Читать онлайн Обманутая, автора - Баррет Мария, Раздел - Глава 33 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Обманутая - Баррет Мария бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.41 (Голосов: 17)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Обманутая - Баррет Мария - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Обманутая - Баррет Мария - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Баррет Мария

Обманутая

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 33

Было уже больше трех часов дня, стали надвигаться сумерки. В то время как Пауль Робсон в Лондоне ехал в такси, в Абердине Фрейзер заканчивал разговор с редактором.
– Хорошо, на этом порешим, – сказал Фрейзер и посмотрел на часы. С момента отъезда Робсона они ждали результаты анализов. Сейчас он собирался позвонить и узнать об исследовании.
Гордон кивнул и повернулся к Ливви.
– Тебе нравится, что предложила Дженни? – Он имел в виду раздел «Лайф-стиль».
– Да, мы говорили об этом рано утром. Она сделала всю работу, и мы решили все вопросы. Митч знает, что делать дальше.
– Ах, Митч! – сказал Гордон и протянул ей дневник. Там было записано, что Митч болен уже второй день и после прогулки на вертолете его никто не видел. Гордон не одобрял это, так как, по его мнению, пропустить работу может только человек, лежащий при смерти.
– Я сейчас позвоню ему, – быстро сказала Ливви. Она совершенно забыла о Митче за эти двадцать четыре часа. Она была так поглощена расследованием деятельности «ИМАКО» и визитом Пауля Робсона, что больше ни о чем не могла думать. Свинство с ее стороны!
– Я позвоню сейчас.
Взяв свою записную книжку, она вышла из кабинета. Фрейзер наблюдал через стеклянную стену, как она быстро прошла к своему столу и села за телефон.
– Я надеюсь, ты понимаешь, что делаешь, – спросил Гордон. Он полностью не знал всю историю, но хорошо понимал, чем они занимаются.
Удивленный, Фрейзер отвел взгляд от Ливви и посмотрел на Гордона.
– «ИМАКО» – громадная компания. Им не нравится, когда вмешиваются в их дела. Ты уже столкнулся с этим, вспомни… – сказал Гордон.
Лицо Фрейзера потемнело, а голос стал жестким:
– Да, я помню. Но сейчас они не смогут избежать огласки.
Гордон поднял бровь и предупредил:
– Будь осторожным. Это все, что я могу сказать. И береги спину!
Фрейзер улыбнулся, тронутый заботой Гордона, и поблагодарил его. Их разговор прервал стук в дверь. Потом дверь открылась, и появился Энди Робертс, он страшно нервничал. Сказав, что ему срочно нужно поговорить с Фрейзером, он настороженно посмотрел на Гордона.
Гордон встал и, скрывая улыбку, вышел из кабинета.
Энди Робертс вошел в кабинет и встревоженно присел на краешек стула перед столом Фрейзера. Фрейзер ждал, когда юный репортер заговорит. Он старался казаться спокойным, догадываясь, о чем хочет говорить Энди.
– Фрейзер, я пришел по одному делу. Боюсь, что мой интерес к «ИМАКО» не позволяет мне сдержать свое слово. Я… разговаривал со своим информатором, и он открыл мне глаза. – Юный репортер смутился и несколько минут рассматривал свои ноги, а потом продолжил: – Все дело в том, что я могу узнать что-то очень серьезное и мне нужен совет.
Фрейзер хранил молчание. Он не думал, что Энди отступится от своей находки, но не знал, что тому удалось выведать.
– Я решил проверить свои предположения насчет бензотетрина. По моим подозрениям, «ИМАКО» провела исследования химиката, но результаты скрывает.
Фрейзер наклонился вперед:
– Каковы результаты исследования? Энди пожал плечами:
– Я точно не знаю. У меня нет полной уверенности, что информатор придет ко мне. Он… Мы собирались с ним встретиться сегодня. Вот почему мне нужен совет. Если мое предположение подтвердится, то мне нужно поработать над этой информацией… И я подумал, что нужно сразу обратиться к тебе.
– Ты совершенно прав, – сказал Фрейзер, – так как впутался в очень серьезное дело. Сколько ты заплатил информатору? – спросил Фрейзер.
– Я еще не платил ему, – ответил Энди.
– А сколько он просит?
– Если информация подойдет, то он просит около двухсот фунтов.
Фрейзер, постукивая ручкой по столу, прищурил глаза.
– И ты думаешь, что он не обманет тебя? Ты не считаешь, что он хочет подсунуть тебе липу?
– Нет! Нет, я уверен в нем.
– Хорошо. Если информация подойдет, я заплачу столько, сколько он запросит.
Энди был потрясен. Он представлял, что ему придется доказывать, уговаривать, отстаивать свою правоту.
– Но я думал…
– Ты думал, не зная сегодняшней ситуации. Твоя информация нам бы сейчас пришлась очень кстати. – Фрейзер постучал карандашом по столу, а потом вытащил несколько папок из ящика стола. – Здесь вся информация по этому делу, Энди. Но ее недостаточно, слишком многое поставлено на карту. Когда у тебя встреча с твоим информатором?
– Днем.
– Прекрасно. Если результаты исследований существуют, как ты собирался достать их?
Энди заколебался:
– Мой информатор собирался найти их для меня. А потом должен позвонить, чтобы я пришел к лаборатории.
– Значит, он их стащит и вынесет тебе?
– Да… Я предполагал… нечто в этом роде. – Энди покраснел и улыбнулся.
Фрейзер пододвинул папки к нему.
– Здесь то, что у нас есть по «ИМАКО». Я хочу, чтобы ты просмотрел их, чтобы знал, что происходит. Я жду звонка от своего друга, который исследует для меня воду, взятую из источника в Коррин Хиллсе. А потом мы хотели выйти на «ИМАКО» и сравнить результаты.
Энди взял первую папку и стал быстро просматривать ее.
– Кто мы?
– Ливви Дэвис и я. Ливви предоставила очень много информации.
Энди покачал головой и взглянул на него.
– Ты не хотел мне рассказывать об этом, не так ли?
– Нет, не хотел. Я боялся за тебя. Но раз ты все равно продолжаешь это дело, лучше будет, если ты будешь работать со мной. Когда я говорил, что это очень серьезное дело, Энди, то не преувеличивал значения происходящего. Если станет известна правда о препарате, выпускаемом «ИМАКО», компания много потеряет. И, по моему мнению, они не будут действовать цивилизованно.
Энди встал с папками и хотел выйти из кабинета. Но Фрейзер остановил его, сказав, что документы из кабинета выносить нельзя. Энди снова сел и принялся изучать содержимое папок. А Фрейзер решил посмотреть, как идут дела у Ливви. Он надеялся, что все сложится удачно и к вечеру у них будет вся нужная информация. А если это так, то предстоит очень долгая ночь, чтобы подготовиться к решающей схватке с «ИМАКО».


Ливви разговаривала по телефону, одновременно что-то записывая, когда Фрейзер подошел к ней и присел на край стола. Она расстроенно посмотрела на него и продолжала говорить. Он наклонился, чтобы прочитать ее записи, а потом похлопал ее по плечу.
– Митч! Я перезвоню тебе позднее. Закутайся потеплее. Все будет в порядке.
Фрейзер, держа в руках ее записи, озабоченно прочитал:
– Температура, озноб, затрудненное дыхание, чувство, как будто эластичный пояс туго сжимает грудь… Ливви! Что происходит?
– Это с Митчем, – ответила она. – Ему плохо. Мне кажется… мне кажется, это из-за воды в Коррин Хиллс. Я не совсем уверена, но он выпил немного воды из ручья и заболел после того, как мы вернулись с прогулки; Он настолько слаб, что не в состоянии встать с постели. – Ее голос задрожал, и Фрейзер успокаивающе накрыл ладонями ее руки. Ливви заплакала. – Я так виновата, Фрейзер! Я не думала о Митче. А он даже нигде не зарегистрирован, так как никогда не болел! Есть больница, которая обслуживает эту часть города, или они не принимают вызовы?
Фрейзер не ответил, глубоко задумавшись.
– Фрейзер, ты слышишь меня?
Он повернулся и странно взглянул на нее.
– Позвони Бет.
– Что? Я не сошла с ума!
– Нет, ты не сошла с ума, но позвони Бет. – Он снова поднял листок бумаги с записями Ливви. – Затрудненное дыхание, сжимает грудь… Послушай, Ливви, позвони сначала Бет. Скажешь ей, что Митч нигде не зарегистрирован и ты не знаешь, кому позвонить. Давай проверим ее. Узнаем, действительно ли ей ничего не известно об отравленной воде. Митч будет хорошей проверкой, а тогда мы…
– Что тогда! Мне кажется, ты совсем потерял голову! – воскликнула Ливви. – Митч серьезно болен, а ты просишь меня пригласить к нему эту серую мышь, которая наверняка ничего не сделает для него! Господи, Фрейзер! Ты переходишь все границы! – Она попыталась встать, но он сжал ей руку.
– Ливви, дай мне закончить.
Она возмущенно уставилась на него.
– Пойми, Бет придет к нему и поставит диагноз, а после того, как она уйдет, мы привезем к нему доктора из клиники. С Митчем ничего не случится, а мы сумеем получить диагноз Бет. Прошу тебя, Ливви, с Митчем все будет в порядке. Я обещаю тебе.
Она смотрела на его руку, а потом заглянула в глаза. Ей было трудно отказать, так как она доверяла ему.
– Ладно. Дай мне телефон Бет, а потом я позвоню Митчу и объясню, что происходит.
Фрейзер отпустил ее руку и потянулся к другому телефону на ее столе.
– Спасибо за доверие, Ливви. Л я пока постараюсь узнать, где должен был быть зарегистрирован Митч. Л потом напомни мне об Энди Робертсе.
– Энди Робертсе?
– Да, я все объясню тебе позднее. – Он продиктовал ей номер Бет и стал набирать номер справочной. Пока он ждал ответа, то услышал, что Ливви снова разговаривает с Митчем. Фрейзер взглянул на нее и улыбнулся. Господи, как он любил ее, подумал он печально, но тут ответила справочная, и он снова вернулся к делам. Дела не терпели отлагательства.


Питер стоял в своем кабинете спиной к Мойре и пристально смотрел в окно. Маленький зеленый сквер казался неуместным среди угрюмых серых зданий. Питер встревоженно ждал факс из Рио.
Он постоянно прокручивал в мозгу всю ситуацию с Ливви, и постепенно куски мозаики стали выстраиваться в цельную картину. Все началось с утреннего звонка от Фила, оператора из съемочной группы Ливви в Бразилии. Затем он встретился с Себом Петри, потом позвонил в «Рио Палас» и сейчас ждал оттуда ответа. Выстроив в уме картину происшедшего, он повернулся к Мойре.
– Я даже не знаю, стоит ли ей говорить об этом. У нас нет доказательств.
– Доказательств? – Мойра докурила сигарету и потянулась за следующей. Зажгла новую сигарету, глубоко затянулась и посмотрела па Питера. – Мне кажется, у нас вполне достаточно сведений. Пойми, Питер! После того, что мы узнали сегодня, ты не можешь сомневаться!
– Конечно, могу, Мойра! – резко сказал он. – Невиновен, пока вина не доказана, помни это!
– Но, Питер, послушай меня! Что, если Джеймс упаковывал вещи Ливви? Он всегда делал это, она рассказывала мне. Фил сказал сегодня утром, что весь багаж, кроме ручной клади, был вынесен из номеров и помещен в специальное отделение, где до пего никто не мог добраться, а потом его сразу доставили в таможню. Если Джеймс спрятал наркотики в чемодане Ливви, то Ливви даже не знала об этом. А потом Ливви говорила о каком-то мужчине, который преследовал ее. Себ Петри сказал, что наркодельцы не будут рисковать своим ценным грузом, отправляя его с невинным человеком. В этом случае они постараются проследить за ним, он сказал…
– Я знаю, что он сказал, Мойра! Но это всего лишь предположение! – прервал ее Питер.
– Хорошо, а звонки от Джеймса Хьюго Говарду? Почему Джеймс звонил своему другу дважды? Первый раз, когда Ливви должна была уже быть дома, а потом через два дня? Я скажу почему, Питер! Потому что он подставил се, вот почему! Он позвонил проверить, привезла ли она наркотики, и узнал, что ее схватили. А через пару дней он позвонил, чтобы узнать, безопасно ли ему вернуться домой!
– Мойра, пожалуйста, остановись. Мы не можем…
Питер замолчал, так как заработал факс. Они слушали, как работает аппарат, а потом Мойра встала и подошла к нему. Она посмотрела на копию документа, где были зарегистрированы компьютером звонки Джеймса, потом взглянула на Питера.
– Мы должны узнать, упаковывал ли Джеймс вещи Ливви. Питер! Мы должны! Это будет справедливо. Мы должны дать ей возможность решить, значит это что-нибудь или нет. Она может вспомнить что-то. То важное, что мы пропустили. – Факс перестал работать, и Мойра взяла документы. – Мы должны узнать это, Питер, и мы должны все рассказать ей, а то потом может быть поздно!
Наконец он согласился с ней и поднял трубку телефона.
– Очень хорошо. Но если ты действительно хочешь рассказать ей все, то должна встретиться с ней. Иначе все будет бесполезно.
Набрав номер, он стал ждать, пока ему ответят, продолжая сомневаться в правильности их решения.
– Мне нужен билет на ближайший рейс из Лондона-Хитроу до Абердина. – Полный противоречивых чувств, он нерешительно улыбнулся своей жене.


Бет Броуден нажала на кнопку, сказала в переговорное устройство о своем прибытии и стала ждать, когда ей откроют дверь. Когда парадная дверь открылась, она вошла в холл дома, где жил Митч, и зажгла свет. На улице уже стемнело, и ей хотелось поскорей добраться домой. Она не думала, что так задержится, в этот день она не должна была посещать больных.
С самого утра она пыталась узнать, где побывал вчера Фрейзер, и совершенно измучилась. Ей не хотелось смотреть этого фотографа, и только упоминание Ливви о прогулке в Коррин Хиллс заставило ее согласиться. Возможно, это и смешно, но Бет почувствовала опасность и не хотела рисковать. Он нигде не наблюдался и, если она обнаружит связь с бензотитрином, то она сама будет им заниматься. Это было безопасно, но она все равно злилась.
Когда она поднялась по лестнице, то увидела дверь квартиры открытой. Слабый голос из спальни пригласил ее войти, и она пошла на голос.
Митч лежал в постели под двумя одеялами, на которые было наброшено покрывало с электроподогревом, но он все равно дрожал от холода.
– Здравствуйте, я доктор Броуден, – сказала она. Потом сняла перчатки, пальто и подошла к кровати. Раскрыв свою сумку, она протянула руку ко лбу Митча. – Итак, ваша коллега сказала, что причиной вашей болезни может быть поездка в Коррин Хиллс. В тот день шел дождь, и вы замерзли. Когда вы заболели? – спросила она, стряхивая термометр, который вынула из сумки.
– Два дня назад, – прохрипел Митч. Ему никогда в жизни не было так плохо. Он задыхался и с трудом мог говорить.
Бет попросила его открыть рот и всунула термометр. Взглянув на часы, она две минуты молча сидела рядом. Потом вынула термометр и посмотрела на него.
– У вас поднялась температура. Сто один градус. Температура была выше, но она не хотела тревожить его. Вытерев термометр, она убрала его в сумку и достала стетоскоп. Потом попросила больного сесть и стала слушать легкие.
– Вам трудно дышать? – спросила она, перенеся стетоскоп на спину.
– Очень, – закашлялся Митч.
– Боли в спине и в груди?
– Да, как будто тугой пояс стягивает легкие… Он с каждой минутой… все туже. – Митч замолчал, задыхаясь.
Бет помолчала, достала шприц и пузырек с жидкостью и сказала Митчу, что собирается сделать ему укол антибиотика, так как у него сильный озноб. Митч согласился и спросил, что с ним. Бет немного поколебалась, но потом ответила, что обычная простуда. Набрав лекарство, Бет сделала укол, а потом убрала шприц в сумку. Митч откинулся на подушки и посмотрел на нее.
– Вам лучше сидеть, – сказала она. – У вас еще есть подушки?
– Да, в гостиной на диване.
Бет вышла в гостиную, взяла подушки, положила их под спину Митча и помогла ему устроиться поудобнее. Потом попросила его постараться не менять положения и заснуть. К вечеру она обещала позвонить, чтобы узнать, как он будет себя чувствовать.
Бет закрыла сумку, еще раз взглянула на Митча.
– Возможно, я заеду к вам часов в восемь. Мне нужно навестить своего больного в больнице, а по пути домой я смогу заскочить к вам.
Потом она налила ему стакан воды из кувшина, стоящего на полу, и сказала, чтобы он постарался заснуть.
Надевая пальто, она продолжала смотреть на него. Состояние Митча тревожило ее, но она старалась не показать этого. Пообещав еще вернуться, она тихо вышла из квартиры. Через несколько минут она уже была на улице. Стоя в резком свете фонарей, она раздумывала о звонке к Дорси. Ей было страшно – все дело в воде, она знала это. Но, взглянув на часы, она решила не досаждать Дорси. Если антибиотик не поможет, тогда она позвонит. А до этого ей совсем не хочется испытывать на себе злобу Дорси, она уже и так достаточно настрадалась от него.


Митч сполз с постели и, завернувшись в одеяло, лег на пол. Он вытащил магнитофон из-под кровати и выключил его. Потом вынул пленку и положил ее рядом с кувшином. Ослабевший и трясущийся от озноба, он вернулся в постель и закрыл глаза. Он позвонит Ливви через минуту, подумал Митч, но сначала ему нужно передохнуть. Иначе он никогда не доберется до телефона. Он откинулся на подушки, но через секунду заснул.


Самолет приземлился в Абердине в пять минут шестого. Джеймс вышел из самолета и пошел к выходу из аэропорта, неся с собой сумку со сменой белья. Он не намеревался оставаться здесь, но на всякий случай… кто знает? Дело предстоит нелегкое. Нужно увезти вечером Ливви из Абердина. Легко сказать! Ну да ладно, глядишь, кривая вывезет.
Выйдя с летного поля, он вошел в здание аэропорта и подошел к стойке, где можно было арендовать машину. Не останавливаться ни перед чем! Если Ливви не захочет возвращаться в Лондон, он просто увезет ее. Под каким-нибудь предлогом он затащит ее в машину и повезет в Лондон, прежде чем она сумеет сообразить, что происходит. Он не собирался рисковать, оставляя ее здесь…
Доктор Крис Гудал стоял у входа в больницу и ждал женщину из «Эбердин энгас пресс». В руке он держал маленький коричневый конверт и, переступая с ноги на ногу, каждые несколько секунд смотрел на часы. Какого дьявола она опаздывает! Десять минут назад он позвонил, что они госпитализировали Митчелла Мак-Дональда. И вот теперь вместо того, чтобы быть со своими больными, он зря тратит время, ожидая эту женщину!
Увидев знакомую фигуру, он вежливо открыл дверь. Бет Броуден вошла внутрь. Абердин – небольшой городок, все врачи знали друг друга. Поздоровавшись с ней, Крис спросил, что ее привело в больницу. Бет сообщила, что ее больную утром прооперировали – пришла узнать, как у нее дела. А потом поинтересовалась, что он делает здесь. Крис объяснил, что его вызвали из-за тяжелого состояния фотографа из газеты. Сильная легочная недостаточность, его уже госпитализировали. У Бет сердце ушло в пятки.
– С ним все в порядке? – спросила она, сохраняя спокойную мину.
– Да, какой-то врач, которого он вызвал, сделал ему инъекцию антибиотика. Но знаешь, дорогая, я крайне удивлен, что это за коновал приходил! Надо будет выяснить. Как можно не было госпитализировать сразу в таком состоянии? – Гудал покачал головой, посмотрел мимо Бет и воскликнул: – О, это, должно быть, моя журналистка!
Подойдя к двери, Крис открыл ее и держал, пока Ливви, выбравшись из машины, бежала к больнице.
– Вы доктор Гудал? – запыхавшись, спросила она.
– Да, а вы Ливви Дэвис из «Эбердин энгас пресс»? – Они пожали друг другу руки, а потом Крис передал ей конверт. – Вот что просил передать Митч. Но вы не сможете повидать сейчас Митча, он не в состоянии принимать посетителей.
– С ним все в порядке?
– Да, и он в хороших руках!
– Поблагодарите его за это, – Ливви показала на конверт, а потом положила в сумку. – И скажите, что я с нетерпением буду ждать его выздоровления. Простите, это доктора Боуден я видела с вами минуту назад?
– Да, ее… – Крис повернулся, но Бет уже исчезла. Он пожал плечами. – Она была в приемной, но, очевидно, очень спешила.
– Очевидно, – ответила Ливви и подумала, что ей, пожалуй, известна причина спешки Бет.


Бет стояла у телефона в коридоре рядом с приемной и ждала звонка. Она уже звонила Дорси, но он сказал, что перезвонит сам. Она вся взмокла от волнения, а руки непроизвольно тряслись. Через несколько секунд зазвонил телефон, она поспешно схватила трубку.
– Что происходит, Бет? Я просил не звонить мне домой в течение недели, – ледяным голосом сказал он.
Бет с трудом подавила страх и злость:
– Извини, но это очень важно.
– Что, черт побери?
– Я думаю, что Фрейзеру Стюарту известно о воде в Коррин Хиллс.
– Много ему известно?
– Я не уверена, но… – Бет замолчала. Ей страшно хотелось плакать, и она с трудом заставила себя говорить: – Я думаю, что он знает про меня, он знает…
– Перестань трястись, Бет! – презрительно сказал Дорси. В трубке на несколько секунд наступила невыносимая для нервов Бет тишина.
– Где он хранит документы? Дома или на работе?
– На работе, – ответила она. – Дорси, что ты собираешься…
– Заткнись, Бет! Я сделаю то, что необходимо. Иди домой и забудь обо всем. Предоставь мне решить этот вопрос. – Дорси устал от Бет, она требовала, чтобы ее жалели. Но у него хватало своих дел.
Бет стала плакать, уже не в состоянии сдерживать себя.
– Но что…
– Ради Бога, Бет! Ты утопишь нас всех! Сделай так, как я сказал, хорошо? Иди домой, выпей что-нибудь и забудь. Я все взял в свои руки, поняла? Будь паинькой. И постарайся держать рот на замке! – Он взглянул на часы, надо было спешить, и он не мог больше тратить время на Бет. Не попрощавшись с ней, он повесил трубку.


Фрейзер и Энди Робертс сидели в кабинете у Фрейзера. Было уже пять тридцать, и нетерпение росло. Они просмотрели всю информацию, и теперь оставалось только ждать. Ждать телефонного звонка, который поможет им получить недостающий фрагмент.
За этот час они восстановили всю картину, проследили всю цепочку – от свалки отходов производства до источника заражения. Исследования Пита Хайнса подтвердили их версию. Вода была заражена двумя ядовитыми химикатами. Они растворились в подземных водах, и вода в источниках стала опасной. Был ли сам химикат ядовит, или не соблюдалась технология, они определить не смогли, но то, что они нашли, было доказуемо. Сейчас им были нужны доказательства, что «ИМАКО» знала об опасности отравления воды, знала давно, но никаких мер не принимала. Если бы газете удалось доказать это, тогда они могли бы выступить против «ИМАКО».
– Это преступление перед природой! – сказал Фрейзер, подавая геологическую карту Энди. – Посмотри сюда. Как сказал Пит Хайнс, здесь начало источника. И прямо рядом с ним они устроили свалку. Поэтому все случилось. Если бы не было подземных вод, тогда бы не произошло заражения и вода в реке осталась бы чистой. Об этом было трудно догадаться, обычно ручьи и весенние воды уходят под землю, и потом трудно проследить их путь.
– И сколько еще времени они будут губить природу и убивать людей? – спросил Энди.
Фрейзер взглянул на часы:
– Если твой приятель позвонит, то у нас будет хорошая возможность покончить с этим. Я никак не могу дождаться этого звонка и начинаю терять терпение. Приготовлю, пожалуй, кофе. Присоединишься ко мне? – спросил Фрейзер, вставая и потягиваясь.
Энди покачал головой, но как только Фрейзер пошел К) двери, зазвонил телефон. Фрейзер вернулся к столу и схватил трубку. Прикрывая микрофон рукой, он сказал Энди, что это, похоже, Ливви с новой информацией. Потом он вдруг замолчал. Его лицо изменилось, он мрачно посмотрел в окно, и Энди заметил, каким жестким стал его взгляд.
– Очень хорошо, Алек. Попроси его подождать там. Я не знаю, как долго она будет отсутствовать, но это его проблема. – И с этими словами Фрейзер повесил трубку.
– Есть трудности? – спросил Энди, пытаясь прояснить обстановку, но Фрейзер не отвечал. Он продолжал мрачно смотреть в окно. Джеймс Вард был в приемной. Известие об этом оглушило его и причинило сильную боль. – Фрейзер? – снова окликнул его Энди.
Тот молчал. Потом вздохнул, отвел глаза от окна.
– Никаких проблем, Энди. А если и есть одна, то я ее решить не могу.


Мойра стояла в телефонной будке в Абердинском аэропорту и копалась в сумке в поисках записной книжки. Достав ее, она отыскала домашний и рабочий телефоны Ливви, но сначала решила позвонить в офис.
Мойра прилетела последним рейсом, и было уже поздно, но она знала, что Ливви допоздна засиживается на работе. Она бросила монету, набрала номер и подождала, когда ей ответят, а потом попросила Ливви Дэвис. Она услышала, как ее переключили на другой номер, донеслись длинные гудки вызова. Ожидая нового ответа, она подумала, что Ливви уже ушла домой. Наконец кто-то взял трубку.
– Привет… О, Фрейзер! Да, это Мойра Маршалл. Привет, о, я понимаю… Она вернется или пойдет домой?.. 0, правда. Если ты сможешь, то передай ей, что я в аэропорту… Я понимаю, я решила приехать в последнюю минуту. Что делать, Фрейзер, буду дожидаться ее здесь. Если ты думаешь, что она не задержится, тогда… О, правда, хорошо! Да, конечно, я больше не буду тебя задерживать. Спасибо! – Она быстро повесила трубку.
Фрейзер странно говорил, подумала она, был очень нетерпелив и резок, но, может быть, вправду, как он сказал, не мог занимать телефон, ожидая важного звонка. Такие вещи вполне обычны в этом мире новостей. Мойра вздохнула, бросила записную книжку в сумку и пошла в бар, чтобы там дождаться Ливви.


Джеймс разглядывал газеты на стенах приемной, когда Ливви быстро вошла в здание. Он ждал ее полтора часа, и это время показалось ему вечностью. Он услышал, как она вошла, но выжидал какое-то время, прежде чем повернуться. Посмотрев через плечо, он сначала не узнал ее из-за мальчишеской стрижки, но когда охранник остановил ее и указал на него, растянул губы в радостной улыбке. Сейчас выяснится, чего от нее ожидать.
Ливви была расстроена из-за Митча, очень утомлена и начинала терять уверенность в себе. По пути из больницы она забежала домой и сделала еще пару копий кассеты для подстраховки.
Проходя мимо стола охранника, она поздоровалась с ним и поспешно направилась к лестнице. Но Алек окликнул ее и сказал, что в холле ее ждет мужчина. Ливви обернулась, удивившись, кто это мог быть. Но неожиданно она побледнела, и улыбка умерла на губах. Она выглядела совершенно спокойно, но сердце бешено застучало.
– Ты не собираешься поздороваться, Ливви? – Джеймс двинулся к ней, но заметил, что она непроизвольно отшатнулась от него.
Его голос, его улыбка, его лицо – все в нем казалось таким знакомым, но в то же время нереальным и таким чужим! Она оглядела его безупречный костюм; его волосы, прекрасно подстриженные и ухоженные; его ботинки без единого пятнышка; и ей стало страшно от сходства этого чужака с когда-то дорогим ей человеком.
– Ливви, с тобой все в порядке?
Она спрятала руку за спиной. Это был на самом деле Джеймс, и он действительно был здесь, в Абердине! Она несколько минут не могла поверить в это, и какое-то время молчала, не в состоянии ответить ему. Но потом, придя в себя, подошла.
– Со мной все прекрасно, Джеймс. А как ты?
– Замечательно.
Он наклонился к ней, обнял и легко коснулся губами ее щек. Он не обращался так с ней многие годы, и ее поразила нежность его приветствия. Напряжение спало, и она слегка расслабилась.
– Но… что ты?..
– Что я делаю в Абердине? – прервал ее Джеймс. На его лице снова появилась улыбка, и он постарался, чтобы она была грустной и робкой. – Ты, действительно это хочешь знать, Ливви?
Он покачал головой и вздохнул.
– Я приехал забрать тебя домой, – сказал он тихо. – Я не хочу терять тебя, не хочу больше жить без тебя. – Он продолжал держать ее в объятиях, но Ливви сердито вывернулась из его рук.
– Ты слишком долго думал, чтобы прийти к этому решению, – сказала она.
Джеймс взял ее руку и сильно сжал, чтобы она не могла вырваться. Она неохотно позволила ему подвести ее к креслу.
– Садись, Ливви! Мне кажется, нам нужно поговорить.
Его улыбка исчезла, когда она села, и он сжал ее запястье, удивляясь ее непривычной худобе. Она смущенно отвернулась, и он решил переменить тактику.
– Ливви, ты забыла, что должна через десять дней появиться в суде? – Ее глаза не отрывались от пола. Она забыла. Она забыла обо всем за эти две недели, обо всем! – Ты хоть сама понимаешь, как это все серьезно? – продолжал Джеймс. Он наблюдал за ней. Она гордо подняла голову.
– Конечно, понимаю! – резко бросила она. – Я не идиотка!
Джеймс пожал плечами:
– Может, и нет, но не находишь ли ты, что ведешь себя довольно идиотски? Сбежать в Шотландию и спрятать голову в песок, забыв о реальной угрозе.
– Какого черта ты лезешь в мои дела? Тебя это совершенно не интересует! – сказала она зло.
Джеймс поджал губы.
– Мне известен каждый твой шаг, так как ты не безразлична мне. – Это была явная ложь, но совершенно необходимая.
– Неужели?
– Да! Я звонил Питеру.
– О!
Это была еще одна ложь, но Джеймс считал, что Ливви не догадается. Она ненавидит Питера и никогда сама не звонит домой.
Ливви молчала. Она растерялась и прижала руку к виску, пытаясь снять сильную головную боль.
– Ливви, послушай меня. – Джеймс ласково коснулся ее руки. – Я прилетел сюда, чтобы увидеться с тобой, но решил, что задерживаться здесь не имеет смысла. У тебя очень серьезное положение, и ты должна вернуться в Лондон, чтобы во всем разобраться. Ты должна вернуться в Лондон сейчас, Ливви! – Он взял ее за локоть и повернул лицом к себе. – Когда ты последний раз разговаривала с Дэвидом Джекобсом? Спрашивала, как идет расследование?
Ливви беспомощно покачала головой:
– Я не знаю…
– Точно. Пойми, Ливви, ты нужна мне, и думаю, что я нужен тебе.
Он взял ее пальцы и сжал их.
– Единственное, в чем я уверен, Лив, это, что ты должна бороться за свою жизнь. Почему бы тебе сегодня не вернуться со мной в Лондон? Воспользуйся случаем!
Она отняла руку и напряженно сказала:
– Нет! Не сегодня!
– Но Ливви! – вздохнул Джеймс раздраженно и встал. – Что тебя держит здесь? Что, может быть важнее твоей собственной жизни и твоей свободы?
Она растерянно посмотрела на него:
– Я не могу ничего объяснить. Только не тебе!
– Тогда не надо. Но давай посмотрим по-другому! Ты можешь не обращать внимания на то, что с тобой случилось, и не сражаться за свою жизнь. Оставайся и живи в Шотландии, но однажды страшный день настанет! Тебя замучают, признают виновной и посадят в тюрьму на многие годы! На десять-пятнадцать лет? Тогда ты уже не сможешь игнорировать происшедшее, уверяю тебя! – Он остановился, так как прекрасно знал, как сыграть свою партию. После кнута надо показать пряник. Он всегда был силен в психологических играх. – Ливви, подумай об этом, пожалуйста, – его голос стал нежным. Он убеждал и уговаривал. – Если ты сейчас поедешь со мной, то сможешь разобраться в ситуации, а после судебного слушания вернешься в Абердин. Если уж тебе так этого хочется. – Он наклонился, приблизив свое лицо к ее лицу. Его не слишком волновало, что она будет делать, когда он привезет ее в Лондон. Только бы побыстрее забрать ее отсюда, и наплевать, что с ней будет потом. Самое лучшее – если ее засудят. Тогда он в безопасности.
Она молчала, не поднимая глаз от земли. Это был хороший знак.
– Ливви, я люблю тебя, – сказал он нежно, снова призывая в союзники ложь. – Я не хочу потерять тебя. Ты можешь дать мне шанс, если вернешься домой. Но если ты останешься здесь, то лишаешь меня этого шанса. Надеюсь, ты не позволишь нам разбить нашу жизнь. В тебе вся моя жизнь. Только в тебе одной.
Она подняла голову. Его лицо было серьезно, его глаза умоляли ее. Она вдруг почувствовала знакомую связь между ними. Ей стало уютно от мысли, что с ней рядом человек, которого она знает так долго! Все мысли, которые поддерживали ее в эти несколько дней, оставили ее. Подступило тревожащее одиночество. Он прав, подумала она, надо спасать прежде всего себя, а потом думать о других. Фрейзеру она не нужна. Если бы он любил ее, тогда другое дело, но он не любит. Он ей это ясно показал. Она долго сражалась со своими мыслями и со своей тоской.
– Ты хочешь, чтобы я уехала сейчас?
– Да. Сейчас или никогда! Выбирай, Ливви! Она отвернулась, долго молчала, а потом кивнула.
– Я пойду заберу свои вещи, – сказала она, не замечая торжествующего взгляда Джеймса. Потом встала и вышла из холла.
Фрейзер смотрел, как Ливви вошла в кабинет, но молчал. Ее появление и мысли о Джеймсе в холле лишили его дара речи. Они молча смотрели друг на друга несколько минут, не обращая внимания на присутствие Энди Робертса.
– Я принесла пленку. – Она вынула ее из сумки и положила на стол вместе с двумя сделанными копиями. Фрейзер поймал ее за руку.
Она отвернулась от него:
– Джеймс в холле. Он приехал, чтобы забрать меня домой.
Если бы она не смотрела в окно, тогда могла бы заметить сильное потрясение и боль на лице Фрейзера. Он приоткрылся лишь на секунду, но если бы она заметила это, то никакие силы не заставили бы ее уехать. Она так хотела и ждала его любви. Но когда она снова повернулась к нему, ему удалось снова взять себя в руки. Он пусто и отстраненно посмотрел на нее.
– Ты уезжаешь?
– Да. У меня на следующей неделе суд. Я хочу постараться разобраться со своим делом.
Рука Фрейзера, лежащая на ее руке, задрожала. Он посмотрел на нее и отодвинулся. Ливви подошла к своему стулу и взяла сумку. Как ей хотелось сказать, что она отчаянно хочет остаться и никогда не покидать этот крошечный кабинет! Как ей трудно отказаться от своей любви к Фрейзеру! Но она молчала. И он тоже молча смотрел, как она берет свое пальто и шарф. Он совсем забыл сказать, что ее в аэропорту ждет Мойра.
– Как долго?..
– Я не знаю, ответила она быстро. Ей было трудно смотреть на него. – До свидания, Энди. Удачи.
– Да, я… Пока, Ливви, – Энди Робертс совершенно растерялся. Он не понимал, какая чертовщина здесь происходит, но чувствовал, что весьма адская.
– Прощай, Фрейзер, – прошептала Ливви, но Фрейзер повернулся к ней спиной. Он пристально смотрел в окно, совершенно опустошенный и не обратил на нее внимания. Когда он повернулся, она уже ушла.
После нескольких минут болезненного молчания Фрейзер взглянул на Энди Робертса.
– Как ты считаешь, твой приятель соберется когда-нибудь… – Его прервал телефонный звонок. Он поднял трубку, а потом моментально передал ее Энди. Он с трудом понимал, о чем идет речь, его затопила боль, вызванная отъездом Ливви. Он забыл обо всем: об «ИМАКО», о желтом ручье, несущем в своих хрустальных струях удушье, о жестокой судьбе отца…
Энди повторил в трубку:
– Мы будем. Мы будем через час пятнадцать минут. – Потом посмотрел на часы и встал. – Пойдем, Фрейзер. Давай наконец закончим с «ИМАКО» раз и навсегда.
Схватив свое пальто и небольшую сумку, которую они приготовили, Энди выскочил из кабинета. Фрейзер последовал за ним.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Обманутая - Баррет Мария



Средненько, вяло, мало эмоций.Сюжет интересный, местами даже увлекает, но не захватывает.Прочитала и забыла.
Обманутая - Баррет МарияТина
3.09.2013, 11.03








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100