Читать онлайн Агнесса Том 2, автора - Бекитт Лора, Раздел - ГЛАВА VIII в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Агнесса Том 2 - Бекитт Лора бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 7.59 (Голосов: 93)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Агнесса Том 2 - Бекитт Лора - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Агнесса Том 2 - Бекитт Лора - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Бекитт Лора

Агнесса Том 2

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

ГЛАВА VIII

Агнесса открыла глаза. Теперь она поняла, почему во сне было трудно дышать: она лежала ничком, уткнувшись лицом в подушку. Вздрогнула, ощутив прикосновение к руке пониже плеча чего-то шелковисто-скользкого, но потом поняла, что это ее собственные волосы, разметавшиеся, спутанные и укрывавшие тело, подобно живому плащу. Агнесса, стараясь двигаться как можно меньше, чтобы не было заметно, что она не спит, слегка потянула покрывало на себя, накрывая плечи.
Она боялась повернуться и думала, не было ли случившееся сном? Нет, такое сумасшествие не приснится даже во сне! Агнесса прислушалась к своим ощущениям. То, что произошло с нею в эту ночь, не было мукой, но она не отказалась бы, если б оно осталось в рамках времени от заката до рассвета, утекло бы в невидимый подземный колодец вместе с памятью, даровав ей спасение от самой себя. Вообще со временем определенно что-то случилось: одна-единственная ночь с потрясающей легкостью вобрала в себя целое десятилетие, и в ней осталось, наверное, место еще для полусотни лет.
«У каждого из нас, должно быть, свое собственное время, — подумала Агнесса, — недаром же для одного человека оно влачится непомерно долго, а для другого эти же часы пролетают, как миг».
Она удивилась тому, что спокойно думает о пустяках, а вот о важном…
Агнесса зажмурилась до боли, но потом опять открыла глаза. Хорошо, что сейчас день, и светит солнце! Может, теперь ей следовало бы прятаться от света, но ей лично на свету было легче.
Агнесса не могла лежать совсем неподвижно и повернулась. Джек молча смотрел на нее со странным ожиданием в глазах, из которых, казалось, все еще не ушел серебряный свет звезд и луны. Он не мог быть ни в чем уверен: возможно, она еще станет проклинать себя и его за эту ночь, безумную ночь, вместившую всю его многолетнюю тоску по этой женщине, всю страсть, всю любовь, которую никому больше он не хотел и не мог отдать…
Агнесса поняла, как много значат возникшие, нет, вернувшиеся отношения; еще раз обратившись к своим чувствам, спрашивала себя, хочет ли она теперь бежать от Джека, как от чумы, или жаждет обрести утешение в его же объятиях… и отвечала, что все-таки второе. Она не желала сейчас быть одна, проснуться одной было бы тяжелее вдвойне. Одиночество — самый страшный зверь, грызущий беспощаднее, чем совесть.
Оба молчали. Заговорить было невыносимо тяжело. Они не двигались, лежали рядом, но не касались друг друга и уже не закрывали ни на миг глаза, горевшие лихорадочным огнем.
Пожалуй, Джек был даже рад, что Агнесса молчит, он не хотел никаких слов, он их боялся; не верил им и желал, чтобы она отвечала ему сейчас только языком чувств. И он был готов почувствовать себя счастливым, пусть не навсегда, хоть ненадолго. После стольких лет блужданий по мрачной пустыне вдруг попасть под чистый, светлый, прохладный дождь! Он подумал о том, что сейчас будет дорожить каждым мгновением своей жизни, ибо в ней есть эта женщина и ее любовь.
Агнесса по-прежнему не отводила от него глаз, но она до сих пор не могла поверить, что это Джек, что она провела с ним безумную долгую ночь, принадлежала ему, тем самым перечеркнув безвозвратно все, что имела.
Она молчала. Она потеряла целый мир и саму себя. Или, может, вернулась к себе? Она променяла все — один Бог ведал, что значило для нее это «все» — на Джека. Теперь у нее был Джек. Только Джек. И ничего больше.
Агнесса глубоко вздохнула, освобождая руки из-под покрывала. То, что она когда-то совершила в юности, было игрой, в которой она по неосторожности и неопытности поранилась, а теперь? Право, не нужно много времени, чтобы это осмыслить, она давно все знала… еще до того, как это произошло.
Джек смотрел на нее теперь при свете всевидящего дня. Он вдруг обратил внимание, какие длинные у Агнессы волосы: если б она встала, концы их опустились бы, наверное, ниже талии, а раньше, помнится, достигали лишь середины спины. Вообще это была не совсем та Агнесса; ночь подарила ему другую женщину. Джек подумал о том, чего не мог знать наверняка: мужчина не меняется так, как женщина, особенно в любви. И все же… да, тогда в цветущем саду она сказала правду: во многом она прежняя Агнес, его Агнес. Теперь уже точно только его!
Он заговорил первым:
— Агнес, девочка моя… Я всегда знал и чувствовал: случится именно так. Ты будешь снова моей, снова со мной и теперь уже никогда меня не покинешь! Весь этот кошмар, который тянулся так долго, он ведь позади, верно?
Агнесса ничего не ответила, но он и не требовал ответа, сейчас ему с избытком хватало того, что он уже услышал и получил. В самом начале их досадно прервавшегося пути он относился к ее любви, как к случайно попавшему в руки хрупкому сосуду; во времена разлуки это были осколки, больно впившиеся в тело, а потом, после неожиданной встречи, они кое-как склеились. И вот теперь чувство Агнессы казалось ему вырвавшимся откуда-то потоком: в него можно погрузиться, но удержать немыслимо… И потому в этот миг он не хотел никаких обещаний, а только вновь и вновь повторял себе: он все это предвидел, потому и достало сил держаться до конца, до сладкого конца, открывавшего, как ему чудилось сейчас, путь в бесконечность.
Он потянулся к ней и обнял, шепча:
— Кожа у тебя такая же бархатная…
Покрывало сползло, и Агнесса внезапно увидела страшные отметины ударов на теле Джека, которые он никому старался не показывать; другим — из соображения безопасности, а Агнессе — что это был его позор, его клеймо, его боль; Джек подозревал, что она все же из тех женщин, которым свойственно желание гордиться мужчиной, если она ему принадлежит. Им гордиться было нельзя, это он чувствовал, но вот любить… Для любви, наверное, вообще нет ни границ, ни законов.
— О, Господи! Что это? — прошептала Агнесса, меняясь в лице и, отстранившись, прикрыла свое тело.
Лицо Джека помрачнело. Он приподнялся на локте, потом сел.
— Это ответ на твой вчерашний вопрос, Агнес. Тебе… неприятно?
— Нет! — Взяв себя в руки, она приблизилась к нему, встала на колени так, чтобы оказаться с ним лицом к лицу, и произнесла очень тихо; — Нет, Джекки, я тебе просто… сочувствую…
Он был благодарен ей за то, что она ведет себя так.
Он допускал упреки, обвинения и слезы, но не желал и боялся их. Он сжал запястья Агнессы так, что ей стало больно, и спросил — взгляд и голос его были одинаково неумолимо тверды:
— Агнес, теперь, после всего, что произошло между нами, мы можем наконец поговорить начистоту?
Агнесса смахнула прядь волос с заалевшего лица и, к удивлению Джека, ответила:
— Не хочу. И так, наверное, все ясно… Все равно ничего уже не изменить! — с тихой, но явной решимостью завершила она.
Но того вчерашнего уныло-растерянного, казавшегося заблудшим, потаенно молящим о чем-то, человека уже не было рядом. С несколько даже безжалостной настойчивостью он приподнял за подбородок ее лицо, не давая опустить взгляд, и произнес:
— Но… не может быть, чтобы ты не любила меня!
— Я ведь еще вчера сказала тебе, что люблю…— прошептала Агнесса.
Ее ярко-зеленые глаза уже не были так ясны и чисты, как раньше, и все-таки в отягощенном душевными переживаниями взгляде Джек разглядел нечто такое, что успокоило его.
Он хотел еще что-то сказать ей, но не успел, потому что послышался стук; стучали снизу — кто-то стоял у, входной двери. Джек, выпустив Агнессу из объятий, посмотрел на нее с молчаливым вопросом, и она поняла, угадала мелькнувшую у него мысль: может, это стучится возмездие?
— Я открою, — сказала Агнесса и, спрыгнув с дивана, быстро натянула платье.
Джек не возразил, и она, прихватив щетку для волос, торопливо спустилась вниз. Прежде чем открыть, осторожно выглянула из-за шторы: на крыльце стояли не знакомые ей люди — немолодой мужчина и две женщины, судя по виду, горожане среднего достатка.
Агнесса, безуспешно пытаясь привести в порядок спутанные волосы, подошла к дверям и приоткрыла.
— Доброе утро, мисс, — несколько растерянно проговорил мужчина, — позвольте… тут вот какое дело…
Агнесса, отвечая на приветствие, поймала проницав тельный взгляд старшей из женщин и испуганно-любопытный — младшей. У старшей были седые волосы, худощавое строгое лицо и плотно сжатые губы. Агнесса догадалась, почему эти люди явились сюда.
— Видите ли, мисс, — принялся объяснять мужчина, — раньше тут жили миссис и мистер Эмильтон, мы их хорошо знали, а потом долгое время особняк пустовал… Мы слышали, кто-то купил его, и однажды видели каких-то господ, которые занимались переездом, а теперь вот вы поселились здесь…— Он оглянулся, словно ища поддержки у своих спутниц. Те, однако, продолжали молчать; в лице старшей Агнесса читала нарастающее неодобрение.
— Вы хотите, чтобы я подтвердила свое право владения этим домом? — сказала Агнесса. — Я сейчас покажу бумаги. — И, сообразив, что разговаривает с людьми через порог, добавила поспешно: — Проходите, пожалуйста.
Они коротко поблагодарили, но не прошли. Вернувшись, Агнесса протянула бумаги. Мужчина сделал было неловкий жест, говорящий, что нет необходимости предъявлять документы, но женщина, взяв их в руки, внимательно прочитала.
— Миссис Лемб?
Агнесса кивнула, облизнув пересохшие губы. Седая дама вернула ей бумаги и спросила напрямик о том, что,по-видимому, интересовало их с самого начала:
— Ваш супруг находится здесь, с вами?
— Вы извините, мэм, — засуетился мужчина, бросив на спутницу быстрый укоризненный взгляд, — мы видели мужчину (он не сказал «господина») и несколько встревожились… В наши, знаете, времена… Эмми, — он опять оглянулся, — то есть миссис Питкерн хотела, чтобы полиция выяснила все, но я решил, что мы можем сами поговорить с вами. Мы ваши соседи, — запоздало представился он. — Это моя супруга и племянница.
— Моего мужа нет здесь, — со спокойной обреченностью заявила Агнесса, думая о том, как вовремя и, наоборот, не вовремя пришли эти люди. — Человек, которого не видели… служит у меня. Есть еще женщина, служанка, она приходит днем. Думаю, нет нужды обращаться в полицию, — устало добавила она, — бумаги в порядке и… это ведь мой дом!
— Да, конечно-конечно, — поспешно проговорил мужчина, отвечая на содержащийся в последних словах слабый вызов, — вы в своем праве. Извините, что побеспокоили. Всего хорошего!
Дама, стоявшая за его спиной, сухо кивнула. По-видимому, догадки ее подтвердились полностью. Агнесса видела, как младшая боязливо оглянулась: взгляд ее, хранивший то же выражение скрытого любопытства, с опаской пробежал по окнам.
Агнесса закрыла дверь. Прежде чем подняться в спальню, где остался Джек, задержалась на минуту возле зеркала. На нее смотрело в спешке небрежно причесанное существо в пеньюаре с неплотно запахнутыми полами, сочетающее в лице своем выражение, полной растерянности с выражением полного понимания происходящего. Агнесса знала, почему это так: даже если человек все понимает, он далеко не всегда может ответить на вопрос, что ему делать дальше.
Она вернулась туда, где оставила Джека. Он уже оделся и имел весьма решительный вид. Агнесса огляделась кругом: она понимала теперь, что и особняк потеряла тоже, больше ей не придется здесь жить. Во всяком случае, с Джеком. Жить с ним — значит во всех отношениях жить вне закона.
— Что им нужно, Агнес?
— Это соседи, — отвечала она, присаживаясь на край кровати. — Дом очень долго пустовал, и теперь их заинтересовало, кто в нем вдруг поселился. Я сказала, что это мой дом, и даже показала бумаги. Надеюсь, они больше не придут.
— Ты хочешь остаться здесь? — спросил Джек. Агнесса ничего не ответила, но по глазам ее можно было догадаться: о том, чего хочет, она предпочтет не говорить.
Джек вдруг приподнял ее рывком, поставив на ноги, и заговорил срывающимся голосом, но в то же время с такой отчаянной решимостью, какой она могла бы позавидовать, если б ее собственная вчерашняя решимость не была бы еще сильней.
— Моя девочка, нам нужно уехать отсюда, из этого дома, из этого города, даже, пожалуй, из этой страны! Уехать, бежать! Вот видишь, — он негромко и невесело рассмеялся, — я опять зову тебя бежать со мною! Только теперь уже не смогу сказать, что у тебя будет все, я ничего не могу предложить, кроме себя и своей любви, ничего! Кто я такой, ты прекрасно знаешь, и я знаю, что ты можешь ответить, но я скажу тебе другое: нас всегда что-то разделяло, с самого начала, но это не помешало нам любить друг друга. И если раньше ты могла совершить ошибку потому, что была очень молода, не знала ни жизни, ни людей, ни любви, то теперь… Значит, это все-таки не ошибка и не обман: мы действительно предназначены друг другу! Клянусь, я сделаю все, что ты скажешь, лишь бы остаться с тобой! Уедем туда, где мы сможем быть счастливы, да… Бог мой, с тобой я буду счастлив где угодно!
Она молчала; он провел по ее волосам рукой, и Агнессу вдруг с новой силой охватила боль и тоска по утраченным временам.
— Я никогда не смогу принадлежать тебе всецело, как прежде, Джекки, — сказала Агнесса, — и если ты действительно любишь меня так сильно, ты должен это понимать.
Она не ответила или пока не ответила отказом, и Джеку этого было достаточно.
— Да, я знаю. Тебе нужно съездить за Джессикой и… другого ребенка ты тоже, конечно, можешь взять с собой..
Агнесса покачала головой.
— Нет, я плохая мать своим детям. Я никогда не смогу объяснить им того, что случилось, и никто мне их не отдаст!
— Но Джессика — наша с тобой дочь.
— Она уже много понимает и в немалой степени принадлежит не другим, а самой себе. Я не знаю, как объяснить тебе…— Агнесса умолкла, не в силах больше говорить спокойно.
Несколько минут Джек стоял молча, глубоко задумавшись, потом произнес:
— Я тебя понимаю.
Агнесса много раз слышала эту фразу от другого человека, совсем другого, но, как ни странно, эти слова прозвучали сейчас точно так же. Она прислонилась к плечу стоящего рядом.
— Ты женщина, — снова заговорил Джек, — и тебе, конечно, трудно так сразу привыкнуть. Но Джессика никогда тебя не разлюбит, я уверен, и плохой матерью не будет считать. А потом, может быть, с твоей помощью так же полюбит меня… Агнес! — Он обнял ее. — Если я в чем-то виноват перед тобою…
— Нет! — перебила она. — В своей жизни я совершала только такие поступки, в которых некого винить, кроме себя, самой!
Джек очень надеялся, что в ближайшие дни, которые они проведут уже по-настоящему вместе, ему удастся склонить Агнессу к нужному решению. Он говорил себе, что подождет, если потребуется, день-два, неделю, даже месяц — неважно; он чувствовал себя так, словно долго боролся и победил, непостижимым чудом вырвал свое, кровное, в обход всех законов принадлежавшее только ему, отобрал у судьбы, у людей, у жизни. Орвил оказался прав: о нем Джек почти не вспоминал, он мало думал и о детях Агнессы, даже о Джессике; все это вдруг разом отдалилось, близко было только одно — безраздельное счастье от сознания того, что Агнесса вернулась. На редкость эгоистичное счастье: попав из мрака в свет, человек закрывает глаза, ослепленный сиянием солнца, часто кажущимся куда более сильным, чем на самом деле.
Однако его связанные со счастливым уединением планы были досадным образом нарушены уже на следующее утро: проснувшись раньше Агнессы и глядя в окно, Джек увидел идущую к крыльцу женщину лет сорока пяти, судя по всему, приехавшую издалека.
Агнесса плохо спала ночью, часто вздрагивала и просыпалась в испуге; по-видимому, ей снились плохие сны, и Джеку жаль было будить ее сейчас. Он смотрел на нее, свернувшуюся калачиком под покрывалом, такую хрупкую, как казалось, и беззащитную. Джек улыбнулся: она не отослала его вчера вечером назад в гостиную, не осыпала обвинениями и упреками… Она сказала, что любит его, и доказала это! Ему доставляло тайное наслаждение сознавать, что, просыпаясь ночью от кошмаров, она успокаивается только потому, что он рядом, затихает в его объятиях. Неповторимая, страстная, прекрасная… Его Агнесса!
Он тихонько дотронулся до ее плеча со словами:
— Агнес, проснись, там приехала какая-то женщина…
Агнесса встрепенулась, мгновенно пробудившись, и протянула руку за платьем.
— Женщина? Ты знаешь ее? Видел когда-нибудь?
— Нет, Агнес.
— Молодая?
— Я бы не сказал. Спустись, сама посмотришь.
Агнесса быстро оделась, соображая, кто бы это мог быть. Еще с лестницы она заметила приезжую: та стояла с небольшим чемоданом в руках неподалеку от входной двери. На вид ей было больше сорока; черты ее простого лица показались Агнессе очень знакомыми.
— Терри? — нерешительно произнесла она, приближаясь. — Вы?!
Женщина поставила, нет, пожалуй, наполовину уронила чемоданчик.
— Барышня! Агнесса! — прозвучало непривычное и в то же время родное, не слышанное столько лет.
И если Агнесса не знала, как держать себя в первые минуты встречи с Амандой, то ее служанку сразу заключила в объятия.
— Да откуда вы?..
— Погодите, расскажу, мисс… то есть, ведь уже миссис!.. Господи! Совсем запуталась! — со слезами радости на глазах говорила женщина.
Агнесса провела ее в гостиную и окружила таким вниманием, каким не почтила бы, наверное, никакую другую гостью.
Пришла Стефани, и Агнесса отправила ее на кухню, а сама села рядом с Терри, взяв женщину за руку и обратив к ней просветлевшее лицо.
Терри постарела. Это сразу резко бросилось в глаза, сделав ее чуточку незнакомой, но минуту спустя Агнесса уже привыкла к произошедшим переменам, и Терри снова казалась ей близким человеком. Агнесса и сама не знала, почему до сих пор не забыла эту женщину, с которой общалась, в общем, так мало; может быть, потому, что Терри была первым человеком, встретившим ее по-дружески, с теплотой по выходе из пансиона в новый мир, в новую жизнь.
— Миссис Митчелл уехала за границу. Меня она с собой не берет, оставляет смотреть за домом. Но в этот раз я отпросилась повидать вас: миссис Митчелл сказала мне, что вы этого хотели.
Агнесса кивнула.
— Очень хотела, Терри.
— Я не знала, что вы в отъезде, — продолжала женщина, — но у вас дома меня так хорошо приняли, прямо как члена семьи!
— Вы и есть член семьи, Терри, и близким я много о вас рассказывала.
Терри улыбнулась доброй, внимательной улыбкой. Глаза у нее были все те же, глазами она не постарела. Агнесса подумала: это хорошо, когда у человека не стареют глаза, хранящие чистоту души. С нею самой, наверное, будет по-другому…
— Я всего лишь служанка миссис Митчелл…
— Нет, — сказала Агнесса, — для меня нет. Они с теплотой глядели друг на друга.
Терри тоже замечала перемены в Агнессе. С семнадцати до двадцати шести — это гораздо больший отрезок времени, чем от тридцати пяти до сорока четырех: в этот период жизни внутренняя сущность человека куда более подвержена изменениям. И все же Терри сразу показалось, что Агнесса в чем-то осталась прежней; ей не был присущ свойственный Аманде лоск, всю жизнь доводимый до совершенства. Агнесса была, как считала Терри, намного проще.
Тем более, сейчас она уже не выглядела дамой из общества, какой увидела ее несколькими неделями раньше Аманда.
— Ваш супург понравился мне, — заметила Терри. — Он сказал, что вы в Санта-Каролине и пробудете здесь еще некоторое время. И посоветовал ехать к вам.
— Еще некоторое время? — повторила Агнесса и, машинально оглянувшись на закрытую дверь, спросила тихо: — Орвил… как он?
— Хорошо, — несколько растерявшись, ответила Терри; она сразу почувствовала здесь что-то глубоко личное.
Агнесса опустила глаза.
Он ничего не рассказывал вам?
— Нет…
Терри, если и нашла странным отсутствие Агнессы дома, то истинных причин этого предположить все равно не могла, теперь же в ее душу вторглась тревога: похоже, произошла или же происходит какая-то драма в жизни «барышни Агнессы», о которой она помнила столько лет.
Но она не решалась спросить.
Немного посидели молча; потом Агнесса распрямила свои немного согнувшиеся во время предыдущего разговора плечи и сказала обычным голосом:
— Я после вам все объясню. Расскажите, что и кого вы еще видели там… дома?
Терри улыбнулась.
— Маленькую девочку, которая подошла ко мне и сказала, что много слышала обо мне от своей мамы.
Агнесса сидела, уставившись в пол.
— Джессика… да, она такая… все помнит.
— И вашего сына…
Агнесса посмотрела на Терри, и та вздрогнула: глаза женщины походили на две малахитовые чаши, до краев наполненные хрустально-прозрачной, но горькой от печали влагой, готовой пролиться от первого движения впавшей в забвенье души.
— Я уеду, мисс, — сразу без обиняков заявила Терри, едва Агнесса завершила рассказ, — не хочу оставаться здесь.
— Останьтесь, — сказала Агнесса, — мать же в отъезде. Что вы будете делать там одна?
— Здесь мне делать тем более нечего.
В выражении лица Терри было что-то очень похожее на взгляд приходившей сюда вчера незнакомой дамы — соседки. Господи, неужели так теперь будет со всеми! Агнесса подумала, что ничего другого ни от кого и не ждет, но в следующее мгновение почувствовала не только осуждение Терри, но и ее нескрываемую боль.
— Наверное, мне вообще не следовало больше выходить замуж, надо было жить одной, как моя мать, — мрачно произнесла Агнесса, скручивая в пальцах кончик шали. Сегодня было прохладно, моросил дождь, совсем осенний, хотя стояло лето. Небо, горы, океан — все имело одинаковый серый цвет, только чуть разных оттенков. Агнесса знала, что это пройдет, и назавтра опять засияет солнце: в этих краях не задерживалась непогода. Но ей всегда немного не верилось в возвращение лета.
— Я не знаю, почему миссис Митчелл не вышла замуж. По-моему, в последние годы она вообще не стремилась к этому. Слишком, наверное, привыкла жить для себя.
— Вы хотите уехать, Терри, сейчас, когда я прошу вас остаться, — тихо сказала Агнесса, — и я знаю, почему. Но ведь вы, что называется, верой и правдой столько лет прослужили моей матери, все видели, все знаете о ней, а у вас же совсем другие принципы!
Терри молчала. Она ехала навестить юную барышню, ставшую молодой дамой, живущую благополучной семейной жизнью, и была потрясена развернувшейся перед ее взором картиной. Оказывается, все повторяется, выходит на второй круг, но в более сложном, трагическом варианте. Что ж, если Аманда со своей холодностью, высокомерием, стремлением попасть в высшее общество и расчетливым взглядом на дочь, тем не менее — женщина — не причинила никому большого зла, то Агнесса наломала дров. Миссис Митчелл глядела на жизнь, словно в огромное зеркало, любуясь собой, и была откровенно эгоистична, но Агнесса же производила совсем другое впечатление! Терри гораздо лучше понимала чувство матери к детям, чем чувство женщины к мужчине, может быть, потому, что последнего, в отличие от первого, не испытала, поэтому считала: что бы ни случилось, забыть даже на минуту — о своем долге по отношению к семье может только женщина глубоко безнравственная. И в сто раз хуже, когда эта безнравственность надевает маску.
— Я не все о ней знаю, — ответила наконец Терри, — далеко не все. Человек даже о себе знает немного. Она сама построила себе жизнь — не каждый сможет и это.
— Не думаю, что она была счастлива.
— Может быть. Она была одинока, так же, как и я.
— Мери уже не служит у нее?
— Мери вышла замуж и перешла в дом, где служит ее муж. Случается, забегает ко мне или я захожу. Ей неплохо живется. У нее есть сын…
Агнесса вспомнила, как Терри говорила ей когда-то, что мечтает нянчить ее детей.
— Да, это хорошо, — сказала она и замолчала.
— Окажите, мисс, — медленно проговорила Терри, — почему вы это сделали?
Агнесса отвела взор: у Терри были слишком честные глаза, чтобы в них можно было прямо смотреть. Нет, Агнесса не ждала, что эта женщина ее поймет и, тем более, чем-то поможет.
Она сжала сцепленные вместе пальцы, на которых не осталось колец. На ней вообще не было украшений, как ничего дорогого или броского. Простая одежда, простая прическа; какие-то едва уловимые оттенки печальной обыденности появились в ее облике.
Терри смотрела на женщину, которая ездила на балы, посещала театры, выставки, приемы, имела любящего мужа и хороших детей, уважение знакомых. И потеряла все! Тогда, в прошлый раз, Терри поняла ее или, по крайней мере, пыталась понять. Но сейчас — нет.
— Так получилось, — произнесла Агнесса.
— Но почему? — прошептала Терри — Неужели вам было так одиноко? Или вас так… так влекло к этому человеку?
У Терри не повернулся язык произнести слово «любовь».
Агнесса встала и подошла к окну.
— Стало совсем темно, — сказала она, — надо зажечь свечи. — Она наклонилась, и концы ее длинной шали свесились до пола. Они походили на два опавших крыла раненой птицы, а сам ее силуэт, в момент, когда она выпрямилась, напоминал тонкую черную свечку на фоне размыто-серого окна.
— Некоторые вещи я не могу объяснить даже себе. Одно скажу, я не собиралась делать этого до самого последнего момента.
— Вы что же, считаете своего…— Терри запнулась, — любовника хорошим человеком, достойным вас, заслуживающим счастье?
Агнесса долго сидела молча, ломая пальцы, потом произнесла фразу, удивившую женщину:
— В данном случае это не имеет значения.
— То есть как это не имеет? Бог мой! Что вы хотите этим сказать?
— Ничего, кроме того, что сказала.
Помолчав, Терри проговорила нерешительно:
— Но ведь ничего не было… против вашей воли?
Агнесса подняла глаза.
— О, конечно, нет! В том, что случилось, виновата лишь я одна. Джека я не упрекаю, он никогда не был жесток со мной… Вам, наверное, не верится, вы ведь помните меня невинной девушкой, а я… да, я вот такая, порочная, падшая женщина.
Сердце Терри немного смягчилось; ей стало жаль Агнессу.
— Я понимаю все ваши поступки, кроме этого. Ведь говорили, что были счастливы с мужем…
— Да, — подтвердила Агнесса, — Орвил всегда уважал мои чувства, даже если они казались ему непонятными. Если бы я сказала ему, что люблю Джека, он отпустил бы меня без единого упрека, потому что ценил внутреннюю свободу, свою и мою. Но я вовсе не собиралась этого делать, не хотела. С Орвилом мы хорошо понимали друг друга и… да, в общем, не стоит говорить! Я думала навсегда расстаться с Джеком после его выздоровления, хотя не знаю, удалось бы мне уговорить его уехать… И раньше, если бы он не попросил моей помощи, мы бы не встретились больше вновь. Я бы пережила разлуку с ним, хотя, конечно, терзалась бы мыслями о его судьбе, потому что она никогда не была мне безразлична. А Орвил… Он решил, видимо, просто ускорить события; он, должно быть, считал, что это все равно произошло бы когда-нибудь, как бы предвидел измену. Он хотел чистой любви, без примеси сомнений, это слишком его мучило, тем более, он ведь знал, что Джек был моей первой любовью, знал, на что я пошла ради этой любви и что наша разлука была насильственной. Да еще и ребенок… Верно, я не смогла до конца избавиться, уйти от этого чувства. Орвил догадывался, а когда я обманула, скрыла свои поездки к другому…
— Но почему вы обманули мужа? — спросила Терри, внимательно вслушиваясь в ее взволнованную речь.
Агнесса вздохнула:
— Ради Джека. Он ни за что не принял бы мою помощь, зная, что тут замешан Орвил. Но я должна была предвидеть, чем все это закончится!
— Думаю, ваш муж должен был постараться вам помочь! Чтобы ничего подобного не случилось! Если б он не велел вам покинуть дом…
Агнесса помотала головой.
— Неважно! Он все сделал, что мог… еще до этого. Он очень сильно любил меня, Терри.
И если б Терри не знала всего, то, услышав, как произнесла Агнесса последние слова, она решила бы, что Агнессе больше жизни дорога эта любовь.
— И что же вы теперь-то думаете, барышня? — спросила она, по старой памяти называя ее так.
— Что?.. Знаете, Терри, человек иногда чего-то не понимает, самых простых вещей. Но потом вдруг словно отдергивается занавес, и он видит все, как на ладони, всю правду, всю ложь — словом, истину.
— Только это случается поздно? Верно?
— Да, — Агнесса и продолжала: — Там у меня была семья, какой никогда не будет здесь. Я просыпаюсь утром и думаю: «Вот Джессика встает, идет в школу. Кто говорит с нею, кто помогает ей собраться? Почему не я?» И так дальше — целый день. Я вижу все это, словно наяву. А с Джерри еще хуже. Он совсем маленький, вообще может меня забыть, да и как ему без матери?! Иногда мне кажется, что есть средство, которое поможет мне перенестись туда, но как его найти? Сюда я их взять не могу, и не только потому, что Орвил не отдаст, я сама не хочу. Это словно бы разрезать жизнь на кусочки, а потом что-то из них составить.
— Быть может, вам вернуться к мужу…— произнесла Терри немного погодя, с большим, впрочем, сомнением.
— Господи! Да как я смогу! Орвил отказался от меня еще до того, как так низко я пала, неужели он окажется способен простить меня теперь? Обмануть его, сказать, будто ничего не было, я не сумею и не смогу смотреть ему в глаза после своей измены. Он слишком хороший человек, он этого не заслуживает.
— Уже хорошо, что вы это понимаете.
— Понимаю, да, — с горечью повторила Агнесса. — Но разве это что-либо меняет? Приближает меня к моим детям?
— Успокойтесь, мисс, — сказала Терри, после того как Агнесса вскочила с места и принялась ходить по комнате, скрестив руки на груди. — Так и быть, я останусь. Не знаю, что тут можно сделать, но постараюсь помочь.
Агнесса остановилась.
— Спасибо, Терри. Да, вот письмо мистера Лемба, читайте, я доверяю вам. Только не хочу, чтобы Джек о нем знал.
— Джек, — сказала Терри. Она и не видела-то ни разу этого человека, поломавшего, как ей думалось, жизнь Агнессы. — Он хоть догадывается о ваших мучениях? Или ему все равно, лишь бы вы принадлежали ему?
— Нет, он хочет, чтобы я была счастлива, — ответила Агнесса, — только не вообще, а именно с ним. У него в жизни нет выбора, а если и есть, то такой, какого никому не пожелаешь.
Терри взглянула на нее искоса, потом принялась читать письмо Орвила, а Агнесса замерла то ли в раздумье, то ли в растерянности и стояла так; брови ее были приподняты, в глазах застыло ожидание.
— Он любит вас, — сказала Терри, откладывая письмо. — Это мнимая холодность. Гордость, уязвленное самолюбие, ревность. Если бы вы не дошли до последней точки, он бы рано или поздно простил.
— Теперь я тоже так думаю: он бы простил. Но сейчас уже поздно. Я вела долгую борьбу с собой и проиграла.
Она говорила устало. И показалась вдруг Терри далекой, чужой.
— Опять к нему пойдете, мисс? — с явственным осуждением произнесла женщина. — Уж если вы раскаялись в содеянном, то должны для начала хотя бы отказаться от жизни с этим мужчиной. Он…— И Агнесса услышала о Джеке все то, что обычно говорили о нем люди, знающие его и ее историю.
— Да, — сказала Агнесса, — все говорят так, и никто иначе: это мой первый возлюбленный, отец моего ребенка, человек, дважды спасавший мне жизнь и, если понадобится, готовый сделать это еще раз, тот единственный, кому я сейчас дорога и кого могу сделать счастливым.
Терри невольно отпрянула, пораженная такими словами.
— Это человек, лишивший невинности вашу душу, сделавший вас несчастной!
Агнесса молчала, и тогда Терри произнесла, как приговор:
— Я ошиблась: вам не в чем помогать. Каждый человек достоин своего выбора — оставайтесь с ним. А я… Я уеду. Потому что я лишняя здесь, лишняя, как и все остальные.
И, как Агнесса ни уговаривала ее остаться, Терри не пожелала изменить свое решение.
— Бога ради, Полли, бери скорее поднос и беги в гостиную! Не урони только, — говорила Рейчел задержавшейся служанке — Гости, наверное, заждались.
Сегодня впервые за много дней Орвил принимал гостей, знакомую супружескую пару. Полли убежала, бренча чашками и кофейником. В кухню вошла Френсин.
— Ты переодела мисс? — спросила Рейчел, как всегда озабоченная всем, что касалось Джессики. — Она в гостиной?
— Нет, — сказала Френсин, — пошла поиграть на рояле. Она говорит, — с неожиданным вызовом добавила девушка, — что должна заниматься музыкой, иначе все перезабудет к приезду матери, и та будет огорчена.
— Миссис Лемб вернется? — тихо спросила Лизелла. — Никто ведь ничего не знает?..
— Мистеру Лембу не нужна такая супруга, — сказала Рейчел, твердо сжимая губы, — она его опозорила.
На лице Френсин от волнения появились красноватые пятна. Она ничего не забыла: ни своего, как она считала, предательства, ни поступка подтолкнувшей ее к этому Рейчел. Настала пора свести счеты.
— Вы, что ли, замените мать его детям, мисс Хойл? — воскликнула она — Мисс Джессике и мистеру Джерри! У вас никогда не было семьи, вот вы так и говорите! Просто не способны понять!
Рейчел стремительно обернулась в обиде и гневе.
— А ты способна, да?!.. Если так, то и ты такая же…— Слова, готовые вот-вот сорваться с языка, все же застряли в горле.
— Прошу вас, перестаньте, — испуганно прошептала Лизелла, — не наше это дело — судить господ. Зачем ты так, Френсин! И вы, мисс Хойл, не надо…
…В гостиной велись другие разговоры, не такие откровенно-прямые и все же имеющие источником те же вопросы.
— Стало быть, ваша супруга все еще в отъезде? — говорила миссис Уолтем, встряхивая массой пепельных мелких кудряшек и даря невинную улыбку как Орвилу, так и мужу, и игнорируя предупредительно-строгий взгляд последнего. Орвил не очень-то рад был визиту именно этой пары: миссис Уолтем, женщина легкомысленная и поверхностная, слыла, тем не менее, весьма проницательной, если дело касалось деликатных тем. — Я слышала, она в столице? Конечно, столичная жизнь интереснее нашей! Думаю, по возвращении ей будет что нам рассказать!
— Не сомневаюсь.
— У меня спрашивали о ней по крайней мере раза три за последнюю неделю…
Орвил не был уверен, что это правда: общество и Агнесса не очень-то интересовались друг другом. Впрочем, возможно, до сих пор просто не было повода. Что ж, он не удивится, если узнает, что по городу уже пошли нехорошие слухи.
— Мистер Лемб, одна наша общая знакомая на днях видела вас в парке в обществе симпатичной молодой леди. Это, очевидно, ваша родственница?
Орвил не знал, как и с кем проводит Агнесса время в сером особняке, он мог лишь догадываться и предполагать, но в любом случае пока не собирался ставить под сомнение прочность их брака в глазах общества, как не думал платить Агнессе той же монетой. Его встреча с мисс Кармайкл была продиктована потребностью хотя бы слегка еще раз соприкоснуться с чем-то чистым и светлым, что, возможно, когда-то было в Агнессе. И еще — Джессика поделилась с любимой учительницей своими переживаниями, и мисс Кармайкл решилась на второй разговор. Кстати, именно она посоветовала вернуть Агнессу в семью хотя бы ради детей.
Орвил ответил, спокойно глядя на собеседницу:
— Да, верно, я был там. Эта леди учит Джессику живописи.
Он не собирался оправдываться и ничего более не добавил. Розовые губы миссис Уолтем на мгновение сложились буквой «о», а короткие брови приподнялись в удивлении, но в следующую секунду она, принужденно рассмеявшись, сказала:
— Ах, Джессики… Да, кстати, а где ваша очаровательная белокурая принцесса? Разве миссис Лемб не взяла ее с собой?
— Нет.
Орвил взглянул на нее одним из тех редких своих взглядов, которые сразу действовали на собеседников, принуждая замолчать, что она и сделала наконец, лишь по инерции обронив еще пару фраз, к счастью, достаточно безобидных:
— А ваш племянник как вырос! Роберт говорит, вы каждое утро совершаете с ним верховые прогулки! В вашей семье растут замечательные дети; уверена, что и малыш не обманет родительских ожиданий!
Сверкнув глазами, она умолкла, а Орвил подумал о том, что терпит подобный разговор первый и последний раз. Больше в его доме не будет пустоголовых насмешниц и их терпеливых мужей. Или он сам уедет на лето с детьми, благо, занятия в школе закончились. Однако… за летом придет осень, а там зима, и вся жизнь еще впереди, жизнь, требующая принятия важных решений.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Агнесса Том 2 - Бекитт Лора



Мне понравилось)))))))))))))))
Агнесса Том 2 - Бекитт ЛораАгнесса
27.08.2010, 12.19





Очень понравилось, но нет законченности... хочется продолжения и счастливого конча
Агнесса Том 2 - Бекитт ЛораИрина
24.09.2011, 20.21





Хороший роман, но действительно слишком неопределённый конец, хочется, чтоб всё было хорошо.
Агнесса Том 2 - Бекитт ЛораКристина
3.11.2011, 8.08





Прекрасная книга о душе и жизни необъяснимая сокровенная судьба влечет героиню по своим завораживающим лабиринтам все непредсказуемо порой жестоко но всегда глубоко и честно Конец единственно возможный и правильный ведь жизнь продолжается и будущее может только предчувствоваться
Агнесса Том 2 - Бекитт ЛораИрина
28.03.2012, 23.33





Главная героиня - редкостная дура.
Агнесса Том 2 - Бекитт Лорадаша
25.09.2012, 13.38





Очень понравилось! Увлекательный роман, открытый конец, далее читатель сам додумывает судьбу героини.
Агнесса Том 2 - Бекитт ЛораЛена
21.10.2012, 10.58





Душевные терзания главных героев интересно читать,переосмысливать.Хочется продолжения, узнать дальнейшее развитие отношений.
Агнесса Том 2 - Бекитт ЛораОльга
2.03.2013, 20.17





Роман понравился, советую прочитать, не пожалеете
Агнесса Том 2 - Бекитт ЛораАнна
6.08.2013, 13.13





Действительно написано очень легко и просто. Прочитала книгу за пару дней, все два тома. rnЖизненная история. Не до конца понимаю главную героиню, считаю её эгоисткой
Агнесса Том 2 - Бекитт ЛораЧитательница
6.08.2013, 13.17





Действительно написано очень легко и просто. Прочитала книгу за пару дней, все два тома. rnЖизненная история. Не до конца понимаю главную героиню, считаю её эгоисткой
Агнесса Том 2 - Бекитт ЛораЧитательница
6.08.2013, 13.17





Неожиданно, но книга порадовала, а в особенности своим окончанием, нет в романе ожидаемой слащавости и эмоций она вызывает гораздо больше чем большинство однотипных штампованных романов. Характеры раскрыты полностью. После прочтения остался легкий горький осадок. Надеюсь продолжения романа не будет, иначе сильно разочарует...
Агнесса Том 2 - Бекитт ЛораАнжелика
6.08.2013, 13.23





Роман классный! :)) понравился, правда есть и минусы - rn1 автор очень много пишет описания природы и порой тяжело читается. rn2 не до конца понятна концовка.rnО романе можно сказать много всего, сейчас я нахожусь под впечатление :)) rnдва момента во мне и радость и печальrn rnвсе таки Агнесса мечтатель по характеру и в этом её проблема, Джек все таки плохой человек для меня, он отрицательный герой. Поступок Орвила считаю правильным.
Агнесса Том 2 - Бекитт ЛораМаша
6.08.2013, 13.33





Агнесса Митчел и Джек - главные герои, эгоисты, каждый думает только о своем счастье. Роману ставлю 8.
Агнесса Том 2 - Бекитт ЛораАнюта
6.08.2013, 19.03





Роману поставила 8, хотя второй том был слишком растянут.
Агнесса Том 2 - Бекитт ЛораКатя
10.08.2013, 16.25





Книга супер!!! Так сильно переживала за Агнессу, но рада что все закончилось хорошо))) Хотя.... всё может быть и плохо...
Агнесса Том 2 - Бекитт ЛораМалинка
10.08.2013, 19.48





Не понравилось
Агнесса Том 2 - Бекитт ЛораСветлана
16.11.2013, 10.47





Два тома прочитала с большим интересом.
Агнесса Том 2 - Бекитт ЛораМарина.
28.11.2013, 21.00





Конец какой то не определенный, хотя героиня не благодарная большего и не заслуживает. Прикрываясь любовью предать детей, мужа кот. можно было ноги целовать, и ради чего... да это наверно и есть жизнь.
Агнесса Том 2 - Бекитт ЛораМилена
4.02.2014, 18.27





Мне понравилось этот роман. Интересно было читать.
Агнесса Том 2 - Бекитт ЛораАйзада
26.02.2014, 11.31





Roman ne ploxoy. Prosto qqeroinya razdrojaet. Ocen tupaya. Xoroso sto v konce Orvil ne prostil ee. A to ocen smeshno bilo bi
Агнесса Том 2 - Бекитт Лораilqana
23.10.2014, 17.44





Сюжет неплохой, закручен...и только. Слишком много анализа чувств героини, растянуто(во втором томе). И, однозначно, не соглашусь, что образованная,с богатым внутренним миром, к тому же по прошествии лет повзрослевшая женщина, смогла предпочесть Джека. В романе Джек обладает довольно приличным словарным запасом-откуда вдруг!!!- это совсем не по характеру персонажа...в общем, розовые слюни. Кстати, потому и концовка такая оптимистичная, что автор просто не понимает, что с этой бедолагой останется завтра!
Агнесса Том 2 - Бекитт ЛораЕлена
19.05.2015, 21.32





Нет, девочки... Героиня далеко не "тупая" и не "раздражает", скорее она дурочка, по-женски дурочка, своими чувствами доведшая себя до саморазрушения. Это очевидно, что с Орвилом ей было бы гораздо проще в жизни, она ни в чем бы не нуждалась и была бы окружена его любовью и заботой. Но той страстной, слепой любовью (той ради которой мы и читаем женские романы) любила она только Джека, И именно Джек является её судьбой, или лучше выразиться, её роком. И любят всегда не за что-то, а вопреки! rnИ, как говориться, не в тему, но про войну: если бы Джек из фильма Титаник каким-то образом воскрес и нашел свою Розу, я думаю, она бы тоже все бросила и пошла бы с ним ночевать под первым мостом...
Агнесса Том 2 - Бекитт ЛораВирджиния
19.09.2015, 3.17








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100