Читать онлайн Сильнее смерти, автора - Бекитт Лора, Раздел - ГЛАВА 6 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Сильнее смерти - Бекитт Лора бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 7.28 (Голосов: 18)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Сильнее смерти - Бекитт Лора - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Сильнее смерти - Бекитт Лора - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Бекитт Лора

Сильнее смерти

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

ГЛАВА 6

В пути я занемог.
И все бежит, кружит мой сон
По выжженным полям.
Мацуо Басе
type="note" l:href="#n_15">[15]
Прошло немало времени, прежде чем Акира окончательно пришел в себя. Он чувствовал холод, сырость, его все еще преследовало зловоние ямы. Открыв глаза, молодой человек увидел, что находится в маленькой тесной хижине, кое-как построенной из тонких палок и покрытой сосновыми ветками. Шел дождь; мягко, почти невесомо шурша, капли стекали вниз, проникая сквозь неплотную крышу.
Акира поднял руку и коснулся волос. Они спутались, казались очень грязными, пропитанными вонью ямы. Юноша нетерпеливо пошарил вокруг.
– Что ты ищешь? – спросил сидевший рядом Сёкэй.
– Свой гребень.
– Зачем?
Акира ничего не ответил и закрыл глаза. Сёкэй усмехнулся:
– Главное, чтобы была чиста душа. Позаботиться о чистоте тела ты успеешь всегда.
– Я так не могу. Меня учили иначе. Когда я грязен, то не способен думать о душе.
– Боюсь, теперь тебе придется забыть многое из того, чему тебя учили прежде.
– Я не хочу забывать! – с легким вызовом произнес Акира.
Старик равнодушно кивнул. Его коричневая кожа казалась очень сухой, заскорузлой, словно выдубленной ветрами. Он редко моргал; его маленькие глазки были малоподвижными, взгляд невыразителен, лишен всякого блеска.
– Скажи, кто тебя спас? До леса ты каким-то чудом дополз сам, а раньше?
– Тиэко-сан. С ней были еще люди; кое-кого я, кажется, узнал. Они вытащили меня из ямы и вывели за ворота.
– Все это случилось из-за того, что я поведал тебе правду о Нагасаве и твоем отце?
– Не совсем.
– Расскажешь?
– Да.
Акира говорил недолго и закончил так:
– Я не осуждаю Кэйко. Господин Нагасава убил бы ее… Она должна была как-то защитить себя и своего ребенка. Своего, а моего или нет – не знаю.
Сёкэй вновь кивнул. Он не произнес ни слова одобрения или осуждения, и тогда Акира промолвил с мучительным напряжением в голосе:
– Господин Нагасава сказал, что я не воин, а слизняк. Наверное, он был прав!
– Ты хочешь, чтобы я ответил, что он ошибается? – усмехнулся Сёкэй. – Это ничего не изменит. Кем ты сам считаешь себя, тем тебе и придется быть.
– Я жил неправильно, – помолчав, сказал Акира.
– Покажи мне хотя бы одного человека, который знает, как нужно жить на свете, и я вдоволь посмеюсь над ним! Полагаю, нет ничего лучшего, чем существовать в «ветре и потоке» – всегда поступать в соответствии с законами собственной природы, своего сердца. К сожалению, мы привыкли усмирять наше «я» и вряд ли научимся жить по-другому… Разве ты жалеешь о том, что сделал?
– Мне не надо было с нею… – прошептал Акира. – Ведь она не моя.
– Но ведь ты хотел ее?
– И очень.
– И считал, что она предназначена именно тебе?
– Да!
– Если б ты вернулся в прошлое, разве сумел бы отказаться от нее?
– Не знаю.
– Когда-то давно у меня были женщины, – немного помолчав, признался Сёкэй. – И могу сказать одно: что бы мы ни думали, они понимают нас гораздо лучше, чем мы их. Хуже всего, если ты не сможешь ее забыть.
– Не смогу, – покачал головой Акира, – я это знаю. Скажи, что мне теперь делать?
– Это зависит от того, чего ты хочешь. Отомстить Нагасаве? Ты его ненавидишь? – Акира молчал, и Сёкэй продолжил: – По соседству – княжество Аракавы: он тщеславен, неуживчив, завистлив и не слишком разборчив в средствах. Владения Нагасавы для него – весьма лакомый кусок. Попытайся поступить к нему на службу и, быть может… – Не досказав, он вопросительно уставился на юношу.
– В моем сердце нет ненависти. Просто господин Нагасава перестал быть для меня тем, кем был, вот и все.
Акира закрыл глаза и вспомнил Кэйко, ее неторопливую изящную гибкую походку, черную бахрому ресниц, загадочную надменность во взоре… Сейчас воспоминания о ней были сходны с мыслями о красоте засушенного цветка, о том, что и есть, и нет, что живо и мертво, и прекрасно, и странно, и страшно. Вряд ли он когда-нибудь встретится с нею…
Единственное, что ему оставалось, – это стать ронином
type="note" l:href="#n_16">[16]
и странствовать по дорогам. За время своего путешествия Акира понял: он и не подозревал, насколько прекрасен край, в котором он живет. Эти горы и леса – гигантские каменные чаши, словно наполненные лоскутьями пенящегося зеленого шелка, и море на горизонте – осколок зеркала, в котором отражается божественная пустота небес.
Акира толком не выяснил, как монаху удалось обнаружить его и спасти. Перед расставанием старик дал юноше копье, но не сказал, где его взял. Акира просил Сёкэя по возможности навестить Отомо-сан и передать ей, что ее сын жив.
Вопреки словам старика Акира каждый день мылся в речке или ручье и расчесывал волосы. Он больше не собирал их в прическу, а распускал по плечам, как это делали ронины. Длинное кимоно его было приподнято и заткнуто за пояс, шляпа и обувь отсутствовали.
Акира не любил выходить к людям, он чувствовал себя спокойнее среди сумрака уходящих в поднебесье вековых деревьев, от которых веяло таинственной мудростью и первозданной простотой.
Однажды, когда он в очередной раз спустился на дорогу, ему встретились крестьяне с корзинами за плечами. Они тотчас испуганно попадали на колени и боялись произнести слово, не то что поднять взгляд. Они беспрекословно отдали бы ему все, что имели, но Акира взял у них лишь немного еды и поскорее удалился. Ему было стыдно оттого, что его приняли за разбойника.
Вскоре он перешел границу княжества Аракавы, правителя, с которым господин Нагасава почти никогда не общался, хотя открыто не враждовал. Внешне здесь все обстояло почти так же, как и во владениях Нагасавы: плохие дороги, бесконечные рисовые поля, бедно одетый люд. Небольшие усадьбы с традиционно построенными домами – деревянные стены, нависающие над ними карнизы, тростниковая крыша, – кучкой пристроек, скудными огородами и маленькими, любовно ухоженными садами. И крепость – с множеством военных постов, наполненных водою рвов и мощных стен.
Акира долго не решался спуститься туда, коротая дни в бесцельном ожидании и постепенно теряя как физические, так и душевные силы.
Юноша продолжал наблюдать за округой и однажды услышал звук, похожий на шум разбивающихся о скалы волн. Вскоре на дороге появился довольно большой отряд: судя по всему, ехал какой-то важный господин в сопровождении многочисленной свиты. Акира видел всадников: все в превосходных доспехах, на хороших лошадях. Переливы золота и серебра, пестрота яркой шнуровки… Среди конных – человек в роскошной одежде: затканных золотом плиссированных штанах, темно-красной накидке – не иначе как сам князь!
Внезапно несколько всадников сорвались вперед и поскакали по дороге, – очевидно, решив обследовать путь. Через пару минут самураи должны были появиться против того места, где скрывался Акира. В этот момент молодой человек выпрямился и, хотя в его душе тотчас поднялись сомнения, начал спускаться. Дело в том, что ехать по этому участку дороги было очень опасно: недавно прошли ливни, почву сильно размыло, сверху могли обрушиться камни.
Позже Акира задавал себе вопрос, почему он это сделал: потому что усмотрел для себя какой-то шанс или ему хотелось спасти жизнь людей? И тогда ему начинало казаться, что он ни о чем не думал, просто понял, что должен поступить именно так, независимо ни от чего.
Он встал на дороге, предостерегающе подняв руку с копьем. Увидев его, всадники в свою очередь остановились, подозрительно разглядывая незнакомца.
Акира сделал несколько шагов вперед.
– Я вышел предупредить вас! – крикнул он. – Туда нельзя ехать – может случиться обвал!
Он подошел еще ближе, и в этот миг один из самураев вдруг натянул повод лошади так, что она взвилась на дыбы.
Акира видел лицо этого человека – оно сделалось багровым, точно его опалило огнем. Всадник на мгновение зажмурился, словно не мог смотреть на свет, и издал какой-то возглас. Но он быстро овладел собой и спустя секунду уже прямо и спокойно сидел в седле. Гадая, что могло так подействовать на этого самурая, Акира постарался его запомнить.
– Кто ты? – резко и властно спросил другой, по-видимому тоже имеющий высокий чин самурай на темно-рыжей лошади.
Акира назвал себя.
– Следуйте другой дорогой, – добавил он, – там есть безопасный путь.
И показал рукой на запад. Самураи переглянулись, и второй промолвил:
– Если ты сказал правду, то заслуживаешь награды. А если нет – смерти. Быть может, ты кем-то подослан и хочешь заманить нас в ловушку! Не лучше ли убить тебя сразу, без промедления?
Он сделал знак стоявшим за его спиной, и они вынули мечи.
– Я не стану сражаться с вами! – крикнул Акира. – У меня нет враждебных намерений, и я не предатель. К тому же вас слишком много и вы очень хорошо вооружены: вы не получите большого удовольствия, убивая меня. Лучше, если позволите, я пойду с вами, а когда вы благополучно доберетесь до крепости, осмелюсь попросить обещанную награду. Скажу сразу: я хочу одного – поступить на службу к вашему князю!
Его речь, речь пришельца ниоткуда, безвестного ронина, обращенная к знатным, высокопоставленным господам, была непростительно дерзкой. Ничего удивительного, если б его тотчас убили, даже не позволив закончить. Но тот самурай, которого ошеломило появление Акиры, поспешно произнес:
– Думаю, ему стоит поверить, Като-сан. Пусть следует за нами.
Второй почтительно кивнул, потом резко махнул рукой, и Акира пошел с ними – не как пленник, что само по себе было большой удачей. В связи с изменившимся маршрутом отряд сделал небольшую остановку, и Акире позволили приблизиться к князю Аракаве: тот спешился и сидел на подушках в окружении неподвижной и безмолвной как стена охраны. Самураи, с которыми Акира разговаривал на дороге, стояли рядом с князем. Одного из них, как он уже знал, звали Като; второго князь называл Кандзаки.
Акира поклонился господину Аракаве с глубочайшим почтением, как и было должно, но без излишнего подобострастия. В ответ тот хитровато прищурил жестко сверкающие маленькие глазки. Он был лет на десять – пятнадцать моложе Нагасавы и, судя по виду, властен, жесток и склонен к принятию скорых решений.
– Твое имя?
– Ясуми, господин.
– Кто ты? Твоя прежняя должность?
– Мой отец был хорошего рода и имел высокое звание, но наш правитель, господин Нагасава, устранил наследственные должности.
– Что ты делаешь в моих владениях?
– Я долго скитался по горам, теперь хочу найти приют.
Аракава чуть заметно усмехнулся:
– Приют дает покровитель.
Акира сделал небольшую паузу, потом сдержанно произнес:
– Я желал бы его обрести.
– Ты сам оставил службу? Причина? Прежде воины Нагасавы не являлись ко мне!
Акира спокойно и серьезно ответил:
– Старая история. Мой отец и весь наш клан были уничтожены людьми князя Нагасавы. Я один остался жив и узнал правду только через шестнадцать лет. И больше не смог считать его своим господином.
– И решил стать ронином? Ты мог избрать другой выход!
Акира поклонился:
– Знаю. Но я подумал, мой господин, что не достоин смерти до тех пор, пока не совершу поступков, доказывающих мою честность и мужество.
Хотя окружавшие Аракаву самураи казались бесстрастными как истуканы, Акира заметил во взглядах многих из них проблеск невольного интереса.
– Почему я должен тебе верить? – небрежно произнес князь Аракава. – Возможно, ты шпион и предатель!
Акира замолчал. Его молчание было выразительным и долгим. Потом сказал:
– Если вам недостаточно моего слова, господин, то мне не стоит рассчитывать на ваше покровительство.
– Ты бывал в замке? У тебя хорошая память? Сможешь нарисовать план? – Аракава говорил, словно рубил клинком: коротко, безжалостно, резко.
Акира метнул на него блеснувший молнией и оттого показавшийся дерзким взгляд.
– Вы спросили, не предатель ли я? Вы только что предложили мне стать им. Мне не хочется забывать свое прошлое и нарушать клятвы, которые я давал прежде.
– А если я приму тебя на службу, а завтра пойду войной на Нагасаву?
– Я покорюсь силе обстоятельств и вашему приказу, господин. Все, что я хотел бы получить от людей, с которыми, возможно, придется жить и умереть бок о бок, – это взаимная верность.
Аракава повернул голову и нашел взглядом Канд-заки.
– Ты хотел, чтобы я выслушал этого человека, что теперь скажешь?
Кандзаки в свою очередь посмотрел на Като, и тот выступил вперед с почтительным поклоном.
– Если позволите, господин, я мог бы взять этого юношу – пусть попробует служить под моим началом. Его желание определить свое место в жизни похвально – стоит проверить это делом. Он ровесник моего Мацуо…
Аракава кивнул:
– Пусть будет так! Потом доложишь, чего стоят хваленые воины князя Нагасавы!
Акира был принят на службу и искренне поклялся себе сделать все для того, чтобы оправдать оказанное ему доверие. Ему не слишком понравился князь Аракава, но молодой человек прекрасно понимал, что обязан ему слишком многим.
Хотя Акире назначили очень скромное жалованье, он не обиделся: в его положении было трудно рассчитывать на большее. Он знал, что за ним пристально наблюдают, и старался показать себя терпеливым, бесстрашным и дисциплинированным воином.
Какое-то время он жил в доме Като-сан, где его хорошо приняли, потом ему выделили маленький участок земли с домиком и несколькими ветхими постройками. Акира был искренне рад тому, что у него вновь появилось свое жилье.
Однажды вечером молодой человек стоял на крошечной веранде и смотрел на горизонт. Солнце лежало за горами, кроваво-красная полоса резко граничила с черным скалистым гребнем гор и нежной поверхностью неба.
Внезапно что-то блеснуло вдали, и голубовато-зеленый шелк небес пронизали тонкие, нежно-алые лучи – словно раскрылся огромный веер. Легкие полупрозрачные облачка на нем были точно золотые иероглифы. Если б он мог разгадать их смысл, возможно, тогда сумел бы понять, правильно ли живет на свете!
Вдруг Акира увидел, как в ворота вошла какая-то женщина и робко остановилась, будто ожидая приглашения. Он удивился и вышел навстречу. Перед ним пала ниц маленькая, худенькая девушка, очень юная, скромно причесанная и бедно одетая.
Молодой человек велел незнакомке встать и спросил, кто она и что ей нужно. Девушка отвечала тоненьким испуганным голоском, что зовут ее Масако, она дочь одного из оруженосцев господина Като и отныне – преданная наложница господина Ясуми. Акира оторопел. Ему не была нужна эта чужая девушка, но отослать ее обратно означало нарушить приказ командира, которому он непосредственно подчинялся. Кроме того, Акира ценил заботу Като-сан, который, оказывается, помнил о нем даже сейчас, пусть даже его внимание проявлялось таким своеобразным способом. Конечно, в доме должна быть женщина, он остро чувствовал это, когда возвращался усталый и голодный, а его встречала лишь неопрятная, нерадивая и глуповатая старая служанка.
Наступали сумерки, горы окутала похожая на мягкую оболочку дымка, все вокруг постепенно гасло, бледнело – краски, звуки, погружалось в сон. Так и не решив, как поступить с девушкой, Акира все-таки пригласил ее в дом. Она вошла, сняв сандалии, ступая неслышно, как тень.
– Сколько тебе лет? – с любопытством спросил он.
– Четырнадцать, мой господин.
Она двигалась неторопливо, точно во сне, но Акире сразу понравилось, что в ней нет суетливости. В этой девушке угадывалось существо, не противящееся внешним влияниям, выживающее за счет внутреннего спокойствия и безмятежности.
Сегодня на ужин была маринованная редька и рис, а также немного рыбы, и Масако разделила с ним скромную трапезу.
В доме Нагасавы женщины не пили саке, но здесь хозяином был он; чуть поколебавшись, Акира протянул девушке чашку. Масако выпила; судя по выражению ее лица, такой напиток не был ей знаком. Они немного посидели молча, будто прислушиваясь к чему-то. Акира не знал, о чем разговаривать с девушкой, да в этом как будто и не было необходимости.
Наступало то удивительное пограничное время, когда в природе ничто не шелохнется, ни ветка, ни единый листок, все вокруг превращается в царство безмятежности, окунается в неземной покой и пребывает в нем до тех пор, пока в глубине небес не вспыхнут ожерелья созвездий и на землю не опустится ночь.
Масако встала, незаметно собрала посуду, нашла кладовку, куда складывались матрасы, и постелила постель. Потом вынула из прически шпильки, и толстый жгут волос, внезапно развернувшись, покрыл ее спину черным плащом. После Масако развязала пояс и сняла кимоно, причем проделала это так, будто собралась купаться в каком-нибудь горном ручье, вдали от людских глаз.
Акира продолжал сидеть, не двигаясь. Его обуревали противоречивые чувства. Хотя он не испытывал к этой девушке никакого влечения, все-таки она должна была стать частью его новой жизни. Что ж, раз он решил остаться в этом мире, вопреки событиям прошлого, то будет вынужден смириться с тем многим неведомым, что – в наказание или в награду – даст ему судьба.
Акира обнял девушку и погладил ее напряженную спину. Ее тело было совсем не таким, как у Кэйко, – коротковатые и не слишком стройные ноги, маленькая грудь. Но даже если бы Масако была совершенна, как божество, он не испытал бы того, что испытывал при виде Кэйко: безумные толчки крови в теле, радость, такую яркую и полную именно благодаря ее мимолетности, бурное кипение жизни и помрачающую рассудок страсть.
Со временем Акира пришел к выводу, что не так уж и плохо иметь в доме женщину, тихую, незаметную, послушную не то чтобы слову – малейшему жесту. В постели Масако не была ни пылкой, ни даже ласковой, но – скорее от робости и неумения. Зато смотрела на него, как на бога. В самом деле, Акира был юным, красивым и совсем не таким замкнутым и суровым, как другие мужчины.
Прошло больше месяца – наступила осень. Как-то Акира нес службу на военном посту одной из множества башен крепости. Отсюда были хорошо видны величественные изгибы гор и рисовые поля. Рис уже убрали, лишь золотые копны соломы украшали огромное опустевшее пространство. Яркими красками пылали осенние цветы в садах.
Вскоре Акира заметил, что к нему поднимается какой-то человек. Он узнал господина Като и несказанно удивился тому, что этот немолодой, высокопоставленный самурай соизволил лично разыскать его, ничтожнейшую пылинку, безвестного воина, и подняться по крутой лестнице. Не иначе случилось что-то важное!
– Я хочу с тобою поговорить, – сказал господин Като, по обыкновению выглядевший собранным и суровым, – с глазу на глаз, без лишних свидетелей.
Акира почтительно кивнул.
– Речь пойдет о господине Кандзаки, – продолжал Като. – Ему понравилось, как ты говорил с князем, и мне понравилось тоже, хотя я считаю, что ты рассказал господину Аракаве далеко не всю правду. Но сейчас речь о другом. У господина Кандзаки был сын, единственный сын, он погиб два года назад. Остались только дочери. Сейчас господин Кандзаки ищет жениха для старшей – он хотел бы принять в семью молодого человека, которому сможет передать фамилию, а впоследствии – и свою должность. Ты чужой среди нас, ты беден, и мы не знаем твоего отца, но Кандзаки-сан кажется, что ты очень похож на его любимого сына. Когда ты спустился с гор в тот день, когда мы возвращались из Киото, он решил, что это знак свыше. Ты станешь мужем его дочери и заменишь ему покойного Сиро. Понятно, тебе никогда не пришло бы в голову думать о таком браке, потому господин Кандзаки поручил мне рассказать тебе, как обстоит дело. Признаться, я наблюдал за тобою, за твоими стараниями проявить себя, и понял, что ты не ищешь повышения по службе или прибавки к жалованью, а скорее пытаешься доказать что-то самому себе…
Акира молчал, ошеломленный. Он лихорадочно соображал, что ответить, что сделать. Собственно, в глубине души он знал ответ. Он не испытывал никакой радости от предложения Като-сан, хотя понимал, что голос разума заставит его сказать «да». На мгновение молодой человек представил себе Нагасаву, – если они когда-нибудь встретятся, этот человек, ударивший его по лицу и наступивший ему на грудь ногою, сможет убедиться: Акира не просто выстоял, а достиг высокого положения, богатства, а главное – восстановил свое достоинство.
– Като-сан, – осторожно произнес он, – я не смел и думать о такой чести, но… Видите ли, господин, я хотел бы добиться соответствующего положения таким способом, каким его обычно добиваются другие: воинскими заслугами… – Он с надеждой уставился на Като.
Тот понимающе кивнул:
– В том, что я тебе предлагаю, нет ничего позорного. Подумай о новых возможностях, о том, как ты сможешь себя проявить!
Акира снова не знал, что сказать. Внезапно он вспомнил, как некогда мечтал быть усыновленным господином Нагасавой, полагая, что достаточным основанием для этого может служить личная симпатия князя. Сейчас судьба предоставляла ему именно такую возможность! Так почему он нисколько не рад?!
Вдруг он спросил:
– А как же Масако? Като нахмурился:
– Какая Масако?
– Девушка, которую вы прислали ко мне.
– А! Да, я вспомнил. Придется отослать ее обратно. Едва ли Кандзаки-сан понравится, что у тебя уже есть наложница. – И, усмехнувшись, прибавил: – Конечно, ты молод, и тебя волнует, на ком ты женишься. Мидори воспитанна, красива, умна. Она дочь одного из самых уважаемых, знатных людей нашей провинции и хорошо понимает, какой должна быть жена самурая. Ты не будешь разочарован.
Сказав это, Като удалился, а Акира остался размышлять. Он знал: единственная возможность избежать того, что ему предлагают, – немедля спуститься с башни и бежать прочь, следом за ветром и солнцем, во тьму неизвестности.
Он возвращался домой, и его ничего не радовало: ни покой сжатых полей, ни вечерняя прохлада, ни вид омытых прозрачным закатным светом гор, ни мысли о мирном ужине с Масако.
Дальняя комната дома выходила в закрытый садик, и именно там Акира нашел девушку. Она готовила ужин. Он видел темно-красные и желто-белые лаковые чашки, бамбуковый ковшик. От котелка с кипятком поднимался пар. Увидев юношу, Масако ничего не сказала, только одарила легкой улыбкой, от которой можно было стать немного грустным и очень счастливым.
И Акира с пронзительной ясностью понял, что искренне привязался к Масако.
– Знаешь, – сказал он, – сегодня ко мне приходил господин Като, он сообщил, что господин Канд-заки хочет видеть меня мужем своей дочери.
Девушка вздрогнула:
– Господин Кандзаки?
– Да. Его дочь зовут Мидори.
Масако помолчала в растерянности, затем покорно, робко и тихо произнесла:
– Конечно, госпожа Мидори будет вам хорошей женой…
Акира бросил на нее острый, почти жестокий взгляд:
– Ты знакома с нею?
– Нет, господин.
– Тогда почему ты считаешь, что она будет хорошей женой? Лучше тебя?
Ее пальцы, вцепившиеся в край подноса, дрожали.
– Да, – чуть слышно отвечала она.
– Почему?
– Потому что она много выше меня по рождению. Она достойна вас.
Он коротко рассмеялся:
– Стало быть, ты меня не достойна?
Масако непонимающе смотрела на него.
– Мне придется отослать тебя обратно.
– Да, господин.
– Ты хочешь этого?
– Нет! – сказала Масако, и Акире показалось, что в ее глазах блеснули слезы.
– Тогда что заставляет тебя отвечать «да, господин», когда я говорю, что прогоню тебя вон?!
– Не сердитесь, господин, я не могу сказать «нет». Ведь это вы принимаете решение. Вы вольны поступать, как считаете нужным, а я обязана подчиняться вам.
Он резко поднялся с циновки и вышел из комнаты. Акира подумал о Кэйко, которая выбирала в жизни то, что хотела, решительно отбрасывая все-ставшее лишним. Ей и в голову не приходило размышлять, достойна она чего-либо или нет, а ведь Кэйко была всего-навсего дочерью купца, тогда как отец Масако – оруженосец знатного самурая.
Кто-то безропотно принимает заданную расстановку ценностей, кто-то придумывает свою. Кэйко и Масако – «хочу» и «должна»; предательство, обман – и безграничная преданность и верность; способность бездумно жертвовать другими – и бездумно жертвовать собою. Одну он любил смешанной с ненавистью, непониманием, обидой и жгучей жаждой обладания любовью. А к другой испытывал только тихую жалость.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Сильнее смерти - Бекитт Лора



Очень интересный роман, который от других произведений такого жанра отличает правдивость - жизнь никогда не имеет плохой и хорошей стороны, она как зебра и в этом романе это хорошо показано.
Сильнее смерти - Бекитт ЛораСвета
20.07.2012, 13.55





Так можно прочитать, если ее прочесть тоже нечего не потеряешь..
Сильнее смерти - Бекитт ЛораМилена
27.02.2014, 14.31








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100