Читать онлайн До конца своих дней, автора - Бенедикт Барбара, Раздел - Глава 13 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - До конца своих дней - Бенедикт Барбара бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.95 (Голосов: 22)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

До конца своих дней - Бенедикт Барбара - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
До конца своих дней - Бенедикт Барбара - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Бенедикт Барбара

До конца своих дней

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 13

Гинни посмотрела в котелок, стоявший на плите, и удовлетворенно улыбнулась. Дети съели почти всю приготовленную ею похлебку – не так уж плохо для первого кулинарного опыта! Особенно, впрочем, зазнаваться не стоит. Джуди не преминула сделать ей замечание: для одного котелка она развела слишком большой огонь. Дверь дома стояла нараспашку, чтобы ночной воздух остудил нагревшуюся комнату.
Гинни посмотрела вокруг и сама поразилась, как много за эту неделю переменилось в доме. Вот Джуди помогает ей мыть посуду, близнецы убирают со стола, а Кристофер собирает разбросанные по комнате вещи. Разумеется, мальчики оспаривают каждое ее распоряжение, Джуди непрерывно хмурится, но, во всяком случае, они не отказываются ей помогать. Полным миром и благополучием их семейную жизнь, может, и не назовешь, но движение в нужном направлении, несомненно, началось.
А началось оно в тот день, когда Гинни предложила им помощь в починке крыши. Она жутко перепачкалась и сломала несколько ногтей, потому что то и дело попадала молотком по пальцам, но с того дня дети стали относиться к ней гораздо лучше. Не то чтобы они полностью с ней смирились, но все чаще прислушиваются к тому, что она говорит. И даже стали заниматься – если она успевает проснуться до того, как они улизнут в болото.
Гинни изнывала от любопытства: почему их туда так тянет, что они там делают? Но у нее уже хватало ума не спрашивать. У них есть тайные дела, в которые они не хотят ее посвящать. В ее присутствии они часто о чем-то шепчутся. Допытываться бесполезно: они расскажут ей про свою крепость, когда сочтут нужным, а может быть, и никогда. В этом они были очень похожи на своего дядю. Гинни вздохнула, ставя чистые тарелки в шкафчик. Когда же вернется Раф, и удастся ли им разрешить свой спор? Каждый день она готовилась к встрече с ним, пытаясь предугадать его поведение, но ночью падала в постель с чувством усталости и неудовлетворенности. Ей так хотелось увидеть его, выговориться, прижаться к его крепкому телу...
Нет, решительно сказала себе Гинни, захлопывая дверцу шкафчика. Нельзя придавать такое значение одному поцелую. Ну ладно, не одному, а нескольким. Они действительно кружат голову, но все это поверхностное, все это не имеет никакого отношения к более глубоким чувствам. К любви.
Глянуть бы на него одним глазком! Вот посмотрит ему в глаза и сразу решит, действительно ли она все еще хочет выйти замуж за Ланса.
– А почему Патрик ничего не делает? – заскулил рядом с ней Кристофер.
– Верно, почему? – поддержал его Питер. – Мы работаем, а он бездельничает.
Гинни виновато вздрогнула, и Патрик тоже. Он вскочил со скамеечки, бросил на пол кусок дерева, из которого вырезал меч, и подтолкнул его носком к очагу.
– Ну зачем же! – воскликнула Гинни и подняла заготовку. – Ты потратил на него столько сил! – Она провела пальцем по изящным линиям, поражаясь искусству мальчика. – Такой красивый меч!
Патрик посмотрел на сестру, которая подошла и встала между ним и Гинни, как клуша, защищающая своего цыпленка. Протянув руку, она взяла меч из рук Гинни.
– Никаких особенных сил он на него не потратил. Он все время что-нибудь вырезает.
Джуди говорила небрежным тоном, но в ее голосе звучала гордость за брата.
– Посмотри, как он гладко обточен и как он похож на настоящий. А на рукоятке вырезан такой замечательный дракон! Пожалуйста, Патрик, не бросай его в огонь. Подари его мне.
Патрик посмотрел на Гинни с удивлением, а Джуди спрятала меч за спину.
– Он мой! Патрик сделал его для меня!
Все четверо братьев обратили взоры на Джуди. У них был такой вид, будто все они знали какой-то секрет, но Гинни его ни за что не скажут. Ну вот, грустно подумала она, опять секрет, опять она нечаянно забрела на заповедную территорию. Интересно, она когда-нибудь научится свободно разговаривать с этими детьми, не обдумывая заранее каждое слово?
– Ну что ж, тебе повезло, – с искренней завистью сказала она Джуди. – Твой брат вырезал тебе кинжал, достойный героя. Достойный самого Айвенго.
В награду за то, что они делали домашние дела, Гинни каждый вечер читала им свой любимый роман Вальтера Скотта. Джуди была явно польщена сравнением с Айвенго. Патрик же был больше доволен похвалой своему мастерству. Гинни уже знала, что Патрик – мечтатель, но считает себя обязанным это скрывать.
– А когда вы будете читать? – спросил Кристофер, взяв ее за руку и потянув к книжной полке. – Уже пора. Я все прибрал.
Гинни, улыбаясь, протянула руку за потрепанным томом «Айвенго». Как же она удивилась, обнаружив книгу на полках Рафа! Она почему-то думала, что тот читает более серьезную литературу, – наверное, потому, что у него всегда такой суровый вид. Похоже, что Патрик не единственный тайный романтик в этой семье.
– Ладно, почитаю, – сказала она. – Только сначала повторим утренний урок.
Она поставила им это условие: до начала чтения они должны рассказать ей все, что выучили за день о правилах хорошего поведения. Это, во-первых, закрепляло урок, во-вторых, разжигало их нетерпение услышать, что произошло с Айвенго дальше.
– Разговаривать в обществе надо только на приятные темы, – начал Питер, когда они все уселись перед ней кружком на полу.
– И нельзя разговаривать с полным ртом. – Поль надул щеки и притворился, что жует, вызвав этим веселое хихиканье.
– А почему? – спросила Гинни, зная, что, если не вмешаться, урок может превратиться в развлечение.
– Из уважения к остальным, – сказал Патрик и бросил многозначительный взгляд на близнецов. – И громко хохотать тоже не следует.
– Ну да, – с ухмылкой подтвердил Поль. – Кому же хочется, чтобы кусочки гамбо разлетелись по всему столу?
– Или кишки аллигатора.
– Или...
– Ладно, все всем ясно, – сказала Гинни, сдерживая улыбку. Близнецам только дай волю, будут перебрасываться репликами до утра. – Давайте придумаем несколько приятных тем для разговора.
– Хорошие книжки, – предложил Кристофер. Увидев улыбку одобрения на лице Гинни, он добавил: – Как «Айвенго».
Джуди фыркнула.
– «Айвенго» – неплохая книга, но я бы предпочла почитать про Камелот.
Ее братья хором сказали что-то вроде «Вот еще!», но Гинни была заинтригована. Как интересно, что Джуди разделяет ее собственное увлечение легендами про короля Артура.
– Королю Артуру Айвенго в подметки не годится, – сказала Джуди, скрестив руки на груди. – И у него был Мерлин.
Естественно, что ей больше всех нравится волшебник. Гинни даже пожалела, что, когда она росла, рядом с ней не было Джуди. С ней было бы вдвое интереснее играть в Камелот.
– Подумаешь, Мерлин! – насмешливо воскликнул Питер. – Все его чудеса – сплошное мошенничество!
– Мерлин – не мошенник! – Джуди вскочила на ноги и буквально испепелила Питера взглядом. – Мерлин был самым великим волшебником всех времен.
– Тогда почему у нас не получился опыт? Только прожгли в крыше дыру и разозлили дядю Рафа.
– Какой опыт? – спросила Гинни и увидела, как все пятеро словно окаменели. – Ну почему вы не хотите мне рассказать? Я же помогала вам чинить крышу. Неужели я недостойна узнать, отчего она сгорела?
Мальчики посмотрели на Джуди.
– Она и вправду помогала нам, – сказал ей Патрик. – По-моему, можно сказать.
И, не дожидаясь ответа Джуди, он вскочил на ноги и пошел к книжным полкам. Гинни следила за ним с любопытством и волнением: наконец-то она узнает хоть один секрет. Патрик взял с полки книгу и принес ее Гинни. Джуди сверкала глазами, но ничего не говорила.
– Мы увидели вот эту картинку, – сказал Патрик, открывая книгу.
Гинни взяла у него книгу и посмотрела на картинку. На ней был изображен Мерлин, колдующий над котлом, под которым был разожжен огонь. Его помощник держал в руках длинный металлический стержень. Внизу была подпись: «Мерлин превращает свинец в золото». Гинни вопросительно посмотрела на Патрика.
– Джуди сказала, что знает слова заговора, – объяснил он.
– Это были правильные слова, – сердито вмешалась Джуди. – И все бы получилось, если бы Питер и Поль не начали перебранку, кому нести трубу. И когда Питер ее уронил, она упала в костер, и угли разлетелись во все стороны.
Гинни все еще не понимала.
– То есть как? Вы разожгли костер в доме? Дети замолчали, переглядываясь.
– На улице шел дождь, – сказал Кристофер, грустно глядя на нее. – Ну надо же было попробовать. Дяде Рафу приходится так трудно.
Джуди зыркнула на него сердитым взглядом.
– Опять ты все выбалтываешь, Кристофер! Мы же договорились, что ничего ей не скажем.
– Это было до аллигатора.
– Он прав, – вмешался Патрик. – Если бы не Гинни, то, может, Кристофера с нами уже не было бы.
– Верно, – подтвердил Питер. – И она сдержала слово. Она ведь не рассказала Рафу про змею.
Гинни сидела, затаив дыхание. Может быть, они наконец решат, что ее можно посвятить в секреты?
–Ну ладно, – вдруг согласилась Джуди. – Если уж вам так надо знать, мы хотели сделать золото, чтобы Рафу не надо было так много работать.
– Мы считали, что должны ему помочь, – объяснил Патрик. – Он ведь старается, чтобы у нас был настоящий дом и плантация сахарного тростника. А как еще мы можем ему помочь, сидя здесь в болоте?
Глядя на детей, Гинни диву давалась: как она могла называть их обормотами? Ребенком она никогда не задумывалась о финансовых затруднениях отца.
– Об этом мечтала наша мама, – продолжала Джуди. – Когда им с Рафом было столько лет, как нам, они мечтали, что у них будет собственный дом на собственной земле, который у них никто не сможет отнять и откуда их никто не сможет выгнать. Вот он и хочет, чтобы это было у нас.
Гинни вспомнила Рафа-мальчика – такого гордеца и такого идеалиста. Как ему было, наверно, тяжело, сначала умер отец, их выгнали из хижины издольщика. Конечно, ему хочется иметь постоянный дом.
– Ну давайте же читать, – попросил Кристофер, показывая на «Айвенго». – А то мне скоро пора спать.
Что-то заставило Гинни посмотреть в сторону двери, и у нее екнуло сердце, в дверях стоял и наблюдал за ними Раф. Гинни машинально поправила волосы – кажется, она сегодня не очень растрепанная. Наконец-то он приехал! Господи, сделай так, чтобы я хорошо выглядела!
Раф стоял в дверях, опираясь о косяк, и у него был такой усталый и измученный вид, что Гинни тут же забыла о себе. Она вспомнила слова Кристофера: «Дяде Рафу приходится так трудно», – и у нее от сочувствия сдавило в груди.
– А я думал, что вы уже все давно спите, – сказал он и шагнул в комнату.
Дети хором воскликнули: «Раф!» – и бросились к нему. Глядя, как он с улыбкой обнимал каждого, Гинни почувствовала, что ей тоже хочется обнять его. Он такой сильный, такой надежный... и такой добрый – как можно против него устоять?
Во всяком случае, он добр к детям. Он выдал каждому по конфете и опасливо посмотрел на Гинни.
– Ничего, – утешил ее Кристофер, – я дам вам половину своей конфеты.
Что за прелесть этот мальчик! Но вслед за ним и другие дети, хотя и не так непосредственно, предложили поделиться с ней сладостями. Раф задумчиво поглядел на Гинни.
– А поесть мне никто не даст? – спросил он. – Я такой голодный, точно не ел три дня. – Он понюхал воздух. – У вас так вкусно пахнет, что у меня еще за дверью слюнки потекли. – Он повернулся к Джуди. – Что-нибудь осталось от ужина?
– Не знаю. Спроси ее, – ответила девочка, кивнув на Гинни. Гинни уже пошла за тарелкой, радуясь, что ей есть чем заняться. Она жестом пригласила Рафа сесть за стол и стала наливать ему из котелка похлебку.
– Вот похлебка от ужина осталась, – суетливо говорила она. – Не то чтобы очень элегантное блюдо, но голод утоляет.
Она вспомнила, что Эдита-Энн в ее первый день в Розленде сказала что-то в этом же роде, а она, Гинни, отказалась есть приготовленную кузиной еду. Хоть бы ее стряпня оказалась получше на вкус! Раф подошел к столу и сказал, бросив на нее подозрительный взгляд:
– Что-то вы сегодня прямо хозяюшка.
– Мы теперь готовим по очереди, – вызывающе сказала Джуди. Вдруг дядя будет недоволен тем, что еду готовила не она?
Гинни улыбнулась девочке и поставила перед Рафом тарелку с похлебкой.
– Моя первая попытка, – объяснила она. – Джуди мной руководила.
– Это приготовили вы?
Раф явно с трудом поверил ее словам, и это было обидно. Но еще обиднее было сомнение, с которым он смотрел в тарелку.
– Не бойтесь, не отравитесь. Видите, дети это ели и все еще живы.
Раф медленно, с явным опасением поднес ко рту ложку. Гинни смотрела, как он ест, и затаив дыхание ждала приговора. Она заметила, что дети так же выжидающе смотрят на Рафа.
– А что, неплохо, – наконец сказал он, и Гинни облегченно вздохнула. Поглядев на детей, она увидела, что и они успокоились. Джуди даже ухмыльнулась, но тут же отвернулась и принялась прятать меч за стул.
Этой девочке нужно больше улыбаться, подумала Гинни. Она слишком молода, чтобы подавлять в себе все радостные чувства, чтобы запирать на замок свое чувство юмора. Чересчур уж она похожа на своего дядю.
Покончив с похлебкой, Раф опять обратил на Гинни скептический взгляд.
– Должен признаться, моя прекрасная дама, что вы не перестаете меня удивлять.
– А я считаю, что ужин был превкусный. Кристофер, который стоял рядом с Рафом, радостно улыбнулся Гинни.
Раф пожал плечами.
– Для королевы неплохо.
– Разве она королева? – спросил Кристофер, переводя взгляд с улыбающегося дяди на вспыхнувшую Гинни.
– Нет, я не королева, – сердито ответила она. – Твой дядя просто дразнится.
– Леди Гиневра, откуда вдруг такая скромность? Когда мы были детьми, вы правили нами королевской рукой.
Дети подошли к столу, с любопытством слушая разговор взрослых. Гинни попыталась им объяснить:
– Детьми мы играли в Камелот. Я играла королеву Гиневру, потому что меня тоже зовут Гиневрой и у меня тоже белокурые волосы.
– И то, что ваш папа к тому же был самый богатый человек в округе, конечно, не имело к этому ни малейшего отношения?
«Почему он так отвратительно со мной разговаривает?» – подумала Гинни. Счастье, которое она испытала при появлении Рафа, начало меркнуть. Прямо-таки нарывается на ссору.
Но она видела обращенные к ней взоры детей и решила не ввязываться в перебранку. Как же она сможет добиться, чтобы они перестали вздорить между собой, если у них перед глазами будет пример вечной пикировки между их дядей и самой Гинни? Она говорит детям, что лучший способ не дать человеку тебя разозлить – это не обращать на него внимания. А если это не помогает, призови на помощь терпение и чувство юмора.
И Гинни призвала их на помощь. А Раф тем временем отодвинул от себя пустую тарелку и откинулся на спинку стула.
– Ужин был первый сорт, – сказал он с усталым вздохом, – мне надо ехать. Побыл у вас, увидел, что вы все живы здоровы, что аллигаторы вас не съели – и ладно.
Он еще раз вздохнул и встал со стула. Дети аж застонали от разочарования. А Гинни не удержалась:
– Как же так? Вы только что приехали! Неужели вы не можете побыть с нами подольше?
– Что поделаешь, крестьянскую работу никогда не переделаешь.
– Подождите! – Раф задержался в дверях и повернул к ней хмурое лицо. – Мне надо вас кое о чем попросить.
– О чем это?
Гинни предпочла бы кокетливо похлопать ресницами, но, учитывая его недовольный тон и вспомнив предупреждение Джуди о том, что он любит, чтоб с ним говорили напрямую, она прямо сказала, что ей нужно какао. Увидев, как он еще больше нахмурился, она объяснила:
– Надо же мне что-то пить по утрам. К кофе я привыкнуть не могу.
– Попробую достать, – кратко ответил Раф.
– Подождите, это еще не все, – торопливо продолжала Гинни. – Еще нужно платье. Не для меня, – добавила она, увидев, как он окинул ее взглядом с головы до ног. – Для Джуди. Надо же ей надеть что-нибудь красивое на турнир.
Трудно сказать, у кого был более удивленный вид – у Рафа или его племянницы, – но оба посмотрели на Гинни как на сумасшедшую.
– Мы тут читали Айвенго, – продолжала Гинни, – и подумали, что неплохо было бы организовать наш собственный турнир. Это будет в субботу. Надеюсь, вы сможете приехать.
Гинни украдкой подмигнула Джуди, надеясь, что та поймет. В субботу у Рафа день рождения. Если он приедет из-за турнира, празднование дня рождения будет для него приятным сюрпризом.
Джуди, слава Богу, была смышленой девочкой.
– Пожалуйста, Раф, обещай, что приедешь. Будет очень интересно.
– Мы будем сражаться за честь и достоинство, – добавил Патрик, который тоже сообразил, что имеет в виду Гинни.
– И за Камелот, – подключились близнецы.
А Кристофер, захваченный общим порывом, выпалил:
– И за наш новый дом.
С каждой фразой лицо Рафа все больше темнело.
– Пожалуйста, Раф, обещай, что приедешь, – упорствовала Джуди, не обращая внимания на его неудовольствие. – Гинни, конечно, будет королевой Гиневрой, а ты будешь королем Артуром.
– Артура выгнали из его страны, – свирепо рявкнул Раф, глядя на Гинни. – А королева давно уже решила, что предпочитает Ланцелота.
С этими словами он вышел из дома и захлопнул за собой дверь.
Дети повернулись к Гинни с обиженными, непонимающими, лицами, словно надеясь, что она поможет им починить эту трещину в отношениях с дядей, как помогла им починить крышу. Она чуть не сказала им, что для, того, чтобы починить эту трещину, молотка и гвоздей недостаточно, но у них в глазах светилась надежда, и кроме того, разве она не дала себе слово больше не убегать от неприятностей?
– Подождите здесь, – сказала она детям, заставив себя обнадеживающе улыбнуться. – Пойду с ним поговорю.
Сказать-то это легко, думала она, поспешая вслед за Рафом к пироге и не ожидая от этой беседы ничего хорошего. Никакой юмор, никакое терпение ей не помогут, когда он в таком отвратительном настроении.
– Что вам нужно? – рыкнул Раф.
– Я пришла с вами поговорить.
– Да? Еще не все требования мне предъявили? Гинни заставила себя сказать спокойным тоном:
– Почему вы так враждебно со мной разговариваете? Устроили сцену перед бедными детьми!
– А, так теперь они бедные дети? Вы вроде бы только вчера называли их обормотами.
Терпение Гинни иссякло:
– Да что вы знаете про вчера? Вас здесь не было! Вас никогда здесь нет!
– Верно, нет, – сказал он тихим, но свирепым голосом. – Я пытаюсь достать деньги, чтобы вы могли пить свой шоколад, устраивать турниры и играть в разные прочие игры с моими детьми.
– Ладно, можете забыть про шоколад. И про турнир тоже!
– Так просто забыть и все? А как же бедные дети? Вы поманили их великолепными видениями, моя прекрасная дама. Будто у них так мало горя? Зачем еще забивать их головы бесполезными фантазиями?
– Кто сказал, что мечтать плохо?
– Мечты могут себе позволить дети с богатыми папочками. Я хочу, чтобы мои дети это знали.
Раф выхватил из пироги бутылку и приложился к ней.
– Вы пьяны!
– Да, черт побери, выпил, – ответил Раф и отпил еще глоток. – И собираюсь продолжать.
– Ну и как это вам поможет? Какие проблемы разрешит? Когда человек начинает пить, он перестает бороться за свою мечту и у него опускаются руки. Или он начинает вымещать зло на своих близких, как вы делали сегодня.
– Вымещать зло? Просто я взглянул на вещи реалистически. Неудача в этом смысле очень полезна. Когда тебя сунут мордой в грязь, ты невольно начинаешь лучше видеть реальность. Служащий банка в Новом Орлеане мне это очень хорошо объяснил. К таким, как я, видите ли, не может быть доверия. Чтобы занять деньги, надо иметь деньги. Он, правда, назвал это обеспечением, но на самом деле надо просто иметь хорошее имя. Даже ваш драгоценный Ланс Бафорд, хотя он даже не пытается поставить на ноги эту дыру, которую он называет плантацией, скорее получит заем, чем я.
Гнев оставил Гинни. Так вот зачем Раф ездил в Новый Орлеан! Пытался получить в банке заем! А ему отказали. Неудивительно, что он полон горечи.
– Я слышал, как дети рассказали вам, каким образом они прожгли крышу, – злым голосом продолжал Раф. – Пытались превратить свинец в золото. И вы будете по-прежнему утверждать, что фантазировать не вредно?
– Они хотели вам помочь.
– И могли бы погибнуть в огне. Что, по-вашему, я почувствовал бы, найдя на месте дома пепелище и узнав, что они сгорели, пытаясь помочь мне? Да никакая мечта того не стоит! – Раф вздохнул. – Все кончено, моя прекрасная дама, – устало сказал он. – Помечтали, по сражались на турнирах. Вот подобью бабки и отвезу вас домой.
Домой? А где ее дом? При мысли, что ей придется расстаться с детьми, у Гинни заныло сердце.
– Этого нельзя делать! – воскликнула она. – Нельзя оставлять детей одних.
– Спасибо за совет эксперта по воспитанию, но я вовсе не собираюсь оставлять их одних. Я... – Он помедлил и провел рукой по волосам. – Я отошлю их к деду и бабке моей матери в Новый Орлеан.
Гинни в первый раз услышала о том, что у его матери живы дед с бабкой.
– Если у вас есть, куда их отослать, зачем было идти на риск и похищать меня?
– С тех пор многое изменилось. – Раф сделал гримасу и отпил еще глоток из бутылки. – А, не все ли равно?
– Нет, не все! – Все-таки Гинни пришлось вступить с ним в пререкания. – Детям здесь хорошо. Они ловят рыбу, обследуют окрестности, строят свою таинственную крепость. Нельзя выдернуть их отсюда и предполагать, что они легко приспособятся к жизни в городе. Они будут глубоко несчастны.
– Да вам-то что? Вы будете благоденствовать в своем любимом Розленде.
– А дети благоденствуют здесь, в этой лачуге.
– Это не лачуга, а дом, черт побери!
Да, он прав. Гинни вдруг поняла, почему Раф ее все время поправляет. Место, где люди живут и любят, нельзя называть лачугой. Да она сама уже давно в уме называет его домом.
Но она упорствовала на своем:
– Как ни назови, это не меняет дела. Вы попросили меня научить этих детей грамоте и хорошим манерам, а теперь лишаете меня возможности закончить свое дело.
Раф опустил бутылку и вперился в нее.
– Вы что, не слушали меня? Я сказал, что отвезу вас домой в Розленд. Вы же хотели уехать по истечении месяца. Разве вы не рады, что выходит по-вашему?
Да, ей следовало бы радоваться, но, глядя на Рафа и сознавая, что ей придется навсегда распроститься и с ним, Гинни чувствовала только грусть. Стоя перед ним, она вдруг живо вспомнила, как он прижимал ее к себе, и их ничто не разделяло, кроме тонкой рубашки. Какое это было блаженство – целовать его, забыв всю горечь, все прошлые обиды! В тот вечер они были просто мужчина и женщина, которых связывало страстное влечение.
В глазах Рафа тоже что-то промелькнуло – видно, и он вспомнил тот вечер.
– Не смейте так на меня смотреть, – тихо проговорил он.
Гинни удивленно моргнула.
– Как?
– А вот так – широко раскрыв глаза и надув губки. И не рассказывайте мне, будто вы не знаете, как это действует на мужчину, моя прекрасная дама. Вы уже много лет используете свои женские чары для того, чтобы добиться своего.
– Ничего подобного...
– Со мной у вас такое не выйдет! – Не отводя глаз от ее лица, ее губ, он швырнул бутылку в реку и схватил Гинни за руки. – Мне это надоело! То вы пылаете жаром, то обдаете холодом. И даете глазами обещания, которые ваше тело не собирается выполнять.
Гинни сгорала от унижения. Так вот что он думает – что она играет с ним как кошка с мышью.
– Вы не понимаете...
– Нет уж, хватит! Я лучше поеду, пока не сделал такого, о чем мы после оба будем сожалеть. – Раф отпустил ее руки и пошел к пироге. – И запомните, – бросил он ей через плечо, – если вы еще раз начнете что-нибудь этакое, я доведу дело до конца.
Вот как? Значит, ей только стоит улыбнуться и шагнуть к нему, и все будет решено? Но, хотя ее тело жаждало его объятий, она понимала: если после этого предупреждения пойдет за ним, вина за то, что произойдет, будет лежать на ней. По сути дела, это будет означать, что она сама соблазнила его.
Но Раф и не дал ей такой возможности. Он уперся шестом в берег и оттолкнул пирогу, ни разу на нее больше не взглянув.
Гинни стояла на берегу, охваченная горькими чувствами. А она-то строила планы, она-то мечтала, что теперь все будет хорошо, и пожалуйста – он отсылает ее в Розленд. Она пошла обратно в дом, пытаясь найти радость в мысли, что скоро будет дома, но вместо этого думала о торте, который они с Джуди собирались испечь к его дню рождения, и о том, что она еще столько книг не успела прочитать Кристоферу.
– Жутко сердитый, да? – сказала Джуди, которая вместе с братьями стояла на крыльце.
Интересно, они все слышали? Гинни вгляделась в их лица. Судя по написанному на них беспокойству, – больше, чем хотелось бы. Остается надеяться, что они не поняли, в чем обвинял ее Раф.
– Все будет хорошо, – сказала она, – Он передумает.
– Мы не какая-нибудь малышня. Не надо нам врать! – отрезала Джуди.
Она стояла, скрестив руки на груди. До чего же она похожа на Рафа: оба считают, что лучшая оборона – это нападение. Джуди напускает на себя воинственность, а Раф защищается от мира злостью.
– Я не вру. Мне хочется на это надеяться, – ответила ей Гинни.
– На что это вы надеетесь? – насмешливо спросила Джуди.
Действительно – на что?
– Ты же слышала, что она ему сказала, Джуди! – воскликнул Кристофер, сбегая по ступеням к Гинни. – Она сказала дяде Рафу, что хочет, чтобы мы оставались здесь.
– Вы не позволите ему отослать нас в Новый Орлеан? – сказал подошедший к ним Поль.
Гинни была бы рада им это обещать, но понимала, что Джуди права: лучше сказать правду.
– Раф – ваш опекун. Если он решит вас туда отослать, я никак не могу этому помешать.
– Мы не хотим там жить! – Питер тоже спустился со ступенек. – Они злые и вредные.
Гинни была потрясена, с какой убежденностью он это сказал, и повернулась к двум старшим детям, все еще стоявшим на крыльце.
– В чем дело? Почему вы не хотите жить с родными? Патрик пожал плечами и тоже сошел вниз.
– Они плохо относились к маме и дяде Рафу, – объяснил он. – Если бы у мамы было куда поехать, она бы ни за что не стала бы с ними жить.
– Сначала мама даже была рада, – добавил Поль. – Она не знала, почему ее мама так не любила отца с матерью. У них большой дом и куча денег.
– Но когда она с ними познакомилась, она поняла, – сказал Питер. – Ее дед с бабкой – такие злые люди, что она вышла замуж за папу, чтобы от них сбежать.
– Она знала, что Раф мечтал оттуда сбежать, но оставался, чтобы защищать ее, от них, – бесстрастным тоном сказала Джуди.
Наступила зловещая тишина. Гинни было ужасно жаль Жанетт. Что же это за люди, ее дед с бабкой, если она предпочла выйти замуж за Жака Морто, только бы избавиться от них? А бедный Раф наверняка винит себя, его свобода стоила жизни его сестре.
Но как же он может обречь на такую же жизнь детей?
Это все оттого, что банк отказал ему в займе. Его зажали в угол, и он бросается на всех, кто попадается ему под руку, не разбирая правых и виноватых.
– Вы с ним еще поговорите, Гинни? – ее Патрик. – Объясните ему, что мы там жить не сможем.
«Как же, станет он меня слушать!» – такова была первая мысль Гинни, но она не высказала ее вслух, ее остановил полный надежды взгляд Джуди. Девочка пока еще не полностью ей доверилась, но она хочет ей верить. Да и Гинни самой хотелось в себя верить.
Попробовать-то можно!
– Я ничего не могу вам обещать, – сказала она детям. – Но я с ним поговорю и сделаю все, что в моих силах.
– Тогда вам придется задержаться здесь подольше, – напомнила ей Джуди, всей своей позой выражая недоверие. – Вы останетесь?
Внезапно повеселев, Гинни обвела рукой окрестности.
– Ну где еще мне представится возможность воевать с аллигаторами? Или спать в одной комнате со змеями? Моя дорогая девочка, в Розленде я просто умру от скуки.
Она была вознаграждена дружным смехом мальчиков и неохотной улыбкой Джуди.
– С аллигаторами, пожалуй, легче воевать, чем с Рафом, – сказала Джуди. – Он вас под горячую руку на куски разорвет.
«Весьма возможно», – подумала Гинни, но вслух сказала:
– Еще посмотрим, кто кого!
– Так вы останетесь и будете нашей мамой? – спросил Кристофер с надеждой в голосе. – Навсегда?
Понимая, что должна сказать ему правду, Гинни покачала головой.
– Откуда мне знать, миленький, какой сюрприз мне преподнесет жизнь? Я могу только обещать, что постараюсь уговорить вашего дядю оставить вас здесь. А что касается остального, мы с ним не очень-то ладим. – Увидев, как погрустнел Кристофер, она напомнила себе, что у детей и без этого хватает поводов для беспокойства. – Знаешь что, давай не будем заглядывать далеко вперед. Сейчас главное – как следует подготовиться к дню его рождения. Осталось меньше двух недель.
– Может, никакого дня рождения и не будет. Вдруг он отвезет нас в город?
– Не впадай в уныние, Джуди. – Гинни велела мальчикам идти в дом, а сама взяла Джуди под руку. – Устроим Рафу такой замечательный праздник, что никому никуда не захочется ехать. Главное – вам надо показать дяде, как вы его любите.
Джуди внимательно поглядела на нее.
– А вы?
– Обо мне не беспокойся. Я тоже постараюсь сделать все как можно лучше.
– Я не это имела в виду. Вам не кажется, что дяде Рафу нужно знать, что вы его тоже любите?
– Я?.. – Гинни хотела категорически отрицать свои чувства к Рафу, но слова замерли у нее на губах. С довольной ухмылкой Джуди высвободила руку и пошла в дом.
А Гинни осталась на крыльце. Чтобы ответить на этот вопрос, ей всей ночи не хватит.
Так любит она Рафа Латура или нет?
Часть Третья.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману До конца своих дней - Бенедикт Барбара



Первая половина мне больше понравилась,конец какой-то слащавый,неправдоподобный
До конца своих дней - Бенедикт БарбараИрина
25.03.2012, 16.57





Наивный,конечно,роман,но почитать можно,что-то в нем есть искреннего.
До конца своих дней - Бенедикт БарбараОсоба
6.01.2014, 12.23





Простой роман, но мне понравился. .
До конца своих дней - Бенедикт БарбараМилена
18.03.2014, 8.04





Отличный роман!!!Очень понравился давно я такого не читала оторваться просто не возможно читайте не пожалеете,
До конца своих дней - Бенедикт БарбараНатуся
7.05.2015, 9.32





Роман неплохой, но по-моему перебор с отрицательными персонажами.
До конца своих дней - Бенедикт БарбараТаня Д
13.08.2015, 23.48





Роман очень понравился,во многих романах ГГ,попадая с сложные обстоятельства, из надменной,избалованной неумехи полюбив, превращается в добрую,трудолюбивую женщину. А вот подлая злодейка исправляется редко.Неправдоподобно.
До конца своих дней - Бенедикт БарбараТесса
5.11.2015, 13.51





Ха-ха-ха рыцари в Америке.
До конца своих дней - Бенедикт Барбараиришка
22.01.2016, 23.07





Роман НЕ понравился.Героиню так и хотелось ткнуть (королевской)мордой в её грязное бельё.Герой тоже недалёкий,если привез эту идиотку за детьми смотреть .Ой даже слов нет высказать мои чувства к этому роману.Короче для меня роман дерьмо!Что то не везёт мне последнее время на хорошие романы!?
До конца своих дней - Бенедикт Барбарас
18.02.2016, 16.54





Мне тоже не понравился роман!rnОчень сильно раздражала героиня. Просто ужасно.rnИ потом ее внезапно переклинило, и она стала просто идеальной. rnГлавный герой мне в принципе понравился. Нестандартный типаж: нет денег, трудоголик... НО... Оставить своих племянников с мегерой, да и самому по ней сохнуть, хотя она показывает свое высокомерие. Я не понимаю такой "любви". rnЭпилог - да, это просто шик... Она все хочет услышать, как он ее любит. Прямо изводится. А он за столько лет так и слова не сказал. И в конце прям снизошел...
До конца своих дней - Бенедикт Барбарасвет лана
1.04.2016, 1.58








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100