Читать онлайн Лилия и меч, автора - Беннет Сара, Раздел - Глава 15 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Лилия и меч - Беннет Сара бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.08 (Голосов: 62)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Лилия и меч - Беннет Сара - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Лилия и меч - Беннет Сара - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Беннет Сара

Лилия и меч

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 15

– Ты как-то спросила меня про этот шрам... – начал Радолф на удивление спокойным голосом.
– И тогда ты ответил, что получил его от храброго человека. – Лили не спускала с него глаз.
Радолф попытался улыбнуться, но на полпути его губы словно застыли.
– Этот шрам оставил мне отец.
Лили замерла; она просто не знала, как ей реагировать на это, в то время как черные глаза Радолфа пытливо вглядывались в нее, словно решая, стоит ли ему открываться дальше.
– Так вы не были... близки?
Радолф шевельнулся, как будто хотел найти более удобное положение.
– Моя мать умерла, когда я был ребенком, и тогда отец заменил мне обоих родителей, обращался со мной с нежностью и терпением.
– Тогда почему?..
– Отец дружил с отцом короля Вильгельма, герцогом Робертом, и, когда Роберт отправился паломником в Иерусалим, пообещал ему приглядывать за его сыном. Герцог Роберт так и не вернулся, он умер вдали от дома. Взрослея, я все больше времени проводил в компании Вильгельма; мы отдыхали и тренировались вместе. Вильгельм никогда особенно не бегал за юбками, но я был другим. В итоге моему отцу пришлось растить нас обоих. Я превосходил многих своих друзей ростом и силой, и ее лицо не было в ту пору обезображено, поэтому девчонки из замка и окрестных деревень не давали мне проходу; и, хотя я старался, как Вильгельм, сосредоточить мысли на героических делах, мое тело требовало от меня совсем другого. В возрасте четырнадцати лет я узнал первую в своей жизни девушку. Это было... приятно, но никаких следов в моей душе не оставило.
Губы Лили дрогнули в улыбке. Она могла представить, как юный Радолф, обнаженный по пояс, с развевающимися на ветру длинными черными волосами, совершенствует во дворе замка боевое искусство. Неудивительно, что девчонки таращили на него глаза.
– А потом я влюбился, и все в один миг перевернулось.
– Ты влюбился в столь юном возрасте?
– Я был молод годами, но не опытом. У нас в четырнадцать лет мальчики уже считаются мужчинами. К тому же я был... романтиком, мечтателем с лицом воина, поэтому я влюбился по уши. Порой от избытка чувств мне было даже трудно дышать.
Улыбка Лили исчезла.
– Первая любовь всегда такая. Когда я думала, что влюблена в Хью, мне казалось, что я слышу пение ангелов.
Радолф погладил ее, но не улыбнулся.
– А почему ты его разлюбила?
Несколько секунд Лили неподвижно смотрела на него.
– Он меня предал.
Радолф кивнул. Предательство убивает любовь, какой бы сильной она ни была.
– Этот Хью – слабый человек. Он отдал тебя Воргену, потом мне, когда я победил в бою, и еще раз, когда бросил тебя, спасаясь, в Трайере. Я никогда бы так не поступил, поверь.
Что-то словно растаяло в ее груди. Лили испытала непреодолимое желание прижаться к нему и забыть обо всем, за что и против чего боролась, – столь великая исходила от него сила. Она судорожно вздохнула:
– Итак, ты влюбился...
Он прочел в ее глазах внутреннюю борьбу, но не стал заострять на этом внимания.
– Женщина, о которой идет речь, была старше меня, но очень красива, просто ангел. – Он громко рассмеялся. – Мы упорно сопротивлялись нашим чувствам, но теперь я думаю, что с ее стороны это было частью игры. И вот однажды ночью она пришла ко мне и сказала, что больше не может бороться. Это меня добило.
– Это была Анна, – произнесла Лили, словно отвечая на собственный вопрос.
– Да, она.
– Дама, проживавшая в замке?
Щеки Радолфа запылали, и он опустил голову, словно не мог смотреть ей в глаза.
– Нет, Лили, она была второй женой моего отца. Тот факт, что я предавал его каждый раз, когда находился с ней, меня тогда не останавливал. Я просто не мог остановиться.
В глазах Лили умудренная опытом женщина, соблазнившая мальчика, уже сама по себе вызывала отвращение. Это было равносильно тому, как если бы она заманила в постель Стефана, юного сквайра Радолфа. Но то, что эта женщина являлась еще и женой отца Радолфа, вообще выходило за все рамки.
– Она обманом завлекла тебя в свою постель... – Лили произнесла эти слова с надеждой.
– Не было никакого обмана. Я напоминал молодого оленя в период гона, а она – готовую к случке лань.
Лили чуть не стало плохо. Горечь, стыд и раскаяние – вот что прочла она в глазах мужа. При этом она ощутила укол ревности, но изо всех сил постаралась не замечать его.
– И в конце концов твой отец тебя разоблачил? – спросила она торопливо, желая поскорее прогнать из головы мерзкую картину.
– Да, однажды он застал нас вместе. – Отрывисто вздохнув, Радолф отвернулся, так что Лили могла видеть только изгиб его щеки, покрытой неровной щетиной, и белый шрам у глаза, служивший напоминанием о содеянном.
Его беззащитность пронзила ее болью, и Лили прикусила губу, чтобы не расплакаться от несправедливости того, о чем он собирался ей поведать.
– Отец обнаружил нас в тот момент, когда мы предавались плотскому удовольствию. Мы редко разговаривали – нам нечего было сказать друг другу. Если бы, кроме единения тел, было еще единение умов... но мы скорее напоминали двух животных...
По телу Радолфа прошла дрожь, и Лили испугалась, что его лихорадка может усилиться. Она осторожно тронула его лоб, но, к счастью, он не стал горячее.
– Анна первая увидела его, и, когда я повернул голову, он уже возвышался над нами. Я вскочил на ноги, абсолютно обнаженный, тогда как он был одет с головы до ног. У меня тут же подкосились ноги, и я промямлил какие-то извинения, словно они могли изменить ситуацию к лучшему. – Радолф негромко рассмеялся, как человек, с высоты своих лет оглядывающийся на юношеский самообман.
Потом отец ударил меня. Тяжелый перстень на его пальце рассек мне лицо. Мне еще повезло, что он не вонзил кинжал мне под ребра, хотя в тот момент я не считал это везением и стоял перед ним, ослепленный собственной кровью, а Анна в слезах причитала, пытаясь во всем обвинить меня. По ее словам, я влюбился в нее и ходил за ней попятам, как теленок, а когда она отказала мне в очередной раз, взял ее силой.
– Неужели отец поверил? – вырвалось у Лили.
Радолф сильнее притянул ее к себе:
– Нет, не думаю; мне кажется, отец сразу понял, что она лжет. Он потворствовал ей во всем – потерявший ум мужчина на склоне дней, воспылавший страстью к молодой и красивой женщине. Возможно, он думал, что если она ни в чем не будет знать отказа, то не предаст его. Только когда он застал нас вместе, шоры спали с его глаз и он увидел страшную правду, которая вскоре окончательно подкосила его.
– И что было потом? – дрожащим голосом спросила Лили.
– В конце концов он отправил ее назад к родным, но и тогда он не смог окончательно разорвать с ней. Что касается меня... он отвернулся от меня. Покинув замок, он нашел прибежище в одном из монастырей на севере, где спустя шесть месяцев умер. За это время мы не обмолвились с ним ни единым словом. Скорее всего, умирая, он проклял меня.
– А что же Анна? – поинтересовалась Лили, когда наконец обрела дар речи.
– Думаю, ее вряд ли терзали угрызения совести. Вскоре она повторно вышла замуж, сначала за старого французского барона, а в прошлом году – за лорда Кентона. Я же последовал за Вильгельмом Нормандским и, став его Мечом, за свою преданность был удостоен всяческих почестей и наград. По правде сказать, я куда большую преданность проявил по отношению к Вильгельму, чем к родному отцу.
– А когда ты увидел леди Анну в замке, неужели в тебе не проснулась прежняя любовь?
Лили с трепетом ждала ответа.
– «Проснувшаяся любовь»? – сердито повторил Радолф. – Да я ненавидел ее! Я слышал от лорда Генриха, что она справлялась обо мне, словно то, что мы сделали, давно прошло и забылось! Неужели она думала, что я смогу снова к ней прикоснуться, не испытав чувства тошноты! – Радолф судорожно втянул в себя воздух и задержал дыхание, видимо стараясь успокоиться.
Лили положила свою ладонь поверх его ладони, но он быстро перевернул руку. Их пальцы переплелись.
– После того как Анна прислала тебе платье, я понял, что эта женщина просто так не успокоится. Я должен был дать ей понять раз и навсегда, что между нами все кончено, и только поэтому я согласился на встречу у часовни, где прямо объявил ей, что ненавижу ее и что она сделала мою жизнь невыносимой. Но даже если бы я мог забыть о том, что мы сотворили с ней, шрам снова напомнил бы мне о содеянном. – Глаза Радолфа лихорадочно вспыхнули на бледном лице, обезображенном болью и гневом. – Она была его женой! – взорвался он и тут же замолчал, с видимым усилием возвращая самообладание. – Она и я, его сын, – продолжил он более спокойно, – мы оба предали его. Этому нет прощения, но Анна до сих пор не в состоянии это понять. Я сказал ей, что, если она когда-нибудь снова заговорит со мной, напишет мне или приблизится ко мне, я убью ее и никогда об этом не пожалею.
– Так вот почему она пыталась расправиться с тобой!
– Да. – Вздрогнув, он замолчал.
После короткой паузы Лили вдруг заметила:
– В мире много зла, но это не значит, что мы должны сдаться ему.
Радолф печально усмехнулся:
– Да, моя наивная девочка, ты, разумеется, права.
– Ты получил рану, которая оставила шрам не только на твоем лице, но и в твоей душе. И все же не все женщины такие, как Анна.
Радолфу всем сердцем хотелось поверить в это, но ему приходилось учитывать и другие факторы. К примеру, разве мог он забыть добровольную слепоту отца, его безумную, глупую любовь, приведшую к таким печальным последствиям. Порой его не раз посещала мысль, что отец знал об их отношениях с самого начала, но предпочитал делать вид, что ничего не замечает; и лишь случайное вторжение в спальню в самый неподходящий момент не позволило ему притворяться дальше.
Как мог мужчина прирасти любовью к такой мерзкой женщине и забыть про собственную гордость и честь? Эта мысль приводила Радолфа в ужас. С тех пор он неустанно выискивал подобные черты в себе и теперь больше всего боялся, что в образе Лили встретил свою немезиду. Его так сильно тянуло к ней, что он был готов простить и забыть все, лишь бы удержать ее при себе.
– Тогда тебе просто не повезло, – попыталась утешить его Лили, – но теперь ты вырос, Радолф, и стал умнее. Возможно, в тот момент отец тебя и возненавидел. Но он наверняка гордился бы тем человеком, которым ты стал. Таким, как ты, гордился бы любой отец.
Радолф погладил Лили по щеке; он был до глубины души тронут ее великодушием. Вокруг его глаз легли темные тени; исповедь лишила его последних сил. Лили поцеловала его в сухие губы, казалось, самым целомудренным поцелуем и удивилась, ощутив у бедра шевеление его плоти.
Притянув ее голову к себе, Радолф продлил поцелуй.
– Твое плечо, – прошептала Лили, но он, словно ничего не слыша, водрузил ее на себя сверху. Она хотела воспротивиться, но он уже нашел ее сокровенное место между ног и понял, что она готова для него.
Распираемый мужской гордостью, Радолф улыбнулся. – Я могу это перенести, если ты сможешь, – ласково произнес он.
Лили тихо вскрикнула, когда он совершил проникновение, и слегка подвинулась, чтобы не потревожить его плечо. Они двигались очень медленно, хотя их, как всегда, сжигала неукротимая страсть. Чувствуя на груди его руки, Лили изгибалась от наслаждения; ее распущенные волосы окутали их шелковым занавесом.
«Я люблю тебя». Осознание этого наполнило Лили теплом. «Я люблю тебя таким, какой ты есть, и я мечтала о тебе всю жизнь».
От места их соединения по ее телу распространялись сладостные волны, грозившие прорваться наружу. Все чувства Лили обострились как никогда, словно осознание сжигавшей ее любви придало ей новые силы. Мир, в котором она жила прежде, уносился от нее с невероятной скоростью, и теперь Радолф заполнил все пространство. Она знала его одного, льнула к нему телом и душой. Он обнимал ее крепко и уверенно.
Проваливаясь в бездну, она умудрилась вспомнить о его плече и соскользнула в сторону, давая ему возможность остаться невредимым.
Радолф уснул почти мгновенно, и, пока он спал, Лили с трепетом прислушивалась к его дыханию. Он не любит Анну. Эти слова сложились в ее мозгу в песню, веселую джигу для барабана и свистка. Как славно испытывать такое счастье, после того как тебе поведали столь печальную историю. Ее предупреждали о недоверчивости Радолфа, но теперь Лили знала, что послужило тому причиной. Какой мужчина поверит в доброту и честность противоположного пола после предательства женщины, ставшей его первой любовью?
Радолф был человеком с сильной волей, но именно воля, похоже, мешала его выздоровлению. Он держал себя в ежовых рукавицах, не позволял себе никому верить и не позволял любить, опасаясь стать жертвой предательства, как и его отец.
Лили вдруг подумала, что, возможно, ей никогда не удастся полностью завоевать его доверие. Их с Радолфом впервые соединил бурлящий поток страсти, но лишь до тех пор, пока он не узнал, что она не та, за кого себя выдает. Лили обманула его, солгала. Сходство явно просматривалось: страстное начало, а потом предательство. Во всяком случае, так думал Радолф...
Лили вспомнила, как Радолф разгневался в Трайере, когда увидел у нее перстень с соколом и понял, кем она является на самом деле. А потом насильственный брак. Тот факт, что она – не Анна, ничего не менял: Радолф упивался ее телом, но все, что он мог ей дать, – свое искусство любовника и свое сладострастие; ее любовь не нужна ему; и признание в любви может возбудить в нем еще большую подозрительность.
Но даже несмотря на это, вновь открывшиеся обстоятельства согревали ей сердце. Она любила Радолфа, и ее любовь к нему никогда не умрет, даже если ей придется любить его тайно.
Дыхание Радолфа подействовало на Лили успокаивающе, и она задремала; точнее, она находилась в состоянии между сном и бодрствованием. И тут память перенесла ее в цитадель Воргена, когда она мечтала больше всего на свете обрести свободу. Затем все изменилось, и она превратилась в беглянку, убегавшую, как заяц от гончих псов, из просторов владений, совсем недавно принадлежавших ей. И вот теперь она стала свободной, хотя все еще находилась в плену своего происхождения, махинаций Воргена и лжи, распространяемой о ней другими. Ей вдруг показалось, что за ней гонится Радолф, восседая верхом на огромном черном скакуне, и, хотя она боялась, что он ее схватит, глубоко в ее сердце таилось желание, чтобы это случилось.
Пребывая в полусне, Лили вновь мысленно перенеслась в другое место: она стояла под дождем перед заброшенной часовней Святой Марии. Радолф лежал на земле, истекая кровью, с бледным, неподвижным лицом – так выглядел ее отец, когда его тело доставили домой на импровизированных похоронных дрогах. От ужаса и боли понесенной потери Лили закричала и бросилась к Радолфу, но сцена снова изменилась, и перед ней возникла Анна; она стояла рядом с Радолфом, их руки переплелись, головы приникли друг к другу. Словно почувствовав присутствие Лили, Анна повернулась к ней; на ее губах застыла ядовитая усмешка.
– Неужели ты и вправду думала, что я его отпущу? – спросила Анна Лили мелодичным голосом. – Как бы не так! Он мой возлюбленный. Навеки!
– Неправда! – воскликнула Лили. – Он мой! – И тут же, вздрогнув, проснулась. Ее сердце стучало неестественно громко, и Лили не сразу сообразила, что это кто-то стучит в дверь.
Она быстро поднялась и завернулась в одно из одеял, чтобы прикрыть наготу. От прикосновения к холодному полу пальцы на ее ногах скрючились. Радолф зашевелился в постели и протянул руку за мечом. Резко поднявшись, он потянул больное плечо и громко выругался.
– Кто там?
– Жервуа, по срочному делу.
Радолф рывком открыл дверь и нахмурился:
– Ну, что за спешка?
– Простите, милорд, но... К вам гонец от короля. Натянув повыше одеяло, Лили убрала со лба волосы.
Она пыталась сосредоточиться, после недавних видений ее голова едва соображала. К счастью, Радолф подобных затруднений не испытывал.
– Что ему нужно?
Капитан ответил не сразу, словно ему никак не удавалось подыскать подходящие слова:
– Леди Анна Кентон мертва.
Лили вздрогнула:
– Господи Иисусе!
По-видимому, Радолф ожидал чего угодно, только не этого. Умея превосходно маскировать свои чувства, он тем не менее не смог на этот раз скрыть от Лили замешательство.
– Это невозможно! – Он на мгновение закрыл лицо руками. – Когда это случилось?
– После того, как она рассталась с вами, – смущенно ответил Жервуа. – Ее тело нашли возле свечной лавки. Когда Анна не вернулась домой после встречи с вами, лорд Кентон отправил своих людей на ее поиски, и теперь он винит в ее смерти вас.
– Он обвиняет Радолфа? – ахнула Лили. – Но Радолф никакого отношения к смерти леди Анны не имеет!
– Постой. – Радолф подошел к ней сзади, обжигая жаром своего большого горячего тела. – Неужели, Жервуа, ты хочешь сказать, что этот ублюдок утверждает, будто это я убил его жену?
Капитан кивнул:
– Именно это он и имел в виду, сэр. Лорд Кентон говорит, что вы и его жена были когда-то... любовниками. И вы умоляли ее снова стать вашей любовницей. Она сама сказала это, и еще сказала, что собирается с вами встретиться, чтобы дать ответ.
Лили всплеснула руками.
– Неужели она рассказывала мужу такие вещи? И если он знал, то почему позволил ей пойти?
Радолф поморщился.
– Ваше счастье, что вы ее не знали, миледи. Эта ведьма вила из Кентона веревки. Может, он сам ее и убил, когда она слишком сильно затянула узел на его шее.
Лили все никак не могла поверить тому, что услышала. Неужели лорд Кентон способен на убийство? Перед ней возникло лицо Анны; его напряженное выражение, когда она проезжала мимо Лили под дождем, еще тогда удивило ее. Анна ехала навстречу смерти, хотя не знала этого.
– Но почему король посчитал необходимым сообщить тебе об этом, Радолф? Неужели он считает тебя виновным в этом преступлении? Я-то думала, он твой друг.
Радолф кивнул:
– Так оно и есть. Король хочет предупредить меня, потому что знает: независимо оттого, виновен я или нет, возникнут вопросы, на которые придется отвечать. Лорд Кентон – могущественный человек, у него много друзей. Король не может отмахнуться от его обвинений, не выслушав их и не дав им справедливой оценки.
– Теперь понятно... – Лили почувствовала, как по ее телу пробежала дрожь. Могущественный человек собирался вступиться за честь распутной жены, которую без памяти любил. Когда-то отец Радолфа тоже обожал эту женщину. Но может, Кент и вправду верил, что Радолф покончил с его женой? Или он сам убил ее и теперь искал, на кого бы свалить вину?
– Уже поздно, – наконец произнес Радолф, – Жервуа, отправь королю сообщение, что я благодарю его и предстану перед ним завтра. И я думаю, на сегодня новостей достаточно.
Капитан кивнул и поспешно удалился, после чего Радолф, закрыв за ним дверь, взял Лили за руку и отвел в постель.
Когда Лили проснулась, в комнате было уже светло. В воздухе витали ароматы свежеиспеченного хлеба и пирогов. Радолф рядом с ней потянулся и застонал: его плечо еще болело. Но лихорадка отступила, и теперь он выглядел довольно неплохо.
– Вы встаете с птицами, леди, – пробормотал он, наблюдая за Лили, которая, поднявшись с кровати, собиралась умыться.
Заметив напряженное выражение на ее лице, Радолф сел на кровати, морщась от боли.
– В чем дело? Скажи мне. – Видя, что Лили пытается подыскать слова, он добавил: – Наверное, ты размышляла о том, что я рассказал тебе ночью, и решила, что не можешь жить с таким человеком...
Лили в изумлении уставилась на него. Неужели он всерьез считает себя недостойным ее? У нее внезапно сжалось сердце, и она покачала головой:
– Нет, ничего такого мне не приходило в голову, и я удивлена, что ты так думаешь. А вот мысли о том, что рассказал гонец короля, меня действительно тревожат, как и то, что ты, возможно, до сих пор скорбишь по леди Анне.
Радолф приподнял темную бровь:
– Скорбеть по ней? Слишком много чести.
– Но ведь ты только сейчас начал примиряться с прошлым...
– Это правда. – Радолф немного помолчал. – Хотя в моей душе нет ничего, кроме отвращения к ней. Я вовсе не рад тому, что случилось. Ужасный конец, и если Кентон убил ее, то он за это поплатится.
– А если нет?
– Тогда заплатит убийца. Вильгельм – справедливый человек, и я не сомневаюсь, что Англия под его руководством станет наконец законопослушной страной.
– Англия была законопослушной страной еще до его вторжения, – быстро возразила Лили и тут же постаралась сгладить возникшую неловкость. – Давай не будем спорить; лучше вернемся к твоей ране. Радолф, я должна перевязать ее, прежде чем ты уедешь.
Радолф кивнул:
– Только постарайся, чтобы повязка не мешала, если мне придется драться.
Лили испуганно подняла на него глаза:
– Боже, неужели ты думаешь, что у тебя возникнет такая необходимость?
Радолф улыбнулся и осторожно подвигал рукой. Его мышцы заиграли, и Лили получила представление, какую невероятную силу ее муж держит под контролем.
– Надеюсь, что нет, – ответил он. – Вильгельм не допустит, чтобы я понес наказание за то, чего не совершал, но он не может встать на мою сторону: лорд Кентон всегда поддерживал его в годы войны, и король никогда этого не забывает. А теперь поторопись: мне нужно идти.
Наблюдая за ней, Радолф не мог не залюбоваться тем, что видел. Волосы Лили спускались ниже бедер – серебристая ширма для ее скромности.
При виде торчащего розового соска и светлых кудряшек на лобке у Радолфа замерло дыхание. В этот момент ему следовало бы придумать, что говорить Вильгельму и лорду Кентону, вместо того чтобы представлять, как он бросит жену на кровать и, оседлав, будет скакать на ней до тех пор, пока оба они не упадут без сил.
– И скорей, миледи, – приказал он голосом, не допускавшим возражений.
Лили торопливо направилась к двери.
– Миледи!
Она со вздохом обернулась:
– Вы велели мне поторопиться. Что теперь?
Радолф окинул ее долгим внимательным взглядом:
– Если вы появитесь в соседней комнате нагая, весь мой гарнизон встанет на изготовку.
Лили ахнула и, схватив сорочку, поспешно натянула на себя, раздраженно борясь с запутавшимися волосами. Радолф наблюдал, как она одевается, наслаждаясь нежным румянцем щек и гладкой округлостью ее зрелых форм.
Наконец Лили пулей вылетела из комнаты, и дверь за ней закрылась. Радолф вздохнул. Встречей с Анной он рассчитывал упростить дело, но в результате все только усложнилось, и теперь ему предстояло придумать, как выбраться из этой переделки.
Вот если бы где-нибудь вдруг началась война, это сразу упростило бы дело. Порой ему казалось, что для него гораздо проще владеть мечом, чем языком.
Уну Лили обнаружила на кухне: с закатанными рукавами та возилась с огромной горой пончиков.
– Леди, вот эль и теплый хлеб для лорда Радолфа. Надеюсь, он в состоянии есть?
Лили фыркнула:
– Он более чем в состоянии, Уна.
Она начала собирать и укладывать на поднос снедь для завтрака и все, что требовалось для перевязки. В соседней комнате Жервуа отдавал распоряжения солдатам; когда он вежливо поздоровался с Лили, его усталый и озабоченный вид заставил Лили вмиг забыть о своем дурном расположении духа.
Дела обстояли более чем серьезно. Лорд Кентон ни много ни мало обвинял ее мужа в убийстве. Радолф должен защищаться, причем так, чтобы не поставить короля в затруднительное положение, когда ему придется выбирать между своим другом и лордом Кентоном. Можно ли доверять королям в такой ситуации, Лили не очень представляла.
Что станет с Радолфом, если поверят Кентону, а не ему? Неужели его арестуют и бросят в темницу или ему придется сражаться? И каково ей придется, при том, что она только-только открыла в себе любовь к нему? Лучше бы ей совсем не знать столь восхитительных чувств, если ее собираются лишить их так быстро!
Лили поежилась. Мужу ни к чему знать, как она за него боится. Она перевяжет ему плечо, накормит и отправит в путь в хорошем настроении.
Радолф встретил ее ленивой улыбкой, когда, поставив поднос, Лили протянула ему кружку с элем, которую он осушил единым залпом.
Когда он закончил пить, Лили на секунду приложила пальцы к его щеке.
– Лихорадка прошла, – констатировала она. – Теперь я понимаю, почему некоторые считают тебя бессмертным.
– Я тоже.
Пропустив его замечание мимо ушей, Лили разбинтовала плечо. Припухлость в области сустава значительно уменьшилась, хотя кожа еще оставалась болезненно чувствительной. Лили аккуратно наложила припарки и свежую повязку, стараясь сделать ее, как и просил муж, менее объемной и более аккуратной. Радолф тем временем доел хлеб и опустошил вторую кружку эля, после чего спустил ноги с постели.
– Иди и пригласи Жервуа, я хочу надеть доспехи.
У Лили тревожно расширились глаза.
– Радолф, это будет больно!
Он пожал плечами и осторожно повел плечом. Обращенные к ней глаза утратили веселость.
– Лучше немного потерпеть, чем получить клинок в сердце, миледи.
– Неужели может дойти до этого?
Радолф снова пожал плечами и, поморщившись, поднялся с кровати. Нагой, с мускулистыми ногами, широкой грудью и могучими плечами, он почему-то казался массивнее, чем всегда, – исполин из легенды, несокрушимый воин.
– Надеюсь, что нет, но, если Кентон считает меня виновным в смерти своей жены, он может взять дело в собственные руки. – Радолф потянулся за штанами, но замер на полпути и искоса взглянул на жену. В его взгляде блеснули лукавые огоньки. – А разве тебе не все равно?
У Лили сжалось горло, и она в растерянности уставилась на него. Медленно выдохнув из груди воздух, она постаралась прогнать прочь ощущение страха и потери. Не это хочет он от нее услышать; ему нужна невозмутимая скандинавская принцесса.
– Что толку от мертвого супруга? – холодно спросила она. – Тогда придется искать другого.
Радолф рассмеялся, словно ждал такого ответа, и начал натягивать штаны. Упругие мышцы ягодиц сокращались в такт его движениям. Кожа его широкой спины была сплошь испещрена боевыми шрамами, но, несмотря на это, Лили овладело такое непреодолимое желание прикоснуться к нему, что ей даже пришлось сжать руки в кулаки...
– Я приведу Жервуа. – Лили резко отвернулась и вышла.
Услышав просьбу господина, Жервуа поспешно разыскал громоздкие доспехи и отнес их в спальню.
К тому времени, когда Лили вернулась, Радолф был полностью экипирован; его покрытое бледностью лицо ничего не выражало. Если бы она не знала, чего это ему стоило, то никогда бы не поверила, что это тот самый человек, который держал ее ночью в объятиях и поведал ей о своих юношеских страданиях, – его место занял грозный рыцарь Меч Короля.
Когда они вышли к поджидавшим их солдатам, в зале стояла зловещая тишина. Никто не улыбался, не отпускал шутки, не ворчал и не жаловался на тоску по дому. Все ждали, что скажет командир.
– Жервуа, ты останешься здесь с леди Уилфридой. Возможно, меня... схватят, и тогда я сразу дам знать. Если дело примет серьезный оборот, ты отвезешь миледи на юг, в Кревич: там мои люди обеспечат ей безопасность и защитят даже от Вильгельма.
Жервуа склонил голову:
– Я все сделаю, как вы распорядились, лорд Радолф.
Лили в оцепенении смотрела на мужа. Выходит, она не совсем ему безразлична, если ради ее безопасности он даже готов пойти наперекор королю.
Чувствуя на себе ее пристальный взгляд, Радолф тем не менее даже не оглянулся. Не отрывая глаз от капитана, он отчетливо произносил каждое слово:
– Это всего-навсего предосторожность. Возможно, миледи уже носит под сердцем моего ребенка, моего наследника. Без наследника все мое богатство, все мои земли вернутся к королю, так что ее безопасность играет для меня решающую роль.
Сердце Лили успокоилось, и вспыхнувший в нем пожар пошел на убыль.
– Итак, – Радолф окинул суровым взглядом собравшихся, – половину людей я возьму с собой, а ты, Жервуа, обеспечишь выполнение всех моих распоряжений.
Радолф повернулся к жене:
– Если все будет в порядке, я скоро к тебе возвращусь.
– А если не будет?
– Жервуа позаботится о тебе. Не бойся, в Кревиче к тебе будут относиться со всеми необходимыми почестями, Лили. Моя челядь полностью предана мне... то есть нам.
– Ты имеешь в виду своего наследника? – спросила она спокойно.
– Да, именно это.
С этими словами Радолф поднял ее ладонь и прижался губами к безвольным пальцам Лили.
– До свидания, миледи.
– До свидания, милорд, – прошептала она.
Резко повернувшись, Радолф вышел из гостиницы, а Лили еще долго прислушивалась к цокоту копыт, звону оружия и звяканью металла. Внутри ее образовалась какая-то пустота, словно ее лишили чего-то столь же важного, как воздух, чтобы дышать, или вода, чтобы не умереть от жажды. Неужели Радолф и впрямь сумел за столь короткий срок занять в ее сердце столь значительное место? И что с ней станет, если он не вернется?
И неужели она обрела эту великую любовь только для того, чтобы тут же ее потерять?




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Лилия и меч - Беннет Сара



Есть продолжение "Роза и щит" и "Нечаяный поцелуй". Читайте!
Лилия и меч - Беннет СараТатьяна
5.04.2012, 16.49





ЧУДЕСНЫЙ РОМАН! Читала на одном дыхании! Чувственный, красивый и страстный роман с интересным и захватывающим сюжетом. Оценка 10+
Лилия и меч - Беннет СараЛюдмила Кл.
5.10.2012, 11.51





Мой самый любимый роман!!! Обожаю этих героев.
Лилия и меч - Беннет СараСплетница
21.01.2013, 13.19





Хороший роман читать можно
Лилия и меч - Беннет Саранека я
24.06.2013, 22.19





ВСЕ просто прекрасно! плохо что беременность длится больше года- эпилог - прошел год!
Лилия и меч - Беннет СараТатьяна
28.08.2013, 9.19





Интересный роман, очень понравился. Без излишней драматичности и невероятных страданий героев. Очень живой,страстный,увлекательный и совершенно не банальный.
Лилия и меч - Беннет СараAlinushka
21.09.2013, 19.47





Роман интересный. Читайте.
Лилия и меч - Беннет СараКэт
8.01.2014, 10.08





Интересный роман.Увлёк с первой страницы.Стиль романа очень понравился.А вот другие книги с этой серии так и не смогла осилить.Розу и щит бросила читать на четвёртой главе.А этот роман я запомню на долго.Главный Герой молодец!
Лилия и меч - Беннет СараLera
24.01.2014, 19.07





Да нестыковачка вышла прошел год, а она только рожает, это с учетом того что в последней главе она уже была беременна... а так мне очень понравился сюжет, я люблю читать про Вильгельма Завоевателя.
Лилия и меч - Беннет СараМилена
2.04.2014, 21.07








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100