Читать онлайн Новобрачная, автора - Бенцони Жюльетта, Раздел - Глава VIII в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Новобрачная - Бенцони Жюльетта бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 7.24 (Голосов: 17)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Новобрачная - Бенцони Жюльетта - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Новобрачная - Бенцони Жюльетта - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Бенцони Жюльетта

Новобрачная

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава VIII
Новость из Италии…

Несмотря на предосторожности, принятые Антуаном на рассвете в день отъезда, старая Виктория тут же узнала, что произошло ночью между ним и его протеже. В самом деле, она никогда не видела, чтобы утром у него был такой сверкающий взгляд и такая триумфальная радость. Обычно, до того, как он выпивал свою первую чашку кофе, веки его были тяжелыми, слова редкими. Но она хотела полностью удостовериться в этом.
Поэтому как только «Панар-Левасор» скрылся в туче пыли, она, не дав им начать заниматься уборкой, отправила близнецов в деревню отнести аббату несколько бутылок «вина для мессы» и набор горшочков с конфитюром, в которых, правда, у того не было срочной необходимости. Прюдан, который отдавал все свое усердие дыням, не мог ей помешать, поэтому она поднялась на второй этаж только в сопровождении Перси и Полли.
Быстрый взгляд в спальню Мелани позволил ей увидеть, что та крепко спит и далека от того, чтобы проснуться. Потом она прошла к Антуану, увидела разобранную кровать, но у нее был достаточно опытный глаз для того, чтобы понять, что он не спал: простыни и одеяла были едва смяты. Она вопросительно посмотрела на Перси, с достоинством сидевшего на коврике у кровати. Он тихонько тявкнул и направился к двери.
– Ты должно быть прав: пойдем посмотрим мастерскую! – вздохнула Виктория.
Там она увидела, что свечи полностью сгорели, но угли в камине еще тлели, это доказывало, что огонь поддерживали всю ночь. Собака обнюхивала диван, который был неловко приведен в порядок. Кроме того в спешке или из-за слабого освещения Антуан не заметил то, на что Виктория сразу обратила внимание: несколько маленьких бурых пятен на темно-красном старом покрывале. Она потрогала одно из них немного дрожащим пальцем:
– Кровь девственницы! – прошептала она с неким религиозным почтением. – Это меняет все…
Она присела на табурет художника. Почувствовав, что она хочет подумать, кошка вскочила ей на колени, а собака устроилась у нее в ногах. Оба животных чувствовали, что речь идет о важном моменте и что надо показать Виктории их поддержку и дружеское понимание. Они были не очень уверены в том, что она счастлива, так как лицо ее было серьезным, но то что испытывала сейчас Виктория – было просто очень большое счастье.
Значит вот она, его избранница? Малышка Мелани, подобранная из жалости, как брошенный котенок, и которая на первый взгляд не обладала той ошеломляющей красотой, способной привлечь внимание артиста. Густые шелковистые волосы с рыжеватым оттенком, огромные глаза затравленной лани составляли недостаточный капитал, чтобы привязать мужчину, влюбленного в совершенство и привыкшего встречать его у своих натурщиц. Что же произошло этой ночью, из-за чего она сделала то, что нельзя исправить? Надо было, чтобы между ним и Мелани произошло что-то вроде колдовства, которое Виктория не представляла себе, но твердо решила раскрыть и использовать для того, чтобы за этой ночью любви последовало много других и чтобы это избранное дитя превратилось в ту, которую больше не отпускают от себя.
В течение многих лет Виктория надеялась, что однажды Антуан приведет к ней молодую сеньору, способную подарить ему прекрасных детей и привязаться к дому, но по правде сказать у него совершенно не было способностей к браку. Вскоре после смерти матери – его самое большое горе! – он с увлечением занялся живописью и выходил из своей мастерской только для долгих прогулок в саду или встреч в Эксе с продавцом картин. Тот продал несколько полотен, и об Антуане Лоране даже немного писали в газетах. Но все же недостаточно, чтобы гарантировать крупные поступления денег, способные возродить Шато-сен-Совер, только небольшая часть которого использовалась. Семейное состояние растаяло вокруг игральных столов, завсегдатаем которых был отец Антуана. Ни он, ни она не имели особых познаний в сельском хозяйстве, а у Прюдона было только две руки.
А потом, в один прекрасный день появился человек, встреченный молодым владельцем замка как друг, хотя Виктория никогда его раньше не видела. Он пробыл у них двадцать четыре часа, после чего уехал вместе с Антуаном. Все, что Виктория узнала о нем – это имя: полковник Герар.
После этого визита художник часто отсутствовал. Он совершал длительные путешествия по Европе, Америке и Азии и даже б Китай, где его чуть было не убили. Он привозил рисунки, картины и особенно деньги, много денег, благодаря которым Прюдан, повышенный до интенданта и заведующего огородом и садом, сотворил чудеса. Дом был отремонтирован, поместье стало в изобилии производить фрукты, вино, мед, миндаль, половину которых продавали, но особенно отдавали жителям деревни и даже округи, которым жизнь не улыбалась так как солнце. Однако несмотря на свое любопытство Виктории так и не удалось открыть источник этого нового процветания, которое даже позволило Антуану приобрести небольшую квартиру в Париже, в районе Маре. Она кстати там никогда не была. Париж ее не интересовал.
– Это должно идти от его мазни, – заявил однажды, когда решил высказаться, мудрый Прюдан, которого не пожирало любопытство, раз все шло хорошо на угодьях. – Он мне сказал, что делает портреты людей свысока, а за это хорошо платят. Тебе не обязательно знать больше, Виктория.
В конце концов объяснение могло быть верным… С другой стороны, она не могла принять отношение Антуана к женщинам. У него были приключения, даже многочисленные, так как в этом он охотно исповедовался перед своей старой гувернанткой, но он никогда не говорил о женитьбе и в особенности никогда не принимал у себя ни одной дочери Евы. До появления Мелани, конечно.
Эту он не только привез сам, но и сделал своей, и сердце Виктории было полно радости. Кто мог сказать, что эта ночь любви не принесет плоды? И эти плоды будут подарком неба, даже если оно было не особенно замешано в этом. Действительно, как тут можно поверить в божественное вмешательство? Историю беженки Виктория знала со слов Антуана. Бедняжка вышла замуж за бесчестного человека, но он имел на нее все права и мог преспокойно добиться ареста художника за похищение, после чего у него было бы достаточно времени, чтобы довести бедное дитя до самых глубин отчаянья и нищеты.
Виктория дала себе твердое слово, что эта трагическая возможность не осуществится. Она вдруг почувствовала, как в ней зарождается непобедимая сила, чтобы защитить счастье, которое наконец появилось под старой крышей из римской черепицы. Внезапно нагнувшись, она взяла Полли на руки и погладила Перси по голове.
– Зверюшки, поверьте мне, у нас появилась молодая хозяйка, и мы сделаем все, чтобы ее сохранить. У нее есть все, чтобы продолжить семью, и ребеночек – это самое лучшее, что может у нас еще быть. Только вот она не свободна!.. Закон и даже церковь против нас. Поэтому нужно будет смотреть в оба. Что вы об этом думаете?
Конечно все самое лучшее, потому что в золотистых зрачках кошки, в нежно-коричневых сеттера можно было увидеть всю нежность мира. Виктория вознаградила их ласками.
– Самое трудное будет, – вздохнула она, – чтобы Туан сумел ее сохранить. А это еще неизвестно!
Она встала, сняла покрывало и отнесла его на кухню. Там положила его в большой тазик, принесла холодной воды из колодца во дворе. Зная, что от горячей воды кровь свернется, она натерла пятна крахмалом, положила обратно в таз с водой покрывало и отнесла в мастерскую, заперла ее на два оборота ключом, который положила в карман. Завтра она вернется со щеткой, и все следы жертвоприношения девственности исчезнут, кроме как из ее памяти. После этого, немного успокоившись, она вернулась на кухню, чтобы приготовить для Мелани обильный завтрак, потом, решив, что лучше будет не давать ей дальше спать, пошла ее будить. Лучше будет, если она встанет к возвращению Мирен и Магали. В спальне она долго стояла у кровати и смотрела на спящую молодую женщину, поздравляя себя с тем, что отправила близнецов. Ее нагота, ее ночная рубашка, висящая на спинке кровати говорили сами за себя. Сбросив с себя во сне простыни и одеяла, лежа на животе, она подставляла солнечным лучам, пробивавшимся между шторами чистые линии своего тела. Ее руки обнимали подушку, как они должно быть обнимали любовника этой ночью. И такова была красота молодого тела, что старая женщина стояла смущенная, ослепленная, каким был сам Антуан. Между чистым рисунком спины и нежными выступами бедер и круглыми ягодицами мягко опускалась талия, созданная для объятий. Растрепанные волосы блестели на ее шее, которую закрывали, спускаясь ниже лопаток. А сколько было грации в ее длинных нервных ногах! Было легко себе представить, что мог почувствовать Антуан, увидев такое совершенство.
Почувствовав вдруг смущение, как если бы она подсмотрела их взаимные ласки, Виктория вышла на цыпочках из спальни, потом, откашлявшись, чтобы придать голосу звонкость, сильно постучала в дверь:
– Демуазель Мелани! – крикнула она. – Я думаю, вы забыли, который сейчас час.
Ей пришлось повторить два раза, прежде чем сонный голос ответил:
– Уже так поздно?.. Я иду!.. Я сейчас же иду!
Через несколько минут, одетая в милый костюм прованской крестьянки, который она носила со дня своего приезда, Мелани вбежала на кухню, и Виктория еще раз застыла в смущении: Мелани была не такая, как раньше. Она излучала свет всеми чертами своего лица, обрамленного рыже-золотистым ореолом. Темные круги под глазами делали их еще больше, припухшие губы были смертельно красного цвета от поцелуев. Любой мужчина встал бы на колени, простирая руки перед этой торжествующей юностью, но Мелани совершенно не осознавала этой трансформации.
– Уже поздно? – спросила она.
– Десять часов. Вы голодны?
– О да! Я умираю от голода! А ваш ароматизированный кофе…
– Я вам его тут же принесу. Все остальное на столе. И вам остается только сесть за него… Потом, пока она наливала кофе в чашку с позолоченной кромкой: – Вы не слышали, как уехал месье Антуан?
При одном этом имени молодая женщина стала пунцовой и перестала на какое-то время откусывать от бутерброда, который старательно намазала маслом и конфитюром.
– Нет… нет, я сожалею об этом, потому что мне хотелось бы сказать ему до свидания…
И вдруг наступила тишина, которая почти остановила движения и дыхание обеих женщин. Потом Мелани вдруг подняла на Викторию сияющие глаза:
– Вам я могу сказать все. Кстати, я не стыжусь того, что произошло: этой ночью я пришла к нему в мастерскую и отдалась ему!
– Я знаю! – мягко сказала Виктория.
На этот раз молчание отмерило степень изумления Мелани.
– Вы знаете? Но каким образом?
– Мелкие детали, но в особенности, его необыкновенно хорошее настроение ранним утром, хотя обычно он бывает таким ворчливым, пока не выпьет кофе. Наконец, вы! Вы так похожи на счастливую женщину!
– Потому что я и есть счастливая женщина. Кстати, я не знаю, почему…
– Вы что, его не любите, месье Антуана?
– Этим утром мне кажется, что да, но вчера я об этом совсем не думала. Конечно, меня влекло к нему, но я думаю, что делая то, что я сделала, я хотела… о, как это трудно объяснить! Я хотела…
– Доказать самой себе, что вы можете соблазнить мужчину, если вы этого захотите?..
– Да… да, это так! Нужно было, чтобы кто-нибудь обнял меня. А если бы он не захотел меня, то…
– Замолчите! Слова слишком вызывающие, а действие ужасно! Кстати, это было бы глупо… Вы такая молодая!
– Несомненно, но с тех пор, как я потеряла дедушку, никто не любил меня. Тогда я захотела узнать… Вы же не будете считать меня дурной девушкой? – добавила Мелани с внезапной тревогой, которую смех Виктории тут же рассеял.
– Бедняжка! Вы от этого очень далеки! Теперь я хочу задать вам один вопрос: что вы будете делать, когда он вернется? – Я об этом еще не думала, но я буду счастлива его возвращению… и я буду делать все, что он захочет.
– Ни в коем случае!
Резкая как удар, эта короткая фраза ошеломила Мелани. Виктория наслаждалась какое-то время изумлением Мелани, потом взяла себе чашку, налила кофе, добавив предварительно в чашку молодой женщины и, наконец, села напротив:
– Но объясните, почему? – сказала Мелани.
– Почему? Святая дева! До чего ж вы наивны!.. Ведь я видела, каким счастливым он выглядел сегодня утром, так что, вернувшись, он захочет одного – продолжить в том же духе…
– Но и мне ведь хочется того же, – откровенно призналась Мелани.
– Меня это не удивляет. Однако, вам, я думаю, следует сразу понять, чего вы хотите: если это несколько дней телесных радостей, то полный вперед! Бросайтесь в его объятия и идите до конца! Но если вы стремитесь к более серьезному…
– Но почему, – пролепетала озадаченная Мелани после секундной паузы, – почему эти… радости не могут перерасти в настоящую любовь?
– Потому что за редкими исключениями настоящая любовь не возникает, когда отношения развиваются слишком быстро. А вы уже и так далеко зашли. Но если вы поднимаете этот вопрос, значит все не так плохо. Значит, вы хотите любви и быть любимой.
– Конечно. А кто же не хочет любви? Особенно, если речь идет о любви такого человека, как он!
– Тогда выслушайте меня! Ваш возлюбленный Антуан очень дорог и мне. Поэтому подумайте сразу вот о чем: ему сейчас сорок лет, а вам шестнадцать.
– Ах, моя душа гораздо старше моих лет. Вспомните о пережитых мною разочарованиях: моя мать пренебрегала мною, муж, которого я любила, посмеялся надо мной…
– Не возвращайтесь ко всему этому снова. Смотрите только вперед! Итак, перед вами Антуан, у которого было много женщин, но он очарован вашей юностью, вашей свежестью. Вероятно, он страстно полюбит вас… но для этого вы должны его придержать, должны вынудить его добиваться вас. Иначе вы рискуете попасть в число тех дам, которые пополняют список его любовных побед. Поверьте, о них он вспоминает не часто. К тому же, вам следует подумать о вашем щекотливом положении и смотреть правде в глаза: вы бежали от мужа в ночь после свадьбы вместе с неизвестным мужчиной… Я знаю, у вас на то были более чем основательные причины, но вы окажетесь в крайне двусмысленном положении, если забеременеете.
– Вы считаете, что это возможно? Теперь уже искренне изумилась Виктория.
– Святой Иисус! И чему только вас учила ваша мать! Вы что, до сих пор верите, что детей находят в капусте?
– Моя мать вообще ничему меня не учила, – горестно вздохнула Мелани, сразу падая духом. – Даже вечером перед первой брачной ночью она мне ничего не сказала…
– Но относительно того, как получаются дети?..
– И об этом тоже… Однажды я видела, как родился жеребенок, и при этом мне сказали, что между женщиной и кобылой в смысле деторождения разница небольшая.
– Вот видите! Вы знаете самое главное. А теперь поймите, что этот жеребенок появился на свет благодаря тем сладостным моментам, которые его матушка-кобыла пережила с неким резвым конем. Аналогичные сладостные моменты вы только что пережили с месье Антуаном… – Это было просто прекрасно! – воскликнула Мелани, расцветая в улыбке. – И знаете, я бы очень хотела иметь от него ребенка.
– Хм… По меньшей мере могу сказать, что сейчас не время. Предоставьте себе труд подумать, милая моя маленькая дурочка! Вы замужем, но ваш брак не подкреплен телесной близостью. Значит, у вас есть шанс расторгнуть этот брак по суду и, что более важно, добиться аннулирования его папским престолом. Но если вы беременны, тогда пиши пропало!
Итак, Виктория бесцеремонно, даже грубо просветила Мелани насчет всего, что связано с любовью и ее теперешним весьма щекотливым положением. Но Мелани не могла не признать, что ее слова обоснованны. Если она хочет удержать Антуана – а ничего большего она так сильно не желала – значит, ей следует действовать осмотрительно! Что мало ее радовало…
– А почему вы даете мне все эти советы? – вдруг взорвалась она вопросом. – Вы ведь считаете меня маленькой дурочкой. Неужели вы хотите, чтобы я – такая дурочка и еще совсем девчонка – и ваш Антуан… – На глазах Мелани появились слезы, она была готова вот-вот зареветь.
Суровое лицо Виктории вдруг осветилось внутренним теплом и стало совсем другим: доброжелательным, даже нежным.
– Да, я хочу, чтобы вы с Антуаном были вместе. Всегда вместе! Я хочу, чтобы у него была молодая жена, а потом и дети и чтобы он перестал как сумасшедший носиться по свету! Я начинаю стареть, мадемуазель Мелани, и я хотела бы, чтобы этот дом оставался полон жизни и любви, когда меня не станет.
Мелани мягко поднялась и, неслышно подойдя к Виктории, обвила руками ее шею и нежно поцеловала:
– Если все дело за мной, то считайте, что ваша мечта уже осуществилась!
– Тогда следуйте моему совету, а когда Антуан постучится к вам в дверь, не открывайте!
И Мелани пообещала поступить именно так. Но она понимала, что сейчас, когда ее искусителя нет с нею рядом, обещать легко. Но устоит ли она, когда он вновь окажется рядом, такой страстный, горячий, неукротимый? Тогда ей будет очень трудно выдержать осаду. Ведь она уже тоскует о нем, дом без него ей кажется пустым! Виктория, высказав ей все начистоту, замолчала и ушла в свои мысли. Ну а Прюдан неизменен: он вообще великий молчун. И Мелани просто не знает, куда ей себя деть в ожидании того, при ком все разом преобразится.
Но вот Виктория вновь вышла из состояния молчаливой задумчивости, обрушив на Мелани новую порцию добрых советов. На этот раз она заговорила о том, как ей следует сводить веснушки. Виктория предложила использовать для этого такие средства, как лимонный сироп с солью, мед, луковый сок с уксусом, объяснив затем, как накладывать на лицо маску. Мелани развеселили эти поучения и она заявила, что лучше она съест лимон в натуральном виде. Тогда Виктория, отвесив ей нешуточного шлепка, что почему-то развеселило ее еще больше, предложила вылить некий таинственный отвар, благодаря которому цвет ее лица станет просто бесподобным.
– Но какой в этом смысл? – не унималась Мелани. – Вы хотите, чтобы я была красива и в то же время, чтобы я не открывала дверь. Разве это логично?
– Еще как логично, моя маленькая птичка! Возьмите, например, осла! Чем больше вкусных и свежих морковок вы ему дадите, тем больше он их съест… вплоть до полного несварения желудка. Но если он видит перед собой хорошенькую морковку, но не может до нее дотянуться, он сделает все, чтобы ее заполучить. – Ну и осел же этот ваш осел! Ведь так и свихнуться недолго…
– Не стоит сводить его с ума; просто следует давать ему морковку понемногу, чтобы он не терял аппетита!
Такая философия немало развеселила Мелани и на время отвлекла ее от переживаний и смутной тревоги. Потом она с головой ушла в чтение газет, с особым интересом проглядев заметку про последний бал у леди Десайс, где своей шокирующей элегантностью отличилась мадам Депре-Мартель, признанная неоспоримой королевой бала…
Газета полетела под стол, а Мелани чуть не расплакалась от душившего ее гнева. Впервые в жизни она читала светскую хронику и вот… сразу получила повод для огорчения. Она отчетливо представила себе счастливую, роскошно разодетую мать, наконец-то сплавившую с рук докучавшую и выдававшую секрет ее возраста дочь. Теперь же она наверняка вздохнула с облегчением и бросилась в омут удовольствий, окруженная множеством противных поклонников. А о ней, о Мелани, ее мать и не вспоминает: с глаз долой – из сердца вон; впрочем, насколько большое место занимала она когда-либо в сердце матери?..
Единственное, чего Мелани не допускала, того, что мать участвовала в гнусной комбинации Франсиса. Теперь, когда она познала любовь, она задумалась о том, есть ли у Альбины любовники? Во всяком случае, припоминая какие-то реплики, взгляды, жесты, Мелани пришла к выводу, что еще до ее помолвки мать стала любовницей Варенна.
Мелани не огорчилась от этой мысли. С того момента, как в ее жизнь вторгся Антуан, вся эта публика потеряла способность причинять ей боль. Она мечтала лишь о том, чтобы побыстрее забыть о своем прошлом и броситься навстречу открывшейся перед нею судьбе. И она была готова пройти по этой дороге до конца, даже если время от времени станет совершать ошибки.
Девушка ожидала возвращения Антуана со спокойной решимостью и готовностью к борьбе. Она испытывала ту смесь разноречивых чувств, в которой присутствуют и надежда, и осторожность, и… драчливость; этакий комплекс ощущений охотника в засаде. Чего Мелани совсем не ожидала, так это того, что Антуан со своей стороны станет вести себя сдержанно.
Романтический импульс, подхвативший Антуана и понесший его на другой конец Прованса, самым прозаическим образом закончился в два часа ночи в нескольких километрах от Драгиньяна, где под тропическим дождем заглох, отсырев, мотор его автомобиля.
По счастью неподалеку от места поломки высилось какое-то здание. Промокнув до костей и проклиная судьбу, Антуан, толкая автомобиль, довел его до строения, загнав под нечто подобное навесу, а потом принялся что есть силы колотить в единственную дверь. Наконец дверь отворилась, и Антуан оказался внутри харчевни или постоялого двора, убожество и мрачный вид которого сочетались с известной первобытной живописностью и навевали ассоциации с пристанищем для разбойников и головорезов в какой-нибудь богом забытой местности. Но внутри не было ни души, если не считать владельцев этого заведения – пожилой испуганной ночным вторжением супружеской пары, которая угостила Антуана горячим супом и еще более горячим грогом, действие его он по достоинству оценил, добираясь до постели. Кстати постель была чистой и мягкой и ее он тоже оценил, провалившись в крепкий, безмятежный сон.
Утром он проснулся совершенно свежим и готовым к новым подвигам. Хозяева угостили его отменными тартинками с медом, что еще добавило ему оптимизма. По-королевски расплатившись с ними и поблагодарив в самой изысканной манере, он вышел к своей машине, которая просохла и теперь вновь заводилась, хотя мотор чихал и порой изрыгал какой-то скрежет. И вот тут-то, вспоминая о том, что с ним произошло, Антуан подумал, что вел себя с прекрасной Мелани, как последний мальчишка, потерявший голову от нахлынувшей страсти. Если так будет продолжаться, он сам себя загонит в тупик!
– Влюбиться в нее очень просто, – размышлял он. – Кто бы мог подумать, что эта девочка-подросток обладает таким телом, которое вполне могло бы стать моделью для статуи Психеи? Когда она предстала во всей своей божественной наготе, мне показалось, что кровь закипела в моих жилах. Но нельзя допустить, чтобы это повторилось.
– Легко сказать, – возмутился его внутренний голос. – И как долго ты думаешь продержаться против соблазна? В любви все зависит от первого шага, а сделав его, ты встаешь на дорожку, с которой не просто свернуть…
Но следует подумать о возможных последствиях. Что станет с Мелани, если она забеременеет? Эта мысль причинила Антуану тревогу, хотя прежде он никогда не думал о последствиях своих мимолетных романов. Быть может он, сам того не зная, был отцом будущего лорда Великобритании или бельгийского пивного короля. До этого ему же было дела. Никто из женщин до Мелани не смог затронуть глубин его души и вдруг он подумал, что если бы она принесла ему ребенка, это наполнило бы его жизнь невиданным счастьем. Любимый ребенок от любимой женщины! Об этом можно только мечтать!.. Однако при сложившихся обстоятельствах это для нее опасно. Ведь появление ребенка может быть использовано Варенном в своих интересах.
Но тут вновь разразилась гроза и все внимание Антуана оказалось отвлечено на дорогу. Ехать становилось все труднее, Антуан нервничал. Поэтому, когда вдали возникли знакомые стены Шато-сен-Совер, он уже чувствовал себя до предела вымотанным и раздраженным. К тому же его угнетала мысль о том, что теперь ему придется вести себя вовсе не так, как хотелось бы… Как тяжело быть высокоморальным именно тогда, когда более всего хочется быть аморальным!
Но когда со ступеней террасы к нему навстречу порхнула прекрасная, свежая, как утренняя роса, Мелани, он не смог удержаться и заключил ее в свои объятия. Он зарыл лицо в ее восхитительные, сводившие его с ума волосы и глубоко вдохнул. Она пахла скошенной травой, лесом после дождя и медом. И как сладок, как нежен и волнителен был поцелуй ее губ! Но этот поцелуй был краток. Как бы устыдившись своего порыва, Мелани отвела губы. Тут он тоже смутился, вспомнив, что небрит. А она уже смеялась, показывая свои белые зубки.
– Как я счастлива вновь вас увидеть! – воскликнула она.
– Не настолько, чтобы крепко поцеловать, – парировал он. – Я обижусь!
– Фу, какие пустяки.
Входя в дом, рука об руку с Мелани, Антуан поймал себя на том, что никогда еще ему не было так приятно возвращаться домой.
Новости, рассказанные Антуаном, показались Мелани скорее забавными, но Виктория, выслушав их, оставалась недоверчивой и мрачной. – Итак, рядом с ним женщина, играющая роль его жены, невероятно! – воскликнула она.
– Если бы я не увидел этого своими глазами, я бы и сам не поверил! – вздохнул Антуан. – Тот же рост, та же фигура, что у Мелани, даже волосы золотые.
– Стало быть, у него есть сообщница?
– Скорее любовница, – без намека на обиду в голосе бросила Мелани. – В тот вечер, когда я его встретила, я видела, как он обнимает некую даму с огненно-рыжими волосами. Возможно, это она?
– Вы относитесь к этому прямо-таки с философским спокойствием, – констатировал удивленный Антуан. – Неужели вас это не задевает?
Девушка бросила на него исполненный неподдельной нежности взгляд:
– В течение нескольких дней я была по-настоящему несчастна. Но теперь… все изменилось. Меня это ни чуточки не трогает. Когда любовь сталкивается с предательством любимого, она гибнет. Моя любовь рухнула, когда я поняла, что свадебное путешествие задумано, как ловушка. И потом… вы же не хотите, чтобы я все еще любила его?
– В этом смысле все сложилось для вас как нельзя лучше, – вступила в разговор Виктория. – Но вот чего я не понимаю, так это того, почему этот господин ведет себя как ни в чем не бывало?
– Но ведь в продолжении длительного путешествия всегда может произойти несчастный случай?
– Вы хотите сказать, что этот человек может… исчезнуть? – воскликнула Мелани. – Но это невозможно! Никакая женщина не станет участвовать в подобной комедии, понимая, какой ее ждет конец.
– Исчезнуть можно и вполне официально, о чем свидетельствует и случай с вами. Ведь он считает, что вы заперты в сумасшедшем доме. К тому же я думаю, что Варенн способен убрать сообщницу, которая не догадывается об его истинных намерениях…
– А эта рисковая испанка? Что станет с нею в итоге этой игры?
– Вы требуете от меня слишком многого, дорогая Мелани! Быть может, она не замешана в махинации маркиза. Думаю, ее нервы приятно щекотало сознание того, что в ночь свадьбы он проводил время с нею, в двух шагах от вашего купе. Она из тех женщин, которые ищут наслаждений, ну еще денег, но ничего другого. А теперь, позвольте мне отправиться спать. Я умираю от усталости. Могу я проводить вас до вашей спальни?
– Не стоит! Я еще побуду здесь, с Викторией. Я обучаюсь у нее искусству вязать. Спокойной ночи!
Сказав это, она по-английски протянула ему руку для рукопожатия. Несколько разочарованный, Антуан поцеловал ее и направился к лестнице.
Завалившись в свою постель, о которой мечтал уже давно, Антуан с недоумением принялся рассуждать о том, что же произошло с Мелани? Может быть, она теперь смеется над ним? Но почему? Не в силах заснуть, он достал из шкафчика бутылку доброго арманьяка и, опустошив ее наполовину, обрел наконец долгожданный сон.
Сон этот был прерван на следующее утро прибытием телеграммы, текст которой гласил: «Лица, интересующие вас, отправились в Италию на следующий день после вашего визита. Подробности письмом. Э.»
Телеграмма была отправлена из Монако, и Антуан подумал, что наверняка отправкой занимался месье Пиетри. Что до письма, то оставалось лишь терпеливо ждать его получения.
– Вы полагаете, он вас узнал? – спросила Мелани, пробежав глазами текст телеграммы. – Несомненно, мое присутствие вызвало у него страх.
– Что мы предпримем?
– Ничего. В любом случае, он не должен догадываться, что его подлый план провалился. Немного странно, что сообщники не сумели его предупредить, но иной раз всех обстоятельств не учтешь и не просчитаешь. Для вас же лучше всего не делать лишних движений. Если только вы не хотите вернуться в Париж?
– О нет!
Непроизвольность ответа заставила Антуана улыбнуться. Оставив женщин наедине друг с другом, он отправился помочь Прюдану с мытьем автомобиля.
Последовавшие дни текли мерно и спокойно, слишком спокойно, что опять-таки насторожило Викторию. Казалось, Антуан и Мелани избегают друг друга и даже встречаясь за трапезой, стараются не смотреть друг на друга. Не делали они и попыток объясниться. В разговорах они усвоили непринужденный тон легкого приятельства, а ночь любви, казалось, больше отдалила их, чем сблизила. Это было совсем не то, чего желала Виктория, и она пыталась переговорить с Мелани, но та всеми силами уходила от разговора:
– Думаю, мы немного нафантазировали насчет взаимных чувств, – как-то заявила Мелани, – то был скорее импульс, а не любовь. – Но в ее словах не было убежденности.
Объясниться с Антуаном было для Виктории еще сложнее. Он заранее чувствовал ее намерения и уходил от разговора буквально, отправляясь гулять по окрестностям или запираясь в своей мастерской. И хотя Мелани с каждым днем все больше хорошела, он этого старательно не замечал.
Мелани тоже совершала длительные прогулки, но только в компании собаки и кошки, или же в обществе близнецов, которые прониклись к ней искренней дружбой. Остальное время она либо читала в библиотеке, либо помогала Викторин на кухне.
И Виктория запаниковала, что весь ее блестящий план может обернуться каким-то недоразумением чувств. Но она была не из тех, кто быстро сдается. В чулане среди разнообразного хлама она долго искала и наконец нашла свою пожелтевшую от времени пухлую записную книжку, куда некогда записывала не только различные сведения по хозяйству и кухне, но также внесла в нее два-три рецепта возбуждения страсти. Перечитав давние записи, она убедилась, что таковых рецептов три.
Первый и самый простой состоял в приготовлении в пищу заячьих яичек и голубиной печени. Виктория приложила немало хлопот, чтобы достать и то, и другое, после чего положила драгоценные продукты в острый чесночный суп, отбивавший всякий посторонний привкус. Антуан проглотил тарелку этого супа единым махом, признавшись, что никогда еще не ел ничего подобного.
Но увы! Приняв порцию означенного супа, он не только не кинулся на штурм Мелани, но наоборот полдня пролежал в кровати с сильной желудочной коликой. Раскаиваясь, Виктория пачкала его лекарствами, размышляя о том, что ей следует углубить свои познания в колдовстве, прежде чем снова браться за дело. Но разразившиеся через два дня после этого драматические события положили конец ее ведовским изысканиям. Все произошло неожиданно.
В тот день стояла прекрасная погода, и они пили кофе на террасе, откуда открывался чудный вид на долину. Только что с курьером прибыла пресса. Мелани совершенно не интересовалась тем, что пишут газеты, предпочитая следить за полетом белой бабочки. Антуан же быстро проглотил содержание одной и принялся за вторую. Вдруг он издал возглас, полный удивления и негодования:
– Ради всех святых, Мелани, посмотрите, что здесь написано!
Он протянул ей экземпляр «Фигаро», указав на нужную заметку.
Ее заголовок говорил сам за себя: «Драма на озере Комо. Молодая женщина, принадлежащая к французской аристократии, погибла во время лодочной прогулки…»
Далее сообщались невероятные подробности. Маркиза и маркиз де Варенн, проводя свое свадебное путешествие в Белладжио, где они проживали на вилле Сербельони, решили ночью при свете луны покататься на лодке. Чем же была вызвана трагедия? Неловкостью маркиза, внезапным порывом ветра, подводным рифом? В любом случае, лодка перевернулась, опрокинув в воду молодоженов. Хотя маркиз хороший спортсмен, он не смог помочь своей юной жене, более того, едва не утонул сам. Тело маркизы не найдено…
Заметка заканчивалась выражением глубоких соболезнований семейству Депре-Мартель, уже и так понесшему невосполнимую утрату в результате исчезновения его главы – великого финансиста Тимоти Депре-Мартеля. Говорилось также о глубоком горе овдовевшего маркиза и о том, что поиски тела продолжаются…
Лицо Мелани стало белее снега. Она подняла на Антуана испуганные глаза.
– Он убил ее!.. О боже! Он убил свою сообщницу!
– Вот и я так думаю, – прорычал художник. – Проклятье! Этого следовало ожидать, ведь он чудовищно логичен в своих действиях.
– Но зачем? Разве по планам этого чудовища меня не должны были доставить в психиатрическую больницу сразу после похищения с поезда?
– Это та информация, которую удалось получить Пьеру. На самом деле тот, кто должен был захватить вас, имел задание убить вас и спрятать труп, тогда как Варенн стал бы изображать влюбленного мужа по отношению к своей любовнице и сообщнице, которую он выдавал за жену. Но затем она тоже должна была исчезнуть. Думаю, что наша с ним встреча ускорила его отъезд в Италию и саму трагическую развязку, которая была задумана ранее.
– Вы считаете, что эту женщину он так же как и меня заранее обрек на смерть? Что Франсис не остановился перед двойным злодеянием?
– В этом деле трудно совершить лишь первый шаг. Потом преступника затягивает в омут все новых преступлений. Ну а теперь, цель его казалось бы достигнута. Он свободен, и к нему отходит все состояние семейства Депре-Мартель. Мастерский ход!
– Мастерский ход!.. О Антуан! – воскликнула шокированная Мелани.
– С точки зрения преступного мастерства это безусловно так. Думаю, что… так сказать «ваше» тело никогда не будет найдено. Наверняка они хорошо его спрятали…
– А может быть они вовсе ее не убивали, – высказала свое мнение Виктория, покончив с чтением заметки. – Кто знает, возможно он действительно любит ту женщину. Он мог ее высадить на берегу, назначив свидание через несколько недель… причем тогда ей уже незачем будет скрываться. Когда уляжется шум вокруг этой истории, они смогут открыто жить вместе и жить в роскоши!
– Не исключено, что ты права, – согласился Антуан, слушавший ее с большим интересом. – Психологически такой поворот по моему мнению больше подходит к этому типу. К тому же, он не любит пачкать рук. И кто знает, быть может он ее любит?
И тут Мелани разрыдалась и, сорвавшись с места, убежала в дом. Она вдруг вспомнила ту нежную сцену, которую подсмотрела на террасе дома Юг-Алленов. Как мило ворковал тогда Франсис с этой рыжеволосой красавицей. Теперь ясно, что то был вовсе не легкий флирт, но страстная взаимная любовь, во имя которой идут на все. Или главным стимулом было все же желание завладеть одним из крупнейших состояний Франции? Мысли путались в голове Мелани. Все кружилось перед ее глазами.
Она забилась в самый угол кухни и, вжавшись спиной в стену, как бы хотела раствориться в этой белой штукатурке, слиться с нею, не быть… Она уже не могла плакать, просто в душе стало совершенно пусто. Вдруг она заметила, что над ней склонился обеспокоенный и одновременно опечаленный Антуан.
– Вы его по-прежнему любите? Не так ли? – спросил он ее каким-то чужим, срывающимся голосом.
– Кого? Франсиса?.. О нет!
– Почему же тогда вы плачете?
– А как вы думаете, легко ли перенести известие о собственной смерти?.. Ну уж нет… его я не люблю, это точно. Наверно, я плакала о самой себе. Я и так никому не была нужна я вот… меня нет! И никому до этого нет дела… Интересно, моя мать поплакала хоть немного? Или же она с головой ушла в пошив роскошных траурных платьев?
Присев рядом с Мелани, Антуан бережно обнял ее за плечи, поглаживая ладонью голову и мокрые от слез щеки.
– До вас есть дело мне! – произнес он веско. – И если после возвращения я избегал вас, то лишь потому, что не хотел принести вам вред, разрешив полюбить меня. Наша ночь была… невероятно прекрасна…
– О да… – прошептала Мелани, но тут же, как бы опомнившись, добавила совершенно упавшим голосом: – Теперь это уже не важно, ведь я не существую. У меня нет даже имени…
Горестные интонации ее голоса вконец растрогали Антуана. Встав перед ней на колени, он взял Меланж за плечи и встряхнул ее нежным, но властным жестом.
– Вы думаете, я не стану ничего предпринимать? Позволю этому мерзавцу завладеть ватам состоянием и расправиться с остальными членами вашей семье? Ну нет! Ведь он не остановится ни перед чем. Ему нужно все! Вашу легкомысленную мать легко будет одурачить и убрать. А вашему дядюшке можно устроить какой-нибудь вполне пристойный несчастный случай.
– Бедная мама, бедный дядюшка Юбер, – вновь задрожала всем телом Меланж. – Но может быть он их не тронет. А мне… мне так хорошо здесь. Почему ему не забыть обо мне?
– Ну что ж, тогда надо заранее заказать несколько месс за упокой вашей души. Ах, Мелани, Мелани, опомнитесь! Нельзя оставлять убийце свободу рук, ибо нет ничего соблазнительнее убийства. Поверьте мне!
– Как! Неужели вы испытали этот соблазн?
– Да.
– Чудовищно… И вы мне ничего об этом не расскажете?
– Нет! А теперь выслушаете мои советы?
– Да, да… Что я должна делать?
– Ничего. Во всяком случае теперь. Я же сегодня вечером на поезде отправлюсь в Париж. Там у меня есть друг журналист, он немного с приветом, но в критических ситуациях на него можно положиться. К тому же он любит авантюры. Я попрошу его изучить вопрос о том, нет ли свидетелей высадки рыжеволосой красавицы в одном из укромных мест побережья озера Комо. Ну а вы пока оставайтесь здесь.
– Никогда! – отрезала Мелани. – Если вы едете в Париж, я еду с вами. Мне необходимо самой о себе позаботиться, а кроме того, именно мое появление поставит Франсиса в невозможное положение. Нужно, чтобы мы встретились, чтобы он узнал меня! Вот будет спектакль!
– Не думаю, что спектакль увенчается успехом. Франсис упрется и не захочет ничего признавать. Кроме того, вы не отдаете себе отчета в том, как сильно вы изменились за время пребывания здесь. Он обвинит вас в самозванстве…
– А моя мать? Уж она-то меня признает.
Антуан поколебался минуту, но затем решился:
– Я очень не хотел говорить обо всем. Крепитесь! Вы не можете представить себе, насколько тесно ваша мать связана с этим человеком.
Видя, что лицо Мелани исказила неподдельная мука, он добавил как можно более нежно:
– Я знаю, что делаю вам больно, но необходимо вас предупредить… Поверьте мне, моя любовь, лучше будет, если я один подготовлю в Париже почву, увидевшись с вашим дядюшкой, которому вы доверяете…
– Но он вряд ли в Париже. Он вечно пропадает на охоте, на спортивных состязаниях. Вообще он неутомимый путешественник…
– Но не мог же он ничего не знать о якобы случившемся с вами несчастье. Стало быть он наверняка вернулся в Париж, чтобы присутствовать на мессе за упокой вашей души. Значит, я смогу его увидеть. А главное, вместе с Лартигом мы подготовим Франсису хорошую ловушку.
– Но если дядя Юбер в Париже, почему мне не поехать туда на встречу с ним?
– Если он там, я вас вызову. В противном случае вам незачем рисковать. Маркиз, будучи загнан в угол, способен на все. Позвольте мне подготовить почву для вашего появления. И тогда вы снова станете Мелани Депре-Мартель, а ваш псевдомуж окажется в тюрьме, после чего брак будет расторгнут и по суду, и церковью. Умоляю вас, Мелани, позвольте мне действовать так, как я задумал!
Мускулистые руки Антуана непроизвольно сжимали плечи Мелани все сильнее, так что ей даже стало немного больно. Но руки эти, их тепло и сила действовали на нее успокаивающе. Она улыбнулась:
– Мне больше нравится то имя, которым вы только что меня назвали…
– Какое?
– Вы очень хорошо помните. Ведь вы сказали «моя любовь», правда?
И тут Антуан уже не смог сдержать себя. Он привлек Мелани к себе, и она, такая хрупкая, испуганная и прекрасная, затрепетала в его объятиях. Их губы снова и снова сливались в поцелуе, а потом они уже не отрывали губ, и поцелуй этот стал бесконечным.
Замерев на пороге кухни, Виктория молча наблюдала за их лаской, которая была настолько прекрасна и чиста, что у нее не возникало никаких угрызений совести за это свое подсматривание. На глаза Виктории навернулись слезы умиления: то, о чем она мечтала все эти дни, наконец-то свершилось.
Уже в сумерках, Антуан вместе с Прюданом отправились на машине в Авиньон, куда скорый поезд Марсель – Париж прибывал в десять часов вечера. На протяжении всего пути Антуан не проронил ни слова.
Перед глазами по-прежнему стояла Мелани, провожавшая его на ступенях веранды с печалью и надеждой на лице… Вот почему ему всю дорогу приходилось бороться с искушением повернуть назад. Зачем как последний благородный олух он возвращает ее в тот круг, куда сам никогда не будет вхож, ставя тем самым крест на их любви, их будущем, когда он мог бы забыть обо всем и любить, любить, любить ее до потери чувств, наслаждаться совершенством и неподдельным восторгом ее тела, урвать эту неистовую радость в первый… да и в последний раз в своей жизни.
Может быть она действительно полюбила его? И он может надеяться… Нет, лучше не думать… Сейчас он должен спасти ее и он это сделает! Стиснув зубы… Но до чего же тяжко!
На следующий день Мелани, не сумев побороть свое любопытство, пробралась в мастерскую Антуана. Усевшись прямо на полу, она с интересом и легким испугом разглядывала его полотна. Здесь были картины, выполненные в непонятной ей символической манере, пейзажи, написанные крупными мазками и концентрированным, интенсивным цветом, несколько портретов крестьян – А потом она обнаружила портреты каких-то красивых женщин и тут же испытала сильнейший укол ревности и желание уничтожить эти шедевры. Не на шутку расстроившись, она уже совсем собралась убежать из мастерской, когда взгляд ее упал на стопку набросков, выполненных карандашом и пастелью. Судя по всему, именно над ними Антуан работал в последнее время. Любопытство пересилило обиду: Мелани подняла один набросок, второй, третий… Везде была она, только она: на прогулке, сидящая у камина, читающая… И тут Мелани покраснела до корней волос – внизу стопки лежало несколько эскизов, на которых она была изображена обнаженной! Жгучий стыд и восторг смешались в душе девушки. Она увидела себя прекрасной, трепетной и… желанной, увидела глазами Антуана, которые отразили красоту ее тела куда точнее и глубже, чем это в состоянии передать любое зеркало. И еще она испытала гордость – гордость за своего возлюбленного, который был оказывается настоящим, большим художником!..
С улицы раздался звук подъезжающего автомобиля. Вдруг это вернулся Антуан? Скорее вон из мастерской, чтобы ее не застали на месте преступления. Украдкой она выскользнула в сад и, выйдя на тропинку, прогулочным шагом направилась к воротам. Ее охватило глубокое разочарование: за рулем автомобиля сидел вовсе не Антуан, а Пьер Бо – этот странный проводник спальных вагонов, с которым ее Антуан был на «ты». А Виктория разговаривала с ним так, будто они знали друг друга целую вечность. Она приблизилась к ним и теперь могла расслышать слова Пьера.
– Он отправился в Париж?.. Безумец! Именно этого я и боялся! Сам того не зная, он нарывается на засаду…
Уже же таясь, Меланж подбежала к автомобилю:
– Что случилось? Расскажите мне подробнее!
Ее появление же удивило проводника. Он приветствовал ее и даже изобразил ободряющую улыбку. Но лицо его оставалось встревоженным…
– Я имею право все знать, – не унималась Мелани. Ведь он поехал в Париж именно из-за меня. Скажите, какая опасность ему грозит? – Я лишь опасаюсь этого. Вчера, прочтя сообщение в газете, я предположил, что он именно так и поступит… Бросил все и поспешил к вам. К несчастью, опоздал, но я еще могу его нагнать…
– Прежде всего, ответьте на мой вопрос, – настаивала Мелани.
– И выпейте чашечку кофе! Кстати, нам всем не мешает его выпить, – вступила в разговор Виктория. – В любом случае, до ближайшего поезда на Париж остается несколько часов!
– Но почему нельзя отправить ему в Париж телеграмму? Ведь там у него есть квартира! Надо вызвать его телеграфом сюда, – не унималась Мелани.
– Он не вернется. Я смогу объяснить ему все только при встрече, – подумав, ответил Пьер.
Некоторое время они молчали. Пьер нервно барабанил пальцами по столу, не глядя на Мелани. И тут она опять взорвалась:
– Умоляю вас! Объясните, что происходит? Я люблю его, если с ним что-то случится… из-за меня… я просто не вынесу!
Но Пьер Бо молчал, опустив глаза и придав лицу непроницаемое выражение. Тогда заговорила Виктория.
– Месье Антуан не велит распространяться об этом, но по правде сказать, он уже давно ведет… двойную жизнь. Я знаю, что вы его любите. Так вот, быть может, он и его друзья вам помогут?..
– Его друзья… двойная жизнь… говорите же, что происходит! – закричала Мелани с отчаянием.
И тут Пьер Бо заговорил. И Мелани узнала, что под невинным прикрытием живописца Антуан Лоран уже давно служит Франции в качестве разведчика. Время от времени он выполняет различные поручения, зачастую используя для этого свои поездки на этюды.
Так, прошлой зимой он сумел добыть крайне важный документ, от получения которого во многом зависела судьба франко-русского союза. При этом Антуан был ранен, а тот, у которого он этот документ выкрал, известный террорист, агент царской охранки и германской разведки Азеф – предполагалось, что убит.
– Только на самом деле он не был убит, – продолжал Пьер Бо. – Всего неделю назад он выехал Средиземноморским экспрессом из Ниццы в Париж в обществе своей любовницы. Я сам узнал его. И едет он в Париж именно для того, чтобы расквитаться с человеком, вставшим на его пути и едва его не убившим.
– Тогда почему вы не предупредили Антуана?
– В этом не было никакой срочности, как раз наоборот. Для Антуана Азеф – личный враг и он мог презреть дисциплину и самостоятельно отправиться на встречу с ним, узнав, что тот жив и находится в Париже. Я предупредил руководство и мы решили, что Антуана лучше держать в неведении.
– Руководство?
– Да, причем на самом высоком уровне! Но прочитав статью, я испугался не на шутку. Я сразу понял, как Антуан станет действовать. И вот я здесь, но… опоздал! Все, что мне остается – попробовать найти его в Париже, пока еще не поздно… А теперь благодарю вас за угощение, мне пора ехать!
– Подождите несколько минут, я еду с вами, – решительно заявила Мелани.
– Что за вздор! Не смейте этого делать, – взорвалась Виктория. – Месье Антуан…
– По моей вине жизнь Антуана в опасности, – оборвала ее Мелани. – И мне пора самой вмешаться в это дело. Иначе месье Бо вряд ли уговорит его вернуться. Вы… сможете заплатить за мой билет на поезде? Я верну вам деньги, как только мы приедем в Париж.
– Может быть, вы хотите предупредить о своем приезде семью?
– Нет! Предупредим одного дядюшку! На него я могу положиться. И боже мой, какое облегчение он испытает, узнав, что я жива.
С этими словами Мелани побежала наверх собирать свой багаж.




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Новобрачная - Бенцони Жюльетта

Разделы:
ПрологГлава iГлава iiГлава iiiГлава ivГлава vГлава viГлава viiГлава viiiГлава ixГлава xГлава xiГлава xii

Ваши комментарии
к роману Новобрачная - Бенцони Жюльетта



"Ерунда полная."
Новобрачная - Бенцони ЖюльеттаНИКА
26.01.2012, 16.39





отличная книга, жюльетта бенцони пишет великолепные романы
Новобрачная - Бенцони ЖюльеттаЖакетта
15.07.2013, 12.01





какая чушь(((
Новобрачная - Бенцони Жюльеттаllll
27.09.2013, 13.05





Почему чушь, интересный сюжет, правда конец не понятен, но думаю следующий роман из этой серии завершит эту иту историю..
Новобрачная - Бенцони ЖюльеттаМилена
28.04.2014, 14.50





Позабавили глаза героини "большие темно-карие глаза, похожие на две фиолетовые сливы", в середине романа они зеленые, а в конце она сверкает фиолетовыми... прямо светофор, а не женщина, ну и я не понимаю пристрастия героини к мужчинам намного старше её...а сюжет как и все у Бенцони до доведен абсурда.
Новобрачная - Бенцони ЖюльеттаОльга
29.05.2015, 22.21








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100