Читать онлайн Ради любви, автора - Барбьери Элейн, Раздел - Глава 7 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Ради любви - Барбьери Элейн бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.05 (Голосов: 87)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Ради любви - Барбьери Элейн - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Ради любви - Барбьери Элейн - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Барбьери Элейн

Ради любви

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 7

Поднявшись на палубу после короткого разговора с Джиллиан Хейг и ее больной сестрой, Дерек заметил, что утренний ветер заметно усилился. Стоя на капитанском мостике, он почувствовал, как «Воин зари» начал набирать ход, Он быстро глянул наверх, туда, где кливера и марсели на мачтах громко захлопали под напором ветра. Дерек посмотрел вниз на палубу и громко крикнул:
— Поставьте паруса, мистер Каттер!
Дерек молча наблюдал, как по приказу его первого помощника матросы проворно полезли по вантам и сноровисто поставили брам-стеньгу и бом-брам-стеньги, приспустили нижние прямые паруса, а бизани подтянули вверх, к самому гафелю. Он еще раз внимательно проверил направление ветра и остался доволен тем, что тот дул из-за кормы. Теперь они наберут ход, лишь бы такая погода постояла подольше.
И Дерек в который раз подумал о сестрах в пассажирской каюте. Он живо припомнил сцену, участником которой был всего час назад. Полная сумятица и безалаберщина — вот что он там увидел.
На скулах Дерека заиграли желваки. Когда Джиллиан Хейг, сидевшая на краю койки рядом с сестрой, посмотрела на него, в ее взгляде он увидел откровенную панику. С того раза, как он последний раз видел их, состояние Одри значительно ухудшилось. Ничего удивительного, что Хаскелл, опытнейший матрос и во всех отношениях замечательный малый, растерялся от крика больной девушки. Не будь положение настолько трагичным, вид этого огромного детины, пригвожденного к месту полным ужаса женским взглядом, показался бы просто комичным. Но всем было не до смеха. Молодая женщина была так истощена и измучена, что приходилось удивляться, как в ней до сих пор теплится жизнь. Он вспомнил блуждающий взгляд лихорадочно блестевших, обведенных черными кругами глаз и понял, что смерть уже распростерла над ней свои крылья. Дерек был свидетелем многих смертей и мог безошибочно угадать, что последует дальше. Он спокойно смотрел в лицо умирающей девушке, пока не увидел ее глазами Джиллиан Хейг.
Боль, испытанная им в этот момент, явилась для него полной неожиданностью. И эта боль все росла и росла, становясь просто нестерпимой, становясь его собственной болью. Он довольно быстро понял, что ему с ней не справиться, и именно поэтому буквально вылетел в коридор, захлопнув за собой дверь.
Но в груди до сих пор тупо саднило.
— Капитан… — Дерек порывисто обернулся на голос Каттера, только что поднявшегося на мостик. Первый помощник спокойно встретил его взгляд. — Паруса поставлены, и мы идем точно по курсу. Какие будут приказания, сэр?
— А как внизу, в каюте? — хмуро поинтересовался Дерек.
— Вы насчет сестер Хейг, сэр? — неуверенно спросил Каттер. Дерек утвердительно кивнул.
— Там не очень хорошо, — поколебавшись, сказал Каттер.
— Что именно?
— Мисс Одри Хейг очень беспокойно ведет себя, сэр. Она хочет видеть своего отца.
— Ну, здесь ничем нельзя помочь, — насупился Дерек. — Ее отец умер, и повидаться с ним она уж никак не сможет.
— Понимаете, сэр, это не совсем так.
— Что ты сказал? — Дерек на миг растерялся.
— Там, в трюме, есть мужчина…
— Мужчина? Внизу? — Дерек даже отпрянул. Ну, конечно же… где Джиллиан Харкорт Хейг, там не может не быть мужчины. Ему пора бы это понять.
— Да, сэр, но этот мужчина, он…
— Все это меня мало интересует, Каттер.
— Сэр, мисс Одри Хейг думает, что парень — ее отец.
— Ее отец?!
— Мисс Джиллиан сказала, что у него волосы и борода совершенно такие, как у их отца. А у ее сестры из-за горячки все в голове перемешалось. Я сам видел, как он влияет на нее. Когда он рядом, девушка сразу успокаивается.
— Этот человек… — задумчиво проговорил Дерек и, помолчав, продолжил: — Опиши-ка мне его.
— Он молод, крепкого сложения, волосы вьющиеся, борода темная — это тот парень, которого привели на борт в кандалах, помните? Он один из немногих внизу, кто, похоже, зарабатывал на жизнь собственным горбом.
Дерек скупо улыбнулся. Сказано вполне достаточно. Когда он был в трюме, то заметил, какими глазами этот парень смотрел на Джиллиан, и сразу понял, что к чему.
— Простите, сэр…
— В чем дело?
— Я за прошедший час продумал всю эту ситуацию. Мне кажется, сэр, что этот малый смог бы успокоить больную девушку.
— Вы так считаете?..
— Да, сэр.
Наступило долгое молчание. Ветер все усиливался, паруса надувались и громко хлопали, а корабль легко скользил по покрытому до самого горизонта белыми барашками морю. Дерек стоял совершенно неподвижно, ветер бил ему в лицо, а в душе не ослабевала боль, острым клинком пронзая его сердце.
Снова, в который уже раз, на его пути встал другой мужчина…


Огромные языки пламени жадно метнулись к ней, как только Одри сделала отчаянную попытку убежать.
Они безжалостно опаляли ей кожу.
Они выжигали ей мозг.
Она закричала… но ее никто не услышал!
Где же он? Папочка… папочка, где ты?
Одри пыталась увидеть отца, но вокруг нее стояла какая-то туманная стена, сквозь которую невозможно было ничего разглядеть. Папочка совсем недавно сидел рядом с ней. Она прекрасно помнила, как он ласково гладил ее лоб, слышала его успокаивающий голос, видела его родное лицо, хотя страшно мешала эта противная дымка вокруг.
Но он же ей обещал…
— Папочка!
— Одри, дорогая, успокойся, пожалуйста… Это всего лишь Джиллиан.
— Папочка! Папочка! Он обещал, что заберет ее домой, туда, где тепло и сухо, где она снова сможет хозяйничать на своей любимой кухне и заботиться о тех, кого любит. Но огонь жег все сильнее. Языки пламени вздымались все выше. От боли в груди она уже просто не могла дышать. Здесь она совершенно беспомощна, и здесь так жарко, так темно и так гадко.
— Папочка!
Ей очень хотелось домой.
Но она так устала бежать.
Она все больше и больше слабела.
Языки огня жадно слизывали ее силу.
— Папочка! Папочка! Помоги мне, пожалуйста! Подожди-ка… это он! Она видит его!
— Папочка?
Он так близко… Господи, да он совсем рядом!
— Папочка… это ты? Его дыхание коснулось ее щеки.
Его рука ласково погладит ее по голове. Его голос сладкой музыкой отзывается у нее в ушах.
— Это я, Одри. Теперь все будет хорошо, милая девочка.
Папочка. Он пришел.
У нее внутри все всколыхнулось от Счастья.
Как же она любит его…


Боясь поверить, Джиллиан смотрела, как из глаз Одри уходит выражение ужаса. На заострившееся личико снизошел покой, в мгновение ока, стерев маску страха.
Одри закрыла глаза и затихла. Джиллиан похолодела.
— Нет… нет, только не это! Она не может…
— Джиллиан… Одри просто заснула. — Джиллиан взглянула на Кристофера, стоящего на коленях перед койкой Одри, и не нашла в себе сил ответить.
— С ней все хорошо, Джиллиан. Она спит. — Но в глазах Кристофера отражалась ее тревога.
— Кристофер, она же так больна. А вдруг она?..
— Но я же теперь здесь, правда? Не волнуйся, все будет в порядке.
Светлые глаза Кристофера несли ей утешение, и Джиллиан… почти поверила тому, что он ей сказал.


Одри била дрожь. Огонь превратился в лед. Он окружал ее со всех сторон. От него у нее начала замерзать кровь. Рассердившись, Одри открыла глаза и сквозь туман разглядела незнакомую каюту. А сама она плыла в воде. И вода… вода была такой холодной… Она огляделась. И увидела его.
— Папочка, мне холодно.
— Скоро тебе станет лучше, Одри, — улыбнулся папа. Вода тебе обязательно поможет.
— Но она такая холодная.
— Отдыхай, Одри. Закрой глаза и отдохни. Милый папочка. Как он любит ее. И она знает, что он позаботится о ней. — Как всегда Одри попробовала закрыть глаза.
— Мне холодно, папочка.
— Одри, дорогая… — Это голос Джиллиан.
— Еще чуть-чуть, милая. Тебе сразу станет лучше. Я обещаю.
— Мне обещал папочка, — покачала головой Одри. — Я хочу домой. — Молчание.
— Папочка!
— Да, дочка. Потерпи еще немного, и ты сможешь отправиться домой. Еще немного… — И Одри закрыла глаза.


— Она уже не такая горячая. Жар явно спадает. — Джиллиан взглянула на Кристофера и облегченно вздохнула, увидев, как он с хмурым видом молча кивнул, соглашаясь с ее словами. Их ничуть не смущало, что Одри лежала в стоящей между ними медной лохани и сквозь прозрачную воду просвечивало ее нагое тело.
Джиллиан и Кристофер осторожно раздели Одри. Потом вместе подняли ее и погрузили в лохань. И вместе ждали, когда холодная вода собьет температуру. Кристофер разговаривал с Одри, подбадривая ее, а в это время Джиллиан старательно мыла исхудавшее тело своей сестры.
Джиллиан снова обеспокоено нахмурилась:
— Как ты думаешь, здесь достаточно тепло? Я не хочу, чтобы Одри вдобавок еще и простудилась, когда мы вытащим ее из лохани.
— Да нет, в каюте вполне тепло. — Одри закашлялась.
— Давай ее вынем.
Кристофер согласно кивнул, и Джиллиан мягко обратилась к Одри:
— Попробуй встать, дорогая. Давай, а мы тебе поможем.
— Я устала, — голос Одри был совсем слабым. — Я не могу.
— Нет, ты можешь.
— Нет…
Беспокойство Джиллиан усилилось.
— Одри… — Одри попыталась открыть глаза, услышав голос Кристофера. — Правильно, посмотри на меня, Одри. Мы хотим тебе помочь и перенести тебя обратно на койку.
— Папочка, я так устала.
— Это будет очень быстро, не волнуйся. — Джиллиан с трудом сглотнула вставший в горле ком, увидев, как сестра слабо кивнула в ответ. Одри отчаянно старалась приподняться, а Кристофер ободрял ее и просил не сдаваться:
— Молодчина, Одри! Вот так, давай-ка я тебе помогу. — Каким-то чудом Одри, поддерживаемая Кристофером, сумела не только встать, но и удержаться на дрожащих ногах, пока Джиллиан торопливо обтирала ее нагретой возле печки простыней.
Несколько минут спустя Одри снова тихо лежала в постели. Джиллиан потрогала ее лоб и радостно обернулась к Кристоферу:
— Она совсем не горячая!
Одри опять закашлялась, и Джиллиан обеспокоено нахмурилась. Потом взяла пустой котелок, налила в него воды и поставила на печку.
— Пусть закипит. От пара ей будет легче дышать. Она поправится. Я знаю, что так и будет.
Когда же Кристофер промолчал в ответ, Джиллиан настойчиво повторила:
— Да, она непременно поправится, слышишь?
— Послушай, Джиллиан…
— Ей будет лучше!
Оба замолчали, и Джиллиан постаралась беспристрастно рассмотреть Кристофера. Да, верно… его рыжевато-коричневые волосы слегка вились точно так же, как у отца. И точно так же, как у отца, в его бороде виднелись рыжеватые волоски, но, правда, на этом сходство и заканчивалось. Глаза у Кристофера были серыми и светлее отцовских, а кожа на лице усыпана веснушками. И хотя тело Кристофера было молодым, крепким и мускулистым, что-то в его облике все же неуловимо напоминало папу. Это и почувствовала Одри, уловила нечто, объединяющее их худощавого отца, занимавшегося умственным трудом, и этого рослого широкоплечего юношу. Джиллиан не смогла подобрать название этому «нечто», но твердо знала, что оно глубоко тронуло и Одри, и ее.
Одри совершенно инстинктивно безоговорочно доверяла Кристоферу. Внезапно Джиллиан поняла, что она тоже доверяет ему.
Кристофер отвернулся, и Джиллиан запаниковала:
— Кристофер, ты же не уходишь?..
— Нет, не ухожу.
— Но…
— Каттер сказал Свифту, когда мы уходили из трюма, что капитан приказал мне оставаться здесь столько, сколько нужно.
Джиллиан не сразу осознала то, что сказал ей Кристофер.
— Капитан так и сказал?
Кристофер кивнул и нахмурился, когда их разговор был прерван неожиданным стуком в дверь.
Джиллиан откликнулась, и на пороге возник смущенный Хаскелл:
— Я тут принес вам поднос, мэм.
Джиллиан удивилась но, взглянув в иллюминатор, поняла, что солнце уже клонится к горизонту. День как-то совершенно незаметно уходил, уступая место вечеру.
— Входите, мистер Хаскелл, — пригласила Джиллиан. Матрос заколебался, и она, поняв причину, едва заметно улыбнулась. — Одри спит. Она сегодня чувствует себя немного лучше…
— Я рад, мэм, — покивал Хаскелл. Капитан тоже обрадуется, когда услышит об этом. А то он такой расстроенный. Весь день сегодня сердится.
Джиллиан отвела взгляд и, чуть замешкавшись, безразличным тоном спросила:
— А где капитан сейчас?
— А на капитанском мостике, мэм.
— Спасибо, что занесли поднос.
Подождав, пока за здоровенным матросом закроется дверь, Джиллиан, не обратив никакого внимания на поднос, прошла к умывальнику в углу каюты. Налила в него воды и тщательно вымыла руки и лицо. Потом вытащила из саквояжа щетку для волос и старательно расчесала свои пушистые волосы. Несколько раз глубоко вздохнула, взяла накидку, набросила на плечи и повернулась к Кристоферу. Чувствуя, как учащенно забилось сердце, она нарочито медленно сказала:
— Я хочу пойти поговорить с капитаном. Не дожидаясь ответа, Джиллиан выскользнула в коридор и тихо прикрыла за собой дверь.


Дерек, съежившись под напором ледяного ветра, поднял подзорную трубу и в который уже раз принялся осматривать горизонт. В окуляре мелькнуло небо, сиявшее чудным розовато-золотистым светом. Капитан, еще несколько мгновений вглядывавшийся в пустынный горизонт, с отвращением фыркнул.
А что, собственно говоря, он надеялся увидеть? «Воин зари» уверенно шел многократно проверенным курсом, и в это время года встреча с другим кораблем была маловероятной. Капитаны, которые были более свободны в выборе, чем он, предпочитали переждать несколько месяцев, чтобы отправиться в плавание со спокойной душой.
Дерек опустил подзорную трубу, но все продолжал всматриваться в далекую линию, разделявшую небо и море. Ему не в диковинку трудное плавание, но это по своей тяжести превосходило все предыдущие. Будь он другим человеком, наверняка впал бы в панику из-за всех неприятностей, преследовавших их со дня отплытия из Англии. Тут и влиятельный агент компании Джон Барретт, исходящий злобой в корабельном карцере, и нарушение контракта с Лондонской компанией, что грозило ему полным финансовым крахом, и две девушки в каюте, одна с лихорадкой, которая разгорается с каждым часом все сильнее и начинает представлять опасность уже для его собственной команды.
И это еще не самое худшее!
Чертов Барретт! Несколькими часами раньше Дерек, решив посмотреть, как на самом деле обстоят дела с питанием ссыльных, спустился в грузовой трюм и лично проверил припасы, которые Барретт доставил на борт перед отплытием. Он обнаружил, что продовольствия осталось кот наплакал, к тому же оно в таком состоянии, что ни один уважающий себя человек этого есть, не станет.
Барретт, каким бы негодяем он ни был, отлично оценил ситуацию. Действительно, только сильнейший выживет в таких условиях.
И Дерек мало, что мог изменить. Разве что перебрать полусгнившую провизию и установить более скромный рацион. Этим по его распоряжению и занимался сейчас Каттер.
И как будто этих забот ему было недостаточно, так еще эта женщина…
Солнце садилось, унося с собой дневное тепло. Этим воспользовался ветер и с удвоенной силой принялся кусать холодом лицо. Дерек хмуро глянул вверх, на яростно хлопающие над головой паруса. Все еще надеясь наверстать упущенное время, он решил немного подождать, прежде чем снова отправить людей на ванты…
— Капитан…
Услышав у себя за спиной мягкий женский голос, Дерек замер. В течение дня он изо всех сил гнал от себя не только малейшие воспоминания о нем, но и живые видения, такие яркие, такие четкие, что он порой даже…
— Я могу поговорить с вами, капитан?
Дерек резко обернулся и крепко сжал челюсти, потому как тело его мгновенно отреагировало на ошеломляющую красоту стоявшей перед ним Джиллиан Хейг.
Разозлившись на себя из-за неодолимого влечения к ней, Дерек раздраженно бросил:
— Чтобы подняться на мостик, требуется разрешение капитана, мадам.
Он увидел, как в глазах женщины что-то мелькнуло, но ответ ее прозвучал предельно спокойно, и следа не было от прежнего высокомерия:
— Боюсь, капитан, что я слабо знакома с морским этикетом.
Очередной яростный порыв ветра сбросил с головы Джиллиан капюшон. Высвободившиеся пряди густых белокурых волос взметнулись вокруг ее лица. Она безуспешно пыталась спрятать их обратно под капюшон. Дерек заметил, как у нее трясутся руки, и неожиданно для себя шагнул к Джиллиан, поймал трепыхавшийся у нее за спиной капюшон, накрыл ей голову и поплотнее запахнул разлетевшиеся полы накидки.
Его руки весьма неохотно отпустили девушку, и Дерек слегка сдавленным голосом спросил:
— Что вам нужно, мадам? Здесь очень холодно… слишком холодно для вас. — Я хотела поговорить с вами.
Губы Джиллиан Хейг были так близко, свежие, слегка приоткрытые, воспоминание об их мягкости, о сладости ее поцелуя вспыхнуло так ярко, что только неимоверным усилием воли он удержался от того, чтобы вновь, не вкусить этот нектар.
Дерек еще больше нахмурился:
— У меня нет времени на пустую болтовню, мадам.
— Я пришла поблагодарить вас за…
— У меня нет времени также и на прием благодарностей.
— И, тем не менее, оно у вас найдется, капитан.
— Нет, мадам, вы заблуждаетесь! — Дерек твердо решил не дать этой женщине ни одного шанса взять над ним верх при помощи теплого белого тела, спрятанного под складками потертой накидки. Он заставил себя опустить руки и шагнуть назад. Внезапный порыв ветра сильно качнул корабль, почти бросив Джиллиан Хейг в его объятия. Терпение Дерека лопнуло, когда он непроизвольно подхватил ее.
— Возвращайтесь в свою каюту, мадам! Погода ухудшается. Скоро на палубе будет просто опасно находиться.
— Я уйду только после того, как скажу то, ради чего поднялась сюда, — Джиллиан помолчала, потом едва слышным из-за завываний ветра голосом сказала: — Так вот, Одри отдыхает, сейчас с ней Кристофер Гибсон.
— Гибсон… — повторил, как выплюнул, Дерек. У него снова заныло сердце.
— Благодарю вас за то, что помогли Одри обрести душевный покой, разрешив Кристоферу побыть рядом с ней.
— Повторяю, мадам, мне не нужна ваша благодарность.
— Я знаю, капитан, что вам нужно от меня, — Джиллиан Хейг прямо взглянула ему в глаза: — Вы выполнили свою часть договора, а я выполню свою. Но вы сделали намного больше, чем требовалось, чтобы помочь Одри и мне. Я не могла не выразить вам свою признательность и пришла сюда, чтобы сказать, что не намерена оставлять вас без вознаграждения. Любезность за любезность, капитан, не так ли?
Дерек изучающе смотрел в ее прекрасное лицо, такое близкое, такое желанное, что у него прервался голос, когда он ответил:
— Я не собираюсь требовать от вас ничего, что вы не пожелаете выполнить, мадам.
— Я всегда выполняю свои обещания, сэр. — Дерек понял, что теряет контроль над собой. Он взял в ладони голову Джиллиан, притянул девушку к себе и накрыл ее рот жарким долгим поцелуем. Сердце колотилось так громко, что ему казалось, будто этот стук заглушает завывания ветра. Оторвавшись от ее губ, он хрипло выдохнул ей в лицо:
— Сегодня, мадам. Сегодня ночью…


— Что это вы такое говорите? — У Свифта от изумления отвисла челюсть, когда он разобрался, что же именно негромко сказал ему Каттер. Придя в себя, охранник возмущенно выкрикнул: — Вы не имеете права этого делать! Это против всех законов, мистер!
— На этом корабле закон — это капитан Эндрюс, мистер Свифт, — с удовольствием поставил его на место Каттер. — Решение принято. Можете продолжать считать себя здесь начальником, ваше дело, но вы будете исполнять обязанности самого обычного охранника, не более того. Я уполномочен нести ответственность за все, что происходит внизу, и особенно за условия для пассажиров…
— Для пассажиров! Да вы спятили, мистер! Какие к черту пассажиры! Это же преступники и жулики, которых везут в ссылку за их преступления!
— Тем не менее, все они люди, не так ли? И очень многие из них тяжело больны! С завтрашнего утра начнут действовать новые правила. Они посменно будут подниматься на палубу, чтобы подышать свежим воздухом и немного размяться.
— И речи быть не может, мистер! Вы нарываетесь на неприятности!
— Все, кто в силах работать, получат швабры, мыло и воду и отмоют трюм так, чтобы и следа от нынешней вони не осталось.
— Да это просто невозможно! Это ж звери, они обожают валяться в грязи! Они не будут этим заниматься!
— Они будут, мистер Свифт.
— Нет… никогда…
— Если они откажутся, то вам и другим охранникам придется сделать это самим.
— Еще чего!
— Тех, кто будет лениться, перестанут кормить.
— Ха-ха!
— Охранники не исключение… — Свифт вдруг замолк. — Здоровые будут помогать больным.
— Да это смешно, мистер, нашли дураков!
— Каждый здоровый обязан ухаживать за одним больным.
— Да вы просто ополоумели!
— Может быть, я и ополоумел, — напористо проговорил Каттер, — но это приказ капитана мистер Свифт, и обсуждению не подлежит! Что вам делать, вы знаете. Завтра я вернусь, и вы доложите мне об исполнении.
Развернувшись на каблуках, Каттер быстро взбежал по трапу на палубу. На его губах играла довольная улыбка.


«Сегодня, мадам. Сегодня ночью…»
Эти слова продолжали звенеть у нее в ушах, и у Джиллиан задрожала рука, когда она поднесла ложку с овсянкой ко рту Одри.
— Пожалуйста, еще одну, дорогая…
Одри отвернула лицо и уткнулась в подушку, сотрясаемая очередным приступом кашля, а потом обессилено откинулась на подушку.
— Джиллиан… — не открывая глаз, с трудом произнесла Одри. — Как ты думаешь… — Кашель не дал, ей договорить, и, лишь отдышавшись, она сумела продолжить еле слышным голосом: — Как ты думаешь, мы вернемся домой?
У Джиллиан на глаза навернулись слезы, но она, закусив губу, сумела сдержать их. Что она могла ответить своей, сестре, у которой кожа стала нездорового серого цвета, лихорадочно блестевшие глаза глубоко запали, и вокруг запекшихся губ явно проступала красноречивая синюшность?
— Джиллиан?..
— Одри, милая, ты и я… мы обе должны — понимаешь, просто должны — верить, что скоро снова будем дома. Если мы будем верить…
— Папочка, папочка! — вдруг пронзительно закричала Одри. От знакомого горячечного блеска в глазах сестры у Джиллиан упало сердце, и она в ужасе вскочила на ноги. — Позови папочку, Джиллиан! — заметалась на постели Одри. — Я знаю, он здесь, рядом. Я знаю, что он пришел!
— Да, Одри, я здесь!
Подняв глаза, Джиллиан увидела Кристофера и поняла, что просто не заметила, как он вошел в каюту. Кристофер принес ковш с водой, чтобы сделать Одри холодный компресс на лоб.
— Папочка… — Одри попыталась улыбнуться. — Джиллиан сказала…
— Я слышал, Одри, я все слышал. Скоро ты будешь дома. Сейчас тебе очень нужно отдохнуть. Пожалуйста. А я посижу рядышком, хорошо?
— Ноя…
— Давай-ка, дорогая моя, закрывай свои усталые глазки, а?
Одри послушно закрыла глаза.
Джиллиан встала, подошла к умывальнику и взглянула на свое отражение в небольшом треснувшем зеркале. В глазах у нее блестели слезы. Они с Одри были так похожи Друг на друга, но сейчас… Боже мой, что же это такое!
Глубоко вздохнув, Джиллиан ополоснула лицо, потом подняла руки к волосам и вынула шпильки. Серебристо-белокурые пряди рассыпались по ее плечам, и девушка протянула руку, чтобы взять с полочки щетку:
— Опять идешь к нему? — излишне раздраженно спросил Кристофер, и Джиллиан резко обернулась. Лицо ее вспыхнуло, когда она перевела взгляд на Одри.
— Не волнуйся, она заснула, — отрывисто бросил Кристофер.
Собрав волосы, Джиллиан свернула их на затылке в некое подобие пучка. У нее задрожали уголки губ, когда она ваяла со стула накидку.
— Извини, — проговорил Кристофер и нерешительно шагнул к девушке. — Я злюсь на самого себя, потому что ведь это я толкнул тебя на это…
— Нет, ну что ты. Не вини себя ни в чем, пожалуйста! — обернулась к нему Джиллиан. — Если и есть что-то чему я научилась со времени смерти отца, так это принимать горькую сторону жизни как неизбежность. А отец… папа… милый папа ведь был учителем. Он не замечал жизненных тягот, потому что его вела благородная мечта. И этим он преподал мне урок, о котором никогда и не думал. — Джиллиан без особого успеха попыталась улыбнуться. — Жизнь безжалостна, Кристофер. И в том, что я собираюсь сделать, на самом деле нет ничего постыдного, понимаешь? Я только надеюсь, что ты… что ты не считаешь меня…
Кристофер взял ее за руку. Его жест был исполнен искренности, но улыбка казалась вымученной:
— Не придавай значения моим словам, Джиллиан. И не волнуйся за Одри. Я буду рядом с ней.
Джиллиан с благодарностью молча кивнула, осторожно высвободила руку и вышла из каюты.


Проклятие… ей день ото дня становится хуже! Очередная попытка Мэгги глубоко вздохнуть вновь закончилась выворачивающим наизнанку приступом кашля. Обессиленная, она лежала, слушая переполнявшие трюм храп, кашель и стоны. Боже мой, вокруг полным-полно таких же несчастных, как и она, но утешало это мало. Дрожащей рукой Мэгги с трудом отерла со лба холодный липкий пот. Сейчас лишь одна мысль могла принести ей облегчение.
Взглянув на пустующую койку красавчика Кристофера Гибсона, женщина криво улыбнулась. Да, будь она помоложе, уж поимела бы его столько раз, сколько захотела. В лондонских доках мало кто мог когда-то с ней тягаться. Да таких просто и не было.
Улыбка Мэгги стала шире. Ей было одиннадцать, когда она занялась проституцией по настоянию своей мамаши. И ей это дело сразу понравилось. Ни один матросик не мог устоять перед ее призывным подмигиванием. Кидались к ней, чуть ли не на ходу расстегивая штаны. А уж она отрабатывала заплаченные ей деньги будь здоров как.
Мэгги потянула носом. Сколько у нее мужиков перебывало — не пересчитать! Всякие там Чарли, Тимоти, Уильямы, Джоны, Патрики, а многие вообще не назывались. О-го-го! Таких она любила больше всего — без лишних слов прямо переходили к делу, одно удовольствие. Она обожала, когда они грубо лапали ее и так же грубо брали, расплющивая ей губы своими жадными ртами.
Кристофер Гибсон… О, сколько она могла бы ему дать? И получить, конечно.
Мэгги размечталась и, забывшись, глубоко вздохнула. Новый приступ кашля немедленно согнул ее пополам. Услышав приближающиеся знакомые шаги, она подняла голову и увидела угрюмую физиономию идущего мимо Свифта — Куда он делся? — хрипло просипела Мэгги.
Свифт резко остановился и обернулся к ней:
— Он? Кто это — он? — злорадно оскалился охранник. — Побереги лучше свое время, старая кошелка! Ишь, мужиками заинтересовалась! Да с тобой никто не, то, что переспать — поцеловаться не захочет!
Мэгги поджала губы.
— Этот малыш, Кристофер Гибсон, куда делся?
— А тебе то, что до него, старая коза?
— Может, я и старая коза, однако мозги-то еще работают! — огрызнулась Мэгги, — И ты поймешь, когда вспомнишь, как сам пялился на эту молодуху Хейг, когда она виляла задницей, поднимаясь по трапу.
— А, эта стерва… У меня с ней свои счеты, старуха.
— А у меня свои с Гибсоном.
— Во дает! Ты точно больна горячкой! — Свифт прошелся по ней еще одним откровенно презрительным взглядом: — Он нынче валяется наверху с потаскухой Хейг.
— Как это? Он что, пошел к этой шлюхе?
— Угу. По приказу негодяя капитана, между прочим.
— Так его нету тут цельный день!
— Ой, какие мы наблюдательные! — заржал Свифт. — Ну-ну, можешь его не ждать. Гибсон вернется не скоро.
— Чего ты плетешь?
— А ничего. Бабенка заполучила его до тех пор, покуда он ей не наскучит и покуда капитан будет верить, что от этого ее сестра скорее поправится.
— К чертовой матери больную сестру! Эта зараза просто спит с ним, вот и все!
— О да, какая печальная правда, а? — елейно проговорил Свифт. — Ты тут подыхаешь помаленьку, а эта девка в теплой постели тискается с таким красавчиком! У-у-х, до смерти обидно!
Мэгги задохнулась от ярости и тут же начала давиться кашлем. Боль в груди стала просто невыносимой, и она беспомощно открывала и закрывала рот. Свифт с ухмылкой наблюдал за ее мучениями.
— Да ты никак больна? Ой-ой-ой… Может, поговоришь с капитаном, чтоб он перевел тебя наверх в отдельную каюту, как он это проделал с ее высочеством? — Охранник от души расхохотался. — У тебя столько же шансов понежиться в мягкой постели, сколько у господина Барретта увидать восход солнца, прежде чем мы дойдем до Ямайки! — Он играючи отпихнул скрюченные руки Мэгги, когда она попыталась вцепиться в него, и рыкнул: — Отвали-ка, старая крыса! Надоела ты мне до смерти!
Свифт затопал в темноту трюма. Мэгги жадно хватала ртом воздух, в равной степени снедаемая жаром горячки и испепеляющей ненавистью. И, наконец, из хаотического кружения мыслей всплыла одна, простая и яркая: это все она, белокурая стерва! Это ее рук дело! Прохиндейка наглым образом заняла ее место в капитанских покоях, и теперь она, Мэгги, задыхается в этом насквозь провонявшем трюме! За что? Почему?
Прекрасно понимая, что сейчас она не в состоянии отомстить, Мэгги вновь вспомнила, кто может это сделать. И сделает! Она надеялась… она горячо молилась демону, который наверняка скоро приберет к рукам ее грешную душу, чтобы тот даровал ей силы добраться до этого изо всех сил упирающегося союзника.
Мэгги, постанывая от боли при каждом вздохе, еще раз совершила чудо — встала на ноги.


Дерек, не нарушая царившую в каюте тишину, молча подошел к иллюминатору и стал смотреть на плещущее за бортом море. Белые барашки на гребнях волн казались неестественно четкими в ярком сиянии полной луны. Ожидаемый шторм так и не стал реальностью, несмотря на усилившееся волнение и свистевший ветер. Перед тем как идти к себе в каюту, он еще раз поднялся на мостик и остался доволен увиденным: остаток ночи, скорее всего, пройдет спокойно.
Но все это было час назад, а с того времени предвкушение предстоящей ночи все сильнее охватывало его.
Борясь с волнением, Дерек подошел к пышущей жаром круглой печке и нервно провел рукой по волосам. Черт возьми, да где же она, в конце концов! В дверь коротко постучали, и Дерек торопливо обернулся. С застывшим лицом он ожесточенно выдохнул, стараясь справиться с бешено заколотившимся сердцем, и резко бросил:
— Войдите!
В каюту вошла Джиллиан Хейг и закрыла за собой дверь. Ее красота показалась ему такой же нереальной, как и в тот раз, она легко парила над землей, и видавшая виды потертая накидка не была ей помехой.
Дерек, наконец, справился с собой. Эта женщина была ведьмой. Невероятная голубизна ее глаз лишала его всякой воли, как магнит, притягивала к себе. На смену осторожности пришло такое сильное желание, что он уже не мог думать ни о чем другом, кроме ее податливых мягких губ, вкусе её поцелуев и нежной теплоте ее тела.
Устыдившись своей слабости, Дерек сурово нахмурился. Нет, он не позволит ей одержать верх над собой. Он слишком многое пережил и слишком мудр, чтобы снова попасться в ту же ловушку.
Поняв по нервной дрожи внутри, что еще немного, и будет поздно, Дерек заставил себя произнести с нарочитой суровостью:
— Нам необходимо кое-что обсудить, мадам. — Мысленно отстранившись от нее еще дальше, он тем же тоном добавил: — Я бы хотел внести ясность в некоторые вопросы, прежде чем мы перейдем к ночным делам.


Ночные дела…
Циничные слова давно утонули в тишине каюты, а Джиллиан все смотрела на капитана, не в силах ничего сказать. Она вдруг поразилась собственной глупости. Как она могла поверить, пусть на краткий миг, что этот крепко сбитый мрачный мужчина, смотрящий на нее бездонно-черными глазами, действительно сочувствовал ей и ее тяжело больной сестре?
Теперь в этих холодных глазах легко было увидеть правду. Капитан распорядился привести наверх Кристофера по одной-единственной причине: чтобы он ухаживал за Одри, которая могла им помешать…
Ночные дела…
— Мадам?
Мадам…
В ней вдруг вспыхнул гнев, но тут же угас, потому что в голосе капитана прозвучало что-то похожее на предупреждение. Он был раздражен. Это не тот человек, который обнял ее на капитанском мостике несколько часов назад и прижался губами к ее рту с удивительной страстностью, чьи глаза лучились искренним теплом.
Джиллиан глубоко вздохнула, прекрасно понимая, как много зависит от сегодняшней ночи, и проговорила:
— Я слышала вас, капитан, но задумалась над тем, что произошло между нами сегодня на мостике.
Голос капитана еще больше посуровел:
— Вы заблуждаетесь, мадам.
Он стоял совсем близко от нее… достаточно близко, чтобы Джиллиан могла почувствовать тепло его дыхания на своей щеке. Капитан не спускал с нее глаз, и она внутренне сжалась под этим откровенным мужским взглядом. Стараясь избавиться от неловкости, Джиллиан тихо поинтересовалась:
— Я не понимаю, почему вы сердитесь?
— Не пытайтесь прельстить меня, мадам. Ваши уловки со мной не пройдут.
— Прельстить вас? Вы что, настроены, видеть скрытый смысл во всем, что я говорю или делаю?
— Вы впустую тратите время. — Я же вам говорила, что…
— Меня мало волнует, что вы мне говорили! Важно, что собираюсь сказать я!
У Джиллиан упало сердце.
— Есть определенные моменты, по которым я не допущу никаких компромиссов, — холодно продолжал Дерек. — Первое, до тех пор, пока между нами существует договор, без моего разрешения вы не будете общаться ни с одним мужчиной. — Джиллиан молчала. — И не будете общаться ни с кем снизу. — Она продолжала молчать. — Я хочу с самого начала пояснить следующее: наши взаимоотношения будут продолжаться до тех пор, пока доставляют мне удовольствие. Как только мы придем к берегам Ямайки, я лишу вас всех привилегий, которыми вы обладаете сейчас, и вы вернетесь к своему первоначальному положению.
— Это все, капитан? — едва шевеля губами, спросила Джиллиан.
— Нет, не все. — Темные глаза, смотревшие на нее сверху вниз, стали еще холоднее. — Боюсь, что последнее условие будет для вас самым трудным.
— И что это за условие?
— Верность, мадам. Я не потерплю никаких связей с другими мужчинами, пока продолжается наш договор. Если я узнаю, что вы… — Джиллиан залилась краской. Капитан помедлил, и все же договорил: — Если я узнаю, что вы нарушили какое-нибудь из только что перечисленных условий, вы и ваша сестра немедленно будете возвращены в трюм.
Джиллиан чувствовала себя неимоверно униженной и в первый момент просто не нашлась, что ответить. Она поняла, что капитан откровенно бросил ей вызов, который она должна принять, и осторожно, тщательно взвешивая каждое слово, сказала:
— Я знаю, что не могла внушить вам любовь к себе, когда впервые поднялась на борт вашего корабля. В защиту своих поступков могу лишь сказать, что чувствовала их оправданность. — Капитан плотно сжал губы. Джиллиан не дала ему перебить себя, мягко прикоснувшись к его руке. — Но мы заключили договор. Если сегодня и произошло что-то, заставившее вас подозревать меня в нарушении его условий, то сейчас я даю вам честное слово, что до тех пор, пока вы будете честны по отношению ко мне и Одри, я буду, честна по отношению к вам. — Сердце у нее билось так, что, казалось, вот-вот выскочит из груди.
Джиллиан глубоко вздохнула и продолжила:
— Услуга за услугу: я дам вам все, что должна дать, и дам охотно. Я постараюсь исполнять это как можно лучше, чтобы вы были довольны и добры ко мне и Одри. — Голос Джиллиан дрогнул и упал до еле слышного шепота: — Пока наш договор в силе, я ваша и только ваша, капитан.
Наступило долгое молчание. Дерек непроницаемым взглядом рассматривал стоявшую перед ним девушку. От этого пристального разглядывания ей уже становилось дурно, когда он, наконец, тихо проговорил:
— У вас ангельское лицо, мадам, вам это известно? Но я видел слишком много ангельских лиц, однако сердца у этих женщин были черными, как деготь. — Он наклонился к ней, прижался губами к ее рту и вдруг прошептал: — У вас губы сладкие, как мед… Но эта медовая сладость быстро становится горше желчи. — Он вздохнул. — Ваши глаза настолько чисты, что я почти готов поверить, будто в них отражается ваша душа. Мадам, ваши глаза действительно не лгут?
Джиллиан ничего не ответила.
— Я очень хочу поверить вам, мадам. Все было бы намного проще, если бы; я смог это сделать.
Едва сознавая, что говорит, Джиллиан еле слышно прошептала:
— Скажите, что нужно сделать, чтобы вы поверили мне. — Дерек еще пристальнее вгляделся в лицо Джиллиан, потом снова поцеловал ее. На этот раз-поцелуй был более долгим, более глубоким и более чувственным.
Джиллиан вся дрожала, когда капитан, наконец, оторвался от нее. В его торопливом шепоте слышалась неподдельная страсть:
— Вы так много наобещали мне, что я тоже дам вам одно обещание. Я обещаю, что буду отдавать вам столько же, сколько вы будете отдавать мне… И те ночи, что мы будем вместе, я сделаю ночами наслаждения… Их сладость поразит вас, мадам.
Обвив рукой талию Джиллиан, капитан потянул ее к уже знакомой койке в углу каюты. Душа Джиллиан была переполнена чувствами, до этого момента ей совершенно незнакомыми. Ее так трясло с головы до ног, что она едва могла стоять. Голос выдал ее, когда она решилась заговорить.
— Капитан, есть еще одно, о чем мне хотелось бы вас попросить.
Темные глаза, неотрывно смотревшие ей в лицо, начали наливаться холодом.
— Я предупреждаю вас, мадам. Ситуация отнюдь не в ваших руках, как вы могли предположить после моих слов. Вы вступаете на зыбкую почву. — Он сделал паузу. — Но просите. Лучшей возможности для удовлетворения вашей просьбы, чем сейчас, у вас никогда не будет.
Джиллиан судорожно вздохнула.
— Моя просьба очень простая. Я прошу, чтобы вы называли меня по имени.
Капитан впился взглядом в ее глаза.
— Мисс Хейг, я…
— Джиллиан.
Снова оглушающая тишина, и внезапно Джиллиан оказалась в его объятиях. И прежде чем их губы встретились, она услышала:
— Джиллиан…


Из темноты донесся знакомый сиплый голос Мэгги, и Джон Барретт с трудом оторвал голову от подушки. Тихо выругавшись, он не откликнулся на жалобные причитания. Но Мэгги продолжала канючить:
— Господин Барретт, ну подойдите к двери. Поторопитесь, господин Барретт, у меня нету времени, а сказать вам нужно очень много.
Взбешенный до ощущения горечи во рту, Барретт продолжал молчать и не двигался с места.
Голос старой шлюхи стал назойливее и громче:
— Вы делаете вид, сэр, что спите, но меня не проведешь. Я-то знаю, как спится за решеткой, сама испробовала. — Старая карга замолчала, задохнувшись ужасным кашлем. Отдышавшись, она продолжала еще более сиплым голосом: — Конечно, со мной дело другое, не то, что с вами… Еще бы, привыкши к царской жизни, вдруг оказаться тут, в грязи, да еще слушать бредни старой клюшки, которой хочется да никак нельзя заткнуть рот…
Старая карга злорадно захихикала и тут же зашлась в очередном приступе кашля, на этот раз таком сильном, что даже опустилась на колени.
Барретт ухмылялся, но продолжал молчать. Старуха скоро обессилит и уберется отсюда.
— У белокурой стервы, сэр, теперича два мужика, — Мэгги коротко хохотнула. — Два крепких, здоровых парня, и уж она обхаживает их как надо.
— Ты врешь.
— Сегодня утром Кристофера Гибсона забрали наверх. По приказу самого капитана. Ваш приятель Свифт сказал, что возвратится он тогда, когда потаскухе станет с ним скучно. — Лжешь.
— Теперича у ней в кровати двое, которые тискают ей сиськи с обеих сторон. А вот вас, господин Барретт, там нету. Ой, как жалко, сэр! Не повезло вам!
— Ты врешь, зараза! — взревел Барретт и, помимо своей воли вскочив на ноги, приник к решетке, с ненавистью сверля взглядом Мэгги: — Ты до конца жизни будешь жалеть о своем вранье!
— Нет, сэр, вот тут-то вы сильно ошибаетесь, — старая шлюха изо всех сил старалась не закашляться. — Я не буду жалеть о том, что рассказала вам нынче ночью. Это ведь мое наследство, сэр. — У Мэгги лихорадочно заблестели глаза. — Мне больше нечего дать, и я оставлю это вам, чтоб оно поедом вас ело, как меня. — Снова мерзкий смешок и неизбежный кашель. Мэгги покачнулась и ухватилась за прутья решетки, чтобы не упасть. Барретт злобно фыркнул.
— Вали обратно в свой свинарник, старая чушка! Я не верю ни одному твоему слову, слышишь!
— Нет, вы верите.
— Нет! Пошла отсюда!
— Да верите вы мне, господин Барретт, я ж по глазам вижу! Это ваш последний подарок мне, сэр, так что большое вам за это спасибо! Теперь я знаю, вы будете хорошо следить за моим наследством, потому как никогда не забудете, что эта стерва просто наплевала на вас! — Визгливый хохот быстро сошел на нет. — Только представьте, вас и меня она поставила на одну доску, это надо же, а? Неужто вы простите ей это, сэр?
Старая карга снова злорадно закудахтала, а потом повернулась к Барретту спиной и канула в темноту, не обращая внимания на изрыгаемые ей вслед проклятия. Барретт резко обернулся на скребущий звук, схватил со стола оловянную кружку и злобно швырнул ее в угол, откуда доносилось омерзительное царапанье. Он хотел еще раз выругаться, но слова застряли у него в горле — старая гнида не врала!
Барретт до боли стиснул пудовые кулаки. Значит, теперь два мужика ласкают сдобное тело этой шлюхи… Два мужика по очереди втискиваются в нее…
Барретт машинально кивнул. Его тяжелый подбородок затрясся. Ничего… его час еще придет… А когда он придет… вот тогда все и начнется!


С хрипом, втягивая воздух больными легкими, Мэгги снова упала на колени. Но ей нисколечко не больно. Наоборот, она блаженствовала всякий раз, когда в горячечном тумане ярко и живо всплывало воспоминание о взбешенном Джоне Барретте.
Она знала, что он сполна отплатит потаскухе. Мэгги, слишком слабая, чтобы встать на ноги, с трудом ползла к своей койке. Пол был липким от грязи и сгнивших отбросов, а койка так далеко. Темнота была переполнена кашлем, храпом, хриплым дыханием, но она ничего не слышала, поглощенная своими видениями. Сейчас эта стерва нежится на чистых простынях, но недолго ей осталось! Джон Барретт возьмется за дело и сделает его отлично. Если бы она могла, то насладилась бы каждым мгновением мести, она бы…
Скорчившись от накатившего приступа кашля, Мэгги беспомощно повалилась на бок. Приступ отпустил, и она, судорожно ловя воздух широко раскрытым ртом, посмотрела вперед и увидела свою койку совсем рядом. С трудом поднявшись на колени, Мэгги дотянулась до края койки и, начав взбираться на нее, вдруг почувствовала во рту этот привкус. Кровь… Ее рот был полон крови! Теплая и солоноватая, она душила ее, булькала в горле, текла в легкие… Крови было столько, что Мэгги начала захлебываться ею, не в силах вздохнуть!
В голове у нее мелькнула ужасная мысль. Нет, только не сейчас! Она еще не готова попасть в когти дьявола! Еще чуть-чуть!
Мэгги хрипела, полулежа на койке, а пузырящаяся кровь все выплескивалась и выплескивалась, и вместо слов с окровавленных губ женщины сорвался придушенный жалкий хрип…
Предсмертный хрип…
О, какой страшный, скребущий звук…
Ее охватил ужас, который все рос и рос… потому что этот хрип был ее собственный.


Маленькая каюта была наполнена паром Кристофер, тяжело дыша, отер обильный пот со лба. Оглянувшись на кипящий котелок, что стоял на горячей печке, он с сомнением покачал головой. Джиллиан была так уверена, что эта парная поможет ее сестре и той будет легче дышать. Но кто знает… Он столько раз слышал, что влажный пар частенько убивал больных…
Но Одри, похоже, действительно задышала полегче.
Нахмурившись, Кристофер потрогал пепельно-серый лоб девушки и признался себе, что удивительное сходство сестер с каждым днем уменьшается, В его глазах женщина, что лежала сейчас на койке, всегда была бледной тенью своей сестры-близняшки.
Кристофер осторожно убрал влажную прядку, прилипшую к щеке Одри. Волосы у нее по-прежнему были красивыми, но, пожалуй, лишь из-за сходства с волосами Джиллиан. Почти прозрачная кожа, туго обтягивающая ее классически вылепленные скулы, по-прежнему была без единого пятнышка. Тонкие черты лица, еще больше подчеркнутые худобой, все еще были прекрасны. Она была Джиллиан… не будучи Джиллиан!
Кристофер знал, что различие между сестрами было более глубоким. В душе Джиллиан постоянно горел негасимый огонь, неукротимый дух, который не давал ей покоя, заставляя протестовать против любых несправедливостей жизни. Эта девушка излучала незримый свет, который сразу притянул его, как мотылька притягивает пламя свечи. И это несмотря на ее, более чем очевидное высокомерие. Она была умной и смелой, а когда любила, то, не задумываясь, приносила себя в жертву.
Эта последняя мысль словно повернула острый нож где-то у него внутри, нож, который Джиллиан воткнула в него несколько часов назад, когда осторожно закрыла за собой дверь каюты.
Будь проклят этот негодяй, что сейчас держит Джиллиан в своих объятиях!
Будь проклята несправедливость жизни, которая заставила Джиллиан продать свое тело ради того, чтобы жила ее сестра!
Будь проклята жестокая судьба, забросившая его на корабль, где капитаном Дерек Эндрюс. Потому что, если бы все сложилось иначе…
Боль снова полоснула по сердцу, и Кристофер вдруг с удивлением подумал, что это даже забавно. Куда делся тот человек, который, взойдя на борт «Воина зари», сказал себе, что ничего не будет принимать близко к сердцу?
Кристофер усмехнулся.
Совершенно бессмысленный вопрос! Этого человека больше нет. Он затерялся где-то в прозрачной голубизне глаз Джиллиан Хейг. Кристофер знал, что никогда не сможет освободиться от чар этой женщины.
Одри внезапно зашевелилась, прервав его размышления. Кристофер озабоченно нахмурился, потому что дыхание девушки стало учащенным и хриплым. Вглядевшись в лицо Одри, он заметил, что лоб ее снова покрылся испариной. Вдруг ее глаза широко распахнулись, и взгляд их был ясным, не затуманенным горячкой. Каким-то осипшим голосом Одри испуганно и очень ясно спросила:
— Кто вы?


Звук своего собственного голоса показался Одри хриплым, ужасным и чужим. Она увидела сидящего на краю ее постели незнакомого заросшего бородой молодого мужчину. Ничего не понимая, девушка растерянно оглянулась по сторонам. Она лежала на койке в каюте, которая почему-то показалась ей знакомой. Одри перевела взгляд на хмурого мужчину, и у нее вдруг все поплыло перед глазами. Сморгнув, она поняла, что этот молодой человек тоже чем-то ей знаком. Слегка вьющиеся волосы, рыжеватая борода… Да, конечно, он очень напоминает папу. Однако было что-то еще, но она никак не могла сообразить.
— Вы не помните меня, Одри? — Этот голос…
Одри вдруг охватил страх, потому что она совершенно ничего не могла вспомнить.
— Где… где Джиллиан? А вы кто и что здесь делаете?
— Меня зовут Кристофер, — с тем же хмурым видом ответил молодой человек. — Джиллиан попросила меня посидеть с вами, пока ее не будет.
Смысл его слов с трудом дошел до Одри. Она чувствовала смертельную усталость. Горло и голова нестерпимо болели. Дышать было трудно, и вдобавок ее мучила жажда.
— Я хочу пить.
Мужчина коротко улыбнулся, и снова она заметила в его лице что-то неуловимо знакомое. Что-то теплое возникло у нее в душе, согревающее сердце, и она попыталась улыбнуться в ответ, когда Кристофер осторожно поднес кружку с водой к ее губам и помог слегка приподняться. Прикосновение его руки было таким же ласковым, как и голос.
— Нет, нет, не торопитесь, пейте потихоньку. Если захочется еще, я принесу, не бойтесь.
Одри была слишком слаба, чтобы поблагодарить. Боль в голове запульсировала с новой силой.
— Я хочу видеть Джиллиан.
Глаза молодого человека странно блеснули.
— Она скоро вернется.
— Куда она ушла?
— Постарайтесь заснуть, Одри. — И правда, ей очень хочется спать.
— Мне нужна Джиллиан. Пожалуйста… — Молодой человек снова поднес кружку к ее губам. Подождав, когда она напьется, он шепнул:
— Джиллиан скоро вернется. А пока поспите, Одри. — Одри взглянула в серые глаза и обрадовано вздохнула, увидев в них неподдельное участие.
Она вдруг совершенно успокоилась, расслабилась в добрых сильных руках, все еще поддерживающих ее, и погрузилась в спасительную темноту забвения.


— Ладно, хорош, подымай ее!
Громко выругавшись, потому что безжизненное тело Мэгги так и не сдвинулось с места, Свифт вперил взгляд в охранника, стоявшего в ногах:
— Давай, Доббс, попробуй еще разок, парень! — Новая неудача. Свифт ругнулся еще громче. Грязная шлюха! Даже подохнув, не забыла нагадить — выблевала всю свою вонючую кровь!
— Найлз! — рявкнул Свифт, не обращая внимания на нелестные эпитеты в свой адрес с соседних коек. — Найлз, сукин сын! Хватит дрыхнуть! Оторви-ка свою толстую задницу от стула и иди сюда!
— Да оставьте ее до завтра!
— Хватит базарить, пусть лежит, где лежит!
— Эй, вы там, заткнитесь! — стремительно обернувшись на голоса, прорычал Свифт. — Коли оставить ее валяться здесь, вы скоро задохнетесь от вонищи! И тогда по-другому запоете!
Наконец Доббс и Найлз, нещадно ругаясь при каждом шаге, выволокли тело старой шлюхи наверх. Свифт всей грудью с наслаждением вдохнул ночной морской воздух и громко высморкался, стараясь освободиться от трупной вони. Ухмыльнувшись; он повернулся к ждавшим охранникам и спросил:
— Ну что, готовы, ребята?
Он плотоядно осклабился. Все это проделывалось уже много раз в течение плавания, и парни приобрели даже кое-какую сноровку. Свифт, удивляясь самому себе, радостно воскликнул:
— Отлично! И раз… и два… — Под его счет безжизненное тело Мэгги раскачивалось все сильнее и, наконец, на счет три полетело за борт.
Все трое молча смотрели, как труп закачался на волнах и вскоре затерялся среди бесчисленных волн за Кормой.
— Упокой, Господи, ее душу!
От резкого порыва холодного ночного ветра Свифта пробрал озноб, и он зябко передернул плечами. Найлз стоял с невозмутимым видом, а по лицу Доббса вдруг расползлась усмешка, и он заметил:
— Еще одной меньше, о ком надо беспокоиться.
— Ха, верно! — расхохотался Свифт. — Не забыть вычеркнуть ее из списка на завтра. — Помолчав, он добавил: — А как ее звали-то?
— Звали? Да вроде Мэгги, — пожал плечами Доббс.
— Точно, Мэгги! А фамилия?
— Шлюха Мэгги. А как еще? — Свифт задумался. Да нет. Не годится. Хватит и просто Мэгги.


Он все еще никак не мог поверить.
Кристофер недоверчиво прижал ладонь ко лбу Одри. Ее кожа была приятно теплой, а дыхание стало намного легче и ровнее. Он обернулся на стоящий, на печке котелок, отметив про себя, что надо бы долить воды. Еще раз потрогал влажный лоб Одри. Похоже, она все-таки выживет.
Одри сморщила во сне исхудавшее личико и вдруг задышала со знакомыми хрипами. Кристофер напрягся. И тут же дыхание девушки снова стало ровным и спокойным.
Кристофер с облегчением выдохнул, признавшись себе, что глубина его беспокойства о больной девушке несколько больше, чем он полагал. На другое он и не рассчитывал. Разве он не просиживал у ее постели, помогая справиться со страхами и заботясь о ней, как о ребенке? И разве он с помощью Джиллиан не раздевал ее и не помогал опускать в лохань с прохладной водой изможденное тело? Пока бедная девушка металась в горячечном бреду, разве он не кормил ее, разве он не отирал ей пот со лба?
И разве он не держал в своих руках ее жизнь?
С губ Одри слетел какой-то неясный лепет, и Кристофер склонился над ней. Но больше не раздалось ни звука, и Кристофер нахмурился еще сильнее. Да, своей беспомощностью эта девушка тронула его сердце.
Но была еще Джиллиан. И второй Джиллиан не существовало.
Джиллиан, которую сейчас обнимали руки другого мужчины…
Кристофер сморщился, как от боли, и запретил себе думать об этом. Он поправил Одри одеяло, опустился на пол, вытянулся на расстеленном для него матрасе и закрыл глаза.
Но образ любимой все стоял перед мысленным взором.


Шуршание простынь, учащенное, прерывистое дыхание, отблеск настольной лампы на белой коже — в каюте капитана господствовала страсть.
Дерек, лежа между широко раздвинутыми горячими бедрами женщины, которую обнимал, пил и смаковал сладкий мед ее податливых губ. Чуть приподняв голову, он принялся водить кончиком языка вдоль линии ее рта, ощущая вкус кожи и оставляя след своего чувственного голода на ее подбородке и на нежном полукружии ушной раковины. Она затрепетала, и у него сами собой вырвались удивительные в своей простоте нежные слова, а его плоть, глубоко вошедшая в сладкий жар ее плоти, еще больше налилась твердостью.
Пресытится ли он когда-нибудь Джиллиан?
Дерек задохнулся от счастья, когда их обоюдная страсть, наконец, взорвалась ослепительной вспышкой наслаждения. Он лежал совершенно без сил, приходя в себя от неистового взлета, слыша, как жадно дышит Джиллиан. Он увидел в ее глазах отблеск этой вспышки, когда, не выходя из нее, приподнял голову и вгляделся в ее лицо.
Они посмотрели друг другу в глаза, и новая волна восторга мягко качнула их обоих.
Дерек был поражен. Что же такое скрыто в этой женщине, что доводит его почти до исступления? Женская красота не была для него внове, как и молодость, пылкость… сладострастие, наконец. Он знал только, что нечто неуловимое, присущее только этой женщине, разжигало внутри него эту удивительную искру чувственности. Он буквально сгорал от страсти, она обжигала и сводила с ума, от нее закипала кровь. Он хотел эту женщину так, как никого до этого не хотел.
Соскользнув с Джиллиан на скомканные простыни, Дерек лег на спину и потянул ее на себя. Глаза ее расширились, когда он легко приподнял ее и мягко опустил на свою мужскую силу. Его окатила горячая волна наслаждения, и он простонал, почувствовав, как сомкнулось жаркое объятие женской плоти.
У Джиллиан перехватило дыхание, и стон, слетевший с губ Дерека, сладостно отозвался во всем ее существе.
Сейчас она владела им так же, как совсем недавно он владел ею. В своем ненасытном голоде; он упивался ею, и точно так же она упивалась им.
Обхватив руками ее бедра, Дерек приподнял Джиллиан над собой и начал медленно, ритмично двигаться в ней. Волна нежности окатила его, когда ее прелестное лицо загорелось ответным огнем. Губы Джиллиан приоткрылись, и она едва слышно простонала.
С колотящимся сердцем Дерек всматривался в лицо Джиллиан. Нет, эта женщина не притворялась, ее действительно переполняла страсть. Ее лоно истекало любовной влагой, трепет ее тела эхом отзывался в его теле. Она была трутом, искоркой от которого рождалось его пламя.
Притянув Джиллиан к себе, Дерек почувствовал, как ее упругие груди нежно прижались к его щекам. Он принялся жадно покрывать их поцелуями, прихватывая губами напрягшиеся темно-розовые соски и снова целуя и целуя теплые полушария. Наконец, когда он в очередной раз прижался ртом к твердым торчащим соскам, Джиллиан не смогла удержаться от громкого стона наслаждения.
Дерек почувствовал внизу живота знакомую жаркую пульсацию и выругался про себя. Нет, не сейчас! Он еще не до конца насладился ею!
Крепко прижав женщину к себе, он перевернулся и снова лег на нее. Отчаянно борясь с нарастающим желанием дойти до конца, Дерек изучающе вглядывался в разгоряченное лицо Джиллиан. Веки опущены, губы слегка приоткрыты. Он чувствовал, как она старается справиться с бушующей в ней страстью, как внутри нее растет желание.
Но сомнение все равно точило его.
— Джиллиан, посмотри на меня. — Она открыла глаза, и Дерек хрипло прошептал: — Скажи мне, что ты видишь.
— Я вижу тебя, — дрогнувшим голосом ответила Джиллиан.
— Назови меня.
— Капитан.
— Нет.
— Дерек…
Дерек с силой вошел в нее.
— Повтори еще раз.
— Дерек.
Он вошел еще глубже.
— Еще раз.
— Дерек…
— Еще… еще… еще!
Ее задыхающийся шепот стал ритмом его подъема к наслаждению. Дерек упоенно скользил во влажной жаркой глубине ее тела и пропустил тот момент, когда нараставшее напряжение взорвалось и исторгло из него сладострастный бесконечно долгий крик. И длилась сладкая судорога, и он неистово сжимал Джиллиан в объятиях, разделяя с ней миг блаженного экстаза.
Почти бездыханные, обессиленные, они какое-то, время лежали, не двигаясь. Затем Дерек приподнялся над Джиллиан и вновь взглянул ей в лицо. Роскошные волосы серебристым потоком рассыпались по подушке. На лице умиротворенность и покой. Джиллиан являла собой изумительный портрет чувственной красавицы, слишком безупречной, чтобы быть настоящей.
Обуреваемый эмоциями, Дерек едва слышно сказал:
— Открой глаза, Джиллиан.
Глаза женщины медленно-медленно открылись, и он увидел в них отблеск подлинной чувственности. Но Дерек увидел и кое-что еще. И напрягся.
— Что-то не так?
— Все в порядке, — отвела взгляд Джиллиан.
— Скажи мне.
— Нет… Ничего… Все в порядке.
Джиллиан упорно смотрела в сторону, но Дерек сумел заметить все объясняющий блеск в ее глазах.
Нежно взяв в ладони голову Джиллиан, Дерек принудил ее повернуться к нему лицом. В ее глазах уже не было прежнего чувства, которое он видел несколько минут назад. В груди сразу заныло.
Дерек ощутил, как его все сильнее и сильнее наполняет странная тоска. Он ласково погладил Джиллиан по щеке, потом поцеловал в губы. И услышал собственный шепот:
— Джиллиан… Джиллиан…
Он снова и снова повторял ее имя, как некую бесконечную молитву. Имя струилось в тишине каюты подобно нежной мелодии, и Джиллиан сама не заметила, когда именно обвила руками шею Дерека и безропотно открыла губы его поцелую. Чудо начиналось сызнова.


Масло в лампе выгорело почти до конца. В каюте стоял полумрак.
Приподнявшись на своем матрасе, Кристофер взглянул на Одри, потом перевел взгляд на мигающий язычок пламени.
Джиллиан еще не вернулась, хотя в иллюминаторе уже брезжило раннее утро.
У Кристофера сжалось сердце, и он медленно закрыл глаза.


Джиллиан оглядела погруженную в полумрак каюту и остановила взгляд на спавшем рядом с ней мужчине. Дерек дышал медленно и тяжело. Он лежал на боку, одной рукой обнимая ее и зарывшись лицом в ее волосы. Она чувствовала его теплую живую наготу и вспомнила всю эту ночь…
Ее обдало жаркой волной, и Джиллиан пристально вгляделась в оказавшееся так близко лицо. В нем ничего не переменилось. Лицо было по-прежнему красивым, сохранявшим суровость даже во сне. Она не могла сейчас видеть загадочную, бездонную черноту его глаз, зато могла любоваться густыми черными ресницами, легкими тенями, лежавшими на чуть впалых щеках. Его неподвижные губы были полными и теплыми.
Джиллиан вспомнила эти губы… их теплоту… их вкус. Она забывала обо всем, как только они прикасались к ее губам.
Но здравомыслие уже возвратилось к ней.
Она пробыла здесь слишком долго. Одри наверняка ждет ее.
Осторожно приподнявшись на локте, Джиллиан попыталась высвободиться из-под обнимающей ее руки Дерека и тут же почувствовала, как напряглось его тело. Он открыл глаза и посмотрел на нее.
— Мне… мне пора идти… Одри ждет меня, — прошептала Джиллиан, слегка волнуясь, потому что капитан и не подумал убрать свою руку.
— С ней же Гибсон, — возразил Дерек, еще крепче обнимая Джиллиан.
— Да, конечно, но…
— Ты доверяешь ему?
— Доверяю.
Он мягко притянул ее к себе. Его губы прижались к ее губам. Больше они не произнесли ни слова.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Ради любви - Барбьери Элейн



Хороший , серьёзный роман ! Рекомендую .
Ради любви - Барбьери ЭлейнМарина
21.11.2011, 16.15





Очень интересный роман. Прочитала на одном дыхании.
Ради любви - Барбьери ЭлейнЛена
3.07.2012, 14.05





Бесподобный роман. Захватывающий сюжет.Невозможно Оторваться от чтения.Все реалистично и соответствует историческим реалиям того времени.
Ради любви - Барбьери ЭлейнВ.З..64г.
28.09.2012, 23.14





10/10 супер давно не читала такого романа...
Ради любви - Барбьери ЭлейнМилена
8.05.2013, 8.38





Нет слов, чтобы описать все эмоции, которые охватывали меня во время чтения. Давно уже не попадалась книга, что захватывает с первой страницы. 10 баллов за книгу и отельное спасибо В.З..64г. Я всегда обращаю внимание на Ваш комм., что понравилось Вам, значит стоит почитать и мне.
Ради любви - Барбьери ЭлейнИванна
9.09.2013, 13.33





Супер! Супер! Супер!
Ради любви - Барбьери Элейнleka
9.09.2013, 21.16





Не понравилось.Осилила 6 глав.Гл.героиня не понравилась,невоздержанная и безмозглая.Понятно,что на корабле мрачная ситуация,но автор так все растянула-затянула,что конца не предвидится.
Ради любви - Барбьери ЭлейнГандира
10.09.2013, 0.05





Вообще не понравилось! не читать!!!
Ради любви - Барбьери Элейнвесенний цветок
10.09.2013, 9.47





Читать, но мне понравилось только в конце)До середины идет тяжеловато
Ради любви - Барбьери ЭлейнПупсик
11.09.2013, 1.22





невероятно)))браво браво
Ради любви - Барбьери Элейнанэтта
12.09.2013, 18.25





невероятно)))браво браво
Ради любви - Барбьери Элейнанэтта
12.09.2013, 18.25





Потрясающий роман,такие захватывющие сюжеты и как всегда волшебная любовь.Читайте роман,наслаждайтесь.
Ради любви - Барбьери ЭлейнАнна
15.09.2013, 0.50





Девственница испытала оргазм 2 раза!? И это с нелюбимым, малознакомым человеком с большим,извините, членом.Такое почти во всех романах и это бесит.Еще имя гг.-Джиллиан, какое-то мужское. А вообще роман супер, не оторваться.
Ради любви - Барбьери ЭлейнИ.О.
23.09.2013, 10.52





Девственница испытала оргазм 2 раза!? И это с нелюбимым, малознакомым человеком с большим,извините, членом.Такое почти во всех романах и это бесит.Еще имя гг.-Джиллиан, какое-то мужское. А вообще роман супер, не оторваться.
Ради любви - Барбьери ЭлейнИ.О.
23.09.2013, 10.52





Для И О, думайте обо мне что хотите, ваш комментарий не соответствует действительности. Тут физиология. По собственному опыту знаю. Извините за откровения. Встречалась я с парнем, (случай клин клином), была девочкой. От поцелуев и от всяких там) прикосновений..вобщем получила удовольствие, оставаясь при этом дев-й. После этого сильно переживала, что я испорченная , грязная, совесть заела так, что этого самого парня бросила..А жизнь пошла новым руслом.
Ради любви - Барбьери ЭлейнКира
23.09.2013, 12.06





средненько, я бы сказала. .. очень тяжело идет, особенно первая половина.. .только последние 4 главы понравились... 7/10
Ради любви - Барбьери ЭлейнЛилия_89
25.09.2013, 13.27





Больше всего меня поразило, что в те времена по закону за долги отца его семью продавали в фактически рабство в Американские колонии. А дальше - кому как повезет. Это историческая правда. И куковать бы тем сестрам в борделе, если бы одна из них не дала капитану на корабле. Роман супер интересный.
Ради любви - Барбьери ЭлейнВ.З.,65л.
10.10.2013, 11.51





Скучно...сопливо и неинтересно
Ради любви - Барбьери ЭлейнСветА
24.10.2013, 19.29





Аннотация немного невпопад: героиня не без гроша в кармане, а просто попала в рабство за долги отца, да и отношения с капитаном у неё возникли по необходимости для спасения сестры.rnНе сопливый роман, герои имеют свои переживания, много не логичных поступков, немного напрягает некая затянутость,но в целом - интересно.
Ради любви - Барбьери ЭлейнItis
7.11.2013, 21.01





Полная ерунда
Ради любви - Барбьери ЭлейнЕлена
10.03.2014, 9.45





Слишком много отрицательных персонажей, да и сам главный герой слишком мрачный
Ради любви - Барбьери ЭлейнVirginia
3.05.2014, 0.30





Книга интересна,у этого автора есть роман про Демиана и Амметистт, тоже оооочень интересна
Ради любви - Барбьери Элейнлуиза
14.10.2014, 11.40





Да,действительно гг немного напрягает - то своим острым языком которые не может сдержать, то тем что он внезапно куда-то делся и молчит как рыба когда надо говорить. А главное все они расцветают на третий месяц после родов...:)
Ради любви - Барбьери Элейнeli
19.12.2014, 19.08





Роман интересный, поражают законы того времени, реалистично все описано, гг г. настоящий мужик, гг г. дурковатая, роман точно не чтиво перед сном 9/10
Ради любви - Барбьери Элейнэля
13.03.2016, 19.08





Задумка интересная, многие вещи реалистичны, герои и первого и второго плана понравились, но изложение подзатянуто, читать скучновато, есть много нелогичных моментов и лишних деталей: 6/10.
Ради любви - Барбьери ЭлейнЯзвочка
14.03.2016, 1.02





Оч-оч понравилось.Прям-таки захватил роман.Да,каждый со своим характером...но уживаются в любви
Ради любви - Барбьери ЭлейнФАЙРА
27.10.2016, 15.46








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100