Читать онлайн Констанция Книга пятая, автора - Бенцони Жюльетта, Раздел - ГЛАВА 8 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Констанция Книга пятая - Бенцони Жюльетта бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 6.29 (Голосов: 7)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Констанция Книга пятая - Бенцони Жюльетта - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Констанция Книга пятая - Бенцони Жюльетта - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Бенцони Жюльетта

Констанция Книга пятая

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

ГЛАВА 8

Утром следующего дня графиня де ла Мотт завтракала в одиночестве. Калиостро задерживался, и графиня уже начала терять терпение.
Итальянец появился к самому концу завтрака. Графиня уже отставила в сторону чашку с недопитым кофе, когда Калиостро, запыхавшись, уселся на стул напротив своей возлюбленной.
— Тысяча извинений, моя дорогая. Тысяча извинений. Мне пришлось задержаться у госпожи де Сегюр до самого утра, и она уговорила меня остаться на ночлег у нее в доме.
Графиня де ла Мотт сверкнула глазами.
— Я надеюсь, вы не позволили себе лишнего, граф, — подчеркнуто вежливо произнесла она.
Калиостро выглядел слегка помятым и, скорее всего, подозрения мадам де ла Мотт имели под собой некоторые основания.
— Ну что вы, повелительница моего сердца, — широко заулыбался Калиостро. — Вы — единственная, чей образ я постоянно ношу в своем сердце.
— Не болтайте чепухи, — резко бросила графиня. — Если я узнаю, что вы мне изменяете, то все ваши грандиозные планы рухнут. Стоит мне только шевельнуть мизинцем, и вас в мгновение ока вышлют из Парижа.
Калиостро едва заметно побледнел. Голос его дрогнул, и он принялся пространно уверять графиню в своей глубочайшей любви и нежности, а заодно и в нелепости мыслей о том, будто он способен на измену.
— Ну ладно, ладно, — поморщившись, сказала графиня. — До тех пор, пока я еще приглашаю вас к себе, можете быть спокойны. Но мне хотелось бы посоветовать вам, милейший граф — не играйте с огнем.
— Ну, что вы, моя дорогая, я всегда думаю только о вас.
— Вы будете завтракать? — кисло спросила графиня, наблюдая за тем, как Калиостро маленькими глотками отпивает остывший кофе.
— Благодарю вас, я позавтракал у госпожи де Сегюр.
Графиня де ла Мотт оскорбленно умолкла, а Калиостро, только после этого сообразив, что ему не следовало говорить подобного, снова принялся извиняться.
— Вы наговорили уже вполне достаточно, — мрачно промолвила госпожа де ла Мотт. — Я больше не хочу ничего слышать. Где письмо?
Калиостро с готовностью протянул графине маленький конверт.
— Как вы и просили, без подписи и печати.
— Хорошо, — холодно сказала графиня и поднялась из-за стола. — Мне пора собираться. Я более не собираюсь обременять вас своим обществом.
Госпожа де ла Мотт быстро вышла из обеденной комнаты и закрыла за собой дверь, оставив итальянца на попечение слуги. Только сейчас Калиостро заметил на своем камзоле несколько длинных русых волос.
«II сгер! 1а 1иро, — выругался он про себя. — Как же я этого не заметил? Странно, что я вообще не разбудил в Женевьеве зверя. В следующий раз нужно быть осторожнее. Ну да ладно, я думаю, что она сама не заинтересована в том, чтобы прекращать игру, которая так удачно началась. Все-таки, о женщинах придется на несколько дней забыть. Однако… она была хороша… Черт, о чем это я? Даже не помню, как ее зовут… Матильда? Анна? Николь? Да, кажется, Николь… Впрочем, какое это теперь имеет значение?..»
Новая встреча графини де ла Мотт и кардинала де Роана состоялась, как и прошлый раз, в его личном кабинете во дворце на улице Вьей-дю-Тампль.
Графиня передала кардиналу записку, которую он развернул дрожащими от счастья руками. В ней снова было написано две строчки: «Милостивый государь, польщенная вашим постоянным вниманием к себе, а также испытывая уважение к вашим терпению и верности, посылаю вам выражение своего почтения и доброго расположения. Ваша М. А.»
Кардинал несколько раз вчитывался в короткие слова записки, а затем перевел изумленный взгляд на графиню. — Этого не может быть. Этого просто не может быть. Наверное, здесь какая — то ошибка.
Графиня пожала плечами.
—  — О чем вы?
Кардинал начал размахивать запиской перед ее глазами.
—  — Вы читали? Читали?
Госпожа де ла Мотт, которая пребывала сегодня отнюдь не в таком восторженном расположении духа, как кардинал де Роан, презрительно фыркнула:
— Ну разумеется, нет ваше высокопреосвященство.
Кардинал восторженно воскликнул:
— Взгляните на подпись! Графиня покосилась на записку.
— А что в ней особенного?
— Вы видите? Видите, что здесь написано? «Ваша»!
— Ах, вот вы о чем, — понимающе протянула Женевьева де ла Мотт. — Да, это несомненно знак особого внимания. Зная ее величество, могу сказать вам, ваше высокопреосвященство, что ваша настойчивость начинает давать плоды.
Кардинал вскочил из-за стола и, не в силах справиться с волнением, стал расхаживать из одного угла кабинета в другой.
— Нет, я этого не вынесу, — бормотал он. — Я не вынесу. Нужно что-то делать. Обязательно нужно что-то делать. Графиня, вы можете помочь мне?
Графиня де ла Мотт, которая по необъяснимым для кардинала причинам была сегодня грустна и апатична, вяло пожала плечами.
— Ну разумеется, ваше высокопреосвященство. Если я до сих пор помогала вам, то почему мне не сделать для вас еще один дружеский поступок? Хотя я не совсем поняла, о чем вы говорите. Ведь вы видитесь с королевой едва ли не каждый день. Вчера на приеме в Версале вы просто сверлили ее взглядом.
— Я не мог дождаться окончания приема, чтобы Увидеться с вами. Но ваше сообщение о том, что ответа для меня пока нет, было ушатом холодной воды. Откровенно признаюсь вам — я не спал всю ночь.
Графиня де ла Мотт тяжело вздохнула.
— Похоже, что ваши чувства по отношению к ее величеству перерастают в настоящую страсть, — философски заметила она. — Что ж, со страстью трудно бороться. В этом я вас понимаю. Кстати, а почему графиня де Бодуэн так странно смотрела на вас?
Кардинал недоуменно пожал плечами.
— Графиня де Бодуэн? А при чем здесь она? Графиня де ла Мотт снова тяжело вздохнула.
— Надеюсь, что ни при чем. Но мне очень не понравился ее взгляд.
— По-моему, она и на вас смотрела точно так же вдруг вспомнил кардинал. — Графиня, в нашем деле не появилось лишнего свидетеля?
Статс-дама ненадолго задумалась.
— Он мог появиться только в одном случае — если ее величество сама посчитала нужным поставить в известность об этом деле кого-либо еще. Надеюсь, что графиня де Бодуэн — не тот человек, который достоин подобного отношения. Во всяком случае, нам с вами нужно опасаться этой дамы. Учитывая репутацию, которую она приобрела при Пьемонтском дворе, она способна на любой сюрприз.
Но кардинал быстро позабыл про опасность, грозящую ему со стороны графини де Бодуэн, и снова обратился к госпоже де ла Мотт с просьбой:
— Так вы поможете мне организовать встречу с ее величеством?
Графиня де ла Мотт пристально посмотрела на него.
— Вы говорите о любовном свидании?
— Да, да, именно об этом я и говорю, — с горячностью воскликнул де Роан. — Разумеется, мы часто появляемся в одних и тех же местах, однако это совсем не значит, что мы можем общаться. Я хотел бы поговорить с королевой с глазу на глаз.
Графиня де ла Мотт пожала плечами.
— Даже не знаю, что вам ответить, ваше высокопреосвященство. Королева всегда находится на виду у своих придворных, и организовать такую встречу в тайне от всех — почти невыполнимая задача. Нет, разумеется, сделаю все возможное. Но вы ставите передо мной все более трудные и трудные задачи.
— Графиня, вас ждет щедрое вознаграждение. Сразу же после нашего разговора вы можете зайти к моему казначею, который выдаст вам тридцать тысяч франков. Нет, погодите, пятьдесят тысяч. Вы можете попросить у меня всего, чего захотите. Если встреча состоится, то пределов в выражении моей благодарности не будет.
Известие о большой сумме, которую выделил для нее кардинал де Роан, немного подняло настроение у графини де ла Мотт. Деньги были нужны ей сейчас как никогда. Граф де ла Мотт в последнее время совершенно запутался в любовных интригах и карточных долгах, а жалования, которое платили графине при дворе Марии-Антуанетты, хватало лишь на самое необходимое. К тому же, она была настолько легкомысленной, что позволила себе делать подарки графу Калиостро. Разумеется, этот период прошел, но долги остались. Мало того — они росли с каждым днем, как на дрожжах. Жизнь при дворе требовала больших расходов, а кредиторы уже начинали проявлять нетерпение. Конечно, пятьдесят тысяч франков были не слишком большой суммой, учитывая долги и потребности мадам де ла Мотт. Однако еще пара-тройка таких выплат могли решить все ее материальные проблемы. Откровенно говоря, просьба кардинала де Роана о встрече с Марией-Антуанеттой не было неожиданностью для графини де ла Мотт. Калиостро уже заранее просчитал этот вариант. Да, это было неизбежно. И все-таки графиня пыталась как можно дольше оттянуть этот момент. Причиной тому было ее нежелание посвящать в тайну игры своего мужа де ла Мотта. Но теперь было ясно, что без его помощи не обойтись.
Ах, если бы только граф де ла Мотт. Ведь придется прибегать к услугам его шлюхи, этой Мари-Николь. Почему природа так щедро одаривает одних и забывает о других? Все эти мысли роем проносились в голове графини де ла Мотт, в то время когда кардинал терпеливо дожидался ее ответа.
— Деньги — это, разумеется, очень важно, — наконец, — сказала она. — Но для меня не меньшее значение имеет дружба с вами, ваше высокопреосвященство. Я хотела сохранить между нами доверительное отношение а потому постараюсь исполнить вашу просьбу. Очевид но, вам придется обратиться также и к графу Калиостро чтобы он с помощью астральных сил смог воздействовать на ее величество. В конце концов, ничего невозможного нет. Если вы, ваше высокопреосвященство своей настойчивостью добились взаимности, хотя бы пока только в посланиях, то вы, наверняка, можете рассчитывать и на нечто большее. Потерпите немного и все будет улажено.
Кардинал слушал графиню де ла Мотт, затаив дыхание. Когда она закончила, его глаза прослезились.
— Я знал, знал, что могу рассчитывать на ваше дружеское участие. Графиня, я обязан вам больше, чем жизнью. Я обязан вам своим сердцем.
Он вскочил и принялся целовать руки мадам де ла Мотт, которая слегка снисходительно принимала знаки его благодарности.
— Ну что вы, ваше высокопреосвященство, не стоит. Я делаю то, что в моих силах. Она поднялась.
— Мне нужно ехать во дворец. Дорога до Версаля неблизкая, а мне еще нужно о многом подумать. Скорее всего, ваша встреча с ее величеством — если она, конечно, состоится — пройдет не в самом Версале, а в одном из его парков. Я постараюсь поздно вечером организовать прогулку королевы, чтобы вы могли увидеться с ней. Пока не предпринимайте никаких самостоятельных шагов. Я сама извещу вас о том, что необходимо сделать. Кстати. Вы хотели дать распоряжение казначею о том, чтобы он выдал мне пятьдесят тысяч.
Кардинал засуетился.
— Да, да, разумеется. Идемте, я провожу вас.
То, что проделала графиня де ла Мотт далее, не было согласовано с графом Калиостро, хотя вполне вписывалось в план его игры. Придворная статс-дама отправилась на Вандомскую площадь, туда, где неподалеку от особняка графини Констанции де Бодуэн, располагалась ювелирная мастерская и торговый дом Бемера и Бассенжа. Графиня де ла Мотт была прекрасно осведомлена его местонахождении, поскольку сама не раз пользовалась услугами двух знаменитых ювелиров. Немалая часть украшений из ее гардероба была сделана именно здесь.
По пути у графини де ла Мотт мелькнула озорная мысль: не зайти ли в салон к госпоже де Сен-Жам? Если бы она исполнила это свое намерение, то могла бы встретить там графа Калиостро. Но сейчас в ее намерение входило только посещение ювелирной мастерской. А потому графу Калиостро пришлось в одиночку развлекать госпожу де Сен-Жам, рассказывая ей о подробностях своих сеансов у королевы Марии-Антуанетты и госпожи де Сегюр.
За последние дни в Париже значительно улучшилась погода. Потеплело. Облака и тучи рассеились, и теплое солнце быстро согревало землю, готовя настоящее наступление весны.Уличная торговля, замерзшая было из-за сырости и холодов, вновь развернулась во всю силу. Торговцы и торговки, заполонившие Вандомскую площадь, наперебой предлагали свой товар. Рядом с каретой графини де ла Мотт бежали мальчишки со свежими выпусками парижских газет, там и сям сновали телеги, груженные живой птицей и прочим товаром.
Это буйное цветение жизни, неожиданно наступившее после зимнего затишья, пробуждало в душе графини де ла Мотт самые разнообразные чувства. Понемногу она стала забывать о неприятном утреннем разговоре с Калиостро, и к тому моменту, когда она вышла из кареты перед ювелирной мастерской Бемера и Бассенжа, У нее снова было хорошее настроение.
Завидев останавливающуюся перед тротуаром карету, из мастерской с завидной прытью выскочил коротышка Бассенж. Своим писклявым голосом он воскликнул:
— О, дорогая графиня де ла Мотт, неужели мы имеем счастье лицезреть вас в нашем салоне? По-моему, вы давненько не бывали у нас. Что ж, добро пожаловать добро пожаловать.
Он даже подал руку госпоже де ла Мотт, помогая ей перейти через довольно грязный тротуар. Она охотно воспользовалась его помощью, положив руку в черной перчатке на его ладонь.
В этот день в мастерской Бемера и Бассенжа было отнюдь не так тихо и спокойно, как тогда, когда здесь побывала графиня де Бодуэн. В мастерской кипела жизнь, хотя это выглядело совсем по-иному, чем, например, на суконной мануфактуре или в сапожном цеху. Лишь юные подмастерья сновали туда-сюда между широкими столами, за которыми сидели мастера ювелирного дела. Перед ними, на маленьких подставках, были разложены тончайшие инструменты, лупы многократного усиления, материалы, горелки, издававшие равномерное гудение.
В торговом зале на диване для посетителей сидела некая знатная дама, перед которой в угодливом поклоне согнулся высокий Марсель Бемер.
Увидев госпожу де ла Мотт, дама расплылась в радостной улыбке.
— Как приятно видеть вас, графиня. Похоже, что вы тоже надумали обновить свою коллекцию украшений?
— Здравствуйте, баронесса Мопертюи. Кажется, мы давно не виделись, — со столь же радостной улыбкой приветствовала ее графиня де ла Мотт.
Встреча была очень некстати, потому что баронесса Мопертюи слыла одной из самых болтливых и несдержанных на язык парижских аристократок. Теперь, вне всякого сомнения, о визите графини де ла Мотт к ювелирам Бемеру и Бассенжу станет известно на каждом углу. Баронесса Мопертюи, точно, не оставит ее своим вниманием. У графини де ла Мотт не оставалось другого выхода, как включиться в разговор, предложенный ей баронессой. В противном случае, ее собеседница сделает какие-нибудь совершенно фантастические выводы, с которыми непременно ознакомит всех придворных.
Поэтому графиня де ла Мотт, как бы между делом попросив Бемера принести ей броши и браслеты, стала обмениваться последними новостями салонной жизни, слухами и сплетнями с баронессой. Та мгновенно позабыла о цели своего визита в ювелирную лавку, погрузившись в милый и близкий ее сердцу свет Версальской жизни. Разумеется, ее безумно интересовали последние наряды королевы, подробности из жизни придворных распутников и распутниц, известия о предстоящих свадьбах и, более всего, разводах, и прочая чепуха. Графиня де ла Мотт надеялась, что, узнав о последних вестях, баронесса вовсе позабудет о том, что графиня была здесь.
Однако надежды на это было мало, поскольку баронесса Мопертюи была хорошо знакома с графом де ла Моттом и хорошо знала о его финансовом положении. Появление супруги графа де ла Мотта в ювелирной лавке по этой причине было тем более странным. Именно поэтому графине пришлось отказаться от намерения сделать какую-нибудь покупку для себя. Перебирая одну коробку за другой, один футляр за другим, графиня с сожалением замечала, что вот эта брошь не подходит ей по размерам, а этот браслет не слишком гармонирует с ее ожерельем. Перебрав таким образом все предложенные Бемером драгоценности, графиня сделала вид, будто ей ничего не подходит.
Баронесса Мопертюи посочувствовала бедняжке графине, но вовсе не оставила ее своим вниманием. Госпожа де ла Мотт все это время чувствовала себя словно под присмотром. Она даже ни на секунду не могла остаться наедине с Бемером, который был сильно разочарован тем фактом, что ни баронесса, ни графиня не приобрели ни одной, даже самой маленькой, вещицы.
В конце концов, истратив на бессмысленную болтовню целый час, графиня де ла Мотт посетовала на обстоятельства и, испытывая в душе огромное облегчение от расставания с баронессой Мопертюи, собралась уходить. Проклиная в душе эту болтливую сплетницу, графиня мило распрощалась с ней и в сопровождении Бассенжа направилась к выходу.
Иной возможности у нее не оставалось, и потому графиня де ла Мотт решила поговорить с Люсьеном Бассенжем об истинной цели ее визита на пути к карете терпеливо дожидавшейся ее на улице.
— Послушайте, господин Бассенж…
— Да, да, госпожа де ла Мотт, — услужливо заглянул ей в глаза маленький ювелир.
— К сожалению, баронесса Мопертюи отвлекла меня светскими разговорами, и я едва не упустила из виду одну очень важную вещь.
— Вы хотите все-таки купить что-то у нас? Мы немедленно можем вернуться.
— Нет, нет, я о другом. Но прежде, господин Бассенж, я хотела бы взять с вас слово, что этот разговор станет известен только нам с вами и, может быть, господину Бемеру, поскольку он ваш равноправный компаньон.
— Ну разумеется, ваша светлость. Я буду нем, как рыба.
— Речь пойдет о том украшении, которое мы имели возможность видеть недавно в Версале. Вы с господином Бемером привозили эту вещицу ее величеству.
Глаза Бассенжа загорелись алчным блеском. Сейчас он стал похож на маленькую охотничью собаку, которая встала в стойку, почувствовав запах подстреленной дичи.
— Ваша светлость, вы изволите говорить об… э-э… ожерелье, предложенном нами ее величеству? Графиня кивнула.
— Да. Именно о нем я и говорю. Бассенж изумленно смотрел на графиню.
— Неужели… вы… хотите приобрести его? Графиня мило улыбнулась.
— Нет, нет, что вы. Мне не по карману такая дорогая вещь. Все-таки, миллион шестьсот тысяч ливров — это сумма, которая недоступна мне.
В голосе Бассенжа появились нотки разочарования.
— Да, да, я понимаю, ваша светлость… Даже ее величество королева Мария-Антуанетта не смогла позволить себе истратить такую сумму на скромный плод нашего труда. Боюсь, что теперь, — он криво усмехнулся — нашему ожерелью суждено долго пылиться в сейфе.
— Спешу вас обрадовать, мой дорогой Бассенж, что королева все-таки намерена приобрести ваше ожерелье. Однако она опасается сделать это открыто и потому поручила сделать эту покупку одному высокопоставленному лицу.
Бассенж с изумлением посмотрел на графиню де ла Мотт.
— Вы имеете в виду графиню де Бодуэн? Но ведь она уже была здесь.
Госпожа де ла Мотт поморщилась.
— Графиня де Бодуэн — это и есть открытый способ покупки ожерелья. Нет, это будет совсем иной человек.
— Кто же он? — сгорая от нетерпения, спросил маленький ювелир.
— Боюсь, мой милый Бассенж, что пока я не могу дать вам ответ на этот вопрос. Но вы непременно узнаете о предстоящей покупке. И узнаете об этом от меня. Королева доверила это мне. С этого времени я прошу вас не упоминать ни единым словом о бриллиантовом ожерелье, и особенно в присутствии графини де Бодуэн.
Бассенж принялся обрадованно трясти головой.
— Все будет исполнено так, как вы пожелаете, ваша светлость. Никто ни о чем не узнает.
В дверь маленького дома на Рю-де-Канн постучали. Ждать пришлось долго, и дама в сером дорожном плаще с капюшоном уже собиралась уходить. Когда на пороге показалась сморщенная, как пересохшая груша, старуха со связкой ключей в руке.
— Что вам угодно? — пробурчала она.
— Я хотела бы увидеть баронессу д'0лива, — ответила дама, скрывавшая свое лицо под капюшоном. Старуха еще больше сморщилась.
— Здесь нет никакой баронессы. Вы что, не видите, на какой улице находитесь? Здесь живут простолюдины, а не баронессы.
Она уже собралась закрыть дверь и расстаться с незваной гостьей, когда та неожиданно воскликнула:
— Простите, я, наверное, и вправду ошиблась. Мне нужна Мари-Николь Легтоэ.
Старуха выглянула из-за двери и бросила взгляд на улицу. Вокруг не было ни единой души. Лишь откуда-то издалека доносились пьяные крики и шум. Неподалеку от дома стояла карета, кучер которой проверял колеса.
— Вы приехали на этой карете? — с подозрением спросила старуха. Дама оглянулась.
— Да.
— Я не советовала бы вам оставлять ее здесь надолго.
Дама пожала плечами.
— Но за ней присматривает кучер.
— Это еще ничего не значит, — проворчала старуха. — Ну да ладно. Значит, вам нужна Мари-Николь?
— Да.
— Вам повезло, она сейчас у себя.
Дама торопливо достала из маленькой сумочки, которую она держала в руке, золотой луидор и положила его в костлявую руку старухи.
— Благодарю вас.
— Вы не могли бы проводить меня к ней?
— Идемте.
Старуха закрыла дверь за посетительницей и, кряхтя, стала подниматься по скрипучей деревянной лестнице на второй этаж.
— Вообще-то, к ней очень редко заходят женщины, все больше мужчины. И каждый день разные. Бывает, что некоторые присылают за ней карету. Но, слава, богу, Мари-Николь не такая, как многие из тех, что жили здесь до нее. Дома она этим не занимается. А вы бы слышали, что здесь было раньше. Сейчас-то я слышу не так хорошо, как прежде. А тогда… Они все время ругались, дрались, устраивали поножовщину… Нет, слава богу, что у меня поселилась Мари-Николь. Она девушка аккуратная и платит вовремя. И не какиминибудь там расписками, а звонкой монетой.
Бормоча все это про себя, старуха проводила даму обшарпанной деревянной двери и постучала медным кольцом, прикрепленным к ручке. — Мари-Николь, к тебе гостья!
Из-за двери донесся томный девичий голос:
— Сейчас, я только накину на себя что-нибудь. Старуха топталась на месте до тех пор, пока, наконец, тот же голос из-за двери ни пригласил войти. После того, как дама исчезла в комнате Мари-Николь, старуха приложила голову к дверному косяку и некоторое время внимательно вслушивалась в разговор, проходивший за дверью. Однако, убедившись в том, что ее слух не позволяет уловить ни единого слова, она разочарованно махнула рукой и поплелась вниз.
Хотя было уже далеко за полдень, хозяйка комнаты только сейчас поднялась с постели. Волосы ее были спутаны, лицо слегка помято, а высокую изящную фигуру прикрывал лишь ночной халат.
Дама, вошедшая в комнату, сразу же отметила нелепый в чем-то даже контраст: шелковый халат хозяйки и истертые до дыр обои на стенах, огромное количество косметики и облупившаяся краска на подоконнике, не меньше полутора десятков париков, разбросанных там и сям и треснувшее стекло в раме, небрежно брошенное платье из тонкого голубого шелка с дорогой бриллиантовой брошкой и колченогий стул, на котором оно лежало. Убогость окружающей обстановки и дорогие вещи, заполнявшие комнату, не оставляли у посетительницы ни малейших сомнений в том, что она имеет дело с дамой из полусвета, и выражаясь точнее, куртизанкой. На первый взгляд хозяйке комнаты можно было дать не больше девятнадцати лет. И лишь присмотревшись внимательнее, гостья разглядела рано начавшую стариться кожу, тонкую сеточку морщинок под глазами и еще несколько следов чрезмерного потребления косметики, а также разгульного образа жизни. Глаза у Мари-Николь были слегка покрасневшими, а пересохшие губы она то и дело облизывала длинным острым язычком.
Внешность хозяйки комнаты заслуживала отдельного описания. Такого поразительного сходства между ней и королевой Франции Марией-Антуанеттой в природе больше, наверное, не существовало. Высокая фигура с тонкой талией и узкими плечами, нежные белые руки с просвечивающими жилками, узкая длинная ладонь маленькая нога, заостренное книзу лицо с выразительными губами, огромные глаза, нос с небольшой горбинкой — все это делало Марию — Антуанетту Французскую и девицу легкого поведения Мари-Николь Лепоэ почти сестрами — близнецами.
Гостья пристально смотрела на хозяйку комнаты которая, в свою очередь, не сводила глаз с неожиданной посетительницы. Первой заговорила гостья.
— Я имею честь видеть перед собой баронессу д'0лива? — спросила дама, которая по — прежнему предпочитала скрывать свое лицо под низко накинутым капюшоном.
Девица подбоченилась.
— Допустим. А кто вы такая?
— Мое имя в данном случае не имеет особого значения, — сказала гостья. — Но если это вас интересует, меня зовут… маркиза де Брассей.
Мнимая баронесса пожала плечами.
— Я и вправду никогда не слыхала такого имени. Ну что ж, маркиза так маркиза. Если вы сами решили найти меня, значит, у вас какое-то важное дело. Присядьте куда-нибудь. Честно говоря, эта квартира не предназначена для приема гостей.
— Ничего, я постою.
Дама в дорожном плаще прошла через всю комнату и остановилась у окна, не оборачиваясь к Мари-Николь.
— Мне известен род ваших занятий и даже примерные доходы.
Девица наигранно усмехнулась.
— Вы что, шпионите за мной? Вот уж не предполагала, что моя скромная персона заинтересует настоящую маркизу. Простите, я забыла, как ваша фамилия?
— Де Брассей, — глухо ответила гостья. — Я уже сказала, что это не имеет особого значения. Сейчас речь идет о вас.
— Обо мне? Вы что, жена одного из моих кредиторов? Интересно, зачем он прислал вас сюда? Мог бы ' сам явиться. Вы — жена Жюльена?
— Меня зовут маркиза де Брассей, — отчетливо и холодно сказала гостья. — Никакого отношения к вашим кредиторам я не имею. Сейчас я попрошу вас поменьше болтать и побольше слушать. Но это хорошо, что вы помните о своих кредиторах. Я знаю сумму ваших долгов и готова помочь вам рассчитаться с ними.
Мари-Николь, которая без особого стеснения снова бухнулась на постель, подложив руки под голову, насмешливо спросила:
— С кем я должна переспать? Гостья умолкла и спустя несколько мгновений, резко повернувшись, зашагала к выходу.
— Мне казалось, что вы лучшая актриса. Однако, судя по всему, я ошиблась. Прошу прощения за неожиданный визит. Всего хорошего.
Девица тут же вскочила и бросилась следом за посетительницей. — Погодите, погодите, это была обыкновенная шутка. Я готова вас выслушать. Простите, маркиза.
Гостья остановилась у порога и, не поднимая глаз из-под капюшона, сказала:
— Больше никаких шуток. Иначе вам придется плохо. Не думаю, что ваши кредиторы собираются прощать ваши бесчисленные долги.
Мари-Николь поморщилась так, словно хотела сказать: «Зачем вы все время напоминаете мне об этих долгах?» Однако не сказав ни слова, она уселась на постель и сделала внимательное лицо.
— Где сейчас граф де ла Мотт? — неожиданно спросила гостья.
Этот вопрос вызвал у Мари-Николь некоторое смятение. Несколько секунд она молчала, пытаясь что-то сообразить, но затем, так и не придя к определенному умозаключению, ответила вопросом на вопрос:
— Вы хотите знать правду?
— Ну разумеется, — холодно ответила гостья. Мари-Николь еще немного помялась и, наконец, ответила:
— Думаю, что сейчас он уже дома.
— Уточните.
— Мы расстались с ним рано утром. Он сказал, что поедет домой.
— Где вы с ним расстались?
Мари-Николь явно боролась с нежеланием отвечать.
— Ну… это было в одном салоне… Мне не хотелось бы говорить, где…
— Ладно, это не имеет особого значения, — столь же неожиданно сказала гостья, снова сменив тему разговора. — Кажется, раньше вы играли в театре?
Мари-Николь облегченно улыбнулась.
— Да, раньше я была актрисой.
— «Комеди франсез»?
— Да. А откуда вы знаете?
Гостья не скрывала своего раздражения.
— Если бы я этого не знала, то вы сейчас продолжали спокойно спать в своей постели. Впрочем, предложение, с которым я пришла к вам, не должно доставить вам особенно много хлопот. Вы просто должны вспомнить то ремесло, которым занимались прежде, оставив в стороне ваше нынешнее занятие. В использовании этого вашего таланта я не нуждаюсь.
Мари-Николь на мгновение задумалась.
— Значит, я снова должна превратиться в актрису? Но, надеюсь, вы не потащите меня на подмостки? Туда я уже не вернусь.
— Нет, — успокоила ее гостья. — Вам не придется выступать на сцене. Скажите, вам часто говорят, что вы похожи на ее величество королеву?
Мари-Николь самодовольно улыбнулась.
— Я слышу это каждый день. Может быть, именно поэтому мне пришлось сменить профессию и образ жизни. Хотя, если быть совершенно точной, я всего лишь ушла со сцены. То, что обычно происходило после спектаклей, теперь стало моим основным занятием. Кстати, за это неплохо платят.
— Именно поэтому вы по уши увязли в долгах? — с издевкой спросила посетительница. Мари — Николь развела руками.
— Вы же понимаете, что исполнение роли баронессы обходится довольно дорого. К сожалению, бриллианты наше время отнюдь не дешевы. . — Я заплачу вам пятнадцать тысяч луидоров за один маленький спектакль. Полагаю, что вы никогда не получали таких гонораров.
— Вы меня интригуете, маркиза. Но кажется, я начинаю догадываться… Мария-Антуанетта? Гостья хмыкнула.
— Вы обладаете некоторой догадливостью, — сказала она.
— Я даже догадываюсь еще кое о чем, — продолжила Мари-Николь.
Гостья, которая медленно расхаживала по комнате, остановилась.
— О чем же?
— Мне известно ваше настоящее имя. Как вы ни старались скрыть свое лицо под капюшоном, кое-что я смогла разглядеть. Ваш муж показывал мне вас. Правда, издалека. Но этого было вполне достаточно. Вы — графиня де ла Мотт.
Гостья, наконец, откинула капюшон и показала свое лицо.
— Да, вы правы. Теперь уже незачем скрываться, — спокойно ответила она. — Я графиня Женевьева де ла Мотт. Но в ваших же интересах никому не говорить об этом.
— Я уточнила это только для того, чтобы между нами была полная ясность, — сказала Мари — Николь. — Если вы желаете, чтобы я продолжала считать вас маркизой де Брассей, то я не стану возражать.
Графиня ненадолго задумалась.
— Маркиза де Брассей — это неудачное имя, — промолвила она.
Мари-Николь насмешливо вскинула голову.
— А какое имя вы считаете удачным?
— Графиня де Бодуэн.
— Ну что ж, графиня де Бодуэн, будем считать, что я готова к серьезному разговору. Итак, пятнадцать тысяч ливров за то, чтобы я изобразила Марию-Антуа-нетту. Где и когда?
— Пока мне самой неизвестно точное время и место, — сказала госпожа де ла Мотт. — Но в ближайшее время вы непременно узнаете об этом.
Мари-Николь пожала плечами.
— Ну, хорошо. А когда будут деньги? Графиня де ла Мотт достала из внутреннего кармана своего серого дорожного плаща увесистый кошелек и бросила его на постель рядом с Мари — Николь.
— Это задаток, три тысячи. Остальное получите после того, как пройдет спектакль. Надеюсь, вас устраивает такая сумма?
Мари-Николь развязала шнурок на кошельке и, заглянув внутрь, усмехнулась.
— Три тысячи золотом? Это неплохо. Но ведь я еще ничего не сделала.
— Вы уже дали свое согласие. И этого для меня вполне достаточно, — сухо сказала графиня де ла Мотт.
— Я хотела бы кое о чем спросить у вас. Если вам не понравится мой вопрос, можете не отвечать.
— Спрашивайте.
— Вас не смущает то, что я и ваш муж… ну, в общем, то, что между нами существуют какие-то отношения?
На лице графини де ла Мотт промелькнула злая усмешка.
— Мой муж давно не интересует меня как мужчина, так что ваш вопрос не может вызвать у меня ни обиды, ни раздражения. У нас, скорее, чисто деловые отношения, основанные на некоторых взаимных финансовых интересах. Впрочем, не могу сказать, что я испытываю от этого громадное удовольствие. Если бы я знала о вашем существовании раньше, то вы, наверняка, обретались бы сейчас в каком-нибудь дешевом барделе, вдалеке от столицы. Но теперь… теперь мне безразлично. Если бы не это безразличие, я бы не могла обратиться к вам с подобной просьбой. Но учтите — если кому-либо еще, кроме нас с вами, станет известно о предстоящем спектакле, нам грозят крупные неприятности.
Мари-Николь недоуменно пожала плечами, продолжая взвешивать на ладони кошелек с золотом.
—  — Насколько я понимаю, неприятности грозят вам, ваша светлость. Вы уж простите меня, но я буду откровенна. Вы платите мне деньги, а я всего лишь играю.
— . Это опасная игра, — отрезала графиня де ла Мотт.
— Она более опасна для вас, насколько я могу судить об этом, — возразила девица. — Иначе, зачем вам было являться сюда инкогнито и просить меня о столь необычной услуге? Но если вы так поступаете, значит, в этом есть настоятельная необходимость. Боюсь только, что эту тайну не удастся сохранить между нами. Графиня едва заметно побледнела.
— В таком случае, считайте, что этого предложения не было. Деньги можете оставить себе — за молчание.
Она вновь собралась покинуть комнату Мари-Николь Лепоэ, но та воскликнула:
— Да погодите же, вы излишне нервничаете, графиня. Подобные дела нужно делать хладнокровно и с ясным пониманием цели. Впрочем, не мне вас учить. Когда я сказала о том, что нам не удастся сохранить эту тайну между нами, я имела в виду вашего мужа.
Госпожа де ла Мотт недоуменно подняла брови.
— А при чем здесь мой муж? Мари-Николь замялась.
— Видите ли, графиня… Дело в том, что граф совершенно уверен в вашей связи с этим итальянцем Калиостро. Судя по словам вашего мужа, этот Калиостро — вовсе никакой не граф, а обыкновенный мошенник и интриган. И еще граф де ла Мотт сказал, что для него это не имеет особого значения.
Графиня нахмурилась.
— Что не имеет особого значения?
— Ваша связь с Калиостро.
Графиня изумленно воззрилась на Мари-Николь.
— Я не понимаю…
— Все очень просто, — пожав плечами, ответила девица. — Для него, то есть, для графа, ваш брак имеет такое же значение, как и для вас. Он считает это чисто деловым предприятием, без особых обязательств друг перед другом.
— Ну, разумеется, — зло протянула графиня де ла Мотт. — Именно поэтому он каждый раз врет мне, что уезжает в Англию. А на самом деле проводит время… Ну да ладно. Я пришла сюда совсем не за этим. Итак, вы принимаете мое предложение?
— Да, — уверенно ответила Лепоэ. — С одним только условием.
— С каким?
— Я поставлю в известность об этом графа де ла Мотта.
Графиня колебалась недолго.
— Хорошо. Возможно, так будет проще поддерживать связь друг с другом. В таком случае, я передам вам через графа о времени и месте спектакля. Разумеется, вы узнаете и о всяком изменении плана.
Уходя, она задержалась в двери.
— Мне что-нибудь передать графу де ла Мотту?
— Передайте ему, — широко улыбнулась Мари-Николь, — что в последние два дня в Англии было пасмурная и холодная погода.




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Констанция Книга пятая - Бенцони Жюльетта

Разделы:
ПрологГлава 1Глава 2Глава 3Глава 4Глава 5Глава 6Глава 7Глава 8Глава 9Глава 10Глава 11Глава 12Глава 13Глава 14Глава 15Эпилог

Ваши комментарии
к роману Констанция Книга пятая - Бенцони Жюльетта



Не знаю, что заставляет меня читать этот роман, в пяти романах их этой серии, ни одной постельной сцены))
Констанция Книга пятая - Бенцони ЖюльеттаМилена
11.07.2014, 20.41








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100