Читать онлайн Дерзкое обольщение, автора - Барбьери Элейн, Раздел - Глава 8 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Дерзкое обольщение - Барбьери Элейн бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.19 (Голосов: 32)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Дерзкое обольщение - Барбьери Элейн - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Дерзкое обольщение - Барбьери Элейн - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Барбьери Элейн

Дерзкое обольщение

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 8

Санта-Анна с мрачным видом стоял в стороне от людской толпы, обступившей танцплощадку. Его мысли были далеко от легкой музыки, наполнявшей великолепную асиенду Рамерес, и он не принимал участия в общем веселье. Пребывая в самом дурном расположении духа, он с нетерпением ждал момента, когда можно будет принести свои извинения хозяевам и вернуться во дворец. Если бы его присутствие не являлось необходимостью, если бы отказ не оскорбил премьер-министра, Санта-Анна ни за что не приехал бы на этот бал, первый в длинной череде новогодних праздников. Даже успехи в политике не способны были поднять ему настроение. Антонио не привык быть в проигрыше!
Он вспомнил, с каким рвением посещал все светские мероприятия, когда Моргана приехала в столицу. При одной только мысли об этой девушке кровь забурлила у него в жилах. Ее острый ум, безупречная красота – и его страстное желание познать эту красоту без покровов одежды… да, одно это заставляло его приезжать на все балы и праздники. С исчезновением девушки в его жизни возникла пустота, к которой он был совершенно не подготовлен и которую так и не смог заполнить. Признаться, с того самого утра в лесу, когда он прижимал к себе хрупкое тело Морганы, ему не хотелось смотреть на других женщин. Сегодня вечером он не мог дождаться того часа, когда можно будет покинуть шумный зал и уединиться у себя в спальне. Ему стала надоедать столичная жизнь. В политическом отношении вся власть была сосредоточена в его руках – в народе до сих пор происходили легкие волнения, так что президент свободно всем распоряжался.
Внезапно он вспомнил, как на прошлой неделе занимался решением техасского вопроса. Ему удалось собрать весьма важных особ: четырех генеральных секретарей, трех доверенных генералов, трех представителей национального конгресса из Коауилы и Техаса, а также Лоренцо де Савала и Стивена Остина. Встреча продлилась три часа, и все это время Остин разглагольствовал о необходимости отделения Техаса от Коауилы и образования независимого штата, с чем никак не желали соглашаться другие представители конгресса. Сумев сохранить доверие Стивена Остина, Антонио сделал для себя несколько важных выводов: во-первых, ему следует внимательно изучить декрет, отменяющий одиннадцатую статью закона от 6 апреля 1830 года, по которой американским предпринимателям и колонистам запрещалось селиться в Техасе, и, при отсутствии каких бы то ни было возражений, утвердить его; во-вторых, отрядить корпус, состоящий из кавалерии, пехоты и артиллерии, четырех тысяч отборных солдат под командованием генерала Мехии, на защиту побережья и границ страны; в-третьих, наладить почту и устранить любые препятствия, мешающие развитию сельского хозяйства и других «привилегированных» отраслей промышленности; наконец, Техас должен остаться в составе Коауилы, поскольку он не имеет достаточно средств для отделения. Он добавил также, что по желанию его обитателей Техас может быть провозглашен отдельной территорией, но подобных прецедентов в истории Техаса еще не было, и Санта-Анна не знал, как поступить.
В конце концов он принял решение уделить пристальное внимание требованиям англо-американских жителей Техаса, но так, чтобы ярые противники отделения этой колонии от Коауилы не сочли свои интересы задетыми. В то же время ему удалось собрать армию из четырех тысяч профессиональных солдат, которую он расположил в наиболее опасных районах. По его расчетам, эта армия должна была вызвать опасения техасцев, если бы им вздумалось принимать более активные меры к отделению. Понимая, что вопрос о разделе территории не разрешится никогда, он тем не менее вынес его на повестку дня. Конгресс специально попросил его об этом, и теперь отелов президента Санта-Анны зависело очень многое. Он сумел убедить доверчивого Остина в том, что целиком и полностью находится на стороне поселенцев из США. Полковник не замедлил сообщить об этом техасцам. Да, Антонио Санта-Анна в который раз проявил себя блестящим политиком…
Почувствовав внезапное нетерпение, Санта-Анна посмотрел на карманные часы. Еще чуть-чуть, и можно будет уходить…
В этот момент циферблат накрыла хрупкая рука, и глубокий женский голос тихонько поворковал:
– Ах, Антонио, ты уже смотришь на часы? Вам так скучно, мой дорогой друг?
Медленно подняв глаза, Санта-Анна увидел сначала гладкую кожу рук, нежный изгиб плеча в кремовом атласном платье, затем полные груди оливкового оттенка, откровенно выставленные напоказ, стройную шею, знакомые полные губы и, наконец, темные сверкающие глаза Консуэло де Артега.
Антонио всегда радовала смелость этой женщины, поэтому он отозвался с улыбкой:
– Да, Консуэло, уже поздно, а у меня был тяжелый день. Я скоро пойду.
Взяв президента под руку, Консуэло наклонилась к нему и прошептана, дразняще заглядывая в глаза:
– Помнится, раньше ты так не спешил покидать праздники, Антонио, и только в определенных случаях тебе не терпелось поскорее оказаться в постели. Да, эти самые «определенные случаи» я помню очень хорошо.
Вскинув темные брови, Санта-Анна попытался скрыть, как его раззадорил этот дерзкий намек Консуэло. Он и забыл, до чего привлекательная была эта женщина, сколько страсти горело в ее черных глазах.
– С тех пор много воды утекло, Консуэло. – Оглядев комнату, он спросил: – Я что-то не вижу твоего мужа. Он разве сегодня не с тобой?
Нимало не смутившись, Консуэло потерлась полной грудью о руку президента и легко добилась желаемого: Санта-Анна бросил одобрительный взгляд в ее декольте.
– Мы пришли вместе, но он так быстро устает, Антонио, ты же знаешь. Он давно уже ушел домой и оставил меня развлекаться в одиночестве. Он очень добрый человек и относится ко мне скорее как к внучке. За исключением тех редких случаев, когда он навещает меня в спальне, мой муж не препятствует моим развлечениям. Но тебе, конечно, об этом известно, Антонио…
– Да, твой муж всегда отличался щедростью, Консуэло. А еще он очень практичный человек. Он был счастлив жениться на молодой красивой девушке в обмен на ряд послаблений в деле управления своими поместьями. Он заверил меня в том, что совершенно не ревнив, а хочет только получить небольшую долю собственности… совсем небольшую. И я подумал, что это идеальный вариант для молодой Консуэло Мартинес без гроша за душой…
Заглянув на секунду в черные, почти как ее собственные, глаза президента, Консуэло опустила взгляд на его губы. Соблазнительно проведя по ним язычком, она тихонько проворковала:
– Давай прогуляемся по саду, Антонио. Здесь очень душно, ты не находишь?
– Да, Консуэло, если хочешь, я уделю тебе несколько минут перед уходом.
Рассмеявшись, женщина произнесла небрежно:
– Это лишь часть того, что я хочу, Антонио, querido.
Чувствуя, как учащается пульс, Санта-Анна улыбнулся и покорно пошел по направлению к двери во внутренний дворик. Он и забыл, как обворожительна Консуэло, как красива… но не забыл, насколько она проницательна. Прежде чем делать какие-либо выводы, ему нужно было выяснить ее истинные намерения.
После душного бального зала вечерний воздух приятно освежал. Антонио выбрал тропинку, которая вилась между цветущими кустарниками и небольшими деревьями, скрывавшими гостей от любопытных взглядов. Остановившись, он посмотрел на Консуэло.
Взяв его руки в свои, Консуэло поднесла его ладони к губам, а потом, не отрывая от него глаз, опустила себе на грудь. Закрыв глаза, она молча наслаждалась прикосновениями горячих пальцев, а потом, поймав взгляд Антонио, прошептала хриплым чувственным голосом:
– Ты так давно не был в Манга-де-Клаво и не видел донью Инессу, так давно не знал женской ласки! А я давно не знала мужской ласки, Антонио.
Санта-Анна осторожно ласкал кончиками пальцев полные груди женщины, и она, чувствуя нарастающую страсть, прикрыла глаза и пробормотала:
– Я тоже собиралась уходить. Здесь нет того, что мне нужно. – Консуэло, чувствуя собственное возбуждение, прижалась к широкой груди Санта-Анны. Тая под ласками его опытных рук, она стала нарочито соблазнительно тереться об него и, нащупав его жезл, принялась осторожно его поглаживать. – Да, Антонио, я, пожалуй, попрощаюсь с Констанцией, а потом прикажу кучеру отвезти меня в апартаменты за городом. Ты, разумеется, знаешь дорогу, – мягко прошептала она.
Судя по тому, как вспыхнуло лицо президента и каким прерывистым стало его дыхание, Консуэло добилась желаемого эффекта и теперь ждала ответа.
– Да, Консуэло, я прекрасно помню дорогу, – хрипло прошептал он.
– Отлично, в таком случае я уеду прямо сейчас, чтобы дать тебе возможность соблюсти приличия. – Мужское естество в ее ладони увеличилось в размерах и затвердело, и, упиваясь собственной властью над этим могущественным человеком, она ласково проговорила: – И я буду ждать тебя в огромной мягкой постели, которую ты тоже помнишь. Мое тело будет ждать тебя, Антонио, мои губы будут мечтать прикоснуться к тебе, снова попробовать тебя на вкус… Не забыл?
– Хватит! – воскликнул Санта-Анна задыхающимся голосом и, оторвав руку Консуэло от пульсирующей плоти, сделал шаг назад. – Пойди извинись перед хозяевами и жди меня в своей большой белой кровати. Я последую твоему примеру. – Внезапно схватив ее за плечи, Санта-Анна привлек ее к себе и запечатлел на губах дикий обжигающий поцелуй. Так же неожиданно отпустив ее, он коротко приказал: – А теперь иди! Делай, как я говорю, и жди меня! И будь уверена, ты не пожалеешь, как бы долго ни пришлось ждать!
– Да, Антонио… только постарайся не задерживаться.
С этими словами Консуэло развернулась и вышла из сада. На губах у нее играла легкая удовлетворенная улыбка.


По-военному расправив плечи и сохраняя невозмутимое выражение лица, Санта-Анна поднимался по знакомой черной лестнице. Глянув вниз, он обнаружил; что вторая ступенька по-прежнему сломана. Переступив через пробоину, он оказался на втором этаже. Прошло уже почти два года с тех пор, как он был в этом доме в последний раз. Странно, что Консуэло до сих пор держала эти апартаменты. Наверняка здесь за это время побывали многие мужчины, но Антонио это нисколько не волновало. Пока ему было нужно, Консуэло принадлежала ему одному, а за это он обеспечил ей достойную жизнь. И в то же время он понимал, что Консуэло скучает по нему, что ей так и не удалось найти мужчину, достойного ее… К сожалению, о себе он не мог сказать того же. Да, Консуэло оказалась страстной и преданной любовницей, но он знал и других подобных женщин. Правда, донья Инесса не принадлежала к их числу. Он давно уже отказался от попыток разжечь эту холодную статую. Что ж, сегодняшнюю ночь он, во всяком случае, собирался провести в той самой большой белой постели, о которой говорила Консуэло. Санта-Анна не сомневался, что любовница сделает все, только бы доставить ему удовольствие. Да, это будет незабываемая ночь; и пусть у нее нет густых каштановых локонов, которые снились ему по ночам, нет кремово-белой кожи, к которой он мечтал прикоснуться, нет ангельского личика и огромных карих глаз, которые жгли его золотыми искрами, он притворится… представит себе, что занимается любовью с Морганой Пирс, чтобы снять напряжение последних месяцев.
Снова нахмурившись, Санта-Анна подошел к знакомой двери. Он не стал стучать, зная, что дверь открыта. Консуэло всегда умело пользовалась предоставляемой ей свободой, соблюдая осторожность в такого рода делах, и президент не мог не восхищаться ею. Будь она мужчиной, он бы сделал ее своим советником, потому что в качестве врага она представляла бы большую опасность.
Приоткрыв дверь, Санта-Анна немного помедлил, чтобы привыкнуть к темноте. Комната практически не изменилась: здесь по-прежнему находилась доставленная из Франции изящная мебель, одна из прихотей Консуэло. Огромная кровать под балдахином была затянута белым атласом в тон тяжелым гардинам, закрывавшим ее от внешнего мира. По обеим сторонам от кровати на ночных столиках слабо горели лампы, освещая неподвижную фигуру на постели. От неприкрытой чувственности этой сцены кровь прилила к чреслам Антонио. Он подошел ближе к кровати и невольно вскрикнул, увидев Консуэло. Она наблюдала за его действиями, прикрыв глаза от страсти. Блестящие черные локоны струились по обнаженным плечам. Сорочка из тончайшего белого кружева, сквозь ткань которой просвечивала оливкового оттенка кожа, почти не скрывала чувственных округлостей ее тела. Приподнявшись на локтях, Консуэло откинулась назад, так что ее грудь подалась вперед, а волосы рассыпались по подушке. Присмотревшись повнимательнее, он заметил, что она подкрасила соски, и, ощутив внезапное желание сорвать с нее белое кружево, чтобы насладиться зрелищем ее полной груди, ускорил шаг.
Не говоря ни слова, он посмотрел в глаза Консуэло и начал раздеваться. Увидев его обнаженный торс, она напряженно облизала губы, и от этого кровь застучала в висках у Антонио.
У Санта-Анны не было сомнений, что Консуэло отчаянно хочет его, и, понимая, что мучает ее, он продолжал нарочито медленно снимать с себя одежду. При виде его напряженного естества она протянула к нему дрожащие руки.
– Иди ко мне, Антонио, – низким умоляющим голосом произнесла она, глядя снизу вверх на своего повелителя, который наслаждался огнем желания в ее взоре. – Иди ко мне, милый. Я столько раз проводила время с мужчинами, представляя себе, что это ты! И теперь я хочу, чтобы ты наполнил меня своей страстью!
Санта-Анна по-прежнему медлил, и на лице Консуэло отразилась неподдельная мука, когда она снова позвала его. Антонио упивался этим мгновением. Она хотела его… сходила по нему с ума… умирала от желания прикоснуться к нему… точно так же как он сходил с ума от желания обладать Морганой. По непонятной причине боль в глазах Консуэло облегчала его собственные страдания.
Осознав, что он не спешит, Консуэло слезла с кровати и встала рядом с ним. Обняв его руками за шею, она припала к его губам в страстном поцелуе, скользнув языком в приоткрытые губы, как это раньше делал он. Она целовала его долго и глубоко, и наконец Антонио обнял ее и тесно прижал к себе, уняв ее тревогу. К счастью, он не мог скрыть силу своего желания, и Консуэло, скользнув рукой вниз, обхватила жезл его страсти и опытными пальцами принялась поглаживать его, наслаждаясь ощущением собственной силы. Санта-Анна медленно отстранился, и в следующее мгновение они оказались на постели, извиваясь и двигаясь, стремясь слиться друг с другом воедино. Белое кружево разорвалось с мягким треском, к которому присоединился удовлетворенный стон Консуэло, когда Антонио резко вошел в нее. Затем последовала короткая пауза, во время которой Санта-Анна пытался обрести контроль над собой, а Консуэло дразнила его, призывно приоткрывая губы и проводя по ним кончиком языка. Не в силах больше сдерживаться, он начал двигаться в ней, и очень скоро в тишине спальни раздался громкий вскрик человека, достигшего пика наслаждения. Санта-Анна скатился с женщины и бессильно растянулся рядом, прерывисто дыша.
Когда сердцебиение успокоилось, Антонио долго лежал с закрытыми глазами, не желая возвращаться к реальности и видеть рядом с собой на подушке лицо испанки. Стоило ему войти в Консуэло, как он дал простор фантазии. Ему казалось, что это Моргана, что это ее тело с такой готовностью раскрывается ему навстречу. Он боялся открыть глаза и развеять прекрасное видение.
– Антонио… – ворвался в его мысли низкий хриплый голос. – Антонио, посмотри на меня, querido. – Когда наконец, поддавшись на уговоры, он взглянул на нее, то поразился полыхавшему в ее темных глазах огню. – А теперь, мой прекрасный мексиканец, теперь, хозяин моих снов, я доставлю тебе удовольствие. – Оседлав его и сжав бедра нежными коленями, она произнесла тихим грудным голосом: – Мы оба надолго запомним эту ночь, Антонио. И когда ты будешь вспоминать об этой ночи, милый, ты будешь видеть мое лицо, и только мое. Я поклялась себе, что сделаю это, и добьюсь, что ты будешь выкрикивать мое имя, а не имя другой женщины, как ты сделал только что.
В ответ на его потрясенный взгляд она молча кивнула и, не отрывая глаз от его лица, мягко прошептала:
– Ты будешь звать Консуэло, а не Моргану, и сегодняшней ночью я буду единственной женщиной в твоей жизни.
Много часов спустя Антонио лежал на широкой, застеленной атласными простынями кровати. Верная своему слову, Консуэло подарила ему волшебную ночь, использовав все приемы для продления удовольствия от любви. Физически опустошенный, Санта-Анна повернул голову и взглянул на лежащую рядом женщину. Ее глаза были закрыты, и это дало ему возможность молча понаблюдать за ней в течение нескольких секунд. Да, Консуэло отличалась красотой и с тех пор, как они в последний раз занимались любовью, приобрела богатый опыт. Он не сомневался, что мужчины по-прежнему боролись за право оказаться в ее постели, а если им это удавалось, то мечтали вернуться туда. Да он и сам не прочь будет повторить сегодняшнюю ночь, если Моргана в ближайшее время так и не вернется. Да, Консуэло – красивая и страстная женщина, но не Моргана Пирс, которая в настоящий момент занимала все его помыслы.


Почувствовав на себе его взгляд, она еще некоторое время лежала с закрытыми глазами, чтобы хоть немного унять ярость Да, сегодня она доставила ему много удовольствия, призвав на помощь весь свой опыт. Пожертвовав своей гордостью, она подстроилась под него, и только после многих часов любви достигла пика наслаждения, которое он тут же украл у нее, взглянув холодно и безучастно. Это оказалось горькой пилюлей. Она никогда не переставала хотеть и любить Антонио, а он явно переключился на другую. Эта Моргана… эта американка, которую похитили несколько месяцев назад, до сих пор владела сердцем президента. Ее затопила горячая волна необузданной ревности, и внезапно ей стало невмоготу выносить взгляд этого человека. Сегодня она забыла о гордости, и ее место заняла жажда мести, желание заставить его почувствовать такую же боль.
В обществе, где она вращалась, ни для кого не было секретом, что президент Мексики поддался чарам прекрасной племянницы генерала Эскобара и выставляет себя из-за нее на посмешище. Она удовлетворила подогретый ревностью интерес, разузнав, что Моргана Пирс прибыла в Веракрус на одном корабле с Девоном Говардом, который гак удачно оказался ее попутчиком во время поездки в Салтильо. Поняв, что ее дважды использовали, Консуэло преисполнилась гнева, и лишь надежда на то, что Антонио, устав от одиночества, вернется к ней хотя бы ненадолго, заставила ее проглотить обиду и подойти к нему. То, что в порыве страсти он выкрикнул имя Морганы, доставило ей нестерпимую боль.
Встав с постели, Консуэло медленно подошла к умывальнику, смочила полотенце в воде и провела им по шее и плечам, прежде чем снова вернуться к Антонио. Выдавив из себя улыбку, она медленно проговорила:
– Счастливый случай привел тебя сегодня ко мне в постель, Антонио.
– О, я бы не стал списывать все на счет случайности, Консуэло. Ты представила весьма убедительные доводы. Поздравляю. Ты очень искусная, просто замечательная любовница…
Придя в ярость от того, как Санта-Анна описал ту бездну любви, которой она одарила его этой ночью, Консуэло медленно подошла к постели и, спрятав гнев под улыбкой, присела на краешек.
– Спасибо, Антонио. Я рада, что тебе понравилось. Это помогло мне избавиться от неприятного воспоминания о том, как техасец отказал мне. Очень досадно было сознавать, что я не способна возбудить страсть в этом презренном животном.
Мгновенно насторожившись, Санта-Анна осторожно проговорил:
– Ты, я полагаю, имеешь в виду Девона Говарда, которого я направил с тобой в Салтильо несколько месяцев назад?
– Да, он очень красивый мужчина, и мне приятно было проводить с ним время, но его сердце было далеко. Он признался, что по пути из Америки испытал страсть, ему ответили взаимностью, и он никак не может забыть об этом. Я простила его за откровенность.
В лицо Антонио постепенно стали возвращаться краски.
– Он испытал разделенную страсть во время путешествия из Америки? – Внимательно всматриваясь в лицо Консуэло и надеясь поймать ее на лжи, Антонио тихо продолжил: – А Девон рассказал тебе какие-нибудь подробности?
– Нет, милый, я больше не настаивала. Мне не хотелось слушать, какими качествами обладает женщина, сумевшая внушить мужчине такую любовь. Но кое-какие подозрения на этот счет у меня имеются…
– И какие же?..
– Это не важно, Антонио. Мне пора домой. Если я останусь на всю ночь, то будет скандал. Муж позволяет мне пользоваться свободой в определенных границах, и я не хочу его злить.
Она уже хотела встать с кровати и заняться туалетом, как вдруг Антонио грубо усадил ее обратно:
– Это я буду решать, во сколько мы закончим, Консуэло. Боюсь, своим потаканием муж совсем испортил тебя. Ты вынуждаешь меня поговорить с ним и пожаловаться на твое поведение.
Не в силах сдержать гнев, Консуэло горячо воскликнула:
– Даже не вздумай! Что тебе от меня надо?
– Расскажи о своих подозрениях…
– Я подозреваю, что твою драгоценную Моргану Пирс похитили не разбойники, как ты считаешь, а этот презренный техасец! Еще ни один мужчина не отказывал мне, если, конечно, не был уверен, что получит то же самое в другом месте. И я решила, что Моргана Пирс – это единственная женщина, которая может его интересовать. Разве не с ней он проделал такой долгий путь из Нью-Йорка в Веракрус? Разве у них не было времени на короткий роман? Вспомни, Антонио, ты же много раз видел их вместе. Как ты думаешь, я правильно мыслю? Разве мое предположение не отвечает на многие вопросы? Ты не мог разыскать сеньориту Пирс и ее похитителей в горах только потому, что их там нет!
Консуэло хрипло рассмеялась, увидев, как потемнело от гнева лицо Санта-Анны, но в следующий миг задохнулась от боли, потому что получила увесистую пощечину. Оттолкнув Консуэло в сторону, Антонио вскочил с постели и стал поспешно одеваться. Застегнув брюки, он злобно процедил:
– Ты слишком далеко зашла, Консуэло. Ты хорошо исполнила роль моей шлюхи, но посмела насмехаться надо мной! Эта глупая история, которую ты сочинила, лишний раз доказывает, что тебе нельзя доверять!
Обретя возможность говорить, Консуэло злобно процедила:
– Ты хочешь поверить в то, что я лгу, но не можешь. Правда, Антонио? Я думаю, что в данный момент твоя драгоценная Моргана и Девон Говард лежат в одной постели и занимаются любовью… И не сомневайся: красивый техасец заставит ее выкрикивать его имя, а не твое!
Засверкав глазами от гнева, Санта-Анна принялся хлестать ее по лицу, приговаривая:
– Puta! Marrano!
Наконец заметив тоненькую струйку крови в уголке губ Консуэло, президент взял себя в руки и оттолкнул ее с такой силой, что она упала на белые атласные простыни, где всего несколько минут назад они предавались любви. Не обращая внимания на ее сдавленные рыдания, он отвернулся и продолжил одеваться. Покончив с этим, он снова посмотрел на нее:
– Жаль, что ревность толкнула тебя на поступок, который я не смогу простить, Консуэло. Только в память о прежних временах я не буду принимать строгих мер. Но предупреждаю: не приближайся ко мне. Ни при каких обстоятельствах. И не вздумай больше нигде повторять эту историю, которая родилась в твоем воспаленном воображении. Ты прекрасно знаешь, что в Мексике есть тюрьмы, оказавшись в которых женщины умоляют о смерти. Если не хочешь провести остаток дней в земляной яме, держи язык за зубами! Больше я повторять не намерен!
– Антонио. – Почувствовав, что перегнула палку, Консуэло решила польстить его задетому самолюбию. – Антонио, прошу тебя. Ты прав. Я все это придумала из ревности. Я люблю тебя и хочу, чтобы ты вернулся ко мне. Я хочу, чтобы ты всегда думал только обо мне.
– Шлюха! Ты для меня больше не существуешь. И если о твоем существовании мне напомнит история, которую я сейчас услышал, то можешь быть уверена, что у тебя нет шансов остаться в живых!
– Антонио!
Президент резко перебил ее:
– Silencio, puta! Usted es muerte!
type="note" l:href="#n_26">[26]
Быстро выйдя в коридор, Антонио с грохотом захлопнул за собой дверь. Задержавшись на минуту, чтобы взять себя в руки, он машинально расправил плечи и принялся спускаться по лестнице с невозмутимым видом, отлично скрывавшим бушевавший внутри его гнев. Puta! Шлюха! Она все наврала! Его Моргана не могла иметь дело с Девоном Говардом… она чистая невинная девушка, в которой он собирался разбудить чувственность. Разве тем утром в лесу она не проявила свою непорочность? Внезапно перед мысленным взором Антонио встало лицо Девона Говарда в тот момент, когда он застал их с Морганой… увидел девушку лежащей под ним и обнимающей его за шею. Моргана прижалась к нему, чтобы защититься от взгляда техасца. Да, он подозревал, что Говард питает какие-то чувства к Моргане, но после того как он съездил в Салтильо в компании с Консуэло, у него не осталось шансов. Нет, Консуэло все наврала. Санта-Анна старался даже не думать о том, что Моргана могла испытывать к Девону.
К тому времени как Санта-Анна вышел на улицу, в голове у него созрело неосознанное решение. Если все это правда, то Девону Говарду не жить!


Моргана подняла глаза от мыльной воды, в которой лежали ее руки, и посмотрела за горизонт. Она никак не могла привыкнуть к плоской равнине, к бескрайней прерии, тянувшейся на многие километры. Огромное синее небо сливалось на горизонте с коричневой землей. Лишь редкие облачка иногда возникали на лазурном просторе, с высоты которого солнце заливало землю своими лучами. Для конца октября стояла на удивление теплая погода. Несколько минут назад Моргана вышла во двор постирать. Несмотря на многочисленные протесты Мелли, она так и не позволила слугам взять на себя дополнительную работу. Ей почему-то не давалась роль изнеженной гостьи.
Трудно было поверить в то, что она провела в доме Девона почти два месяца. Если у нее и была мысль попытаться сбежать, то она очень быстро испарилась, стоило девушке почувствовать, с какой тщательностью за ней следят. Ей не мешали свободно перемещаться по дому и вокруг него, но Девон все устроил так, что она постоянно находилась под чьим-то бдительным присмотром. Когда ей случалось заглянуть по делам в сарай, кому-нибудь неизменно требовалось попасть туда же. Каждый раз, входя в сад, она натыкалась на приветливые взгляды рабынь. Даже ее передвижения из комнаты в комнату не оставались незамеченными. Не прошло и нескольких дней, как девушка поняла, что она в этом доме пленница и что, даже если удастся выкрасть лошадь и покинуть поместье, ее все равно поймают. Девон намекнул, что все соседи оповещены о ее пребывании в его доме. Моргана понимала, что ее шансы равны нулю.
По прошествии двух месяцев она по-прежнему не знала, когда сможет вернуться в Мехико. Несколько дней назад стало известно, что полковник Остин предстал перед судом, как и обещал Антонио, но вместо того чтобы снять с него все обвинения, суд отложил слушание дела и освободил полковника под залог. При воспоминании о том, какое было лицо у Девона, когда он прочел донесение, у девушки неприятно сжался желудок. Наклонившись, она принялась намыливать голубое платье. Когда она попыталась выведать у Девона, какие у него планы касательно ее судьбы, он ничего не ответил.
В эти два месяца ей пришлось нелегко. Мало кто в поместье разделял презрительное отношение к ней Девона, но все равно девушка чувствовала себя неуютно. Она ничем не могла угодить хозяину дома. Если слуги тепло ее приветствовали, он хмурил брови; стоило ей перекинуться словечком с наемным работником, он тут же делал ей замечание; а уж если она разговаривала с его отцом за ужином, то Девон не считал нужным скрывать своего гнева. Так что ночной кошмар продолжался, и конца ему не было видно.
Чтобы избавиться от невеселых размышлений, Моргана наклонилась над раковиной и стала энергично тереть платье. На ней были юбка с блузкой, в которых она приехала из столицы. Дело в том, что Моргана боялась испортить предоставленный ей гардероб, выполняя черную работу. Сэм проявил щедрость, разрешив Мелли выдать девушке еще три платья из гардероба его покойной жены. Это были скромные наряды, но каждый из них был настолько аккуратно сшит и отделан, что Моргана ценила их куда больше, чем те модные туалеты, которые привыкла носить в столице в своей прошлой жизни. Прошлая жизнь… девушка вспоминала о ней, как о чем-то очень далеком, чему уже не вернуться. И эта мысль пугала ее. Ей не хотелось провести остаток дней в тех жутких условиях, в каких она пребывала сейчас.
– Мисс Моргана…
Неожиданно прозвучавший глубокий голос отвлек девушку от тягостных мыслей, и, подняв глаза, она увидела улыбающегося Джона Фуллера.
– Я не хотел напугать вас, мэм.
– О, ты не испугал меня, Джон. Я просто задумалась и не заметила, что ты уже здесь.
– Знаю. – Ласково улыбаясь, молодой человек скользнул взглядом по ее лицу. – Я довольно давно наблюдаю за вами…
– Значит, роль моего сторожевого пса выполняешь ты?
Заулыбавшись еще шире, Джон отрицательно покачал головой:
– Нет, мэм. Я просто любовался вами. С тех пор как вы здесь, я так редко вижу вас, что решил воспользоваться счастливым случаем и насмотреться вдоволь.
Почувствовав укор совести, Моргана опустила глаза, не в силах вынести его пристального взгляда. В ее памяти всплыл разговор между Девоном и его отцом, которому она случайно стала свидетельницей неделю назад. Не успев еще разобраться с устройством дел в поместье, она и не подозревала, что Джона заставляют выполнять больше работы, чем всех остальных, чтобы он держался подальше от дома. Своим низким строгим тоном Сэм заявил, что вернет Джона обратно и больше не позволит личным чувствам Девона мешать работе поместья. Сначала Девон пытался спорить с отцом, а потом хлопнул дверью и вернулся домой только под утро.
– Жаль, что здесь так мало женщин, а то бы вы…
Отрицательно покачав головой, Джон тихо проговорил:
– Да будь здесь хоть дюжина женщин, это ничего не изменило бы, мисс Моргана. Я не могу поверить в то, что говорит о вас Девон… что вы… – Не закончив фразы, он тихо продолжил: – Я понимаю, что Девону не нравится, когда я брожу вокруг дома, но надежда увидеть вас – это единственное, что поддерживает меня в течение дня.
Не в силах противостоять искреннему теплу во взгляде молодого человека, Моргана улыбнулась. Джон Фуллер был очень привлекательным юношей, веселым и улыбчивым. И в то же время сквозь юношескую мягкость просвечивала спокойная доброта взрослого мужчины. Инстинктивно проникшись доверием к этому человеку, Моргана долго смотрела ему в глаза. Она запоздало поняла, насколько опасен был этот поступок, когда Джон сделал шаг вперед и провел мозолистой рукой по ее щеке. Когда он заговорил, нежность в его голосе показалась девушке просто невыносимой:
– Я знаю, как вы несчастны, мисс Моргана, и от всей души хочу, чтобы грусть исчезла с вашего лица.
Ласково скользя по ней взглядом, он продолжал мягким голосом:
– Я был бы рад, если бы вы согласились прогуляться со мной после ужина. Вы провели здесь уже два месяца, и вряд ли это может показаться кому-то предосудительным. Меня все время мучает боль, и эта боль – вы, мэм. – Прикоснувшись кончиками пальцев к губам девушки, он прошептал: – Я хочу видеть вас счастливой и улыбающейся… черт, я хочу увидеть ямочку вот здесь… – Джон нервно сглотнул.
Моргана молчала, не отрывая глаз от молодого человека, и тогда он повторил:
– Давайте прогуляемся вместе после ужина…
Не успев договорить, Джон отлетел в сторону, едва удержавшись на ногах от мощного удара, и перед ними возник Девон, яростно сжимавший кулаки.
– Никуда она с тобой не пойдет, мерзкий ублюдок! Если у тебя есть хоть капля мозгов, ты немедленно вернешься к работе, а не то я вытрясу из тебя душу.
Джон наконец обрел равновесие и густо покраснел. Он медленно подошел к Девону, с трудом сдерживая гнев.
– Я думаю, это дело мисс Морганы, а не твое, Девон.
Переводя взгляд с разъяренного лица Девона на обиженного Джона, Моргана почувствовала первые признаки надвигающейся бури. Она не могла допустить такого! Она ничего не сделала, просто ответила Джону добром на добро… потянулась к исходящему от него теплу…
– Девон, прошу тебя! – Обернувшись к Джону, она произнесла надломленным голосом: – Прости меня, Джон, но я не смогу прогуляться с тобой. Ты очень добрый и нравишься мне, но… но…
– Ты слышал, Джон! Убирайся отсюда и займись делом! И если я еще хоть раз увижу тебя здесь…
– Не смей указывать мне, что делать, Девон! Мисс Моргана здесь не в тюрьме. Сэм сказал, что к ней надо относиться как к гостье.
Мгновенно вспыхнув, Девон резко схватил юношу за грудки и яростно проскрежетал:
– Убирайся отсюда, жалкий ублюдок, иначе я сотру тебя в порошок…
Джон высвободился из рук хозяина и двинулся на него, кипя гневом, когда вдруг по двору разнесся громкий голос:
– А ну-ка прекратите!
Увидев Говарда-старшего, направлявшегося к ним, Моргана испытала невероятное облегчение.
– Иди работай, Джон! Поговорим об этом после, когда вы оба немного поостынете. – Не дождавшись ответа юноши, он повернулся к сыну, и его бледное лицо покраснело от ярости. – А с тобой, Девон, я хочу поговорить в кабинете!
– Я никуда не пойду, пока этот ублюдок здесь!
Сэм перевел взгляд на неподвижного молодого человека, который тяжело дышал, едва сдерживая гнев.
– Я же просил тебя вернуться к работе, Джон! Сейчас же! Будь я проклят, если позволю своим работникам драться посреди двора как собакам. Иди!
Оглянувшись на Моргану, Джон медленно развернулся и пошел прочь.
Проводив его глазами, Сэм снова обернулся к сыну и строго повторил:
– А теперь пройдем со мной в кабинет, мой мальчик!
Искоса посмотрев на Девона, Моргана успела заметить, с каким презрением он взглянул на нее, прежде чем удалиться вслед за отцом.


– Что с тобой, Девон? Ты ведешь себя как полный идиот! С тех пор как Моргана появилась в нашем доме, ты стал другим человеком! За два месяца, проведенных здесь, она не сделала ничего плохого. А теперь я хочу знать, что тебя мучает?
Сидя за широким столом в своем кабинете, Сэм Говард мрачно смотрел на сына.
– Тебе не кажется, что я знаю Моргану лучше, чем вы все? Ты забываешь, что я провел с ней немало дней в пути. Я прекрасно знаю эту женщину… знаю, какой порочной она может быть.
– Ты влюблен в нее, Девон? Ты ревнуешь и поэтому нападаешь на Джона?
– Влюблен? Что за ерунда? Черт, ничего глупее представить себе не могу! Нет, когда она покинет этот дом и вернется к своему любовнику, я буду счастливейшим из смертных!
При этих словах губы Сэма Говарда сжались в суровую линию. Ему не нравилось, что Девон так говорил о молодой женщине, к которой он успел привязаться. Правда, когда дело касалось Морганы, Девон отказывался мыслить здраво, поэтому Сэм решительно произнес:
– Мне этого недостаточно, Девон. Я хочу, чтобы ты кое-что понял. Я не потерплю скандалов между тобой и работниками. Что бы тебя ни мучило, держи это при себе! Ясно? И пока Моргана находится в этом доме, я требую уважения к ней! Насколько мне известно, она настоящая леди, и к ней надо относиться подобающим образом. Понятно?
– Да, Сэм, понятно. – В голосе Девона прозвучала тихая угроза, причину которой Сэм так и не смог понять. Не желая продолжать этот бессмысленный спор, он коротко проговорил:
– Помирись с ней! Мне надоели ваши постоянные ссоры!
Помолчав несколько минут, Девон устремил на отца долгий угрюмый взгляд:
– Хорошо, Сэм. Будь по-твоему.
Он немного помедлил, чтобы окончательно успокоиться и дать отцу возможность вникнуть в смысл его слов, а потом развернулся и спокойным шагом вышел из комнаты. Глядя на дверь, за которой исчез сын, Сэм невольно хмурил брови. Не нравилась ему эта внезапная покорность со стороны Девона… ох как не нравилась.


– Единственное, чего я не могу понять, как Стив попался на удочку Санта-Анны! – воскликнул Девон, глядя на отца с выражением гнева и недоумения. В тот вечер вокруг стола собрались, как обычно, все работники ранчо, и каждый стремился высказать свое мнение по поводу депеши, полученной накануне от Стивена Остина. Разговор был громкий и оживленный. Для Морганы эта новость оказалась настоящим ударом. С полковника до сих пор не сняли обвинения, и, несмотря на бодрый тон письма, в деле, по которому он отправился в Мехико, не намечалось никакого прогресса.
С того момента как девушка заняла место за общим столом, ее тревога возрастала с каждой минутой. Окинув взглядом лица присутствующих, она поняла, что отношения между колонией и столицей находятся под угрозой. Джед Маркем покраснел, что было ему совсем несвойственно; Рауль Рафрага, который привык хранить молчание за столом, на сей раз открыто высказал свое недовольство поведением Санта-Анны; Джим Уоррен также всем своим видом выражал враждебность. По мере того как обстановка накалялась, Моргана чувствовала на себе все более тревожные взгляды Джона Фуллера.
Из всех присутствующих Девон был самым красноречивым, и каждое его слово дышало яростью:
– Стиву давно пора понять, что Санта-Анна – лживый ублюдок, который заранее знал, как будет решен техасский вопрос! Но Стив продолжает наивно полагать, что Санта-Анна на нашей стороне, особенно после его «великодушного» предложения объявить Техас независимой территорией. Он, черт возьми, прекрасно понимает, что в этом статусе Техас будет подвержен еще более строгому контролю со стороны государства, чем если бы он находился в составе страны! А еще Санта-Анна даже не упомянул о нашем требовании изменить систему налогов!
– Я обеспокоен также, как и ты, Девон, но в то же время уверен, что Стив не сделает ничего без нашего ведома, – спокойно проговорил Сэм. – Впрочем, это даже к лучшему, что он не может сейчас покинуть Мехико. Нам необходимо иметь в столице своего человека, и мы…
– Мне кажется, вы слишком поспешно судите Санта-Анну… – Внезапное вмешательство Морганы заставило всех обернуться к ней, и, не в силах долее сдерживаться, девушка продолжила натянутым голосом: – Никто из вас не думал о том, что полковник Остин может не подходить для возложенной на него миссии?
Чувствуя на себе горячий взгляд Девона, Моргана решительно проговорила: j
– Санта-Анна сделал очень много для объединения страны. Только благодаря ему фракции, еще в начале года разрывавшие Мексику на части, теперь объединились и успокоились.
Раздавшийся справа от девушки глубокий голос Сэма заставил ее на время прерваться и обратить на него внимание:
– Ты смешиваешь разные понятия. Санта-Анне предстоит еще сделать очень многое, чтобы доказать…
– Как вы можете такое говорить, Сэм?! – недоуменно воскликнула Моргана. – Он герой! Он много раз вел войска в бой, он рисковал жизнью ради Мексики! Он знает свое дело!
– Да, он, черт возьми, знает свое дело и знает, чего хочет! – бесцеремонно вмешался Девон. – Он хочет стать диктатором! Он хочет, чтобы народ боготворил его и молился на него! И он, конечно, мечтает о большом будущем для мексиканцев, но только в том случае, если сам построит это будущее! Этот человек считает нас всех безмозглыми животными, которые слепо будут повиноваться его приказам. И самое главное, он не будет делать для страны ничего, если это не принесет пользы ему лично!
– Девон, ты несправедлив! Ты выставляешь Санта-Анну каким-то чудовищем, а он не такой!
– У тебя к нему предвзятое отношение, Моргана. – От тихого замечания Сэма девушка густо покраснела, осознав, какое направление приняли мысли собравшихся за столом.
– Я хорошо знаю Санта-Анну, Сэм. Он хороший друг моих тети и дяди. Я знаю, о чем думаете вы и Девон, но это неправда. Просто я испытываю уважение ко всему, что удалось совершить этому человеку, и к тому, что он надеется совершить.
– Тогда позволь поинтересоваться, что ты знаешь о полковнике Остине, милая, – тихим и спокойным голосом проговорил Сэм. – Ты хоть представляешь себе, что это за человек?
Моргана задумчиво взглянула на Сэма и нахмурилась:
– Нет, Сэм. Я слышала, как его имя упоминалось в связи с миссией, с которой он прибыл в Мехико, но мне ничего не известно о нем лично.
– Я расскажу о нем, чтобы ты понимала, почему мы все так обеспокоены. Стив Остин родился в Остинвиле, штат Виргиния. Полагаю, его фамилия красноречиво свидетельствует о роли, сыгранной его предками в нашей истории. Он вырос на границе и с детства знаком со всеми трудностями жизни на плохо освоенной территории. В пятнадцать лет он поступил в Трансильванский университет штата Кентукки и, получив высшее образование, в возрасте двадцати лет был избран в местный законодательный орган в Миссури. С тех пор в течение четырех лет его переизбирали, а потом он переехал в Литл-Рок, штат Арканзас, где занял должность председателя выездной сессии суда. Его отец, Моисей Остин, получил разрешение Мексики на основание колонии, и после его смерти Стивен продолжил его дело. В течение долгих лет, Моргана, Стив Остин был душой англо-американской колонии в Техасе. Он отдавал все свои средства тем людям, у которых дела шли плохо, лично занимался всеми их проблемами и всегда готов был прийти на помощь. Во всей колонии нет более надежного человека.
– В таком случае почему Фариас получил от вас письмо, заставившее его арестовать полковника Остина и обвинить в подстрекательстве к бунту?
Явно потрясенный словами Морганы, Сэм некоторое время всматривался в разгоряченное личико девушки, прежде чем произнести:
– Дело в том, что полковник Остин весьма лояльно относится к мексиканскому правительству. Это человек глубоких принципов, Моргана, который верит, что мы можем договориться с правительством в Мехико. Представители некоторых других группировок здесь, в Техасе, считают, что он недостаточно твердо настаивает на отделении Техаса от Коауилы. Именно они и написали письмо Фариасу, будучи недовольными действиями Остина. Вина Стива Остина, Моргана, заключается единственно в безоглядном доверии Антонио Санта-Анне, который уже не раз доказывал, что действует исключительно в собственных интересах.
– Значит, вы согласны с Девоном в том, что Санта-Анне нельзя доверять, – тихо произнесла Моргана.
– Должен признаться, я не испытываю такой личной неприязни к президенту, как Девон. Но у меня тоже есть большие сомнения в его честности. Он в самом деле мало внимания уделял проблемам англо-американцев в техасской колонии, и я не думаю, что он отправил в Бексар четырехтысячную армию только для защиты границ, как он утверждает. По-моему, он задумал ввести на территорию Техаса войска специально для того, чтобы контролировать местных жителей и заставить их согласиться на любые изменения.
– Но это же его долг – заставлять людей подчиняться законам.
– Он не имеет права навязывать свою волю свободным людям.
Задумчиво посмотрев в добрые глаза Сэма, Моргана почувствовала исходящую от него спокойную силу. Неожиданно она поняла, что Антонио следует обратить особое внимание на этих отважных людей… терпеливо выслушать их требования ради благополучия своей собственной страны. Тогда же она решила, что когда – вернее, если – вернется в столицу, то серьезно поговорит с Санта-Анной на эту тему и попытается переубедить.
Язвительное замечание Девона вернуло ее к реальности:
– Ну конечно, Моргана будет защищать своего дружка, Сэм!
Джон покраснел от гнева и резко произнес:
– Очень жаль, что некоторые мужчины не могут поверить в благочестивые намерения женщин. – Поймав взгляд Морганы, молодой человек продолжил более спокойным тоном: – Я лично не могу не восхищаться женщиной, которая не боится выразить свое мнение, даже зная, что не получит поддержки. Будь у меня такая жена, я бы гордился ею.
– Да, Джон, жаль, что поблизости такой женщины не имеется, – холодно оборвал его Девон. – Похоже, тебе еще долго придется ее искать…
В этот момент в столовую шумно вошла Мелли в сопровождении девушек с горячим, и начавшаяся всеобщая суматоха положила конец разгорающейся ссоре.
Пока длился ужин Моргана постоянно ощущала на себе пристальный, исполненный враждебности взгляд Девона. Она не могла спокойно есть, чувствуя, как он рассматривает ее. Когда наконец было унесено последнее блюдо, девушка с облегчением встала из-за стола и, извинившись, поспешно вышла из столовой. Не успела она сделать и нескольких шагов, как чья-то рука грубо заставила ее остановиться.
Наткнувшись на горящий взгляд синих глаз, Моргана почувствовала, как по спине у нее пополз холодок. Перемирие, которое вроде бы установилось между ними после того случая во дворе, исчезло в одночасье. В ушах девушки вновь зазвучал исполненный ненависти шепот:
– Ты по-прежнему защищаешь Санта-Анну, милая? Все не можешь забыть, что была водном шаге от трона, который пришлось бы делить с хитрым ублюдком, готовым на все ради собственного обогащения? Ладно тебе, не переживай. Если все пойдет, как я задумал, ты очень скоро к нему вернешься. Можешь утешаться мыслью о том, как счастлив будет Санта-Анна снова увидеть тебя… каким он будет нежным… до тех пор пока не найдет другую! Хотя нет, как я мог забыть: он всегда устраивает судьбы шлюх, которые ему особенно понравились. А поскольку я хорошо тебя знаю, то берусь утверждать, что ты ему очень понравишься…
Резко отпустив ее, Девон молниеносно выскочил за дверь, так что девушка не успела сообразить, что ответить.
Побледнев, она неподвижно стояла посреди комнаты. Ненависть этого человека лишила ее последних сил.
– Мисс Моргана… – Она почувствовала мягкое, нежное прикосновение к своей руке. Взглянув в серьезное лицо Джона Фуллера, девушка попыталась улыбнуться, но не смогла. Карие глаза юноши смотрели на нее с глубочайшей нежностью. – Если вам понадобится кто-то, мисс Моргана, чтобы просто поговорить… или как-то помочь вам, то помните, что я всегда рядом. Если вам с Девоном будет совсем худо, то можете рассчитывать на меня как на друга. Я не скрываю, что хотел бы стать для вас больше, чем другом. Черт, в последние дни я думаю только о вас.
Коротко кивнув, Моргана произнесла, еле шевеля губами:
– Я благодарна тебе, Джон.
Боясь утратить контроль над собой, Моргана развернулась и поспешно покинула комнату.


Перемешивая тесто, Моргана вспоминала тот вечер, когда за ужином открыто защищала Санта-Анну. Как давно это было? Три недели назад или еще раньше? Окинув кухню быстрым взглядом, она улыбнулась Дарси с Колин, которые понесли готовые батоны хлеба в печь, стоявшую на улице. Это были милые девушки и трудолюбивые работницы. Они совершенно не походили на угнетенных рабынь. А Мелли… Бросив взгляд в сторону камина, где, как обычно, находилась пожилая негритянка, девушка увидела, как та лично поливает мясо на вертеле, чем обычно занимались дети. Моргана не смогла удержаться от улыбки. Она была уверена, что Мелли давно уже считает себя не рабыней, а членом семьи… ее неотъемлемой частью. И она была права. Единственным человеком, которому здесь никакие находилось места, была Моргана Пирс.
И снова эта мысль захлестнула девушку. Откинув со лба выбившийся каштановый локон, она нахмурилась. Не в силах побороть неприятное ощущение, она аккуратно, чтобы не запачкать платье, вытерла руки о фартук. Моргане очень нравилось это платье, особенно цвет: мягкий золотистый оттенок неизменно поднимал ей настроение. Маленькие перламутровые пуговицы удачно сочетались с гребешками в ее волосах – их на прошлой неделе подарил ей Джон. Сначала она не хотела принимать подарок, но Джон так искренне просил, что она не могла не согласиться. Джон очень нравился девушке. Когда он был рядом, Моргана чувствовала себя в безопасности, и в глубине души ей было приятно замечать в его глазах огонек обожания. Не будь она уверена, что Девон – единственный, кого…
Неотвязная мысль, которую Моргана все утро пыталась отогнать от себя, вернулась снова. Пора посмотреть правде в глаза. Неужели прошло уже три недели с тех пор, как они говорили о Санта-Анне? Да, и с тех пор Девон стал пропадать где-то по нескольку дней. Никто никогда не спрашивал, где он бывает: видимо, это был большой секрет или, наоборот, все об этом знали, так что Моргане не удалось ничего выведать. В тот вечер она бросилась защищать Антонио инстинктивно, опираясь на глубокое уважение, которое питал к президенту ее дядя Мануэль. Даже сейчас она не могла поверить в то, что говорил о нем Девон. Ненависть застила ему глаза, и он не видел многих воистину великодушных поступков Антонио. Как бы там ни было, тот вечер в корне изменил отношение Девона к ней.
Сегодня они не виделись. Он уехал рано утром и до сих пор не вернулся, хотя было далеко за полдень. В доме уже привыкли к тому, что хозяина не бывает по нескольку дней, так что он вполне мог вообще не появиться сегодня.
Моргана с новой силой принялась месить тесто. Да, такую работу она могла выполнять довольно успешно. Мелли оказалась прекрасным учителем, и девушке доставляло несказанное удовольствие лепить батоны, которые потом превращались в хрустящий ароматный хлеб. Она сама удивилась тому, как приятно ей было услышать похвалу Джеда Маркема, который сказал, что хлеб в последнее время стал гораздо вкуснее. Никто из мужчин не знал, что она работает на кухне, а потому эти слова можно было считать предельно искренними.
Шум шагов отвлек девушку от размышлений, и в следующую секунду в кухню ворвался Девон. Посмотрев на Моргану, он резко произнес:
– Что, черт возьми, ты делаешь?
Чувствуя, что все взгляды переместились на нее, Моргана проговорила как можно более надменно:
– Неужели так трудно догадаться, что я пеку хлеб? – Из груди молодого человека вырвался сдавленный смешок:
– И на кого ты хочешь произвести впечатление? Ты ни одного дня в своей жизни не работала.
Стиснув зубы он ярости, Моргана процедила:
– Откуда ты знаешь, сколько мне приходилось работать? Мне, знаешь ли, нравится печь хлеб, и Мелли согласилась…
– Но я не согласился! Мелли! – Молодой человек метнулся к очагу, возле которого стояла негритянка, глядя на хозяина с немым укором. – С этого момента печь хлеб будешь ты, как это и было раньше. Мисс Моргане не разрешается работать на кухне.
– Но я хочу работать здесь! Сэм просил меня чувствовать себя как дома, и поэтому…
Грубо схватив ее за руку, Девон гневно сказал:
– Ты здесь не рабыня, Моргана, и я не хочу, чтобы кто-то подумал, будто мы заставляем тебя работать!
– Девон? Что здесь происходит? – При звуках удивленного женского голоса Моргана обернулась и увидела в дверях молодую блондинку. Высокая и стройная, преисполненная чувства собственного достоинства, она бросила быстрый взгляд на руку Морганы в том месте, где ее удерживал Девон. – Я услышала перебранку и решила посмотреть, в чем дело. – Не дождавшись ответа, она улыбнулась молодому человеку: – Ты не хочешь представить меня своей гостье, Девон?
Продолжая хмуриться, Девон проговорил сердито:
– Ты прекрасно знаешь, кто это, Хелена, и почему она здесь. Нет нужды делать вид, что Моргана у нас в гостях.
Скорчив Девону гримаску, она взглянула на Моргану с благосклонной улыбкой:
– В любом случае, Моргана, разрешите представиться: меня зовут Хелена Трент. Мы с отцом живем по соседству. Рада познакомиться, хотя это, может, немного неловко. Вы совсем не такая, как я думала… – Хелена замялась, но тут же вновь обрела уверенность: – Мне вообще не удалось бы познакомиться с вами, если бы Девону не понадобилось срочно вернуться домой за бумагами, необходимыми для доклада в комитете.
– Очень приятно. – Пожав небрежно протянутую ей ладонь, Моргана почувствовала, как напряглась рука Девона, продолжавшего удерживать ее. Попытавшись стряхнуть ее, она услышала у себя над ухом свистящий шепот:
– Убирайся отсюда, Моргана. Найди себе другое занятие.
– Не груби, Девон, – с укоризной проговорила Хелена. – Если Моргане нравится работать на кухне, то ты должен поблагодарить ее за помощь.
Бросив тяжелый взгляд на молодую женщину, Девон отрезал:
– Я сам позабочусь о Моргане, Хелена. Я привез ее сюда и сам буду решать, что ей делать.
Явно задетая его словами, Хелена надула губки.
– Ты ведешь себя глупо, Девон.
Неожиданно ее голос смягчился, и, посмотрев в глаза молодому человеку, она проговорила почти ласково:
– Ты приехал за какими-то документами, Девон. Мы теряем время. Если не поспешишь, вам с отцом опять придется работать допоздна. Со всей этой комитетской суматохой отец общается с тобой больше, чем я. Ты же не хочешь, чтобы я чувствовала себя брошенной?
Потрясенная интимностью ее тона, Моргана приросла к месту. Так это из-за Хелены Трент Девон пропадает целыми днями! Какой же она была дурой, когда решила, что ее выступление в защиту Санта-Анны отдалило его. Оказывается, эти дни и ночи он проводил в компании прекрасной блондинки, Хелены Трент. Их связывало общее дело, но, как видно, не оно одно.
Сохраняя непроницаемое выражение лица, Девон зашел за спину Морганы, сорвал с нее фартук и резко произнес:
– Иди вымой руки. Мы уходим.
Молча проследив за тем, чтобы Моргана в точности исполнила его указания, он потащил ее в гостиную. Сжав губы от ярости, Хелена Трент шла следом за ними.
Как только Девон отпустил ее, Моргана поспешно направилась в сторону входной двери, но молодой человек тут же окликнул ее:
– И куда это ты собралась?
Медленно повернувшись к нему, Моргана с видом глубочайшего презрения проговорила:
– Мне что, надо спрашивать разрешения, чтобы пойти погулять? Я и не знала, что меня здесь держат за пленницу.
Сурово нахмурившись, Девон не удостоил ее ответом. Вместо этого он обратился к Хелене:
– Документы в кабинете у отца, Хелена. – И низким, почти интимным голосом добавил с легкой улыбкой: – Твоя помощь может мне понадобиться.
Ублюдок! Разъяренная тем, как просветлело лицо Хелены от этой улыбки, девушка стремительно распахнула дверь и быстрым шагом направилась через двор. Будь он проклят! Почему она позволяет ему мучить ее? Что ему нужно? Девону невозможно угодить, и Моргана потеряла надежду вернуть того человека, который ехал вместе с ней из Мехико. Она больше не в силах этого выносить. Ей хотелось домой… куда-нибудь подальше от Девона. Девушка тяжело сглотнула, снова вспомнив об интимных улыбках, которыми обменялись Девон и Хелена. Ей надо выбраться отсюда… любым способом…
Неожиданно осознав, что приближается к сараю, Моргана быстро огляделась. Никто не наблюдал за ней. Почувствовав, как тревожно забилось сердце, девушка ускорила шаг. Через несколько минут она оказалась в сарае. Окинув взглядом помещение, она поняла, что там никого нет. Подойдя к первому же стойлу, Моргана сняла тяжелое седло. Она уже хотела положить его на жеребца, подозрительно косившегося на нее, как вдруг кто-то неожиданно выхватил седло у нее из рук.
– Собираетесь прокатиться, мэм?
Обернувшись, она наткнулась на любопытный взгляд карих глаз.
– О, Джон, это ты! – Сделав глубокий вдох, чтобы хоть немного успокоиться, Моргана напряженно проговорила: – Пожалуйста, Джон, помоги мне оседлать лошадь.
Медленно осмотрев девушку с ног до головы, Джон перевел взгляд на ее взволнованное лицо.
– Но вы не одеты для верховой прогулки, мэм.
– Знаю. Мне… мне просто надо немного побыть одной, Джон. Я хочу прокатиться. Прошу тебя, Джон, мне необходимо вырваться отсюда.
Глядя на девушку с сочувствием, но неумолимо, Джон проговорил:
– Вы же знаете, что я не могу отпустить вас одну, мисс Моргана. Если бы все зависело от меня, я бы немедленно отправил вас домой. Черт, я считаю, что Девон помутился рассудком, раз притащил вас сюда против вашей воли, но что сделано, то сделано. Прав он или нет, я не в силах ничего изменить, и остается только ждать, пока он сам отпустит вас.
Испугавшись при мысли о том, что придется возвращаться в дом, где еще оставались Девон с Хеленой, Моргана умоляюще взглянула на Джона:
– Тогда, может, поедешь со мной? Ты все время будешь рядом, и я не смогу убежать…
– Не знаю, мисс Моргана.
– Джон, пожалуйста…
Несколько мгновений юноша молча всматривался в прекрасное лицо Морганы, затем начал седлать лошадь.
Пришпорив жеребца, Моргана с наслаждением подставила лицо на удивление теплому осеннему ветру, отбрасывавшему назад и развевавшему ее длинные каштановые локоны. Девушка стремительно неслась по бескрайней прерии. Она чувствовала себя свободной… свободной от гнева и беспомощности, наполнявших сейчас ее жизнь. Она и забыла, что в нескольких шагах позади нее ехал Джон. Честно говоря, она не думала о том, сколько времени и в каком направлении она скачет. Натянув поводья, она остановилась и окинула взглядом горизонт, где прерия сливалась с безоблачным синим небом.
Услышав тяжелое дыхание уставшей лошади, девушка ощутила укол совести. Похлопав по мокрой рыжей шее, она виноватым тоном прошептала:
– Прости, дружище, я тебя сегодня совсем измотала. – Улыбнувшись подъехавшему Джону, девушка указала рукой на небольшую рощицу слева. – Давай проедем туда, Джон. Мне кажется, этому парню нужен отдых. – Дождавшись ответного кивка юноши, она пришпорила коня и поехала к роще.
Девушка пустила жеребца легкой рысью, чтобы он мог немного остыть, и это позволило Джону ехать рядом с ней. При взгляде на юношу Моргану охватило чувство безопасности и тепла. Как же отличались эти ощущения от тех, что она испытывала при виде Девона! От одного только вида его стройной мускулистой фигуры в душе у нее поднималась буря, а пронзительный синий взгляд впивался в самое сердце. Она никак не могла забыть ощущения его волос под пальцами, его сильных объятий, его сладких поцелуев. Теперь все было по-другому. С тех пор как они приехали на ранчо, она не слышала от него ничего, кроме оскорблений. Нежность, которую он изливал на нее во время путешествия в Техас, уступила место злобе, растущей с каждым днем. Ее длительное пребывание в доме не входило в его планы. Он не мог дождаться случая избавиться от нее и вернуться к нормальной жизни, которая, очевидно, включала в себя Хелену Трент. Ей просто необходимо уйти. Так больше жить невозможно.
Поравнявшись с рощицей, Моргана спешилась и, наклонив голову, вошла под сень низко нависших ветвей. Мгновенно ощутив прохладу, она с наслаждением двинулась вглубь. Укрывшись от полуденного солнца, девушка привязала лошадь к низкому кусту и села на траву под кроной ближайшего дерева. Когда Джон опустился рядом с ней, она посмотрела на него со страдальческим выражением лица.
Подняв руку, Джон провел ладонью по щеке девушки и как-то странно взглянул на нее:
– Как бы я хотел, чтобы вы перестали грустить, мисс Моргана. Нет ничего чудеснее, чем видеть, как вы радостно скачете по прерии. Вы такая красивая… – При виде искренности, с которой говорил юноша, Моргана почувствовала подступающие слезы, а он тем временем продолжал глубоким ровным голосом: – Я никогда не видел более красивой женщины.
– А как насчет Хелены Трент, Джон? – с болью в голосе прошептала Моргана! – По словам Девона, она очень красива и как нельзя лучше подходит для жизни в этой местности.
– Если это правда, то нам очень не повезло, мэм. Я не хочу сказать, что мисс Хелена плохой человек, – быстро поправился Джон, – но с вами ей не сравниться. Черт, разве бывают у земных женщин такие волосы, как у вас? – Юноша, зачарованно глядя на Моргану, прикоснулся рукой к ее шелковистым локонам. – На ощупь они как шелк, а на солнце напоминают расплавленную медь. А эти глаза, в которых горят золотые искры… – Он легонько коснулся длинных ресниц девушки, и когда они затрепетали, на его губах появилась легкая улыбка: – Они похожи на крылья бабочки.
Не в силах оторвать взгляда от ласковых карих глаз, Моргана услышала его прерывистый хриплый шепот:
– Я знал, что Девон снова видится с мисс Хеленой и что вы расстроитесь, когда об этом узнаете.
Моргана хотела было возразить, но Джон прервал ее, прижав пальцы к ее губам:
– Но сам я обрадовался. Я с самого начала понимал, что вы не можете быть счастливы вместе, потому что во всем, что происходит между вами, есть какой-то горький привкус. Мне кажется, я могу сделать вас счастливой, мисс Моргана. Со мной вы спокойны, и когда улыбаетесь, ваши глаза тоже улыбаются. Я хочу заботиться о вас, хочу, чтобы вы чувствовали себя в безопасности. – Гладя ее по щеке, он говорил низким, хриплым, завораживающим голосом: – Никогда еще я не касался такой нежной и гладкой кожи, как у вас. Я мечтал прикоснуться к вам с тех пор, как впервые увидел. – Обняв девушку за шею, он привлек ее к себе, поближе к ласковым губам, сулившим утешение, и нежно поцеловал ее; этот поцелуй показался Моргане теплым и сладким. Юноша поспешно отстранился, вглядываясь в ее лицо. Не в силах произнести ни слова, Моргана молча смотрела ему в глаза. На лице юноши появитесь странное выражение, и в следующую секунду он обнял ее, притянув к широкой груди и осыпав страстными поцелуями. Как только это произошло, Моргана поняла, как глупо повела себя. Она не хотела поощрять Джона, не хотела, чтобы он подумал, будто она разделяет его чувства, но его прикосновения были такими нежными и успокаивающими… так легко унимали душевную боль…
Не желая огорчать его отказом, Моргана безвольно обмякла в его руках. Поцелуй Джона был ей приятен, но страсти не вызывал. Она не чувствовала растущего желания, ей просто нравилось, что ее обнимает человек, которому она небезразлична. Такие объятия хороши в момент скорби…
И вдруг в одно короткое мгновение Моргану вырвали из рук юноши и отбросили его в сторону. Не понимая, что происходит, Моргана увидела Джона, вскочившего на ноги, и разъяренного Девона.
– Идиот чертов! Ты не успокоишься, пока не окажешься у нее под каблуком и не сойдешь с ума, как… – Осекшись, Девон бросил уничтожающий взгляд на девушку, которая безуспешно пыталась подняться. – И сколько раз вы так уединялись в мое отсутствие? Черт, я чуть было не проехал мимо, если бы не твое платье. – Коротко усмехнувшись, Девон покачал головой. – Хотя, конечно, мне следовало предположить, что вы будете в каком-нибудь таком местечке. Ты весьма убедительна на траве под сенью деревьев, а, Моргана?
Пристально вглядываясь в лицо девушки, Девон не заметил, как сильный кулак обрушился на его подбородок, так что он отлетел в сторону и упал на траву. Не оправившись от удара, Девон, моргая, смотрел на разъяренного Джона, который стоял над ним, тяжело дыша.
– Никогда больше не говори так с мисс Морганой! Если ты не способен разглядеть в ней настоящую леди, то я не позволю тебе оскорблять ее!
– Если ты мне не веришь, спроси ее! И путь она посмеет отрицать, что половина Мексики брошена на ее поиски из-за того, что президент Санта-Анна жаждет заполучить ее в свои объятия! Одному Богу известно, сколько разбойников он уже казнил, пытаясь разыскать ее!
– Это неправда, Джон! – с трудом сдерживая дрожь, возмутилась Моргана. – Во всяком случае, я не любовница Санта-Анны! И никогда ею не была! Я близко знакома с ним благодаря моему дяде, генералу Эскобару. Может быть, они до сих пор разыскивают меня… не знаю… наверное, они уже считают меня мертвой.
– Ну конечно, Джон, – саркастически промолвил Девон, – я все выдумал… я украл ее и рисковал жизнью исключительно из-за того, что мне скучно было ехать одному в Техас. Но, знаешь, в одном ты был прав: я совершил ошибку, притащив ее сюда. Надо было оставить ее дома. Стив Остин до сих пор в тюрьме…
– И ты привязан ко мне, Девон, не так ли? – Истерически рассмеявшись, Моргана впилась взглядом в суровое лицо Девона.
– Я никогда не поверю, что Санта-Анна пойдет на такие жертвы из-за женщины, – недоверчиво проговорил Джон.
– Тогда ответь мне на один вопрос, Джон, – вкрадчиво протянул Девон. – Если бы Моргана принадлежала тебе, как далеко бы ты зашел?
Инстинктивно обернувшись к Моргане, Джон несколько секунд молча смотрел на нее. Когда он заговорил, его голос был низким и уверенным:
– Если бы Моргана принадлежала мне, никто никогда не отнял бы ее у меня.
Вслед за этими словами повисла напряженная тишина, которую нарушил резкий приказ Девона:
– Садись на лошадь! Мы едем назад!
Сделав шаг вперед, Девон отвязал коня Морганы и подвел к девушке. Молча посадив ее в седло, он направился к собственной лошади.
Дождавшись, пока девушка выедет из рощи, он пришпорил коня и поехал следом за ней.


Моргана переодевалась в своей комнате. Ее руки как будто налились свинцом. Механически проведя щеткой по волосам, она подошла к маленькому зеркалу на умывальнике и безучастно посмотрела на свое отражение. На ней было простое и очень милое платье, как и все туалеты из гардероба Бетти Говард. Однако она не сомневалась, что покойная считала этот наряд выходным и берегла его для праздников. Он был сшит из мягкого блестящего атласа цвета кофе с молоком. После небольших переделок платье сидело на девушке как влитое. Скромный вырез был отделан белым кружевом, которое хозяйка дома, похоже, очень любила, но это было единственное украшение на облегающем лифе.
Сэм попросил ее надеть это платье на его день рождения, и она не смогла отказать. Зачесав волосы наверх, Моргана заколола их гребешками. Покачав головой, она проверила, насколько хорошо держится прическа, и подколола несколько выбившихся прядей.
Оглядев себя в зеркале, она сочла, что выглядит прилично, и без малейшего энтузиазма направилась к двери. В своем безучастном ко всему состоянии она не заметила, насколько выгодно мягкий оттенок платья подчеркнул яркие всполохи в ее волосах и выделил золотые искорки в огромных, обрамленных густыми ресницами выразительных карих глазах. Моргана, конечно, не отдавала себе отчета в том, что это платье, сшитое незнакомой женщиной, было как будто специально сделано для ее изящной фигурки, а цвет идеально оттенял нежный тон кожи. Скорее всего его так ни разу и не надевали, оно словно ждало Моргану. К сожалению, девушка ничего этого не замечала.
Уже миновало Рождество; прошло уже почти три месяца с начала нового года, а Моргана ни на шаг не приблизилась к Мехико. Она не могла вместе со всеми наслаждаться праздниками, понимая, что близкие люди считают ее умершей. Она скучала по тете Изабелле и дяде Мануэлю, но еще больше переживала за Эгги, которая осталась одна в чуждом для нее мире, абсолютно бесполезная в доме Эскобаров. Это было первое Рождество вдали от строгой, но любящей гувернантки, и Моргана, как никогда, ощущала свое одиночество.
Прошло уже больше месяца с той памятной прогулки с Джоном, но боль воспоминаний была по-прежнему сильна. С тех пор она очень редко видела Девона, который вместе с Мэтью Трентом занимался делами комитета. Во всяком случае, она предпочитала думать таким образом, чтобы не страдать от мысли, что Девон предпочитает ее обществу компанию Хелены Трент. Как же ей хотелось стереть из памяти ощущения от прикосновений Девона, вкус его губ, приятную тяжесть его твердого гибкого тела, его рук, привлекающих ее все ближе и ближе.
Из столовой доносился шум веселья: звон бокалов и взрывы смеха. Кто-то играл на фортепиано матери Девона, и мягкий женский голос пел. Девушка замедлила шаг. Ей совсем не хотелось праздновать. Сэм устроил вечеринку для друзей и соседей, а Моргана чувствовала, что не принадлежит ни к тем, ни к другим. Но Сэм настоял, чтобы она пришла, и смущенно протянул это платье. Говард-старший очень нравился Моргане, и, несмотря на свое унизительное положение в этом доме, она успела привязаться к его строгому, но добродушному хозяину. Единственное, что поддерживало ее в этой ситуации, – это надежда, что Сэм Говард тоже проникся к ней симпатией. Моргана нервничала еще и потому, что Хелена Трент была в числе приглашенных, а ей не хотелось лицезреть, как Девон будет ухаживать за своей хорошенькой белокурой соседкой.
И вдруг неожиданно в ее голове прозвучал громкий голос: «Дура! Ты стоишь здесь и жалеешь себя, в то время как Девон в соседней комнате вовсю развлекается с Хеленой! Как бы он посмеялся, если бы узнал, чего стоят все твои бравые речи! Он выбросил тебя как старый башмак. Теперь у него другая, но будь ты проклята, если покажешь, насколько это тебя задело!»
От этих мыслей Моргана слегка порозовела. Маленькие ладошки, которые мелко дрожали секунду назад, решительно сжались в кулачки. Расправив плечи, она двинулась вперед. В этом доме ей не на кого рассчитывать, кроме себя самой, и она никому не позволит ее унижать!
Остановившись в дверях, Моргана осмотрелась. Половина гостей была ей незнакома. Девон беседовал с невысоким коренастым мужчиной и не заметил ее. Не отдавая себе отчета в том, что делает, Моргана буквально пожирала его глазами. Он был одет в темный сюртук и брюки, как и во время путешествия из Нью-Йорка, и напомнил ей прежнего Девона, сумевшего с первого взгляда завладеть ее сердцем. Господи, как давно это было, но воспоминания о том, как между ними зарождалась взаимная страсть, остались по-прежнему свежи. В отличие от Девона она так и не смогла подавить в себе влечение, переросшее в сложное чувство, которое она боялась назвать даже самой себе. Заметив, как высокая стройная блондинка приблизилась к Девону, Моргана ощутила комок в горле. Хелена по-хозяйски дотронулась до его плеча и, подойдя вплотную, начала говорить что-то. Девон, который до этого с серьезным и внимательным выражением лица слушал стоявшего рядом с ним мужчину, охотно и без тени недовольства отвлекся на Хелену. При виде теплой искренней улыбки, заигравшей у него на губах, Моргана вся похолодела.
– Моргана…
Обернувшись, девушка увидела хозяина дома, который, отделившись от группы гостей, медленно приближался к ней. Взяв ее за руку, он в течение нескольких секунд молча разглядывал девушку. Когда он заговорил, его голос прозвучал сдавленно и хрипло:
– Ты прекрасна, Моргана. – Смущенно рассмеявшись, он нерешительно добавил: – Я слегка растерялся, когда увидел тебя в этом платье. Знаешь, Бетти сшила его специально для праздника незадолго до смерти. Когда платье было готово, она вдруг решила, что оно почему-то ей не подходит. Я очень удивился, потому что все время, пока Бетти его шила, она считала, что получится великолепно. Помню, она покачала головой и сказала: «Может, для этого платья еще не подошло время, Сэм. Но оно так мне нравится, что я не стану его распарывать. Пусть висит. Когда придет время, я пойму, и тогда это платье доставит мне еще больше радости». – Покачав головой, Сэм продолжил, с трудом сдерживая чувства: – Мне почему-то кажется, что Бетти радуется, видя его на тебе. Наверное, она сшила это платье специально для тебя, сама того не зная. – Невольно сглотнув, он наклонился и поцеловал Моргану в щеку. – Добро пожаловать на праздник, Моргана, и спасибо за то, что привела с собой Бетти. Я чувствую, что она сейчас улыбается.
Тронутая до глубины души, Моргана молча вглядывалась в строгое морщинистое лицо Сэма и чувствовала, как к глазам подступают слезы. В ответ она мягко прошептала:
– Мне тоже кажется, что она сейчас улыбается, Сэм.
Густые седые усы задрожали, и губы под ними расплылись в широкой улыбке. Взяв девушку под руку, он повел ее к первой группе гостей. В голосе его прозвучали нотки гордости:
– Хочу представить вам нашу гостью и друга семьи. Ее зовут Моргана Пирс, и мы очень рады, что она согласилась разделить с нами сегодняшний вечер.


Моргана устала улыбаться. Под предлогом, что проголодалась, она ускользнула от Сэма и подошла к столу с закусками. Она не собиралась весь вечер цепляться за руку хозяина дома как за спасательный круг. Этот добрый человек явно почувствовал ее беспокойство и решил…
– Мисс Моргана…
Обернувшись на звук знакомого глубокого голоса, Моргана искренне улыбнулась. Рядом с ней стоял Джон Фуллер, одетый в свои лучшие рубашку и брюки, с гладко зачесанными, насколько это позволяли золотистые кудри, волосами. Лицо юноши светилось от радости. С той самой памятной прогулки она почти не видела Джона, и Девон явно приложил к этому руку.
– Джон, я не знала, что ты здесь! Я не видела тебя!
– Зато я увидел вас, мэм. Все мужчины заметили вас в первую же секунду. Вы такая красивая! Мне не верится, что вы настоящая.
От этих слов настроение девушки значительно улучшилось, и она со смехом покачала головой:
– Неудивительно, что ты мне так нравишься, Джон. Ты самый щедрый на комплименты мужчина из всех, кого я знаю.
Покраснев, Джон пожал широкими плечами:
– Черт, очень просто говорить комплименты такой девушке, как вы.
Легко рассмеявшись в ответ, Моргана прислонилась к стене и, сцепив руки за спиной, взглянула в радостное лицо юноши:
– Ну что ж, я устроюсь поудобнее и позволю тебе продолжать. Ты оказался в нужное время в нужном месте, Джон. Мне сейчас как раз необходим такой человек, как ты.
Явно польщенный, Джон сделал шаг вперед и весело прошептал:
– Я знал, что рано или поздно вы согласитесь со мной, мисс Моргана.
Моргана рассмеялась, взяла его под руку и проговорила:
– Ты очень милый юноша, Джон Фуллер, вот что я тебе скажу. Правда, очень милый. И я тебя не отпущу.


Наблюдая за веселой перепалкой с противоположного конца зала, Девон мучился от ревности. Она нисколько не изменилась! Она все та же Моргана, хитрая и соблазнительная, одним взмахом ресниц сводящая мужчин с ума и заставляющая плясать под свою дудку, как это случилось с ним. Если бы он только мог на секунду отвлечься от собственных ощущений, он бы поразился тому, насколько переменилась ситуация в «Серкл эйч». Моргана попала в этот дом в конце лета в качестве заложницы. Постепенно девушке удалось завоевать всеобщую любовь и поставить его в положение изгоя. Его мнение относительно Морганы никто не разделял, а на его грубое обращение с ней реагировали, мягко говоря, недружелюбно. Чтобы хоть как-то защищаться от чар этой женщины, ему следовало держаться от нее подальше и попытаться заморозить в душе те чувства, что она будила в нем.
Моргана времени не теряла. Нет… судя по тому, с какой фамильярностью она взяла под руку Джона Фуллера… Молодой человек вновь ощутил укол ревности. Не заметив того, что Хелена, проследив за направлением его пристального взгляда, опасно нахмурилась, Девон резко отвернулся и направился к миске с пуншем. Он наполнил стакан и, залпом осушив его, наполнил снова. Отыскав в толпе Моргану, некоторое время рассматривал ее улыбающееся лицо. Она не скрывала того, что наслаждалась обществом Джона. Ее звонкий смех острой болью отдавался у него в ушах. Они так редко смеялись вместе… это было всего несколько раз, да и то урывками. Иногда по ночам он задумывался о том, что они с Морганой могли бы начать все сначала, оставить в стороне все эти колониальные треволнения и погрузиться в волшебный мир, который они создали друг для друга во время путешествия из Мехико. Продолжая смотреть на Моргану, он вдруг увидел, как она ласково потрепала Джона по щеке. Девон почти физически ощутил это прикосновение и, почувствовав отвращение к самому себе, залпом осушил второй стакан. Сладкий обжигающий напиток оказал магическое действие на его расшалившиеся нервы. Да, Мелли умела делать настоящий пунш. Снова наполнив стакан, он повернулся спиной к раздражавшему его зрелищу.


Моргана начала уставать. Улыбнувшись довольному Джону Фуллеру, она проговорила:
– Джон, мне очень приятно, что большую часть вечера ты провел со мной, но здесь много других молодых женщин, и, судя по взглядам, которые они на тебя бросают, им явно хочется познакомиться поближе. Ты не обязан все время быть со мной.
Слегка нахмурившись, Джон простодушно ответил:
– Я хочу быть только с вами, Моргана, но если вы хотите, чтобы я ушел…
– Ты думаешь, я хочу поговорить с кем-то еще? Джон, ты забываешь, кто я и что здесь делаю. Вежливое обращение Сэма и его гостей ничего не меняет. Я для всех чужая, Джон.
– Вы ошибаетесь, Моргана.
Улыбнувшись его словам и обрадовавшись, что смогла наконец отучить Джона каждый раз говорить «мисс» при обращении к ней, она дотронулась до его руки, и тепло его тела придало ей новых сил.
Праздник удался на славу. Расставленные на столе яства выглядели весьма аппетитно. Моргана, правда, съела всего несколько кусочков. Сэм познакомил ее со многими своими друзьями, но это только усилило ее смущение. Кроме Джона, с ней поздоровались Рауль, Джед и Барт Такер, но Джим Уоррен по-прежнему держался настороженно. Он безоговорочно поверил Девону и не желал иметь дела с порочной женщиной. Из всех женщин только Хелена Трент обменялась с ней несколькими словами. Затем она сразу же вернулась к Девону, и от глаз Морганы не укрылось, с какой радостной улыбкой он встретил ее.
Моргане все труднее становилось притворяться веселой. Жара в зале и мучительное осознание того, что Девон даже не поздоровался с ней, вызвали головную боль, из-за которой девушка почти утратила способность размышлять здраво.
Не в силах больше думать ни о чем другом, кроме усиливающейся боли, она довольно резко спросила у Джона:
– Тебе не кажется, что здесь очень жарко?
Слегка нахмурившись, Джон вгляделся в лицо девушки и обнаружил капельки пота на лбу и затуманенный взгляд.
– Вы плохо чувствуете себя, Моргана?
Нервно закусив губу, она выдавила из себя улыбку:
– Просто немного голова разболелась, и я, пожалуй, пойду, Джон. – Повернувшись в поисках Сэма, она наткнулась взглядом на красивую пару в уголке зала. Молодые люди разговаривали, ни на кого не обращая внимания. Заметив, как Хелена легонько дотронулась пальцами до губ Девона, Моргана ощутила почти физическое страдание. Реакция Девона была мгновенной: обняв девушку за талию, он притянул ее к себе.
Поспешно повернувшись к взволнованному Джону, она хрипло произнесла:
– Спокойной ночи, Джон. – Сделав несколько неуверенных шагов, она почувствовала на своей руке руку юноши.
– Давайте я провожу вас, Моргана.
Глубоко благодарная за неожиданную поддержку, девушка позволила Джону обнять ее за талию и слегка улыбнулась. Понимая, что Моргана не хочет привлекать к себе излишнего внимания, Джон медленно повел ее к двери, делая вид, что поддерживает исключительно из вежливости.
Оказавшись в коридоре, Моргана испытала мгновенное облегчение, а когда они добрались до ее комнаты, даже слегка порозовела. Улыбнувшись Джону, она проговорила:
– Джон, я у тебя в долгу по гроб жизни.
– Для меня большая честь быть вам полезным, мэм.
Легкая смущенная улыбка на мальчишеском веснушчатом лице была такой искренней и милой, что Моргане не хотелось его отпускать.
– Джон, я не хочу возвращаться на праздник и не хочу сидеть одна, предаваясь невеселым размышлениям. Надеюсь, ты поймешь меня правильно, если мы немного поболтаем? Можем даже оставить дверь открытой, чтобы никто не подумал… – Внезапно смутившись, она неуверенно продолжила: – Я хочу сказать… – Осекшись, она помолчала, а потом быстро договорила с извиняющейся улыбкой на лице: – Это была глупая идея, Джон. Не знаю даже, что на меня нашло…
– Как я уже говорил, мэм, для меня большая честь быть с вами, и я с удовольствием останусь. Просто сегодня немного прохладно для прогулки, а то бы я предложил выйти на улицу. Я как-то сказал вам, что вы всегда можете рассчитывать на меня как на друга, и это по-прежнему в силе. Давайте оставим дверь открытой, чтобы никто не смог сказать или подумать ничего плохого. Но я хочу заверить вас, мэм, что никто не посмеет сказать ничего дурного о вас в моем присутствии.
Покачав головой, Моргана секунду помедлила, а потом распахнула дверь в комнату:
– Пожалуйста, проходи, Джон. Ты мой первый и самый почетный гость.


Бросив взгляд на маленькие фарфоровые часики на туалетном столике, Моргана резко вскочила на ноги. Она сидела на краешке кровати, а Джон вольготно раскинулся в единственном кресле. Сначала разговор у них не клеился, зато потом все пошло как по маслу. Она впервые посмотрела на часы и несказанно удивилась, осознав, что они проговорили больше часа. Головную боль как рукой сняло, и девушке вовсе не хотелось заканчивать интересную беседу, – Джон рассказывал, как попал в «Серкл эйч», а Моргана – о своем суровом воспитании и переезде в Мехико.
– Представляешь, прошло больше часа, Джон! Я уже и забыла, как здорово поговорить с кем-то по душам.
Молодой человек нехотя поднялся с кресла, и она взяла его за руку.
– Спасибо тебе за дружбу, Джон, – искренне произнесла она. – Я раньше не подозревала, насколько это редкое и ценное явление. Благодаря тебе я гораздо больше буду ценить Эгги. Я только теперь поняла, что всю жизнь воспринимала ее как должное и мало уделяла ей внимания.
Крепко сжав руку девушки, Джон потянул ее к двери, а потом проговорил с легкой улыбкой:
– Ну что ж, я бы хотел, конечно, чтобы ты не с Эгги меня сравнивала, но если приходится рассчитывать лишь на это…
– Ох, Джон! – от души развеселилась Моргана. – Ты же знаешь, что я имела в виду!
Заулыбавшись еще шире, Джон ответил слегка смущенно:
– К сожалению, знаю. – Выйдя вместе с ней за дверь, он добавил ласково: – Вы точно не хотите вернуться на праздник и отведать немного пунша? У меня лично в горле пересохло.
С минуту поколебавшись, Моргана взяла юношу под руку и сама удивилась тому, насколько лучше себя почувствовала:
– Да, я тоже не прочь освежиться. И у меня что-то проснулся аппетит. Посмотрим, может, еда еще осталась…
– О, об этом можете не беспокоиться. Мелли будет подносить еду до тех пор, пока не уйдет последний гость. Уверен, мы застанем полный стол.
Как только молодые люди вернулись в зал, Моргана направилась к буфету, не заметив сурового взгляда Девона. Отпустив руку Джона, она с улыбкой проговорила:
– Ты, как всегда, прав, Джон. Если ты согласишься принести мне пунша, то я положу нам с тобой еды.
Нарочно не глядя по сторонам, чтобы не столкнуться взглядом с Девоном, Моргана ласково проводила глазами Джона и повернулась к столу.
Мрачно глядя на приближающегося молодого человека, Девон поджидал Джона возле миски с пуншем, где простоял почти все то время, что они с Морганой отсутствовали. Взгляд, которым он приветствован юношу, был исполнен тихой ярости. При виде выражения его лица Джон остолбенел. Собравшись с духом, он сделал шаг вперед и проговорил как можно спокойнее:
– Ты неправильно понял, Девон. Мы с Морганой…
– Если ты не хочешь, чтобы я прямо здесь вырвал твой лживый язык, то лучше помолчи. Моргана…
В этот момент решительный женский голос прервал горячую тираду Девона:
– Моргана тебя не касается, Девон! Ты весь вечер не отходишь от этой миски с пуншем, и мне хочется, чтобы ты уделил мне хотя бы часть того внимания, с каким ты взирал на дверь в течение последнего часа. – Умоляюще покосившись на Джона, Хелена продолжила примирительным тоном: – Девон, милый, ты не забыл, что мы на празднике? Весь сегодняшний вечер ты только и говоришь что о политике и ворчишь по всякому поводу, а у меня совсем другие планы. – Потянув его за собой, она нахмурилась. – И еще мне кажется, что тебе стоит держаться подальше от пунша. Ты и так уже достаточно выпил!
Девон бросил последний разъяренный взгляд на Джона и последовал за Хеленой. И все-таки Джону стаю не по себе. Посмотрев на Моргану, он понял, что девушка ничего не заметила. Вместо того чтобы почувствовать облегчение, он еще больше разволновался. Лучше бы она видела лицо Девона. У юноши было такое предчувствие, что ничего хорошего этот взгляд не сулил и ее следовало предупредить. К сожалению, она ничего не видела, а Джон боялся своими словами вновь вызвать тревогу на ее прекрасном личике. Глубоко вздохнув, он взял чашки и наполнил их пуншем.
Моргана накладывала в тарелки еду, ловко балансируя ими над столом, когда вдруг у нее над ухом раздался мягкий голос:
– Ну что ж, Моргана, я принес пунш, а вы не дадите мне умереть с голоду. Как вы думаете, Медли не обидится, если мы поедим на кухне? Не хочется мне что-то находиться в этой толпе народу.
Удивленная взволнованным выражением карих глаз молодого человека, Моргана кивнула:
– Хорошая мысль, Джон.
Уже направляясь к двери, девушка вдруг осознала, что Джон ни на шаг не отходит от нее, и почувствовала тревогу. Взглянув на молодого человека, она увидела у него на лице легкую ободряющую улыбку. Стряхнув с себя остатки страха, девушка решительно двинулась вперед.


Моргана спала очень беспокойно. Напряжение вечера сказалось на ее душевном состоянии, так что даже во сне ее мучили бесконечные переживания. Пронзительные синие глаза, исполненные гнева, жгли ее насквозь, а она умоляла оставить ее в покое… дать отдохнуть. Но этот взгляд был неумолим. И вдруг в холодной лазурной глубине она увидела нечто похожее на огонек тепла… Затаив дыхание она пыталась проникнуть сквозь завесу сна, чтобы получше разглядеть это невероятное чудо. И снова у нее перед глазами возник синий теплый огонь, с каждой секундой разгоравшийся все ярче. Счастье накрыло ее обжигающей волной. Протянув руки, она обняла знакомые плечи и почувствовала прикосновение знакомых рук. Теплые губы прижались к ее щеке, потом к уголку рта, и Моргана с готовностью приоткрыла губы, приветствуя его влажное вторжение. О да, это было прекрасно… она вновь поднялась на крыльях любви, и все невзгоды последних дней остались далеко внизу. Легкие ласкающие пальцы скользнули по ее шее, плечам, опустились на грудь. Лежа неподвижно, боясь неловким движением спугнуть волшебное видение, Моргана наслаждалась райскими ласками. С бешено бьющимся сердцем девушка прислушивалась к умелым пальцам, которые дразняще медленно скользили по ее телу, обвели пупок, запутались в каштановых завитках между бедер, а потом осторожно скользнули в нежную расселину. Почувствовав первое прикосновение там, девушка невольно зашевелилась, пробуждаясь ото сна. Вторая влажная теплая ласка заставила ее приподнять тяжелые веки и напряженно всмотреться в темноту, а третья, смелая и обжигающая, окончательно вернула ее к действительности.
Протянув руку, Моргана нащупала густую гриву волос, щекотавших ей бедра. Мужчина тем временем продолжал ласкать средоточие ее желания, так что девушку постепенно начала охватывать сладкая дрожь. Моргана запуталась пальцами в темных кудрях, наслаждаясь неожиданным счастьем. Они не сказали друг другу ни слова, но их тела уже обо всем договорились и вместе приближались к пику страсти. Девушка задыхалась от наслаждения, сходила с ума от переполнявших ее эмоций, не в силах противостоять мощной волне желания, поднимавшейся внутри ее, и вдруг мир вокруг взорвался, и этот взрыв принес с собой ошеломительный оргазм.
Тяжело дыша, Моргана пыталась обрести контроль над своими чувствами, когда вдруг сверху на нее опустилось знакомое тело. Голос, зазвучавший у нее над ухом, был тихим и хриплым от страсти:
– Ты даже во сне хотела меня, Моргана! Мне не пришлось будить тебя, чтобы ты откликнулась. Ты знала, что это я пробую тебя на вкус, милая. Ты открылась мне. Я до сих пор ощущаю твой вкус на губах. Я так давно мечтал о тебе, милая, так давно…
В следующую секунду он ворвался в нее и, начав двигаться, сорвал с ее губ невольный стон. Этот чувственный танец поднимал Моргану все выше и выше, приближая к ослепительному счастью. Да, они снова одно целое… Не осталось больше никаких обид, только незамутненная радость каждого мига, бешеная обжигающая страсть. Глухой стон над ухом Морганы слился с ее собственным, и они вместе низринулись с вершины блаженства, на которую поднялись.
Они продолжали лежать обнявшись. Боясь потерять это ощущение тепла, Моргана изо всех сил прижимала к себе сильное мужское тело, пока наконец ей не пришлось с сожалением выпустить его.
Она открыла глаза, желая увидеть лицо Девона, но в комнате было слишком темно.
– Девон… – начала было девушка, но он закрыл ей рот поцелуем, таким дразнящим, глубоким и обжигающим, что у нее мгновенно пропало желание говорить.
Наконец мягкие теплые губы оторвались от нее, скользнули к мочке уха, и в следующую секунду послышался тихий шепот:
– Спи, Моргана. – Широкая ладонь скользнула по ее телу, и Девон притянул ее к себе. – Спи… вот так. Ты на своем месте, милая, в моих объятиях… где тебе давно уже следовало находиться…


Когда Девон открыл глаза, первые рассветные лучи прочертили темное ночное небо. Моргана спала рядом, уткнувшись лицом ему в плечо. Он чувствовал на коже ее легкое дыхание, напоминавшее изысканную ласку. Он проснулся посреди ночи и натянул на них обоих одеяло, но она даже не пошевелилась. Глядя на спящую Моргану, он понял, что никогда не устанет любоваться ею, никогда не устанет наблюдать за сменой эмоций на ее прекрасном лице, ангельски безмятежном во сне. Желая как можно лучше рассмотреть ее в сумеречном предутреннем свете, он скользил взглядом по ее лицу, по линии скул, по полуоткрытым губам и с трудом подавил желание прижаться к ним и снова ощутить их сладость. Господи, как же он любил эту женщину! Это чувство невозможно было больше отрицать.
Но почему все складывалось так плохо? В какой момент они стали врагами, когда напряжение между ними достигло такой степени, что он не мог смотреть на Моргану спокойно? С болью вспомнив счастливое выражение ее лица, когда они с Джоном вернулись на праздник, он снова подумал о том, что сам толкнул ее в объятия юноши. Но ведь он этого не хотел. Он хотел, чтобы Моргана всегда была рядом с ним, вот как сейчас. Осторожно, чтобы не разбудить девушку, он намотал на палец блестящий каштановый локон. Он был пока не готов к тому, чтобы посмотреть ей в глаза.
Прошлой ночью он взял ее во сне. Ее тело, приученное к его жарким ласкам за время долгого путешествия в Техас, отреагировало мгновенно. Находясь в полупьяном состоянии, Девон, однако, убедил себя в том, что за этим стояло нечто большее. Какое у них могло быть будущее? Моргана мечтала о возвращении домой. Разве не об этом она столько раз твердила ему? Он совершил ошибку, похитив ее из Мехико, но он просто не мог оставить ее Санта-Анне. Ему невыносима была сама мысль о том, что тот будет обнимать ее, целовать, заниматься с ней каждую ночь любовью. Вместо этого он сам принудил ее к близости, научил ее неопытное тело отвечать на его ненасытное желание. Но в какой-то момент его чувство стало глубже и нежнее, так что непонятно было, где кончается вожделение и начинается любовь. Других женщин больше не существовало для него в целом мире. Девон ненавидел сам себя за то, что пытался с помощью Хелены вырвать из сердца Моргану.
Посмотрев в окно, молодой человек нахмурился. Светало. Он не хотел, чтобы кто-то заметил его выходящим из комнаты Морганы. Он и так уже достаточно навредил ей. Было бы жестоко нанести этот последний удар по ее гордости.
Осторожно отодвинувшись, Девон встал с постели. Быстро одевшись, он бросил на нее последний взгляд. Слишком сильно было желание разбудить ее и рассказать обо всем, что он понял за эти долгие дни и ночи в разлуке с ней. Но он не мог этого сделать. Он боялся увидеть в ее глазах презрение.
Отвернувшись, он осторожно приоткрыл дверь и вышел в коридор, не заметив в полумраке стоявшего в нескольких шагах высокого мужчину.
– Девон!
Вскинув глаза, Девон увидел выступившего из тени Сэма. Отец заговорил тихим голосом, в котором явственно различался гнев:
– Я желаю немедленно переговорить с тобой в кабинете!
Девон молча проследовал за отцом. Остановившись посреди комнаты, он дождался, пока отец закроет дверь и обернется к нему.
– И как давно это продолжается под крышей моего дома?
Почувствовав внезапную дурноту, Девон медленно произнес:
– Этой ночью я впервые зашел в комнату к Моргане, Сэм. Раньше я и пальцем не дотрагивался до нее в этом доме, но любовью с ней я занимался не первый раз.
– Насколько правдива история о ней и Санта-Анне, которую ты мне поведал? Ты все это придумал, чтобы…
– Нет! – Осознав, что отец впервые усомнился в нем, Девон продолжил со всей искренностью, на которую был способен: – Нет, все, что я рассказал тебе о Моргане и Санта-Анне, – правда.
– В таком случае Моргана не отказывает в удовольствии вам обоим…
– Нет, Сэм, ты не совсем прав. – Чувствуя, как внутри у него что-то сжимается, он мягко произнес: – Когда я познакомился с Морганой, она была неопытной девушкой, и это я лишил ее девственности. Она никогда всерьез не хотела меня, Сэм. Она с самого начала мечтала о Санта-Анне, но я просто не сумел сдержаться. А потом, когда дело Стива осложнилось, я решил надавить на президента с помощью Морганы. Это почти сработало, Сэм. Честно говоря, я думал, что это хороший план. Но я не учел того, что мысли о Санта-Анне и Моргане будут преследовать меня и за пределами столицы. Стоило мне добраться до Салтильо, как моя жизнь превратилась в кошмар, и я повернул обратно. Не знаю, какое желание тогда было во мне сильнее: освободить Стива или заполучить Моргану.
Сэм сохранял суровое и напряженное выражение лица. Сжав губы в тонкую линию, он несколько минут молчал, и в его бледных глазах читалось явное осуждение. Когда он заговорил, его голос прозвучал резко и раздраженно:
– Значит, дело Стива не сдвинется с мертвой точки, если Моргана вернется к Санта-Анне раньше времени?
– Да.
– Ты уверен, что Санта-Анна захочет теперь получить ее обратно? Ее не было несколько месяцев. Может, он нашел себе другую.
– Уверен, он столь же страстно мечтает вернуть ее, как и в первые после похищения дни, Сэм.
– А ты уверен, что она не пришлет сюда целую армию мексиканцев, как только окажется дома?
– Да, уверен. Моргана очень амбициозна, но она не станет так жестоко мстить.
– Значит, мы будем держать ее здесь до тех пор, пока Стив не получит свободу.
– Именно.
Неожиданно Сэм покраснел от гнева. Он сделал шаг вперед и, глядя сыну в глаза, воскликнул с негодованием:
– Раз ты лишил меня права выбора, мы оставим Моргану здесь! Но будь я проклят, если позволю тебе справлять свои грязные делишки в этом доме! Я не допущу, чтобы ты удовлетворял здесь свою похоть! Этим ты оскорбляешь память матери!
– Никакой грязи и похоти в моем чувстве к Моргане нет. Сначала я, быть может, не испытывал к ней ничего, кроме вожделения, но потом все изменилось. Я люблю ее, Сэм, люблю, несмотря ни на что. А она ждет не дождется того дня, когда уедет отсюда.
Пристально вглядываясь в лицо сына, Говард-старший после короткой паузы проговорил:
– В таком случае мне больше нечего сказать тебе, Девон. Тебе придется держаться от Морганы подальше, пока она будет жить в этом доме!
В ответ Девон коротко кивнул, но отец вдруг перешел на крик, что его несказанно удивило:
– Я требую, чтобы ты дал мне слово!
– Хорошо, Сэм, даю тебе слово. Я буду держаться подальше от Морганы все то время, что она пробудет в нашем доме! – Стиснув зубы от гнева, он горячо проговорил: – Тебе этого достаточно?
– Пока достаточно!
Девон развернулся и быстро вышел из комнаты. Чувство утраты вдруг с неожиданной силой обрушилось на него.


– Ты уверен, Антонио? – нерешительно произнес Мануэль Эскобар. Он не привык видеть президента страны и своего друга в таком состоянии.
– Да, Мануэль, уверен. Я только что получил известие о том, что конгресс отклонил мое прошение об отставке. Вместо этого они предоставили мне отпуск, а поскольку Гомес Фариас не может занять на это время мое место, исполняющим обязанности назначен генерал Мигель Барраган.
Санта-Анна серьезно посмотрел на Мануэля. Он прекрасно понимал, какой шок испытал его друг и сподвижник, узнав, что президент решил подать в отставку. Но Мануэль не подозревал, что в глубине души Санта-Анна предполагал, что его прошение будет отвергнуто. Имея это в виду, он отправил письмо в конгресс и подал в отставку под предлогом того, что ему необходимо вернуться в Манга-де-Клаво для поправки здоровья. Он уже однажды прибегнул к этой уловке, когда стало совсем невмоготу заниматься рутинной бумажной работой. Честно говоря, в последнее время он совсем забросил административные дела. Новый конгресс, впервые собравшийся 4 января, по большей части состоял из представителей объединения военных и духовенства. Эти люди беспрекословно подчинялись приказам президента, так что из его жизни ушла политическая оппозиция, лишив ее былого азарта. Антонио Санта-Анна был человеком действия. Ему не подходила роль рядового чиновника, а именно такого рода деятельность ему все больше приходилось вести.
Он отвернулся от генерала и стал перебирать документы на столе. Исчезновение Морганы Пирс и бесплодные попытки разыскать ее усугубили и без того мрачное настроение президента, который давно уже скучал в столице и держался исключительно из-за возможности видеть каждый день прекрасное лицо девушки. Никто так и не сумел заменить ее. Консуэло де Артега… эта шлюха… она умоляла его о прощении с той самой ночи, но она зашла слишком далеко. Даже незабываемое наслаждение, которое она ему подарила, даже ее отточенное любовное мастерство не могли смягчить его гнев. А случайные связи президента не интересовали. Он был охотник по натуре, ценил ум и наслаждался красотой. Женщины, сами просившие его о близости, быстро наскучивали ему. Да, с Морганой все было бы совсем по-другому. В ней сочетались все качества, которыми он восхищался в женщинах. Кроме того, ей хотелось как можно больше узнать о Мексике, чтобы по достоинству оценить ее, и еще она разделяла главную страсть президента – верховую езду. Моргана была великолепной наездницей, рядом с которой не стыдно было показаться где угодно. Наконец, она отличалась добрым и любящим сердцем, и каждый раз страстно отвечала на его ласки. Антонио с первого взгляда увидел в ней врожденную чувственность, а после того случая на лесной поляне он убедился, что Моргана еще очень невинна, чтобы изображать что-либо. Как же ему хотелось обучить ее искусству любви! По ночам он думал только об этом.
Быть может, неудачи в попытках отыскать девушку определили его желание покинуть столицу… трудно сказать.
В любом случае ему необходимо уехать, чтобы привести в порядок мысли и собраться с духом. Он давно уже не видел донью Инессу и считал, что настало время объявиться в Манга-де-Клаво. Опасно позволять жене становиться во главе дома. Правда, донья Инесса никогда не осмелилась бы возразить мужу. Быть может, поэтому их брак и оказался столь пресным. Его супруга происходила из богатой и знатной семьи, но ничем, кроме верности мужу, похвастаться не могла. Антонио безмерно уважал ее, но не испытывал ни малейшего желания делить с ней ложе. Однако он намеревался вернуться в Манга-де-Клаво и исполнить свой супружеский долг. Может, так ему удастся выбросить из головы Моргану… хотя вряд ли.
Перед отъездом в Манга-де-Клаво ему осталось разобраться с одним делом. Подняв глаза на Мануэля, он спокойно проговорил:
– Я тщательно проанализировал ситуацию, Мануэль, и принял решение. – Взяв со стола бумагу с президентской печатью, он протянул ее генералу. – Я приказал судебным исполнителям оправдать полковника Остина, и пусть он возвращается в Техас.
– Вы уверены, что это мудрое решение, Антонио?
Улыбнувшись впервые за все время разговора, президент обратил на помощника веселый взгляд – он собирался поделиться с ним важным секретом:
– Да, я уверен, что поступаю правильно. Находясь в заключении, полковник Остин все время оставался моим другом и соратником. Если верить тому, что мне рассказали насчет визита Девона Говарда, то во время их беседы Остин горячо защищал меня от его нападок. В любом случае полковник Остин – человек искренний, даже слишком искренний для того, чтобы быть хорошим политиком, но мои действия, безусловно, внушат ему доверие. Таким образом, в Техасе у меня будет личный союзник, который и поратует за преданность мексиканскому правительству.
Морщинистое лицо Мануэля расплылось в улыбке:
– Я снова доверяю вам, Антонио. Зря я сомневался в вас.
Санта-Анна кивнул с суровым выражением лица:
– Да, Мануэль, зря ты сомневался. Генерал Барраган согласился заменить меня на время отсутствия и советоваться со мной по всем важным вопросам посредством курьерской службы. А через несколько дней после моего отъезда ты расскажешь обо мне новому конгрессу, представив меня как героя битвы под Тампико. Несмотря на то что во дворце меня не будет, я продолжу, как обычно, все контролировать.
Почувствовав, что успокоил генерала своими словами, Санта-Анна затронул более серьезный и болезненный вопрос:
– А теперь, Мануэль, я хочу поговорить с тобой как друг и как президент, так что слушай внимательно. Если появятся какие-либо сведения о местонахождении Морганы, какими бы незначительными они тебе ни показались, немедленно сообщи мне. И если, Бог даст, она появится, когда меня не будет в столице, я мигом вернусь! – Понизив голос, он тихо произнес: – Пожалуйста, передай донье Изабелле, что я очень сожалею о неспособности моих людей отыскать Моргану и что я сам в отчаянии от сложившейся ситуации.
Резко поднявшись на ноги, Санта-Анна грустно взглянул на друга:
– Ну вот, теперь я готов попрощаться и передать тебе недоделанную работу. – Протянув руку, он крепко пожал ладонь Мануэля: – До скорой встречи, друг мой.


Словно окаменев, Девон стоял неподвижно, в третий раз перечитывая письмо, которое он держал в руках. При виде этих строчек у него по спине пополз медленный холодок.
«…спешу сообщить тебе, Девон, что президент Санта-Анна лично отдал приказ оправдать меня. Я рад, что не ошибся, доверившись этому человеку, и впредь намерен искать у него поддержки в наших начинаниях».
В конце письма Стивен благодарил Девона за помощь в его освобождении.
Освобождение… Стив оправдан и скоро вернется домой. Вместо того чтобы почувствовать облегчение, Девон испугался. Раз полковник получил свободу, у Морганы больше нет причин оставаться на ранчо. С тех пор как он провел с ней ночь, они почти не общались. На следующий день он извинился за свое поведение, сославшись на то, что выпил слишком много пунша. В этих словах была доля правды, так что Девон нашел в себе силы посмотреть ей в глаза, но боль, которую он там увидел, добила его. Если бы не данное отцу обещание, он бы сгреб ее в объятия и признался в своей любви. Правда, чуть попозже он понял, что его поступок был бы ошибкой. Оказалось, что незадолго до разговора с Девоном Моргана заходила в кабинет к Сэму и спрашивала, когда ей можно будет вернуться домой. Зная о том, что произошло прошлой ночью, он постарался заверить девушку, что сделает для нее все необходимое, а потом излил на сына весь свой гнев за то, что тот вынудил Моргану молить об освобождении.
С тех пор он стал проводить дома еще меньше времени, и каждый раз, возвращаясь, он встречал холодность со стороны Морганы и видел, как она сближается с его отцом. Теперь, правда, ревность к отцу уступила место безысходному желанию так же привязать ее к себе. Он поступил опрометчиво, когда стал ревновать Моргану к Сэму с первых же дней после приезда, и теперь раскаивался. Говард-старший был благородным человеком, который стыдился за поведение сына, и Девон не мог его за это винить.
Сжав в руке злополучное письмо, молодой человек уставился на него невидящим взглядом. Скоро он будет вот так же держать другой документ, который заставит его отпустить Моргану. Оторвавшись наконец от письма, он обвел взглядом окрестности. Стоял конец февраля, и на сотни миль вокруг простиралась бесплодная серая прерия. Неожиданно он понял, что его жизнь без Морганы станет такой же серой. Мысль о том, что она вернулась в постель Санта-Анны, не даст ему покоя до конца дней.
Снова переведя взгляд на письмо, Девон осторожно поместил его между ладонями и скатал шарик. Затем, медленно развернувшись, вошел в дом и приблизился к зажженному камину. Бросив шарик в огонь, он стоял рядом до тех пор, пока последний клочок не обратился в пепел. Это письмо было адресовано ему лично, и он не обязан был ни с кем делиться его содержанием. В глубине души он понимал, что времени осталось совсем немного. Комитет скоро получит официальное уведомление об освобождении Стива, и тогда придется отпустить Моргану. Но это в будущем, а ему сейчас не хотелось думать о будущем. Сейчас надо думать о настоящем и быть как можно ближе к Моргане, почаще видеть ее… слышать ее голос. Сейчас он не мог с ней расстаться… просто не мог…


– Да, сеньоры, долг перед местом, где я родился, сподвигнул меня на это решение. Я уезжаю завтра. Если Бог окажется милостив и я выдержу уготованные мне испытания, то я вернусь.
Стоя перед Сэмом и Девоном в кабинете, Рауль Рафрага дожидался ответа. Девон перевел взгляд с работника на озабоченное лицо отца. Слова Рауля не стати для него неожиданностью. Благодаря своей политической деятельности Девон знал о ситуации в Сакатекасе. В этой северо-западной провинции Мексики уже на протяжении многих поколений царил дух демократии. Свободолюбивые племена местных индейцев неустанно боролись с поселенцами, вынуждая их, как писали в газетах, в одной руке держать плуг, а в другой – ружье. Постепенно бои прекратились, но любовь к свободе в их сердцах не угасла. Конгресс зашел слишком далеко, распорядившись распустить все местные вооруженные отряды. Жители Сакатекаса очень гордились ими и не желали находиться под защитой регулярной армии, подчинявшейся центральному правительству. Девон понимал, что восстание неизбежно, но весть о том, что губернатор Франсиско Гарсия начал собирать людей для открытого противостояния, встревожило его. Он чувствовал, что это восстание станет первым в череде смут, которым суждено перекроить карту Мексики.
Наконец Сэм нарушил молчание и с суровым видом проговорил:
– Я от всей души желаю губернатору Гарсии успеха, Рауль. Мы счастливы будем видеть тебя снова, когда все закончится, но я все же сомневаюсь в разумности открытого восстания против центральной власти.
– У нас очень сильные военные отряды, сеньор. Ребята готовы отстаивать нашу свободу.
– Я уверен, что ваши люди сильны духом, но кто их поведет? Вы же понимаете, что у вас нет опытных генералов, что ваши люди никогда не сражались с реальным врагом. Скорее всего вам придется иметь дело с самим президентом Санта-Анной. У него за плечами множество подавленных мятежей. Он привык с самой ранней молодости руководить военными операциями. Вы столкнетесь с прекрасно обученной и опытной армией, которая не раз бывала под пулями и во главе которой стоит безжалостный военачальник.
– Мы тоже сумеем быть безжалостными, сеньор.
Понимая, что спор ни к чему не приведет, Сэм озабоченно взглянул на сына:
– Я думаю, что это лишь первый шаг, Девон.
– Да, Сэм, – отозвался молодой человек и, секунду поколебавшись, продолжил: – Когда завтра утром Рауль уедет, я отправлюсь вместе с ним.
Эти слова сорвались с губ Девона совершенно естественно, как будто неосознанно, но на лице Говарда-старшего отразилось изумление.
– Ты как следует все продумал, Девон? – В голосе Сэма звучало сильное беспокойство.
– Я устал от болтовни, Сэм. Мне не нравилась роль дипломата в Мехико. Похоже, я не создан для такой работы. Я гораздо лучше чувствую себя здесь, на воле, где не надо прятаться за красивыми словами и обещаниями. Ты прекрасно знаешь, как я отношусь к Санта-Анне, и если это единственный способ отстоять мои убеждения, то я готов.
– Мы будем счастливы видеть вас в наших рядах, сеньор Девон.
Широкая улыбка Рафраги подтвердила его слова. Не чувствуя того же подъема чувств, что и работник, Девон все же улыбнулся ему в ответ:
– Спасибо, Рауль.
Когда низкая коренастая фигура Рауля исчезла за дверью, Девон повернулся к отцу.
– Зачем ты это делаешь. Девон? Ты в самом деле так близко к сердцу принимаешь положение в Сакатекасе или тебе невыносимо стало находиться в этом доме?
– Не знаю, Сэм, – честно ответил Девон и покачал головой. – Скорее всего и то и другое… а может, так я хочу исправить ошибку, которую совершил, притащив сюда Моргану. Черт, теперь я понимаю, как глупо поступил. Существует только один способ остановить Санта-Анну, и жители Сакатекаса понимают это.
– Мне кажется, тебе надо хорошенько все взвесить.
– Черт возьми, Сэм, мне надоело думать. Хватит об этом. Завтра я уезжаю с Раулем.
– Надеюсь, сын, ты поступаешь правильно.
Пожав плечами, Девон с улыбкой проговорил:
– А если нет, Сэм, то не в первый раз.


Стоя у окна в залитой предрассветными сумерками комнате, Моргана наблюдала, как двое мужчин делают последние приготовления. Рауль подошел к вьючному мулу и стал что-то проверять, а Девон заговорил с отцом. На лицах обоих было суровое выражение, и говорили они тихо и сдержанно.
Моргана не спала всю ночь, мучаясь от тоски, охватившей ее за ужином, когда Девон объявил о своем намерении ехать в Сакатекас этим утром. Молодой человек пожал руку отцу, и Моргана невольно заплакала. Поколебавшись секунду, они обнялись, и девушке вдруг до боли захотелось оказаться там… почувствовать силу объятий Девона, услышать от него ободряющие слова. Она бы рассказала ему о своей любви, убедила его не уезжать. Но Девону не нужна была ее забота и не было дела до ее любви. Он ни словом не обмолвился ей о своих планах. Он, видимо, решил, что достаточно будет поставить ее в известность за ужином.
С болью в сердце девушка наблюдала, как Девон подходит к лошади и садится верхом. Сделав знак Раулю, он вдруг скользнул взглядом по ее окну, но тут же отвернулся и пришпорил лошадь. Он уже почти исчез в туманной дымке, когда из груди девушки вырвались рыдания. Глядя в окно и уже не видя всадников, она прошептала:
– Ты так и не попрощался, Девон, так и не попрощался…
Она опустила ладонь на живот и закрыла глаза, прячась от боли. Надо уехать из поместья до того, как он вернется. Она ничего не расскажет ему… не станет удерживать его силой, из чувства долга. Она исчезнет до того, как он вернется. По-другому нельзя.




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Дерзкое обольщение - Барбьери Элейн

Разделы:
Глава 1Глава 2Глава 3Глава 4Глава 5Глава 6Глава 7Глава 8Глава 9Глава 10Эпилог

Ваши комментарии
к роману Дерзкое обольщение - Барбьери Элейн



Скучновато(((
Дерзкое обольщение - Барбьери ЭлейнДарья
13.10.2012, 21.43





Мне очень понравился этот роман.Красиво написано.
Дерзкое обольщение - Барбьери ЭлейнЛюбовь
21.10.2012, 20.16





Роман очень интересный с приключениями и высокими чувствами.Характеры героев яркие и сильные. Читаешь с удовольствием.
Дерзкое обольщение - Барбьери ЭлейнВ.З.,65л.
13.02.2013, 13.26





Очень интересный роман.Хорошо написан, читаешь и будто переносишся в то время и место. Короче- читайте, не пожалеете.
Дерзкое обольщение - Барбьери ЭлейнИванна
9.04.2013, 13.19





Ой, слишком затянуто, еле дочитала, только конец оставил, хоть какое-то впечатление...
Дерзкое обольщение - Барбьери ЭлейнМилена
20.04.2013, 13.29





Очень скучный роман......
Дерзкое обольщение - Барбьери ЭлейнДина
7.07.2013, 18.11





Роман хороший. Вот только если бы поменьше было бы описания политики, было бы совсем классно!
Дерзкое обольщение - Барбьери ЭлейнLili
4.08.2013, 23.17





роман офигенный!!!!!люблю романы этого автора.....герои великолепны
Дерзкое обольщение - Барбьери ЭлейнЛуиза
16.10.2014, 20.30





Дерьмо! Дальше 6 главы не смогла читать
Дерзкое обольщение - Барбьери ЭлейнОксана
16.02.2015, 20.46





ужасный роман, сплошное издевательство над героиней, как женщиной, гг какой-то изверг, бесчувственный садист
Дерзкое обольщение - Барбьери ЭлейнМайя
26.03.2015, 13.47





не люблю такие романы, где унижают достоинство женщины, вечно делают из женщин проституток, ГГ здесь самовлюбленный садист, вечно злой, озабоченный. Бедная ГГ-ня, вечно униженная, обиженная..
Дерзкое обольщение - Барбьери ЭлейнМарина
26.03.2015, 14.39





Саааамый офигенный роман этого автора!))
Дерзкое обольщение - Барбьери Элейнлала
17.03.2016, 14.35





Были плохие романы. Но этот по своей тупости - зашкаливает. Дочитала до конца, но только из-за принципа. Не читайте. Не тратьте свое время. Более тупого и затянутого сюжета не встречала в своей практике.
Дерзкое обольщение - Барбьери ЭлейнAlins
24.03.2016, 12.14





Невероятно тупой роман. Героиня ужасающе глупая и герой самодур постоянно проклинают самих себя и друг друга, то грызутся, то ...тся. Мышиная возня какая-то. Действительно, жаль потраченного времени.
Дерзкое обольщение - Барбьери ЭлейнЧитатель
12.09.2016, 21.45








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100