в комнате людей. Ее муж, как обычно, сидел в плетеном кресле на колесах. Его ноги были прикрыты пледом! Настороженный взгляд графа словно бы предупреждал Лидию о том, что случилось действительно что-то из ряда вон выходящее. Супруг Клары стоял рядом с графом, устремив взгляд в камин. Сэр Тодд был красавцем, щеголем и обладателем роскошной белокурой шевелюры. Обычно энергия била из него ключом, однако сегодня он был непривычно тихим и даже угрюмым. И наконец взгляд Лидии обратился на ту женщину, которая вызывала немалое ее любопытство, – на актрису.
– Моя дорогая! – Супруг протянул к Лидии руку, надеясь прервать тем самым ее не в меру пристальное разглядывание. Это, в конце концов, было невежливо – ее не извиняло даже то обстоятельство, что гостья их была женщиной крайне необычной.
– Добрый вечер, дорогой. – Лидия поцеловала мужа в лоб и не испытала при этом – едва ли не впервые – неловкости.
Луиза Кэнфилд наблюдала за этой весьма любопытной сценой, сидя на софе, расположенной по другую сторону от камина. Взгляд ее ярко-зеленых глаз выдавал в ней необычайно проницательную особу. Платье с очень низким вырезом давало возможность любоваться превосходными округлостями ее груди. На стройной шее красовалось колье из сверкающих изумрудов, а голову украшала кокетливая шляпка со светло-зелеными страусовыми перьями. Густые рыжие волосы, которые казались крашеными – настолько ярким был их цвет, – весьма эффектно оттеняли ее нежную, словно фарфоровую, кожу.
– Дорогая, – произнес лорд Боумонт, – я хотел бы представить тебя мисс Луизе Кэнфилд.
Лидия тепло улыбнулась гостье.
– Это честь для меня, мисс Кэнфилд, – проговорила она.
– Взаимно, леди Боумонт, хотя мне и тяжело осознавать, какие именно обстоятельства привели меня в ваш дом.
– Так что же случилось? – Лидия обвела тревожным взглядом собравшихся в комнате.
Все выглядели какими-то подавленными и избегали смотреть ей в глаза. Граф Боумонт, впрочем, в любом случае не смог бы этого сделать. Пятидесятипятилетний муж Лидии вот уже два года как ослеп. Он был весьма красив даже сейчас, когда его густые пышные волосы поседели. Однако повеса, прежде обожавший всевозможные увеселения, здорово сдал.
– Дело в том, что мою дочь похитили, – сказала наконец Луиза. Она говорила низким, чувственным, хорошо поставленным голосом, приобретенным за многие годы служения в театре. По ее манере говорить можно было безошибочно понять, что в своем театре она привыкла командовать. Ей и сейчас удалось едва ли не загипнотизировать всех, кто находился в этот поздний час в библиотеке в доме графа Боумонта, не прилагая, впрочем, к этому каких бы то ни было видимых усилий. – Она пропала. И сейчас я могу думать только об одном – как вернуть мою милую девочку.
– Очень сожалею, – произнесла Лидия, в немалой степени озадаченная странным напряжением, которое воцарилось после этих слов в комнате. Она опустилась на оттоманку, стоящую рядом с креслом графа Боумонта. – Как это произошло?
Луиза сказала, что похищение произошло сегодня вечером, видимо, когда Софи ненадолго вышла из мюзик-холла. Рассказ Луизы серьезно обеспокоил Лидию. Она, как никто другой, была осведомлена о том, какие опасности могут подстерегать юную девушку на темных улицах Лондона. Лидия готова была немедленно броситься на поиски несчастной девушки. Не за этим ли и явилась к ней в дом Луиза Кэнфилд? Но неужели ей было известно, что именно в этом доме скрывается Полуночный Ангел? Что именно отсюда он совершает свои рискованные вылазки по злачным местам Лондона?
– Чем мы можем помочь вам, мисс Кэнфилд? Лорд Боумонт и я понимаем, в каком ужасном положении вы оказались. Мы искренне разделяем ваше горе и готовы оказать вам любую возможную помощь.
На лице актрисы появилась странная улыбка. Длинные пушистые ресницы на мгновение прикрыли ее прекрасные кошачьи глаза, а потом вдруг она взглянула на лорда Боумонта с таким свойским выражением, что это заставило Лидию застыть в изумлении.
– Дорогая, – сказал лорд Боумонт, сжимая руку жены, – не стану томить тебя. Мы с тобой всегда были честны по отношению друг к другу. Ты должна кое-что узнать. Дело в том, что дочь Луизы также и моя дочь.
С минуту Лидия пребывала в замешательстве. Она ошарашенно переводила взгляд с мужа на актрису и обратно, пока наконец до нее не дошел смысл сказанных слов.
– Вот как… Понимаю, – протянула она.
– Луиза и я… мы были друзьями… много лет назад. Я и не догадывался о том, что наше знакомство привело к рождению ребенка.
– А я никогда не рассказывала его сиятельству о Софи, – добавила Луиза. – Я вполне справлялась с заботами о ней сама.
Лидия смутно припоминала, что об этой истории писали когда-то давно в газетах. Будто у одной известной актрисы долгое время был весьма богатый покровитель, который к тому же смотрел сквозь пальцы на ее многочисленные любовные похождения. Эта женщина могла позволить себе быть независимой.
– Мне очень жаль, – сказал Боумонт, обращаясь к Лидии.
– Не стоит, дорогой. Я даже рада за тебя. – Это и в самом деле было так. Лидии хотелось, чтобы ее муж смог испытать удовлетворение от того, что оставил на этой земле потомков. Однако ей требовалось время осмыслить услышанное. Невероятные истории о похождениях мужа неизменно вызывали у нее изумление, если не потрясение. И происходило это потому, что ее собственные отношения с мужем за те пять лет, что они были женаты, так и оставались исключительно и только платоническими. – Ты всегда переживал, что у тебя нет наследников. Почему бы тебе не признать Софи своей дочерью официально?
– Это очень великодушно с вашей стороны, леди Боумонт, – с явным облегчением произнесла Луиза.
– Он может признать Софи лишь в том случае, если нам удастся ее отыскать, – резонно заметил Тодд. Он стоял возле горящего очага и задумчиво барабанил пальцами по каминной полке. – А сделать это будет крайне нелегко. К тому же мисс Кэнфилд заявила всем, будто бы Софи – сирота.
Лидия бросила на актрису полный нескрываемого осуждения взгляд.
– Я не хотела, чтобы жизнь моей Софи отравляло клеймо незаконнорожденности. И еще… – Мисс Кэнфилд вздохнула и, словно бы защищаясь, с некоторым вызовом взглянула на леди Боумонт. – Мне надо было думать о своей карьере. Вы даже не представляете, насколько тяжело актрисе удерживать интерес поклонников к собственной персоне. Софи знала, что она моя дочь, но я велела ей говорить всем, что она осиротела еще в детстве, Я обращалась с ней как с любимой племянницей. Она всегда во всем мне помогала. В театре все без нее как без рук. Я откладываю деньги с тем, чтобы в один прекрасный день мы открыли с ней собственный мюзик-холл. Я мечтаю, что она будет там всем заправлять. Вы даже не представляете, насколько она способная девушка. – В драматические нотки хорошо поставленного голоса Луизы вкралась неприкрытая материнская гордость.
– Она знала, что Бо ее отец? – спросила Лидия. Луиза отрицательно покачала головой. И опустила глаза.
– Софи очень тонкая и чувствительная девушка. Она считает, что ее отец – кто-то из моих многочисленных поклонников-аристократов. Однако ничего конкретного говорить ей я не стала. Юные девушки вроде нее любят фантазировать на сей счет, а я совсем не хотела разочаровывать ее. – Луиза взглянула на Бо, который во время ее рассказа хранил молчание. – Я очень боялась, что Бо, хотя мне более бы пристало говорить «его сиятельство», либо не пожелает признать мою малышку, либо заберет ее у меня. – Луиза снова обратила взгляд на Лидию. – Софи знала, что я не хочу с ней расставаться. И всегда знала, что я очень люблю ее.
– Слава Богу, что это так, – с легким вздохом произнесла Лидия. – Что ж, в таком случае поиски следует начать немедленно. Но только с чего мы начнем?
Тодд одарил ее ободряющей улыбкой.
– Мне кажется, я знаю. Доводилось ли вам слышать о великом лорде Загадке?
Глаза Клары вспыхнули.
– Ты полагаешь, он согласится помочь нам?
– Думаю, это вполне возможно.
– Лорд Загадка? – В голосе Лидии прозвучала тревога. – Уж не тот ли это…
– Да, это лорд Монтгомери, – кивнул Тодд, когда Лидия повернулась к нему, побледневшая от внезапно подступившей дурноты. Он же, не замечая этого, спросил: – Вы знакомы с ним?
Лидия с трудом сглотнула вставший в горле комок и, собрав силы, произнесла:
– Нет. Такого удовольствия я еще не имела.
Слова Тодда потревожили в душе Лидии старую рану, которая, как оказалось, так и не зажила.
Сэр Тодд Лич недовольно взглянул в окно кареты, когда кучер свернул на одну из мрачных улочек в Ист-Энде и остановился. Район этот имел название Лаймхаус.
– Жди меня здесь, – сказал Тодд кучеру. – Я там не задержусь.
Весь день он провел в поисках Монтгомери. Сначала посетил все достойные джентльмена места – его холостяцкие апартаменты, фешенебельные клубы, заглянул даже в Скотленд-Ярд. Слуга Монтгомери, Пирпонт, как всегда, был нем как рыба, и добиться от него какой бы то ни было информации о его хозяине не представлялось возможным. Оставалось предположить самое худшее. Тодду пришлось дождаться сумерек, чтобы можно было без опаски заявиться в притон.
– Как же это похоже на спуск в преисподнюю, – пробормотал он, спускаясь по крутым ступеням в подвальные помещения и едва успев схватиться за поручни, когда его ноги в дорогих кожаных ботинках соскользнули со ступеней.
Едкий запах опиумного дыма мгновенно ударил ему в ноздри. Тодд невольно задержал дыхание и нахмурился. Каким же идиотом надо быть, чтобы посещать подобные места. Тем более обидно, что речь шла об умном, тонком человеке, обладавшем блестящим, цепким умом. Да, совершенно очевидно, что Хью Монтгомери потерял вкус к жизни. Иначе разве стал бы он искать утешение в этих стенах?
Хью Монтгомери было двадцать девять лет. Это был высокий, темноволосый, поразительно красивый и утонченный, как отмечали многие знающие женщины, человек. Он обладал какой-то сверхъестественной способностью выявлять причинно-следственные связи событий, пользуясь дедуктивным методом, что неизменно направляло стопы комиссаров полиции Скотленд-Ярда к нему, когда требовалось разгадать особо сложное и запутанное дело. Хью был великолепным писателем, серия его книг «Заметки по криминологии» глоталась читателями столь же жадно, как и модные романы. Единственной областью, в которой он не способен был применить свои блестящие мыслительные способности, была его личная жизнь.
Хью Монтгомери уже успел порядком устать от своей славы. К женщинам, которые бросали себя к его ногам и готовы были ради него на все, он испытывал лишь глухое равнодушие. Трагедия, когда-то очень давно произошедшая в его жизни и поселившая в душе боль, уничтожила в нем стремление и способность любить. И в то же время этот человек обладал необычайным, тончайшим чутьем особого рода, которое как раз и позволяло ему вычленять детали, которых обычные люди ни разглядеть, ни ухватить не могли.
Тодд подозревал, что именно пустота в душе Хью Монтгомери и заставляла его снова и снова возвращаться в этот страшный опиумный притон. До сего времени, как утверждал Монтгомери, он держал свое пагубное увлечение под контролем. Это было своего рода бегством, запретным удовольствием. Но как долго эта игра могла продолжаться? Тодду доводилось видеть немало подтверждений тому, как невинное развлечение перерастало в чудовищную и разрушительную зависимость.
Монтгомери утверждал, что настойка опия, которую он держал у себя дома, позволяет ему справляться с болью застарелой раны, а редкие затяжки опиума здесь, в Лаймхаусе, только обостряют все его чувства и мысли. Тодд ждал, когда же наконец его друг осознает, что все эти игры с возбуждающими средствами ни к чему хорошему не приведут, что они отнюдь не способствуют обострению логического мышления, а напротив, лишь разрушают его.
– Трубку, сэр? Трубку? – раздался пронзительный голос китайца – хозяина этого заведения. Вокруг находилось немалое количество мужчин с болезненно-бледными и даже желтоватыми лицами. Одни бормотали себе что-то под нос, другие возлежали на кушетках с устремленным в никуда взглядом. Все они пребывали в лишь им одним ведомых мирах. И только человек, которому принадлежало это заведение, и которого нетрудно было распознать по его ярко-красному шелковому халату и длинной черной косице, спускающейся с затылка, сохранял трезвый ум. Он без конца выкрикивал с весьма неуместной в подобной обстановке улыбкой на лице:
– Трубку?
– Нет, благодарю. – Тодд прошел мимо него, заглядывая в каждый угол, осматривая каждый закуток, приподнимая груды подушек в поисках Монтгомери. Когда Тодд наконец увидел длинные ноги, выглядывающие из-за ширмы, он тотчас узнал по щеголеватой одежде своего друга и вздохнул с облегчением.
– Монти, это ты? – Тодд ускорил шаг.
Неожиданно раздавшийся душераздирающий крик, прорезавший вязкую тишину помещения, заставил его остановиться.
– Помогите! Они повсюду! Они бегают по мне! Их тысячи! – Лысый человек в помятом костюме пронесся мимо Тодда. Его мертвенно-бледное лицо было искажено гримасой смертельного ужаса. Он судорожно стряхивал с себя что-то невидимое и отчаянно тряс руками. – Снимите их с меня! О ужас, скорпионы! Прошу, кто-нибудь! Снимите их!
Ничего, разумеется, на нем не было. Это была всего лишь галлюцинация, плод его безумного воображения. Тодд печально покачал головой, глядя на это.
– Тише, тише, успокойтесь, сэр, расслабьтесь, – негромко заговорил подоспевший к нему хозяин. Он растянул свои губы в широкой улыбке и протянул несчастному трубку. Маленький красный огонек горел между двумя склонившимися друг к другу головами мужчин. Лысый мужчина сделал несколько затяжек и постепенно затих.
Тодд продолжил свой путь к ширме. Он откинул занавеску, отгораживающую небольшой альков, и, переступив через длинные ноги мужчины, позвал:
– Монти!
Приглядевшись внимательнее, Тодд увидел того, кого искал. Виконт Монтгомери сидел, прислонившись к стене, слабый мерцающий свет газовой лампы вырывал из темноты его лицо. Судя по его виду, он был вполне адекватен, ни малейшего признака утраты контроля над собой. Единственным, что выдавало его состояние, был расстегнутый воротник и отсутствие шейного платка. Хью взглянул на Тодда в своей обычной, так хорошо знакомой другу манере, с легкой, чуть ироничной полуулыбкой на губах. Тодд от неожиданности моргнул, не совсем понимая, в чем дело. Может, Монтгомери пригласили вести какое-то тайное расследование? Если так, то Тодду придется приберечь лекцию, которую он готовился прочитать своему другу, до другого, более подходящего случая.
– Тодди! – воскликнул виконт Монтгомери. – Как странно видеть тебя здесь, старина. Я был о тебе лучшего мнения.
Обычно улыбчивый, Тодд счел шутку друга не совсем уместной и, вместо того чтобы улыбнуться, недовольно поджал губы.
– Я здесь вовсе не для того, чтобы потворствовать отвратительному пристрастию, и тебе это отлично известно, – недовольно заявил он.
Хью глубоко вздохнул. Его широкие плечи поднялись и безвольно опустились, и Тодду показалось, что несколькими часами раньше его друг все же получил одурманивающую дозу опиума. За свою потрясающую способность быстро восстанавливать силы ему следовало благодарить матушку-природу, наградившую его крепким здоровьем.
– Поднимайся, бездельник, – проговорил Тодд. – Ты так глупо тратишь все то, чем тебя щедро одарила природа при рождении. С твоим состоянием и тем образованием, которое ты получил, равно как и с твоим умом, ты многого мог бы добиться. Но ты отчего-то решил, что здесь тебе куда лучше. Твоя пагубная страсть к этому коварному зелью разрушит тебя, как уже разрушила жизни многих необычайно талантливых и одаренных людей. Твой мозг еще не тронут распадом, по крайней мере, мне, право, очень хотелось бы в это верить. Давай же, вставай! Кое-кому очень нужна твоя помощь.
Хью поднял на друга затуманенный взгляд, в котором промелькнула слабая заинтересованность.
– Что стряслось? – спросил он.
Хью не стал возражать, когда Тодд наклонился и попытался поднять его. Спустив с кушетки длинные ноги, Хью встал и, покачнувшись, прислонился спиной к голой кирпичной стене. В свете газовой лампы Тодд заметил, что зрачки ярко-голубых глаз его друга не больше крошечной булавочной головки, что явно указывало на то, что тот недавно принимал опиум.
– Способен ли ты пролить свет на дело, которое мне крайне важно распутать и которое занимает меня сейчас больше всего? Мне действительно очень нужна твоя помощь.
Хью откинул голову и уперся затылком в стену.
– Полагаю, что способен.
– Хорошо.
– Но я не хочу ввязываться в очередное дело, – добавил Хью, поморщившись.
Тодд кивнул. Каждое расследование Хью принимал слишком близко к сердцу. И если для сыщиков из Скотленд-Ярда любой исход дела – удачный или провальный – был лишь частью обычной каждодневной работы, то лорд Монтгомери подобной роскоши позволить себе не мог. Кроме таланта к разгадыванию, его побуждала к действию острая жажда справедливости. Слишком много зла было в этом мире. То, что он способен был сделать, Хью рассматривал как вклад в улучшение жизни, и потому всякую неудачу он воспринимал как личную трагедию.
Тодд многое знал о друге. Они немало работали вместе над множеством самых разнообразных дел. Тодд имел возможность наблюдать за тем, как великолепно выступает знаменитый лорд Загадка в зале суда, и восхищаться его способностью необычайно ловко сопоставлять данные с тем, чтобы докопаться до сути. Как адвокат Тодд знал о тех преступлениях, которые совершались в Лондоне. Если были известны все слабые стороны детективов из Скотленд-Ярда, которых куда больше волновало желание вписаться в почтенную, освященную временем и традициями систему, чем стремление распутать преступления и наказать виновных. Вот почему он понимал, что его надежду найти незаконнорожденную дочь графа Боумонта мог осуществить один лишь Хью Монтгомери.
– Нам требуется твоя помощь, старина, – сказал Тодд, поддерживая Хью, когда тот внезапно начал сползать по стене на пол.
На мертвенно-бледном лице Хью резко выделялась отросшая за сутки жесткая щетина, подчеркивавшая его впалые щеки. Тодд выругался сквозь зубы и – уже более внятно – сказал:
– Нам надо найти девушку.
Хью нахмурился:
– Девушку? Отлично! О какой девушке идет речь?
– О незаконнорожденной дочери Луизы Кэнфилд и лорда Боумонта. Ее похитили.
Эта информация вызвала у Хью неподдельный интерес.
– Когда это произошло? – слегка протрезвев, спросил он.
Тодд посвятил его в детали. Заканчивая рассказ, Тодд уже знал, что Хью у него на крючке. К тому же свой основной, убийственный аргумент Тодд приберег напоследок.
– Ей всего четырнадцать лет, Монти, – сказал он и многозначительно вскинул бровь, – Четырнадцать!
Хью прикрыл глаза и чуть поморщился.
– Понимаю, – протянул он.
Тодд знал, что играет не по правилам, задевая чувство вины друга. За те годы, что они были знакомы, Тодд хорошо успел узнать Хью – за бутылкой хорошего вина о чем только не поведаешь другу. Именно так Тодд узнал о случившейся много лет назад трагедии, боль от которой, не ослабевая, преследовала Хью многие годы. Это крайне странное происшествие произошло с дочерью одного из слуг отца Хью. Однажды у подножия скалы на самой границе их владений ее нашли мертвой. Ей было всего четырнадцать лет. Хью на тот момент было лишь двенадцать, и загадочная трагедия оставила неизгладимый след в душе впечатлительного мальчика. Это обстоятельство во многом и определило его интерес к занятиям криминалистикой.
– Так, говоришь, ей четырнадцать? – переспросил Хью, поднимаясь во весь свой внушительный рост. Он сбросил с себя опиумный дурман, потянув шею и расправив плечи. – Тогда надо идти.
Когда щеки виконта немного порозовели, Тодд вздохнул с облегчением и приготовился выслушивать поток жалоб и даже оскорблений, которые, как он знал по опыту, в ближайшее же время непременно обрушатся на него.
Лидия стояла возле одного из высоких окон в кабинете мужа. Окно выходило на улицу. Лидия раздвинула великолепные темно-бордовые бархатные портьеры, украшенные золотой бахромой. Любой прохожий, который, оказавшись поблизости от великолепного особняка, поднял бы взгляд на окна, увидел бы строгую, подтянутую, безупречно красивую женщину – графиню Боумонт. Панического страха в ее глазах, конечно же, не разглядел бы никто.
– Он уже здесь, – сказала она, как только возле парадных дверей остановилась карета.
– Превосходно, – откликнулся муж Лидии. – Ты же знаешь, что никого лучше лорда Монтгомери нам не найти.
Лидия сделала несколько глубоких вдохов, чтобы снять никак не отпускавшее ее напряжение, и ответила:
– Да, я знаю это.
– Я догадываюсь о том, насколько тебе тяжело встречаться с ним снова, моя дорогая.
Лидия быстро заморгала ресницами, чтобы ни в коем случае не расплакаться. Бо всегда понимал ее. Его любовь окружала ее точно ласковый кокон, позволяя ей чувствовать себя спокойной и защищенной. Ему даже почти удалось добиться, чтобы она снова смогла ощутить вкус к жизни. Однако ничто не способно было избавить Лидию от щемящей боли, испытанной очень давно и слишком сильно ранившей ее душу. И потому она с головой погрузилась в благотворительность. Лидия совершала деяния, которые, как она полагала, способны были изменить мир к лучшему. Это помогало ей самой не терять присутствия духа.
– Ты всегда так добр ко мне, мой милый Бо. – Лидия отвернулась от окна, зная, что лорд Монтгомери сейчас выйдет из своего экипажа. Стоять возле окна и смотреть, как он станет делать это, у нее просто не было сил.
Этот спланированный визит… То, что это когда-либо произойдет, Лидия и представить себе не могла. Такое могло привидеться ей разве что в страшном сне. Сейчас лорд Монтгомери казался ей загадочным незнакомцем, но ведь когда-то давно она знала его. И знала слишком хорошо… Молодой, очень серьезный человек – таким он был пять лет назад. Теперь же он знаменитый сыщик. Лидия видела, какое волнение охватило утром всех слуг, работающих в доме. Каждый старался наилучшим образом выполнить свои обязанности, чтобы все в доме блестело и сверкало. На лицах слуг сияло радостное предвкушение, словно перед праздником. Разумеется, все слышали про легендарного лорда Загадку. И все мечтали увидеть его собственными глазами.
Лидия ужасно нервничала. Он причинил ей страшную боль. Если бы только они знали… Если бы хоть кто-нибудь знал, что это за человек… что именно он совершил. Но она никогда не сможет рассказать то, что ей про него известно. Иначе на ее репутацию падет тень. К тому же ей следует думать о Бо, который очень любит ее, правда, не в том смысле, в каком ей хотелось бы.
Лидия услышала, как внизу, в холле, зашумели слуги, и поднялась возня. Она присела рядом с мужем и окинула его ласковым взглядом. Даже сейчас, когда его щеки впали, а лицо избороздили морщины, он был удивительно красив. Лидия положила ладонь на его руку и тихонько сжала ее.
– Знаешь, Бо, если бы не ты, мне незачем было бы жить, – мягко сказала она.
– Ты не должна благодарить меня, дорогая.
– Но я и в самом деле очень тебе благодарна. – Лидии важно было дать ему это понять. Она никогда не была влюблена в графа Боумонта и даже не пыталась притвориться, будто это так. И хотя временами ей очень хотелось, чтобы ее чувства к нему были совсем иными, Лидия давно поняла, что сердцу не прикажешь.
– Лидия. – Голос графа Боумонта звучал так, словно он обращался к непонятливому ребенку. – Неужели ты до сих пор не поняла, что и меня уже давно не было бы в живых, если бы не ты?
Искорка удовлетворения вспыхнула в душе Лидии. Да, Бо прав. Она старалась, как могла скрасить жизнь графа! Жить ему осталось немного, и Лидия делала все возможное, чтобы последние годы, проведенные графом на этой земле, были скрашены ее нежной заботой и участием. Лорд Боумонт умирал от сифилиса. Когда они с Лидией встретились, он был уже болен. Дружеское общение – это все, что было возможно между ними, поскольку любой физический контакт мог поставить под угрозу жизнь Лидии. За последние месяцы состояние здоровья Бо резко ухудшилось, ему, судя по всему, оставалось жить совсем недолго. И именно по этой причине так важно было найти Софи как можно скорее.
– Сэр Тодд уже дал указание моему адвокату подготовить бумаги, чтобы сделать Софи моей наследницей, – сказал лорд Боумонт. – Но ты, разумеется, не потеряешь своих прав как моя вдова. Ты станешь самой богатой вдовушкой во всей стране. Думаю, тебя не должно разочаровать то, сколько я оставлю тебе по завещанию.
– Ну конечно же, меня все устроит. – Лидия быстро наклонилась и поцеловала мужа в щеку. – Я так рада, что тебе стало известно о дочери. Обещаю, что буду заботиться о ней.
– Я это знаю.
В дверь постучали, и сразу же в комнату вошел дворецкий.
– Приехали сэр Тодд и лорд Хью Монтгомери.
Лидия повернулась к мужу, нервно покусывая губу, и спросила:
– Ты уверен, что не хочешь присутствовать при нашем с ним разговоре?
Бо улыбнулся, понимая причину ее неуверенности, и сказал:
– Мы уже все с тобой обсудили, моя дорогая. Ты отлично справишься. Я ничуть в этом не сомневаюсь. А теперь иди, я даю тебе свое благословение.
И леди Лидия Боумонт, собравшись с силами и гордо вскинув голову, отправилась на встречу со своим прошлым.
Но сначала Лидия зашла в свою гостиную, где – она знала это – ее ждала Клара. Лидия была рада, что леди Лич появилась раньше своего мужа. Присутствие Клары, несомненно, поддержит ее и не позволит потерять сознание, оказавшись лицом к лицу с Хью Монтгомери.
Клара, ничего не знающая об отношениях между Лидией и виконтом Монтгомери, сказала:
– Думаю, ты довольна, что этим делом займется такой удивительный человек. – И, рука в руке, две дамы покинули гостиную Лидии и проследовали через большой холл к центральной лестнице. – Знаешь, ведь ему удалось разгадать тайну убийцы-самурая.
– Да, я знаю это.
– Тодди говорит, что детективы из Скотленд-Ярда не сумели справиться с этим делом.
– Да уж куда им, – хмуро произнесла Лидия.
– Убийца оставлял тела своих жертв возле Лаймхауса, – добавила Клара. – Двое мужчин – его жертвы – были весьма респектабельными джентльменами. Убийца вспорол им животы, но не просто, а в форме перевернутой буквы «Г». Именно таким образом поступали японские самураи, когда совершали харакири.
Лидия невольно вздрогнула, но ничего не сказала.
– Монтгомери сумел выяснить, что оружие, которым совершались убийства, никакое не японское. Это был очень редкий китайский клинок. Монтгомери вычислил лавку, где продавались подобные кинжалы, и выяснил, что клинок был продан некоему баронету из Лидса. Тот оказался явно сумасшедшим. Ты только подумай, детективы из Скотленд-Ярда даже не смогли разобраться, каким оружием совершались эти ужасные убийства, японским или китайским! Они собирались было арестовать самого торговца оружием. Неизвестно, сколько бы еще добропорядочных граждан пострадало от руки этого ненормального, если бы не потрясающая наблюдательность лорда Монтгомери.
– Да, мне известны подробности этого дела, Клара. – Лидия замедлила шаг, не решаясь спуститься с лестницы. Она сделала вид, будто разглаживает складочку на рукаве платья, которое, конечно, было совершенно безупречным. Но чего не сделаешь, чтобы оттянуть неизбежное?
– Откуда ты все это знаешь? Ты ведь никогда не оставляешь своего мужа ради того, чтобы появиться в свете. Когда кто-то узнаёт, что ты моя подруга, меня тут же засыпают вопросами о загадочной затворнице графине Боумонт.
– Я читаю газеты.
– Ах да, конечно. Знаешь, мне не терпится поскорее увидеть лорда Загадку! Они с Тоддом с некоторых пор стали друзьями. Правда, он, как и ты, ведет весьма скрытный образ жизни. По его собственным словам, Монтгомери очень озабочен восстановлением справедливости в этом мире.
– Как интересно! – Лидия не смогла сдержать ироничного смешка. – Давай-ка поскорее покончим с этим.
Клара с удивлением посмотрела на подругу, однако решила, что сейчас не время задавать вопросы, и проследовала за ней вниз по лестнице.



загрузка...

Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Полуночный Ангел - Берд Джулия



Понравилась аннотация к роману, думала он заинтересует меня...Ошибалась... (((
Полуночный Ангел - Берд ДжулияЕлена
14.03.2014, 11.59





Так себе.. В последнее время меня ни один роман не удовлетворят...
Полуночный Ангел - Берд ДжулияМилена
16.09.2014, 20.35








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100