Читать онлайн Ради любви, автора - Барбьери Элейн, Раздел - Глава 14 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Ради любви - Барбьери Элейн бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.05 (Голосов: 87)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Ради любви - Барбьери Элейн - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Ради любви - Барбьери Элейн - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Барбьери Элейн

Ради любви

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 14

На кухне таверны, стояла неимоверная духота. Кристофер, не сдержавшись, полушепотом выругался и огляделся. Вокруг царила та же суета, что встретила их с Одри, когда они на рассвете пришли в таверну. Он посмотрел на грязные, в потеках жира сковороды, громоздившиеся перед ним на полу, и снова выругался. Это была лишь малая часть той горы кастрюль, сковород, противней и тарелок, что он перемыл за последние недели работы в «Королевских стрелках». Кристофер подцепил пригоршню песка и бросил на сковороды. Этой маленькой хитрости он научился, когда драил палубу. Заработанные им за то время мозоли исчезли. Под ногтями не осталось грязи. Руки все больше и больше напоминали женские. Он с отвращением подумал, что, когда «Воин зари» пойдет в обратный путь, с такими руками его переведут из матросов в юнги.
Кристофер тяжело вздохнул. Больше он никогда не будет с пренебрежением относиться к женской работе, как делал это в прошлом. Эта работа оказалась тяжелой, грязной и страшно утомительной. Если бы не надо было защищать Одри от сброда, набивавшегося в таверну каждый вечер, он бы давно уже заявил капитану, что не намерен растрачивать свои силы в качестве прислуги.
Мимо него проворно пробежала Одри и отвлекла Кристофера от размышлений. Странно, но она, похоже, расцвела в однообразии кухонной работы. За то короткое время, что они трудились здесь, лицо ее обрело естественный цвет, а из глаз исчез страх, постоянно там присутствовавший на всем протяжении плавания.
Кристофер тут же мысленно поправил себя. Не далее как накануне он видел в глазах Одри страх. Но лишь до того момента, когда он отшвырнул в сторону пьяного деревенщину, который воспользовался беспомощностью девушки, когда ей пришлось вынести поднос в общий зал.
При одной мысли об этом случае Кристофера снова затрясло от гнева, и он несколько раз глубоко вздохнул, чтобы привести свои чувства в порядок. Самое удивительное, что он так и не смог вспомнить свою первую реакцию на испуганный крик Одри. Также он не мог вспомнить, о чем подумал, когда, ворвавшись в зал, увидел, что она беспомощно отбивается от лапающего ее типа. Но вот что он запомнил: все вокруг вдруг заволокло багровой пеленой, он с силой схватил наглеца за ворот и с удивившей его самого яростью швырнул через весь зал.
И тогда Одри обняли уже его руки. Он слышал только, ее испуганное лепетание, когда нежно вел девушку обратно в кухню, где и оставался с ней, пока ее не перестало трясти. В тот момент он понял, что волшебное превращение Одри во многом произошло благодаря его присутствию рядом с ней. Именно оно и помогло ей вновь обрести уверенность в себе. И не играло роли, что миссис Хили была так же, как и он, возмущена хамством пьяного придурка, для которого двери таверны теперь закрылись навсегда. Одри был нужен он. Кристоферу вдруг открылось, что, если для счастья Одри потребуется его жизнь, он, не раздумывая, отдаст ее.
Так уж сложилось.
И так будет всегда.
И чтобы исполнить это, ему не нужен приказ капитана! Капитан просто сущий негодяй: сколько из-за него выстрадала Джиллиан! За последние две недели он смог перекинуться с ней лишь парой слов. К этому — он был уверен — приложил руку капитан. Кристофер уже достаточно наслушался смешков и пересудов, чтобы каждый вечер возвращаться на корабль с замиранием сердца. Капитан Эндрюс не выпускал Джиллиан из виду и даже сопровождал молодую женщину в ее ежедневных прогулках по городу. В таверне много и подолгу судачили об этих прогулках, о мрачных ревнивых взглядах, которыми капитан пронзал любого мужчину, больше одного раза взглянувшего в сторону Джиллиан, о его горделивой хозяйской походке и о том, как он изо всех сил избегал той стороны улицы, на которой стояло заведение Чарльза Хиггинса.
Кристофер презрительно фыркнул. Он считал недостойным своего гнева человека, выставлявшего себя на посмешище, вознамерившегося подчинить обеих сестер своей гордыне. Будь у него хоть малейший шанс, он бы…
Одри снова деловито проскользнула мимо и в очередной раз нарушила ход его мыслей. Он смотрел, как она, приветливо улыбаясь, присела около миссис Хили и начала менять повязку на ее ноге. Его внимание привлекала не больная нога, которой сейчас занималась Одри, но лицо девушки.
Кристофер не мог припомнить, по какой причине до сих не считал Одри красавицей, хотя с первого дня восхищался красотой Джиллиан. Ведь Одри была на редкость красива. И еще она обладала удивительной добротой, нежностью и преданностью. Всем этим обладала в избытке и Джиллиан, но использовала она эти достоинства по-своему.
Одри почти обрела былую цельность своей натуры. Она излечилась точно так же, как сейчас под ее руками заживала рана на ноге больной женщины.
У Кристофера перехватило дыхание. Не делай он всего этого ради Джиллиан, Одри так никогда бы и не выздоровела. Ради Джиллиан, которая все еще продолжала платить по счетам за жизнь своей сестры.
— Гибсон! Ты что, заснул, парень?
Кристофер обернулся на уже ставший знакомым голос мистера Хили. Хмурый вид молодого человека нисколько не устрашил дородного хозяина таверны, который отрывисто распорядился:
— Давай-ка пошевеливайся! Мисс Одри скоро понадобятся чистые сковороды для пирогов!
Мисс Одри?!
Кристофер заметил, что остальные даже внимания не обратили на уважительное обращение хозяина к своей самой юной работнице. Он знал, что это прозвучало очень забавно, но мысленно признал всю опасность смеха в этой ситуации. Без всяких усилий, просто оставаясь самой собой, Одри сделалась необходимой для стареющего хозяина и его больной жены. Кристофер задумался о том, что принесет им всем тот день, когда «Воин зари» вновь поднимет паруса.
Если Джиллиан и Одри разлучат, боль от этого будет непереносимой.
Оставшись на берегу одна, без близкого человека, Одри лишилась бы всего.
А он?.. — Кристофер ожесточенно набросился на сковороды.


— Я и говорю — он и есть тот самый!
— Ты уверен?
— Точно! — кивнул Петерс и внимательно оглядел темный проулок, в котором Барретт назначил ему встречу. Убедившись, что их никто не видит, он продолжил: — Пришлось, однако, повозиться, ух и пришлось! Мало кто хотел говорить про этого капитана Эндрюса, вот что я скажу. Они все думают, что он скверный малый, но главное не это. Главное, людей отпугивает один его вид, понимаете. Ни разу не улыбнется, плечи — во, напялил на себя все черное. А глазищи — страх! Говорят еще, что у него одежда и душа одного цвета.
Барретт с неприкрытым отвращением взглянул на топтавшегося перед ним человечка:
— Что ты мне тут стараешься доказать, Петерс? Что капитан Эндрюс…
— Ничего я не стараюсь доказать! — Огрызнулся Петерс, и лицо его гневно дернулось. — Я просто говорю, что вокруг про него думают. Все его боятся до смерти. Они говорят, что он таллава — служитель Гузу. Поэтому мне так долго пришлось разузнавать то, о чем меня попросили.
Барретт громко расхохотался. Его грубый, язвительный смех эхом заметался по узкому проулку. Отсмеявшись, Барретт заметил:
— Значит, они думают, что ему помогает колдовство? — Он снова хохотнул. — Лучше бы они назвали его чертом… Это прозвище больше ему подойдет, потому что я предвижу, что весьма скоро ему придется оказаться в тех местах, где правит сей мрачный рогатый господин!
— Нет-нет! — сказал Петерс серьезно. — Так они не могут его называть. Этим именем они называют вас. Лицо Барретта побагровело.
— Хватит нести околесицу! Скажи, наконец, толком, что ты узнал!
— Вот я и говорю, что он тот самый, который все это и сделал. Пришил одного парня из-за рыжей дорсеттовой ведьмы. Поговаривают, будто она жила с Эндрюсом душа в душу, а потом он заловил ее с другим малым, ну и забил того до смерти голыми руками!
— Вот чего тебе никогда не сделать — кишка тонка, — презрительно усмехнулся Барретт. Петерс раздвинул губы в гадкой улыбке:
— Точно. Мне больше по душе хорошее перышко. — Барретт бесстрастно смотрел на человечка, ни единым жестом не выдав, насколько он его презирает. Петерс мерзко хихикнул, и в его руке вдруг блеснуло безупречно заточенное узкое лезвие ножа. Выпад продажного мерзавца не произвел на Барретта никакого впечатления. Петерсу никогда не удастся его одурачить. Барретт прекрасно знал, чем занимались Петерс и его подручные. Большую часть времени они проводили в кабаках, слушали то, что там болтают по пьяной лавочке. Барретта бесило, что его так долго заставили ждать, но ему не хотелось самому выяснять интересующие его сведения. Кроме того, ему было известно, что Петерс разузнает все просто потому, что надеется использовать подвернувшийся случай еще малость подзаработать.
Барретт скрипнул зубами. Он уже едва терпел исходивший от Петерса тошнотворный запах. Негодяй явно мучился от запущенной любовной болезни. Шумно выдохнув через рот, Барретт раздраженно буркнул:
— Терпение мое кончается. Ближе к делу! Петерс снова мерзко ухмыльнулся и продолжил:
— Значит так. Рыжая баба с ума сходит, только бы вернуть этого самого капитана Эндрюса. Она несколько раз участвовала в ихних служениях богу Пуку, чтоб наслать на него духов.
— Да она полная дура!
— Нет, не дура она. Люди говорят, что теперь капитан, куда бы ни пошел, везде слышит ее голос, вот так.
— Может быть, но только не в постельке со своей блондинистой стервой!
— Кое-кто поговаривает, что эта светловолосая — самая настоящая ведьма и будто у нее такая силища, что Пуку вместе со своей магией ничего ей сделать не может.
— Чушь! — разъярился Барретт. — И это все, что ты узнал?
Улыбочка Петерса стала еще подлее.
— Да нет! Есть еще кое-что. Кажись, миссис Дорсетт застукала капитана прямо в постели с его девкой, и это было как раз в то утро, когда мы видели, как она бесилась на пристани. Поговаривают, будто она умоляла его выкинуть шлюху вон, а он вроде бы вместо шлюхи выкинул ее. И вот тут она как бы поклялась возвернуть его себе любой ценой.
Барретт кивнул. Во всем этом был определенный смысл. Он сам видел, каким способом рыжая покинула борт «Воина зари», и по ее воплям сразу распознал приступ животной ревности.
— А как насчет мистера Дорсетта? Что он думает о намерениях своей дражайшей супруги?
— Понятия не имею, — покачал головой Петере. — Люди его мало чего про это говорят. Да, похоже, малый он не промах, следит за ней будь здоров.
— Просто отлично! — проговорил Барретт и сунул руку в карман. Он видел, как у Петерса загорелись глазки, и, чуть помедлив, выудил туго набитый тяжелый мешочек. С хитрой ухмылкой он, было, протянул его Петерсу: — За твои старания… — И тут же отдернул руку. Пальцы Петерса схватили пустоту, а Барретт небрежно добавил: — Получишь, когда обтяпаешь для меня еще одно дельце.
И растянул губы в издевательской усмешке.


Послеполуденное солнце бросало косые лучи на кучку людей, столпившихся на пристани вокруг моряка, игравшего на губной гармошке. Все потешались над уморительными ужимками маленькой обезьянки, танцевавшей под разудалые матросские песни.
— Ты только посмотри, как этот маленький приятель улыбается! — оживленно проговорила Джиллиан и радостно засмеялась.
Дерек поразился, какой же у нее чудесный смех. Стоя рядом с ней, он вдруг понял, что среди чувств, которые ему удавалось вызвать у этой изумительно красивой женщины, одно, к сожалению, отсутствовало — счастье.
Джиллиан вновь рассмеялась. Дерек смотрел, как она простодушно радуется непритязательному зрелищу, и ее смех божественной музыкой отдавался у него в ушах. Густые серебристые пряди ее волос были собраны в большой пучок на затылке. Всякий раз, когда она поворачивала голову, волосы мягко вспыхивали, насквозь пронизанные лучами заходящего солнца. Голубизна глаз Джиллиан приобрела какой-то новый яркий оттенок на фоне золотистого загара, щедро подаренного ее коже тропическим солнцем. Дереку пришло в голову, что он не верил, будто Джиллиан может стать еще красивее. Теперь он видел, что ошибался.
Пытаясь рассуждать хладнокровно, Дерек признал, что он также ошибся, считая теперешнее состояние их интимных отношений пиком. Отнюдь нет. Каждая новая ночь в объятиях друг друга становилась очередным чудом, будь это момент страстного слияния или даже простое ощущение близости Джиллиан, лежавшей рядом с ним… с ним одним.
Но прошедшие недели принесли и некоторые сюрпризы. Удивительно, но за все то время, что они были вместе, ему так и не удалось по-настоящему определить, насколько образованна Джиллиан. То, как она поработала над его бухгалтерскими счетами, которые за время тяжелейшего плавания страшно запутались, его просто-напросто поразило. Ее глубоко продуманные расчеты позволили сэкономить приличную сумму на ремонтных работах. Он так и не решил, радоваться или досадовать по этому поводу, но одно ему стало предельно ясно: ее выводы основывались на точном математическом расчете. Дерек едва не улыбнулся. К несчастью, некоторые из ее предложений уже были им испробованы и оказались совершенно непригодными, о чем он сознательно не сказал ей.
К своему удивлению, Дерек едва ли не радовался, когда в ее глазах вспыхивал гнев. После того как он разлучил ее с Одри и Гибсоном, отправив их работать в таверну, Джиллиан впала в беспокоящее его тихое отчаяние. Кроме того, он намеренно ограничил ее встречи с Гибсоном по причинам, слишком для него очевидным, чтобы принимать их со спокойной душой. Дерек знал, что Гибсон был глубоко оскорблен таким отношением, и подозревал, что Джиллиан тоже была обижена на него, хотя и не показывала своего негодования.
Тем не менее, неугомонность Джиллиан была более чем очевидна. С тех пор как они оказались в Кингстоне, он практически ни на минуту не оставлял ее одну. Дерек почему-то нутром чувствовал, что, хотя он и мог во всем положиться на своих людей, доверить ее безопасность он мог только самому себе. Он знал, что все эти запреты безумно раздражали Джиллиан и, хотя она полностью посвятила себя приведению в порядок корабельной бухгалтерии, ее деятельная натура продолжала искать выхода.
Джиллиан много раз просила разрешить ей навестить Одри в таверне «Королевские стрелки». Дерек невольно покачал головой. Этого не будет никогда. Он не позволит, чтобы с Джиллиан заигрывали типы, торчащие с утра до вечера в портовых кабаках. Он прекрасно знал эту публику.
Дерек еще раз внимательно огляделся вокруг. Его беспокойство за безопасность Джиллиан имело под собой основания. Хаскелл и Линден, посмеиваясь, докладывали ему о чуть ли не ежедневных проездах экипажа Эммалины мимо «Воина зари». Но Дерек не находил в этом ничего забавного. Он прекрасно знал, на какую подлость способна Эммалина. А после их ссоры на корабле две недели назад ее озлобленность не уменьшилась.
Еще меньше ему нравились пересуды об увлечении Эммалины черной магией.
Эта женщина явно что-то задумала.
С удивительной ясностью Дерек вспомнил ту жуткую улыбку на губах Эммалины, когда она смотрела на него, стоящего над окровавленным трупом соперника. Он твердо решил больше никогда не дать ей повода для еще одной такой улыбки.
Дерек вдруг разволновался и схватил Джиллиан за руку. Она посмотрела на него, и, когда он заговорил, ее улыбка медленно угасла:
— Нам пора идти.
И вот оно опять — тонкие ноздри Джиллиан слегка затрепетали, давая понять, что, будь обстоятельства иными, она бы и шагу по его команде не сделала.
В душе Дерека боролись противоречивые чувства. Он все-таки сожалел о своей власти над ней, хотя и получал от этого удовольствие, и презирал себя за то, что с каждым днем все сильнее и сильнее желал эту женщину.
Дерек понимал, что принятое им решение, пусть и малоприятное, было единственно верное в подобной ситуации. Самым главным в любом случае для него оставалась безопасность Джиллиан. Беспокойство за нее не покидало его ни на секунду. Дерек крепко обнял Джиллиан рукой за талию, притянул поближе к себе и зашагал по пристани.


— Да что с тобой сегодня, Куако! Ты собрался пересчитать колесами все колдобины на дороге?!
Не слушая извиняющегося бормотанья старого кучера, Эммалина вновь попыталась взять себя в руки. Экипаж, подскакивая на каждой рытвине, катился по разбитой проселочной дороге в город. Эммалина просто с ума сходила от немилосердной тряски. Всегда очень внимательная к своей коже, она и теперь, сидя неестественно прямо, судорожно сжимала в руке раскрытый над головой зонтик, спасаясь от горячих лучей утреннего солнца. Но сегодня от этого было мало проку. Душный воздух еще никогда не был таким влажным, дорога была просто ужасна, а солнце превзошло само себя, обрушивая в этот ранний час обжигающие потоки своих лучей.
Во рту у Эммалины появился знакомый привкус желчи. Черт возьми, только не это! Неужели снова вырвет?
Эммалина судорожно сглотнула и снова выругалась про себя. Она надела новое платье из роскошного батиста канареечного цвета, которое открывало плечи и грудь на пределе приличий. Вызывающе глубоким декольте она славилась по всему острову. Эммалина знала, что ей к лицу любой цвет, но именно это платье придавало ей особенно соблазнительный вид. Она надела его в надежде, что сегодня бесконечная полоса неудач закончится, она, наконец, встретит Дерека на улице, и он перед ней не устоит.
Прошедшая неделя была ужасной. Черт бы побрал этого дурака Уильяма Гну! Он куда-то запропастился, и никто, похоже, не ведал, где он. Эммалина знала, что для хозяев многих плантаций обычным делом было сдавать своих рабов в аренду во время уборки урожая, но она так и не решилась спросить об этом Роберта, боясь, что ее расспросы могут вызвать у мужа определенные подозрения.
В итоге, оставшись без поддержки Пуку, она никак не могла изменить ситуацию. Ежедневные наезды в город ничего не дали, она так и не встретила Дерека, не появился и упомянутый Уильямом Гну бакра — черт, тот самый человек, который был ключом к сердцу Дерека.
Что только она не делала! От полного отчаяния отыскала женщину оби. С того времени столько было произнесено заклинаний, столько наплевано, столько разбросано дурацкого магического порошка, что у нее голова кругом пошла. Скрюченная цыплячья нога с привязанными к ней заговоренными перьями чайки постоянно лежала у нее под подушкой. В мешочке под кроватью покоилась земля, взятая в полночь из только что засыпанной могилы. Все это были сильнейшие оби, но сны ей не говорили ничего. Будь Эммалина другой женщиной, не столь уверенной, что, в конце концов, добьется своего, не желай она так страстно вернуть Дерека — она наверняка впала бы в беспросветное отчаяние. Но она была такой, какой была. Она — Эммалина Дорсетт и добьется своего!
Эммалина еще раз судорожно проглотила заполнившую рот горечь. Перед выездом столько усилий было положено на то, чтобы выглядеть во всем блеске! Джуба из сил выбилась, отглаживая платье, завивая и убирая лентами волосы хозяйки. Когда Эммалина, наконец, вышла из дома, то выглядела так, словно только что покинула салон королевских портного и куафера. Но с каждой милей по тряской дороге, с каждым вдохом пыльного воздуха, с каждым порывом влажного ветра, от которого прела кожа, все приходило в беспорядок, теряло вид, и, по правде говоря, Эммалина боялась, что в Кингстон приедет не она, а ее растрепанная потная карикатура. Но самое ужасное — это ее желудок… Боже…
Рот снова наполнила мерзкая горечь. Не хватает воздуха… Нет… Нет! Изо всех сил зажав рот ладонью, Эммалина невнятно простонала:
— Останови!
Выронив зонтик, она судорожно уцепилась за дверцу экипажа и отчаянным усилием распахнула ее. Однако Куако и не подумал остановиться.
Бешенство на миг отогнало рвоту, и Эммалине удалось злобно прокричать:
— Старый козел! Останови, кому сказала!
Экипаж, резко дернувшись, встал, и Эммалину скрутили бесконечные, выворачивающие наизнанку судорожные приступы рвоты… Эммалина, жадно ловя воздух, обессилено привалилась к дверце экипажа. Подняв полные слез, Налитые кровью глаза, она увидела, что сидящий на козлах Куако обернулся и смотрит на нее.
— Когда живот плохо, завтрак хорошо выйти, не войти. Эммалина ответила кучеру лишь убийственным взглядом и забралась на сиденье. Вынув кружевной платочек, она трясущейся рукой вытерла покрытый испариной лоб и губы, на которых все еще ощущался омерзительный привкус рвоты. Эммалина чувствовала жуткую слабость, но даже в таком жалком состоянии она все равно лучше блеклой шлюхи Дерека!
Стиснув зубы, Эммалина несколько раз глубоко вздохнула и негромко сказала в спину Куако:
— Трогай!
Тот продолжал сидеть, как и не слышал.
— Ты меня слышишь или нет! — Экипаж дернулся и медленно покатил вперед. Эммалина откинулась на спинку кожаного сиденья и закрыла глаза. Две недели мучений! Каждый день она мотается в Кингстон и обратно, выдумывая правдоподобные объяснения и причины. И все ради Дерека! В эти самые жаркие дневные часы она могла бы лежать в прохладной благоухающей ванне, вместо того чтобы блевать через борт экипажа как самая последняя пьяная потаскуха. А прямо сейчас она могла бы нежиться на шелковых простынях, млея от ласк Роберта…
На этой мысли Эммалина немного задержалась. Легче легкого уговорить Роберта выйти из дома на несколько часов позже. Он неисправимый домосед, и руки у него, просто замечательные. А как он любит доказывать ей, что его руки не утратили своей опытности, путешествуя по ее телу. Вот и прошедшей ночью…
Из желудка неудержимо начала подниматься знакомая волна, и Эммалина судорожно сглотнула.
Нет… только не это… Нет! Эммалина метнулась к борту и распахнула дверцу экипажа.
Презирая себя и извергая новые порции вонючей рвоты, она подняла глаза и встретилась с внимательным взглядом Куако.
— Молчи, дурак! Не останавливайся!
Несколько минут спустя она в совершенном бессилии привалилась к спинке сиденья и, едва шевеля губами, прошептала:
— Дерек… Милый Дерек… Ты заплатишь за это.


— В котором часу уехала госпожа, Джуба? — Роберт Дорсетт уверенно сидел на своем любимом сером мерине. Хозяин в это утро оделся во все белое и теперь казался еще более грузным, под стать могучей лошади под ним. Роберт посмотрел сверху вниз на стройную рабыню, стоявшую перед ним. Пару минут назад он увидел, как она торопливо пересекает двор, и подозвал девушку к себе. Его раскрасневшееся от жары гладко выбритое лицо было мокрым от пота. Роберт снял с лысеющей головы широкополую шляпу и не спеша вытер со лба пот. Джуба молчала, и он слегка раздраженно проговорил:
— Я задал тебе вопрос, Джуба.
— Миссус уехать рано.
— Как рано?
— Сразу, как уехать масса.
Роберт нахмурился. Очередной «выезд за покупками». Его дорогая женушка весьма хитроумная особа. Придумано, конечно, отлично: отправляться в город сразу после его отъезда на плантации и возвращаться незадолго до его появления дома. Однако Эммалина не понимает, что он отлично видит все ее махинации и, если понадобится, может стать не менее хитроумным.
— И куда же она поехала?
— Джуба не видеть, масса.
— Джуба…
Стройная негритянка задрожала
— Экипаж ехать город.
Роберт еще сильнее нахмурился. Он смотрел вслед Джубе, торопливо идущей к кухне, и сказал себе, что повода для беспокойства нет. Он напомнил себе, что в верности Лестера сомневаться не приходится, особенно после того, как он простил перепуганного малого, пойманного нагишом под балконом спальни Эммалины несколько недель тому назад.
Удивительно, но ему не пришло в голову усомниться в верности жены в связи с этим случаем. Он слишком хорошо знал Эммалину, чтобы подозревать, что она будет наставлять ему рога с Лестером. Тщеславие и чувство собственного достоинства не позволили бы ей пойти на это.
Роберт слегка поджал губы. Нет, если уж Эммалина и надумает изменить ему, то это будет только капитан Дерек Эндрюс. Он настолько не сомневался в Эммалине и был настолько уверен в благодарности и преданности Лестера, что дал счастливому рабу лошадь и велел следить за своей женой, за каждым ее шагом.
Роберт машинально бросил взгляд на пустынную дорогу, что вела в город. Сообщения Лестера не только раздражали его, но и забавляли, и даже отчасти печалили. Его дорогая Эммалина безуспешно пыталась завоевать сердце капитана Эндрюса. Она билась, как выброшенная на песок рыба, и с каждым днем все больше впадала в безысходное отчаяние. Роберт был уверен в этом, ибо это соответствовало натуре его молодой жены. Она опять самым глупым образом выставляла напоказ свои переживания.
Легкая улыбка тронула губы Роберта. Эммалина становилась просто неукротимой в своей погоне за желаемым.
Но во всем этом ему виделась и грустная сторона. Роберт понимал, что и сам виноват во многих печальных переживаниях жены. Он ни разу не попытался серьезно поговорить с Эммалиной о ее пристрастии к культу бога Пуку. Его беспокойство началось тогда, когда на первое место во всех этих припадочных ночных бдениях начал выдвигаться Уильям Гну.
Лоб Роберта прорезала глубокая морщина. Уильям Гну был слишком хорошим служителем бога Пуку. Способность видеть глазами Пуку и говорить языком Пуку давала Уильяму Гну большую власть. Роберт знал об этом еще и потому, что сам имел возможность почувствовать могущество Пуку через того же Уильяма Гну. Его мужская сила обрела прежнюю неукротимость с того времени, как он начал принимать порошки Уильяма Гну. Он как будто снова стал двадцатилетним, и не только по физической неутомимости, но и по внутренним ощущениям. Уильям Гну знал слишком много, а его жена настолько уверовала в него, что Роберту не оставалось ничего другого, как тайно вывезти парня в отдаленную часть острова, где Эммалине никогда бы не пришло в голову его искать.
Конечно, жена нашла себе вместо Уильяма Гну женщину оби. Но у Роберта складывалось впечатление, что Эммалина, как и он, мало верит в могущество дурацкой цыплячьей ноги с накрученными на нее перьями, которая вот уже несколько дней покоилась у нее под подушкой, или в неодолимую силу земли в мешочке.
Роберта охватила грусть. Он стал виновником несчастья Эммалины. Однако все это продлится недолго. Скоро капитан Эндрюс приведет свой корабль в порядок и заключит новый контракт. Возможно, после ухода «Воина зари» из Кингстона он вернет Уильяма Гну обратно, чтобы было, кому утешить Эммалину.
А тем временем Лестер будет следить за Эммалиной точно так же, как он делал это всякий раз, когда она украдкой пробиралась на обрядовые пляски поклонников бога Пуку. Его Эммалина все-таки самый настоящий ребенок! Капризный, своенравный, порой даже злой, но ребенок. И этому ребенку он отдал свое сердце.
Все еще продолжая смотреть на пустынную в этот час дорогу, Роберт почувствовал, как нахлынувшая грусть истощает его силы. И с горечью признался себе, что он, готовый сделать все для счастья Эммалины, не может дать ей то, чего она больше всего жаждет.
О да, он любит ее. Это его проклятие и его самая большая радость в жизни.


Эммалина сидела неестественно прямо, с высоко вздернутым подбородком и смотрела вперед. Экипаж, подскакивая, катил по булыжным улицам Кингстона. Мелькание по сторонам, звуки, запахи…
Господи! Опять!
Новый приступ тошноты.
— Куако, к мадам! Скорее!
На восхищенные взгляды прохожих Эммалине удалось-таки ответить беспечной улыбкой.
Они восхищались ею… Она была в этом уверена. И другого быть не могло. Наверняка никто и не заметил, что ее идеально уложенные огненно-рыжие волосы слегка растрепались, что ее роскошное батистовое платье кое-где покрыто пятнами и что у ее лица сегодня нездоровый зеленоватый оттенок.
Улыбка застыла на губах Эммалины. Короткий визит к мадам, и все снова будет в порядке. Она, наконец, разыщет Дерека и тогда…
Маленькая лавочка мадам показалась в самом конце узенькой улицы, на которую выехал экипаж. Эммалина облегченно вздохнула. Ее мучениям скоро придет конец.
Выйдя из экипажа, она твердым голосом приказала:
— Никуда не отъезжай, Куако! Когда я выйду, будь на месте.
Горделивым шагом Эммалина Дорсетт подошла к двери лавки. Она не удостоила взглядом стоявшего неподалеку мерзкого вида типа, который так и буравил ее своими рачьими глазками. Эммалина уже собралась хорошенько отчитать его за беспардонную наглость, как вдруг его худая физиономия расплылась в гадкой ухмылке:
— Мистер Барретт шлет вам свои наилучшие пожелания…
Эммалина остановилась, как будто натолкнулась на невидимую стену. Это имя ей было знакомо!
Значит, это он и есть.
Время жатвы, наконец, наступило.


Они не спеша шли по Порт-Рояль-стрит. Дерека продолжало мучить какое-то странное беспокойство, и он беспрестанно оглядывался. Вокруг стояло идиллическое спокойствие. По булыжным мостовым проезжали редкие экипажи, бойко шла торговля всякой всячиной, и никто не бросал в сторону Джиллиан пронзительных взглядов.
Мужественное лицо Дерека было хмурым. К концу дня с Джиллиан что-то случилось. После того как он увел девушку от забавной обезьянки, у нее испортилось настроение, и всю дорогу она хранила молчание. Дерек был уверен, что она специально старается разозлить его, то, заведя разговор со стариком нищим на обочине, то, кокетливо улыбнувшись какому-то малому, приветственно приподнявшему шляпу. Она начала спорить, когда он предложил потихоньку двигаться в сторону порта. Дальше — больше: в очередной раз потребовала отвести ее к Одри в таверну «Королевские стрелки».
Они поссорились, и, в конце концов, Дерек просто схватил Джиллиан за руку и потащил обратно на корабль. К несчастью, этим дело не кончилось. На корабле его ждала записка от торгового агента. То, что со дня их прибытия ему никак не удавалось договориться о новом контракте, озадачивало Дерека. Он почти поверил, что кому-то нужно, чтобы «Воин зари» как можно дольше оставался в порту, и этот кто-то усиленно плетет интриги у него за спиной. В другое время он был бы только рад получить сообщение от агента, но сейчас о радости и речи быть не могло.
Будь у него хоть какой-то выбор, он никогда бы не согласился на предложенную ему встречу в таверне «Королевские стрелки» по совершенно очевидным причинам.
Добравшись до таверны, Дерек с мрачным видом толкнул дверь, вошел и остановился, привыкая к царившему внутри полумраку. Он услышал, как поблизости скрипнул стул, а затем раздался голос, который показался удивительно знакомым:
— Дерек! Черт возьми, неужели это действительно ты!
Дерек заморгал, все еще ослепленный резким переходом от солнечного света к полутьме. Неужели?..
Высокий рост подходившего к нему человека, рыжеватая, выгоревшая на солнце шевелюра — все сомнения отпали. Да это же Дамиан Страйт! И Дерек тепло, пожал протянутую ему руку.
Дамиан, ставший капитаном своего корабля уже в двадцать шесть лет, был самым молодым и самым уважаемым капитаном в колониях. Когда Дерека приговорили к тюремному заключению за убийство, Дамиан, бывший в то время совсем еще юнцом, и тут продемонстрировал свой независимый характер. Он горячо выступил в защиту Дерека, не убоявшись того, что все самым решительным образом от него отвернулись. Дерек не забывал об этом никогда.
На лице Дерека заиграла столь редкая для него улыбка. Глаза его уже привыкли к полумраку, и он увидел, что с того времени, когда они виделись последний раз, Дамиан сильно возмужал. Юношеская стройность уступила место раздавшимся плечам и крепко сбитому, прекрасно сложенному телу. По своим габаритам молодой капитан был теперь под стать ему самому. Прошедшие годы оставили на гладком лице Дамиана следы зрелости. При этом его влекущие удивительно прозрачные серые глаза, о которых по суеверному острову гуляли всяческие домыслы, практически не изменились. Судя по тому, что Дерек услышал о своем изобретательном приятеле, можно было не сомневаться в его способности использовать малейшую возможность, чтобы употребить эти слухи к своей выгоде.
Усевшись за стол в одном из дальних углов таверны, которая быстро заполнялась народом, Дерек хмуро посмотрел на только что допитый стакан вина. Потом перевел взгляд на настенные часы. Дамиан громко рассмеялся:
— Если бы я не знал тебя достаточно хорошо, то решил бы, что ты не рад возобновлению старого знакомства!
— Томас Маршалл опаздывает почти на час. Что-то говорит мне, что не придет. — Дерек скривил губы. — Я подозреваю, что плетется некий заговор, чтобы вообще убрать меня из торгового флота колоний.
Дамиан сразу протрезвел.
— Доходили до меня кое-какие слухи, — неуверенно проговорил он. — Мы пришвартовались только сегодня утром, но хватило всего часа, чтобы кое в чем разобраться. Много сплетен.
— Сплетен? — насторожился Дерек.
— Угу. Похоже, ты прикупил для себя работников по колониальному контракту?
— Ну и что тут такого?
По залу вдруг пронесся восхищенный гул голосов, и многие мужчины уставились на Одри, которая вынесла из кухни поднос с жарким и поставила на стойку. Дамиан тихонько присвистнул, встретившись с девушкой взглядом. Та взглянула на Дерека и торопливо ушла обратно на кухню.
— Это одно из твоих приобретений? — поинтересовался Дамиан.
Дерек молча кивнул.
— И ее сестра — близняшка, как я слышал. — Глаза Дерека угрожающе сузились.
— Ну-ну, не смотри на меня так, старина! — засмеялся Дамиан. — Должен признать, мне все еще не верится, что могут существовать две такие красавицы, но я не собираюсь обхаживать женщин, которые принадлежат тебе.
Дерек выдержал твердый взгляд знаменитых серых глаз и только потому, что это был Дамиан, спокойно заметил:
— Одна из них — моя женщина.
— И конечно, не та, что работает здесь, — покачал головой Дамиан. — Я сразу об этом подумал, потому что знаю о твоем характере собственника. К тому же ты не проявлял интереса к этой молодой особе с первого дня прибытия. А в приоткрытую дверь я заприметил здоровенного парня, который, как коршун, глаз не спускает с твоей собственности.
— А, это ты о Гибсоне… — фыркнул Дерек. — Ему-то как раз сам Бог велел не спускать с нее глаз.
— Его колониальный контракт тоже у тебя…
— Разрази меня гром, если я знаю, как все это вышло, Дамиан. — Дерек поднес вновь наполненный стакан к губам, одним глотком опорожнил его и со стуком поставил обратно на стол. — Единственное, что могу тебе сказать, я сам влез в эту историю, и конца ей пока не видно!
Дамиан внимательно посмотрел на обеспокоенное лицо Дерека и заметил:
— Мне и в голову не могло прийти, что ты способен так увлечься женщиной после всего случившегося.
— Ты говоришь об Эммалине?.. — Дерек раздраженно фыркнул. — Это совсем другое. Таким дураком я не буду больше никогда.
Дерек прямо посмотрел в глаза Дамиану. Он, в свою очередь, тоже много чего наслушался про своего дружка за все те годы, что они не виделись. Поговаривали, что Дамиан стал патриотом и одним из тех, кто разжигал недовольство колоний налоговой политикой метрополии и кто открыто выступал за восстание. Еще он слышал, что Дамиана до смерти боялись его противники и обожала команда и что, хотя по большей части он вел дела честно, при удобном случае мог использовать недозволенные методы, чтобы повернуть ситуацию в свою пользу.
Дерек задумался. Да, Дамиан был именно таким, умным и тонко чувствующим ситуацию человеком. Но еще он был другом, хотя в этих серых прозрачных глазах и не было по-настоящему глубокого понимания трудности положения, в котором оказался Дерек.
— Ты совсем не понял, о чем я сейчас говорил, ведь так, Дамиан? Для тебя что одна, что другая женщина — все едино.
Дамиан с отсутствующим видом поднес руку к вороту рубашки и расстегнул несколько пуговиц. В помещении становилось по-настоящему душно. Было видно, что он тщательно обдумывает ответ. Дамиан откинулся на спинку стула. Расстегнутый ворот рубашки из тонкого белого батиста распахнулся, открыв крепкую мускулистую грудь, покрытую золотистыми волосами.
— Я бы не был столь категоричен, — наконец сказал Дамиан, слегка пожимая плечами. — У меня есть свои привязанности, например, к Руби — здешней девахе, она живет в Кингстоне. Сегодня вечером я собираюсь возобновить наше давнее знакомство. Она всегда рада мне.
— С Руби я хорошо знаком, — Дерек слегка приподнял бровь.
— Ну, еще бы! — коротко хохотнул Дамиан. — Можно не сомневаться. А еще есть Джесмина в Филадельфии, а в Чарльстоне Дулу… — Он замолчал и искоса посмотрел на Дерека. — Они тоже твои хорошие знакомые?
— Если я и не знаком именно с этими женщинами, то подобных им знаю во множестве.
— Имеется в виду, что твоя женщина не такая… Дерек промолчал. Дамиан покачал головой. Лицо его приняло задумчивое выражение.
— Мне никогда еще не встречалась женщина, которая бы полностью занимала мои мысли после того, как я закрыл за собой дверь ее спальни. Но с другой стороны… — Дамиан поджал губы, и на лице его неожиданно появилось холодное, отчужденное выражение. — Есть одна девица, которую я не скоро забуду.
— Девица? — с любопытством спросил Дерек.
— Ей девять лет.
— Девять лет! Разрази меня гром!
— Вот-вот. Эта малютка с волосами цвета воронова крыла и лавандовыми глазами зовется Аметист Грит. Нет слов, чтобы описать эту чертовку. Я привез ее в порт сегодня утром с актерской труппой… — Дамиана не нужно было поощрять к продолжению рассказа: — Маленькая насмешница путешествует со своей матерью, милой болезненного вида женщиной. Она одна из актрис труппы. Своенравная девчонка вела себя так, как будто мать на самом деле ее дочь. Она вбила себе в голову, что я увлекся ее матерью, и не замедлила совершенно безумным образом многократно продемонстрировать свое недовольство.
— А ты что, действительно стал обхаживать ее мамашу?
— Обхаживать ее мамочку? В некотором смысле, пожалуй, да. — Дамиан помолчал. — Очень деликатная, мягкая женщина, полная противоположность своей дочери. Сразу видно, что она переживает трудные времена. Мужа ее убили, и она осталась совсем без средств и с профессией, представители которой не очень-то жалуют таких тихонь, как она. И со здоровьем у нее неважно. К концу плавания стало ясно, что она вряд ли дотянет до конца года.
— А ребенок…
— Маленькая чертовка пресекала все мои добрые побуждения. Так что, в конце концов, у меня возникло сильное желание схватить ее за цыплячью шею и… — Дамиан замолк. Его мужественное лицо потемнело 6т гнева, и он с горячностью продолжил: — А знаешь, что эта негодяйка выкинула, когда они сходили на берег? Мать тепло попрощалась со мной, а она сделала вид, что первый раз меня видит. Потом, когда они отошли на безопасное расстояние, девчонка обернулась, посмотрела на меня своими глазищами, скорчила мерзкую рожу, высунула язык, показала нос и как ни в чем не бывало, пошла дальше!
Вся эта история показалась Дереку забавной.
— Но послушай, Дамиан, она же еще ребенок.
— Нет, какой она к черту ребенок! — серьезно ответил Дамиан. — Самая настоящая наглая, подлая ведьма с телом девятилетней девочки, вот кто она такая. Хотел бы я посмотреть, что станется с ее наглостью через год после смерти матери, когда ей придется крутиться самой в этом проклятом лживом раю…
— Тебе может не понравиться то, что ты увидишь.
— Вполне, — ответил Дамиан. — Но может и понравиться.
Чуть задержав взгляд на лице своего приятеля, Дерек отчего-то подумал, что будет лучше, если тот больше никогда не встретится с женщиной, в которую вырастет эта девочка с лавандовыми глазами.
Его хорошее настроение снова сменило гложущее беспокойство. Дамиан вдруг быстро поднялся.
— Мне пора на корабль. Могу подбросить тебе только одно соображение — не знаю, придется ли оно тебе по вкусу. Та женщина, с которой ты много лет назад… как ее звали?
— Эммалина.
— На твоем месте я бы держался от нее подальше. Я слышал, что она по-прежнему на острове и так же опасна, как и раньше.
Дерек тоже встал. Он пожал протянутую руку Дамиана и вновь улыбнулся одной из своих редких улыбок:
— Я так и сделаю. Но при одном условии: ты оставишь в покое свою малютку с лавандовыми глазами.
Дерек смотрел, как широкая спина его друга исчезла за дверью, потом перевел взгляд на часы на стене и, не сдержавшись, крепко выругался. Сел, допил вино и подозвал толстую служанку:
— Налей-ка еще.
Ну что ж, он готов ждать…


Она оказалась именно такой, какой ее описали…
Эммалина Дорсетт свернула в узкий проулок, где ее дожидался Джон Барретт. Она подходила к нему решительным шагом, и Барретт ощутил знакомое напряжение в паху. Он ждал в проходе между двумя лавками уже больше часа. Именно тут Петерс и назначил им встречу. Взбешенный тем, что ему пришлось торчать столько времени в компании с быстроногими и длиннохвостыми постоянными обитателями этого закоулка, которые беспрестанно шмыгали у него за спиной, Барретт был уже близок к тому, чтобы плюнуть на все и уйти. Но, едва взглянув на Эммалину, мгновенно понял, что затянувшееся ожидание окупилось с лихвой.
Потрясающая воображение Эммалина Дорсетт подошла ближе.
Да, теперь он видел, что ради такой женщины убьешь кого угодно.
Эммалина Дорсетт остановилась в нескольких шагах от него, наваждение прошло. Поразительные зеленые глаза опалили Барретта горевшим в них фанатизмом. В этой стерве горел огонь, несравнимый с пламенем желания, которое бушевало в нем самом в отношении Джиллиан Хейг. Ему не нужно было спрашивать, кто зажег этот огонь.
— Вы Джон Барретт? — высокомерно обратилась к нему Эммалина Дорсетт и сузила глаза. — Ваш человек сказал, что вы посылаете мне наилучшие пожелания.
Барретта задел ее холодный тон, и он удивленно приподнял свои кустистые темные брови. Нарочито откровенно он прошелся взглядом по ее груди, выпиравшей из корсажа платья, и вкрадчиво поинтересовался:
— Следует ли мне полагать, что для вас обычное дело встречаться с незнакомыми мужчинами, если они шлют вам свои наилучшие пожелания?
— Можете полагать все, что вам заблагорассудится, — презрительно скривила губы Эммалина, — но если вы думаете, что я отправилась на эту встречу без необходимой защиты, то вы просто глупы.
— От меня, мадам, вам нет нужды защищаться, — насмешливо фыркнул Барретт.
— А если это говорит человек-черт…
— Это кто же меня так называет?! — взорвался Барретт, внезапно до смерти разозлившись от беспредельной самонадеянности этой дамы. Да кто она такая, в конце концов! — Я требую, чтобы вы назвали его имя!
— Ах-ах, какие мы, оказывается, чувствительные! — приподняла свои тонко выщипанные брови Эммалина, специально передразнивая недавнее выражение лица Барретта. — Кто бы мог подумать! — Насмешку сменило высокомерие. — Как бы это ни показалось удивительным в связи с моей репутацией здесь, но я тоже чувствительна, и весьма! Особенно когда на меня пялятся, как на выставленную на продажу корову! Так вот, мистер Джон Барретт, Либо вы оставите при себе свои похотливые взгляды, либо никакого разговора о деле, ради которого вы меня и пригласили, не будет!
— Вот даже как? — самообладание Барретта лопнуло как мыльный пузырь. — Хватит пудрить мне мозги, чванливая стерва! Я знаю, почему ты заявилась сюда. Ты приперлась именно потому, что у меня такое прозвище! Ты готова нанять самого черта, лишь бы заполучить то, чего тебе до смерти хочется. Как и мне, между прочим! Так что нравится тебе или нет, но в этом деле мы с тобой напарники. Мы посвятили себя одному и тому же делу и из кожи вон лезем, чтобы довести его до победного конца.
— Будет лучше, если мы прямо здесь и выясним, в чем же заключается это наше общее дело.
— А дело в капитане Дереке Эндрюсе, мадам. — Эммалина пристально посмотрела в лицо Барретту:
— Мне известно, чего я хочу от капитана Эндрюса. Может быть, вы соизволите сообщить, что от него нужно вам?
— Моя дорогая леди… — пошел на попятную Барретт. Стерва, конечно, и дура набитая, но надо быть с ней поосторожнее. Он подумал, как это Эндрюс умудрился так втюриться, что ради нее пошел на убийство, и продолжил более мягким тоном: — Мне кажется, что мы начали не с того Конца. Может быть, попробуем еще раз в… — он огляделся вокруг, — где-нибудь в более уютном месте?
Эммалина Дорсетт издевательски широко раскрыла глаза.
— И где же это уютное место, мистер Барретт? Возможно, в вашей спальне?
Ее язвительный тон снова разозлил Барретта, И он угрожающе шагнул вперед. Стерва даже не шелохнулась, даже глазом не моргнула, и это взбесило его еще больше.
— Расслабьтесь, дорогая леди! — прорычал он. — В данный момент ваши прелести меня не интересуют. Не они причина нашей встречи. У меня есть собственные планы в отношении прелестей той женщины, которую капитан держит в своей каюте. Возможно, мы сумеем договориться и, так или иначе, разлучить любовников. После этого вы получите желанного мужчину, а я смогу поиметь обеих дам, до которых у меня есть дело.
— Так вы хотите обеих? Ну и похотливы же вы, черт возьми!
— Не более похотлив, чем ваш дорогой капитан Эндрюс, мадам! — парировал Барретт. — Но если уж быть до конца откровенным, то у меня две цели. Понимаете, я несколько другого мнения о вашем любовнике. Не вдаваясь в детали, могу сказать, что мы с ним плохо ладили во время плавания, и я хотел бы отомстить ему за некоторые поступки, которые он позволил себе в отношении меня. Мягко говоря, он превысил свои полномочия капитана.
— Я не верю вам! Дерек — достойнейший человек.
— Простите мою резкость, мадам. Есть такие представители рода человеческого, кого можно было бы назвать достойнейшим убийцей?
Ответ Эммалины оказался совершенно неожиданным:
— Да… Есть.
Несколько смешавшись, Барретт раздраженно проговорил:
— Ваш достойнейший человек показал себя совсем с другой стороны. Он заставил мисс Хейг переспать с ним, а после этого он…
— Лжец! — неожиданно вышла из себя Эммалина. — Это она соблазнила его! И продолжает соблазнять!
— Думайте что, хотите, мадам. В любом случае моя цель в том, чтобы разлучить мисс Хейг с капитаном Эндрюсом. Эммалина вдруг подозрительно посмотрела на него.
— Мне показалось, вы только что говорили, будто вам нужны обе сестры.
— Дорогая леди, одна утолит мою жажду мщения, а вместе они утолят мою страсть.
— Вы просто отвратительный тип!
— Именно такого вы и разыскивали. Или я ошибаюсь, мадам Дорсетт?
Эммалина неожиданно улыбнулась. Барретт, ошеломленный как ослепительной красотой ее улыбки, так и пониманием того, что за этой красотой таятся черные сердце и душа, на миг утратил дар речи. Потрясение его усилилось, когда Эммалина сделала наивные круглые глаза и полудетским голоском пролепетала:
— Мистер Барретт, я совсем не понимаю, что вы имеете в виду. Но мне кажется, что мы все-таки договоримся.
Еще бы им не договориться!
Мысли Барретта тут же подтвердила сама Эммалина, небрежно поинтересовавшаяся:
— И что же у вас за план?


Все головы в таверне «Королевские стрелки» как по команде повернулись в сторону Дерека, когда тот дурным голосом заорал, так что затряслись стропила, разухабистую матросскую песню. Он сконфуженно смолк и криво ухмыльнулся пьяной улыбкой. Со слухом у него всегда было малость не того.
Посетители загудели, когда Дерек, натужно откашлявшись, приготовился затянуть новый куплет. Он уже толком и не помнил, сколько времени ждал Томаса Маршалла, который назначил ему деловое свидание. Но нетерпение притуплялось все больше и больше с каждым новым выпитым стаканом замечательного местного вина. Беспокойство скоро уступило место веселью, особенно когда парни за соседним столом дружно подхватили знакомый припев. Он присоединился к ним, но певцы начали смолкать один за другим, и вскоре он обнаружил, что надрывается один.
А как здорово звучал его голос!
Дерек пожал плечами. Его мало трогало, что кому-то не понравились его фальшивое пение и непристойное содержание песни. Энтузиазм не угас и после того, как многие начали зажимать уши и вопить, чтобы он заткнулся. Дерек жизнерадостно продолжал сотрясать зал разудалыми куплетами.
Очень скоро у него пересохло в горле. Пора опрокинуть еще один стаканчик.
Покачиваясь, как в сильный шторм, Дерек двинулся к стойке. Проходя мимо группы матросов, он широко осклабился и потянулся рукой к высокому парню, чтобы помочь тому потверже встать на ноги. Тот почему-то уплыл в сторону, и Дерек весело ухмыльнулся. Малый-то ведь пьян в стельку, что с него взять!
Ухватившись за край стойки из красного дерева, к которой его, наконец, принесло, он обернулся и поразился, как круто поднимается пол в таверне. Вот почему ему так трудно было идти! Дерек подумал, что про кривой пол надо обязательно сказать владельцу, когда тот попадется ему на глаза. Обернувшись к стойке, он громко шваркнул стаканом о столешницу и обратился к улыбающейся служанке:
— Цыпочка, плесни-ка винца…
— А как же, сейчас и плеснем, красавец ты наш! — игриво отозвалась толстушка. — Голосок у тебя что надо, голубчик! Почему бы тебе еще нам не попеть?
Со всех сторон раздались возмущенные крики. Дерек резко обернулся и удивленно приподнял брови, проехав локтем по стойке, повернулся к девице и заплетающимся языком спросил:
— Цыпочка, что ты выбираешь?..
— Сейди, хватит его подначивать!
— Бога ради, помилосердствуй!
— У меня уже уши заложило, еще одной такой песни я не вынесу!
Не обращая внимания на протесты, полногрудая Сейди поощрительно улыбнулась Дереку. Дерек вдруг обратил внимание, что девица весьма миловидна. Личико у нее было круглое и полное, черты лица немного мелковаты, глаза карие. Подбородков у нее было целых два, и оба забавно затряслись, когда она захихикала и игриво ущипнула его за щеку.
— Да не слушай ты их, голубчик. Они ни шиша не понимают в хорошей музыке.
— Эй, Сейди!..
— Да заткнитесь все вы там! — визгливо крикнула Сейди в зал и снова с улыбкой обратилась к Дереку: — Ну, давай, спой-ка нам еще одну.
Дерек заколебался, оскорбленный в лучших чувствах этими грубыми протестующими криками.
— Знаешь, Сейди, я, пожалуй, не буду. — Он поднес полный стакан ко рту и сделал несколько громких глотков и тут же услышал чье-то совершенно омерзительное рыгание. Дерек принялся оглядываться по сторонам и понял, что в центре всеобщего внимания почему-то оказался он сам. Приняв оскорбленный вид, он произнес: — Я, пжалуй, пойду. Если Томас Мршлл… придет, ты ему, это, передай… — Дерек умолк и громко икнул. — Лушше я ему сам скажу…
Допив стакан, он неверной рукой шмякнул на стойку пригоршню монет. Служанка шустро схватила его за руку,
— Погоди-ка, красавец. Ты никак надумал уйти, дорогуша? — Навалясь мощными грудями на стойку, она наклонилась вперед, и ее лицо оказалось совсем рядом. — Я скоро здесь заканчиваю, и, может, ты заглянешь ко мне, а?
— Нет, нет, нет! — замотал головой Дерек и хитро улыбнулся. — Понимаш, меня кое-кто ждет.
— Неужто другая женщина! — удрученно проговорила служанка. — А я-то думала, что ты любишь только меня.
— Смилусся, Сейди!
— Ха, да он еще не совсем пьян, еще соображает!
Дерек без особого успеха попытался повернуться к автору оскорбительного замечания. Пьян? Кто пьян? Он? Да он трезв как стеклышко! Устал, правда, сильно… Да пол еще кривее стал…
С трудом, оторвавшись от стойки, Дерек начал двигаться к двери. При каждом шаге он почему-то все время спотыкался. Чертов пол! С трудом, выпрямившись в очередной раз, он взял себя в руки, нацелился на выход и медленно пошел, аккуратно переставляя ноги. Он был так внимателен, что не замечал возникавших у него на пути стульев и столов, сметая подносы с едой и бутылки.
Дерека неумолимо несло от одной катастрофы к другой, когда кто-то крепко ухватил его за локоть и у своего уха он услышал ласковый голос:
— Обопрись-ка на Сейди, дорогуша. А она поможет тебе добраться до дома.
Дерек расплылся в бессмысленной улыбке. Никогда в жизни он не встречал такой приятной женщины. И пахло от нее тоже приятно. Цветами. Самыми разными.
Через несколько минут они оказались на темной ночной улице, и Сейди начала потихоньку напевать. Дерек радостно присоединился. Горланить он перестал только тогда, когда они оказались перед дверью маленького убогого домишки. Сейди вытащила ключ, и Дерек в нерешительности качнулся назад.
— И хде мы?
— У меня дома, голубчик. Я же сказала тебе, что мы идем ко мне домой.
Дерек сразу погрустнел.
— Сейди, прелесть моя… — Язык так распух, что еле ворочался во рту и мешал внятно говорить: — Я лушше пойду домой — на мой корабль!
Глазки Сейди наполнились слезами.
— У меня же столько всего, чтобы доставить тебе радость, капитан! — Она вздохнула. — Хотя некоторые мужчины не любят толстых женщин. — На ее губах снова появилась игривая улыбка. — Но это не значит, что толстым женщинам не нравятся мужчины.
Она обняла его за шею, крепко прижала к своей необъятной мягкой груди и поцеловала долгим поцелуем прямо в губы. Поцелуй был более чем приятен, и Дерек не прервал его, хотя и не ответил.
Сейди оторвалась от него и, заморгав, грустно проговорила:
— Тебя что-то заботит, красавчик.
Дерек кивнул и начал искать свою шляпу. Потом с трудом припомнил, что он никогда не носил шляп, тупо уставился перед собой, соображая, что же делать дальше. Вспомнив, он повернулся к Сейди и с сожалением выговорил:
— Понимаш, если бы меня кое-кто не ждал…
— Да-да, я знаю. — Вставив ключ в замочную скважину, Сейди распахнула дверь и с надеждой спросила: — Ты точно уверен, что не хочешь заглянуть на пару минут?
— Боюсь, што нет.
Развернувшись на месте, Дерек двинулся вниз по улице. У него за спиной щелкнул дверной замок. До него дошло, что он только что отверг великодушный подарок действительно славной женщины. Он вздохнул. Была только одна женщина, которую он желал…
Дерек посмотрел на ночное небо, на яркий серп луны, приколотый к бездонному угольно-черному бархату у него над головой, и начал понимать, что сейчас намного позднее, чем он думал. Оглядевшись вокруг, он не узнал места и тронулся наугад по бесконечным кривым улочкам, толком не зная, в какой стороне находится порт.
Дерек потрогал свою гудящую голову. Устал он неимоверно. Ему нужен отдых. Он сделал еще несколько шагов, потом остановился возле какого-то дерева, кряхтя, уселся прямо на землю и с облегчением прислонился спиной к шершавому стволу. Он сейчас малость передохнет и отправится дальше.


Джиллиан перевернулась на другой бок и, приподнявшись на локте, взглянула на часы. И тут же, устыдившись, легла на спину и закрыла глаза. На часы можно было и не смотреть. Бледный свет начинающегося рассвета уже проник в иллюминатор, окрасив каюту в едва различимый розовый цвет.
Джиллиан уткнулась лицом в подушку, стараясь справиться с набежавшими на глаза жгучими слезами. Да что с ней такое? Дерек провел ночь в городе. Это произошло в первый раз, но наверняка не в последний. Она знала, что с ним все в порядке, более чем в порядке. Одри и Кристофер вернулись из таверны несколько часов назад и сказали, что Дерек отмечает встречу с каким-то старым другом и что он продолжил празднование даже после того, как этот друг ушел.
Когда они уходили, Дерек во все горло распевал похабные матросские песни. Ему, судя по всему, было очень весело, потому что он все время смеялся.
Джиллиан безуспешно пыталась прогнать горькие мысли. Ей было больно признать, что она никогда не видела, как улыбается Дерек, что она вызывала у него лишь гнев и другие еще менее приятные чувства. Еще труднее было признать, что Дерек ощутил потребность выбраться в город, чтобы расслабиться и развлечься, провести несколько беззаботных часов в компании с другом.
Джиллиан открыла глаза и снова взглянула на постепенно светлеющее небо. Все таверны и кабаки в городе уже давным-давно закрыты. Ей захотелось узнать, что сейчас делает Дерек.
Внезапно у нее над головой под чьими-то тяжелыми шагами затрещали палубные доски. Джиллиан мгновенно села. Донеслись невнятные голоса, потом хлопнула дверь, неверные шаги на лестнице, громкий глухой звук падения чего-то тяжелого. Она прислушалась. Неуверенные шаги послышались в коридоре. Джиллиан легла и закрыла глаза. И тут дверь каюты с треском распахнулась.
Спотыкающиеся шаги в каюте и тяжелый запах алкоголя… Около койки, покачиваясь, стоял Дерек. Она услышала, как он грязно ругнулся, и ощутила да себе его взгляд. Слегка приоткрыв глаза, она увидела, его бессмысленное хмурое лицо.
Дерек бесцеремонно повалился рядом с ней. Койка заходила ходуном под его грузным телом. Он повернулся к ней, что-то невнятно пробормотал и положил руку ей на грудь.
Джиллиан медленно открыла глаза. Она почувствовала цветочный запах и чуть придвинулась к Дереку. От него разило дешевыми духами.
Дерек снова что-то забормотал в пьяном забытьи. На этот раз Джиллиан прислушалась более внимательно.
— Сейди… только тебя… Я хочу только тебя…
Джиллиан задержала дыхание, борясь с рвущимися наружу рыданиями. Ее догадка полностью подтвердилась.
Сейди, от которой пахнет дешевыми духами. Сейди, к которой с такой легкостью переметнулся Дерек. Сейди, которая стала первой в длинной веренице других женщин.
Сейди, которая вернула ее к грубой действительности именно тогда, когда она начала верить, что…
От этой мысли ей стало невыносимо больно. Джиллиан довольно долго лежала, не двигаясь, потом осторожно приподняла руку Дерека, сняла ее со своей груди и положила поверх одеяла.



загрузка...

Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Ради любви - Барбьери Элейн



Хороший , серьёзный роман ! Рекомендую .
Ради любви - Барбьери ЭлейнМарина
21.11.2011, 16.15





Очень интересный роман. Прочитала на одном дыхании.
Ради любви - Барбьери ЭлейнЛена
3.07.2012, 14.05





Бесподобный роман. Захватывающий сюжет.Невозможно Оторваться от чтения.Все реалистично и соответствует историческим реалиям того времени.
Ради любви - Барбьери ЭлейнВ.З..64г.
28.09.2012, 23.14





10/10 супер давно не читала такого романа...
Ради любви - Барбьери ЭлейнМилена
8.05.2013, 8.38





Нет слов, чтобы описать все эмоции, которые охватывали меня во время чтения. Давно уже не попадалась книга, что захватывает с первой страницы. 10 баллов за книгу и отельное спасибо В.З..64г. Я всегда обращаю внимание на Ваш комм., что понравилось Вам, значит стоит почитать и мне.
Ради любви - Барбьери ЭлейнИванна
9.09.2013, 13.33





Супер! Супер! Супер!
Ради любви - Барбьери Элейнleka
9.09.2013, 21.16





Не понравилось.Осилила 6 глав.Гл.героиня не понравилась,невоздержанная и безмозглая.Понятно,что на корабле мрачная ситуация,но автор так все растянула-затянула,что конца не предвидится.
Ради любви - Барбьери ЭлейнГандира
10.09.2013, 0.05





Вообще не понравилось! не читать!!!
Ради любви - Барбьери Элейнвесенний цветок
10.09.2013, 9.47





Читать, но мне понравилось только в конце)До середины идет тяжеловато
Ради любви - Барбьери ЭлейнПупсик
11.09.2013, 1.22





невероятно)))браво браво
Ради любви - Барбьери Элейнанэтта
12.09.2013, 18.25





невероятно)))браво браво
Ради любви - Барбьери Элейнанэтта
12.09.2013, 18.25





Потрясающий роман,такие захватывющие сюжеты и как всегда волшебная любовь.Читайте роман,наслаждайтесь.
Ради любви - Барбьери ЭлейнАнна
15.09.2013, 0.50





Девственница испытала оргазм 2 раза!? И это с нелюбимым, малознакомым человеком с большим,извините, членом.Такое почти во всех романах и это бесит.Еще имя гг.-Джиллиан, какое-то мужское. А вообще роман супер, не оторваться.
Ради любви - Барбьери ЭлейнИ.О.
23.09.2013, 10.52





Девственница испытала оргазм 2 раза!? И это с нелюбимым, малознакомым человеком с большим,извините, членом.Такое почти во всех романах и это бесит.Еще имя гг.-Джиллиан, какое-то мужское. А вообще роман супер, не оторваться.
Ради любви - Барбьери ЭлейнИ.О.
23.09.2013, 10.52





Для И О, думайте обо мне что хотите, ваш комментарий не соответствует действительности. Тут физиология. По собственному опыту знаю. Извините за откровения. Встречалась я с парнем, (случай клин клином), была девочкой. От поцелуев и от всяких там) прикосновений..вобщем получила удовольствие, оставаясь при этом дев-й. После этого сильно переживала, что я испорченная , грязная, совесть заела так, что этого самого парня бросила..А жизнь пошла новым руслом.
Ради любви - Барбьери ЭлейнКира
23.09.2013, 12.06





средненько, я бы сказала. .. очень тяжело идет, особенно первая половина.. .только последние 4 главы понравились... 7/10
Ради любви - Барбьери ЭлейнЛилия_89
25.09.2013, 13.27





Больше всего меня поразило, что в те времена по закону за долги отца его семью продавали в фактически рабство в Американские колонии. А дальше - кому как повезет. Это историческая правда. И куковать бы тем сестрам в борделе, если бы одна из них не дала капитану на корабле. Роман супер интересный.
Ради любви - Барбьери ЭлейнВ.З.,65л.
10.10.2013, 11.51





Скучно...сопливо и неинтересно
Ради любви - Барбьери ЭлейнСветА
24.10.2013, 19.29





Аннотация немного невпопад: героиня не без гроша в кармане, а просто попала в рабство за долги отца, да и отношения с капитаном у неё возникли по необходимости для спасения сестры.rnНе сопливый роман, герои имеют свои переживания, много не логичных поступков, немного напрягает некая затянутость,но в целом - интересно.
Ради любви - Барбьери ЭлейнItis
7.11.2013, 21.01





Полная ерунда
Ради любви - Барбьери ЭлейнЕлена
10.03.2014, 9.45





Слишком много отрицательных персонажей, да и сам главный герой слишком мрачный
Ради любви - Барбьери ЭлейнVirginia
3.05.2014, 0.30





Книга интересна,у этого автора есть роман про Демиана и Амметистт, тоже оооочень интересна
Ради любви - Барбьери Элейнлуиза
14.10.2014, 11.40





Да,действительно гг немного напрягает - то своим острым языком которые не может сдержать, то тем что он внезапно куда-то делся и молчит как рыба когда надо говорить. А главное все они расцветают на третий месяц после родов...:)
Ради любви - Барбьери Элейнeli
19.12.2014, 19.08





Роман интересный, поражают законы того времени, реалистично все описано, гг г. настоящий мужик, гг г. дурковатая, роман точно не чтиво перед сном 9/10
Ради любви - Барбьери Элейнэля
13.03.2016, 19.08





Задумка интересная, многие вещи реалистичны, герои и первого и второго плана понравились, но изложение подзатянуто, читать скучновато, есть много нелогичных моментов и лишних деталей: 6/10.
Ради любви - Барбьери ЭлейнЯзвочка
14.03.2016, 1.02





Оч-оч понравилось.Прям-таки захватил роман.Да,каждый со своим характером...но уживаются в любви
Ради любви - Барбьери ЭлейнФАЙРА
27.10.2016, 15.46








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100