Читать онлайн Ловушка для Катрин, автора - Бенцони Жюльетта, Раздел - Топор и факел в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Ловушка для Катрин - Бенцони Жюльетта бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 7.14 (Голосов: 21)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Ловушка для Катрин - Бенцони Жюльетта - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Ловушка для Катрин - Бенцони Жюльетта - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Бенцони Жюльетта

Ловушка для Катрин

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Топор и факел

Лес пылал. На черном небосводе расползалась красная туча, которую прорезывали длинные языки пламени. Густой дым окутывал еще не тронутые верхушки деревьев, которые пригибал поднявшийся ветер.
Эта ночь была созданием дьявола! Воздух, заполненный искрами, был удушающим, с едким запахом жженой древесины и горелого мяса.
Где-то там, в самой сердцевине пожара, еще были слышны крики. Это были долгие прерывистые жалобы, стоны, исторгаемые из страдающих тел, у которых больше не оставалось сил кричать. Время от времени слышались угрожающие раскаты грома, но они только на мгновение покрывали ужасный шум, вырывающийся из разоренной деревни…
Притаившись в густых зарослях, Катрин и ее спутники не решались пошевелиться, старались даже задерживать дыхание, словно разбойники могли их услышать. Молодая женщина закрыла глаза и прижала ладони к ушам, чтобы больше не видеть, не слышать, укрыться от страха и усталости. Она не представляла, что это утомительное путешествие с бешеной скачкой окончится сошествием в преисподнюю, устрашающим падением в самую глубину ужаса.
Кошмар начался, как только они переехали Луару, в Жиене. До тех пор путешествие по пескам и равнинным лесам было монотонным. Но потом… Опустошенные земли, разоренные, сожженные деревни, истребленный урожай, обугленные развалины, полуразложившиеся трупы, оставленные без погребения, заброшенные монастыри, снесенные замки, в том случае, если их стены не были достаточно сильны, чтобы оказать сопротивление банде, оскверненные колодцы, распираемые сваленными туда трупами, все беды были следами тех, кого называли живодерами.
Они были еще более жестокими, чем когда-то Большие Компании, появившиеся несколько недель спустя после подписания Аррасского договора, который положил конец войне Франции с Бургундией.
Это были люди войны, находящиеся на службе у того или другого военачальника. Мир для них означал спокойствие и размеренную жизнь, которой они не желали. Вкус к приключениям, невозможность найти другие способы к существованию, привычка к жизни за счет разбоя и грабежа превратили наемные войска в безжалостных бандитов, разбойников с большой дороги.
Это были французы, немцы, испанцы, фламандцы или шотландцы, но все они разбойничали вместе, и королевство, которое уже так пострадало от войны, теперь страдало еще больше от мира.
Аррасский договор был для них всего лишь клочком бумаги. С жадным аппетитом они бросились на бургундские земли, громко заявляя как бы для очистки совести, что этим Аррасским договором король обворован. Но был и лучший предлог: у англичан еще оставались некоторые крепости, и якобы с целью их атаковать они опустошали страну.
Но бургундская сторона имела своих живодеров.
Наученная опытом, Катрин старалась избегать опасных мест, которые хорошо знала. Помимо нескольких передышек в больших аббатствах или укрепленных городах, она выбирала кружные или заброшенные дороги.
Самыми опасными были леса. В них скрывались несчастные крестьяне, покинувшие сожженные дома и лишенные всех средств к существованию. Они вели дикую жизнь, становясь волками еще в большей степени, чем те животные, у которых они оспаривали пропитание.
Дважды Катрин и ее спутники были обязаны жизнью быстроте их лошадей. Третий раз Готье пришлось выбросить за собой мешок с собственной провизией под ноги группе заросших волосами и покрытых лохмотьями полулюдей, полупризраков, которые бросились их догонять.
– Иначе пришлось бы обнажить меч, – пояснил он Катрин. – Я заметил детей среди этих бедняг…
Не раз молодой человек умолял Катрин повернуть обратно. Но Катрин ничего не хотела слышать.
Споря, прячась, выискивая укрепленный город, в котором можно было немного передохнуть, они добрались наконец до Шатийонского леса. Им оставалось покрыть всего три лье, когда разразилась драма.
Трое путешественников ехали через лес вдоль маленькой речки, которую Катрин хорошо знала. Это был Ожин, чьи воды заполняли рвы замка Эрменгарды. Спускалась ночь, но было решено, что в этот вечер они остановятся только в замке.
– Мы так близко теперь, что было бы жаль терять время! Заночуем в замке…
– Мы близко, но погода портится, – сказал Готье. – Вот уже дважды я слышал вдали гром, и мне кажется, я вижу там довольно темную тучу.
Весь день жарило, как в печке. Не раз они останавливались на берегу ручья, чтобы освежиться.
Катрин пожала плечами:
– Гроза неизбежна, Готье, но я ее даже желала бы. Мне кажется, что хороший ливень был бы кстати.
– Ну и что ж, пусть будет ливень! – заключил добродушно Готье. – Я чувствую, что настолько высох, что могу вспыхнуть, если ко мне поднести факел на расстояние фута.
Именно тогда они увидели в прозрачных водах реки зловещий кровавый след и оперение стрелы, торчавшей из воды так прямо, что сомнений не было – она торчала из тела.
Может быть, успев привыкнуть к такого рода зрелищам, они бы и проехали мимо, если бы не услышали стон, а затем и шум битвы.
Готье придержал лошадь, спрыгнул на землю, спустился к берегу реки и двинулся к тростниковым зарослям.
– Помоги мне, – крикнул он Беранже. – Здесь человек, он еще жив.
Пока Катрин заводила лошадей в лес, чтобы привязать там к дереву, Беранже бросился на зов друга.
Вдвоем им удалось вытянуть на берег крупного мужчину, одетого в широкую блузу и штаны из грубой ткани, с которых потоками стекала вода. Из его груди торчала стрела, лицо было искажено страданием. Розоватая пена покрывала обескровленные губы, из которых вырывался слабый стон.
Катрин опустилась перед раненым на колени и платком вытерла его губы.
– Он умрет?
– Стрела вошла слишком глубоко, чтобы я мог ее вырвать, – произнес Готье, осматривавший рану. – Если бы у него был шанс, я срезал бы оперение и протолкнул ее вглубь, чтобы вытянуть из спины. Но смерть уже делает свое дело…
Действительно, лицо человека стало приобретать свинцовый оттенок. Катрин торопливо достала из своего мешочка, висевшего на поясе, маленький флакон, который поднесла к губам умирающего. Это была смесь из кипрского вина, всевозможных ароматических трав, знаменитого «жгучего раствора господина Арно», которым Жак Кер снабдил ее среди прочих вещей.
Горячая влага потекла по губам раненого. По его телу пробежала дрожь, и он открыл глаза. Его карие глаза казались подернутыми туманом. Он двинулся, потом обратил лицо к молодой женщине и вытянулся. Его руки били воздух, губы двигались, но беззвучно.
– Похоже, он хочет что-то сказать! – прошептал Беранже.
Катрин дала ему еще каплю эликсира. Тогда раненый пробормотал:
– Бегите… Нельзя… туда идти! Жи… водеры! Дворянчик из Коммерси… Его называют… капитан Гром. Уезжайте… отсюда!
Он всхлипнул, запрокинулся назад в предсмертном спазме, из его рта хлынула кровь, и он замер.
– Он мертв, – сказал Беранже дрожащим голосом, и Катрин закрыла ему глаза.
– Гром! – проворчал Готье. – Капитан Гром! А это еще кто такой?
– Грома я не знаю, – сказала Катрин. – Но могу вам сказать, кто такой Дворянчик. Он прекрасен, как женщина, знатен, как принц, доблестен, как Цезарь, молод… как вы, Готье, и жесток, как монгольский воин! Его зовут Роберт де Сарбрюк граф де Коммерси, архангел с глазами невинной девушки и душой демона. Однако смотрите… слушайте…
Теперь уже была ночь; под деревьями и в лесной чаще слышался гул, и первые вспышки пожара краснели на излучине реки.
– Мы не сможем проехать, – заявил Готье, увлекая Катрин к тому месту, где она привязала лошадей. – Надо спрятать животных, спрятаться самим и переждать. Когда они все сожгут… они, конечно, уйдут в другое место.
Замаскировав лошадей в чаще, они спрятались в соседней лесосеке.
Приближалась гроза. Огромные бледные вспышки простреливали небо, которое грохотало почти без перерыва, но еще не упало ни одной капли.
– Только бы пошел дождь! – пробормотал Готье. – Появилась бы надежда, что он потушит огонь. Ветер его несет как раз на нас. Он преграждает нам дорогу, по которой мы могли бы обогнуть деревню. С другой стороны река, а она кажется мне быстрой и опасной.
– Лучше утонуть, чем попасть в руки этим людям, – возразил Беранже.
Катрин ничего не говорила. Сквозь деревья она видела, как двигаются вдалеке беспокойные тени, но с каждой минутой голоса людей, крики и проклятия слышались все явственней.
– Кто-то, должно быть, убежал, – предположила Катрин. – Послушайте! Его преследуют… Боже мой! Они приближаются. Надо идти, или мы окажемся в кольце! С Божьей помощью!
Они неслышно двинулись вдоль реки, потом осторожно спустили лошадей в реку. Животные плыли вверх по реке, борясь с течением.
Раскаты грома следовали один за другим, а грохот, доносившийся из захваченной деревни, перекрывал тот шум, который они производили при плавании.
Наконец копыта лошадей коснулись дна реки.
– Мы не попали во вспышки света, – сказал Готье с удовлетворением. – Это удача и…
Он не закончил фразу. Внезапно луг, поднимавшийся над отмелью, и заросли как будто вспыхнули. Группа людей, некоторые из которых держали факелы, отделилась от высокого леса, направляясь к укрепленной ферме, которая стояла на вершине холма и которую Катрин увидела слишком поздно. Но в одно мгновение путешественники оказались на свету.
– Эй! – крикнул один из разбойников. – Вы только посмотрите, что там в реке!
С дикими воплями они стали спускаться по лугу вниз.
– Мы погибли! – простонала Катрин.
– Если эти люди на стороне короля Карла, у нас, может быть, есть шанс, – крикнул Готье. – Ворон ворону глаз не выклюет!
– Живодеры не служат никому, а только самим себе!
Они пытались направить лошадей в реку, но было уже поздно.
Не прекращая испускать дикие вопли, несколько мужчин уже вошли в реку и успели схватить лошадей за поводья. Юноши обнажили оружие, отчаянно пытаясь защищаться, но их усилия были напрасны. В мгновение ока все трое были брошены на прибрежный песок.
– Славная добыча! – вскричал один из нападавших. – Важные птицы и, наверное, богатые люди! Торговцы, конечно…
– Торговцы! – прорычал Готье, неистово вырывавшийся. – У нас что же, вид торговцев? Мы дворяне, подонок, а наш друг…
Он замолчал. Тот, кто казался главным, встал на колени перед Катрин, которая ударилась головой о пень, когда ее швырнули на землю, и лежала неподвижно, оглушенная. Он грубо сорвал черный капюшон, который покрывал голову молодой женщины. Показались золотые косы, казавшиеся почти рыжими в свете факелов.
– Смотри-ка! Смотри-ка!.. – проговорил он. – Какой приятный сюрприз!
Чтобы удостовериться, он вытащил кинжал и быстрым жестом рассек шнурки, которые завязывали плащ молодой женщины. Взорам мужчин предстали полоски ткани, которыми она стягивала грудь. Лезвие кинжала разрезало их в одну секунду, и совершенное доказательство женского пола пленницы развернулось перед глазами воров.
Их глава восхищенно присвистнул.
– Давайте до конца очистим скорлупку с этого лакомого ядрышка. Это в самом деле женщина, ребята. И из самых приятных…
– Бандиты! Дикари! – ревел Готье, задыхаясь. – Это не женщина, это дама! Знатная дама, и если вы только осмелитесь до нее дотронуться…
Пунцовый от бессильной ярости, он извивался в веревках и задыхался. Тем временем их командир, намеревавшийся раздеть Катрин, раздраженно пожал плечами.
– Заткните этого крикуна! Он мне мешает думать… Ну-ка скажите, ребята, если мне не изменяет память, никто до сих пор не запрещал нам иметь дело с благородными дамами, насколько я знаю? Главное – это узнать, откуда они? Давай, курочка! Просыпаемся!
Пока один солдафон кулаком оглушил Готье, другой вылил в лицо Катрин полную каску воды. Она вздрогнула, открыла глаза, выпрямилась нервным движением, почувствовав, как грубые руки поглаживают ее грудь, и плюнула, как рассерженная кошка.
Оттолкнув изо всех сил мужчину, который, потеряв равновесие, шмякнулся на спину, она вскочила на ноги, вытащила кинжал из-за пояса и сжала его в кулаке.
– Банда прохвостов! Я распорю живот первому, кто приблизится!
Ответом на угрозу был громкий взрыв хохота. Командир поднялся, вытирая черное от пыли и копоти лицо кожаным рукавом.
– Идет, – сказал он, – мы потолкуем! Но только потому, что нам сказали, что ты «знатная дама», а иначе не воображай, что это твое веретено помешает нам сделать с тобой все, что нам захочется! Кто ты? Откуда едешь?
– Из Тура, где десять дней назад присутствовала на свадьбе монсеньора дофина! Я придворная дама королевы!
– Скажи-ка! Хромой! Кажется, это серьезно! Может, стоит отвезти всех к капитану, что скажешь, Хромой?
– Когда мне понадобится твое мнение, я его спрошу! – рявкнул другой.
И снова обратился к Катрин:
– Как тебя зовут, прекрасная госпожа?
– Я графиня де Монсальви. Мой муж известен среди капитанов короля Карла!
Хромой помолчал, почесал свою взлохмаченную шевелюру, снова надел каску и повернулся, пожимая плечами.
– Ладно! Ведите всех к капитану Грому. Тем более что я тоже предпочитаю с ним не связываться… Но знаешь, красавица, если ты мне тут все наплела, он все враз поймет, потому что он их знает, этих придворных дам. Во всяком случае, раз ты красива, у тебя есть шанс быть повешенной только после отсрочки. Гром красоток любит. Эй, вы там, поехали! Ты, Корнисс, втащишь этих юнцов на лошадей, свяжешь все-таки руки даме, потому что она слишком легко поигрывает с ножом, и отвезешь в деревню. Я умываю руки.
Пока Корнисс привязывал Готье и Беранже, все еще не пришедших в сознание, к лошадям, потом связывал руки Катрин, Хромой с товарищами начали взбираться по откосу и поехали по дороге к укрепленному дому, такому же черному и молчаливому. Через мгновение, вооружившись стволом дерева, они бросились на приступ двери.
Корнисс взял конец веревки, которой была связана Катрин. Его товарищ вел лошадей на поводу. Все направились к деревне, которую с этим берегом связывал небольшой мостик.
Катрин изо всех сил старалась прикрыть свою накидку, разорванную до пояса, но вскоре об этом перестала даже думать, завороженная открывшейся перед ней картиной: кроме двух-трех домов, вся деревня пылала. От некоторых хижин осталась только куча краснеющих углей, из которых торчали почерневшие брусья. Другие пылали, как факелы, большим светлым пламенем, который разносил ветер. Горели даже кучи навоза, распространяя удушающий дым и запах.
Повсюду лежали трупы. Она видела женщин с задранными на голову юбками, которые умирали в лужах крови и нечистот со вспоротыми животами; умиравшего старика с отрезанными кистями, который полз, упираясь локтями в землю, а из обрубков толчками брызгала кровь; повешенных с фиолетовыми лицами; привязанных вниз головой над затухающим огнем, лица которых превратились в огромные почерневшие угли…
Катрин закрыла глаза, чтобы не видеть это, споткнулась и упала на колени.
– Надо смотреть под ноги, мадам! – сказал ей Корнисс. – Здесь не двор.
– Смотреть? Чтобы видеть это? Но кто же вы такие? Звери? Нет, вы хуже зверей, так как звери, даже самые дикие, не обладают вашей жестокостью. Вы изверги, демоны с человеческими лицами…
Другой лишь пожал плечами.
– Ну что же! Это война!
– Война? Вы называете это войной? Убийства, пытки, грабежи, пожары, насилие!
Корнисс назидательно поднял палец:
– «Война без огня ничего не стоит, не больше, чем свиная колбаса без горчицы!..» – это сказал король Англии! А он знает, о чем говорит!
Катрин предпочла не отвечать. Они направлялись к церкви. Сорванная дверь висела на петлях, изнутри шел свет и доносились крики животных.
Они приблизились, и Катрин увидела, что внутри было полно коров, телят, быков и коз, которых наемник в кирасе, надетой на монашескую рясу, записывал в толстую книгу, лежащую на аналое. Приделы были завалены тюками фуража, а в маленькой часовне люди сваливали продовольствие, захваченное в деревне.
Корнисс позвал монаха-переписчика.
– Эй, начальник! Ты знаешь, где капитан?
Не отрываясь от своего письма и не поднимая глаз, переписчик показал в сторону.
– Там, последний дом, сзади! Это дом бальи. Он там…
– Ладно! Пошли туда! – вздохнул наемник, потянув за веревку, которая связывала его с Катрин.
Она устремила горящий ненавистью и отвращением взгляд в тусклые глаза солдафона.
– Будьте прокляты! Вы все будете прокляты! Если вас не накажут люди, этим займется Бог! Вы будете гнить в тюрьмах и на виселицах, чтобы затем вечно гореть в аду!
К великому удивлению молодой женщины, человек перекрестился и с видимым страхом приказал ей замолчать, если не хочет, чтобы ей заткнули рот.
Пожав плечами, она повернулась к нему спиной и вышла из оскверненной церкви с поднятой головой. И в эту секунду ужасная вспышка молнии осветила всю деревню и разразилась гроза. Водяные смерчи обрушились водопадом с черного неба, откуда раздавался рев апокалипсиса, прибивая огонь, поливая горящие угли, которые задымились, как паровые котлы.
Корнисс посмотрел на Катрин в ужасе и выставил на нее два пальца, растопыренные наподобие рогов.
– Колдунья!.. Ты колдунья! Знатная ты дама или нет, но я скажу капитану, чтобы он приказал тебя сжечь!
У молодой женщины вырвался сухой смешок:
– Колдунья? Потому что разразилась гроза? Это Бог гремит над вашими головами, бандиты! Это он подтверждает мои слова, а не дьявол, ваш хозяин.
Вместо ответа он помчался бегом, таща ее за собой по лужам. Дождь безжалостно хлестал по их лицам.
Так они вбежали под навес довольно красивого дома со ставнями. Оттуда раздавались ужасные завывания.
Оставив лошадей под навесом вместе с их грузом и сторожами, Корнисс увлек Катрин в низкую дверь, которую открыл ударом ноги.
– Капитан! – крикнул он. – Я вам тут доставил дичь…
Но его слова потерялись в криках, заполнявших комнату, и он остановился на пороге, живо заинтересованный, в то время как Катрин задохнулась от крика ужаса. На этот раз она, кажется, пересекла порог ада!
Комната, в которой она оказалась, была залой довольно внушительных размеров, где главным украшением являлся широкий каменный камин, увенчанный статуей Девы, но именно из этого камина и раздавались завывания. Бородатый человек был привязан к доске, положенной на два табурета, а его ноги жарились в огне. Конвульсивно дергаясь в своих оковах, сдерживаемый четырьмя мужчинами, он широко открывал рот, из которого вылетал бесконечный крик агонии.
Живодеры на мгновение его вытянули и задали все тот же вопрос:
– Где ты спрятал деньги?
Но он нашел еще силы отрицательно потрясти головой; на его лице горели вытаращенные глаза, и на висках толстые фиолетовые вены, казалось, были готовы лопнуть. И пытка возобновилась.
Контрапунктом послышались крики и мольбы женщины. Они исходили из глубины комнаты, где стояла большая кровать с красным пологом, которая трещала под тяжестью двух переплетенных тел. В тени занавесок Катрин заметила ногу и обнаженную руку, длинные светлые волосы, и наконец женщину, которая плакала и стонала под тяжестью мужчины, который овладел ею с варварской жестокостью… Мужчина был в стальной кольчуге, которая усугубляла пытку несчастной.
– Скажи им, Гийом!.. Скажи им! – стонала она. – Не дай себя убить!
С расширенными от ужаса глазами Катрин смотрела по очереди на казнимого и женщину, будучи не в силах закрыть глаза и отвернуться, доведенная до такой стадии ужаса, что, казалось, он подавил в ней все рефлексы.
В кошмаре она увидела, как кулак опустился на лицо женщины, которая, потеряв наконец сознание, замолчала, в то время как с коротким хрипом ее палач получал до конца свое удовольствие.
Тем временем крики мужчины разом прекратились, а его голова безжизненно упала назад. Наемники отодвинулись от огня.
– Капитан! – позвал один. – Он потерял сознание…
– Или умер! – сказал другой, прикладывая ухо к груди мужчины. – Я ничего не слышу…
Ропот гнева послышался из глубины алькова, и длинная серая фигура с грохотом поднялась.
– Банда неумех и тупиц! – прорычал голос, от которого Катрин похолодела.
Ее и без того расширенные зрачки стали огромными. Капитан Гром вышел из темноты, поправляя вышитую кожаную портупею. Его короткие черные волосы были растрепаны, а загорелое лицо перекошено от ярости. С поднятым кулаком он бросился к своим людям, чтобы наказать их.
– Капитан! – снова подал голос Корнисс, прочистив горло. – Я вам привез отборную дичь.
Поднятый кулак опустился. Человек пожал плечами и пнул ногой казненного.
– Выбросьте эту падаль на навоз… если он еще остался! – приказал он.
Потом, схватив со стола свечу, он подошел к маленькой группе, оставшейся стоять у двери.
– Отборную дичь? – хохотнул он. – Посмотрим.
Он поднял свечу. Госпожа де Монсальви подняла голову. Ее взгляд, горящий от негодования, и черный взгляд капитана Грома, наполненный величайшим удивлением, пересеклись. Свеча покатилась на плиты пола.
– Добрый вечер, Арно! – сказала Катрин.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Ловушка для Катрин - Бенцони Жюльетта



замечательная серия.очень нравится.
Ловушка для Катрин - Бенцони Жюльеттаинна
24.05.2013, 17.34





ОХ..ИТЕЛЬНАЯ СЕРИЯ КНИГ!
Ловушка для Катрин - Бенцони Жюльеттаюлия
26.01.2014, 20.49





Кошмар, зачем надо было портить конец предыдущего романа, опять разлука, а из главного героя вообще сделали чудовище, такого Арно любить не возможно, хотя Катрин, как всегда продолжает любить и прощать..
Ловушка для Катрин - Бенцони ЖюльеттаМилена
30.06.2014, 2.38








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100