Читать онлайн Научи меня любить, автора - Бэкли Вайолетт, Раздел - 4 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Научи меня любить - Бэкли Вайолетт бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 7.7 (Голосов: 20)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Научи меня любить - Бэкли Вайолетт - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Научи меня любить - Бэкли Вайолетт - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Бэкли Вайолетт

Научи меня любить

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

4

Обед удался на славу. Кэтрин держалась раскованно и словно светилась изнутри в своем мягком розовом шерстяном платье, и Генрих не раз поглядел на нее с одобрением. Он выглядел более жизнерадостно, чем накануне, и вел себя как радушный и гостеприимный хозяин. Кэтрин следила за ним и не давала забывать о своих обязанностях.
Сэр Лоуренс опять постоянно обращался к Оливии, как будто хотел загладить вчерашнюю обиду. Его длинное блио, достигавшее икр, было сшито из узорчатой парчи с вышитой золотом каймой, грудь украшала золотая монограмма, а бедра обвивал золотой пояс, усыпанный драгоценными камнями. На щеках играл румянец, черные волосы были зачесаны назад. Оливия подумала, что он выглядит просто великолепно, и ей никак не удавалось принять безразличный вид, в чем она только что упорно практиковалась в своей комнате.
Взгляд девушки остановился на его золотой монограмме.
- Это вышила твоя родственница или, может быть, подруга, сэр Лоуренс?
- Я так и думал, что ты должна была заметить это, дамуазель,- ответил он с улыбкой.- Моя тетушка вышила это для меня много лет назад.
- Это очень хорошая работа, сэр. Я бы так не смогла.
- Судя по тому, что я слышал, ты слишком строга к себе, Оливия. Мне говорили, что ты лучшая золотошвейка в этой части страны.
Зорко, словно ястреб, он следил за ее реакцией. Оливия не хотела быть пойманной на эту приманку, но любопытство взяло верх.
- Тебе сказала это преподобная матушка?- спросила она тихо, чтобы не услышали Кэтрин и Генрих.
Он кивнул.
- Преподобная матушка очень проницательная дама. Она всегда распознает редкостный талант, если встретится с ним.
Возражение застыло на кончике ее языка: «Почему же тогда она так поспешно избавилась от меня? Разве Генрих был единственным, кто не вносил плату?» У нее была еще масса вопросов, но она изо всех сил сдерживала себя, глядя в свою серебряную тарелку. И все-таки задала один-единственный, вертевшийся на языке:
- Если ты знал, что я хорошая вышивальщица, зачем вчера ты спрашивал, что я умею делать?
- Скажем, мне было интересно узнать, что ты согласна делать, чтобы помочь своему брату. Ведь если хочешь помочь кому-то, сначала нужно узнать, на что ты способен. Мне было интересно, как ты оцениваешь собственное мастерство вышивальщицы.
Она видела, что он пытается ее смутить из-за того, что она вчера не сказала ему всей правды. Но ведь это так естественно для человека, органически не приемлющего хвастовства. И он, конечно, все понимал, но специально ставил ее в неловкое положение.
Сэр Лоуренс, в свою очередь, прекрасно понимал причину сердитой складки, появившейся между ее тонкими бровями. Он бы многое отдал за то, чтобы иметь возможность сказать ей больше, чем сказал. Но почва была чересчур ненадежной, и ему необходимо продумывать свои шаги с большой осторожностью, если он хочет приманить птичку, да так, чтобы она при этом не растеряла слишком много перышек. Птичка уже и так нахохлилась оттого, что он никак не мог удержаться, чтобы ее не дразнить. Ему доставляло несказанное удовольствие видеть, как она вспыхивала и ее глаза гневно сверкали. Однако нужны терпение и твердая рука, если он хочет приручить эту пташку. И если ему удастся то, что он задумал, то награда будет стоить того, чтобы приложить все усилия. С этими мыслями он повернулся к Кэтрин, которая протягивала ему блюдо с засахаренными фруктами, и поблагодарил ее за чудесный обед.
Когда столы были убраны и музыканты, игравшие во время обеда, ушли, обсуждение проблем семьи Джиллерсов возобновилось. На этот раз Оливия и Кэтрин сидели рядом, а мужчины - напротив. Генрих поглядел на свою жену и протянул руку, чтобы ласковым прикосновением успокоить ее, а сэр Лоуренс смотрел на Оливию поверх кубка с вином и думал о том, что тридцать один год, как он живет на этом свете, он не видел ничего прекраснее, и знал, его следующий шаг будет решающим. Но что потом? Даже он не мог с уверенностью сказать, в какую сторону полетит эта птичка.
- И что же, неужели все так плохо, как ты ожидал, сэр Лоуренс?- спросила Кэтрин.
Он осторожно поставил на стол свой кубок и открыто посмотрел на нее.
- Да, именно так, госпожа Джиллерс, но я думаю, что можно многое предпринять, чтобы изменить ситуацию к лучшему. Кое-что можно сделать
сразу, кое-что потребует времени, но боюсь, всем нам будет нелегко до тех пор, пока не начнут появляться реальные результаты.
У него голос такой же, как у его отца, подумала Оливия, низкий, глубокий и мелодичный. Сидя напротив него, она могла изучать его лицо, пока он говорил, а также видеть выражение лица Генриха. Поскольку все это ее не затрагивало, она расслабилась и наблюдала за происходящим как бы со стороны.
- Что ты имеешь в виду, сэр Лоуренс?- спросил Генрих, стараясь, чтобы его голос звучал бодро и деловито, хотя он совершенно не представлял себе, что можно сделать без колоссальных затрат.
- Для начала давайте обсудим, что под силу вам самим, без моего участия. Ваши крепостные не смогут работать как следует ни на вас, ни на себя, если вы не создадите для них лучших условий. Они живут как животные. У них почти нет быков, чтобы пахать, и земля на их наделах недостаточно хороша, а то и просто непригодна для дела. А вся хорошая земля - ваша, но на ней некому сеять. Так что тут есть о чем подумать.
Оливия была зачарована тем, как он говорил, как при этом жестикулировал своими длинными, сильными, выразительными руками.
Он продолжал:
- Множество хижин брошено после чумы, приусадебные участки тоже пропадают без ухода. Позвольте людям занять их и выращивать себе пищу. Пусть они вспашут землю по опушкам леса…
- И ничего не платят?
- Бог ты мой, конечно же ничего! Они сейчас ничего не могут вам заплатить, но отплатят хотя бы тем, что останутся живы. И еще - отдавайте им за работу на ваших землях деньгами, а не натурой. И когда они трудятся на сборе урожая - пусть тоже получают деньги. Тогда они смогут купить то, что им нужно.
Генрих сидел, наклонившись вперед, и слушал очень внимательно.
- Да, ты это верно говоришь, но где я возьму деньги, чтобы все это оплачивать, когда их так мало?
- Мы к этому еще вернемся, но пока можно сделать еще кое-что. Позволь им пользоваться твоим лесом, чтобы они могли строить и ремонтировать свои дома. Бог свидетель, леса предостаточно, и бедняги не смогут нанести ему большой урон, взяв то, что им необходимо. Пусть они и хворост себе собирают, все равно надо расчистить лес. И еще разрешите им охотиться на мелкую дичь. Они так же нуждаются в мясе и шкурах, как и мы.
Все внимание Оливии было приковано к его речам. Да, сэр Лоуренс зря времени не терял, объезжая владения.
- Но мы потеряли управляющего,- сказал Генрих,- а чтобы сделать все то, о чем ты говорил, необходим надсмотрщик.
- Если вы примете мои предложения, все мои предложения, то я одолжу вам моего собственного управляющего, пока вы не найдете ему замену.- Сэр Лоуренс со значением посмотрел на Генриха.- Но это будет зависеть от вашего согласия. Так вот, мое предложение заключается в следующем: как мы видели, оставшиеся в поместье люди не могут справиться со вспашкой, севом, уборкой, починкой для себя и со всей работой, которую они должны выполнять для вас, поэтому все и идет наперекосяк, так что имеет смысл поставить дело как у братьев-францисканцев в Честерфилде.
- Овцы!- Слово вылетело изо рта Оливии, словно испуганная птица из гнезда. Сэр Лоуренс с легкой усмешкой посмотрел на нее, и Оливия густо покраснела.
- Овцы,- повторил он.
Генрих погладил бороду, думая о преимуществах разведения овец, особенно на плохой земле.
- Чтобы ходить за ними, нужны всего один-два человека, это правда. Но как я смогу купить овец, если у меня нет денег?
Сэр Лоуренс подлил вина в свой кубок и сделал глоток.
- Вот теперь мы вплотную подошли к тому, чем я мог бы вам помочь,- произнес он, глядя на Оливию.- Но то, что я сделаю, будет зависеть от того, что согласитесь сделать вы. Как я уже сказал, я оставлю вам в помощь своего управляющего на такой срок, какой вам потребуется. И я буду ему платить.- Генрих посмотрел на жену и улыбнулся.- Я дам вам достаточно денег, чтобы вы могли заплатить своим людям за то, что они будут пасти ваших овец и за добавочную работу, когда вам это понадобится. И больше никакой платы натурой, Все излишки того, что они сами вырастят, они могут продавать. Я буду вам помогать деньгами до тех пор, пока овцы не начнут приносить доход. Кэтрин чуть не плакала.
- Я куплю столько овец, сколько потребуется,- вы с управляющим сможете вместе решить, сколько нужно.
- Как быть с моим долгом? Я ведь должен тебе арендную плату за два года,- спросил Генрих тихим голосом, держа Кэтрин за руку. Оливия видела, что его бьет дрожь. Сэр Лоуренс откинулся назад в своем кресле, и Оливия озадаченно смотрела на него. В чем заключается то соглашение, о котором он говорил?.
Кэтрин первая нарушила молчание.
- Ты говорил о нашем соглашении, сэр Лоуренс. Имел ли ты в виду, что сначала мы должны заплатить свои долги?
- Мое согласие полностью списать ваши долги и выполнить все то, о чем я уже говорил, зависит только от одной вещи.
Он произнес это очень медленно и четко, и все трое Джиллерсов напряженно вглядывались в его лицо, гадая, что он потребует за свою щедрость. Он поднял взгляд и посмотрел Оливии прямо в глаза.
- Решать будешь ты, Оливия.
Она занервничала, не понимая, что он имеет в виду.
- Генрих, я прошу у тебя руки твоей сестры. Воцарилась тишина. Оливии казалось, что в этой тишине все слышат, как бьется ее сердце, она не могла поверить, что все это происходит на самом деле. Может быть, ей только послышалось? Но его глаза сказали ей, что она не ошиблась, он решительно, в упор глядел на нее. Она почти незаметно помотала головой, чтобы стряхнуть наваждение, но он не отводил взгляда от ее лица. Нет, это не сон, это происходит на самом деле! Ее используют как валюту, чтобы выкупить Генриха из плена его финансовых трудностей. Это возмутительно! Она ухватилась за стол, как за якорь, и откинулась назад в кресле.
- Генрих, нет! Нет!
Она отчаянным взглядом посмотрела на брата, который потрясенно уставился на Кэтрин. Он повернулся к Оливии с таким же изумленным видом, но в его глазах уже зажегся огонек понимания. И снова она вскрикнула:
- Генрих, нет!- И в ее голосе была слышна паника. Вся дрожа, она Повернулась к Кэтрин с видом загнанного зверя, схватила ее руку и затрясла, словно желая пробудить ото сна.- Кэтрин, пожалуйста, прошу тебя! Не разрешай ему! Кэт! Скажи что-нибудь!
Кэтрин подалась вперед и неуверенно заговорила:
- Сэр Лоуренс, правильно ли мы тебя поняли? Ты серьезно просишь у Генриха разрешения увезти Оливию, чтобы взять ее себе в жены? И это то, чего ты желаешь в обмен на твои предложения?
- Как всегда, госпожа, ты абсолютно верно меня поняла.
Его серые глаза сузились, а руки расслабленно покоились на подлокотниках кресла.
Оливия вскочила из-за стола. Глаза ее метали молнии. Так вот чего стоит его «щедрость»! Его хваленое благородство! Добренький спаситель… Обманщик! Да как он мог торговать ею!
- Нет! Да как ты посмел?! Это неслыханная дерзость! Я не позволю, чтобы меня использовали как…- Она побледнела и дрожала от ярости.
- Оливия,- нерешительно начал Генрих.- Мы можем обсудить это…
- Обсуждайте, что хотите, только меня от этого избавьте!- крикнула она.
Кэтрин встала и попыталась обнять ее за плечи, но Оливия уклонилась и выбежала вон.
Кэтрин вернулась на свое место напротив сэра Лоуренса, хранившего на лице совершенно бесстрастное выражение, и посмотрела на Генриха.
- Она не примет твоего предложения,- сказал Генрих, скорбно покачав головой.- Она ни за что не согласится теперь.
Кэтрин не была так уверена.
- Почему ты так говоришь, Генрих? Разве ты хорошо ее знаешь?
- Конечно, теперь мы не столь близки, как раньше, если ты это имеешь в виду. Не спорю. И я плохо с ней обошелся - истратил ее приданое и все такое. А использовать ее еще и… так - это уж слишком! Она чувствительная девочка.
- Насколько она дорожит усадьбой и поместьем?- спросил сэр Лоуренс.
- Она дорожит семьей и понимает, насколько ситуация серьезна, но она никогда даже не задумывалась о замужестве. Двенадцать лет, что она провела в монастыре, не самая лучшая подготовка к браку! Если бы она была дочерью йомена - другое дело!- Он посмотрел на Кэтрин и крепко сжал ее руку, в его глазах промелькнула улыбка.- Пожалуй, мне следует пойти поискать ее… чтобы объяснить…
- Нет! Пусть госпожа Джиллерс поговорит с ней попозже, когда Оливия немного остынет. А потом я пойду к ней сам.
- Господи, сэр! Не ходи к ней! Она тебя разорвет в клочья. Я знаю, какой у нее горячий нрав, а ты наш гость.
- Я с ней справлюсь. Будет лучше, если она не сможет раздумывать слишком долго.
- Не считаешь ли ты, сэр, что все же надо дать ей возможность немного подумать?- спросила Кэтрин.
- Нет, госпожа. У меня нет времени. Я должен завтра же уехать. Могут пройти месяцы, прежде чем я смогу приехать снова. И помни, наше соглашение зависит только от того, примет ли Оливия мое предложение. И ни о чем другом речи быть не может.
- Но не думаешь ли ты, что это маловероятно, чтобы она так быстро согласилась на такой шаг? Она ведь не привыкла к мужчинам, сэр. Это же неопытная, невинная девочка только что из монастыря.
- Может быть, это и кажется маловероятным, госпожа Джиллерс, однако и более важные решения, чем это, принимались в короткие сроки, если речь шла о том, чтобы спасти дом и семью. А что касается того, что она не привыкла к мужчинам, то эта проблема, я полагаю, решится сама собой.
Его лицо так однозначно говорило, что его решение окончательно и бесповоротно, его уверенность была настолько непробиваемой, что ни Кэтрин, ни Генрих не сумели ничего возразить.
В укромном углу под стеной парка Оливия опустилась на траву, сорвала с головы золотой ободок и подтянула колени к подбородку. Из ее груди вырвались рыдания. Она плакала так горько, что казалось, ее сердце разорвется.
Но мало- помалу рыдания перестали сотрясать ее тело, всхлипывания стали тише, и она откинулась назад, опершись о стену, горячей спиной ощущая холод камня. Бледная луна слабо светилась на вечернем небе, и она вдруг осознала, как это красиво. Тишина проникла и в ее измученную грудь и немного успокоила.
- Использовали меня в своей сделке, заплатили мной, как будто я мешок муки или… или… курица!- заговорила она сама с собой.- И он еще надеется, что я буду вышивать ему одежду? Золотошвейка ему нужна, пригодится в хозяйстве, вот оно что! И еще, конечно, будет всем хвастаться, что его жена - лучшая вышивальщица на севере Англии. Чего еще желать? Но он не дождется этого!- прошептала она сквозь стиснутые зубы.- Пусть Генрих заплатит ему племенной свиноматкой!
Слезы уже вновь готовы были пролиться из ее глаз, когда к ней подошла Кэтрин.
- Олли, ох, Олли!- Кэтрин назвала ее ласкательным именем, которое придумал в свое время Генрих. Она опустилась на колени рядом с Оливией и обняла ее за плечи.- Не хочешь со мной поговорить?
Оливия покачала головой.
- Нет, Кэтрин, не хочу!- она помолчала и продолжила:- Это так унизительно! Когда тебя используют! Я знаю, Что бывают всякие соглашения, но ведь не до такой же степени! И Генрих этого не захочет, правда?- Молчание Кэтрин заставило Оливию внимательно посмотреть на свою невестку.- Правда, Кэтрин?
- Мужчины не такие, как мы, Олли. Они знают только то, чего хотят и как это получить. Они не думают о том, чего это нам стоит. И когда видят самый выгодный и быстрый путь, чтобы добиться желаемого, они не тратят драгоценного времени на соблюдение кодекса рыцарства. Они идут напролом.
- Ты говоришь о Генрихе или?…
- Об обоих.
- Но ведь это я должна принять решение,- сказала Оливия, вновь зажигаясь гневом.- Впрочем, что бы я ни решила, я в любом случае проиграю! Господи, разве это справедливо?
- А ты уверена, Олли, что проиграешь, если выйдешь за него замуж?
- Что ты этим хочешь сказать?
- Разве ты уже не влюблена в него немножко?
- Ах, Кэтрин, я терпеть не могу этого человека! Ты видела, какой он самонадеянный и деспотичный. И он только что показал, какой он хитрый и коварный, и еще безжалостный…
- И сколько он готов заплатить за то, чтобы получить тебя!- отрезала Кэтрин.- А ведь часто бывает совсем наоборот. Сэру Лоуренсу не нужно приданое, ему вообще не нужно ничего, кроме тебя!
- Но я ему нужна только для того, чтобы вышивать ему одежду чтобы иметь власть над тобой и Генрихом, разве ты не видишь?
Кэтрин мягко рассмеялась и взлохматила ее медные кудри.
- Дурочка! Да он может купить сколько угодно золотошвей, если бы это было именно то, что ему нужно. И ему даже не пришлось бы жениться!
- Что же мне делать, Кэтрин?- тихо спросила Оливия.- Я не верю в то, что он питает ко мне хоть какие-то чувства, а уж мне-то до него точно дает никакого дела. Но я не знаю, как мне поступить. Ты и Генрих не сможете обойтись без его помощи.
Она снова начала плакать. Кэтрин притянула ее к себе и погладила по волосам.
- Я не могу советовать тебе, Олли. Ты сама должна решить. У тебя есть целая ночь, чтобы как следует подумать. Он уедет завтра. С тобой или без тебя.
- Он так сказал?
- Да. Но я не допущу, чтобы Генрих как-то давил на тебя. Пойдем со мной в дом?- Она встала, отряхнула свое розовое платье и поправила головную повязку.
- Нет, я еще здесь немного побуду и вернусь через боковую дверь. Спокойной ночи, Кэт… Это был замечательный обед… Мне жаль, что он так печально окончился.
Она прислонилась к дереву, прижавшись щекой к шершавому стволу, покрытому лишайником. Перед ее глазами стояло его лицо, его блестящие глаза - серые, дерзкие, властные. Всю жизнь прожить с этим человеком? Невозможно. Нет, ни за что! Она решительно повернулась и… увидела его. Он спокойно подходил к ней с высоко поднятой головой, глядя в упор. Ее руки инстинктивным защитным жестом взлетели к груди, и она быстро огляделась, думая, куда ей бежать. Но он перехватил ее взгляд и, одним шагом преодолев разделявшее их расстояние, уперся обеими руками в толстые нижние ветки по обе стороны от ее головы. Теперь путь к отступлению был отрезан. Близость мужчины была столь непривычна, что это воспринималось чем-то наподобие факела, прожигающего ее сквозь тонкое платье и сжигающего волю. В лунном свете ей были видны четкие линии его скул и сильной челюсти, прямой нос и тонкие губы.
- Отчего ты плакала, Оливия?- спросил он тихо.
Она резко отвернулась от него. Почему она должна объяснять этому бесчувственному животному, что она из-за него испытывает? Чувствительный, тонкий человек сам должен понимать это.
- Ответь мне,- сказал он. Раздраженная его упорством, она вызывающе
посмотрела на него.
- Это были слезы гнева, сэр, а не сожаления, уверяю тебя.
- Гнева? Ты рассержена предложением руки и сердца, Оливия?
- Это не предложение руки и сердца,- отрезала она, сверкая глазами.- Это ультиматум. Или мой брат потеряет усадьбу, или я должна буду прожить всю свою жизнь с человеком, который мне крайне неприятен. Чтобы вышивать ему одежду! Какое же это предложение, позволительно спросить?
- Спросить всегда позволительно, дамуазель.
Я не привык делать такие серьезные предложения, может быть, все это выглядело недостаточно тонко. Но как мне кажется, учитывая обстоятельства, все было сделано справедливо.
- Ты сделал предложение моему брату, а не мне!- Сердитая слеза скатилась по ее щеке.- Но я - не собственность моего брата, которую можно отдать в уплату за его долги!
- Я не предлагал Генриху продать тебя за долги. Я просто предложил твоей семье разумный выход из тяжелого положения. В конце концов, я - владелец собственности и хочу вложить в нее капитал. И при этом все останется в семье. Разве это плохо?
Он был так близко от нее! Она отчаянно желала, чтобы его близость перестала так сильно действовать на нее. Сэр Лоуренс взял Оливию за руку, и все здравые мысли мгновенно улетучились из ее головы.
- Все равно ты использовал меня как товар…- Но это было последнее, что она смогла ему сказать. Он прикоснулся к медному локону, лежавшему на ее плече, и обернул его вокруг пальца.
- И какой товар!…- с ласковой усмешкой сказал он.
Его легкомысленное отношение взбесило ее, и она решительно оттолкнулась от дерева, чтобы уйти и положить конец этому неприятному разговору. Раз он не хочет взглянуть на все ее глазами, значит, говорить с ним больше не о чем. Однако если она думала, что он отпустит ее руку и отступит назад, чтобы пропустить даму, то жестоко ошибалась. Она уже три раза ускользала от него в этот день, но теперь это ей не удалось. Он крепко держал ее за руку, в серо-стальных глазах больше не было ласковой усмешки. Он пальцем приподнял ее подбородок, заставив взглянуть на него.
- Я предлагаю тебе свой дом и свою защиту, Оливия.
- В обмен на что, сэр?
- Меня интересует твое искусство,- сказал он мрачно. Ни слова о чувствах, ни намека на нежность! Как Кэтрин могла подумать о том, что между ними может возникнуть любовь? Чушь!
- А твое, сэр, меня не интересует.
Этими словами, вылетевшими непроизвольно, она хотела его обескуражить, но слишком поздно поняла, что получился эффект, прямо противоположный желаемому. Словно в нем внезапно распрямилась пружина, он крепко прижал ее к своей груди, одной рукой схватил сзади за волосы и приблизил к себе ее лицо. Губы девушки приоткрылись от боли и изумления, но он крепко держал ее, не давая вырваться.
- И опять я вынужден не согласиться с тобой, дамуазель. По крайней мере в одном из тех искусств, которыми я владею, ты нуждаешься прямо сейчас.
Он наклонился к ней, загородив собой небо, луну, только что появившиеся звезды и звуки ночи. Она инстинктивно дернулась, но он крепко и больно держал ее за волосы так, что она перестала вырываться. Все силы оставили ее. Она ничего не чувствовала, кроме этого жадного рта, впившегося в ее губы, и этой могучей груди, к которой была крепко прижата ее грудь. Наконец его поцелуй стал более мягким, и он отпустил волосы. Его руки продолжали обнимать Оливию, и она с тихим стоном повисла на них, припав к его плечу. Она никак не могла хотя бы немного собраться с мыслями. Его грубый поцелуй как плетью изгнал из нее все разумное. Его необъятная грудь, к которой она была прижата, боль, которую ей причиняла рука, держащая волосы, и другая, сжимавшая ее руку, как тиски, ищущий рот на губах - все это не имело никакого отношения к разумным решениям. Это означало только прикосновение, вкус, запах - ощущения такой силы, которые раньше были ей неведомы. Новый опыт, после всего, что ему предшествовало, лишил ее воли и сил, разбил ее защиту. Она не могла поднять на него глаз.
- О нет! Я не знаю… Пожалуйста, отпусти меня…- Он держал ее в объятиях, пока она не почувствовала, что снова может стоять на ногах, и не перестала дрожать.- Прошу тебя, позволь мне уйти, я больше ни о чем не могу думать.
Держа ее за руку, он вывел ее из парка и подвел к главному входу в дом. Устыдившись своего растерзанного вида, она вдруг остановилась и резко потянула его прочь.
- Я не могу пройти в свою комнату,- отчаянно зашептала, она.- Слуги… они меня увидят… я не хочу, чтобы меня увидели в таком состоянии…
В полутьме ее влажные глаза умоляюще смотрели на него в надежде, что он поймет все без слов, но его рука еще крепче сжала ее. Он повернул к ней гордую голову, и его сила словно перетекла в нее через обхватывающие запястье пальцы. Он покачал головой.
- Оливия, я никогда не пробираюсь в свой собственный дом тайком через боковую дверь, в особенности ночью и с красивой дамой. Нам нет дела до того, что подумают слуги. Пойдем!
Он мягко посмотрел на нее и предложил ей руку как галантный кавалер. Она покорно вложила свои тоненькие пальчики в его огромную ладонь, и он неторопливо провел ее мимо слуг и конюхов, бросавших боязливо-уважительные взгляды в их направлении и не произносивших ни звука. Кэтрин и Генрих были уже у себя, и сэр Лоуренс провел Оливию вверх по каменной лестнице до двери ее комнаты. Там он остановился, взял ее за плечи и, мягко повернув к себе, заглянул в ее огромные глаза в неярком свете свечей, горящих на стене. Ее заплаканное лицо выглядело теперь спокойнее и увереннее.
- Посмотри на меня, Оливия.
Она подняла на него глаза, слишком усталая, чтобы спорить. В ответ на ее покорность он одобрительно кивнул головой.
- Утром ты дашь мне ответ. Если ты примешь мое предложение,- он в упор посмотрел на нее,- то мы завтра же уедем в Корнуэлл. И дела Генриха и Кэтрин начнут улучшаться.
- А если не приму?- Она предприняла последнюю попытку оказать сопротивление.
Улыбка тронула уголки его губ.
- Спокойной ночи, дамуазель.- Он открыл дверь ее комнаты и мягко, но настойчиво подтолкнул ее к двери.
Кэтрин заботливо оставила две зажженные свечи на сундуке, и при их свете Оливия вынула свое зеркальце и посмотрела на себя. Красивая? Они оба это сказали. Она долго и напряженно вглядывалась в отражение своего измученного лица, вспухшие губы и взлохмаченные волосы, а потом покачала головой и прикрыла глаза. Все перестало иметь разумный смысл. В отчаянии она упала на постель и, сжавшись в комочек как ребенок, заснула.
В соседней комнате Лоуренс прислушивался, не донесется ли какой-нибудь звук из ее комнаты, а потом долго лежал, глядя на тени от свечи, метавшиеся по потолочным балкам. Он думал о ее мягком и нежном теле, о ее пышных блестящих волосах, которые он держал в руке, целуя ее, ее огненном темпераменте, ее метаниях, которые было нелегко понять и с которыми будет непросто справиться. Но он заставит ее прийти к нему тем или иным способом - все равно каким.




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Научи меня любить - Бэкли Вайолетт

Разделы:
пролог 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 информация о книге

Ваши комментарии
к роману Научи меня любить - Бэкли Вайолетт



рарр
Научи меня любить - Бэкли ВайолеттАлена
16.08.2011, 23.54





Не нравится, когда исп женщину как вещь. средневековье...
Научи меня любить - Бэкли ВайолеттЛЕНА
11.08.2013, 12.49





Роман на слабую троечку. Героиня глупая инфантильная и невоспитанная девочка, сравнивать её с соколом просто смешно))) Герой вообще безликий, без какого-либо характера, обращается с ней как с дурочкой, это его обращение к ней "птичка" просто уже бесило.rnВот с чего бы она начала нос воротить от возможности удачно выйти замуж? сама при этом нищая и без приданного, семья на грани разорения. Да ещё изображала из себя оскорбленную и униженную. Я вообще этого не поняла. Ладно бы он позвал её в любовницы.. но ведь сразу сделал предложение, буквально в первый день.rnИ нет здесь никаких замков, рыцарей, и никакого средневековья вы не найдёте в романе. Нет никакой борьбы и никаких ярких личностей. аннотация нагло врёт. Пожалела что взялась читать это. Автор вообще не знает ничего о средневековье и непонятно зачем связалась с этой темой
Научи меня любить - Бэкли Вайолеттоткуда этот рейтинг О_О
19.08.2014, 23.22





Не плохой роман для разового прочтения. ..
Научи меня любить - Бэкли ВайолеттМилена
3.09.2015, 12.21








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100