Читать онлайн , автора - , Раздел - Глава XV в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - - бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: (Голосов: )
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

- - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
- - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава XV
ПРАЗДНИК В КАПУРТАЛЕ

Капуртала была одним из самых маленьких индийских государств, но при этом одним из самых процветающих. А до чего хорош был розовый город с его маленькими домиками и роскошными зданиями, казавшимися декорацией на фоне лиловых склонов Гималаев, их заснеженных вершин и чистого безоблачного неба над ними! Оказалось, что во владениях Джагада Джита Сингха нет нищих: для тех, кто был в нужде, предусмотрели просторное здание, где о них заботились. Для Индии это было удивительное явление.
Чета Морозини и Видаль-Пеликорн, хоть и прибыли вместе со свитой вице-короля, были тем не менее отделены от официального эскорта. В то время как все прочие рассаживались по традиционным «Роллс-Ройсам» и «Бентли», им была подана великолепная длинная серебристо-голубая машина, которая и доставила троицу во дворец. Здесь для почетных гостей были приготовлены апартаменты.
Дворец оказался поразительным! Вместо ожидаемого непомерного нагромождения башен, башенок, колоколенок, ажурных мраморных окон, дворов и садов путешественники увидели посреди парка, напоминавшего бессмертное творение Ленотра, типично французское строение. Первоначально предполагалось сделать дворец копией Версаля, но огромный центральный павильон, увенчанный плоским куполом, уводил слишком далеко от сооружения Мансара. Кроме всего прочего, он был розовым!
Альдо и Лиза получили в свое распоряжение большую спальню, маленькую гостиную и обычные «удобства». Все это было обставлено в стиле Людовика XVI. Кроме того, им, как выяснилось, полагалось некоторое количество из трех сотен дворцовых слуг: один был приставлен к ванной, другой должен был делать массаж, оказались среди них и специалисты по распаковке багажа, по цветам, лакомствам и сигаретам... Был даже и такой, в чьи обязанности входило объявлять программу на день и сообщать, который час.
– Торжество специализации! – весело констатировала Лиза. – Но, похоже, это не слишком нравится Аму, – прибавила она, глядя, с каким непреклонным видом тот завладел одеждой ее мужа и ее собственными платьями, намереваясь их погладить. – Но ведь он должен был к этому привыкнуть?
– Нет. Альвар не так щедр с гостями, там мне полагался всего один слуга. С чем я себя сегодня и поздравляю!
– Думаешь, он приживется в Венеции?
– Многие его собратья прижились в Англии и даже в Шотландии, а Венеция куда приятнее с точки зрения климата. Меня вообще-то больше смущает то, как встретит его Дзаккария...
– Ты ровным счетом ничего не понимаешь! Аму – такой милый, такой обаятельный мальчик! Кроме того, он тебя спас, так что наш дворецкий будет его попросту обожать... но поостережется это показывать! А пока давай позовем слугу, который ведает программой, и выясним, что мы должны делать...
Собственно говоря, делать им было ничего не надо, кроме того, чтобы поужинать и поприсутствовать, вместе с несколькими французскими друзьями магараджи, в числе которых был незнакомый Морозини писатель Франсис де Круассе, в качестве зрителей на фейерверке, военном параде и других церемониях, устроенных в честь вице-короля и иностранных послов в Дели. Милый принц Карам и его жена, прелестная Сита, особенно много занимались гостями, стараясь, чтобы они не чувствовали себя «декоративным элементом». Ведь день рождения магараджи еще не наступил...
В самом деле, два дня спустя белый поезд ушел, увозя с собой Мэри Уинфилд, опечаленную тем, что не сможет увидеть великолепное зрелище – прибытие других правителей. Какими бы роскошными ни были британские мундиры, особенно форма легендарных бенгальских улан, художница догадывалась о том, что все это ни в какое сравнение не идет со сказочным разнообразием красок и сокровищ, которые выплеснутся на Капурталу. Но она состояла при вице-королеве, в отличие от четы Морозини и Видаль-Пеликорна, которые были приглашены самим магараджей... Единственным утешением для Мэри служило то, что капитан Макинтир тоже уезжал.
И все же Альдо и Адальбер с легкой тревогой смотрели, как пустеют просторные и элегантные шелковые шатры, раскинувшиеся на два километра в дворцовом парке, а английский флаг сменяют эмблемы различных правителей. Их общую мысль облек в слова археолог. Когда они, покуривая сигары, прогуливались в затихших на время садах, он спросил:
– Думаешь, он посмеет явиться?
– Ты про Альвара?
– А про кого же еще? Ты ведь прекрасно знаешь: он приглашен, – и разве не предполагалось, что мы должны прибыть сюда в его собственном поезде?
– Да уж, не преминет явиться! Скажи, пожалуйста, а что могло бы этого негодяя остановить, если его преступления все еще не заставили британское правительство сместить такого магараджу?
Ни тот, ни другой в этом не сомневались, и еще того менее – Аму, прибежавший наутро с первой чашкой чая: он никому другому не позволял ее принести. Впрочем, Альдо и Лизу уже разбудила пушка, которая вот уже час как не переставала грохотать.
– Он приехал, князь сагиб! Хозяин страха только что приехал сюда! Ты слышал пушку?
– Да мы только ее и слышим, – ответила Лиза, не отрываясь от чашки с чаем. – Только не говори нам, что он имеет право на все эти почести!
– Нет. Только на семнадцать залпов
type="note" l:href="#n_8">[8]
, но поезда правителей прибывают на вокзал один за другим. Вот потому пушка почти не умолкает. Что до него самого, я только что его видел в этой машине с тигриными шкурами, с которой он не расстается. Что с нами со всеми теперь будет?
– Ничего, Аму! – ответил Морозини, пытаясь успокоить слугу своей обворожительной улыбкой. – Здесь Альвар не дома, а наш хозяин – не такой человек, который потерпит, чтобы притесняли кого-то из его гостей.
– Притесняли? – переспросил Аму, услышавший это слово впервые.
– Чтобы им причиняли зло. А что до тебя, то ты теперь не у него на службе, а у меня.
– О, за себя я не боюсь! Я слишком маленький человек, чтобы он помнил мое лицо, я боюсь за тебя, хозяин! Ты от него ускользнул, а он никогда не забывает...
– Не переживай. Здесь он уже ничего не может сделать.
Впрочем, на самом деле Морозини, знавший способность магараджи Альвара творить зло, был не так уж в этом уверен, но не хотел тревожить Лизу. И пообещал быть настороже. Что касается Адальбера, тот проявил себя оптимистом:
– Здесь будет столько народа, что этот чертов Альвар тебя даже и не увидит. Я провел все утро на вокзале, смотрел, как прибывают правители. Столько было разных красок и так сверкали драгоценности, что у меня глаза разболелись.
– Значит, ты его видел?
– Ну да. Розовый, как леденец, а вокруг целый кордебалет из эфебов с глазами испуганной лани, но, поскольку я демократично смешался с толпой, он меня не заметил...
– Бог его знает: заметил – не заметил... – вздохнул венецианец. – Глупо ты поступил. Толпа народу – еще не причина для того, чтобы проявлять неосторожность...
Несмотря на внешнюю безмятежность, Альдо чувствовал себя менее уверенно с тех пор, как знал, что Джай Сингх живет в тех же стенах, что и он. Конечно, князь к этому готовился, но, может быть, все-таки благоразумнее было бы увезти Лизу подальше от этого гадючника. Хотя так трудно было устоять перед великолепием готовящегося зрелища: фантастического скопления драгоценных камней, из которых иные считались прекраснейшими в мире и при этом почти никогда не покидали Индии. Такого случая больше не представится... Вот только Лиза, Лиза!.. Он не должен был позволять ей оставаться, зная, что сюда приедет Альвар! Этот демон ненавидел женщин, презирал их, и не было для него большего удовольствия, чем заставить их страдать. Когда злодей увидит Лизу, он сразу поймет, что перед ним – лучшее средство задеть самую чувствительную струну ускользнувшего от него пленника и отомстить ему...
– Мне надо было заставить Лизу уехать вместе с Мэри Уинфилд и леди Эмили! – подумал он вслух. – Вот только я – проклятый эгоист! И потом, сам же поклялся не расставаться с ней больше чем на двадцать четыре часа!
– Ты до такой степени боишься? – спросил Адальбер, о присутствии которого Альдо позабыл. – Но ты ведь не думаешь, что Альвар посмеет...
– Не заставляй меня без конца твердить, что он способен на все...
Венецианец явно не один так думал. В это мгновение показался секретарь магараджи, который пришел просить князя Морозини соблаговолить последовать за ним к его господину.
Альдо застал Джагада Джая Сингха в большом дворцовом вольере, огромной теплице, где среди пышно цветущих растений летали разноцветные попугайчики, гималайские синие птицы и большие бразильские попугаи, один из которых при виде хозяина закричал: «Да здравствует Франция!» Среди цветов были красиво расположенные бассейны с китайскими рыбками, гуляли розовые фламинго, черные ибисы, золотистые фазаны, плавали белые лебеди...
Магараджа Капурталы в малиновом тюрбане без всяких украшений, который очень шел к его кроткому и вместе с тем энергичному лицу с шелковистыми седыми усами, стоял у одного из бассейнов и бросал рыбкам хлебные крошки. Когда Морозини вошел, он взял его за руку и подвел к каменной скамье рядом с кустом сиреневых орхидей.
– С самого вашего приезда у меня не было времени поговорить с вами так, как хотелось, но я надеюсь, что вы на меня не сердитесь.
– Конечно, нет, монсеньор! Когда принимаешь столько народу, просто невозможно с кем-нибудь уединиться. Разве я не понимаю?
– И все же нам надо поговорить. Лорд Уиллингдон рассказал мне о некоторых... по меньшей мере, неприятных событиях, которые произошли с вами по вине Альвара. Меня это не удивило, потому что я уже давно не питаю никаких иллюзий на его счет. В течение многих веков Индия страдала от подобных деспотов, но, увы, лично у меня не было никаких оснований его не пригласить. Знаете, политика иногда требует...
– Надеюсь, вы не станете давать мне объяснений, а тем более – оправдываться или извиняться? – остановил его Морозини. – Ваш юбилей – очень большой праздник, на котором должны присутствовать все прочие правители. Что касается меня, не являющегося правящим государем, я без труда пойму, если вы пожелаете, чтобы... я удалился, если мое присутствие может хоть в какой-то мере нарушить ход подобного события.
– Да ничего подобного! Напротив, я непременно хочу, чтобы вы остались. Прежде всего – как друг. И потом, присутствие такого эксперта усилит блеск праздника. Более того, ходу подчеркнуть: я не боюсь за вас, я знаю, что вы способны защитить себя, равно как наш дорогой Видаль-Пеликорн.
– В таком случае не понимаю, к чему вы клоните, монсеньор!
– Я хотел поговорить о княгине Морозини... Вы знаете, с каким нежным восхищением я отношусь к красивым женщинам, – в отличие от Альвара! – а ваша жена удивительно хороша собой. И моя невестка Бринда, которую вы уже знаете и которая лишь мельком ее видела, хотела бы залучить ее к себе в покои... до тех пор, пока правители не разъедутся по своим государствам. Как вы думаете, княгиня Лиза – ведь ее так зовут? – согласится на это? Она, разумеется, не будет лишена ни одного из праздников, потому что Бринда принимает гостей вместе со мной и моим старшим сыном Тиккой, и я не признаю «пурда». Вот только княгиню не увидят рядом с вами. А Бринда уверена, что она будет носить сари грациозно и элегантно. Что вы об этом думаете?
– Что вы, монсеньор, лучший и деликатнейший из людей. Спасибо! Благодарю вас от всего сердца!
Лиза приняла приглашение с улыбкой, за которой скрывалось облегчение. С тех пор, как они начали ждать появления Альвара, Альдо сделался нервным, и почти так же нервничал Адальбер. Зная, что она надежно защищена, они оба почувствуют себя лучше, а главное – у них будут развязаны руки, они смогут встретить врага лицом к лицу, и встретить достойно.
– В конце концов, мы ведь на самом деле не расстаемся, а если это можно считать расставанием, то оно продлится всего несколько дней. И потом, может быть, окажется забавно пожить на женской половине... при условии, что ты не заведешь нечто подобное у нас...
– Ты смерти моей хочешь? – поинтересовался Альдо, целуя жену отнюдь не супружеским поцелуем. – По-моему, тебя, Амелии, Лидии и прочих наших преданных служанок более чем достаточно, хватит с меня и этих женщин!
– Мужлан!
И Лиза смеясь ушла вслед за слугами, которые пришли взять ее багаж.
Теперь, когда одной проблемой стало меньше, можно было более спокойно ждать неминуемого столкновения. Оно произошло в тот же вечер-Дворец этой ночью облекся в волшебное одеяние. Миллионы крохотных язычков пламени плясали в чашах из розового с золотом стекла, озаряя на индийский лад террасы, балконы, крыши и едва ли не каждую архитектурную деталь. Для того чтобы не разрушить чары, на этот раз золото и краски гостиных лишили электрического света, и теперь они отражали огоньки тысяч свечей в высоких канделябрах. Все это сияло среди буйства роз и жасмина. Наверное, все с той же целью – сберечь гармонию – и избежать черно-белых пятен среди этого праздника красок, Альдо и Адальбер в конце дня вместо своих западных костюмов получили от дворцового портного кафтаны из золотой парчи, узкие брюки из той же ткани и тюрбаны цвета красных пионов, какие принято было носить в этой стране. К нарядам была приложена записка от магараджи, который просил гостей сегодня вечером оказать ему такую любезность и одеться в национальные костюмы.
– Он, наверное, рассчитывает на то, что в этой одежде мы затеряемся в толпе, – решил Адальбер, принимая различные позы перед зеркалом. – Хорошо еще, что кожа у нас с тобой достаточно загорелая, – благодаря загару мы будем не слишком выделяться...
Конечно, европейцы были выше ростом большинства приглашенных, но, в общем, получилось неплохо! Пожалуй, за исключением тюрбанов.
– У меня такое ощущение, будто на моей голове раздавили клубничину, – пожаловался Адальбер.
– А по-моему, мы очень хороши собой, – с довольным видом отозвался Альдо. – И это куда приятнее носить, чем накрахмаленный пластрон и воротничок с отогнутыми уголками! Особенно в этих краях!
– О, ты-то, конечно, и в лохмотьях нищего выглядел бы отлично! Породу не спрячешь! А мне остается надеяться только на то, что никто не станет смеяться.
У входа в гостиные они встретили единственного француза, который остался в Капуртале. Присутствие господина де Круассе объяснялось его тесными связями с семьей магараджи и тем, что он начал долгое путешествие по Индии. На нем был в точности такой же золотистый костюм, как на них, но его длинное, бледное аристократическое лицо выглядело совсем неплохо под раджпутским тюрбаном со свисающим краем, выдержанным в тех же тонах, что и остальная одежда.
– Ваш тюрбан, – заметил Морозини, – выглядит куда естественнее наших! Сразу видно, что вы – привилегированный гость.
– Ничего подобного! Я тоже получил эту красную штуку, но, благодарение господу, второй сын магараджи Биканера спас мне жизнь, лично накрутив этот тюрбан, – со смехом объяснил француз. – Конечно, сохранилось ощущение, что на голову мне нахлобучили курочку фазана, но видели бы вы меня перед тем!
Продолжая говорить, он тревожно похлопывал себя по бокам.
– Вы что-то ищете? – спросил Адальбер.
– Сигареты! Я знаю, что они где-то здесь, но мне еще не удалось определить, в какой из внутренних карманов я их засунул... А что, княгини Морозини сегодня вечером нет с вами? Надеюсь, она не больна?
– Нет, благодарю вас. Лиза с принцессой Бриндой, которая хочет оставить ее при себе на все время праздников. Я думаю, моя жена тоже будет в национальном костюме...
– Только княгине удается его носить куда лучше, чем нам! Посмотрите! Вот же она!
И в самом деле, в эту минуту появились дамы, и Альдо от души улыбнулся, глядя на свою очаровательную жену, идущую рядом с принцессой Бриндой, которая по случаю праздника надела светло-коралловое сари, затканное золотом, и великолепный рубиновый гарнитур – в том числе и браслеты, в свое время украденные покойным Агаларом! А Лиза выглядела ослепительно в бирюзовом сари с ожерельем и тяжелыми серьгами из изумрудов и бриллиантов, идеально подходивших к обручальному кольцу, с которым она никогда не расставалась.
– Ну знаешь, – восхищенно присвистнув, заметил Адальбер. – Я и не знал, что ты на такое способен!
– Успокойся! Эти драгоценности – не ее. Ее собственный гарнитур чуть поменьше, но она предпочла не брать его с собой в такую долгую поездку.
Трое мужчин поклонились Бринде и ее подругам, затем устроились у окна, чтобы ничего не пропустить из великолепного представления – прибытия правителей. Первыми, разумеется, вошли хозяин дома, его старший сын и его зять, молодой раджа Бунди. Все склонились перед ними. Впервые Джагад Джит Сингх украсил свой белый тюрбан чудесным украшением, специально заказанным по этому случаю ювелиру Шоме: от огромного изумруда ввысь устремлялась стрела из камней поменьше, а по бокам расположились почти такие же крупные завитки из бриллиантов. Даже для Индии это была редкостная драгоценность, затмившая блеском все, в том числе и золотое платье, пересеченное широкой голубой лентой. Раскланявшись с присутствующими, государь и молодые принцы заняли свои места, чтобы встречать сменяющих друг друга правителей. Для Морозини настало время любоваться сказочными сокровищами Индии, куда более живыми сейчас, чем в витринах.
– Мне кажется, что я присутствую на генеральной репетиции феерии! – пробормотал Франсис де Круассе, который был человеком театральным и знал, о чем говорит. – О! Вот и Аврора на снегу! Это напоминает рассвет, озаряющий ледник Гималаев.
В самом деле, вошел магараджа Кашмира, впереди него адъютанты, одетые в пастельные тона от розового до сиреневого. Сам он был усыпан жемчугом в таком количестве, что цвет одежды различить было невозможно. Ни одного драгоценного камня! Только жемчуг, но никогда Морозини не видел столько жемчуга сразу!
– Ты мог бы показать ему твою жемчужину, – шепнул Адальбер. – Она не разрушила бы ансамбля. Напротив...
– Собственно, почему бы и нет? Но давай подождем продолжения...
Набоб Паланпура писателя не вдохновил: конечно, изумруды у набоба были, и довольно красивые, но их здесь и у других было не меньше! Зато при виде следующего гостя француз тихонько присвистнул:
– А вот этот похож на императорского колдуна! Только взгляните на эту рубиновую трость и на это платье, – настоящий поток лавы! Невероятно!
Следующий вошедший исторг у всех троих одинаковое восторженное восклицание. Магараджа Патиалы, один из двух или трех богатейших правителей Индии.
– Он напоминает пикового короля или Франциска Первого! – выдохнул Круассе.
Очень высокий, с лицом, обрамленным черной бородой, которую невидимая сетка удерживала в форме веера, этот человек, казалось, был сплошь одет в бриллианты. Они струились по всему его телу, разве что глаза не прикрывали. Но здесь Морозини знал, с чем имеет дело, и без всякого труда высмотрел среди прочих ожерелий великолепное колье, как и «Регентша», прежде принадлежавшее к числу драгоценностей французской Короны.
– Взгляните, господа! Вы видите на его шее чудо, пришедшее от нас: бриллианты, подаренные Наполеоном III императрице Евгении по случаю рождения наследного принца...
– Господи! – прошептал Адальбер. – Как только, это женственное украшение могло оказаться на такой мужественной груди? Все те же дурацкие торги 1887 года?
– Конечно! И на этот раз ничего назад не получить! Наш камень почти и не виден среди этого разгула бриллиантов!
Наполовину ослепленные, трое мужчин с удовольствием встретили появление магараджи Биканера и его сыновей.
– Мой спаситель! – вздохнул Круассе. – Полюбуйтесь же элегантной простотой этих правителей пустыни! Со своим потемневшим золотом и приглушенным пурпуром они напоминают мне богов осени! Не знаю, как вы, а я действительно нахожу их великолепными! И какая элегантность!
– Вполне разделяю ваше мнение. Магараджа Патиалы ослепителен, но, признаюсь, у меня слабость к этим людям!
Альдо еще немного поболтал с Круассе во время образовавшегося «антракта». Несмотря на странную внешность, писатель был – само очарование, а разговаривать с ним, благодаря его чувству юмора, оказалось истинным наслаждением. Но внезапно француз умолк, а затем в воцарившейся вдруг тишине воскликнул:
– О господи! От этого у меня прямо холодок по коже! Разумеется, его восклицание относилось к появлению Альвара.
«В его ушах сверкали маленькие бриллиантовые люстры. Его чистое и варварски красивое лицо освещала свирепая, насмешливая улыбка. На нем не было тюрбана, его заменяла маленькая синяя шапочка, усыпанная звездочками, а платье цвета ночи было украшено светилами. На его затянутых в перчатки пальцах блестели красные и зеленые камни. От него словно исходил сумеречный свет...»
type="note" l:href="#n_9">[9]
Медленным, почти торжественным шагом Джай Сингх двинулся к хозяину дома, не глядя на него. Полузакрытые желтые глаза магараджи Альвара обшаривали разноцветное собрание.
– Он ищет тебя, – прошептал Адальбер. – Он, наверное, уже знает, что ты не передумал и приехал...
– Пусть поищет! – ответил Альдо, презрительно пожав плечами. – Мало шансов, что он узнает меня в таком наряде.
Но не успел князь договорить, как опасные зрачки остановились на его лице. Улыбка магараджи стала еще более ослепительной, и Морозини понял, что узнан. Тем не менее Альвар не сделал ни малейшей попытки приблизиться, пока продолжали входить другие правители, более или менее пышно наряженные. Присутствующие следили за ними с уже ослабевающим вниманием, как если бы во время фейерверка после заключительного залпа выпустили несколько менее интересных ракет. Нельзя сказать, чтобы среди этих правителей не было особенно роскошно украшенных, но даже для Альдо сверкающих драгоценностей оказалось слишком много, он устал на них смотреть... А тут и время ужина пришло.
Столы были накрыты в Дурбар-холле, огромном прямоугольном зале, окруженном галереей с частыми деревянными решетками. Мягкий свет заливал эти длиннейшие столы, столь же великолепные, как и те, что когда-то готовились принять гостей к ужину в Версале. Магараджа оставался верным своей любви к Франции, и столы были уставлены бесценной посудой, чередующейся с горами фруктов и снопами цветов. Вокруг суетилась сотня слуг в ярко-синих туниках с серебряными поясами и малиновых тюрбанах. Зрелище незабываемое, но оно не отвлекло Морозини от снедающей его тревоги. Благодарение Браме, он хотя бы сидел достаточно далеко от Альвара, – может быть, удастся спокойно поужинать... Тем более что Лиза, сидевшая между принцем Карамом и магараджей Биканера, тоже находилась не так уж близко от этого негодяя. Адальбер предупредил ее, и теперь она великолепно играла роль гостьи принцессы Бринды, даже не глядя на мужа.
Пиршество было, как и ожидалось, долгим и торжественным, но Альдо не слишком скучал благодаря Круассе: тот, сидя между двумя сыновьями магараджи, оживленно беседовал с ними по-французски, и Морозини охотно участвовал в разговоре. Но даже самое лучшее когда-нибудь кончается, и после того, как дамы удалились, мужчины встали из-за стола, чтобы соблюсти традицию питья кофе, одновременно любуясь вспыхнувшим в парке фейерверком.
В это время магараджа Капурталы приблизился к своим французским гостям, чтобы принять поздравления и доставить себе удовольствие немного поговорить на их языке, и все было хорошо, но внезапно совсем радом раздался слишком хорошо знакомый Альдо голос, который произнес также по-французски:
– Не понимаю, как мой брат Джагад Сингх мог пригласить на такой большой праздник бесчестного человека.
Ласковое лицо хозяина дома приняло замкнутое и решительное выражение:
– А я плохо понимаю, как ты осмеливаешься под моим кровом выдвигать, тем более кому-то из моих дорогих гостей, столь тяжкое обвинение! И потому прошу тебя удалиться. Все равно не стану больше тебя слушать.
– С вашего разрешения, монсеньор, я хотел бы узнать об этом чуть больше. В чем меня обвиняют? – сдерживая гнев, поинтересовался Альдо.
– В том, что вы меня обокрали. Этот человек привез мне драгоценность, за которую я еще в Европе заплатил половину ее стоимости. Я принял его как брата, а он, уезжая, увез бесценную жемчужину, которую я приобрел. Может быть, он и князь, но при этом он нечестный торговец и...
Мерзавец не успел договорить: звучная пощечина, которую влепил ему обвиняемый, не дала ему продолжить и даже на мгновение помешала дышать.
– Вы лжете и ответите за это! Монсеньор, – прибавил князь Морозини, обращаясь к хозяину дома, – мне крайне неприятно нарушать столь блестящий и прекрасный праздник, но этот человек меня оскорбил! И это после того, как пытался меня убить! Я вправе требовать удовлетворения... при помощи оружия!
– У нас не существует дурацкой западной дуэли, где противники царапают друг друга шпагами, которые только для женщин и годятся, – проскрежетал Альвар. – И вашему «дорогому гостю» прекрасно это известно! Напротив, это меня запятнала его нечистая рука, меня – Раджа Риши! И я требую, чтобы его прогнали... разумеется, после того, как обыщут его комнату. Я уверен, что там найдут мою жемчужину.
Альдо собирался ответить, но тут властно и холодно вмешался магараджа Капурталы, предварительно убедившийся в том, что все гости увлечены зрелищем играющего огнями парка и никто не заметил столкновения.
– Ничего подобного не будет! Вы находитесь в моем доме и в моем государстве, где вас – и одного, и другого – не только защищают, но и сдерживают законы гостеприимства. Никаких дуэлей... и никаких оскорбительных обысков! – А главное, бесполезных! – отозвался Морозини. – Жемчужина действительно у меня: этот негодяй вернул мне ее, сказав, что больше она ему не нужна, и потребовав отдать уже выплаченные им деньги. Что я и сделал, немедленно выписав чек. Клянусь в этом памятью моих предков и честью моего имени!
– Я тоже готов свидетельствовать, что это так, если Ваше Величество выразит такое желание, – прибавил Адальбер. – Очень жаль, что вице-король, а с ним генерал Хартвелл и майор Хопкинс уже уехали! Они могли бы рассказать, каким образом князю Морозини удалось покинуть Альвар не лежа в гробу!
На губах магараджи Капурталы появилась легкая улыбка:
– Не беспокойтесь, дорогой друг! Я более осведомлен, чем предполагает правитель Альвара. Лорд Уиллингдон кое-что мне рассказал. А теперь окажите такую любезность: вернитесь, пожалуйста, все на праздник!
Альдо молча поклонился, но Альвар, взбешенный и не нашедший слов, чтобы добавить, покинул террасу... Адальбер смотрел ему вслед и видел, как тот с гибкой быстротой хищника растворился в золотистых джунглях, которые их окружали. Он не заметил человека, одетого в цвета магараджи Патиалы, бородатого и смуглого, чьи светлые глаза наполовину скрывались под темными веками. Этот человек исчез следом за ним...
– Что, по-твоему, он намерен делать? – спросил Адальбер у друга чуть позже, когда вечер закончился и они возвращались домой. – Вернется к себе?
– Нет, не думаю. Во всяком случае, не раньше даты, назначенной для его отъезда, то есть через сорок восемь часов. Не забывай о том, что завтра – великий день, день юбилея, и наш магараджа будет принимать почести от своего народа и от равных себе. Альвар не может уехать, не потеряв лица.
– Тем хуже! Его сегодняшнее нападение было довольно смелым. Интересно, что он нам еще приготовит?
– Поживем – увидим! – ответил Альдо, устало пожав плечами. – Главное, что Лиза в стороне от его выходок!
Дома их ждал сюрприз: Аму, который обычно спал на ковре в гостиной у входа в спальню, сейчас лежал поперек двери, вытянувшись во всю длину. Его так основательно оглушили, что привести верного слугу в чувство стоило большого труда. Совершенно очевидно было, что парень хотел преградить кому-то доступ в спальню хозяина, где теперь все было перевернуто вверх дном. Тот, кто это сделал, наверное, остался доволен: «Регентша» исчезла...
Все, что смог рассказать, придя в сознание, славный малый, не слишком проясняло ситуацию: он стелил постель, услышал шум в гостиной и, естественно, пошел посмотреть, что там делается. На пороге получил жестокий удар по затылку!.. Иными словами, Аму ничего не видел. Что касается осмотра места происшествия, из него два друга тоже мало что вынесли: нападавший не оказал им такой любезности и не оставил там ни пуговицы, ни клочка тюрбана, ни коробки спичек или окурка сигары, как сделал бы персонаж хорошего детектива. Кроме всего прочего, грабитель взял только жемчужину.
– Хочешь знать мое мнение, нам и улики никакие не нужны, – вздохнул Адальбер, опускаясь в кресло и наливая себе стакан виски. – Все совершенно ясно: наш дорогой Альвар прислал одного или нескольких сбиров, чтобы забрать жемчужину, только и всего!
– Меня удивляет только одно: с тех пор, как мы здесь, нас окружает толпа слуг, у каждого из которых своя специальность. Не скажешь ли ты мне, почему в таком случае Аму оказался один на один с вором?
– По двум причинам: прежде всего, этот человек наверняка был одет в дворцовую униформу, и потом, он воспользовался моментом, когда все смотрели фейерверк. Индийцы до него охочи, и к тому же это одно из немногих проявлений светской жизни, в которых слуги могут принимать участие наравне с хозяевами: для этого достаточно иметь глаза.
– Согласен, но они могли бы вернуться! Ракеты уже давно погасли.
– Уже поздно, а у них длинные дни. Кроме того, ты забываешь, что Аму обожает играть роль сторожевого пса. Как бы там ни было, все довольно ловко подстроено: ты во всеуслышание заявил, что забрал «Регентшу», и, если сегодня вечером ты скажешь Джагаду Джиту Сингху, что ее у тебя украли, он мог бы, если бы Альвар снова взялся за свое, подумать, что ты нашел простой способ избежать суда: жемчужины у тебя больше нет, значит, ты никак не можешь ее вернуть этой сумрачной скотине.
– Плохо себе представляю, как бы я мог в такой час пожаловаться нашему хозяину. Утром начнется большой парад. У Джагада Джита Сингха не так много времени, чтобы отдохнуть, если он вообще успеет лечь в постель. Я думаю, он скорее захочет собраться с мыслями перед этим торжеством, на котором мы получили привилегию присутствовать. Единственные из европейцев, не считая Круассе! И я больше не хочу портить праздник.
– Другими словами, ты решил промолчать?
Альдо порылся в карманах, нашел портсигар, закурил, в задумчивости выпустил несколько клубов дыма и наконец улыбнулся:
– Да.
– Но ведь это обойдется тебе в целое состояние?
– Не спорю, но я так рад, что безвозвратно утратил эту проклятую жемчужину! Если она причинит Альвару хотя бы половину тех неприятностей, которые я ему от всей души желаю, я буду счастливейшим из людей! К сожалению, мне об этом уже узнать не придется!
– Но ты всегда можешь подключить свое воображение! – заметил Адальбер, вновь придя в отличное настроение и выбравшись из кресла. – А пока давай поможем Аму привести в порядок твою спальню..
Назавтра маленький городок Капуртала выглядел особенно розовым. Дело в том, что в ожидании кортежа слонов, который должен был доставить магараджу, наследника и принцев в парадный двор Старого Дворца, где их ждали «вассалы» и высокопоставленные чиновники, женщины города в праздничных покрывалах всех, оттенков розового собрались на террасах.
Еще на одной террасе, за стенами дворца, устроенной напротив трона и прикрытой от жгучего солнца большим сине-золотым тентом, устроились наши друзья. Морозини и Видаль-Пеликорн, вновь одетые в строгие визитки, присоединились к Франсису де Круассе, который встретил их со всей сердечностью. Накануне француз ухаживал за принцессами и совершенно не заметил столкновения.
– Я думаю, – начал он, – что мы сейчас будем присутствовать при исключительном событии, но мне очень хочется выйти на улицу, чтобы посмотреть, как приближается кортеж.
– Там огромная толпа, вас попросту раздавят, – ответил Альдо.
В самом деле, по всей длине главной улицы, как и в Альваре, разрезающей город надвое, сине-белые солдаты твердо сдерживали нетерпеливо напиравшую толпу, которая старалась прорваться за заграждения.
– Видно и отсюда будет неплохо, – откликнулся Адальбер. Обширный двор наполнялся людьми, почти на всех были золотые одежды и малиновые тюрбаны, и каждый стоял на строго отведенном ему протоколом месте.
– Может быть, все-таки попробовать? Ведь завтра я с самого раннего утра уезжаю в Амристар и Лахор, – я уже попросил подать мне ужин пораньше...
– Но праздник-то закончится только завтра поздно вечером. Разве вы на нем не будете?
. – К сожалению, нет, у меня очень насыщенная программа, и завтра вечером меня ждут у губернатора Лахора!
– Нам будет вас недоставать, – искренне сказал Морозини.
– Мне вас тоже, но мы наверняка встретимся в Париже. А сейчас я должен отлучиться.
И француз направился к лестнице, ведущей ко входу во дворец.
Ожидание затягивалось. Наконец послышался первый пушечный залп: кортеж вошел в городские ворота. Ослепительное зрелище! Пять слонов с пурпурно-золотыми попонами, с длинными золотыми цепями вокруг шеи и камнями в ушах, величественно двигались вперед, гордо неся на спинах седла из позолоченного серебра с золотыми балдахинами. В первом, недвижный, словно идол, усыпанный бриллиантами и рубинами, сидел магараджа. Один.
Первый залп заставил всех, кто был во дворе, вскочить на ноги. Они стояли все время, пока продолжалось триумфальное шествие их правителя, которого приветствовали с таким энтузиазмом, что крики заглушали пушечный гром. Наконец «он» появился, и все склонились подобно цветам под ветром, когда правитель-юбиляр следовал к своему трону. Затем началась долгая церемония с вручением подарков: каждый приближался, кланялся, вручал свой дар, пышный или скромный, например, корзинку фруктов, но всех равно благодарили улыбкой, несколькими любезными словами и поцелуем. Затем начались песни, танцы, молитвы. А потом – речь магараджи, произнесенная на хиндустани и, следовательно, непонятная для европейских ушей. Речь продолжалась до тех пор, пока заходящее солнце не окрасило гранатовым светом снежные вершины Гималаев.
В течение почти всей церемонии Альдо наблюдал за своим врагом. Альвар, вызывающе глядевший из-под своей сверкающей короны, сидел неподвижно, как статуя, ни с кем не говорил и не проявлял ни малейшего интереса к происходящему вокруг. Чувствовалось, что он-то присутствует здесь ради соблюдения приличий, но сердцем, полным ненависти, находится где-то далеко... Морозини остро осознал это, когда его взгляд на мгновение встретился с взглядом тигриных глаз. В них вспыхнул огонь злобной радости, который Альдо, естественно, приписал удовлетворению оттого, что злодей вновь завладел «Регентшей». Теперь великолепная драгоценность принадлежит ему и при этом не стоила ни единой рупии... В общем, торжество противника выглядело довольно убого, и Морозини ответил на его взгляд презрительной улыбкой. И тогда на короткий миг Альвар рассмеялся. Не в силах понять, нем вызвана его внезапная веселость, Альдо перестал о нем думать.
Морозини понял это лучше, когда все церемонии закончились и он вернулся в Новый Дворец, где осталась с другими женщинами принцесса Бринда. Большой Дурбар был местом, предназначенным для мужчин, женщины могли лишь глядеть сквозь решётки Старого Дворца, а Бринда ненавидела все, что напоминало «пурда». Разумеется, Лиза оставалась с ней. С приближением вечера они, как обычно, вышли в сад, чтобы посмотреть, как в лучах заходящего солнца вспыхивают снега Гималаев и подышать ароматами земли, нагретых за день солнцем цветов и деревьев.
Принцесса и княгиня медленно шли по розовому песку, который под деревьями становился лиловым. Внезапно из тенистой аллеи выбежал слуга и бросился к Лизе:
– Мадам, мадам! – закричал он по-французски, – ваш муж... о, прошу вас, идите скорее!
И тотчас скрылся там, откуда пришел. Молодая женщина последовала за ним, убежденная в том, что с Альдо произошло какое-то несчастье, а потому не тратившая времени на раздумья. Но, когда она добежала до ближайшего перекрестка, этот человек уже скрылся из виду, и Лиза остановилась, готовая закричать от ужаса: выбравшись из брошенной корзины, перед ней медленно поднималась, вставая на хвост, змея – королевская кобра с высунутым раздвоенным языком, готовая броситься...
Лиза инстинктивно отступила назад, прижав руки ко рту, чтобы не позвать на помощь: в ответ на крик кобра непременно напала бы на нее. Глаза молодой женщины наполнились ужасом. Она так испугалась, что даже не думала о близкой смерти: она попросту была парализована, не способна связно мыслить.
Но час Лизы еще не пробил. На ее счастье, один из садовников, несший на голове тяжелую корзину овощей, предназначенных для дворцовой кухни, решил пройти как раз через эту тенистую рощицу. Он мог бы убежать, но оказался смелым человеком: увидев молодую женщину, такую красивую в сари цвета зеленой воды, и готовую броситься на нее змею, парень рванулся вперед, обрушил на рептилию свою корзину с овощами, сам навалился сверху и принялся громко звать на помощь. На его крики сбежались дамы и стража из дворца, от которого они были неподалеку. Бесчувственную Лизу унесли, а один из стражей через корзину пристрелил кобру.
К тому времени, как пришел Альдо, рядом с Лизой, которая, вполне естественно, билась в истерике, находился врач магараджи, француз.
– Вам лучше увидеться с княгиней позже, – посоветовала принцесса, рассказав о том, что не могло быть ничем иным, как покушением. – Правду сказать, не представляю, кто бы мог на такое решиться. Ипочему? У Лизы здесь только друзья...
– Несомненно, мадам, но у меня есть враги. И я знаю, где найти убийцу. С вашего позволения...
Альдо коротко поклонился и убежал, а за ним, разумеется, последовал Адальбер, у которого тоже не было никаких сомнений насчет личности виновного. Ненадолго заскочив к себе, чтобы взять оружие, они промчались через уже освещенный парк и очутились рядом с тем из роскошных шелковых шатров, в котором обитал Альвар со своей свитой. Альдо твердо решил убить преступника, не дав ему и рта раскрыть, как только тот окажется перед ним.
– А ты не боишься его людей? – на бегу поинтересовался Адальбер.
– Нет, скорее всего они на руках отнесут нас обратно. А если нет, что ж, будем защищаться, только и всего.
Но ни того, ни другого не произошло. Когда они добежали до лагеря, где еще реял флаг раджпутского принца, они нашли только нескольких слуг из дворца, которые убирали в шатре перед тем, как вынести мебель и свернуть ковры под присмотром одного из интендантов магараджи. Этот интендант и сообщил нашим друзьям, что об отъезде Альвара было объявлено еще с утра, и он сел в поезд сразу после Дурбара. В этот час он должен быть уже далеко...
– Теперь ты понимаешь, почему он смеялся, этот мерзкий гад? – в ярости спросил Морозини. – Он сделал так, чтобы я потерял то, что больше всего люблю. И я ничем... ничем не мог помешать ему! А теперь он навсегда останется недосягаемым...
– Пока он в своей стране – должно быть. Разве что ты хочешь туда вернуться?
– С ума сошел?.. Видишь ли, иногда я начинаю сожалеть о том, что мы живем не в Средние века. В то время можно было собрать армию, взять врага в осаду, загнать его за укрепления и в конце концов убить его так, как он заслуживает...
– Разрушив все и предав население огню и мечу? Странные у тебя мечты, старина!.. А хорошей дуэли тебе бы не хватило?
– Два дюйма железа или пуля? Для такого монстра этого слишком мало!
– А знаешь, я согласен с тобой, но думаю, тебе еще представится возможность расквитаться с ним по своему выбору. Не забывай, что этот сатрап обожает Запад и в один прекрасный день он к нам вернется. Вот тогда и поглядим...
– Республиканские законы его защитят. Тебе хочется кончить жизнь на эшафоте?
– Ни за что на свете... но я бы с удовольствием, к примеру, спустил его на дно колодца! – произнес Адальбер с явным удовольствием. – А мы бы потом этот колодец наглухо закрыли, чтобы знать, что он оттуда не выберется. Вот такая месть мне подходит! Китайская пытка десяти тысяч кусочков оставляет слишком много грязи...
– Ты прав: помечтать всегда можно! Пойдем-ка к Лизе и будем тоже готовиться к отъезду. Мне немного надоела сказочная Индия...
Лиза уже спала. Врач сделал ей успокаивающий укол и теперь не сомневался в благополучном исходе. Если кто-то и может умереть от страха, то никак не эта красивая молодая и здоровая женщина.
– Может быть, вашу супругу еще разок-другой посетят ночные кошмары, но могу вас заверить, что через два дня ее можно будет посадить на корабль...
Подбодренные этим сообщением, наши друзья вернулись в свои апартаменты, чтобы избавиться от гнетущей официальной одежды, поужинать и немного отдохнуть, но застали там секретаря магараджи, который разговаривал с Аму.
– Его Величество просит вас к себе, господа! – сообщил посланец юбиляра. – Только что произошло нечто серьезное...
– Да, я знаю, моя жена чуть было не умерла.
– Мм... кое-что другое. Его Величество очень недоволен. У него сейчас магараджа Патиалы.
Нежданный гость явно больше ничего рассказывать не хотел. И незачем было его расспрашивать.
– Хорошо, – вздохнул Морозини. – Мы идем с вами.
Они и в самом деле застали обоих правителей в одной из маленьких гостиных личных покоев магараджи, где Патиала казался громоздким на фоне хрупких маркетри и нежных шелков мебели в стиле Людовика XVI. Этому исполину больше подходили массивные троны и заваленные подушками просторные диваны. Прислонившись к колонне, скрестив руки на груди, покрытой его знаменитыми изумрудами, он явно сдерживал неистовый гнев и лишь рассеянно глянул на прибывших. Обо всем рассказал своим мягким голосом магараджа Капурталы.
– Друг мой, – произнес он, обращаясь к Альдо, – я узнал о несчастье, которого вам удалось избежать, но, если вы не против, мы поговорим об этом позже. Вот перед вами один из самых близких моих друзей, который только что был необъяснимым образом обокраден.
– Кража? – удивился Альдо. – Как это могло случиться? Шатры правителей охраняет вооруженная стража, а свита Его Величества – одна из самых внушительных...
– Несомненно, но, когда перед возвращением в Патиалу его слуги стали собирать ларцы с драгоценностями, оказалось, что одной вещи, и не самой мелкой, недостает.
– Это невероятно и, конечно, прискорбно, но какую помощь можем оказать мы? Я – эксперт... а не полицейский.
– Наша полиция уже занимается этим, но я думаю, что эта кража вам кое о чем напомнит. Речь идет о бриллиантовом колье императрицы Евгении...
– Великолепная драгоценность, которую я особенно люблю! – взревел Патиала. – Если вора найдут... а я надеюсь, что его найдут, я задушу его собственными руками!
– Французская вещь, – с дерзкой улыбкой произнес Морозини. – Вы же не думаете...
– Нет-нет-нет, пусть вам такое и в голову не приходит! – вмешался Джагад Джит Сингх. – Если я попросил вас прийти, то потому, что вам эта кража напомнит о другой истории. На месте ожерелья лежало вот это.
И он протянул Альдо прямоугольный листок, на котором было всего несколько слов: «Позвольте мне взять то, что мне принадлежит!» И подпись: Наполеон VI...
На несколько минут в элегантно обставленной комнате воцарилось ошеломленное молчание. Только и слышно было, что журчание водопадов за открытыми окнами, в которые вливалась ночная прохлада.
– Неслыханно! – выдохнул Адальбер. – Как он мог сюда добраться?
– Несомненно, смешавшись с другими приглашенными! – проворчал Патиала.
– Вы прекрасно знаете, что нет, – резко перебил его магараджа Капурталы. – Вы и сами говорили, что к вашему шатру не приближался ни один иностранец. Значит, это должен быть кто-то из...
– Или любой индиец в ливрее магараджи, – невежливо перебил хозяина взволнованный Морозини.
Несмотря на сумрачный вид гостя, Джагад Джит Сингх расхохотался:
– Я плохо себе представляю цветного, претендующего носить такое славное имя, как имя Императора.
–.Тем более что ему приписывают русское происхождение, – продолжил Альдо. – Хотя одно время его считали испанцем. Если поиски здесь ничего не дадут, надо будет предупредить комиссара Ланглуа с набережной Орфевр, поскольку до сих пор вор объявлялся только в Париже... Ланглуа должен знать, что его дичь забрела сюда. Он сможет, по крайней мере, проследить за прибывающими судами, поездами...
– Хорошо бы еще знать, как выглядит Его сомнительное Величество, – подсказал Адальбер.
– Ланглуа – человек методичный, организованный, умный. Он великолепный полицейский, и я не сомневаюсь, что ему удастся схватить вора, потому что тот, несомненно, вернется в Париж.
Пока что обыскали дворец, город и парк, откуда один за другим уезжали приглашенные правители, что совсем не облегчало дела. Между дворцом и вокзалом непрерывной чередой двигались машины, и это еще больше затрудняло задачу, тем более что большинство правителей, к величайшей ярости Патиалы, отказались предоставить свой багаж для осмотра. И внезапно у Морозини мелькнула мысль:
– А что, если он уехал с Альваром? Этот человек, похоже, прекрасно знал, где искать драгоценности, которыми хотел завладеть. Он ведь должен был знать, что Джай Сингх забрал у нас «Регентшу»?
– В таком случае лучше бы ему на свет не родиться; теперь я недорого дал бы за его шкуру. Послушай, а ведь, может быть, он ограбил и твою комнату? – предположил Адальбер.
– Нет, он слишком хорошо воспитан – обязательно оставил бы визитную карточку. Ты знаешь его привычки...
– Да, но это означало бы слишком рано сообщить о своем присутствии, а я напоминаю тебе, что он нацелился на нечто большее, чем бриллианты Евгении...
И в самом деле, никто ничего не нашел. Вор и его сказочная добыча растворились в ослепительной, но при этом несколько суетной атмосфере праздника, в котором участвовало столько разных людей. Пришлось смириться...
Патиала отправился в Дели убеждать вице-короля связаться со Скотленд-Ярдом, а чета Морозини и Видаль-Пеликорн на несколько дней задержались в Капуртале, наслаждаясь вновь обретенным покоем. Им удалось посетить французский лицей, новую современную больницу, Дворец Сокровищ, где хранились драгоценности Короны, старинное оружие, ценная мебель и великолепная коллекция восточной живописи. Но только мужчинам дано было право посетить зал по соседству с покоями Джагада Джита Сингха, стены которого были украшены великолепной коллекцией портретов особого рода: разнообразнейшие изображения нагих женщин...
Тем временем принцесса Бринда повела Лизу в гости к первой жене магараджи – той, что никогда не покидала дворца среди садов, полных ярких цветников и птичьего щебета, расположенного на некотором расстоянии от города. Поскольку эта супруга так и не смогла дать магарадже детей, она сама избрала для себя «пурда», несмотря на уговоры мужа, которому наносила визиты раз в год.
– С возрастом и учитывая, что тех магарани, которые ее сменили, уже нет на свете, она могла бы вновь занять свое место рядом с моим свекром, – объяснила Бринда, – но она отказывается это сделать...
– Она, наверное, была очень красива!
– Она и сейчас красива, но слишком строго придерживается традиций. Новый Дворец ей не нравится, там она чувствовала бы себя потерянной. А здесь она живет так, как жили все ее предшественницы, и я искренне надеюсь, что умрет прежде мужа. Иначе она вполне способна занять свое место на погребальном костре.
– И сжечь себя заживо? – в ужасе переспросила Лиза.
– Да. Она такая. Вот потому мы все воспринимаем как благословение то, что она поражена тяжкой болезнью, а у моего свекра железное здоровье...
– Но, в конце концов, она не смогла бы действительно осуществить этот немыслимый план! Ваш муж и его братья воспротивились бы этому. Здесь у вас современное государство...
– На ее стороне священники, брамины, которые осуждают современность. Вы правы, ей не позволили бы сделать это публично, но мы уверены, что она совершила бы свое жертвоприношение в стенах собственного дворца... Вот видите, что такое Индия! Удивительное соединение людей, желающих идти к будущему, и других, которым хотелось бы воскресить прошлое... Вы, западные люди, не можете этого понять.
– Но ведь она так мило меня приняла! А ведь я – европейская женщина.
– Да, но у вас, в ее глазах, есть два достоинства: вы княгиня... и вы не англичанка. Это много значит.
– А я просто счастлива, что встретилась с ней...
Лиза знала, что надолго сохранит в памяти образ женщины в серебристо-серых одеждах, напоминающих оттенком ее же волосы. Хотя первая жена магараджи была маленького роста, она казалась высокой, потому что была сложена с изяществом и совершенством танагрской статуэтки и, наверное, благодаря тому, что держалась очень прямо, с уверенностью женщины, чьи ноги никогда не знали притеснения европейской обуви.
Впрочем, дело было и в том, что в ее жилах текла древняя кровь многих поколений принцесс.
– Мне хотелось бы стать такой, как она, когда состарюсь, – призналась Лиза Альдо вечером. – Несмотря на возраст, у нее почти нет морщин, держится великолепно, а когда видишь ее глаза, вообще обо всем остальном забываешь. Они такие длинные, такие темные, словно она носит маску...
– Но это и есть маска, можешь быть в этом уверена! И не завидуй ей: я уверен в том, что ты станешь чудесной старой дамой! А поскольку мы будем стариться вместе, мы и не заметим стигматов времени, потому что никогда не перестанем любить друг друга...
Назавтра личный поезд магараджи – целая симфония меди и драгоценных пород дерева – увез в Дели трех последних гостей, присутствовавших на празднике в Капуртале. В Дели они провели всего два дня, посетили Красный форт и пообедали в Резиденции. И еще узнали, что Мэри Уинфилд и Дуглас Макинтир объявили о своей помолвке. Свадьба состоится весной, в Шотландии, и за свидетелями далеко ходить не придется.
Затем началось долгое путешествие до Бомбея, но для Альдо и Лизы, запершихся в своем купе под охраной верного Аму, время пролетело на удивление быстро. Они были вместе, они возвращались домой, где они, наконец, увидят близнецов.
– Думаешь, малыши меня узнают? – с беспокойством спрашивал Альдо. – Если они продолжают в прежнем духе, то вполне способны выгнать меня из дому...
– Это скорее ты можешь их не узнать! Что до них, то, когда я уезжала, они по утрам и вечерам целовали твою фотографию.
– А ты?
– Я тоже, – призналась Лиза, устраиваясь поуютнее в объятиях мужа. – Кто-то же должен был подавать им пример...






Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману -



Отлично
- Кэтти
30.09.2009, 17.51





отличная книга
- оксана
8.01.2010, 19.50





Очень интересная и жизненная книга. Очень понравилось.
- Natali
30.01.2010, 8.55





Цікаво,яку ви книжку читали, якщо її немає???
- Іра
28.08.2010, 18.37





класно
- Анастасия
30.09.2010, 22.13





мне очень нравится книги Тани Хайтман я люблю их перечитывать снова и снова и эта книга не исключение
- Дашка
5.11.2010, 19.42





Замечательная книга
- Галина
3.07.2011, 21.23





эти книги самые замечательные, стефани майер самый классный писатель. Суперрр читала на одном дыхании...это шедевр.
- олеся галиуллина
5.07.2011, 20.23





зачитываюсь романами Бертрис Смолл..
- Оксана
25.09.2011, 17.55





what?
- Jastin Biber
20.06.2012, 20.15





Люблю Вильмонт, очень легкие книги, для души
- Зинулик
31.07.2012, 18.11





Прочла на одном дыхании, несколько раз даже прослезилась
- Ольга
24.08.2012, 12.30





Мне было очень плохо, так как у меня на глазах рушилось все, что мы с таким трудом собирали с моим любимым. Он меня разлюбил, а я нет, поэтому я начала спрашивать совета в интернете: как его вернуть, даже форум возглавила. Советы были разные, но ему я воспользовалась только одним, какая-то девушка писала о Фатиме Евглевской и дала ссылку на ее сайт: http://ais-kurs.narod.ru. Я написала Фатиме письмо, попросив о помощи, и она не отказалась. Всего через месяц мы с любимым уже восстановили наши отношения, а первый результат я увидела уже на второй недели, он мне позвонил, и сказал, что скучает. У меня появился стимул, захотелось что-то делать, здорово! Потом мы с ним встретились, поговорили, он сказал, что был не прав, тогда я сразу же пошла и положила деньги на счёт Фатимы. Сейчас мы с ним не расстаемся.
- рая4
24.09.2012, 17.14





мне очень нравится екатерина вильмон очень интересные романы пишет а этот мне нравится больше всего
- карина
6.10.2012, 18.41





I LIKED WHEN WIFE FUCKED WITH ANOTHER MAN
- briii
10.10.2012, 20.08





очень понравилась книга,особенно финал))Екатерина Вильмонт замечательная писательница)Её романы просто завораживают))
- Олька
9.11.2012, 12.35





Мне очень понравился расказ , но очень не понравилось то что Лиля с Ортемам так друг друга любили , а потом бац и всё.
- Катя
10.11.2012, 19.38





очень интересная книга
- ольга
13.01.2013, 18.40





очень понравилось- жду продолжения
- Зоя
31.01.2013, 22.49





класс!!!
- ната
27.05.2013, 11.41





гарний твир
- діана
17.10.2013, 15.30





Отличная книга! Хорошие впечатления! Прочитала на одном дыхании за пару часов.
- Александра
19.04.2014, 1.59





с книгой что-то не то, какие тообрезки не связанные, перепутанные вдобавок, исправьте
- Лека
1.05.2014, 16.38





Мне все произведения Екатерины Вильмонт Очень нравятся,стараюсь не пропускать ни одной новой книги!!!
- Елена
7.06.2014, 18.43





Очень понравился. Короткий, захватывающий, совсем нет "воды", а любовь - это ведь всегда прекрасно, да еще, если она взаимна.Понравилась Лиля, особенно Ринат, и даже ее верная подружка Милка. С удовольствием читаю Вильмонт, самый любимый роман "Курица в полете"!!!
- ЖУРАВЛЕВА, г.Тихорецк
18.10.2014, 21.54





Очень понравился,как и все другие романы Екатерины Вильмонт. 18.05.15.
- Нина Мурманск
17.05.2015, 15.52








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100