Читать онлайн Констанция Книга четвертая, автора - Бенцони Жюльетта, Раздел - ГЛАВА 13 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Констанция Книга четвертая - Бенцони Жюльетта бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 6.67 (Голосов: 6)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Констанция Книга четвертая - Бенцони Жюльетта - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Констанция Книга четвертая - Бенцони Жюльетта - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Бенцони Жюльетта

Констанция Книга четвертая

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

ГЛАВА 13

Прошел еще месяц. И вот однажды утром король Пьемонта Витторио распахнул дверь комнаты, в которой на огромной постели под белым балдахином лежала Констанция. Ее лицо скрывала маска, на руках были повязки.
— А вот и я, — сказал король, входя в комнату.
— Что? Что ты говоришь? — послышался голос Констанции из-под маски.
— Я говорю, мы с французами подписали перемирие.
Король подошел к огромному окну и распахнул шторы, а затем открыл рамы. Послышался колокольный звон. Констанция вздрогнула. — Перемирие с французами?
— Да-да, дорогая, сегодня, так что война окончена. Французские корабли уже в Генуе, король прошелся по комнате, сорвал с головы парик и небрежно швырнул на кресло.
Все зеркала в этой комнате были затянуты тканью, на стенах светлели прямоугольники. Когда-то, до начала войны, здесь висели прекрасные картины, а сейчас вся мебель в этом дворце была собрана наспех.
— Может быть, ты хотела бы видеть кого-нибудь из французов? Может быть, среди них даже есть твои знакомые?
Констанция приподнялась на подушке.
— А ты попытаешься меня остановить? — спросила она немного зло. Витторио обернулся.
— Ну почему, Констанция, ты настаиваешь на таком поведении?
— На каком?
— Ведь у нас все хорошо, перемирие, ты поправляешься, а между тобой и мной как будто бы опять продолжается война, — король сбросил камзол и расстегнул на груди рубаху. — Мне кажется, — Витторио подошел и уселся в изголовье, — вскоре мы будем уже в Турине. Ты к этому времени окончательно выздоровеешь.
Констанция вытащила из-под одеяла руки и просунув их под маску, стала ощупывать ими свое лицо.
— Мне пока не хочется ехать в Турин, я хочу жить здесь. И еще у меня есть желание все изменить — все, буквально все — и начать нашу с тобой жизнь сначала.
Король сел на постель, ему было приятно слышать подобные слова от Констанции.
А она тоже поднялась и, прижавшись спиной к высокой резной спинке кровати, огляделась по сторонам.
— Мне здесь ужасно не нравится. Все здесь собрано наспех, лишь бы как. А я могу обставить этот дворец, купить новые картины, сделать новый интерьер.
Король взял Констанцию за руку и принялся развязывать повязки.
— Я хочу все начать сначала, все.
— Ты плохо врешь, Констанция, — произнес король Витторио, снимая с левой руки своей возлюбленной повязку.
Констанция изумленно смотрела на руку.
— И вообще, ты всегда плохо умела это делать. Констанция, казалось, и не слышит то, что говорит король Витторио, она смотрела на свое предплечье, абсолютно чистое, лишь кое — где еще были виднытемные точки, следы ужасных язв.
— Ты, Констанция, всегда говоришь то, что думаешь, а это не очень любят.
— Что же мне остается делать? — каким-то дрогнувшим голосом произнесла Констанция и попыталась вновь просунуть руку под маску, чтобы ощупать свое лицо. Король Витторио улыбнулся.
— Подожди, не снимай.
— Я боюсь, — удержала руку короля Констанция.
— Закрой глаза и не волнуйся, — король аккуратно развязал две веревочки и бережно снял маску.
Констанция сидела неподвижно, с закрытыми глазами. Витторио смотрел, как подрагивают длинные ресницы, вздрагивают губы.
— Ну вот, — прошептал он и приложил ладонь Констанции к ее лицу.
Та принялась судорожно кончиками пальцев ощупывать щеки, веки, нос.
— Так, практически ничего, — горделиво произнес король Витторио, с разных сторон оглядывая лицо своей возлюбленной. Он скривился, увидев небольшую темную точку у левого уха, но тут же на его губах появилась улыбка. Король извлек из кармана зеркало в серебряной оправе, поставил его перед Констанцией ипопросил:
— А вот теперь, дорогая, ты можешь смело открыть глаза. Несколько мгновений Констанция медлила, она сжимала локоть короля, все еще не решаясь открыть глаза и взглянуть на свое отражение.
— Чего же ты боишься, открывай, все равно уже ничего не изменишь.
Констанция резко открыла глаза: из зеркала на нее смотрело немного незнакомое лицо. Констанция оторвала свой взор от зеркала и, взглянув на короля, с улыбкой на губах произнесла:
— Ужасно! Ужасно!
— Что ужасно? — изумился Витторио.
— Ты ужасно выглядишь.
Король расхохотался, оценив шутку возлюбленной. Его веселье передалось и Констанции. Она вновь заглянула в зеркало и вновь прикоснулась кончиками пальцев к своему лицу.
— Спасибо за комплимент, — пошутил король, успокоившись.
Он прильнул к Констанции и заглянул в зеркало. А Констанция все еще продолжала ощупывать свое
Лицо, будто бы действительно оно стало совершенно новым.
Ну что ж, — проронила женщина, — я стала почти такой же, как и была, так что, Витторио, бойся меня потерять.
— А я и боюсь, — признался король.
— Ты самый лучший доктор, даже лучше, чем Тибальти.
— В этом, дорогая, я уже не сомневаюсь, — король взял за край одеяло и медленно сбросил его. — А теперь давай снимем остальные повязки.
— Может быть, пока еще не надо? — воскликнула Констанция.
— Давай-давай, взглянем, что там.
Констанция следила за тем, как ловко разбирает повязки, распутывает и снимает их король. Все кого движения были такими, что незнакомый человек, увидев короля за этим занятием, принял бы его за опытного доктора.
Констанция смотрела на Витторио с благодарностью. Наконец, были сняты все повязки.
— Ты выиграла войну, — обронил король Пьемонта Витторио, поглаживая ногу Констанции.
— Странная война, — глядя в глаза Витторио, сказала Констанция, — очень странная война…
— Но ведь ты, Констанция, хотела, чтобы так было.
— Да, я хотела, но сдал ты, Витторио.
— У меня для тебя подарок, — вдруг улыбнулся король.
— Погоди пока, — настороженно Констанция подвинулась к спинке кровати и посмотрела на ступни ног.
На них вообще не было следов язв, они были такие же изящные, как и до болезни.
— Ты не волнуйся, это необычный подарок.
— Ну так где же он? — улыбнулась Констанция.
Король извлек из кармана простенькую деревянную расческу и подал ее Констанции.
— Это такой подарок, какие обычно мальчики дарят девочкам, которых любят.
Констанция с изумлением держала в руках теплую деревянную расческу с надписью над зубцами: «Констанции». Женщина счастливо улыбнулась.
— Да, да, у нас принято делать такие подарки. Король Пьемонта Витторио тоже улыбался.
— Может, у мальчишек это получается немного лучше, чем у меня, но ты уж извини.
Женщина вертела в руках немного грубоватую расческу, нежно поглаживала ее кончиками пальцев. Затем она прикоснулась к вырезанной надписи.
— Констанции, — прочла она и улыбнулась. А кто это сделал? — она подняла глаза и взглянула на короля. Тот немного смущенно улыбнулся.
— Это сделал я в те долгие вечера, сидя у камина и беспокоясь о твоем здоровье.
— Ты сам? — изумленно вскинула брови Констанция.
— Да-да, дорогая, сам, вот этими руками, — и король показал Констанции свои крепкие ладони.
— Да, теперь я это вижу, — она взяла ладони короля, поднесла к своим губам и нежно поцеловала.
— Я сделал то, что всегда мечтал сделать, единственное, ради чего, может быть, я и родился на свет, — король Витторио медленно придвинулся к Констанции, намереваясь поцеловать ее в губы.
Но она вдруг наклонила голову и подалась к спинке кровати.
— Нет-нет, не сейчас, извини, еще очень больно, жжет. Король Витторио закусил губу и отодвинулся. А Констанция растерянно затрясла головой.
— Я говорю правду, поверь мне, поверь, Витторио, не сейчас… Мне еще нехорошо, я еще не пришла окончательно в себя. — Ты все еще боишься меня, — встав с постели, глядя прямо в глаза Констанции, сказал король Витторио, — ты, Констанция, не можешь забыть о своей навязчивой идее, как спастись от меня.
— С тобой, Витторио, я ничего не боюсь, — так же смело, глядя в глаза королю, сказала женщина.
Через две недели Констанция уже выходила на улицу, правда, она еще прятала лицо от ярких солнечных лучей, прикрываясь шелковым зонтом. Но все равно, это было огромное счастье — идти по улице, смотреть на безоблачное небо, кожей лица ощущать дуновение ветра, который несет с собой тысячи запахов, видеть траву, деревья, цветы, лица людей.
«Какое же это счастье быть здоровым человеком!»— думала Констанция.
Король Витторио, разрешив Констанции прогулки, приставил к ней двух своих людей и дал им указание везде и повсюду следовать за графиней де Бодуэн, не отпускать ее ни на шаг от себя, везде, кудабы она ни пошла — будь то парк, двор или собор, они должны следовать за ней.
Констанция относилась к своим опекунам с нескрываемым презрением.
Вот и сейчас она каталась в лодке по каналу, а ее телохранитель следовал верхом по берегу.
Констанция презрительно посмотрела на него и громко воскликнула:
— Вы должны быть везде со мной, но если я переплыву на другой берег, как вы до меня доберетесь?
— Не волнуйтесь, — воскликнул всадник в черном плаще, — на том берегу мой товарищ. И Констанция увидела, как на другом берегу мелькает всадник в таком же черном плаще. Она тяжело вздохнула.
Немолодой гребец, правивший лодкой, скептично усмехнулся:
— Да, мадам, они вас опекают и никуда от них не деться.
В лодке, кроме Констанции и гребца, была еще и служанка. Констанция в последние дни с ней сошлась. Они часто разговаривали, служанка знала о Констанции почти все. Ведь та, истосковавшись за время болезни по
Простому общению, говорила почти без умолку.
Вдруг Констанция увидела на берегу женщину с ребенком на руках, и ее лицо, беззаботное до этого, стало хмурым.
— Что с вами? — осведомилась служанка.
— Я вспомнила о своем сыне, о своем Мишеле. Я его не видела очень давно, даже не представляю, как он сейчас выглядит.
— Неужели? — всплеснула руками служанка так сильно, что лодка качнулась.
— Да-да, в самом деле, не представляю, это ужасно.
— Ничего, госпожа, вы с ним в конце концов встретитесь.
— А как ты думаешь, он меня узнает?
— Разве можно не узнать мать, да еще такую красивую.
— Он меня давно не видел, и я сама виновата в том, что мы расстались. Я сама отправила его из Турина, отправила в ссылку.
— Я думаю, мальчику это не повредило, — заметила служанка, — он жил на свежем воздухе.
— Да-да, только мне очень грустно, когда я о нем думаю, я лишила себя большого счастья… сама, собственными руками.
— Все изменится, госпожа, все образуется, не стоит беспокоиться.
Но как ни пыталась утешить служанка свою госпожу, лицо Констанции оставалось хмурым и напряженным, а из глаз вот-вот готовы были брызнуть слезы.
Два ее телохранителя, или как называла их Констанция — шпиона или соглядатая, двигались по берегу за медленно плывущей лодкой.
И вдруг Констанция увидела, как кто-то несется по берегу на ослепительно белой лошади.
Она приложила ладонь к глазам и негромко сказала:
— По-моему, это барон Легран, я его помню, он всегда был таким галантным и веселым.
— Да-да, это он, барон Легран, — согласно кивнула служанка.
А барон, увидев Констанцию, плывущую в лодке, придержал коня, сорвал с головы шляпу и поклонился.
— Графиня, я вижу, вы теперь служите на флоте.
— О, да, барон, — расхохоталась Констанция, — действительно, я служу на флоте, а вот это мои капитаны, — она указала рукой на двух телохранителей, едущих вдоль берега канала. — Барон, я счастлива, что вы остались живы.
— Да, а что со мной могло статься? Меня ни пули не брали, ни даже вражеские ядра.
— К берегу, — коротко бросила Констанция гребцу и тот подогнал лодку к берегу.
Барон уже спешился и стоял с непокрытой головой. Он подал Констанции руку, помог выбраться на берег.
— Я хочу сообщить вам, графиня…
— Слушаю вас, барон, — прикрывшись зонтиком от соглядатаев, произнесла Констанция.
— Ваш муж находится во Франции.
— Так Арман жив?!
— Да, графиня, жив.
Констанция задумалась и отрешенно, долго смотрела на воду. На ее ресницах подрагивали слезы, а губы шептали: «Арман, Арман…»— Значит, он жив…
— Но я не только за этим приехал, Арман хочет увезти вас, вырвать из рук короля.
— Да, да, я понимаю, барон, я тоже хочу, я чувствую себя загнанной в угол, чувствую себя в терьме, как птица в клетке.
— Но ваша клетка золотая, графиня, — пошутил барон Легран.
— Да, золотая, но тем не менее она клетка, а свобода находится за прутьями решетки. Видите этих двоих? Король приставил их, чтобы они следили за каждым моим шагом, чтобы я не смогла двинуться, не смогла что-то предпринять.
— Понимаю, слава богу, я пока вне подозрений короля.
— Вам легче. Приезжайте, барон, ко мне во дворец через час или полтора, там мы с вами сможем переговорить подробнее.
— А король? — поинтересовался барон Легран.
— А что король, он пока занят делами — подписание мира, войска… Так что, я думаю, все будет прекрасно.
— Хорошо, графиня, я буду, — барон учтиво поклонился, поцеловал руку Констанции и помог забраться в лодку.
Констанция, покачиваясь на волнах, видела, как легко барон Легран вскочил в седло и, повернув лошадь, помчался вдоль берега. И еще она успела заметить, как пристально следили за ней и барономЛеграном соглядатаи.
— Как они мне надоели! — прошептала женщина.
— Что вы говорите, госпожа? — осведомилась служанка.
Я говорю, дорогая, что они мне ужасно надоели.
— Кто? Вы имеете в виду барона?
— Да нет же, дорогая, я имею в виду вот этих двоих в черном.
— А, да, они следят за нами, следуют буквально шаг в шаг, не отставая, но и не опережая.
— К дворцу! — приказала графиня де Бодуэн, и лодочник развернул лодку, резко взмахнул веслами, и лодка поплыла против течения.
Констанция прикрывала лицо от солнца, любовалась переливами бликов, сверканием волн. Ей хотелось расстегнуть свое платье, но она всего лишь приподнялась и, прикрыв глаза, сделала глубокий вздох.
«Боже, как, должно быть, сладка свобода! Когда можешь распоряжаться собой по своему усмотрению, когда можешь плыть или идти туда, куда хочется, не обращая внимания ни на кого». Вернувшись во дворец, графиня де Бодуэн переоделась в новое платье и долго стояла перед зеркалом, рассматривая себя.
— Я сильно изменилась, — прошептала она, прикасаясь кончиками пальцев к холодному стеклу зеркала, — я даже стала непохожа на ту Констанцию, которой была до болезни. Только глаза, пожалуй, остались теми же, да у губ появились две горькие складки, правда, они почти не видны. А что до того, что я очень бледна, так это не беда. Пройдет время, и румянец вернется на мои щеки.
Констанция вынула из секретера свою шкатулку из темного дерева, приподняла крышку и достала свой медальон. Она любовно держала его в руках, поглаживая огромную сверкающую жемчужину, затем посмотрела на герб и нежно поцеловала медальон.
«Да, я графиня Аламбер, там, во Франции, у меня дом. А здесь я в чужой стране, я загнана в угол и мне не позволено делать опрометчивые шаги. Значит, я должна затаиться и ждать. Но в конце концов, я обрету свободу и вновь буду наслаждаться жизнью. Я буду вдыхать запахи цветов, мужчины вновь станут восхищаться моей красотой, будут поклоняться мне и возможно, я в конце концов, буду счастлива. А еще у меня есть сын, — вспомнив о Мишеле, Констанция вздрогнула и вся напряглась, — да-да, сын, я выносила его под сердцем и люблю его. Мне казалось, я о нем забыла, но я помнила о нем всегда и все время моя душа рвалась к ребенку. Боже, он, наверное, уже большой, похож на Армана. А может быть, он как две капли похож на меня в детстве. Возможно, у него такие же ямочки на щеках и так же загнуты ресницы, такие же брови. Как мне хочется его увидеть, подержать его ладони в своих руках, прижать его к себе и нежно поцеловать в глаза, в щеки, в губы! Боже, мой мальчик, мой Мишель!» Констанция готова была расплакаться, думая о сыне, думая о том, как она была жестока, решив вычеркнуть его из своей памяти.
«Нет-нет, я допустила большую ошибку, но я ее обязательно исправлю. Мишель, мы будем вместе, я буду о тебе заботиться, я буду тебя воспитывать и ты вырастешь прекрасным человеком. Я буду отдавать тебе все свое время, я научу тебя всему, что знаю сама. И ты, возможно, будешь более счастливым, чем твоя мать и твой отец. Возможно, тебе не придется мучиться, возможно, ты всегда будешь свободным».
— Мишель, Мишель, — шептала Констанция, расхаживая по пустынным и мрачным покоям дворца, — когда же я вновь встречусь с тобой, когда же я смогу тебя обнять?
И тут же сама себе ответила:
— Тогда, когда я смогу вырваться из этой золотой клетки. Только тогда мы будем вместе, когда перестанем зависеть от короля Пьемонта. Конечно, я благодарна ему, он спас меня, выходил, но он же сам во всем и виноват. Ведь это он, Витторио, вынудил меня идти той ночью к нему в Риволи и все получилось из-за него, из-за его желания обладать мной.
— Госпожа, — послышался голос служанки.
— Да, дорогая, — Констанция, смахнув слезу, обернулась. — Что случилось?
— Госпожа, к вам барон Легран, он ждет внизу.
— Спасибо, скажи барону, что я сейчас спущусь. Констанция немного припудрила лицо, поправила платье и, застегнув медальон, улыбнулась своему отражению.
«Ну что ж, ты хоть и пережила довольно страшные времена, выглядишь прекрасно и все еще, возможно, в твоей жизни сложится хорошо. Не надо отчаиваться, Констанция». Она направилась по широкой мраморной лестнице вниз, туда, где поигрывая шляпой в руках, стоял, обло-котясь о балюстраду, барон Легран.
Увидев Констанцию, барон учтиво поклонился даме, поцеловал руку.
— Извините, барон, что я заставила вас ждать.
Да что вы, графиня, я только приехал, не стоит извиняться.
— Пройдемте, — графиня взяла барона под руку и провела по двору.
Мужчина и женщина остановились у большой двери.
— Откройте, пожалуйста, барон, я хочу взглянуть на свои сокровища.
Барон распахнул большую дверь. Констанция вошла в большое пустынное помещение. В двух углах были составлены картины, скульптуры, мебель.
— Вот это, — Констанция указала направо, — все, что досталось мне из дворца в Риволи. А вот это — из
Дворца в Турине. Все остальное разграбили и уничтожили французы.
— Немного, — бросил барон Легран.
— Это плата за то время, что я была с королем.
— Я понимаю вас, графиня, и сочувствую. Увидев это, а тем более вспомнив, можно разрыдаться. Но не стоит, графиня, предаваться отчаянию, не все так плохо.
Констанция резко обернулась и увидела, что в двери стоит один из ее соглядатаев.
— Это ваша тень? — заметил барон Легран.
— Да, его приставил король, его величество боится, что я могу сделать какой-нибудь опрометчивый шаг, могу убежать.
— Значит, он чувствует, что все не так хорошо.
— Да, чувствует, хотя я стараюсь делать вид, что все в наших отношениях изменилось.
Увидев шпиона, лицо барона сразу же сделалось хмурым. Он приблизился к Констанции и прошептал:
— Графиня, а вы уверены в том, что хотите покинуть свою золотую клетку?
Графиня не задумываясь ответила:
— Да, барон, да.
Барон Легран и графиня де Бодуэн не успели договорить, как рядом с дверью, во дворе, возник силуэт всадника, за которым как тень следовал второй соглядатай.
— Это король, — прошептала Констанция, отходя от барона на шаг.
Король быстро соскочил на землю и вошел в помещение. Барон Легран, сняв шляпу, учтиво поклонился монарху. — Я никогда не думал, барон, что столь доблестный военачальник может интересоваться мебелью. Хотите купить или желаете что-нибудь продать графине?
— Нет, ваше величество, мы абсолютно случайно забрели сюда.
— Но если вы даже и желаете что-нибудь приобрести, то слишком поздно, барон, это все уже продано.
— Как? — изумленно воскликнула Констанция, бросаясь к королю Витторио.
— Очень просто, я все это продал.
— Но ведь это принадлежит мне, ведь это мои картины, моя мебель, мои скульптуры. Почему? Эти вещи мне нравились.
— Потому, дорогая, — глядя прямо в глаза Констанции, сказал король Витторио, — потому, что мы покупаем новые вещи, новую мебель, новые картины, новые скульптуры — все будет новое, ты же сама мечтала об этом. У каждого своя роль.
— Твоя роль следить за мной — тихо произнесла Констанция.
— Да, и это тоже, — кивнул король Витторио. — Должен знать все твои тайны, Констанция, я должен знать, где ты, с кем ты.
— Оставь мне мои тайны.
— У тебя, дорогая, еще достаточно секретов от меня, так что можешь не переживать.
— А эти еще долго будут следовать за мной по пятам? — Констанция кивнула на дверной проем, где стояли соглядатаи.
— Сколько нужно, столько и будут, — коротко ответил король.
— Ваше величество… — барон Легран сделал шаг.
— Спокойно, барон, не надо ничего говорить, я желаю, чтобы вы немедленно покинули этот дворец и направились в Турин.
— Но я… — хотел что-то сказать барон Легран. Король ее дал ему сказать.
— Это мой приказ, барон, и вы немедленно должны будете ему подчиниться.
Барон поклонился королю, затем Констанции. Графиня подала руку, барон склонился и прошептал:
— Я найду способ, графиня, чтобы вам помочь.
— Да, барон, я на это очень надеюсь. Когда за бароном Леграном захлопнулась дверь, король улыбнулся и немного скептично произнес:
— Теперь я вижу, Констанция, ты выздоравливаешь.
— Да, я знаю, — ответила женщина. — Почему ты на меня так смотришь? — перехватив взгляд короля, спросила женщина.
— У вас с бароном похожи глаза, как у брата и сестры.
— Да нет, я никогда этого не замечала.
— А я вот заметил сразу, вернее, у вас похожи не глаза, а их выражение, вы с ним, как будто, что-то замышляете.
— Да нет, что ты, дорогой, — попыталась успокоить короля Констанция, — мы просто очень мило беседовали о живописи и тут как раз появился ты, прервал наш разговор.
— Прошу меня извинить, графиня, я не хотел мешать беседе. Я люблю тебя, Констанция, — подойдя почти вплотную, произнес король Пьемонта Витторио.
— Да, я это знаю, — улыбнулась Констанция. Почти целую неделю Констанция уговаривала Витторио, чтобы он позволил ей увидеться с сыном. Король упирался, отнекивался, но Констанция была настойчива. Она пустила в ход все свое обаяние, она уверяла короля в верности, в том, что любит его, в том, что свидание с сыном ей необходимо.
Король Витторио согласно кивал головой, но его губы как-то странно подергивались, а по его глазам было видно, что он не совсем доверяет Констанции.
— Нет, нет, еще опасно путешествовать, еще много по лесам всяких разбойников, бродяг.
— Да нет же, нет же, Витторио, мне это просто необходимо, я страстно желаю увидеть Мишеля, а потом я сразу же вернусь к тебе. Свидание будет кратким — всего лишь один день плюс дорога.
Наконец, король согласился.
— Хорошо. Но ты же знаешь, что я не могу прожить без тебя и дня, я так привязался к тебе, Констанция, я люблю тебя.
— Да, Витторио, я это знаю. Но пойми и ты меня, я все же мать, у меня есть ребенок, и я давным-давно уже не видела его. Мне необходимо взглянуть на него, поцеловать его, я хочу его увидеть. А если ты мне не веришь, отправь со мной своих людей, ведь они не отходят от меня ни на шаг.
Король усмехнулся.
— Да, я, даже если бы ты и не просила, послал бы их с тобой, ведь им поручено заботиться о тебе, опекать тебя, а в случае опасности, они должны защитить тебя, спасти.
— Спасибо за заботу, — иронично улыбнувшись, заметила Констанция.
— Ничего не могу поделать, дорогая, я люблю тебя и даже от одной мысли, что кто-то может причинить тебе зло, мне становится плохо. Так что, пусть они уж присмотрят за тобой в дороге.
— Хорошо, я согласна.
Король взял руку Констанции и прижав к своим губам, поцеловал.
— Ну, Витторио, не стоит, я же скоро вернусь — туда и назад.
— Это очень долго, я уже давным-давно не расставался с тобой на столь длительный срок.
— Какой это длительный срок, всего лишь два дня.
— Это для тебя всего два дня, а для меня — целая вечность. Я скучаю без тебя, дорогая, если бы только знала, как сильно!
Король говорил настолько проникновенно и искренне, что даже у Констанции дрогнуло сердце. Она крепко прижалась к нему. Король обнял ее и поцеловал в щеку.
— Ну ступай, ступай, а то я не выдержу и передумаю. Констанция выскользнула из объятий короля и быстро пройдя с десяток шагов, остановилась и, глядя прямо в глаза Витторио, произнесла:
— А я ведь тоже скучаю без тебя.
Король прищурился, на глаза навернулись слезы. Через час Констанция уже сидела в маленькой карете, запряженной парой лошадей. Лошади резво бежали, а Констанция смотрела в окно.
Она знала, по какой дороге ее повезут, она знала так же, где ее будет поджидать Арман де Бодуэн. Это должно будет произойти возле четырех больших камней на холмике, где стоит новый крест.Поэтому Констанция все время следила в окно, боясь пропустить. На козлах сидели два ее телохранителя. Они негромко переговаривались о погоде, о том, сколько еще им ехать до поместьяде Бодуэнов.
А Констанция жадно вдыхала сырой лесной воздух, врывавшийся в распахнутое окошко.
«Как прекрасно чувствовать себя на воле!»— думала женщина. А еще она представляла, как встретится с ребенком, как прижмет его к своей груди.
Неделю назад она получила записку от барона Леграна, в которой тот сообщал, где и когда ее будет ждать граф де Бодуэн вместе с ребенком, чтобы покинуть Пьемонт и, перейдя границу, укрыться воФранции.
Сердце графини бешено колотилось в груди — и вдруг она увидела белый крест на холме. Она выглянула в окошко и попросила остановить карету.
— Вам плохо, графиня? — осведомился один из охранников.
— Нет-нет, что вы, мне просто надо выйти. Охранник соскочил с козел и открыл дверцу. Графиня ступила на землю и потом недоуменно взглянула на охранника, следующего за ней.
— Что-нибудь не так? — осведомился тот.
— Конечно не так, надеюсь, вы не собираетесь пройти со мной вот за те камни?
— А что такое, графиня?
— Ну, знаете ли… — улыбнулась женщина. Охранник смущенно улыбнулся в ответ.
— Понял, понял, графиня, мы будем ждать вас здесь.Констанция, придерживая подол юбки, направилась к холму. Опавшие листья нежно шуршали под ногами, прилипали к сапогам, к подолу тяжелого шелкового платья.
— Скорее! Скорее! — шептала себе Констанция, взбираясь на холм.
— Это надо же, где приспичило! — присвистнул один из охранников. Тот в ответ только улыбнулся.
— Ну, знаешь ли, это может случиться с каждым. Едешь, едешь вот так, а тут как прихватит и тогда…
— Вот именно так и случилось, — сказал второй и принялся раскуривать трубку.
Взойдя на холм, Констанция увидела внизу маленькую открытую повозку, в которой сидела служанка с прикорнувшим рядом с ней мальчиком. А прямо к ней бежал на холм Арман де Бодуэн. Еще две верховые лошади были привязаны у дерева.
— Констанция! — воскликнул Арман, раскрывая объятия.
Но женщина пробежала рядом с ним, даже не обратив внимания на его разведенные руки и счастливо сверкающие глаза.
— Констанция… — уже каким-то другим голосом бросил ей вслед граф де Бодуэн.
А женщина бежала, цепляясь за корни, к повозке, туда, где сидел ее сын, где был Мишель.
Служанка указала мальчику на Констанцию.
— Видишь, это твоя мама.
— Мама? — задал вопрос ребенок и испуганно вскрикнул. — Нет-нет, это не мама!
Констанция подбежала к мальчику и схватила на руки. Он дернулся, пытаясь высвободиться из объятий.
— Сынок, сынок, Мишель, ты что, меня не узнаешь?! Я твоя мама!
Констанция прижимала ребенка к груди и жадно целовала в щеки, а мальчик вырывался.
Наконец, Констанция опустила сына на землю и тут он радостно вскрикнул:
— Папа! Папа! — и побежал по жухлой листве, устилавшей землю, к Арману. Арман подхватил его на руки и прижал к груди.
— Сынок, мы вместе, я тебя люблю. Констанция горестно опустила голову.
— Не расстраивайтесь, госпожа, — сказала служанка, — вскоре он к вам привыкнет и будет узнавать.
— Нет, нет, — горько покачала головой графиня, — я его обманула, я его предала, и теперь он мне мстит.
— Да нет же, Констанция, — сказал граф де Бодуэн, подходя к своей жене, — он просто еще слишком мал
И ничего не понимает. Давайте быстрее, собирайтесь, надо убегать!
— Я мама, я твоя мама, Мишель, ты слышишь? Твоя мама, и мы с тобой сейчас поедем домой, — Констанция взяла ребенка на руки, затем поднесла к повозке и усадила на сиденье.
— Отправляйтесь! Скорее! Мы вас нагоним. Служанка натянула вожжи, и маленькая повозка легко покатилась, подскакивая на толстых корнях.
— А ты как можно скорее переоденься, Констанция, вот, я привез это для тебя, — и граф де Бодуэн подал своей жене сверток с одеждой.
Констанция принялась сбрасывать, срывать с себя дорогие одежды и натягивать через голову простое платье — мужские брюки, мужскую куртку и шляпу.
— А ты сказал Эмилии куда нужно ехать? — спросила Констанция у своего мужа.
— Да-да, Эмилия знает, мы встретимся у реки. А на другом берегу уже Франция, там нас будут ждать предупрежденные бароном Леграном люди.
— Прекрасно, — Констанция быстро натягивала на себя одежду, а граф де Бодуэн с изумлением смотрел на свою жену.
— Ты прекрасна даже в этой одежде.
— Не до этого, Арман, скорее бы вырваться на свободу, скорее убежать!
Констанция вскочила в седло — и они помчались. Вдруг лошадь Констанции споткнулась и завертев головой, заржала. Один из охранников, сидящих на козлах, услышал ржание и толкнул в плечо другого.
— Что-то давно нет графини.
— Ну, знаешь ли, для женщины, по-моему, это не слишком долго… Пойду, все-таки, взгляну.
— Конечно, сходи.
— Да, мне показалось, что там послышалось лошадиное ржание.
— Да-да, мне тоже показалось, — охранник быстро побежал на холм.
— Скорее! Скорее! — торопил Арман. Констанция, пригнувшись к гриве, мчалась среди кустов, спеша за графом де Бодуэном.
Охранник вбежал на холм и испуганно огляделся по сторонам: графини де Бодуэн нигде не было видно. И тут он заметил, что у подножья холма что-то белеет. Он бросился вниз. Это было платье Констанции.
— Дьявол! — закричал он. — Лукино! Лукино! Скорее, ко мне! Нет, оставайся на месте, — изменил он решение и взбежав на холм, закричал, — Распрягай лошадей, они убежали!
Лукино, недолго думая, выхватил из-за пояса кинжал и принялся обрезать упряжь, чтобы освободить лошадей. Охранники вскочили на отвязанных лошадей и бросились вдогонку.
— Скорее всего, они двинутся к реке, там граница с Францией, — кричал Лукино, яростно настегивая своего гнедого жеребца.
— Да, они двинутся туда, больше некуда. Король нас не пощадит, не пощадит! Он вздернет нас на площади.
— Да куда там вздернет, просто отрубит головы или посадит на всю жизнь в тюрьму. Я короля знаю, за графиню де Бодуэн он не пощадит никого. Надо догнать графиню во что бы то ни стало, — и охранники, яростно настегивая лошадей, бросились наперерез, надеясь, что они попадут к реке раньше, чем Констанция со своимисообщниками.
Правда, ни один из охранников не знал, сколько у Констанции сообщников, но они готовы были умереть, но догнать графиню де Бодуэн и вернуть ее королю Витторио.
Наконец, Констанция и граф де Бодуэн оказались на берегу неширокой реки.
— Смотри, Констанция, на том берегу Франция.
— А где же служанка и наш ребенок? — Констанция испуганно оглядывалась по сторонам.
— Они должны быть где-то здесь, не уходи отсюда, я спущусь к реке, посмотрю там, — граф де Бодуэн спешился и стал спускаться по довольно крутому берегу к воде.
— Да нет же, нашего ребенка и служанки нигде не видно.И вдруг Констанция вскрикнула, она увидела, как по берегу мчится легкая повозка. Констанция приложила ладонь к глазам и всмотрелась: повозка была пуста.
— Арман! Арман! — закричала Констанция. — Они их перехватили! Надо что-то делать!
Арман взобрался на берег, схватил Констанцию за руку и потащил к воде.
— Беги на ту сторону, беги, я их задержу.
— А как же сын?
— Потом, потом, сейчас ты будешь одна, совсем одна, там тебя встретят верные люди.
— А ты?
— Я их задержу.
И Констанция увидела, как на берегу появились два черных всадника, два ее телохранителя.
— Да беги же ты, не стой! — и он буквально толкнул Констанцию в спину. Она покатилась по обрывистому берегу к реке и уже ни о чем не думая, бросилась на ту сторону. Река хоть и была довольно глубокой, но Констанция смогла переправиться и выбраться на противоположный берег. Она стояла и смотрела, как на графа де Бодуэна мчатся два черных всадника с обнаженными клинками.
Арман выхватил из-за пояса кинжал и стоял один против двух всадников. Он вошел в воду и застыл. Один из всадников налетел и попытался сбить Армана лошадью. Но Арман увернулся и ударил кинжалом лошадь в живот. Та вскочила на дыбы и мгновенно повалилась набок, увлекая одного из охранников. Но второй оказался порасторопнее. Он не был настолько смел, а был более осторожен. Завязался неравный бой. Охранник заехал на лошади за спину графу де Бодуэну, как бы отрезая его от противоположного берега. А на холме, на противоположном берегу уже появилось несколько вооруженных людей короля Витторио. На руках одного из них был сын Констанции Мишель.
Глухо вскрикнув, Констанция бросилась в лес. Она бежала изо всех сил, пока не увидела на дороге повозку и трех людей барона Леграна.
— Графиня, мы вас давно ждем.
— Там… там… — закричала Констанция, — они захватили моего ребенка, они убивают моего мужа!
Один из людей барона Леграна бросился к реке, но уже через несколько минут вернулся.
— Бессмысленно, их слишком много, их целая дюжина, они уже связали графа, так что все кончено.
Констанция глухо вскрикнула и, упав на землю, разрыдалась. Люди барона Леграна стояли рядом с плачущей женщиной, не зная, как ее успокоить.
Король расхаживал по дворцу. Он был зол, ему уже сообщили о том, что Констанция пыталась убежать. Но он не знал, удался ли побег. Правда, больше всего его огорчило то, что Констанция предала, обманула, а не то, что попыталась убежать. Король Витторио скрежетал зубами, проклиная себя за мягкосердечие.
«Зачем я ее отпустил? Ведь я же сам дал согласие, ведь я же чувствовал, что она может убежать! Почему она никак не может ко мне привыкнуть? Почему я должен держать ее рядом с собой силой?Ведь я же люблю ее, и она это знает, почему же она так неблагодарна? Дьявол, она любит своего мужа, графа де Бодуэна. Лучше бы он погиб тогда, когда взрывал мост через проклятую реку, тогда, когда я получил известие о том, что Констанция заразилась оспой. Но бог милостив к таким, как граф де Бодуэн…» Король Витторио подошел к окну и посмотрел на темные, низко висящие тучи. Они вот-вот готовы были разразиться проливнымдождем.«Скорее, скорее, почему я ни о чем не знаю? Где они все? Где мои верные люди? Скорее бы они появились и привезли хоть какие-нибудь известия!» Король был вне себя, он сгорал от ярости и нетерпения. Он то и дело хватался за рукоять шпаги.
«Убью графа де Бодуэна! Убью! Кто дал ему право стать между мной, королем Пьемонта, и Констанцией?! Она должна принадлежать мне и только мне! Ведь если бы не я, она бы умерла, а если бы бог ее помиловал, она была бы ужасна и безобразна! Только я спас ее, почти лишившись за это короны. Тысячи людей погибли из-за этой любви, а она так меня предала!» Король готов был выхватить клинок и вонзить себе в сердце, но он хотел увидеть Констанцию, хотел взглянуть ей в глаза, чтобы там прочесть ответ на все вопросы, которые мучили его душу. — Ну где же вы все?! — шептал Витторио, бросаясь из одного угла зала в другой. — Скорее! Скорее!.. Почему не начинается дождь? И вдруг раздался раскат грома, глухой и дальний. Сердце короля бешено заколотилось и, выглянув в окно, он увидел, как ведут по площади к дворцу связанного графа де Бодуэна.




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Констанция Книга четвертая - Бенцони Жюльетта

Разделы:
Глава 1Глава 2Глава 3Глава 4Глава 5Глава 6Глава 7Глава 8Глава 9Глава 10Глава 11Глава 12Глава 13Глава 14

Ваши комментарии
к роману Констанция Книга четвертая - Бенцони Жюльетта



По мотивам этой книги(4-ой)снят фильм "Королевская шлюха".
Констанция Книга четвертая - Бенцони ЖюльеттаВалентина
25.07.2011, 17.52





Если она и была королевской шлюхой, то не по своей воле, графу хоть не много гордости, кот у жены вдоволь, а так все хорошо начиналось, король, вообще умора неужели такие короли были..
Констанция Книга четвертая - Бенцони ЖюльеттаМилена
7.07.2014, 18.24








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100