Читать онлайн Радость пирата, автора - Беннет Констанция, Раздел - Глава 25 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Радость пирата - Беннет Констанция бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.31 (Голосов: 78)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Радость пирата - Беннет Констанция - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Радость пирата - Беннет Констанция - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Беннет Констанция

Радость пирата

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 25

Шли дни. Алекс большую часть времени проводила в своей каюте за шитьем. В капитанскую каюту она больше не заходила и, увидев случайно Майлза на палубе, делала все, для того чтобы разминуться с ним. Разумеется, завтраки, обеды и ужины она тоже проводила в одиночестве. За все это время Алекс не пролила ни слезинки. Слез просто не было. Там, где когда-то были эмоции, осталась лишь черная дыра. Она по-прежнему любила его — в этом смысле все осталось, как было. Видимо, он тоже любил ее, но в его глазах она упала с пьедестала, утратив совершенство, а для такого человека, как Майлз, несовершенство было непростительным пороком. Еще бы, ведь он был взращен совершенной парой англичан — совершенной матерью, совершенным отцом, родился от совершенной любви — весь само совершенство, и его женщина должна быть так же совершенна, как он сам.
Алекс попробовала взглянуть на ситуацию глазами Майлза и с удивлением поняла, что не может винить его. То, что Диего пощадил ее, иначе как чудом не назовешь, и если бы Диего действительно делал с ней все то, о чем рассказывал, чувства к ней Майлза были бы легко объяснимы. Какой мужчина захочет женщину, использованную другим мужчиной? В данном случае важно было не то, что она невинна, а то, какой ее видит Майлз. Диего оказался достаточно красноречивым, чтобы вполне убедить Кросса.
Удивительно, как он не сошел с ума от изощренной мучительной пытки испанца. Много лет назад Диего не смог сломить дух Золотого Орла, но на этот раз ему удалось нащупать слабое место врага, и этой ахиллесовой пятой оказалась она, Алекс. Нет, она не в силах была винить его за то, что он любит и ненавидит ее одновременно.
Ее отношение к Майлзу в большей мере диктовалось жалостью, чем обидой. Он действительно любил ее. Она видела это по его глазам, когда случайно встречалась с ним взглядом во время недолгих прогулок по палубе. Его взгляд лишь укреплял ее в мысли о том, что у них с Майлзом нет будущего.
Итак, ей оставалось только смириться. И она шила себе все новые и новые платья из прекрасной материи, купленной Майлзом на Тенерифе. В конце концов, он был ее должником, думала Алекс в особо горькие минуты. Он лишил ее дома, друзей… К тому времени как она вернется в Бриджуотер, пять, а то и шесть месяцев ее жизни окажутся отнятыми. Полгода жизни чего-нибудь да стоят. Не говоря уже о том, что он отнял у нее девственность… Если Майлз не хочет довольствоваться тем, что оставил Родера, почему другой мужчина захочет взять то, что оставил он, Майлз? В эти минуты на Алекс нападала такая злость, что она готова была вырвать у него сердце, но как только она вспоминала его полные боли глаза, злость исчезала. То, что так случилось, не его вина — его беда.
Майлз действительно был ее должником. Он дал ей почувствовать вкус любви, вкус страсти, который она уже никогда не забудет, а она взамен отдала ему сердце. Несколько платьев — жалкая компенсация за душевную ущербность.
Шли дни, а между Алекс и Майлзом ничего не менялось. Вернее, менялось, но в худшую сторону. Похоже, оба старались по возможности избегать друг друга, и эта перемена больно отзывалась в сердце Макарди. Он не находил себе места, не понимая, почему отношения между Александрой и Кроссом изменились. Ведь было столько пережито вместе. Все оказалось позади. Теперь бы счастливо зажить, но что-то неладно между ними.
Оги стоял на палубе, когда к нему подошел капитан.
— Ты, наверное, знаешь, что надвигается шторм… — Майлз запнулся. — Ты не мог бы предупредить мисс Уайком, чтобы она была поосторожнее?
— Капитан, мне надоело быть звеном в ваших отношениях. Скажите ей сами все, что считаете нужным!
Макарди оказался приятно удивлен тем, что Кросс не стал настаивать.
— Она у себя? — спросил он.
— Да. Или по крайней мере была у себя.
— Хорошо. Оставайся здесь пока за главного, а я спущусь вниз.
Майлз повернулся и пошел к лестнице, и, хотя со спины он здорово напоминал человека, идущего на смерть, Оги довольно улыбнулся. Может, если они будут разговаривать друг с другом, дело у них пойдет на лад…
…Жара стояла невыносимая. Александра остановилась посреди каюты, обмахиваясь рукой как веером. Непривычная к влажной жаре тропиков, она безуспешно пыталась добиться хоть какого-то сквозняка, отворив настежь дверь своей тесной каюты. Откинув со лба влажную прядь, Алекс вернулась к работе.
Новые платья нужно повесить, а в платяном шкафу, где все еще находились вещи Тернера, места не было. Утром Алекс попросила у Макарди разрешения убрать костюмы Джудсона в сундук вместе с остальными вещами, и Оги с готовностью согласился. Алекс вытаскивала из платяного шкафа вещи, складывала их и убирала аккуратно в сундук.
— Что ты делаешь? — раздался голос Майлза.
Алекс вздрогнула и обернулась. Майлз стоял в дверном проеме. Сверху, с палубы, лился странный оранжево-красный свет, образовывая вокруг его головы светящийся красновато-золотистый нимб. На нем были бриджи из оленьей кожи, и его чистая белая рубашка, расстегнутая почти до пояса, приобрела тот же красновато-золотистый оттенок. Майлз был похож на величественную бронзовую статую.
Вернувшись к кровати, чтобы сложить очередную вещь, она ответила:
— Оги сказал, что я могу переложить вещи Тернера из шкафа в сундук. Наверное, я должна была прежде спросить у тебя, — немного нервничая, начала извиняться она, видя, что Майлз по-прежнему стоит в дверях.
— Все хорошо, — сказал, тряхнув головой, Майлз. — Я должен был сам давно это сделать.
Кросс прошел в каюту и стал помогать Алекс вытаскивать из шкафа вещи Джудсона.
— Как ты аккуратно все складываешь, — сказал Майлз, наблюдая за работой Алекс. — Честно говоря, мне кажется, что вещи Джудсона еще никогда не знали такой нежной заботы. Аккуратность не была в числе его добродетелей.
Алекс усмехнулась, довольная тем, что Майлз уже может говорить о покойном с улыбкой.
— Ты не смог приучить его к порядку, так надо понимать?
— Как ни старался, — со смехом признался Майлз, передавая Алекс темно-синий плащ. — Думаю, я отвезу все это в «Белые дубы», когда мы прибудем в Чарлстон. Пусть полежат там на чердаке, пока, — сорвавшимся голосом закончил Майлз, — я не найду того, кто бы мог ими воспользоваться.
— Если ты сможешь с ними расстаться, — тихо сказала Алекс.
— Ты видишь меня насквозь? — спросил он без злобы.
— Иногда, — спокойно ответила Алекс, глядя ему в глаза.
Повисло неловкое молчание. И тот и другая все бы отдали для того, чтобы сломать барьер, но каждый понимал, что это ничего не даст. Алекс первая опустила глаза и, вернувшись к кровати, стала складывать изящно расшитый жилет.
— У Джудсона нет семьи?
— Нет, никого, — сказал Майлз, садясь на кровать. Наблюдая за ее работой, за ее руками, лицом, он испытывал мучительное наслаждение.
— Почти вся его семья умерла во время эпидемии, свирепствовавшей в Уэльсе, когда он был еще совсем юным. Поскольку для своих лет он был достаточно крупным и крепким, Джудсон сумел найти себе работу в порту на берегу Бристольского залива, однако он вскоре понял, что контрабанда — дело куда более приятное и прибыльное, чем работа в доках.
— Так он был контрабандистом, когда вы встретились? — спросила Алекс, счастливая тем, что они с Майлзом остались наедине.
— Нет, — покачав головой, ответил Майлз. — Не контрабандистом, а пиратом. «В Уэльсе запахло жареным», — добавил Майлз, подражая валлийскому акценту, который, видимо, в то время был у Джудсона, — и он подался в Вест-Индию. Мы повстречались с ним на Ямайке, он как раз удирал от властей, готовых сделать из него висельника, так вот, он остался, чтобы вызволить меня из лап целой стаи головорезов.
— Победив разбойников, вы стали друзьями, — заключила Алекс.
— Трудно не подружиться с тем, кто спас тебе жизнь.
Джудсон вошел в его жизнь как спаситель и ушел из жизни, тоже спасая.
Даже не глядя на Майлза, Алекс знала, о чем он сейчас думает. Она участливо протянула руку, чтобы дотронуться до его плеча, но, быстро передумав, отдернула. Ей не хотелось портить доверительный тон беседы.
— Ты его очень любишь, не так ли?
— Мне его чертовски не хватает. Джудсон Тернер был словно частью меня самого.
— Был и всегда будет.
— Я знаю.
В голосе Майлза послышалась внезапная горечь, и Алекс нахмурилась.
— Ты все еще винишь себя в его смерти?
— Да.
— А я думала, что ты уже перестал себя терзать.
— Легко сказать! Та ночь, когда ранили Джудсона, стала первой в бесконечном ряду оплошностей, граничащих с преступлениями!
— Но это не так!
— Так! Мой лучший друг погиб по моей вине. А с тобой что получилось? Возможно, я когда-нибудь научусь жить с чувством вины и не замечать его, но избавиться — не смогу никогда. Это касается как Джудсона, так и тебя.
Алекс оставила без внимания последнее замечание.
— А теперь скажи, каким образом ты виновен в гибели Джудсона?
— Что? — удивленно заморгал Майлз, считая, очевидно, вопрос до смешного наивным.
— Какая твоя промашка привела к гибели Джудсона? Ты что, сам толкнул его под пулю?
— Ты не понимаешь, Алекс. С самого начала не надо было высаживаться на берег. Я не должен был отпускать людей, пока не получу с берега световой сигнал, означающий, что берег чист.
— Тогда почему ты не дождался сигнала?
— Я был слишком встревожен…
— А других причин не было?
Майлз задумался, вспоминая ту горькую ночь.
— Не понимаю, чего ты добиваешься.
— С тех пор много воды утекло, Майлз, и та ночь поблекла в твоей памяти, но я кое-что помню очень ясно… Туман! Туман, Майлз, окутал берег плотным покрывалом. Даже если бы на берегу горели сигнальные огни, как бы ты заметил их сквозь туман?
— Верно, — медленно проговорил Кросс. — Я не мог… Поэтому я рискнул…
Алекс улыбнулась:
— Тогда в чем ты винишь себя? Ты был уверен в том, что огни горят, и это действительно было так. Ты поступил так, как любой бы поступил на твоем месте.
Майлз почти физически ощутил, как свинцовая тяжесть упала с его плеч. Тот ужасный миг, когда Джудсон оттолкнул его в сторону, приняв на себя пулю, предназначавшуюся ему, Майлзу, заслонил от него все. Майлз попросту забыл о том, почему решил сойти на берег. Одна вина нагромождалась на другую, и правда о том дне оказалась погребенной под свинцовым спудом.
— Почему ты всегда знаешь, что сказать, Алекс? Ты так славно все понимаешь и попадаешь в точку.
— Спасибо, — пробормотала Алекс.
— Нет, спасибо тебе за то, что заставила меня увидеть…
Голос его сошел на нет, взгляды их встретились, и во взгляде его была такая печаль, что Алекс впервые за много дней захотелось плакать.
— Я люблю тебя, Алекс, — сказал Майлз, но не сделал ни шагу, чтобы сократить разделявшее их пространство.
— Я знаю, — прошептала она в ответ, мечтая о том, чтобы он подошел. Но напрасно. Любовь его была велика, но пропасть пролегла между ними.
— Вообще-то, — проговорил Майлз, уже повернувшись, собираясь уходить, — я пришел предупредить тебя о шторме, довольно серьезном. Убери все так, чтобы не свалилось что-нибудь невзначай, и не зажигай лампы. Обычно масло не вытекает из морских фонарей, но при волне высотой двадцать футов всякое может случиться.
— Двадцать футов! — воскликнула Алекс, вскочив с кровати.
— Да, шторм ожидается большой. С запада идет ураган. До сих пор мы старались идти на север, но ветер нам не благоприятствует. Остается только положиться на судьбу и готовиться к встрече.
— Господи, — пробормотала Алекс, рисуя в своем воображении ужасную картину шторма. — Как может корабль пережить такое бедствие? Да людей просто смоет за борт!
— Нет, люди, большая часть, будут внизу, если надо, привязанными к койкам.
— Тогда кто поведет корабль?
Майлз усмехнулся.
— В шторм в этом нет надобности. В шторм, Алекс, корабль разворачивают носом против ветра и молятся.
— А где будешь ты?
— У руля, — спокойно ответил Майлз. — Привязанный к нему так, чтобы не свалиться за борт. — Майлз услышал шум в коридоре и оглянулся. — А ты будешь внизу. Ни при каких обстоятельствах наверх не поднимайся, поняла?
— Да, но…
— Никаких «но», Алекс. Я знаю, что делаю. Матросы сейчас задраивают люки, чтобы вода не попала в каюты, так что не бойся промокнуть. Только найди какую-нибудь веревку и привяжись к койке, иначе разобьешься, если дело пойдет совсем плохо.
Во время путешествия Александре уже раз довелось пережить шторм, но по сравнению с тем, что описывал Майлз, тот шторм был гораздо мягче. Кроме того, в тот раз Алекс работала не покладая рук, стараясь помочь раненому Майлзу и Спанглеру. На этот раз она действительно встревожилась — не столько за свою безопасность, сколько за жизнь Майлза, которому предстояло встретить шторм на палубе, где вся надежда была на крепость веревки, удерживающей от падения за борт. Страх сдавил Алекс горло.
— Сколько времени осталось? — спросила она, стараясь, держать себя в руках.
— Час или около того. Хочешь подняться и посмотреть? Я не пугаю тебя, просто хочу, чтобы ты знала, что нам предстоит.
Алекс молча кивнула.
Только оказавшись на палубе, она заметила, как все изменилось. В этот час солнце обычно гигантским золотым шаром висело над горизонтом, теперь же было темно и хмуро. Кросс куда-то показывал рукой. Александра повернулась к нему, чтобы посмотреть, и… вскрикнула. Темные, набухшие тучи протягивали длинные черные пальцы к сплошной высоченной стене воды, выраставшей из моря, черной как ночь, простиравшейся по всему горизонту.
— Я слышала о гигантских волнах, но не представляла, что они выглядят именно так, — слабым голосом сказала Алекс.
Майлз, не замечая того, бережно обнял Алекс за плечи.
— Это обман зрения, любовь моя. То, что ты видишь, действительно стена воды, но это всего лишь дождь. Шторм от нас еще достаточно далеко. Вон там. — Майлз указал на крутящийся шар из черной тучи, должно быть, около мили в диаметре. Вихрь шел прямо на них. — Вот центр. Самое страшное — там.
— И ты правишь — туда? — Алекс повернула к нему лицо, полное ужаса.
— Надеюсь, нас минует чаша сия, — засмеялся Майлз. — Если удастся, мы отклонимся к югу.
— А если не удастся? — продолжала допытываться Алекс.
— Тогда ничего не останется, как пережить шторм. Не бойся, Алекс, ничего плохого с нами не случится.
— Черт! — раздраженно воскликнула Алекс, не понимая, как можно быть таким беспечным. — Тебе ведь нравится казаться храбрецом, да?
— Ты бы предпочла, чтобы я запаниковал?
— Ты на меня намекаешь? Да, наверное, так было бы лучше. По крайней мере я бы знала, что имею дело с человеком, способным на проявление каких-то чувств, хотя бы страха. Ты заигрываешь со смертью, словно с красоткой на балу!
— Я живу по законам моря, Александра, и привык принимать любой вызов, брошенный стихией. До сих пор я выходил победителем. Почему этот шторм должен стать исключением?
— Ты возомнил себя бессмертным! Жалкий человечек, бросивший вызов самой смерти! Вот ты кто!
На сей раз Майлз оказался более прозорлив.
— Алекс, быть может, нам обоим будет легче, если ты скажешь прямо о том, что тебя гнетет.
— Ты такой умный, так угадай!
— Ты просто боишься, что я умру.
Алекс отвернулась, понуро опустив плечи. Глаза ее заволокли слезы.
— Я не хочу, чтобы ты умирал, Майлз. Я эгоистка. Пусть я не смогла завоевать тебя, но я не хочу, чтобы ты достался морю.
Ее чувство было столь открытым, она любила его так искренне, так самозабвенно, что он не мог отказать ей в участии. Майлз обнял ее и, прижав к себе, запечатлел на ее губах нежный поцелуй. Мечущаяся между страхом и желанием, Алекс приникла к нему всем телом, раскрыв губы, как лепестки цветка. Она обхватила его руками, не желая отпускать, и он, нежно, но крепко прижимая ее к себе, дарил ей уверенность в своей способности защитить ее, оградить от бед.
Желание быстро одержало верх над нежностью, и губы его сминали ее губы с почти болезненной настойчивостью. Страсть разгоралась с пугающей силой, и вдруг Майлз отстранился от Алекс, с губ его сорвался стон, в котором слышались боль и презрение к себе одновременно. Алекс с тоской смотрела на своего возлюбленного. Нежность в его взгляде уступила место боли, порожденной мучительными воспоминаниями. Призрак Диего снова встал между ними.
— Прости, Алекс, — прошептал он. — Бог свидетель, мне так жаль.
— И мне, — выдохнула Алекс.
Не в силах больше выносить этой муки, она убежала прочь мимо деловитых матросов, убирающих паруса, готовящих корабль к предстоящему испытанию.
Влетев в каюту, Алекс с силой захлопнула за собой дверь, дав волю чувствам, и впервые за несколько недель слезы обиды, боли, скорби по несчастной любви полились у нее из глаз горячим потоком. Матросы слышали сдавленные рыдания Алекс, но, понимая, что помочь ей не в силах, лишь молча продолжали задраивать люки, стараясь закончить работу как можно быстрее, чтобы обеспечить девушке, которую очень любили, вожделенное уединение.
По мере того как шторм приближался и корабль раскачивало все сильнее, Алекс мало-помалу начала успокаиваться. Пора было взять себя в руки и действовать разумно. Все еще всхлипывая, она быстро закончила упаковывать вещи Джудсона. Затем убрала в сундук все предметы, которые могли бы свалиться во время сильной качки. Осталось лишь решить, как быть с Цезарем.
Помог Курт. Юнга принес пакет со свежеиспеченным хлебом и солониной и бутыль воды — все, что могло поддержать ее силы во время шторма, который мог продлиться много часов. С помощью длинной веревки Курт закрепил клетку, крепко привязав ее к ножке письменного стола, привинченного к полу. Тем временем в каюте стало совсем темно, и когда Алекс накрыла клетку тканью, она невольно подумала, что ее положение мало чем отличается от положения птицы — она тоже с трудом различала окружающие предметы.
Курт ушел, напоследок сказав Алекс, чтобы она не волновалась, и безграничная вера мальчика в своего капитана отчасти передалась и ей. Но лишь отчасти. Алекс села на кровать и стала ждать, сама не зная чего, чувствуя себя так, как, наверное, чувствует себя приговоренный к смерти преступник. Она пыталась не думать ни о предстоящем шторме, ни о Майлзе, которого сейчас, вероятно, матросы привязывают к штурвалу. Но больше всего ей не хотелось думать о поцелуе Майлза.
…Громадная волна шла на корабль с грозным ревом. И уже через несколько мгновений сплошная стена воды обрушилась на небольшое судно. В тот же миг черное небо прорезали зигзаги молнии, и гром слился с морским ревом. Мощные потоки дождя хлестали по палубе, жутко завывал ветер. Темную каюту освещали лишь вспышки молний. Цезарь бился в клетке, хлопая крыльями, словно клетка была повинна в том, что его швыряло из стороны в сторону.
Первая же волна приподняла нос корабля так, что он встал почти вертикально, и Алекс покатилась по кровати, ударившись головой о стену у изголовья. Она очень пожалела о том, что пренебрегла советом Майлза и не привязалась к кровати сразу. Корабль вздымался все выше и выше, затем стремительно падал вниз, как Икар с опаленными солнцем крыльями.
Алекс схватила простыню и, свернув ее жгутом, продела в кольца по бокам кровати. Только сейчас, спустя столько времени, она поняла, для чего служат эти таинственные приспособления. Кое-как она обвязалась простыней. На душе стало чуть легче. Шли часы, наступила ночь, а шторм все не утихал. Жутко было даже представить, каково сейчас Майлзу там, наверху, и, чтобы не думать об этом, Александра решила сконцентрироваться на других, более приятных мыслях. Она вспоминала Бриджуотер, своего отца, Касси. Цепляясь за обыденное, земное, она тщательно, стараясь не упустить ничего, представляла свою комнату, кухню, каждую щербинку на большом сосновом столе, рисунок обоев, содержимое каждого горшочка в кладовой. Затем начала вспоминать историю болезни каждого из своих пациентов; прихотливое течение мысли привело ее в усадьбу Арона Черча, где она сделала подробнейшую опись имущества своего несостоявшегося жениха, не забыв ни одной коровы, лошади и овцы. Алекс мысленно заглянула в гости к Адель, проведав молодую мать и ее малыша, затем вернулась домой помогать Клариссе готовить ужин, а когда была вымыта посуда и Тео поплелся спать, они с Касси вдвоем болтали у камина, и Алекс рассказывала своей няне о том, что произошло с ней с той ночи, как два матроса выкрали ее из дому.
Алекс так живо представила себе Клариссу, то горестно, то восхищенно цокающую языком, по-матерински нежно поглаживающую ее руку, что при очередной вспышке молнии увидела перед собой ее лицо и решила, что сходит с ума. А между тем ночь прошла и наступило утро, а шторм все не отпускал несчастный корабль из своих цепких лап.
Алекс молилась за Майлза и Курта, и за остальных, в том числе за Иезекииля Копели, даже устыдившись своего злорадства при мысли о том, как, должно быть, худо переносит доктор этот шторм, если и при легкой качке морская болезнь причиняет ему столько страданий. Алекс молила Бога о спасении корабля.
Потерявшая ощущение времени Алекс не могла сказать, когда именно услышала тот ужасный хруст, хруст, сопровождавшийся почти человеческим стоном, от которого мороз пробирал. Треск дерева прозвучал похоронным звоном. В тот миг Алекс поняла, что надежды выйти живыми из этого ада нет. Она обратилась к Господу, прося у него прощения за грехи и прощаясь с миром.
Но корабль чудом остался на плаву. Его еще раз подбросило на высокой волне, затем еще… и наступила тишина. Шторм закончился столь же внезапно, как и начался. Ветер почти стих, а ливень превратился в дождик. Одинокий солнечный луч пробился сквозь пелену дождя и осветил каюту. Этот свет был таким мирным и радостным, каким, наверное, увидел его Ной после вселенского потопа.
Радостное чувство, столь же светлое и яркое, как этот солнечный свет, овладело Алекс. Она развязала жгуты и выскочила на палубу.
Крупные капли пронзенного солнцем дождя упали ей на ладони, и она с благодарностью подставила лицо дождю, прохладному и теплому одновременно, но, когда она опустила голову и обвела взглядом палубу, веселье ее улетучилось мгновенно. Шторм не прошел для корабля даром.
Паруса, крепко примотанные к обнаженным мачтам, превратились в лохмотья, многие мачты были надломлены, некоторые представляли собой жалкие обломки, но самое тяжелое зрелище представляла грот-мачта. Похожая на обгорелый пень, она была сломана у основания.
Один за другим матросы принимались за работу, не осмеливаясь роптать на судьбу, ибо считали себя счастливчиками уже потому, что остались живы.
Шок от увиденного вскоре прошел, и Алекс, судорожно вздохнув, в тревоге огляделась. Кусок заграждения на кормовой палубе был выломан волной.
— Майлз! — испуганно воскликнула Алекс.
Подхватив подол мешающей юбки, она полезла наверх. Марко, промокший насквозь, передал руль другому матросу. Майлза не было! В ужасе Алекс обернулась, и тут она увидела его. Стоя у леера, он смотрел вниз, прикидывая степень разрушений.
— Майлз, — прошептала она, и он оглянулся на голос.
Весь его облик излучал восторг, триумф и крайнее изнеможение. Мокрые волосы как будто приклеились к голове, мокрая рубаха, порванная в нескольких местах, прилипла к телу.
Не задумываясь над тем, хочет ли этого Майлз, Алекс бросилась к нему и повисла на шее. Ее платье тоже стало влажным, но она даже не заметила этого. Майлз был жив и здоров, и она была с ним, в его объятиях, и пусть этот миг не продлится долго, она была по-настоящему счастлива.
— Только не отпускай меня, — шептала она, стуча зубами, — не отпускай!
— Все хорошо, любовь моя, — бормотал он, целуя ее макушку, зарывшись лицом в теплый шелк ее волос и баюкая ее, словно маленького ребенка.
— Когда я увидела сломанную мачту и Марко за штурвалом, я подумала, что ты упал за борт, — выдавила Алекс.
— Рано утром Марко поднялся помочь мне. Не думаю, что мне удалось бы выстоять в одиночку.
— Смотрите, капитан! — в радостном возбуждении крикнул кто-то у него за спиной.
Майлз оглянулся, посмотрев в том направлении, куда укатился шторм.
— Смотри, Алекс! — Он повернул ее за плечи и смахнул с ее бледной щеки слезинку.
Солнце и дождь родили огромную радугу. Алекс вскрикнула при виде такой красоты. Темные клубы бури — фон радуги — были почти синего цвета. На нем радуга казалась особенно яркой, цвета — потрясающе чистыми. Еще ни разу в жизни Алекс не видела такой красивой радуги, такой крутой правильной дуги, поднимающейся из моря.
Позади себя Алекс услышала шепот Майлза:
— Загадай желание, Алекс. Радуга приносит удачу.
Майлз обнимал ее, и все казалось таким надежным и прочным. Но Алекс знала: желание ее никогда не сбудется. Даже штормовые волны не смыли призрак Диего, стоявший между Александрой и Кроссом.
И словно прочитав ее мысли, Майлз смущенно опустил руки, а через мгновение и радуга пропала, оставив небо таким же одиноким и покинутым, какими чувствовали себя Алекс и Майлз.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Радость пирата - Беннет Констанция



прекрасный роман! Отличное продолжение "Прекрасной Разбойницы"! Десять!
Радость пирата - Беннет КонстанцияGeranium
17.03.2012, 17.42





"Книга божественная!!!В ней есть всё:слёзы,радость, обида и конечно же любовь, которая всё это победила!!!"
Радость пирата - Беннет КонстанцияНИКА
19.03.2012, 21.49





Не, прекрасная разбойница у нее лучше вышла, чем этот роман. Но все равно хорошо. Девяточка!
Радость пирата - Беннет КонстанцияКатя
9.05.2012, 15.56





мда...неуемная фантазия у автора. такую глупую сказку сочинила.ну, прям, молодец, ничего не скажешь!
Радость пирата - Беннет Констанциякатя
19.06.2012, 15.20





Роман не скажу что ужасен, но отстой полнейший.rn1. Гл. герои даже не общались переспали и всё у них любовь (чё за бред???)rn2. Героиня то плакса, но нормальная. Герой всё время агрессивный.rn3. Проблемы всё чересчур надуманы и сюжет то через быстро развивается, то стоит на месте.rn4. Постельные сцены скучные, я даже не стала их читать.rnВообщем книга мне не понравилась. rnОценка 2 с натяжкой по 5 бальной шкале.
Радость пирата - Беннет КонстанцияРозари
6.07.2012, 13.23





Роман удивительный!Хорошее продолжение прекрасной разбойницы.Интересный сюжет,классные герои,во общем 10 баллов!
Радость пирата - Беннет КонстанцияАлена
23.04.2013, 4.51





Соглашусь с розари
Радость пирата - Беннет Констанцияирина
12.06.2013, 10.34





Думую что в книги слишком много интриг, но в общем книга хороша советую прочитать
Радость пирата - Беннет КонстанцияАнна
26.12.2013, 16.11





С 20-30 главы я бы вырезала вообще, с трудом дочитала. А так роман супер.
Радость пирата - Беннет КонстанцияМарина
17.01.2014, 18.08





Девочки, кто читал, пожалуйста, раскройте секрет - есть тут по-настоящему откровенные сцены или всё подёрнуто вуалью? )))Я обожаю романы про пиратов! Но часто натыкаюсь на такие, где нет откровенных сцен. А я люблю именно откровенные вещи :)СПАСИБО!
Радость пирата - Беннет КонстанцияНефер
3.02.2014, 9.06





А начало было таким многообещающим..rnГероиня все время просит прощения, а страхи главного героя вообще смехотворны. Не хватает эпилога, еще забыли про няню, кот заменила чуть ли не мать главной героини.
Радость пирата - Беннет КонстанцияМилена
25.03.2014, 23.42





Средненько!
Радость пирата - Беннет КонстанцияНаталья 66
17.11.2014, 16.12





Клевый!!!
Радость пирата - Беннет Констанцияleka
12.12.2014, 12.10





Читала много лет назад, но до сих пор помню!!! Зацепил чем-то... Наверное, главным героем, люблю таких.....
Радость пирата - Беннет КонстанцияТатьяна
5.01.2016, 16.14








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100