Читать онлайн , автора - , Раздел - Глава XI в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - - бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: (Голосов: )
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

- - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
- - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава XI
На борту «Робин Гуда»

Робер Лартиг обеими руками взъерошил свои белокурые кудрявые волосы, затем достал из кармана блокнот и ручку, которой очень гордился.– Альфиери? – переспросил он. – Вы уверены, что не ослышались?
Орхидея строго взглянула на журналиста из-под широкополой шляпки.
– Вы... что-то имеете против?
– Нет, но я считаю это невероятным. Вы уверены, что они похожи? Может, просто двойник? Говорят, у всех нас есть хотя бы один...
– Ничего не имею против двойников, но обычно различия все же более ощутимы. Здесь же – только усы!
– Ну... усы – это не проблема. А голос!
– Тот же. Клянусь!
– Вот уж действительно!
Лартиг без особого энтузиазма делал какие-то заметки. Он был явно обеспокоен.
– Естественно, у вас нет его адреса...
– Графа Альфиери? Конечно, нет. Пока. Но я могу его раздобыть. Я завтракаю на яхте лорда Шервуда. Он руководил дуэлью... Я попытаюсь узнать...
.– А вы знаете, чем кончилась дуэль? Орхидея поднялась, сделала несколько шагов по террасе, на которой принимала журналиста.
– Нет, но думаю, что большого вреда она никому не причинила. Мой номер буквально завален цветами. Еще утром мне принесли охапки гвоздик, букеты мимозы, фиалок, гардений и... впрочем, чего там только нет! Содержимое целой цветочной лавки да еще сопроводительная записка от князя Каланчина.
Она протянула Лартигу украшенную гербом визитную карточку, на которой аккуратным почерком было выведено: «Спасибо и простите, милейший друг! Григорий не забудет никогда».
– Он не вернулся в гостиницу?
– Нет. Игорь, его лакей, и слуги дамы, имени которой я не запомнила, пришли за его багажом и оплатили, по-моему, счет.
– Одно можно сказать с уверенностью: он жив. Остается узнать, что случилось с его противником. Вы уверены, что дуэль окончилась вхолостую? Казак вполне мог продырявить саблей итальянца.
– Надеюсь вскоре обо всем узнать. А пока поинтересуйтесь-ка этим Альфиери. У газетчиков, в полиции – журналист такого ранга, как вы, обязан уметь добывать информацию.
– Когда дерутся, стараются не путать в это дело полицию, но после такого скандала... они наверняка что-нибудь слышали.
Лартиг отвечал машинально, его мысли явно витали где-то далеко. Орхидея тихо спросила:
– Вы не думаете, что Этьен Бланшар и этот Альфиери могут быть одним и тем же человеком?
– Представьте, нет. Слишком неправдоподобно. С какой стати человеку из одной из самых зажиточных семей города – следовательно, хорошо известному – менять внешность и вести двойную жизнь. Этот номер, может быть, и прошел бы в Париже, но здесь...
– Во время поездки вам удалось напасть на след Этьена Бланшара?
– К сожалению, нет. Не знаю, почему мне посоветовали попытать счастья на итальянской Ривьере. Я обошел все гостиницы между Бордигерой и Генуей. В списках проживающих его имени я не нашел. Он, вероятно, забрался еще дальше. Если хочешь жить спокойно, вряд ли будешь трубить о своем местопребывании. Итак, сейчас я вынужден вас покинуть, но, если позволите, зайду к вам вечером в надежде, что вы раздобыли какие-нибудь сведения от вашего англичанина.
– А что вы намереваетесь делать днем? Лартиг изобразил на лице улыбку и взял со стула мятую шляпу.
– Несколько визитов! Например, в гостиницы Ниццы, попытаюсь найти следы этого Альфиери. В «Эксельсиоре» его нет, это я уже знаю.
– Удачи вам!
Орхидея взглянула на маленькие часики, висящие на поясе. Ей не хотелось уходить с солнечной, обсаженной цветами террасы. Раздался мелодичный перезвон колоколов в расположенном по соседству монастыре, верующих приглашали к мессе. Но время шло, пора было переодеваться и ехать на яхту лорда Шервуда.
С первого взгляда могло показаться странным решение Шервуда поставить яхту у причала в старом порту Лимпия, что означает – Прозрачные Воды. Здесь причаливали суда, курсирующие между материком и Корсикой, и рыбацкие шхуны. Для яхт скорее подходила бухта Ангелов, которую Создатель, казалось, специально сотворил, чтобы наслаждаться там радостями жизни. Причин было две: во-первых, владелец яхты был любителем фольклора и национального колорита, во-вторых, «Робин Гуд» был крупнотоннажным судном, лишь немногим уступая «Британии» короля Эдуарда VII.
Судно это было не просто прихотью богатого человека. Страстный путешественник и бывалый моряк, лорд Шервуд предпочитал иметь собственную яхту, способную совершать дальние плавания. Мачты, трубы и вымпел «Робин Гуда» побывали под небом всех морей мира, боролись с гигантскими волнами в южных широтах. Для лорда Шервуда отправиться в Японию, Америку или на Гавайские острова было так же просто, как обычному среднему англичанину поехать омнибусом в Челси. Шервуд предпочитал бросать якорь в настоящем порту, пусть даже рядом стояли ржавые суденышки и рыбацкие шхуны, пропахшие рыбой и водорослями. Элегантные причалы для роскошных яхт были не в его вкусе.
Ко всему прочему из Лимпии открывался превосходный вид. Между склонами горы Борон и Замковой скалой притулились старые домишки, пестревшие гаммой красок от охряной до ярко-пурпурной, от бледно-розовой до коралловой. Дома утопали в зелени, повсюду сушились сети. Воды в порту, конечно, потеряли свою былую прозрачность, пятна нефти порой заменяли там сверкающую пену прошлых времен, но террасы небольших кофеен в час аперитива все так же заполняла шумная пестрая толпа, наполняя порт смехом и шутками. Посреди этого разноцветья длинный белый корпус «Робин Гуда» выглядел необыкновенно элегантно, особенно на фоне суровых руин старинного замка, возле которого он был пришвартован.
Лорд Шервуд встретил Орхидею на борту яхты. Он едва заметно улыбался, а это означало, что лорд чрезвычайно доволен и весел.
– Вы сама точность, баронесса, и я счастлив. По правде сказать, я пригласил вас к этому часу, чтобы поболтать до прихода остальных гостей. Позвольте предложить вам шампанского?
Он провел Орхидею на переднюю палубу, где под тентом располагались столик с напитками и несколько ратанговых кресел. Сикх, которого она накануне уже видела и который, видимо, выполнял функции шофера и метрдотеля, стоял возле стола, готовый обслужить их. Орхидея отказалась от шампанского и попросила бокал порто. Хозяин предпочел шотландское виски; наполнив бокалы, сикх удалился.
– О чем вы хотели со мной поговорить? – спросила молодая женщина.
– Я думал, вам будет интересно узнать результаты вчерашней дуэли.– Конечно. Утром я получила от князя записку в сопровождении великого множества цветов. Из чего заключила, что с ним все в порядке. Но, по правде сказать, я немного волнуюсь за его соперника.
– Не беспокойтесь. Он в добром здравии. Да вы и сами скоро в этом убедитесь: я пригласил его, а заодно и даму, которая любезно предоставила нам свой сад. Оказалось, что она дружна с князем Григорием.
– Итак, благодаря Богу, это глупое приключение не обернулось драмой.
– Драмой? Скажите лучше – буффонадой, баронесса.
И он принялся рассказывать, что бой кончился очень быстро, буквально после нескольких выпадов соперники одновременно ранили друг друга.
– Мы с секундантами договорились вести бой до первой крови. Женщина, за честь которой они бились, не стоила того, чтобы умирать за нее. Дальнейшие события подтвердили правильность наших рассуждений: мы увидели ее в карете возле ворот поместья, где состоялась дуэль, в опереточном трауре да еще в компании репортера из «Пти Нисуа»...
– Она предупредила журналистов?
– Во всяком случае тех, кого смогла разыскать. В ее профессии реклама значит многое. Она и мечтать не смела, что из-за нее будут драться на дуэли.
Орхидея не могла удержаться от смеха.
– Если я правильно вас поняла, оба соперника ранены? За кем же она взялась ухаживать?
– А вы как думаете?
Орхидея ответила не задумываясь. Она не получила бы столько цветов от Григория-несчастного.
– Держу пари, за тем, кого она называет «Гри-Гри». Разве можно отвернуться от того, кто дарит вам сокровища Голконды?
– В самую точку! Она бросилась ему на шею, размазывая слезы и посылая проклятия бедняге Альфиери, но тот уже не слышал. Он испросил разрешения укрыться в моей машине от журналистов.
– Он итальянец, не так ли? Вы знакомы с ним?
– Он из Рима... вернее с Сардинии. Да, именно так. Он много путешествует, но всегда приезжает в Ниццу на карнавал. По-моему, у него здесь дом.
– В общем, вы его не знаете. Я тоже, и все же вы нас вместе пригласили сегодня. Зачем?
Лорд Шервуд ответил не сразу, внимательно посмотрев на свою прелестную гостью:
– Ваше зеркало, мадам, лучше меня ответит на ваш вопрос, – произнес он галантным голосом. – Скажу только, я люблю принимать необыкновенных людей. Одни из них становятся моими друзьями, другие исчезают навсегда. Княгиня Юрьевская – именно она помогла нам – относится к числу первых. Это необыкновенная женщина. Она была очень красива, но от красоты ее, к сожалению, ничего не осталось. Царь Александр Второй женился на ней морганатическим браком и, несомненно, возвел бы ее на престол... но был убит. После его смерти княгиня уехала из России и живет большей частью в Ницце, у нее на холмах большая цветочная плантация.
– А... граф Альфиери тоже показался вам выдающейся личностью?
– В каком-то смысле – да. К тому же он хотел быть вам представленным.
– Мне? Что за мысль!
– В этом нет ничего странного. Очевидно, вы произвели на него большое впечатление.
– Я вовсе не чувствую себя польщенной. Мадемуазель д'Оврэй тоже, по-видимому, оказала на него впечатление...
Шервуд рассмеялся:
– Как бы там ни было, баронесса, делайте с ним что хотите. Если этот итальянец вам не понравится, здесь вы не обязаны быть с ним вежливы... Извините меня!
Он поднялся навстречу чете своих соотечественников, лорду и леди Куинборо. Лорд был человеком любезным и благодушным, владел, несомненно, самой большой в Европе коллекцией морских пейзажей; его жена оказалась не очень красивой, но весьма изысканной американкой, страстно увлеченной музыкой. Они были уже не молоды. Вслед за ними прибыл еще один весьма запоминающийся американец: около шестидесяти, воинственные усы, шляпа набекрень, загорелая кожа и юношеская моложавость. Звали его Джеймс Гордон Беннет, он был директором влиятельнейшей «Нью-Йорк Геральд» и учредителем автомобильного Кубка, который каждые два года оспаривали лучшие гонщики Европы. Он частенько бывал в своем имении в Болье.
На некоторое время Орхидея почувствовала себя чужой среди этих говорящих по-английски людей – ей так и не удалось в должной мере овладеть этим языком, – но лорд Шервуд представил их друг другу по-французски, и она поняла, что все трое свободно говорят на нем. Орхидея быстро нашла своем место в общем разговоре, приправленном шампанским и виски. Леди Куинборо оказалась на удивление любезной женщиной.
– Мы тоже остановились в «Эксельсиоре». Признаюсь, вы для меня загадка. Мы даже поспорили с мужем о вас.
– Обо мне? – Орхидея слегка возмутилась. – По какому поводу?
– Муж считает, что вы евразийка. А я с ним не согласна.
– А каково ваше мнение?
Но Орхидее не суждено было узнать, что думала о ней леди Куинборо: окруженная дюжиной слуг, на палубе появилась женщина лет шестидесяти, ее заплывшее жиром лицо походило на пожелтевшую слоновую кость. На ней было пышное траурное платье, на шее – жемчужное ожерелье, крупные жемчужины позвякивали при каждом ее шаге. За исключением великолепных золотисто-русых, чуть тронутых сединой волос от былой красоты Екатерины Долгорукой, околдовавшей царя всея Руси, почти ничего не осталось. Чего было в избытке, так это гордости. Орхидея почувствовала это тотчас. Она лишь весьма приблизительно знала нравы европейских дворов, поэтому поклонилась Долгорукой с почтением, как старшей по возрасту, и, к несчастью, назвала ее княгиней.
– Ко мне положено обращаться «Ваша светлость» и преклонять колени... Откуда вы появились, если не знаете этого?
Презрение, звучавшее в сухом трескучем голосе, разозлило Орхидею и, забыв об осторожности, она ответила:
– Если говорить вашим языком, мадам, я появилась из китайского императорского дворца, и до замужества ко мне обращались «Ваше высочество». Тем не менее я полна почтения к вашим сединам...
Орхидея поклонилась на китайский манер, делая вид, что не замечает ядовитого взгляда бывшей фаворитки. Лорд Шервуд, чувствуя, что в воздухе пахнет скандалом, поспешил вмешаться:
– Катя, дорогая!.. Ругайте только меня, непутевого хозяина. Баронесса, она вам уже сказала об этом, приехала из далекой страны, и у нее не было времени изучить нашу историю и нравы. Я был обязан ей объяснить...
Княгиня Юрьевская жестом показала, что инцидент исчерпан, как будто отмахнулась от мухи, инарочито повернулась к Орхидее спиной. Та подошла к хозяину яхты.
– Лорд Шервуд, вы были очень любезны, пригласив меня, но я, право, лучше уйду.
Орхидея говорила тихо. Лорд Шервуд понизил голос до шепота:
– Бог мой! Не делайте этого! Я очень хочу, чтобы вы остались. Княгиня Екатерина, конечно, интересная особа, но я должен был предупредить вас, что она гений по части злобы. Простите ее и не лишайте меня радости поболтать с вами, когда она уйдет. А вот и граф Альфиери!
Шервуд пошел встречать нового гостя, а вниманием Орхидеи завладела леди Куинборо.
– Ну так вот, я выиграла пари! – сказала она весело. – Я была уверена, что вы китаянка.
– Если вы употребили слово «китаянка», то вы не совсем выиграли. Я – маньчжурка.
– Есть разница?
– Да, огромная. Мы – монгольские завоеватели, которые в семнадцатом, как вы его называете, веке преодолели Великую китайскую стену и поработили Китай. Мы были воинами... – добавила она с ноткой грусти, которая не ускользнула от собеседницы.
– Вы ими и остались, к тому же, – мило добавила она, – вы стали строителями, артистами, поэтами...
– Может быть. Очевидно судьба всех варварских орд быть покоренными в свою очередь цивилизацией, которую они разрушили. Реванш побежденных, в некотором роде...
Граф Альфиери, сопровождаемый хозяином, подошел к женщинам и грациозно приветствовал их, несмотря на то, что одна рука у него не двигалась. Когда его рука коснулась руки Орхидеи, она через силу улыбнулась, но глаза ее остались холодными. Обмениваясь обычными приветствиями, она подумала, что боги продолжают благоприятствовать ей: наконец она имеет возможность разглядеть лицо своего врага.
У нее больше не было сомнений, что бы там ни говорил Лартиг: этот красавец с очаровательной улыбкой однажды приказал убить собственного брата... или того, кого считал таковым, и послал убийц в его дом. Орхидею буквально затопила волна отвращения и ненависти, и ей пришлось сделать усилие, чтобы прийти в себя и сыграть придуманную заранее роль – богатая, немного странноватая иностранка приехала, как и многие ей подобные, погреться под солнышком Лазурного берега. Орхидея отвлеклась, перестав прислушиваться к его любезному голосу. Так о чем «граф» говорит?
– Не имел ли я удовольствия, баронесса, уже встречать вас раньше?
Орхидея тут же решила, что зря оторвалась от своих мыслей, неужели он собирается кормить ее подобными банальностями?
– У вас превосходная память! Мы виделись вчера.
– О Боже, давайте оставим в покое этот ужасный водевиль в Казино. Я имел в виду – гораздо раньше.
– Если вы не помните, то почему я должна помнить о том, чего не было. Вы граф Альфиери?
– Вам меня только что представили, я...
– А я баронесса Арнольд и уверяю вас, что впервые вижу графа Альфиери. Простите.
В это время появились трое опоздавших. Представив гостей друг другу, лорд Шервуд отдал приказ сниматься с якоря. Старая княгиня Юрьевская сочла остроумным испуганно воскликнуть:
– Мы отправляемся в кругосветное плавание? Бог мой! Шервуд, вы были обязаны нас предупредить!
– Ну что вы, дорогая! «Робин Гуд» просто обогнет Замковую скалу. Оттуда вы сможете прекрасно разглядеть в бинокль въезд в Ниццу его величества карнавала. Разрешите вашу руку, ваша светлость.
Кортеж отправился на корму, где гостей ждал изобилующий яствами стол. Как и положено, лорд Шервуд предложил «Кате» сесть напротив него во главе стола, справа от себя хозяин усадил леди Куинборо, слева – Орхидею. Стол был круглый и гости могли легко общаться друг с другом, однако Орхидея немного упустила из виду «графа», который сидел справа от леди Куинборо. Ее же соседом слева оказался Гордон Беннет, отчего она облегченно вздохнула, ей тяжело было бы сидеть бок о бок с Альфиери.
Застолье было изысканным, но немного скучноватым: за «сладким мясом по-маршальски» бывшая фаворитка говорила практически одна, вспоминая Всемирную выставку в Париже в 1868 году, но воспоминания ее никого не увлекли. Когда подали луарского лосося под зеленым соусом, лорд Куинборо принялся рассказывать о ловле этих знаменитых рыб. Нога косули в перечном соусе заставила Джеймса Гордона Беннета вспомнить о подготовке к предстоящему автомобильному кубку, затем он рассказал о последнем подвиге Теодора Рузвельта. Тот, вопреки буре, разразившейся в сенате, назначил негра, мистера Грана, начальником таможни в Южной Каролине. Это сообщение несколько оживило трапезу, присутствующие англичане были решительно против решения Рузвельта. Леди Куинборо пришла на помощь соотечественнику и, воспользовавшись появлением жареных бекасов, посоветовала ему, как владельцу газеты, обратить внимание на юных американок, как это сделали французы, создав иллюстрированный журнал для молоденьких девушек «Неделя Сюзетты». Приключениями юной кокетки, бретонки Бекассины, зачитываются теперь не только французские девицы, но и их матери. Гордон Беннет согласился, что идея интересная, но вряд ли может быть перенесена на американскую почву. Княгиня Юрьевская, услышав, что речь идет о крестьянке, возмутилась и привела в пример русских мужиков, чьим положением никто не интересуется, и слава Богу. Перехватив нить разговора, княгиня пожаловалась на трудности цветоводства, а также на лень и недоброжелательность слуг.
– Покойный царь Александр очень вовремя позволил себя убить, не успев короновать эту мегеру, – прошептал лорд Куинборо на ухо Орхидее. – Только представьте себе его старость рядом с этой сварливой особой. Он показал пример героизма, женившись на ней, и очевидно, сидя в одиночестве на троне, получал некоторую передышку. Нам тоже пора от нее отдохнуть.
Его жена явно была того же мнения и, когда на стол подали восхитительные трюфели в горшочках, поблагодарила хозяина и поинтересовалась, как ему удается раздобыть все это великолепие, не покидая порта Ниццы. Затем она спросила его о дальнейших планах.
– Вы не похожи на человека, который долго сидит на одном месте, – заметила она. – К сожалению, в Америке вы бываете не часто.
– Чаще, чем вы полагаете, миледи. Я провел осень во Флориде, а также в вашем родном городе. Я очень люблю Новый Орлеан, несмотря на то, что это скорее французский город. Вот видите, вы несправедливы.
– Каюсь! Так куда вы направляетесь теперь?
– В Сингапур.
Гости зашумели, лорд Шервуд воспользовался этим и прошептал на ушко своей красавице-соседке.
– Возможно, я поеду и в Китай. Если вы хотите вернуться на родину, мадам, моя яхта к вашим услугам.
Неужели это неожиданное предложение еще один дар богов, подумала Орхидея. Как легко согласиться и, бросив все, уехать!
– Кто вам сказал, что я хочу вернуться? – спросила она.
– Никто. Просто интуиция. С тех пор как я предложил вам руку в ресторане Казино, у меня создалось впечатление, что вы играете какую-то роль и чувствуете себя не на своем месте. А после вашего разговора с Катей впечатление превратилось в убеждение. Не знаю, почему вы здесь, но, могу поспорить, вы хотите вернуться домой.
– Вы знаете, а у меня нет больше дома, как такового... Здесь ли, там ли...
– Ну что ж, я мог бы быть вашим дедушкой... На этом судне вы в полной безопасности. Поразмыслите над моим предложением. Мы снимаемся с якоря в среду на заре.
Больше лорд ни о чем не сказал и не спросил. К нему обратилась соседка справа, и Орхидея почувствовала признательность за то, что он ни на чем не настаивал, оставив ее наедине со своими мыслями. Гордон Беннет с головой ушел в смакование знаменитых трюфелей, запивая их «Шато-Петру», и совершенно не мешал Орхидее размышлять.
Вот оно, настоящее искушение, думала она. Как легко забыть все, что отравляло ее существование: и месть, и быть может, то странное чувство, которое она испытывала к Пьеру Бо и о котором не знала ничего наверняка. Не придется больше разыгрывать комедию, играть в прятки с полицией, бояться. Прекрасная белая яхта под британским флагом перенесет ее через моря в порт Таку, а там...
В этот момент Орхидея услышала голос Альфиери и вздрогнула. Он нахваливал весенний сезон на озере Мажор. Как она может уехать, пока он жив! Европа развратила ее душу, пора действовать!
Взяв один из стоящих перед ней бокалов, к которым она доселе не притронулась, Орхидея медленно осушила его до дна. Ее осенила идея: если удастся расправиться с убийцей в ночь накануне отплытия «Робин Гуда», никому не придет в голову искать ее на борту. Через некоторое время мощное судно покинет территориальные воды Франции, и она окажется вне пределов досягаемости французской полиции. Сам того не подозревая, лорд Шервуд предложил ей то, о чем Орхидея смутно мечтала: способ отомстить и при этом избежать французского суда. Может быть, обольстительная страна тому причиной, что Орхидея теперь очень хотела жить. Все равно где, лишь бы не в тюрьме!
Когда гостям предложили кофе, Орхидея улыбнулась хозяину.
– Вполне вероятно, я приму ваше приглашение, лорд Шервуд. Думаю, совместное путешествие будет необычайно приятным. Война давно кончилась, и я уверена, что наша великая императрица сумеет отблагодарить вас за мое возвращение.
– Вы так близки с ней?
– Она вырастила меня. Мое настоящее имя – Ду Ван... принцесса Ду Ван, но, пожалуйста, забудьте его теперь же.
– Будьте покойны, баронесса! Вам просто нужно быть на яхте раньше пяти часов утра.
Орхидея чуть его не расцеловала. Ни удивления, ни вопросов! Как истый англичанин, лорд Шервуд считал невозможным вмешиваться в тайны и личную жизнь дамы, которой он симпатизировал. Он сделал предложение, ей выбирать – согласиться или отказаться. И ничего более. Причины ее поступков его не интересовали.
Вдруг с древней стены замка выстрелила пушка, выпустив в голубое небо сноп белого дыма. Город, казалось, взорвался криками, звуками и красками. Гигантское чучело короля карнавала из папье-маше, сидящее на бочке, начало свое триумфальное шествие по городу в сопровождении Уланского Шампанского полка и Рыцарей вилки и ложки. Толпы людей в карнавальных костюмах вопили от восторга, приветствуя их недолговечного повелителя.
«Робин Гуд» встал на якорь напротив Оперы, с мостика открывался прекрасный вид на Английский бульвар, обсаженный пальмами и лавром – калейдоскопом зеленого, белого и розового, – на новые гостиницы, виллы, огромный пляж и пышную растительность за ним – излюбленное место сыновей туманного Альбиона.
Пройдя по главным улицам города, праздничный кортеж вышел, наконец, на Английский бульвар, теперь его можно было разглядеть даже без бинокля.
Лорд Шервуд снабдил биноклем каждого из приглашенных, так, чтобы все могли любоваться праздником, не боясь быть раздавленным огромной толпой. Воздух наполнился звуками фанфар. Орхидея, как и все, с удовольствием наблюдала за веселой беззаботной толчеей; треск петард напомнил ей китайский Новый год.
– Эти восторги не кажутся вам слишком вульгарными? – раздался голос рядом с ней. – Нужно не бояться потасовок, чтобы находиться там, в толпе. А я хотел бы показать вам завтра праздник цветов на Корсо.
«Граф» Альфиери облокотился рядом на поручень. У Орхидеи замерло сердце: пора вступать в бой. Она слегка улыбнулась, не отрываясь от бинокля.
– Мне уже предложили показать битву цветов. Спасибо, вы очень любезны, но я не люблю толпу, а завтра она наверняка не станет меньше.
– Конечно нет, но само зрелище вам непременно понравится. Его следует смотреть с более близкого расстояния. С террасы гостиницы «Вестминстер», например. Мы могли бы выпить там чая.
– Вы приглашаете меня?
– Со всей официальностью.
– Но почему именно меня? Мы почти не знакомы.
– Вы уверены? А мне кажется, я знаю вас давным-давно.
Орхидея рассмеялась:
– Вот как! Прекрасно! Только что вы не нашли ничего более оригинального, чем спросить, где вы меня видели.
– Если желаете посмеяться надо мной, не стесняйтесь! Нет ничего прелестнее вашего смеха.
– Бог мой! Какие черные намерения вы мне приписываете! Лучше ответьте, пожалуйста, на один вопрос.
– Какой?
– Вчера, сопровождая мадемуазель д'Оврэй, вы были далеки от мыслей обо мне. Тогда откуда этот внезапный интерес? Из-за того, что вам предпочли Григория?
– Вы так не думаете. Я, во всяком случае, надеюсь, – он вдруг стал серьезным. – Надо быть полным идиотом, чтобы сравнивать вас с этой молоденькой девицей. Очаровательной, без сомнения, но неспособной надолго и серьезно привязать мужчину.
– А вот Каланчин думает иначе. Напомню, дрались вы именно из-за нее. Великая честь, нет? Особенно, если она – незаслуженная.
– Стоит ли напомнить, что дрался я против своей воли. Исключительно благодаря стараниям лорда Шервуда.
– Без него вы просто сцепились бы, как грузчики в порту, – сказала Орхидея презрительно, чем заставила покраснеть молодого человека. – Я считаю, чтолорд Шервуд оказал услугу вам обоим. Зрелище в ресторане было крайне забавным и при этом вовсе лишенным какого бы то ни было величия.
– Вы беспощадны! – тихо вымолвил «граф», даже не скрывая ярости. Однако ценой неимоверных усилий все же сдержался. Далее голос его был сама любезность.
– Мы далеко уклонились от начальной темы разговора. Если мне не изменяет память, я пригласил вас на вполне невинную чашечку чая, упомянув о празднике цветов...
– Вы приглашаете меня одну? Прилично ли это? Я ничего о вас не знаю, за исключением того, что вы итальянец, молоды, граф и... весьма очаровательны.
– Ну вот я и дождался от вас лестных слов! О, мадам, я счастлив.
Он действительно выглядел очень счастливым, и Орхидея подумала, в своем ли он уме. Его черные глаза излучали такую радость, как будто он был ребенком, получившим долгожданный подарок. Она презрительно улыбнулась.
– Я польщена. Но вы не ответили на мой вопрос: кто вы?
Реакция Альфиери была мгновенной:
– Примите мое приглашение, и я скажу вам все. Его уверенность не понравилась молодой женщине. Она лукаво улыбнулась и пожала плечами.
– Почему вы решили, что меня это интересует? Простите, я хотела бы выпить еще кофе... Орхидея оставила его и присоединилась к леди Куинборо, слуга-сикх как раз принес ей кофе. Орхидея тоже взяла чашечку и присела рядом с американкой.
– Я хотела поболтать с вами, но этот красавец-итальянец буквально атаковал вас, и я сочла неприличным вмешиваться.
– Это было ошибкой с вашей стороны. Он из тех молодых людей, которые считают, что им все позволено. Но, может, он один из ваших друзей, и вам неприятны мои слова?
– Мой друг? Ни в коем случае! Я впервые его вижу! Он живет в Ницце?
– Лорд Шервуд сказал, что у него есть здесь дом и он всегда приезжает на карнавал.
– Странно, мы с мужем тоже приезжаем на карнавал каждый год, но его ни разу не встречали. А ведь у него запоминающаяся внешность. Хотя в эти дни видишь обычно больше масок, чем живых лиц. Вы будете сегодня на балу у Кочубеев?
– Нет. У меня здесь мало знакомых. Я просто приехала отдохнуть. Приглашение лорда Шервуда показалось мне очень заманчивым – наблюдать за праздником издалека. Участвовать же в светской жизни большого желания у меня нет.
– Но как же вы, прелестнейшая женщина, будете грустить в одиночестве, когда другие веселятся? По-моему, это ненормально. Держу пари: молодой граф пригласил вас куда-то, но вы отказались.
Очевидно, пари были любимым занятием леди Куинборо, но выглядело это весьма забавно.
– На это раз вы выиграли, – сказала Орхидея. – Он хотел, чтобы завтра я любовалась – праздником цветов с террасы отеля «Вестминстер» в обществе его самого и чашки чая.
– Ну так примите это приглашение!
– Как? Вы хотите, чтобы я...
– Ну конечно! Идея превосходна, место хорошо выбрано и... все что хотите. Но вот одной ходить не стоит. Предлагаю сопровождать вас – отправимся вместе. Я познакомлю вас со многими людьми, а они, в свою очередь, почтут за честь пригласить вас. У вас в течение всего месяца и минуточки свободной не будет.– Ну что ж, весьма соблазнительно.
Увидев, что Альфиери со сконфуженным видом движется в ее направлении, Орхидея улыбнулась:
– Ну же, граф, выше голову! Я была с вами излишне резка, но вы сами виноваты. Мир? Вот вам доказательство моей доброй воли: я принимаю ваше приглашением...
– Однако мы идем все вместе, – добавила леди Куинборо, не обращая внимания на сконфуженную физиономию молодого человека. – Терраса «Вестминстера» – излюбленное место англичан. Во время карнавала лучше быть вместе, иначе настоящего веселья не получится.
Альфиери согласно кивнул, но в глазах его Орхидея прочла упрек, а это ее удивило. Почему он так трагически воспринял ее невинную уловку?
Ее догадка подтвердилась несколько позже, когда ему вновь удалось остаться с ней наедине.
– Почему вы издеваетесь надо мной?
– У меня и в мыслях не было...
– Перестаньте! Вы прекрасно поняли, что я хотел видеть вас одну.
– Посреди толпы англичан? Дорогой граф, по-моему, вы не совсем в ладах с тем, что касается светских обычаев. Прежде чем требовать для себя привилегий от дамы, нужно удостовериться, нравитесь ли вы ей.
Альфиери побледнел.
– Ах вот в чем дело! Я вам не нравлюсь...
– Да подождите, дайте мне немного узнать вас. И тогда я выскажу свое мнение.
– Пусть будет так! Я подожду!
– Принимая во внимание, что не прошло еще и дня с момента нашего знакомства, ждать вам будет нетрудно. К тому же мы увидимся завтра.
– Позвольте мне хотя бы сопровождать вас домой...
– У меня уже есть на выбор два экипажа: тот, что прислал за мной лорд Шервуд, и карета четы Куинборо. Я, очевидно, выберу второй, поскольку мы живем в одной гостинице.
– Тогда поужинаем вместе сегодня вечером! Позвольте пригласить вас...
Он все больше и больше становился похож на нетерпеливого испорченного ребенка, который не может примириться с отказом.
– Вы только что сказали, что сумеете подождать. Не настаивайте, пожалуйста. У меня нет ни малейшего желания выходить сегодня вечером, я хотела бы побыть одна.
– Что ж, как хотите, – вздохнул Альфиери недовольно. Затем поклонился и отправился на нос судна, где Гордон Беннет и лорд Шервуд что-то оживленно обсуждали. Оставшись наконец одна, Орхидея мысленно себя поздравила – первый раунд принес ей удовлетворение. Конечно, не было ничего проще, как согласиться отужинать вместе с Альфиери, но она посчитала это несвоевременным.
Куда бы они сейчас ни пошли, им вряд ли удастся остаться вдвоем. А у нее уже созрел план. Она покончит с убийцей Эдуарда в ночь со вторника на среду. Вторник – последний день карнавала, наверняка будет фейерверк, которым всегда завершаются официальные празднества. Космополитическое общество Ниццы весьма вольно относилось к строгостям Великого поста, и вплоть до Страстной недели балы сменялись чаепитиями с танцами, комедийные постановки концертами, веселые пикники балами и так далее. Орхидея решила в эту ночь заманить свою жертву в какой-нибудь уединенный уголок, пусть даже под предлогом любовного свидания. Трудностей здесь возникнуть не должно, поскольку Альфиери только и мечтает остаться с ней наедине. Она исполнит свою месть, сотрет следы своего присутствия и поспешит на «Робин Гуд», где ее уже будет ждать ее багаж. Чтобы избежать возможных расспросов, неплохо бы заранее оставить чемоданы в камере хранения на вокзале. Как будто она собирается уехать поездом. А затем за соответствующую плату договориться с посыльным отнести багаж в порт. Неясной оставалась лишь одна деталь: выбор оружия мести. Кинжал предпочтительнее, так как не производит шума, но вынуждает к неприятной близости, да и пятна крови могут попасть на одежду. Револьвером можно воспользоваться на расстоянии, но тогда кто-нибудь может услышать звук выстрела... Правда, трескотня и шум фейерверка помогут его заглушить.
Орхидея грациозно вытянулась в шезлонге, наблюдая, как золотится море в лучах заходящего солнца. Рядом с ней, любуясь великолепным пейзажем, лорд Куинборо расхваливал фантасмагоричного Тернера – своего любимого живописца – по очереди вспоминая его творения: «Догана в Венеции», полотна из цикла «Одиссея», «Пожар в Лондонском парламенте» и свою любимую «Отважный», влекомый к последнему причалу». Орхидея его почти не слушала, а он и не обращал на это внимания, по обычаю отдавая предпочтение молчаливой аудитории. Он и вообразить не мог, какие смертоносные планы вынашивает эта высокая очаровательная женщина, пока яхта везет их обратно в порт.
Через несколько минут Орхидея, облокотившись о поручень, уже внимательно наблюдала на маневрами «Робин Гуда» возле причала, отмечая место стоянки, дабы без труда найти его ночью. И вдруг на террасе одного из портовых кафе она увидела двух мужчин, сидящих за столиком с огромными бокалами в руках, на тарелках перед ними лежали небольшие жареные рыбешки. Они были немного похожи друг на друга, носили одинаковые шляпы и выглядели самыми невинными людьми на свете. Однако она голову могла дать на отсечение – это были те, кто напал на нее на Орлеанском вокзале. Орхидея узнала их по едва заметным штрихам: манере держаться, носить чуть наискось шляпу... Во всяком случае она была абсолютно уверена, что не ошибается.
Бывшая царская фаворитка – после полудня она практически все время спала – первой сошла по трапу в окружении сонма своих слуг, внимательный хозяин почтительно проводил ее до кареты, Леди Куинборо повернулась к Орхидее, которая собиралась последовать за русской княгиней:
– Вы едете в «Эксельсиор» с нами, баронесса? А как вы отнесетесь к тихому ужину в зимнем саду отеля, только вы и мы? Ни я, ни муж не собираемся сегодня больше выходить.
– А как же бал?
– Ой, только не сегодня! Что-то говорит мне, что у меня непременно будет мигрень.
– В таком случае я присоединюсь к вам с величайшим удовольствием.
Когда Орхидея спустилась на пристань, солнце скрылось за замком, и раскрывать зонтик было бы просто смешно. Но она все-таки украдкой вглядывалась в лица сидящих на террасе мужчин: те рассматривали спускающихся по трапу на причал пассажиров яхты. Орхидея инстинктивно нашла глазами Альфиери, в надежде заметить какую-нибудь связь, а следовательно, и сговор между ним и мужчинами с Орлеанского вокзала. Но Альфиери уже исчез. Лорд Шервуд в одиночестве махал рукой последним гостям.
Ужин в зимнем саду прошел быстро, Куинборо оказались милейшими людьми. Дамы вскоре ушли отдыхать, оставив лорда Куинборо наедине с бутылкой порто. Робер Лартиг не появился, чему Орхидеядаже была рада. Несмотря на заключенное между ними соглашение, она решила не открывать ему своих тайных планов, чтобы быть абсолютно уверенной, что никто ей не помешает.
Но на следующее утро грум принес оставленное для нее письмо. Подписи не было, но со всей очевидностью писал Лартиг. Краткий текст сопровождал аккуратно сложенную вырезку из газеты: «Это он, – писал журналист, – будьте осторожны, не связывайтесь с ним без моего ведома. Прочтите статью и вы поймете, что не должны выдавать себя. Приду, как только смогу. Доверяйте мне!»




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману -



Отлично
- Кэтти
30.09.2009, 17.51





отличная книга
- оксана
8.01.2010, 19.50





Очень интересная и жизненная книга. Очень понравилось.
- Natali
30.01.2010, 8.55





Цікаво,яку ви книжку читали, якщо її немає???
- Іра
28.08.2010, 18.37





класно
- Анастасия
30.09.2010, 22.13





мне очень нравится книги Тани Хайтман я люблю их перечитывать снова и снова и эта книга не исключение
- Дашка
5.11.2010, 19.42





Замечательная книга
- Галина
3.07.2011, 21.23





эти книги самые замечательные, стефани майер самый классный писатель. Суперрр читала на одном дыхании...это шедевр.
- олеся галиуллина
5.07.2011, 20.23





зачитываюсь романами Бертрис Смолл..
- Оксана
25.09.2011, 17.55





what?
- Jastin Biber
20.06.2012, 20.15





Люблю Вильмонт, очень легкие книги, для души
- Зинулик
31.07.2012, 18.11





Прочла на одном дыхании, несколько раз даже прослезилась
- Ольга
24.08.2012, 12.30





Мне было очень плохо, так как у меня на глазах рушилось все, что мы с таким трудом собирали с моим любимым. Он меня разлюбил, а я нет, поэтому я начала спрашивать совета в интернете: как его вернуть, даже форум возглавила. Советы были разные, но ему я воспользовалась только одним, какая-то девушка писала о Фатиме Евглевской и дала ссылку на ее сайт: http://ais-kurs.narod.ru. Я написала Фатиме письмо, попросив о помощи, и она не отказалась. Всего через месяц мы с любимым уже восстановили наши отношения, а первый результат я увидела уже на второй недели, он мне позвонил, и сказал, что скучает. У меня появился стимул, захотелось что-то делать, здорово! Потом мы с ним встретились, поговорили, он сказал, что был не прав, тогда я сразу же пошла и положила деньги на счёт Фатимы. Сейчас мы с ним не расстаемся.
- рая4
24.09.2012, 17.14





мне очень нравится екатерина вильмон очень интересные романы пишет а этот мне нравится больше всего
- карина
6.10.2012, 18.41





I LIKED WHEN WIFE FUCKED WITH ANOTHER MAN
- briii
10.10.2012, 20.08





очень понравилась книга,особенно финал))Екатерина Вильмонт замечательная писательница)Её романы просто завораживают))
- Олька
9.11.2012, 12.35





Мне очень понравился расказ , но очень не понравилось то что Лиля с Ортемам так друг друга любили , а потом бац и всё.
- Катя
10.11.2012, 19.38





очень интересная книга
- ольга
13.01.2013, 18.40





очень понравилось- жду продолжения
- Зоя
31.01.2013, 22.49





класс!!!
- ната
27.05.2013, 11.41





гарний твир
- діана
17.10.2013, 15.30





Отличная книга! Хорошие впечатления! Прочитала на одном дыхании за пару часов.
- Александра
19.04.2014, 1.59





с книгой что-то не то, какие тообрезки не связанные, перепутанные вдобавок, исправьте
- Лека
1.05.2014, 16.38





Мне все произведения Екатерины Вильмонт Очень нравятся,стараюсь не пропускать ни одной новой книги!!!
- Елена
7.06.2014, 18.43





Очень понравился. Короткий, захватывающий, совсем нет "воды", а любовь - это ведь всегда прекрасно, да еще, если она взаимна.Понравилась Лиля, особенно Ринат, и даже ее верная подружка Милка. С удовольствием читаю Вильмонт, самый любимый роман "Курица в полете"!!!
- ЖУРАВЛЕВА, г.Тихорецк
18.10.2014, 21.54





Очень понравился,как и все другие романы Екатерины Вильмонт. 18.05.15.
- Нина Мурманск
17.05.2015, 15.52








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100