Читать онлайн Лилия и меч, автора - Беннет Сара, Раздел - Глава 9 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Лилия и меч - Беннет Сара бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.08 (Голосов: 62)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Лилия и меч - Беннет Сара - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Лилия и меч - Беннет Сара - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Беннет Сара

Лилия и меч

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 9

Такого приступа ярости Радолф еще не испытывал. Ярость терзала его плоть и рвала душу, пуская раскаленные стрелы в мозг. Прошло уже несколько часов, а он все еще оставался погруженным в себя и пламенел гневом вонзившим в него когти еще в Трайере.
Радолф предполагал, что Лили лжет, до того, как его человек вернулся из Реннока, но теперь это не имело значения. Когда он расставлял сети, в которые она должна была попасться, ему отчаянно хотелось ошибиться! Дожидаясь ее в засаде, он молил только об одном, чтобы самой большой потерей этого бдения стала потеря сна. Снова и снова говорил он себе, что должно найтись какое-то объяснение всему тому, что вскоре должно было выясниться.
Каким же идиотом он был!
Как Генрих будет над ним смеяться!
Радолф – дурак Короля, обманутый дьяволицей, женой Воргена – той самой женщиной, за которой он гонялся по всему северу...
Радолф заскрежетал зубами. Его люди держались от него на почтительном расстоянии, но он не замечал этого, вспоминая, как она кричала под ним от страсти, как трепетало ее тело и какой нежностью светились глаза... Она и вправду ведьма, если сумела так опутать его паутиной своих чар.
Что за безумие владело им, когда он поверил в ее историю, хотя все признаки свидетельствовали об обмане? Что за безумие владеет им сейчас, если он до сих пор сожалеет, что она сама не прониклась к нему доверием и не сказала всю правду?
И что бы он тогда сделал? Отпустил ее? Дал ей возможность воссоединиться с ее возлюбленным, с этим напыщенным фатом?
Радолф отправил к Лили Жервуа, чтобы узнать имя и личность сбежавшего человека; пойти к ней сам он так и не решился, потому что от боли и ярости чуть не сходил с ума.
Жервуа вскоре вернулся и сообщил, что сбежавшего зовут Хью; он двоюродный брат Лили и явился специально, чтобы вызволить ее из плена.
– Она даже не пыталась это скрыть. – Жервуа оставался настороже на тот случай, если его господин все же утратит железную выдержку и даст волю своему гневу. – Еще она просила передать, что всем сердцем сожалеет о своей неудаче.
Радолф прищурил глаза и сжал челюсти. Кто бы сомневался! Разумеется, ей хотелось бы сейчас находиться со своим любовником. Что ж, он позаботится, чтобы она никогда больше его не увидела. Скорее он убьет ее... или навеки посадит под замок в Кревиче. Кстати, хорошая идея: оставаясь его узницей, Лили будет всецело в его власти, и он сможет и дальше наслаждаться ее телом. Держать ее для себя, вдали от ее любовника, – чем не выход из положения!
Вот только он не был ее любовником.
Радолф нахмурился, и его мозги, свившиеся в голове в клубок, как змеи, стали наконец проясняться. Не мог ли он придумать в пылу страсти, что она была девственницей? Нет, ошибка исключалась: даже теперь Радолф без труда вспомнил ощутимое сопротивление, которое испытал, когда нарушил естественную преграду.
«У меня был старый муж», – сказала Лили.
Ворген действительно был старым, и он был немощным.
Радолф вспомнил ходившие еще до Гастингса слухи о том, что Ворген не имел мужской силы. Значит, она лгала не во всем.
Он стал еще угрюмее. Если иногда Лили все же говорила правду, может, она не солгала и когда говорила о своей страсти?
Радолф сердито повел плечами. Какая разница? Зачем ему ломать голову из-за мелочей? Она – леди Уилфрида, а он получил приказ короля разыскать ее и доставить; остальное не важно.
Жервуа прервал череду его тревожных мыслей:
– Прошу прощения, милорд, но леди не желает ни есть, ни пить. Боюсь, эта дама хочет себя извести, и, когда мы прибудем к королю, она превратится в бесплотный дух...
Мельком взглянув на капитана, Радолф отыскал среди усталых и грязных солдат источник своих бед.
Лили ехала в окружении охраны, гордо подняв голову. Леди Уилфрида, поправил себя Радолф. Сгореть бы ей синим пламенем за то, что она сделала из него такого идиота. Он был готов раскрыть перед ней свое изболевшееся, израненное сердце и получил в награду ложь. Злобная, хитрая стерва, такая же, как Анна...
– Милорд? – Жервуа, видимо, устал ждать.
От головокружения Лили повело в седле. Ее лицо побледнело, длинные серебристые волосы свисали спутанными тусклыми прядями, прикрывая синяк, образовавшийся в результате падения с лошади во время попытки побега.
И все же ее удрученный вид не смягчил сердце Радолфа. Напротив, в нем снова закипела ярость, еще более свирепая и неистовая, чем прежде. Ярость налетела на него разбушевавшимся дьяволом, выворачивая наизнанку душу, не давая покоя.
Внезапно он понял, что не в состоянии больше выносить этой муки.
– Стоять!
От его грозного рыка отряд остановился. Из-за резкости, с которой солдаты натянули поводья, их лошади затанцевали, вскидывая копыта; руки мгновенно легли на рукоятки мечей в ожидании вражеской атаки.
– Вольно, – приказал Радолф сердито, заметив, что наделал. Он окинул взглядом усталые, изможденные лица, словно впервые их увидел. – Объявляю короткий привал.
Никто не произнес ни слова, но все тут же стали молча спешиваться.
Спрыгнув с коня, Радолф зашагал к Лили, по-прежнему остававшейся на своей кобыле и в напряженном ожидании наблюдавшей за его приближением. Из-за недостатка сна ее глаза были красными, воспаленными, а лицо от дурных предчувствий лишилось последних признаков молодости. И все же она не хотела, чтобы он видел ее слабость.
Крепко сжав поводья, чтобы остановить дрожание рук, Лили гордо выпрямилась, но, когда Радолф протянул к ней руки и вытащил ее из седла, она уже не чувствовала в себе сил для того, чтобы оказать ему сопротивление. К тому же ее руки были стянуты веревкой, но в знак противодействия она постаралась обмякнуть всем телом, усложнив ему работу.
Опускаясь с помощью Радолфа на землю, Лили против воли скользнула грудью по его груди, и эти ощущения вкупе с его ладонями, обнимавшими ее за талию, чуть не разрушили ее возведенную с таким трудом оборону. Всецело сосредоточившись на стремлении оставаться сильной, она все же не могла не заметить, с какой осторожностью он поставил ее на ноги.
Темные глаза взглянули сверху вниз, серые – снизу вверх. Ярость и лед, встретившись, столкнулись в единоборстве. Возможно, из-за гордой холодности в глазах, столь странной в ее нынешнем состоянии, Радолф почувствовал, что его ярость утихает, и, когда он обратился к Жервуа, его голос прозвучал почти ласково:
– Так, говоришь, она ничего не ест и не пьет?
Жервуа, бежавший следом за своим командиром, ответил, запыхавшись:
– Да, милорд, она от всего отказывается.
Радолф нахмурился. Подняв руки Лили, он проверил крепость веревок и сразу заметил красные следы, оставленные грубыми волокнами на ее нежной коже.
Разыгрывая высокомерное безразличие, Лили позволила ему исследовать синяк на запястье и сломанный ноготь. Она держалась как королева, но выглядела куда царственнее, чем все королевы, которых Радолфу доводилось встречать. Он вдруг ощутил неистребимую потребность сжать ее в объятиях и держать так до тех пор, пока гордая незнакомка не исчезнет, уступив место его милой, красивой Лили, девушке из Гримсуэйдской церкви.
Но Радолф решительно подавил в себе этот порыв. Тем не менее, вынув из-за пояса ее кинжал, он перерезал стягивавшие ее руки веревки.
– Теперь ешь! – приказал он и, отвернувшись, зашагал прочь.
Лили безмолвно опустилась на землю. У нее болело все тело и раскалывалась голова, но больше всего у нее болело сердце. Хотя она и прежде догадывалась, что будет, когда Радолф узнает правду, где-то в глубине ее сознания жила надежда, что он поймет все и простит.
Как могла она быть такой слепой? Радолф – нормандский лорд, для которого долг превыше всего; доставив к королю, он принесет ее в жертву на алтарь собственной гордости.
Лучше бы ей уехать с Хью.
Лили покачала головой. Нет, она ни за что не вернулась бы в прошлое и не стала супругой негодяя. К тому же Хью сбежал, и Лили даже не знала, радоваться этому или печалиться. Хью расстроил планы Радолфа, но теперь он снова свободно разгуливает по северу.
– Вы поняли, леди, что сказал милорд? – услышала она прозвучавший рядом голос. – Вы должны есть и пить, чтобы сохранить силы.
Тут же у нее в руках оказалась чашка с водой, и Лили не задумываясь начала пить. Затем она позволила Жервуа проводить себя к остальным и усадить на плоский камень. Холодный ветер раздувал полы ее плаща и длинные пряди волос, обжигал глаза.
Жервуа подал ей еду, и Лили стала медленно жевать, устремив взгляд в пространство.
Жервуа отвернулся к командиру. Он сопровождал Радолфа в походах уже почти четыре года и не раз становился свидетелем его гнева; однако ослепленным яростью он видел его впервые. И во всем виновата женщина! Да, она была хорошенькой, но Жервуа никогда не чувствовал себя комфортно в компании женщин.
Он искоса взглянул на Лили. По крайней мере она больше не выглядела бледной и напряженной и не была похожа на человека, который в любой момент может упасть в обморок, и это его порадовало: ничего хорошего не будет, если они не довезут ее до Йорка и где-нибудь на полпути она свалится замертво. Несмотря на спешку, устроенную Радолфом, Жервуа не оставляла гнетущая мысль, что если с леди, не дай Бог, что-нибудь случится, то полетит в первую очередь именно его голова. Жервуа уже давно знал, что, когда дело касалось прекрасного пола, здравый смысл часто изменял людям. Другое дело драка – мужчина против мужчины. Жервуа чувствовал себя куда увереннее в бою, чем перед женской улыбкой.
И тут неожиданно в его мозгу возникло чудное видение с золотистыми волосами и яркими голубыми глазами. Элис Реннок. Он видел ее во время короткого визита, который нанес Малькольму по приказу Радолфа, и даже разговаривал с ней.
– Я уверена, что леди Лили имела вескую причину поступить подобным образом, – безапелляционно заявила Элис, своей решительностью откровенно восхитив Жервуа. До сих пор он частенько вспоминал ее слова и интонацию.
Пока Жервуа размышлял над несообразностями жизни, Лили ругала себя за проявленную глупость. Для человека, привыкшего жить в состоянии повышенной опасности в замке Воргена, она оказалась слишком беспечной. Ее должен был сразу насторожить хотя бы тот факт, что Радолф не оставил у двери охраны; как хитрый лис, он наблюдал за ней и выжидал, а когда настало время, выпрыгнул из засады. Теперь Лили даже сомневалась, что такого человека, как Радолф, могла произвести на свет женщина из плоти и крови; скорее он был творением оружейника Олафа, выковавшего его из закаленного в огне железа. У такого человека не могло быть сердца.
Глаза Лили защипало от слез, но она не позволила им пролиться. Возможно, ей суждено век оставаться одной, но чему быть, того не миновать; вероятно, это ей на роду написано.
Лили сознавала, что должна использовать это время, чтобы продумать предстоящий разговор с королем Вильгельмом. Она не боялась, что разрыдается и упадет на колени, моля о прощении; этого не случилось, даже когда Ворген угрожал ей расправой. Вряд ли Вильгельм окажется еще хуже. Но она находилась в каком-то оцепенении, и нужные слова никак не приходили ей на ум.
Вечерний свет окутывал крепкие деревянные стены Йорка теплым сиянием, в то время как крыши и шпили зданий поблескивали золотом. Городу повезло: за годы войны ни одна армия оккупантов не разграбила и не сожгла его.
Первыми сюда пришли римляне, затем настал черед викингов и датчан, звавших город Йорвиком. Тогда благодаря торговле и оживленному судоходству город стал процветать. Потом Йорк был столицей англиканского королевства Нортумбрии, и вот теперь сюда явились норманны. Вильгельм провозгласил Йорк своим центром на севере и вторым городом Англии после Лондона.
Водные рукава рек Уз и Фос огибали Йорк серебряными змеями. Вдоль берегов более полноводного Уза стояли многочисленные корабли, вокруг суетились занятые их разгрузкой моряки. На земляном валу возвышался замок короля Вильгельма, представлявший собой деревянную башню, обнесенную стеной. На противоположном берегу Уза король сооружал второй замок: в условиях непрекращающихся беспорядков на севере возведение дополнительных фортификационных укреплений стало насущной необходимостью.
Отряд Радолфа приблизился к городской стене, и Лили разглядела впереди железную цепь: преграждая им путь, она была натянута в нескольких ярдах от ворот, перед которыми стояла стража.
Вздохнув, Лили потянулась, разминая затекшее тело. По сравнению с предыдущими днями теперь они двигались значительно медленнее, и хотя Лили слышала, как один из воинов поделился с товарищем предположением, что их командир наконец переборол свой гнев, она не могла с ним согласиться. Ярость Радолфа просто ушла внутрь, где будет копиться, скрытая от посторонних глаз. Мало того, что он пережил нечто вроде предательства, так Лили еще и сделала из него дурака, с чем ни один норманн, конечно, не мог смириться.
Нет, его гнев не испарился, и Лили понимала, что ей еще придется пострадать от него.
После того как Радолф перерезал веревки на ее руках, Лили больше не связывали, и взамен она перестала отказываться от еды, хотя и понимала, что он ее освободил вовсе не из добрых побуждений. Радолф хотел доставить ее к Вильгельму достаточно бодрой; он хотел, чтобы она увидела, услышала и прочувствовала всю полноту уготованного ей наказания. Лили не сомневалась, что, если бы она не ела сама, он скорее всего кормил бы ее насильно.
Чувствуя, что задыхается от обиды и гнева, Лили с трудом усмирила свой мятежный дух. Возможно, ей следовало сказать Радолфу правду в самом начале, как только он обнаружил ее в Гримсуэйдской церкви, но тогда она никогда бы не познала сладость рая... зато и не страдала бы сейчас.
Миновав Бутемские ворота, отряд двинулся по Питерсгейту, одной из главных магистралей Йорка, провожаемый жадными взглядами назойливых попрошаек. Проезжая мимо деревянных домиков, лавок и каменных церквей, ратники окунались в облака городских запахов, то приятные, то отталкивающие. С минуты на минуту Лили ждала, когда откроется вид на мрачную громаду замка Вильгельма, но Радолф почему-то вывел их на второстепенную улочку, где солдаты на всякий случай окружили или еще более плотным кольцом.
Когда из возвышавшегося прямо перед ними здания понеслись ароматы эля и сдобной выпечки, Радолф велел отряду остановиться. Усталые лошади тут же замедлили шаг и зафыркали, раздувая бока; но грязные от многодневного пути лица солдат хранили стоическое выражение. Лили с изумлением огляделась. Это был вовсе не замок, а гостиница с таверной.
Между тем Радолф жестом подозвал к себе Жервуа. Стоя рядом с командиром, капитан медленно кивал, как будто то, что он слышал, было ему совсем не по душе и приказ командира он находил несколько странным.
Внезапно оба они обернулись – Радолф с каменным лицом, Жервуа с явной неохотой – и уставились на пленницу.
Лили затаила дыхание. Она понимала: сейчас что-то лучится... Но что именно? И почему у Радолфа такой неумолимый вид?
Когда он направил к ней своего коня, Лили внешне оставалась спокойной, хотя ее сердце колотилось в груди как бешеное и каждый вдох давался с невероятным трудом. В этот момент ей больше всего хотелось повернуться и убежать... Но куда?
Приблизившись к ней почти вплотную, Радолф натянул поводья и остановил раздраженного жеребца. Чувствуя на себе его неотрывный взгляд, Лили не сразу сообразила, что он адресует свои слова не ей, а своим людям.
– Обеспечьте охрану гостиницы. Мы останемся здесь на ночь, и в здании не должно быть посторонних.
Какое счастье! Ее обдала могучая волна облегчения, грозившая разрушить тонкие стены гордости, возведенные Лили для самообороны. Возможно, она даже расплакалась бы, если бы Радолф по-прежнему не сверлил ее взглядом.
Переборов слабость, Лили с вызовом посмотрела на него.
– Эта гостиница, леди, – насмешливо сообщил Радолф, – совсем не плоха. Единственное, о чем здесь стоит беспокоиться, – это состояние постелей и чистота на кухне.
Он уже собирался отвернуться и отъехать от нее, но Лили вдруг подала голос:
– Милорд, когда я предстану перед королем Вильгельмом? Мне нужно как можно скорее переговорить с ним.
Радолф некоторое время пристально вглядывался в ее черты. Неужели он откажет ей просто на основании того, что имеет такую возможность? Улыбнется и скажет «нет». Что ж, Воргену тоже доставляло удовольствие отказывать ей в малейшей просьбе.
Радолф, вероятно, прочел ее мысли и улыбнулся:
– Не бойтесь, леди Уилфрида, я не чудовище и не тиран, – спокойно ответил он, – и вы скоро увидитесь с королем Вильгельмом. – Радолф сделал паузу, словно ожидал услышать от нее слова благодарности, но отчего-то Лили не могла вымолвить ни слова. – Я оставляю вас с Жервуа, которому доверяю, как брату: он предотвратит любую возможную опасность.
К глазам Лили подступили слезы, и она, чтобы не расплакаться, произнесла с вызовом:
– Опасность с чьей стороны, милорд? Я здесь одна и без друзей. Едва ли я представляю какую-либо опасность для вас или для короля.
Радолф пригнулся к ней:
– Вы представляете опасность для меня, миледи.
Лили не могла не понять его намека; ее большие серые глаза стали еще больше, но Радолф уже выпрямился и вернул на лицо маску суровости.
– Делайте все, как велит Жервуа, и ничего дурного с вами не случится.
Лили поморщилась. Она совсем запуталась в своих эмоциях и теперь сомневалась, что когда-либо сумеет в них разобраться. Что он имел ввиду? Как может она находиться в безопасности, оставаясь с Радолфом и его людьми?
Он ее враг, враг, и только.
Или...
Хотя улица была узкой и многолюдной, Радолф пришпорил коня; в результате какой-то мужчина, не успев увернуться, резко отпрянул назад и упал, скатившись в грязь, поливая всадника проклятиями. Радолф и сам проклинал себя. Он вел себя как глупец и знал это, но ничего не мог с собой поделать, как не мог расправить руки и взмыть в небо.
Испытывая презрение к себе, он сердито фыркнул. Память о ее вероломстве будет еще долго жить в его сердце, но сейчас ему следовало на время забыть об этом.
Если он передаст Лили королю, то Вильгельм посадит ее в темницу и он потеряет ее навеки.
Радолф вздрогнул. Нет, только не это. Ее безопасность ее жизнь – вот что должно волновать его в первую очередь. Он не позволит ни одному волосу упасть с ее головы ни за что на свете не уступит ее другому мужчине. Она принадлежит ему, и если уж должна понести наказание, то лучше он сам вынесет приговор и приведет его в исполнение!
Устремив взгляд в пространство, Радолф продолжал скакать вперед. Как убедить Вильгельма отпустить Лили? Даже если он заявит о ее непричастности к мятежу, в чем и сам не был уверен, Лили будет представлять угрозу для мира и стабильности на севере. Она является здесь ключевой фигурой, и задача номер один для Вильгельма – обезвредить ее и подчинить себе.
От безысходности Радолф заскрежетал зубами. Генрих наверняка нашел бы вкрадчивые, витиеватые слова, чтобы уговорить, убедить короля, но Радолф всегда выражал свои мысли прямо, без обиняков и пышных фраз. Это означало, что у него оставался только один способ спасти Лили. Если Господь ему поможет, то он непременно им воспользуется. Эта идея пришла ему в голову по дороге. Поначалу Радолф отверг ее, поразившись собственному безумству, но упрямая мысль продолжала мучить его, как камешек в сапоге, пока он всерьез не задумался над тем, что прежде представлялось ему чистым безрассудством. Теперь же он рассматривал эту идею как единственный выход из положения.
Радолф с силой стиснул поводья.
Он это сделает! Он изложит дело королю и будет уповать на то, что здравый смысл и крепкие узы многолетней дружбы помогут ему решить вопрос в свою пользу.
Разумеется, он не скажет Вильгельму, что уже отдал Жервуа соответствующие указания. Скорее всего Жервуа посчитал, что его господин спятил, но Радолф знал: если ему не удастся убедить короля, его верный капитан немедленно доставит Лили в безопасное место.
Ну а потом, разумеется, Радолфу придется ответить за свои действия, и он был к этому готов. Он даже готов был отдать жизнь, титул и свои земли, лишь бы с ней ничего не случилось.
Радолф нахмурился. Мог ли он прежде подумать, что настанет такой день, когда Меч Короля откажется от всего ради женщины!
Выходит, он и вправду сын своего отца.



загрузка...

Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Лилия и меч - Беннет Сара



Есть продолжение "Роза и щит" и "Нечаяный поцелуй". Читайте!
Лилия и меч - Беннет СараТатьяна
5.04.2012, 16.49





ЧУДЕСНЫЙ РОМАН! Читала на одном дыхании! Чувственный, красивый и страстный роман с интересным и захватывающим сюжетом. Оценка 10+
Лилия и меч - Беннет СараЛюдмила Кл.
5.10.2012, 11.51





Мой самый любимый роман!!! Обожаю этих героев.
Лилия и меч - Беннет СараСплетница
21.01.2013, 13.19





Хороший роман читать можно
Лилия и меч - Беннет Саранека я
24.06.2013, 22.19





ВСЕ просто прекрасно! плохо что беременность длится больше года- эпилог - прошел год!
Лилия и меч - Беннет СараТатьяна
28.08.2013, 9.19





Интересный роман, очень понравился. Без излишней драматичности и невероятных страданий героев. Очень живой,страстный,увлекательный и совершенно не банальный.
Лилия и меч - Беннет СараAlinushka
21.09.2013, 19.47





Роман интересный. Читайте.
Лилия и меч - Беннет СараКэт
8.01.2014, 10.08





Интересный роман.Увлёк с первой страницы.Стиль романа очень понравился.А вот другие книги с этой серии так и не смогла осилить.Розу и щит бросила читать на четвёртой главе.А этот роман я запомню на долго.Главный Герой молодец!
Лилия и меч - Беннет СараLera
24.01.2014, 19.07





Да нестыковачка вышла прошел год, а она только рожает, это с учетом того что в последней главе она уже была беременна... а так мне очень понравился сюжет, я люблю читать про Вильгельма Завоевателя.
Лилия и меч - Беннет СараМилена
2.04.2014, 21.07








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100