Читать онлайн Сделка с дьяволом, автора - Бенцони Жюльетта, Раздел - Глава VI в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Сделка с дьяволом - Бенцони Жюльетта бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.27 (Голосов: 11)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Сделка с дьяволом - Бенцони Жюльетта - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Сделка с дьяволом - Бенцони Жюльетта - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Бенцони Жюльетта

Сделка с дьяволом

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава VI
Господин Грюнфельд, учитель фехтования

Окруженная крепостными стенами и бастионами, превращенными горожанами в прогулочные аллеи, усеянная жемчужинами дворцов в стиле барокко и итальянского Возрождения, увенчанная серо-зелеными куполами и легкими шпилями, среди которых выделялся купол собора Святого Этьена, Вена показалась Гортензии сказочным городом. Она увидела ее с высоты Винервальда, раскинувшейся под низким небом и прорезанной широкой желтоватой лентой Дуная. Было сухо, дымка не скрывала ни силуэты, ни цветовую гамму столицы империи, словно нарисованной тушью точной рукой Дюрера.
– Вы полюбите Вену, – сказала ей Фелисия. – Город суров только с виду. А на самом деле здесь очень весело. Венцы просто влюблены в музыку и пирожные, они только танцуют и едят.
И действительно, пока их покрытая пылью, забрызганная дорожной грязью карета пробиралась по узким улицам, в воздухе, казалось, витала мелодия вальса, придавая воздушность серым камням домов. Царившее на улицах веселье красок сразу напоминало о том, что Вена – это ворота на Восток. Перед высокими порталами или резными решетками дворцов стояли привратники в великолепных ливреях с золотыми или серебряными позументами. Роскошные экипажи – а Вена всегда славилась экипажами и лошадьми – не раз встречались подругам. Впереди бежали скороходы, размахивая длинными палками из черного дерева, за ними следовали гайдуки в венгерских костюмах. Женщины спешили в церковь, закутавшись в широкие накидки, отороченные куницей или песцом, с золотыми кистями и на красной атласной подкладке. За ними лакеи несли подушечку и молитвенник. Встречались гвардейцы в красных мундирах с черными бархатными эполетами, в красных мундирах с серебряными эполетами, в ярко-синих мундирах с золотыми эполетами. Офицеры на отличных лошадях были облачены в белые или зеленые мундиры под плащом с большим воротником. Попадалась и голубая с серебряным сутажом форма гусар. Все старались хоть как-то украсить свою одежду. Нередки были народные костюмы, и тирольские шляпы соседствовали с украшенными лентами головными уборами венгерок. Даже нищие пестротой лохмотьев намекали на былое процветание.
– Невероятно! – воскликнула Гортензия. – Ведь карнавал еще не начался.
– Здесь вечный карнавал, моя дорогая. Вена – это огромный котел, где соединяется, не перемешиваясь по-настоящему, множество народов. Здесь и чехи, и богемцы, и румыны, и венгры, и поляки, и греки, и итальянцы, и левантийцы, и никто никому не мешает, потому что, кроме полиции, никто не задает вопросов. Это самый космополитичный город в мире. Вот почему я ее люблю, хотя… и не очень люблю австрийцев.
– У вас нет причин их любить, Фелисия. Должна признать, город произвел на меня впечатление своими старинными укреплениями и улицами. Мне Вена напомнила крепость.
– Как только вы увидите Хофбург – резиденцию императора, ваше впечатление усилится. Это самый мрачный дворец, который я когда-либо видела. Но нет тюрьмы, откуда нельзя было бы бежать, если есть кому помочь. А здесь у нас есть друзья. Но сейчас нам прежде всего надо подумать о ночлеге.
К удивлению Гортензии, Тимур так уверенно находил дорогу, как будто прожил в городе всю жизнь.
– Он, видно, отлично знает город. Он уже бывал здесь? – спросила Гортензия.
– Тимур прожил в Вене полгода с моим бедным Анджело. Но, проживи он здесь всего лишь неделю, он ориентировался бы также свободно. Вы же знаете, у него удивительная память. А вот и Хофбург.
Быстро нагнувшись, Гортензия заметила позади маленькой площади гигантский портал, увенчанный огромным куполом. Холодные стены чуть оживляла униформа часовых. Чуть дальше теснились различные постройки разнообразных стилей: от средневекового до барокко.
Неизящный, но внушительный дворец и, как подумалось Гортензии, таящий в себе угрозу.
– Клетка Орленка, – вздохнула Фелисия. – Как осмеливаются австрийцы держать его в этом мавзолее, когда Наполеон хотел построить для него на вершине холма Шайо самый большой, самый прекрасный дворец…
Но Хофбург уже скрылся из виду, и экипаж ехал теперь по широкой улице, где зажигались первые фонари, так как зимой темнело рано. Загораясь один за другим, фонари отбрасывали неяркий, но очень приятный свет.
– Как красиво! – с искренним восхищением воскликнула Гортензия. – Я нигде еще не видела такого удачного освещения.
– Говорила же я, что Вена вам понравится! – засмеялась Фелисия. – Венцы так гордятся своим освещением. Как вы видите, фонари укреплены на домах через равные промежутки. Кажется, их наполняют смесью льняного масла и жира, поэтому их свет так мягок. Ну, вот мы и приехали.
Тимур остановил лошадей у гостиницы «Кайзерин фон Остеррайх». Ее нижний этаж занимал просторный ресторан. Тут же выскочили слуги, за ними шел маленький толстый рыжеватый человек, видимо, хозяин.
– Слава Иисусу Христу! – приветствовал он путешественниц, опытным глазом оценив элегантность кареты и количество багажа.
Фелисия обратилась к нему через окно:
– Я княгиня Орсини. Надеюсь, вы получили мое письмо и мои комнаты готовы.
Хозяину гостиницы, несмотря на живот, удалось согнуться почти пополам:
– Все готово, ваше сиятельство, все готово. Я надеюсь, что госпожа княгиня останется довольна…
– Посмотрим! Возьмите багаж и…
Она остановилась на полуслове, увидев человека, собиравшегося войти в ресторан. Это был мужчина среднего роста; одетый в удобную серую шубу и бобровую шапку, он держался так прямо, что казался высоким. На карету он не обратил ни малейшего внимания: это была привычная картина у входа в гостиницу. Но Фелисия узнала профиль и длинные белокурые усы на гусарский манер.
– Вы видели? Это Дюшан. Бог нам помог, – шепнула она Гортензии.
– Я тоже его узнала.
Полковник Дюшан, бывший офицер Великой Армии, был первым другом, которого Гортензия нашла в Париже, приехав туда, чтобы скрыться от маркиза де Лозарга. Он спас ей жизнь, буквально выдернув ее из-под колес кареты, а потом они вместе готовили побег Джанфранко Орсини. А затем, во время Июльской революции, Дюшан, решив, что эта революция является прелюдией Империи, отправился в Вену, чтобы привезти оттуда сына Наполеона… Это он назначил свидание Фелисии в этой гостинице. Но с его отъезда прошло много месяцев, и было настоящей удачей встретить его в первый же день.
Дюшан уже вошел в ресторан, и обе женщины поспешили выйти из кареты. Им помог хозяин гостиницы, не перестававший кланяться.
– Я очень проголодалась, – громко заявила Фелисия. – Можем ли мы поужинать прямо сейчас? Мой слуга займется комнатами. Я полагаю, они приличны?
– Великолепные, госпожа княгиня, великолепные! Вы не найдете лучших нигде в Вене.
– Будем надеяться. Мы только вымоем руки…
Через несколько минут женщины уже входили в зал ресторана, чьи стены из темного дерева подчеркивали сияющую белизну скатертей. Они сразу увидели Дюшана: он расположился за большим столом и внимательно изучал меню. Фелисия выбрала столик с таким расчетом, чтобы попасть в поле зрения полковника.
Гортензия предпочла бы немного отдохнуть и переодеться, прежде чем ужинать, но она понимала, что нельзя упустить возможность увидеться с Дюшаном. Он и так, наверное, уже думал, что Фелисия не приедет…
Гортензия плохо говорила по-немецки, так как не любила этот язык, считая его немузыкальным. Но Фелисия прекрасно им владела. Дюшан, видимо, тоже: он не только заказал еду, но и поговорил немного со служанкой в бело-красной юбке, черном бархатном корсаже и с косыночкой на шее. Костюм дополняли белоснежный чепец, белые чулки и туфли с пряжками. Веселая одежда служанок несколько оживляла мрачноватую атмосферу зала.
Фелисия заказала для себя и Гортензии овощной суп, котлеты из ягнятины, говядину по-венгерски и миндальное печенье. Говорила она достаточно громко, чтобы привлечь внимание Дюшана. Ее маневр оказался успешным. Дюшан, погрузившийся в газету, поднял голову. Его серые глаза остановились на женщинах, в них промелькнула радость, потом он снова углубился в чтение.
– Дело сделано! – вздохнула Фелисия. – Он знает, что мы здесь. Теперь очередь за ним.
И они воздали должное еде. Последний отрезок пути показался им очень длинным именно потому, что был последним. Путешественницы проголодались. Они мало разговаривали, но внимательно следили за тем, что происходит в зале. Дюшан незаметно подозвал хозяина и еще более незаметно указал ему на столик подруг, что-то шепча ему на ухо. По-видимому, он спрашивал их имена, что было нелишней предосторожностью, так как он не знал, под каким именем они путешествуют.
Фелисия действительно долго думала об этом перед тем, как выехать из Парижа. Ее муж, граф Анджело Морозини, был расстрелян австрийцами в Венеции, и его имя было прекрасно известно полиции. При поездке в Бретань они с Гортензией называли себя миссис Кеннеди и мадемуазель Ромеро, но сейчас это никуда не годилось. По общему согласию, они избрали то, что было для них естественным: две светские дамы путешествуют для своего удовольствия и решили посетить известную музыкальную столицу. Гортензия сохранит свое настоящее имя, Фелисия воспользуется девичьей фамилией: княгиня Орсини.
– Я имею полное право взять снова мою девичью фамилию, – объяснила она Гортензии. – Кроме того, Орсини – большая семья, некоторые ее члены симпатизируют Австрии. Не думаю, чтобы в Вене возникли какие-либо трудности. Город мне знаком, я жила там в ранней юности.
Благодаря Видоку и его связям паспорта были сделаны в рекордные сроки. Последние дни перед отъездом женщины ходили по магазинам, чтобы пополнить гардероб Гортензии. Благодарение богу, она не нуждалась в деньгах, да и тысяча луидоров, полученная от Луи Верне, пришлась весьма кстати. Был нанесен и визит Эжену Делакруа.
Художник одобрил поездку в Вену: она поможет избежать сложностей с полицией и сбить со следа Патрика Батлера. Он было собрался сопровождать дам, так как у него появилось настроение путешествовать. Из Вены он бы отправился в Венецию, куда из Австрии было легче попасть через Инсбрук и перевал Бреннер. Но в это время года перевал был закрыт, да и впереди было открытие салона, где Делакруа решил выставить свою картину «Баррикада».
– Это дурно воспринимается, если художник не стоит рядом со своей картиной, когда мимо проходят официальные лица, – вздохнул он. – Король мне этого не простит, а мне бы не хотелось портить наши хорошие отношения. Но я, быть может, присоединюсь к вам. Если вы вернетесь раньше, то я буду в первых рядах кричать «Да здравствует Наполеон II!», пока не охрипну.
Расставались с поцелуями и обещаниями писать, хотя бы только для того, чтобы сообщить адрес. Это было накануне отъезда. На следующее утро, в сопровождении одного Тимура, Фелисия и Гортензия уселись в карету с надеждой в сердце и приятным чувством, что они действуют, как героини романа.
Дворец на улице Бабилон остался на попечении неразлучных Ливии и Гаэтано, поженившихся за несколько недель до этого. Таким образом, Фелисия лишалась горничной на все время путешествия, но молодая женщина не хотела чинить препятствия счастью своих верных слуг.
Был январь. Стояла довольно холодная погода, иногда шел снег, но дорожная карета была настоящим оазисом тепла и уюта и позволяла забыть о непогоде.
Через Страсбург, Мюнхен, Зальцбург и Линц путешественницы доехали до Вены. Поездка была приятной благодаря комфорту кареты, и Гортензия получала от нее удовольствие. Тем более что тревога по поводу возможного преследования их Патриком Батлером покинула их после нескольких дней пути. Его не было видно ни на улицах Парижа, ни вблизи особняка Морозини в дни, предшествующие отъезду. Гортензия испытывала чувство некоторого облегчения, а Фелисия, напротив, рассчитывала на дорожные сюрпризы и силу Тимура, чтобы освободить ее от врага, с которым у нее были свои счеты.
– Может, он бросил эту затею? – спрашивала Гортензия. – Он получил, что хотел. Его гордость не уязвлена. Я начинаю думать, что он просто хотел еще немного меня помучить. И дела зовут его в Бретань… Он, должно быть, уехал.
Но Фелисия с сомнением качала головой. По ее мнению, этот человек был из породы молоссов, которые никогда не бросят понравившуюся им кость.
– Уверена, что мы еще его увидим, – говорила она. – Нам надо быть начеку… Особенно вам. Но это не помешает нам веселиться и разрабатывать наши планы. Так приятно надеяться!
Надежда была их верной спутницей на заснеженных дорогах, в гостиницах или в их комнатах, когда компания казалась им неподходящей, что случалось довольно часто.
Дюшан уже допивал свой кофе. Фелисия следила за ним, опустив ресницы: он сложил газету, зевнул, достал из кармана блокнот и карандаш, что-то написал, потом с недовольной миной разорвал листок и сунул в карман. Заплатив по счету, он встал и медленным шагом хорошо пообедавшего человека направился к выходу. Проходя мимо женщин, он вдруг зацепился ногой за ножку их столика, покачнулся и толкнул Фелисию. Та смерила его возмущенным взглядом.
– Черт бы побрал этого урода! – начала было Фелисия. Но Дюшан уже рассыпался в многословных извинениях на немецком языке. Потом, поклонившись три или четыре раза и проявив недюжинный талант актера, рванулся к дверям, схватил трость и исчез со скоростью ветра, провожаемый взглядами посетителей. Это позволило Фелисии спрятать клочок бумаги, который полковник бросил ей на колени.
Сменив гнев на милость, молодая женщина обратилась к подруге с улыбкой на лице.
– А не пойти ли нам спать? – спросила она с легким зевком. – Я просто умираю от усталости.
В комнате Фелисии они расправили скомканный листок, отослав предварительно служанку, стелившую постель. Записка была короткой:
«Не оставайтесь в этой гостинице, – писал Дюшан. – Завтра постарайтесь переехать в „Лебедь“ на Картнерштрассе. Там мне легче будет навестить вас…» Подписано – Грюнфельд, учитель фехтования.
– Наш друг сменил имя, – сказала Фелисия. – Надо сделать то, что он говорит. Прежде всего следует предупредить Тимура, чтобы он завтра был в нашем распоряжении. Вы знаете его страсть к прогулкам. А в Вене у него наверняка есть любимые кафе, и так как он думает, что мы остановимся здесь…
Пришедший турок обещал не покидать гостиницы без разрешения и, казалось, был очень рад покинуть «Кайзерин фон Остеррайх».
– Тебе здесь не нравится? – спросила Фелисия. – У этой гостиницы хорошая репутация.
– Многие люди похожи тут на полицейских. И я не люблю, когда со мной обращаются как со слугой. Я твой кучер, госпожа княгиня, а не лакей.
На следующее утро по отелю прокатились отзвуки гнева Фелисии. Это не гостиница, а сущий кошмар! Простыни из грубого полотна, ночью шум, и – о ужас! – в постель госпожи княгини заполз клоп! Не слушая извинений хозяина, Фелисия потребовала счет и карету.
Через полчаса она, Гортензия и Тимур покидали гостиницу, провожаемые согнувшимся под грузом совершенно незаслуженных упреков хозяином, который непрерывно спрашивал себя, чем он прогневил небо, что оно послало ему такую постоялицу.
– Вы не перегнули палку? – смеясь, спросила Гортензия, когда карета отъехала. – Это очень хорошая гостиница, если говорить откровенно…
– Если вам не верят, всегда надо немного преувеличить. Иначе мы бы оттуда не выбрались. Раз Дюшан советует нам уехать, значит, эта гостиница не так хороша, как кажется. А потом, я доверяю Тимуру: у него нюх на полицейских.
Гостиница «Лебедь», расположенная недалеко от Хофбурга, оказалась приятным сюрпризом. Ее только что отремонтировали, и хозяин – Джузеппе Паскини – был итальянцем, как и Фелисия. Естественно, что княгиню Орсини ожидал самый лучший прием. Предупрежденный Дюшаном заранее, Паскини сам опустил подножку остановившейся перед гостиницей кареты.
– Добро пожаловать, ваше сиятельство! Это честь для моей скромной гостиницы. Благодарю тебя, господи!
Очарованный красотой женщин, Паскини проводил их в комнаты и задержался даже тогда, когда слуги, вносившие багаж, уже ушли. Он явно хотел им что-то сказать.
– Хочу сообщить госпоже княгине и госпоже графине, что вы здесь у себя дома и в полной безопасности. Весь дом в вашем распоряжении. Господин Грюнфельд особенно настаивал, чтобы вы сразу узнали об этом.
Фелисия с доброй улыбкой рассматривала хозяина. Ему было лет сорок пять. Приятное круглое лицо с правильными чертами, прямой взгляд черных глаз и очаровательная улыбка.
– Откуда вы знаете господина Грюнфельда? – спросила Фелисия.
– Мы встречались еще в Милане, потом встретились здесь уже после Ваграма. Мы всегда были друзьями.
– Он тоже живет у вас?
– Нет. После своего возвращения он здесь не жил. Он выбрал «Кайзерин фон Остеррайх» и прожил там недели две, чтобы не показывать, что мы знакомы. Потом он нашел себе квартиру и открыл школу фехтования, которая пользуется популярностью. Он иногда приходит сюда поесть спагетти. Но ради госпожи княгини он сразу обратился ко мне. Я не удивлюсь, если мы увидим его сегодня же вечером.
Неожиданно Фелисия протянула руку хозяину гостиницы:
– Благодарю вас, господин Паскини. Приятно знать, что ты у друзей. Мы не злоупотребим вашим гостеприимством. Нам лучше будет найти квартиру.
Фелисия думала разместиться вместе с Гортензией в каком-нибудь достаточно большом доме или снять этаж дворца, как это было принято. Ей хотелось, чтобы они заняли достойное место в венском обществе. Какому даже самому подозрительному полицейскому придет в голову подозревать очень красивых, очень элегантных дам, падких на развлечения?
– Никакого заговорщического вида, никаких темных плащей, никаких перешептываний, – объясняла она. – Приемы, праздники, веселье. Принцу скоро исполнится двадцать лет – так же, как и вам, моя дорогая, и я думаю, что ему дают возможность немного развлечься и бывать в обществе.
Все их действия должен был одобрить Дюшан. Когда полковник пришел вечером, Паскини провел его в гостиную, разделявшую комнаты подруг. Сняв шубу и шапку, он поцеловал руку Фелисии и повернулся к Гортензии. Его глаза вспыхнули, и молодая женщина залилась краской. Пока они вместе переживали приключения в Бретани, Дюшан дал понять, что любит ее, и его чувства, очевидно, не изменились.
– Увидев вас вчера, сударыня, мне показалось, что это сон, – проговорил он, склоняясь к руке Гортензии. – Я ожидал приезда княгини, но было бы сумасшествием надеяться так скоро на встречу с вами. Я думал, вы давно в Оверни.
– Я была там, но иногда приходится возвращаться и отправляться гораздо дальше, чем предполагаешь.
– Вы решили встать в наши ряды?
– Было бы преувеличением сказать, что это добровольный выбор, дорогой полковник, – заметила Фелисия. – На самом деле госпожа де Лозарг покинула свои земли, чтобы спасти меня и… себя. Ей пришлось последовать за мной в Вену.
– Спасти вас, себя? Что произошло?
– Вы должны были понять, что раз я не приехала, когда мы уславливались, то что-то случилось. Но, прошу вас, садитесь, и позвольте мне предложить вам мускатного вина, а потом поговорим о делах. Расскажите нам, что здесь происходит.
Улыбка исчезла с лица Дюшана. Его взгляд с сожалением оторвался от лица Гортензии и остановился на Фелисии.
– Вы ничего не знаете? Неужели в Париже так мало известно?
– Как я могла узнать что-либо, сидя в тюрьме?
– В тюрьме, вы? За что? Почему?
– Из-за одного из наших старых друзей: господина Патрика Батлера, судовладельца из Морле.
Фелисия несколькими фразами описала происшедшие события, как ее спасла Гортензия, не касаясь, впрочем, событий на улице Сен-Луи-ан-Иль. Она знала, что полковник влюблен в Гортензию, и не хотела провоцировать его гнев. Он и так уже был вне себя.
– Как только мы вернемся в Париж, я посчитаюсь с этим негодяем!
– Вас никто за это не упрекнет. Теперь ваша очередь, говорите. Что с нашим планом?
– Должен признаться, что я разочарован. Когда я приехал сюда, я думал, что Бонапарты обрушатся на Австрию и будут требовать освобождения принца, чтобы торжественно сопровождать его в Париж и помочь ему получить наследство.
Фелисия презрительно рассмеялась:
– Эти люди? Вы и вправду от них чего-то ждали? Кроме королевы-матери, ожидающей в Риме, когда она воссоединится со своим покойным сыном, другие и не собираются покидать свои убежища. Жозеф в Америке, остальные в Риме или Флоренции и неплохо себя чувствуют. Элиза и Полина, которые с радостью встали бы на нашу сторону, умерли.
– Не будьте так категоричны. Есть исключение.
– Что же это за исключение?
– Дочь Элизы, графиня Камерата. Она была здесь в октябре прошлого года и даже жила в этой гостинице. Я ее часто видел: она живой портрет императора. Графиня охотно подчеркивает это сходство, одеваясь в мужской костюм. У нее есть все качества юноши из благородной семьи: храбрость, отвага. Она ездит верхом, владеет оружием…
– И она готова нам помочь?
– У нее даже был план, с которым мы согласились. Графиня предлагала похитить принца вне зависимости от его согласия и привезти в Париж, чтобы добиться психологического эффекта, как при возвращении императора с Эльбы. Она надеялась, что при одном ее виде, при звуке ее имени герцог Рейхштадтский упадет в ее объятия, потом вскочит на коня и помчится с нами к границе.
– И что же?
– Ей пришлось расстаться с иллюзиями. Все, что она могла сделать, это увидеться с экс-императрицей Марией-Луизой. Встреча была совершенно бесполезной. Графиня быстро поняла, что ей не удастся подойти к принцу. Ее репутация эксцентричной женщины лишь повредила ей, а пресловутое сходство, на которое она так рассчитывала, обернулось живым кошмаром для Меттерниха. Как только он узнал, что графиня в Вене, тут же приказал усилить охрану принца и постарался настроить его против кузины. Потому все ее просьбы об аудиенции остались без ответа. Потеряв надежду, она отважилась на следующий поступок: однажды ноябрьским вечером она отправилась к дому барона Обенауса, преподавателя истории, в доме которого принц бывает дважды в неделю. Подкупив одного из слуг, спряталась под лестницей. Когда принц приехал, она бросилась перед ним на колени и поцеловала ему руку, несмотря на его сопротивление. Он принял за сумасшедшую эту женщину в шотландском костюме, бросившуюся на него. Графиня даже не успела объясниться, а Обенаус уже спешил на помощь со своими людьми. Женщину схватили и пытались увести.
«Кто помешает мне поцеловать руку моего повелителя? – кричала она. Потом, когда ее пытались вывести, она добавила: – Франсуа, вспомни, что ты французский принц!» Но все было кончено. Случай был упущен. Может быть, она слишком поторопилась…
– Что же произошло дальше? – спросила Фелисия.
– Ее привели сюда под охраной, но графиня не захотела признать поражения. Ей не дали говорить, она решила написать. Это было уже третье письмо, но два предыдущих не попали по назначению. Чудом принц получил это письмо, прекрасно написанное, очень грустное, но, увы, несколько экзальтированное. Доверия оно принцу не внушило. Он показал его своему наставнику и написал ответ, холодный и сухой. Графиня плакала от отчаяния.
– И она сложила оружие?
– Нет. Графиня написала очень короткую записку с просьбой о встрече: «Я приду, куда вы скажете, чтобы поговорить с вами…» Принц пожалел о своем суровом письме и прислал сюда своего самого близкого друга шевалье Прокеш-Остена. Я не присутствовал при разговоре, но знаю, что Прокеш и Камерата прекрасно поняли друг друга. Шевалье очень хочет увидеть Франсуа на французском престоле. Он долго расспрашивал графиню о том, какими средствами она располагает, чтобы обеспечить возвращение принца на родину. Средства оказались невелики: несколько преданных людей и очень мало денег. Тогда он дал ей понять, что в таком деле не следует спешить, надо хорошо все подготовить. Увы, графиня небогата. Прокеша это не обескуражило, он обещал ей помочь, как только настанет нужный момент. А пока следует подождать.
– Чего подождать? – воскликнула Фелисия, кипя от возмущения.
– Чтобы обстоятельства стали более благоприятными и бегство было лучше подготовлено. Камерата с этим согласилась. Прокеш и графиня расстались с взаимными обещаниями увидеться и поработать вместе. К несчастью…
– Не знаю почему, но именно этого слова я и ждала, – сказала Фелисия. – Странно, но всегда появляется препятствие, когда, казалось бы, все улаживается.
– Совершенно верно. Три недели спустя графиня Камерата получила от начальника полиции Седлинского предписание покинуть Вену и никогда сюда не возвращаться. Ей дали срок до двадцать второго декабря. Она была вынуждена подчиниться…
– Судя по тому, что вы о ней рассказали, это не очень-то на нее похоже, – заметила Гортензия.
– Она только подчинилась предписанию, но не оставила планов организовать побег. Да и уехала она лишь в Прагу, не так и далеко. Теперь мы переписываемся. Не очень часто, но я знаю, что она не потеряла надежды.
Фелисия встала и стремительно прошлась по комнате.
– Это не так плохо! – объявила она, резко остановившись перед Дюшаном, смаковавшим вино после столь длинной речи. – Меня не столько беспокоит то, что мы стоим на месте, сколько отношение принца. Я думала, что он горит желанием вырваться из тюрьмы, вернуться во Францию, сражаться там за свои права и во имя славы. А вы рассказали нам о боязливом мальчике, который, получив секретное письмо, не нашел ничего лучшего, как показать его Обенаусу…
– Обенаус всего лишь его преподаватель истории. Наставником принца является граф Дитрихштейн. Не делайте ошибки: оба, хотя они и подчиняются Меттерниху, искренне привязаны к своему воспитаннику и, как Прокеш, хотят, чтобы он сыграл большую роль в истории.
– Вы не заставите меня в это поверить.
– Это не так невероятно, как вам кажется. Подумайте, друг мой. И тот, и другой считают, что для Австрии будет очень хорошо, если Францией будет править воспитанный ими, то есть по-австрийски, принц. И принца тоже можно понять: его заставили вести такую жизнь. Вдали от матери, исключительно в мужском обществе, после того как его разлучили с французской гувернанткой мадам де Монтескью. Поэтому он вырос подозрительным, беспокойным. Ему хотелось бы добиться славы отца, о котором он так мало знает, но он боится попасть в западню. Уже много людей пытались втереться к нему в доверие. Графиня Камерата слишком поторопилась. Я ей об этом сказал…
– Когда вы ждете наступления благоприятных обстоятельств? – прервала его Гортензия.
– Гораздо скорее, чем я думал, поэтому я так рад вашему приезду. В Хофбурге происходят некоторые изменения. Принцу скоро исполняется двадцать лет. Он освободится от наставников. Император Франц обещал ему полк, а это исполнение одной из его надежд.
– Подумаешь! Австрийский полк! – с возмущением пожала Фелисия плечами.
– Совсем неплохо! У полка есть гарнизон в провинции, а обещанный принцу – «Герцог Нассауский» – расположен в Брюнне. Полк выходит на маневры, что позволяет разработать план похищения. У принца будет больше свободы. Он впервые вышел в свет, появившись на балу у посланницы Англии леди Коули десять дней назад. Он пользовался большим успехом, особенно у женщин. Теперь принц будет получать множество приглашений. Вот почему я одобряю ваше решение снять дом и устраивать приемы. Вас также будут принимать, и вы сможете познакомиться с принцем, не вызывая подозрений.
– Я француженка, – сказала Гортензия, – не будет ли это препятствием?
– Конечно, нет. Когда Седлинский соберет о вас сведения, он узнает, что Лозарги – законопослушные французы. Вы будете удивлены количеством соотечественников в Вене, начиная с модистки и кончая маршалом Империи, не говоря уж о новом посланнике Луи-Филиппа, маршале Мэзоне, который после отъезда императора на Эльбу резко сменил направление.
– Вы говорили о маршале Империи. Кто это? – спросила Фелисия.
– Мармон. Наш старый враг еще по июльским событиям и осаде Тюильри. Он последовал за Карлом Десятым в изгнание, но ему пришлось несладко при маленьком шотландском дворе Бурбона, его не очень хорошо там приняли. Маршал решил путешествовать и неизвестно почему приехал в Австрию. Возможно, потому, что хотел быть поближе к сыну преданного им человека. Говорят, ему не терпелось познакомиться с принцем. Это произошло на балу у леди Коули.
– Он осмелился к нему подойти? – возмутилась Фелисия.
– Да. Его даже пригласили бывать каждую неделю в Хофбурге, чтобы ответить на вопросы принца, которому давно хотелось поговорить с соратником отца.
– Мог бы выбрать кого-нибудь получше…
– Берут то, что находят. А потом, верному соратнику Наполеона никогда бы не разрешили приблизиться к его сыну. Меттерних считает Мармона неопасным. Но он может и ошибаться. Мне передали, что Мармон был очень взволнован, приветствуя Орленка. Может быть, он сможет быть нам полезным, вам надо будет с ним встретиться. Теперь вы знаете то же, что и я. Позвольте откланяться.
– Еще минуту! – попросила Фелисия. – Не могли бы вы назвать тех, кто хочет нам помочь?
Дюшан улыбнулся своей мягкой обаятельной улыбкой:
– Кроме учителя фехтования из Эльзаса Грюнфельда, есть еще мадемуазель Пальмира, верный друг. Паскини вы знаете. Затем еще два или три человека, которые докладывают, что происходит в Хофбурге и Шенбрунне, летней резиденции двора. И, наконец, графиня Липона, подруга графини Камерата.
– Липона? – переспросила Фелисия. – Вы имеете в виду Марию Липона? Я ее встречала в Риме.
– Да, это она. У нее небольшой особняк на Салезианергассе. Если вы с ней знакомы, это отлично. Она знает огромное количество народа и введет вас в лучшее общество. Эти люди могут быть вам полезны, и в них я уверен. За остальных я не могу поручиться. Теперь мне действительно пора уходить, у меня урок.
– Не уходите без подъемных… – Фелисия достала из секретера шкатулку: – Вы забыли ваши трофеи…
Дюшан открыл шкатулку. Комната наполнилась сиянием. В пламени свечей бриллианты, рубины, изумруды и сапфиры ожили, словно вулкан. Полковник протянул нерешительно руку, как будто боялся обжечься.
– Какое чудо! – выдохнул он, беря в руки колье из бриллиантов и изумрудов. – Неужели есть женщина, способная расстаться с такими украшениями во имя идеи?!
– Это не просто идея, это месть. Пока Бонапарт не займет французский престол, кровь моего мужа не будет отомщена. На это можно купить целый полк. И потом, я сделала с них копии, – добавила она с улыбкой.
– Я не сомневаюсь, что на вас копии покажутся подлинниками, но мне все-таки жаль вас их лишать.
– После Ватерлоо королева Гортензия отдала Императору свое последнее бриллиантовое ожерелье…
– А вы отдаете ваши драгоценности его сыну! И все-таки пусть они пока хранятся у вас. У меня бывает слишком много народа, и пока они нам не нужны. Когда настанет время, я покажу вам одного еврея из Жозефштадта. Он даст вам за них больше других, потому что я спас ему жизнь. А теперь позвольте откланяться скромному учителю фехтования, чтобы вы смогли начать светскую жизнь. Когда вы захотите меня увидеть…
– Это будет скоро, – заверила его Фелисия. – Я уже давно не фехтовала, мне надо тренироваться…
– Буду счастлив давать вам уроки.
Но взгляд его задержался на Гортензии, и Фелисия засмеялась.
– Я уверена, что госпожа де Лозарг будет приходить часто, чтобы следить за моими успехами. Не так ли, Гортензия?
– Конечно, я очень люблю фехтование…
Явная ложь, которой никто и не поверил, но она согрела сердце бывшего офицера Наполеона I.
– Героев, как и детей, надо подбадривать, – сказала Фелисия, когда полковник ушел. – Этому надо хотя бы иногда дарить улыбку. Не жалейте их для него.



загрузка...

Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Сделка с дьяволом - Бенцони Жюльетта

Разделы:
Глава iГлава iiГлава iiiГлава ivГлава v

Часть II

Глава viГлава viiГлава viiiГлава ixГлава xГлава xi

Часть III

Глава xiiГлава xiii

Ваши комментарии
к роману Сделка с дьяволом - Бенцони Жюльетта



Долго гадала почему сделка с дьяволом, а как прочьла все поняла.Третья и последняя книга продолжении Князя ночи. Супер должна сказать. А дьволом является некии Батлер заставившии пойти на подлую сделку прекрасую Готезию.Тем Гортезия вынужденна изменяет любимому Жану Князю Ночи.
Сделка с дьяволом - Бенцони ЖюльеттаЖюли
1.02.2011, 7.58





Прочитала много романов Бенцони.Серии романов "Катрин" и "Марианна" одно из самых захватывающих.Вообще ее романы отличный способ изучать историю.Читалс романы Клейпас и Макнот,но у них только ЛР а у Бенцони стиль намнооооого сильнее и исторически достоверные(что очь важно,если не хотите во время чтения раздрожаться от нелепых.ляпов)Читайте Катрин и Марианну не пожалеете.
Сделка с дьяволом - Бенцони ЖюльеттаFamme Fatale
1.04.2014, 4.20





Последний абзац этого романа стал хорошим завершением всех трех книг из этой серии..
Сделка с дьяволом - Бенцони ЖюльеттаМилена
18.04.2014, 23.55








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100