Читать онлайн Две женщины, автора - Бело Адольф, Раздел - 7 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Две женщины - Бело Адольф бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.67 (Голосов: 15)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Две женщины - Бело Адольф - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Две женщины - Бело Адольф - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Бело Адольф

Две женщины

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

7

Через несколько дней вечером, в восемь часов, барон де Ливри был чрезвычайно удивлен и обрадован. Каждый вечер он пунктуально являлся к дому графини де Брионн узнать о ней новости и справиться о здоровье. В этот вечер он тоже приготовился уйти, не повидав Елену, но лакей, который обычно принимал его на пороге дома, пригласил барона войти.
При этом приглашении, на которое он больше не надеялся, барон побледнел и зашатался, но, сделав над собой усилие и не произнося ни слова, так как он не мог отважиться заговорить, проследовал за лакеем в салон графини.
Только когда он увидел, что этот салон был пуст, дар речи вернулся к нему и он захотел убедиться в своем счастье.
– Вы не ошиблись, друг мой? – спросил он лакея, немного робко. – Графиня вам ясно сказала…
– Пригласить вас войти, господин барон, если придете сегодня вечером.
– Значит, она намерена меня принять?
– Вероятно, сударь, – сказал торжественно лакей.
Господин де Ливри признался себе, что сказал глупость, но в подобный момент было не до этого. Радость, сперва лишившая его способности говорить, теперь привела к противоположному результату: он испытывал настоятельную потребность болтать, жестикулировать, действовать и, не имея рядом никого, кроме лакея, принял его в компанию.
– Видишь ли, – сказал он ему, – ты так долго отвечал мне стандартной фразой: «Мадам больна и не может принять господина барона», что в этот вечер, когда ты мне дал иной ответ, меня это очень удивило. Ах, мошенник, разве ты мало повторял свою заученную фразу, преграждая мне вход в дом!
– Полноте, сударь, я исполнял приказы.
– Я тоже так думаю, – воскликнул барон, – не хватало еще, чтобы ты задерживал меня в дверях без приказа! Но сегодня ты получил новый приказ и выполняешь его так же хорошо. Теперь я сержусь на тебя меньше, чем прежде, и хочу что-нибудь для тебя сделать. На, возьми этот луи.
– Это вы мне? – спросил лакей.
– Конечно, тебе. Или я должен дать его еще кому-то? Ведь со мной говорил только ты.
– Я, господин барон.
– Возьми, болтун! – воскликнул господин де Ливри, вручая ему еще два луи. – Но скажи мне, почему не идет графиня? Ты уверен, что не ошибся?
– Если сударь желает, я ему повторю…
– Не надо. Кто известил графиню о моем приходе?
– Никто.
– Как никто?
– Я ожидал, когда больше не буду нужен господину барону, чтобы доложить хозяйке, что вы в салоне.
– Да я никогда и не нуждался в тебе! – закричал барон сердито. – Пойдешь ли ты исполнить то, что от тебя требуется?
Когда господин де Ливри подтолкнул лакея к двери и остался один, он сел и огляделся вокруг. Ничто не изменилось в этом салоне, который он так любил и о котором столько сожалел. Каждое кресло на своем обычном месте; барон узнал свое бывшее, чуть больше потертое, чем другие. В углу стоял игральный стол, словно ожидая шевалье и виконта. В камине горел огонь, и четыре лампы, прикрытые абажурами, разливали, как и прежде, мягкий свет кругом.
Господин де Ливри чувствовал, что его охватывает умиление. Графиня оставила строгость в отношении старого друга: она появится, он ее увидит, изгнание закончилось. В этот момент, полный радости, он забыл о прошлых неприятностях, о своей грусти и о том, как он неприкаянно расхаживал по Парижу, не в силах прогнать унылые мысли.
Тогда он не раз обещал себе, что, если увидит мадам де Брионн, то засыплет ее упреками и жалобами на то, какое малое значение придает она его испытанной дружбе; он себе клялся наговорить ей самых обидных вещей и отплатить безразличием за безразличие, холодностью за холодность, – одним словом сделать все, чтобы ее огорчить. Но едва он вошел в салон своей подруги, как все эти проекты растаяли, словно по волшебству. В самом деле, разве не достаточно одного превосходного дня, чтобы забыть все скверные дни? Весной, когда природа радуется, когда цветут цветы и поют птицы, разве будет кто-нибудь сетовать, вспоминая зимний холод и снег?
Но барон еще сомневался в своем счастье. Как узник, который ждет свободы, когда получает ее, отказывается поверить в то, что он может покинуть свою камеру, так господин де Ливри, не видя мадам де Брионн, спрашивал себя, не стал ли он жертвой ошибки и имеет ли он право радоваться.
Однако в соседней комнате послышался легкий шум. Барон насторожился и уловил шелест шелкового платья. Это она! Наконец-то!
Тогда, избавившись от сомнений, уверовав в победу, он почувствовал уже меньшую робость и прежние замыслы возродились в его сознании.
– Как я хочу видеть ее! – пробормотал он. – Как я хочу высказать ей все, что я думаю о ее поведении, как я хочу ей отплатить!
Дверь отворилась и появилась Елена.
Она сильно изменилась: лицо ее осунулось и потеряло свежесть и тот пленительный цвет, которым оно всегда отличалось. Губы ее были бледными, фигура заметно похудела и походка казалась нетвердой. Однако она была еще прекрасна, может быть, более прекрасна, чем когда-либо. Взгляд Елены излучал теперь меньше пламени, но зато в нем появилось больше выражения. И если она несколько потеряла в смысле здоровья и бодрости, то одновременно выиграла благодаря какой-то новой прелести и грации. Если красота ее стала менее совершенной, зато теперь она была более властной; видно было, что она перенесла болезнь и что этот крепкий организм подвергся сильным испытаниям.
На пороге салона Елена остановилась и, прислонившись к стене, сказала взволнованным голосом, протягивая руки к господину де Ливри:
– Подойдите ко мне, мой милый старый друг, чтобы я могла выразить всю радость, которую я испытываю от того, что вижу вас.
Барон поправил свои усы, чтобы сдержать себя и скрыть свое волнение, но не двинулся с места.
– Как! Вы не идете? – сказала мадам де Брионн. – Значит, я сама должна попытаться…
И она, шатаясь, шагнула к господину де Ливри.
Он не мог больше сдерживаться; твердость характера, достоинство, которые он намерен был продемонстрировать, мгновенно улетучились. Одним прыжком он подскочил к Елене и поддержал ее, со слезами целуя руки. Долгое время он молча разглядывал ее и наконец спросил:
– Значит, вы были больны?
– Увы! – сказала она. – Вы же видите, мой друг.
– Да, вижу, – ответил барон и, как если бы все претензии к графине вновь пришли ему на ум, добавил ворчливым тоном: – И вы могли бы умереть не предупредив меня, верно?
– Нет, дорогой барон, если бы были серьезные опасения относительно моего состояния, я бы вас позвала.
– В последний момент, без сомнения, – сказал он тем же тоном. – Я привел бы нотариуса и сам служил бы свидетелем при составлении вашего завещания. Должно быть, вы считаете меня очень неловким и неспособным заботиться о больных!
– Зачем вас огорчать видом моих страданий? – ласково сказала она.
– Вы думаете, что я со своей стороны не страдаю, когда не вижу вас? – запальчиво воскликнул господин де Ливри.
Без сомнения, он хотел продолжать и высказал бы ей все, что так долго накапливалось у него на сердце, но Елена, все еще стоявшая на том месте, где он ее остановил, прервала его:
– Позвольте мне сесть, мой друг, – пробормотала она. – Я еще очень слаба.
– Ну конечно! – воскликнул он. – Присядьте; я держу вас на ногах, да еще делаю упреки…
Он усадил ее, подложил ей под ноги вышитую подушечку и сев рядом, сказал почти отеческим тоном:
– Ну, что с вами было?
– Крайняя усталость, упадок духа, полное истощение физических и моральных сил.
– Что же думает по этому поводу врач?
– Он тут ничего не сделает, я его даже не звала.
– Однако ж, вам надо лечиться.
– Зачем? – сказала она унылым тоном.
– Как зачем? – сказал взволнованно господин де Ливри. – Когда вы больны, то не принимаете, а когда вы не принимаете, я… сам делаюсь больным.
Она посмотрела на него и нежно сказала:
– Значит, вы так привязаны ко мне?
Какой упрек в адрес отсутствующего заключался в этой фразе!
Сколько боли крылось в коротком слове: «вы»! Но барон не понял ее чувства или сделал вид, что не понял, и ответил на то, что относилось к нему лично в словах графини:
– Привязан ли я к вам? О! И вы еще спрашиваете! Пять лет я посещаю этот салон, пять лет я не провожу дня, не повидавшись с вами. Я знал вас еще маленькой девочкой; я баловал вас тайком от ваших родственников… Позже я захотел вам выбрать мужа, – у меня оказалась несчастливая рука, но, по счастью, вы недолго мучились и теперь стали вдовой. Наконец, я готов сделать для вас все, что вы пожелаете, если понадобится, я принесу свою жизнь в жертву вам! И вы еще спрашиваете, неблагодарная, привязан ли я к вам!
– Я больше не буду вас об этом спрашивать и не буду в вас сомневаться, – сказала Елена, протягивая руку барону. – Не сердитесь на меня, в последнее время я сомневаюсь во всех и даже в самой себе. В будущем я обещаю вам верить, одному вам, и если мне придется снова заболеть, вы будете обо мне заботиться.
– Правда? – воскликнул господин де Ливри, просияв. – Тогда болейте, сколько пожелаете, не вижу этому препятствий.
Она не могла не улыбнуться. Барон не обратил на это внимания: весь во власти своей радости, он продолжал в том же духе:
– Какую приятную жизнь мы будем вести! Не хотите ли вы возродить ваши прежние вечера? Это ни к чему – нам вполне достаточно общества друг друга. От шевалье и виконта вы не добьетесь много толку: они заняты только своими старыми воспоминаниями. Что касается других, то они изменили свои привычки и разлетелись искать подходящий климат. Они глупее перелетных птиц и не понимают, что весна возвратится.
– Вы их видели? – спросила вдруг Елена.
– Кого?
– Тех, кто разлетелся в разные стороны.
– Нет. Для чего?
– Правда, не видели никого из них?
– Но…
– Не бойтесь огорчить меня, барон, – сказала Елена тоном, казавшимся совершенно естественным, – я всегда с удовольствием беседую о тех, кого знаю, даже если они меня забыли.
– Ну хорошо, я видел одного… – сказал господин де Ливри, обманутый спокойствием графини.
– Кого же?
– Мориса.
– А! – сказала мадам де Брионн. – Он хорошо живет?
– Мне так показалось.
– Вы встречались с ним вечером? – сказала Елена после минутного молчания.
– Вечером! – воскликнул барон. – А куда я мог пойти? Никогда у меня на сердце не было так тяжело! Ваш лакей опять отказался впустить меня в дом. И тогда я решился пойти к одному из ваших старых друзей, чтобы пожаловаться на вас тому, кто мог бы меня понять и облегчить сердце. Он принял меня у себя в салоне.
– И вы говорили за двоих?
– Пожалуй. Я долго обсуждал ваше поведение…
– А он? – спросила она.
– О, у него, я думаю, не было времени вставить слово, – ответил барон. – Я говорил, говорил, я не скупился на критику в ваш адрес…
Графиня вновь прервала его вопросом:
– Он счастлив?
– Счастлив? Вот этого я не знаю, – сказал барон де Ливри. – Он показался мне спокойным.
– А его жена? Вы видели ее? – спросила она.
– О да! – ответил барон.
– Каким тоном вы это сказали: о да! Разве она не красива, не любима?
– Да, если хотите. Но она еще молода, неопытна, не знает очень многого… Одним словом, это не женщина.
– Но ведь ее муж не может иметь такое же мнение? – заметила графиня.
– Я не знаю, каково его мнение. Он говорил очень мало и казался задумчивым.
– Счастливая задумчивость, – сказала Елена.
– Вы полагаете? – сказал барон. – На меня это не произвело подобного впечатления. Когда я счастлив, я говорю, жестикулирую, перехожу с места на место.
Господин де Ливри претворял слова в действие – расхаживал по салону, усаживался то в одно кресло, то в другое, приближался к мадам де Брионн и отходил от нее и жестикулировал самым невероятным образом. Поглощенный радостью вновь обрести свою любимую собеседницу, своего лучшего друга, которую он обожал, как свою дочь, он забыл о своих пятидесяти годах, о седых волосах и об особой усталости, которую накладывает на людей разгульная парижская жизнь.
Вдруг барон сделал более стремительный прыжок, чем позволял себе до сих пор и побежал к окну.
– Что вы хотите сделать, мой друг? – спросила мадам де Брионн, изумленная его беспорядочными движениями.
– Ваши шторы раздвинуты, – ответил барон.
– Ну и что?
– Ну то, что с улицы виден яркий свет в салоне, – сказал барон, поспешно задергивая занавески. – Кому-нибудь может прийти в голову фантазия заявиться к вам, а вы еще больны, вас нельзя утомлять.
– Успокойтесь, никто не придет, – с грустью сказала Елена.
– Если бы речь шла лишь о шевалье и виконте, то это было бы понятно, – продолжал отстаивать свою идею господин де Ливри. – Те жалуются на вас, как и я, и заслуживают, чтобы к ним относились с уважением. Но те, кто сбежали прежде, чем вы их оставили…
– Так поступил только один, – прервала она барона.
– Пусть один, но если он вернется…
– Он никогда не вернется!
– Однако, если он вернется, – продолжал господин де Ливри, – то поскольку это будет очень дурным тоном столь долгого отсутствия, поскольку это будет последней бестактностью с его стороны…
– Я откажусь его видеть, – с твердостью оказала Елена.
– И если он будет настаивать, – воскликнул барон, захваченный мыслью об этом вторжении, которое могло смутить покой его подруги, – я полагаю, что бог простит мне, когда я вызову его на поединок!
– Что ж, – ответил голос из глубины салона, – откажитесь меня видеть, вызывайте меня – я уже здесь!
Они резко обернулись и увидели Мориса.
Стоя возле портьеры, закрывавшей дверь в салон, он жестом отослал лакея, введшего его в комнату и хотевшего о нем объявить.
При виде его Елена вскрикнула. Затем она встала и, протянув руку, попыталась подойти к нему и заговорить. Однако вдруг она побледнела, пошатнулась и рухнула на пол.




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Две женщины - Бело Адольф

Разделы:
1234567891011121314151617

Ваши комментарии
к роману Две женщины - Бело Адольф



Стиль изложения не типичный для любовного романа - очень спокойный, практически без динамики... Отношения героев не назовёш даже любовным треугольником: один мужчина - Морис, которого любят две женщины - Елена и Тереза. Любят на столько по-разному: одна убегает от него, жертвуя своими чувствами; другая - наоборот. Грустная лиричная драма!
Две женщины - Бело АдольфItis
31.10.2013, 17.09








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100