Читать онлайн Обманутая, автора - Баррет Мария, Раздел - Глава 17 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Обманутая - Баррет Мария бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.41 (Голосов: 17)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Обманутая - Баррет Мария - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Обманутая - Баррет Мария - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Баррет Мария

Обманутая

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 17

Дверь за ней закрылась. Она оказалась в тесном крошечном фургоне. Три шага в длину и три шага в ширину—в нем можно было только стоять или сидеть. Ливви рухнула на сиденье и обхватила голову руками. Она услышала чудовищные, дикие крики и зажала ладонями уши, чтобы ничего не слышать. Заработал двигатель, она почувствовала вибрацию, и наконец фургон отправился в путь. Голоса удалялись. Она опустила руки. Голова Ливви стала раскалываться от тупой боли.
– Оливия Дэвис?
Ливви стояла молча, когда офицер, встретившая их в тюрьме, кивнула полицейским и подошла к ней. Это была огромная женщина, около шести футов роста и очень крупная. Но ее фигура не казалась жирной, она была мускулистой и крепко сбитой. Ее размеры внушали ужас. Она оглядела чисто шерстяной трикотажный костюм Ливви, туфли, сумку… Огонек ненависти мелькнул в ее глазах. Она ненавидела преступников из богатых семей. У них не было причины нарушать закон. Их не мог толкнуть на это голод. Исчадия дьявола, вот они кто! Особенно женщины.
– Вы должны принять заключенную. Она теперь в вашем распоряжении, – сказала женщина-полицейский. Она смотрела на тюремного офицера и лишь мельком взглянула на Ливви.
Ливви не поднимала глаза от земли. Она, казалось, больше не существует: к ней никто не обращался, она просто стала какой-то вещью. Эта чудовищная женщина подошла ближе к Ливви. Она увидела громадные черные туфли, тяжелые толстые щиколотки, обтянутые темным нейлоном, черную юбку до середины икр, а затем всю форму. Ливви с трудом удержалась от крика. Она опять прикусила уже израненную губу, заставляя себя посмотреть в лицо этой женщине. Так, с поднятой головой, она последовала за этой громадиной в место оформления заключенных.
– Оливия Дэвис, квартира 19, Ист Мэнсион Хаус, Кэдогэн-сквер.
Ливви тупо смотрела на служащую, пока та заполняла документы.
Офицер продолжала: – Дэвис, номер 1732. Ваши личные вещи? – Она требовательно смотрела на новую заключенную. Ливви вынула из ушей восемнадцатикаратовые золотые серьги, обручальное кольцо от Картье и браслет. Все это она отдала служащей. Потом расстегнула свои часы и протянула тоже.
– Вы можете оставить себе часы.
Ливви покачала головой. Она не хотела этого. Она не хотела иметь ничего, что напоминало бы о доме или другой нормальной жизни.
Служащие обменялись взглядами. Им не понравилось, что их предложение было отвергнуто – видимо, эта особа слишком большого мнения о себе, но ничего, скоро она узнает свое место. Все ювелирные изделия были переписаны, пронумерованы и сложены в пластиковую коробку.
– Раздевайтесь. Каждую часть одежды складывайте на стул рядом с собой. Для проверки, – опять сказала служащая тюрьмы. Она держала в руках белую робу, накрахмаленную и с небольшим штампом. Ливви взяла робу и стояла, совершенно не понимая, что делать дальше. Вдруг ее резко толкнули в спину.
– Идите туда. Каждую вещь своей одежды складывайте на стул для проверки.
Ливви обернулась и увидела громадную, злобную женщину за своей спиной. В помещении были еще две служащие и одна заключенная.
– Я не думаю… – Ливви заставила себя замолчать, медленно пересекла помещение и подошла к ряду стульев вдоль стены. Она гордо подняла голову, сознавая, что каждая пара глаз в помещении направлена на нее, и стала расстегивать жакет своего костюма.
Через какое-то время, одетая в накрахмаленную жесткую робу и дрожавшая от сквозняка, гуляющего по мрачному помещению, Ливви сидела рядом с другой заключенной. Та ждала отправки в камеру. Ливви обхватила себя руками, испуганная и поверженная. Ей казалось, что прошла уже целая вечность.
– 1732!
Ливви услышала номер, но никак не отреагировала.
– Дэвис! 1732!
Она посмотрела на другую заключенную, и та просигналила глазами, чтобы Ливви встала. Она так и сделала, и две надзирательницы подошли к ней.
– Гувернантка готова проводить вас в личную камеру, – издевательски сказала та, что меньше ростом. Она говорила это в пространство, не обращая внимания на Ливви. Потом протянула стопочку белья.
– Одевайтесь.
Обе надзирательницы стояли и ждали, пока Ливви взяла одежду и сняла робу. Она надела лифчик и пыталась застегнуть, отведя глаза от пристального взгляда одной из надзирательниц. Ее пальцы скользили по застежке, она никак не могла справиться с ней, так как ее била дрожь. Наконец она надела белье, а потом синее саржевое платье, застегнула и одернула его. Затем села, надела чулки и опять долго не могла справиться со шнурками туфель. Она услышала, как зло вздохнула маленькая надзирательница. От этого Ливви еще больше занервничала и стала совсем неловкой. Через несколько минут она справилась со шнурками и встала.
– Сложите одежду для сна. Наклонившись, Ливви сделала все, как ей велели.
– Следуйте за мной.
Голос маленькой надзирательницы был резким и грубым, в нем не было мягкости. Она повернулась на каблуках и, не глядя на Ливви, пошла к двери. Ливви последовала за ней. Они вышли из помещения и по серому коридору направились к камерам. Одна надзирательница шла впереди Ливви, а другая за ней. Ливви сосредоточила все свое внимание на спине, облаченной в форму, идущей перед ней надзирательницы. Она не могла смотреть по сторонам, так как была испугана, оскорблена и практически уничтожена. Через несколько минут они подошли к камере. Дверь открыли, из камеры донесся запах дезинфекции. Ливви замешкалась и почувствовала болезненный толчок в спину. И она оказалась в камере. Через секунду тяжелая металлическая дверь захлопнулась, в замке повернули ключ, и раздался звук шагов уходящих надзирательниц. Ливви привалилась к холодной стене и соскользнула по ней на пол. Она оказалась на самом дне и теперь вряд ли сможет подняться.


Фрейзер вместе с Мойрой сидел на кухне Старого Пастората и просматривал целую кипу фотографий, которые Мойра отыскала в кабинете. Она сидела рядом с ним, улыбаясь выцветшим фотографиям и беспрестанно говоря о Ливви. Фрейзер понимал, как ей необходим этот разговор. Они выпили чай, который слегка согрел ледяные пальцы Мойры. Фрейзер почувствовал это, когда Мойра передавала ему фотографию за фотографией. Они вздрагивали от каждого звонка и с тревогой слушали разговор звонивших с автоответчиком. Они не снимали сами трубку, так как какой-то пронырливый журналист, узнав номер телефона, беспрестанно изводил их своими звонками.
Фрейзер злился на свою беспомощность. Он понимал, что Питер благодарен ему за то, что он взял на себя заботу о Мойре, но Фрейзер был в ярости, что ничего не может сделать для Ливви. Он бездумно разглядывал фотографии, заметив, как мало снимков с изображением отца Ливви. В его памяти возникло лицо Ливви в суде: бледное, униженное, потрясенное и испуганное. Как оно отличалось от смеющейся счастливой девочки на фотографиях! Он опустил этот последний снимок, который держал в руках, и тяжело вздохнул. Но в этот момент он заметил, как пристально на него смотрит Мойра, и быстро отвернулся.
– Я удивляюсь, почему вы позволили ей уйти, – тихо сказала она. Фрейзер посмотрел на нее. Ее глаза были такие же, как у Ливви: ярко-синие, проницательные, умные, но более понимающие и требовательные. Он пожал плечами и стал смотреть на стол.
– Она когда-нибудь рассказывала вам о…
– Нет. Она практически не разговаривала со мной с тех пор, как умер ее отец. Она просто была вежлива со мной. Я не думаю, что она вообще делилась с кем-то своими переживаниями, – сказала Мойра и стала складывать в стопку фотографии, давая работу своим рукам.
– А Джеймс?..
Она слабо и иронически улыбнулась:
– Определенно, Джеймс не подходит к своей роли. В это момент раздался пронзительный телефонный звонок, который своей назойливостью прервал их тихий интимный разговор. И тут включился автоответчик. Они замолчали и стали напряженно слушать.
– Привет, Мойра, Питер. Это Джеймс… Я звоню из Рио, так как начинаю беспок…
Мойра удивленно посмотрела на Фрейзера и жестом попросила его ответить на звонок. Он бросился к телефону и схватил трубку прежде, чем Джеймс закончил предложение.
– Джеймс? Привет. Это Фрейзер Стюарт. Я нахожусь здесь вместе с Мойрой и Питером… Я…
– Фрейзер! – Джеймс растерялся. Он тщательно продумал, что должен говорить Мойре с Питером, но в этот момент растерял все слова. – Фрейзер?
– Да, Джеймс, я…
– Какого дьявола ты там сидишь? Я звоню, чтобы поговорить с Мойрой и Питером! А что ты там делаешь?
Фрейзер с трудом сдержал свою злость. Реакция Джеймса переходила все границы, но сейчас было не время давать волю своим чувствам.
– Понимаешь, Джеймс… Здесь кое-что случилось.
– Я знаю, что… но какое это имеет отношение… – Джеймс резко замолчал. Он понял, какую сделал ошибку! Предполагалось, что он не знал, что случилось, вот почему он и звонит родителям Ливви. И он стал лихорадочно думать, как исправить ситуацию. – Я уверен, что не все в порядке. В течение двадцати четырех часов я пытаюсь дозвониться до Ливви, но Никто не берет трубку. Что случилось?
Джеймс вдруг вызвал подозрение у Фрейзера. Ему показалось, что Джеймс что-то скрывает: его голос был испуганным. И хотя Джеймс разозлился сначала, потом он был очень осторожен. Но Фрейзер отбросил все свои сомнения – расстояние в шесть тысяч миль могло исказить голос и придать ему другие интонации.
– Джеймс, Ливви попала в большую неприятность. Она задержана в таможне по обвинению в попытке провоза около пяти килограммов кокаина. Конечно, это чертовски неприятно, но..
– Что означает твое «неприятно»? Они тоже так думают?
– Нет, но… – Лицо Фрейзера потемнело от ярости. – Джеймс! Ради Бога! Ведь совершенно понятно, что это чудовищная ошибка! Зачем Ливви провозить наркотики? – В какой-то момент он подумал, что не должен был говорить так. Джеймс молчал.
– Ты все еще там, Джеймс? – Да… Я потрясен всем этим. Я с трудом верю в то, что случилось!
Фрейзер слегка смягчился:
– Мы все чувствуем то же самое. Когда ты будешь дома?
– Я постараюсь побыстрее.
Фрейзер с облегчением вздохнул. Именно этого он ждал от Джеймса. Пусть он не любил Джеймса, но понимал, что Ливви будет нуждаться в нем. Он посмотрел на Мойру и предложил трубку для разговора с Джеймсом, но она отрицательно покачала головой.
– Послушай, Джеймс, мы надеемся, что к вечеру Ливви отпустят под залог. Как скоро ты сможешь вернуться?
– Я не знаю… Возможно, послезавтра? Я позвоню, когда возьму билет.
– Хорошо. Звони сюда, я думаю, что после всего Ливви захочется побыть здесь.
– Сколько ты собираешься там оставаться?
– Что за идиотский вопрос? – Фрейзер возмутился.
– Нет, я… – Джеймс замолчал. Ему никогда не нравился Фрейзер; он вечно совал свой нос куда не надо, а Джеймсу совершенно не нравилась мысль, что Фрейзер что-то узнает или о чем-то догадается. Он решил не злить его. – Извини, сам не понимаю, что говорю. Я позвоню, когда будет все ясно с билетом. Передай огромный привет Ливви. – Он поспешно повесил трубку.
– Боже! – Фрейзер смотрел на замолчавшую трубку, а потом с силой опустил ее. Он молча стоял несколько минут, кипя от возмущения.
– Я вижу, что вы не очень любите друг друга… – сказала Мойра.
– Ха! – Фрейзер вернулся к столу. – Этот малый был не очень правдив со мной! Вы понимаете, он был так напуган, как будто все знал! Он даже не спросил меня, как это все произошло с Ливви. Вы не находите это странным?
– Ничто в Джеймсе мне не кажется странным, – с горечью ответила Мойра. – В отличии от вас, Фрейзер, я не думаю, что он может заботиться о ком-нибудь, кроме самого себя. – Она встала и ласково погладила его по плечу. – Он, возможно, волнуется из-за своей карьеры дипломата. Я предполагаю, что когда он захочет позвонить нам, то линия обязательно будет занята и он попросит об этом какого-нибудь знакомого. – Она улыбнулась, говоря вроде бы в шутку, но глаза ее были холодными.
Фрейзер взглянул на фотографию Ливви и ее сводного брата Гила и вздохнул. Мойра заметила боль на его лице и подумала: как хорошо, если бы вместо Джеймса был он! Она видела, какие чувства он питал к Ливви, и слишком хорошо помнила равнодушие Джеймса. Засвистел чайник, и она пошла приготовить чай, оставив Фрейзера наедине со своими мыслями.


Меряя шагами спальню в отеле, Джеймс решил, что должен все хорошо обдумать, прежде чем мчаться сломя голову через половину земного шара. Телефонный звонок к Маршаллам испугал его, и он запаниковал.
Фрейзер Стюарт – он ненавидел его! Джеймс не должен был слушать Хьюго, не должен был звонить!
Стюарт заподозрил его – Джеймс это понял. Боже, этот ублюдок был слишком любопытен, а его голос был полон подозрения. Джеймс опять заметался по комнате, крепко сжав руки. Он должен все хорошо продумать!
Это все из-за чертового педераста Хьюго! Джеймс не собирался возвращаться в Лондон и представать перед скептическим взглядом Фрейзера Стюарта. Джеймс не доверял самому себе – он так нервничал, что мог проколоться. Нет, он еще на несколько дней останется в Рио. Он позвонит и скажет, что не может вылететь, так как его держит работа. Господи, он никогда больше не будет слушаться Хьюго! И он больше не собирался иметь с ним дело. Из-за капризов Хьюго Джеймс забыл о себе. Он перестал владеть собой, но с этого момента Джеймс будет играть собственную игру! Черт возьми, он же работает в министерстве иностранных дел! И он должен знать, как сыграть свою партию.
Подняв снова трубку телефона, Джеймс набрал международный код, а потом номер телефона офиса Хьюго. Через несколько секунд номер ответил.
– Хьюго? Это Джеймс!
– Откуда ты звонишь? – мгновенно разозлился Хьюго.
– Я звоню по платному телефону, – солгал Джеймс. – Перестань ты паниковать! – Он услышал, как Хьюго иронично фыркнул, и разъярился. – Я вернусь домой через пару дней. Я должен закончить кое-какие дела, – сказал он, не скрывая своего раздражения.
– Я не думаю, что это очень мудро. – Голос Хьюго стал ледяным.
– Меня не волнует, что ты думаешь, Хьюго! Я не вернусь до тех пор, пока не буду готов.
Наступило напряженное молчание.
– Пора взрослеть, Джеймс… – Но Хьюго не успел закончить фразу, так как Джеймс повесил трубку.
Джеймс не хотел больше ничего слушать. Сейчас он знает, что нужно делать. Пришло время взять все в свои руки!
А в это время в подвальном помещении отеля компьютер отметил второй утренний звонок из номера 1101. Он записал набранный номер, дату, время и длительность разговора и автоматически внес это в память. Каждый звонок Джеймса был зарегистрирован.


Судья Халтмэн вступил в свой кабинет в четыре часа двенадцать минут дня. Он сел, все еще в парике, достал сигару и закурил. Дэвид Джекобс и представитель прокуратуры зашли за ним и встали, пока он разбирал бумаги на своем столе. Его внимание было направлено на заявление, но он сделал приглашающий жест, и противоборствующие стороны сели. Джекобс закурил сигарету.
Судья Халтмэн поднял глаза:
– Суд назначен на четырнадцатое апреля? Представитель прокуратуры ответила поспешно:
– Да, через шесть недель.
– Я сам в состоянии сосчитать. Благодарю, – сказал Халтмэн, нахмурившись.
Джекобс посмотрел на молодую женщину из прокуратуры и заговорщически подмигнул ей. Но она проигнорировала его.
Ей было тридцать четыре года, работа была для нее новой, и она хотела продвинуться любыми путями.
Она слегка наклонилась вперед на своем стуле, чтобы увидеть, что читает судья. Халтмэн взглянул на нее.
– Я скажу, когда буду готов, – грубо сказал он.
Она кивнула и приняла прежнее положение.
Джекобс докурил сигарету и мучительно хотел закурить следующую. Но он знал правила, которые установил Халтмэн, и неукоснительно следовал им: никаких разговоров, одна сигарета и отвечать, когда спрашивают. Поэтому он сложил руки на коленях и спокойно ждал. Через какое-то время судья снова поднял глаза:
– Ваши возражения против залога?
Женщина важно зашелестела бумагами.
– Первая и основная – возможность побега. Заключенная может установить контакт с Южной Америкой. Кроме того, есть семейная собственность в Испании… И второе – заключенная может создать серьезное препятствие следствию. Мисс Дэвис очень хорошо известна, обладает высоким профессионализмом и ценится в определенных кругах.
Халтмэн взглянул на нее и, пыхнув сигарой, выпустил изо рта в ее сторону громадное серое облако дыма. Она с отвращением поморщилась.
– Ваш ответ? – Халтмэн повернулся к Джекобсу, и тот понял, что сейчас решение будет принято.
– Обвиняемая предлагает свой паспорт и документы в качестве гарантии, что условия залога будут строго выполняться. Она и ее семья в состоянии повысить сумму залога.
– Она приемная дочь Питера Маршалла, не так ли? Прежде чем Джекобс успел ответить, молодая женщина презрительно и демонстративно фыркнула, но это была ее ошибка. Судья Халтмэн поднял свою кустистую седую бровь, но проигнорировал демонстрацию.
– Да, это правда. – Джекобс кашлянул. Халтмэн повернулся к обвиняющей стороне:
– Думаю, маловероятно, чтобы семейная собственность в Испании была хорошей защитой, если бы обвиняемая попыталась сбежать…
– Но…
Халтмэн взглядом заставил замолчать обвинителя.
– И так как, по моему мнению, это недостаточно веская причина для отказа в залоге, я отменяю прежнее решение суда.
Джекобс расслабился.
– Однако… – Халтмэн решительным жестом заставил женщину успокоиться. – Я предлагаю следующие условия залога. Из-за противодействия прокуратуры и по рекомендации таможенников я назначаю сумму залога в сто тысяч фунтов стерлингов.
У Джекобса перехватило дыхание: это была невозможная сумма для такого дела! Он увидел торжествующую улыбку на губах женщины, но ничем не выдал своих эмоций и бесстрастно спросил:
– Почему такая необыкновенно большая сумма, ваша честь?
– Судя по информации, предоставленной мне – это единственный путь, которым я считаю нужным воспользоваться. – Он пыхнул сигаретой, выпустил новое облако дыма в сторону женщины и спросил: – У вас с этим могут быть проблемы?
– Нет, все в порядке, – быстро ответил Джекобс, не показывая, что он в ужасе от названной суммы.
– Хорошо. Тогда слушание закончено. – Судья Халтмэн откинулся на спинку стула и посмотрел на противников.
Джекобс встал, поднял свой кейс и вежливо кивнул молодой женщине.
– Благодарю вас. Тогда я оформляю все документы, так как хочу, чтобы для моего клиента сегодня все было решено.
Судья Халтмэн согласился с ним, и Джекобс вышел из кабинета. Он не знал, как сказать Питеру об огромной сумме залога.


Питер ждал у телефона, когда управляющий банком снова подойдет к трубке. Он знал Эдриена Кирка много лет и был уверен, что тот сделает все, чтобы достать деньги. Но было уже четыре часа сорок пять минут, и официально банк уже не работал. Питер стал волноваться, что сегодня ничего не удастся сделать.
– Алло, Питер?
– Да, Эдриен.
– Питер, все распоряжения сделаны. Я рад тебе сообщить, что никаких проблем не возникло. Вся сумма по банковскому чеку переведена.
– Спасибо тебе. – Питер с облегчением вздохнул.
– Мне нужна завтра утром твоя подпись. Ты сможешь?
– Да, Эдриен. Я зайду в банк перед тем, как ехать в контору.
– Хорошо, Питер. Послушай… Я… я надеюсь, что все обернется хорошо.
– Благодарю, Эдриен. Я очень ценю то, что ты для меня сделал!
– Ладно. – Типичный британец, Эдриен Кирк очень смущался из-за всякого проявления чувств. – Поговорим об этом завтра, – сказал он уклончиво.
– Прекрасно. До свидания, Эдриен. И еще раз благодарю. – Питер улыбнулся сухой манере Эдриена и повесил трубку. Потом он сразу же позвонил Джекобсу, который ждал его звонка, чтобы закончить оформление документов. И наконец он позвонил Мойре, чтобы сказать, что привезет Ливви домой.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Обманутая - Баррет Мария



Средненько, вяло, мало эмоций.Сюжет интересный, местами даже увлекает, но не захватывает.Прочитала и забыла.
Обманутая - Баррет МарияТина
3.09.2013, 11.03








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100