Читать онлайн Дерзкое обольщение, автора - Барбьери Элейн, Раздел - Глава 7 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Дерзкое обольщение - Барбьери Элейн бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.19 (Голосов: 32)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Дерзкое обольщение - Барбьери Элейн - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Дерзкое обольщение - Барбьери Элейн - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Барбьери Элейн

Дерзкое обольщение

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 7

Ясный и теплый рассвет предвещал прекрасный августовский день. Моргана, однако, спала этой ночью очень плохо. Бессонница мучила ее уже около месяца, с того самого дня, когда ей сообщили, что Девон Говард вернулся в Техас. Его отъезд был неожиданным. Целую неделю Моргана промаялась в неизвестности, прежде чем Антонио сжалился над ней. Улучив минутку, когда они остались наедине, он с неохотой рассказал о предложении, которое ему сделал Девон. Всем своим видом выражая сочувствие, он поведал, с каким высокомерием техасец предъявил свои требования. Намекнув на то, что якобы имеет власть над Морганой, Говард потребовал, чтобы дело полковника Остина рассматривалось в суде в первую очередь и чтобы до заседания с заключенным обращались как можно лучше. И пригрозил, что в случае отказа Антонио и особенно генералу Эскобару придется горько пожалеть. К своему стыду, Моргана настолько была поглощена своим чувством к Девону, что поначалу даже засомневалась в словах президента, пока он не показал ей официальные бумаги, подписанные Говардом. В подлинности документов невозможно было усомниться, и Моргана окончательно уверилась в собственной наивности.
Мучаясь от унижения, она резко вскочила с постели и направилась к умывальнику. Антонио прав: Девон просто использовал ее. Положение девушки усугублялось еще и тем, что из-за Девона она поставила под угрозу доброе имя дяди Мануэля. До сих пор он не стал жертвой скандала исключительно благодаря великодушной натуре Антонио. Она никогда не простит ни себя, ни Девона Говарда за это предательство.
Нетерпеливо плеснув воды в тазик, Моргана наклонилась и сбрызнула лицо. Ох, если бы можно было так легко смыть преследовавшие ее мысли о Девоне Говарде! Только во время утренних конных прогулок ей удавалось забыть о нем. Она была бесконечно благодарна Антонио за то, что он уговорил ее возобновить эти прогулки. Верный своему слову, он предоставил ей на это время полное уединение, и девушка искренне ценила его сдержанность. И все же, если быть до конца честной, Моргана не могла избавиться от ощущения неловкости. Ей казалось, что чувства Антонио стали слишком очевидны.
Она машинально подошла к шкафу, извлекла амазонку и принялась одеваться точно так же, как делала это каждый день в течение последнего месяца. Скинув ночную рубашку, она облачилась в тонкую сорочку, легкую блузку, юбку и ботинки для верховой езды. Подойдя к зеркалу, она принялась яростно расчесывать волосы, пока не справилась с колтунами, образовавшимися после беспокойной ночи. Небрежно заколов блестящие локоны несколькими гребешками, Моргана всмотрелась в свое отражение. Из зеркала на нее смотрело то же маленькое строгое личико, только осунувшееся. Под глазами залегли тени, а взгляд выражал глубокую тоску, в которой девушка не хотела признаваться даже самой себе.
Проклятие! Разозлившись на себя за невеселые мысли, Моргана резко повернулась к двери. Она не даст Девону Говарду испортить ей жизнь! Он ей не нужен! Ей никто не нужен! Разве она не преодолела множество трудностей, разбираясь с долгами отца, разве она не пообещала себе, что здесь, в Мексике, у нее будет другая жизнь? И будь она проклята, если позволит хитрому техасцу лишить ее такой возможности! Он и так уже достаточно отнял у нее…
Быстрым шагом девушка двинулась к двери. Распахнув ее, она вышла в коридор и тут же столкнулась с высокой плотной фигурой.
– Эгги! – удивленно воскликнула девушка, но тут же улыбнулась при виде потрясенного выражения лица гувернантки. – Ты зачем здесь притаилась? Я жутко испугалась!
– Я хотела узнать, проснулись вы или нет. Люди сеньора Санта-Анны ждут уже больше часа.
Молча кивнув, Моргана быстро спустилась по лестнице и заглянула во внутренний дворик. С улыбкой подойдя к блестящей черной кобыле, она ласково поприветствовала ее и погладила по шелковистому носу.
– Ах, Грильо, ты ждешь меня все утро! Но ничего, скоро мы поедем.
Посмотрев на двух охранников, она виновато улыбнулась:
– Lo siento
type="note" l:href="#n_23">[23]
, Энрике… Роберто. Боюсь, я плохо спала этой ночью и поэтому опоздала.
– Es nada, senorita
type="note" l:href="#n_24">[24]
. – Сложив руки ковшиком, Энрике помог девушке сесть на лошадь, явно считая, что сказал достаточно. Внутренне согласившись с ним, Моргана поудобнее устроилась в седле. Подождав, пока ее спутники оседлают коней, девушка выехала на улицу, с радостью предвкушая предстоящую прогулку.
Осторожно ступая длинными ногами по знакомой тропинке, Грильо покачивала головой. Вдруг она навострила уши, услышав справа какой-то звук в листве деревьев. Почувствовав ее беспокойство, Моргана заглянула в кусты, но ничего не обнаружила и, решив больше не сдерживать нетерпеливую лошадь, тронулась с места. Да, как она и предполагала, верховая езда вновь оказала на нее свое магическое воздействие. С каждой милей Моргана чувствовала, как тревоги последних дней отступают, а влажный лесной воздух наполнял ее свежими силами. Благодаря верной Грильо, беспрекословно подчинявшейся командам, девушка ощущала себя свободнее и увереннее. Моргана пообещала себе, что не позволит Санта-Анне с его опасными ухаживаниями беспокоить ее. Не желая создавать лишних проблем тете Изабелле, она предпочла пустить все на самотек. Единственное, чего она опасалась, так это разговоров, которые неминуемо коснулись бы доброго имени супругов Эскобар. Моргана стала замечать, что на некоторых светских мероприятиях люди уже шептались, наблюдая затем, как президент открыто выказывает особое расположение к ней, предпочитая ее общество всем остальным. Тетя Изабелла только усугубляла положение, умоляя племянницу обратить внимание на кого-нибудь из молодых людей, постоянно окружавших ее. И при этом каждый раз рядом возникал Санта-Анна. Все уже поняли, что у президента появилась любимица, но пока никто открыто не высказывал своего неудовольствия. Моргана решила заниматься проблемами по мере их поступления, будучи уверена, что…
Неожиданно из зарослей выскочил гнедой жеребец. Грильо испугалась и попятилась назад, глядя на хозяйку дикими испуганными глазами. Моргана изо всех сил натянула поводья, стараясь унять разволновавшееся животное.
– Грильо! Грильо, успокойся! Да… да, девочка, так лучше…
Полностью поглощенная собственной лошадью, Моргана даже и не подумала взглянуть на всадника, который спокойно восседал на жеребце в нескольких футах от нее. Сумев наконец обуздать животное и недоумевая, почему охранники не бросились ей на помощь, Моргана подняла взгляд на обидчика.
– Tonto!
type="note" l:href="#n_25">[25]
Только дурак может вот так выехать перед… Гневные слова Морганы замерли у нее на губах в тот момент, когда она увидела сидящего в седле человека. Девушка вдруг стала задыхаться, и на лбу у нее выступили капельки пота. Она машинально поднесла руку к шраму на шее, не отрывая глаз от мужчины в маске.
– Кто… кто вы? Что вам от меня нужно? У меня нет денег… – Оглянувшись, она увидела, что ее охранники окружены людьми в масках, бесшумно появившимися из зарослей. Снова переведя взгляд на мужчину, преградившего ей путь, Моргана неожиданно обрела голос: – Я требую, чтобы вы пропустили меня, сеньор. В противном случае вам несдобровать…
– Basta! Вы уже достаточно сказали! – Этот резкий приказ, прозвучавший по-испански, оборвал девушку на полуслове. Было в этом человеке что-то до ужаса знакомое, отчего у нее перехватило дыхание и в висках застучала кровь. Восседавший на огромном жеребце человек был маленького роста, худой и плюгавый. На нем были типичные для горожан брюки и рубашка, скроенные на испанский манер, и поношенные ботинки. Всю верхнюю часть лица незнакомца закрывала маска, сделанная из черного головного платка. Открытой оставалась только нижняя часть лица, цветом кожи выдававшего метиса.
С трудом сдерживая дрожь во всем теле, Моргана возмущенно проговорила:
– Что… что вы от меня хотите? У меня нет с собой никаких драгоценностей, кроме лошади… – Не дождавшись ответа, девушка перешла на крик: – Что вам нужно? Говорите! Я требую…
– Сеньорита, успокойтесь! Незачем выходить из себя. – Полные губы зашевелились, обнажив неровные желтые зубы. Борясь с охватившей ее слабостью, Моргана вслушалась в слова незнакомца: – Вам и не нужны никакие драгоценности, сеньорита Пирс. Вы сама – главная драгоценность… для генерала Эскобара, даже для нашего президента Санта-Анны. Разве не так?
Сглотнув комок в горле, Моргана изо всех сил сжала поводья, чувствуя, как силы покидают ее.
– Вы… что вы намерены сделать?
– Я отпущу ваших охранников обратно к президенту. Они передадут Санта-Анне, что вы проведете некоторое время с нами… пока он не заплатит достаточный выкуп. А в это время, сеньорита…
С быстротой молнии человек в маске оказался рядом с девушкой. Короткая мускулистая рука буквально смахнула Моргану с седла и грубо усадила на лошадь незнакомца. От прикосновения сильных цепких пальцев девушку охватила дрожь. Осмелев от страха, Моргана отчаянно боролась, кричала и извивалась в седле, отталкивая и царапая своего похитителя.
– Basta! Довольно!
В мгновение ока стальная хватка лишила ее возможности пошевелиться и холодный металл коснулся шеи. Задыхаясь от ужаса, Моргана инстинктивно подалась назад, чтобы увернуться от блестящего лезвия под подбородком.
И в этот момент девушка узнала человека, однажды уже державшего нож у ее горла, и с ее губ сорвался крик. Разбойник с явным удовлетворением прошептал ей на ухо:
– Да, сеньорита Пирс… вот мы и встретились!


Мир беспрестанно раскачивался взад-вперед, перекатывая ее из стороны в сторону, как небрежно сваленный в кучу багаж. У нее больше не осталось сил… вокруг было темно и страшно, но она не могла издать ни звука. Что произошло? Где она? Закрыв глаза, чтобы собраться с мыслями, Моргана сделала попытку пошевелить связанными руками. Во рту у нее был кляп, глаза были завязаны. Проведя слабыми пальцами по качающемуся полу, Моргана почувствовала шероховатое дерево. Похоже, она находилась в какой-то вагонетке.
Последнее, что она помнила, это сверкнувшее у горла лезвие… Глаза жгли слезы, но повязка не давала плакать. Ей до боли хотелось выплакаться… позвать на помощь… избавиться от сумасшедшего, который снова напал на нее. Правда, на сей раз он не поранил ее. Моргана не имела возможности дотронуться до шеи, но знакомой обжигающей боли тоже не чувствовала.
Неожиданно на девушку нахлынули воспоминания, а вместе с ними ужас, еще более сильный, нежели тот, который она испытала при пробуждении. Эти разбойники собирались просить за нее выкуп! Может быть, именно в этот момент Антонио читает записку от Энрике. Может быть, ее уже ищут. Антонио отправил солдат на поиски. Он не допустит, чтобы ей причинили боль!
Вагонетка неожиданно остановилась, оторвав Моргану от одолевавших ее мыслей. Девушку охватил леденящий ужас. Они приехали… Здесь разбойники будут держать ее до тех пор, пока не получат выкуп. Если, конечно, они вообще планируют ее отпустить. Особенно теперь, когда в похитившем ее человеке девушка узнала того негодяя, который пытался ограбить дом генерала Эскобара несколько месяцев назад. Что ей суждено: временное заточение или?..
Изо всех сил вслушиваясь в доносившиеся извне звуки, чтобы определить свое местонахождение, Моргана неожиданно услышала шум, очень похожий на скрип паруса… как будто у нее над головой взвилось огромное полотнище из парусины. Девушка почувствовала на своем лице теплые солнечные лучи, а вслед за ними и свежий ветерок, значительно облегчивший ее состояние. Рядом раздался стук тяжелых ботинок по деревянному настилу, от которого пол зашатался. Кто-то приближался к ней.
Сердце колотилось так сильно, что у девушки перехватило дыхание, когда она вдруг почувствовала, как чьи-то пальцы развязывают узел на ее повязке. Не прошло и нескольких мгновений, как грубую ткань убрали у нее с лица. Яркий солнечный свет ослепил девушку. Моргнув, она попыталась сфокусировать взгляд на незнакомце, стоявшем на коленях рядом с ней, и когда она наконец поняла, кто это, ее глаза расширились от удивления. Охваченная внезапной яростью, она чуть не закричала от ненависти к этому человеку. Ей противно было даже произносить его имя вслух.
Мертвую тишину нарушил знакомый низкий голос:
– Да, Моргана, это Девон.
Отчаянно стараясь высвободиться из пут, Моргана испытывала единственное желание – ногтями содрать эту маску невозмутимости с его лица.
Растянув губы в подобие улыбки, Девон схватил Моргану за подбородок, так что его пальцы больно впились в нежную кожу, и притянул ее лицо к себе. Пристально глядя ей в глаза, он холодно произнес:
– Не трать попусту силы, Моргана. Ты надежно связана. Я лично в этом убедился, прежде чем заплатить Веласкесу и его людям.
Чистосердечное признание в том, что это он отдал приказ о ее похищении, вызвало у Морганы новую вспышку гнева. Дрожа от ярости, она попыталась увернуться от державших ее ладоней.
– Не глупи, Моргана! – резко проговорил Девон, выказывая первые признаки нетерпения. – Помолчи и дай мне сказать. Я не развяжу тебя до тех пор, пока не закончу, так что чем тише ты будешь себя вести, тем быстрее закончатся твои мучения. Поняла?
Синие глаза не отрывались от лица девушки до тех пор, пока она не кивнула.
– Вот и хорошо, милая. Я не собираюсь тратить время зря. В этот момент Санта-Анна уже получил письмо с требованием выкупа. Бедный Антонио! Уверен, он страшно расстроился! У вас ведь все было так замечательно! Честно говоря, слухи об этом дошли до Салтильо гораздо быстрее, чем я сам там оказался. Ну конечно, американская девушка очаровала самого президента… держит его под каблуком. Холодная бесчувственная женщина, разбившая сердце благородной доньи Инессы! Да она ничем не отличается от своих соотечественников… она такая же аморальная вертихвостка, без веры и без креста!.. – Лицо молодого человека исказила презрительная гримаса, и он продолжил гневным шепотом: – Как только я сошел со сцены, тебе не потребовалось много времени на то, чтобы сделать главный ход. Ты даже не подумала о том, что предубеждение против американцев, которое ты подстегнула своим поведением, отразится на деле полковника Остина… что ему придется страдать от чужих ошибок! Не думаешь же ты, в самом деле, что я позволю тебе поставить под угрозу судьбу Стива и своей распущенностью бросить тень на всех добропорядочных англоамериканцев, населяющих Техас? Нет, милая. Если тебя на горизонте не будет, Санта-Анна вернется к своим повседневным обязанностям. А когда подыщет новую любовницу, станет более сговорчивым. Я, честно говоря, не предполагал, что этот человек может оказаться настолько глуп, чтобы поставить свою репутацию под угрозу из-за женщины. – Во взгляде, которым Девон окинул ее перед тем, как продолжить, читалась глубочайшая ненависть. – А теперь поговорим о моих планах на будущее, Моргана. Санта-Анна получит уведомление о том, что ты похищена бандитами ради выкупа. Уверен, его люди уже скачут на юг, где в горах, как известно, прячутся разбойники. А мы тем временем медленно и осторожно двигаемся на север. Через несколько дней он получит еще одно письмо с требованием выкупа, где условия будут изложены более четко. Если Веласкесу повезет, то сегодня он получит за свою работу двойную плату. Но бедняга Антонио не получит тебя назад, сколько бы он ни заплатил, потому что ты просто-напросто исчезнешь! Ты отправишься со мной в Техас и останешься там до тех пор, пока полковник Остин не получит свободу. Когда он будет дома и в безопасности, ты сможешь вернуться в Мехико, а там как знаешь. Мне абсолютно все равно, что станет с тобой, лишь бы Стив был в порядке. И еще, Моргана, хочу предупредить. Если ты вернешься в Мексику, то не забудь рассказать генералу Эскобару и Антонио о том, как тебе чудом удалось бежать от разбойников, державших тебя в плену. Твоя тетушка – замечательная женщина, но вот дядя несколько старомоден. Он, конечно же, отыщет меня и потребует удовлетворения, а я постою за себя, и не важно, чем это обернется для твоего дяди.
Оторвав взгляд от девушки, Девон потянулся к связывавшим ее веревкам. Его пальцы нарочито медленно распутывали узел, что несказанно злило Моргану. Она нетерпеливо ждала, пока Девон развяжет ей руки. Как только он это сделал, девушка поспешно вытащила кляп изо рта. Губы у нее онемели, а в горле першило. Поначалу, не в силах вымолвить ни звука, Моргана отчаянно пыталась сглотнуть. Ее первые слова походили на глухой свист:
– Ублюдок!
– Поаккуратнее в выражениях, Моргана!
Суровое выражение лица Девона не произвело на девушку никакого впечатления, и она горячо воскликнула:
– Так ты решил отплатить моей тете за доброту? Антонио был прав! Ты использовал меня… и всех нас, чтобы добиться помилования для твоего драгоценного полковника Остина! Насколько мне известно, он предатель, и я рада, что он сидит в тюрьме, где ему самое место! Мне наплевать, что будет с ним, а тем более с тобой!
– Ты, как вижу, до конца верна себе, Моргана. Ты, как всегда, думаешь исключительно о себе…
– Нет, Девон, есть люди, которые мне небезразличны! Я беспокоюсь за тетю и дядю! Ты разве не понимаешь, что они сейчас чувствуют? А Эгги… – С ужасом представив себе состояние близких людей, которые не знают, жива она или мертва, девушка судорожно сглотнула и постаралась взять себя в руки.
– Плохо, конечно, что они страдают, но во всем виновата ты одна.
– Ублюдок!
– Я же просил выбирать выражения! Ты получила лишь то, что заслужила!
Молодой человек поймал занесенную для удара руку и молча взглянул на пылающее ненавистью лицо.
– Можешь даже не пытаться, Моргана. Я уже говорил тебе, что не потерплю оскорблений. Учти, я привык выполнять свои обещания. Если будешь хорошо себя вести, то через несколько месяцев получишь свободу. Но если тебе придет в голову бежать или сделать что-то, что может поставить под угрозу будущее полковника Остина или всего Техаса, я пойду на все, чтобы остановить тебя, – с нарочитой медлительностью проговорил Девон, – и ты умрешь раньше, чем успеешь что-либо предпринять.
От тона, которым он это произнес, девушке стало холодно, несмотря на летнюю жару. Она в первый раз осознала всю серьезность своего положения и устало закрыла глаза, покоряясь судьбе. А Девон тем временем продолжал говорить:
– Так что заруби это себе на носу, Моргана. Ты останешься со мной до тех пор, пока будешь мне нужна. Если твой любовник Антонио сдержит слово и отпустит полковника Остина на свободу, ты тоже сможешь отправиться на все четыре стороны. Как видишь, милая, все зависит от тебя.
Резко отпустив ее руку, Девон отстранился. Отвернувшись, он поднял с пола вагонетки кучу тряпья и швырнул ее девушке.
– А теперь надень вот это. В своем наряде ты будешь слишком выделяться. В этих мексиканских юбке с блузкой и шляпе ты станешь похожа на одну из тех местных женщин, которые сопровождают мужей домой. Никто тобой не заинтересуется.
Подняв на него глаза, Моргана мягко проговорила приглушенным голосом:
– Ты действительно считаешь, что тебя никто не найдет и не накажет?
– Я бы на твоем месте беспокоился за себя, Моргана. – Девон легонько провел пальцами по шраму у нее на шее, глядя на девушку ледяными синими глазами. – Подумай лучше о себе. Если понадобится, я могу убить совершенно незаметно.
Побледнев, Моргана отпрянула. Медленно поднявшись на ноги, Девон прошел через вагонетку и спрыгнул на землю. Дождавшись, пока он подойдет к лошадям, девушка на секунду закрыла глаза, а потом дрожащими руками начала снимать одежду.


Вагонетка осталась далеко в горах, за спинами всадников. Безжалостно палящее солнце буквально сводило девушку с ума. Она больше не думала о ненависти. Честно говоря, она вообще утратила способность рассуждать здраво. Сколько дней продлилось их путешествие? Она не помнила. Она чувствовала только, как горячие лучи мексиканского солнца жгут ее нежную кожу, как все тело ноет от многочасового пребывания в седле практически без отдыха, как болят мышцы… как ей необходим отдых…
Она больше не обращала внимания на медленную, размеренную поступь своей кобылы – было что-то успокаивающее в этом непрерывном движении, начавшемся еще до зари и продолжавшемся почти весь день. Все тело девушки покрылось потом, который стекал тонкими струйками по спине и ложбинке на груди. Выбившийся из небрежного пучка на затылке блестящий каштановый локон приклеился к влажной щеке. Было жарко… очень жарко… слишком жарко для того, чтобы носить прикрывающее лицо сомбреро и накидку, защищавшую кожу рук и плеч от палящих солнечных лучей.
Не в силах долее терпеть эту муку, девушка сбросила огромную соломенную шляпу. Она чуть с ума не сошла от удовольствия, когда легкий ветерок, обдувая вспотевшее лицо, откинул со лба влажные, завернувшиеся в мелкие кольца пряди волос. Скинув с плеч тяжелую накидку, Моргана почувствовала в себе силы продержаться в седле еще некоторое время.
– Надень шляпу! – Низкий мужской голос, в котором таилась угроза, заставил ее очнуться. Она почти забыла о том, что Девон рядом. Явно раздраженный тем, что никто не кинулся сломя голову исполнять его приказ, Девон повторил уже более резким тоном, от которого по спине девушки пополз холодок: – Надень шляпу, Моргана! И накидку тоже! Живо! Я не хочу, чтобы ты обгорела и вынудила меня остановиться! Я и так уже достаточно задержался из-за тебя, и будь я проклят, если…
Этот высокомерный голос вырвал Моргану из близкого к обмороку состояния, всколыхнув у нее в душе ярость, на которую она считала себя уже неспособной.
– Поскорей бы уж! – Смело взглянув в пронзительные синие глаза, Моргана раздраженно проговорила: – Это была не моя идея отправиться в столь долгий путь! Поверь, я не имею ни малейшего желания увидеть твой драгоценный Техас, и мне тем более все равно, что станется с полковником Остином!
– Да… ты не меняешься. – От промелькнувшей у него на губах презрительной улыбочки Моргане стало не по себе. – Тебе нет никакого дела до того, как твои поступки могут отразиться на судьбе ни в чем не повинного человека.
– Ты единственный, кто считает, что полковник Остин ни в чем не виноват. Антонио и мой дядя думают иначе!
– Последний раз, когда я имел беседу с Антонио, он утверждал совсем другое. Он сказал, что считает Стива честным человеком.
– Ты можешь поручиться только словом, но твое слово для меня ничего не значит! И мне надоело слушать об этом техасце! Техас – это часть Мексики, если ты забыл. Когда твой Стивен Остин получил разрешение основать колонию, он дал клятву – вы все дали – жить под властью мексиканского правительства, уважать мексиканские законы и католическую веру.
– И мы ее сдержали! Но мы свободные люди и имеем право защищать свободу, которой нас пытаются лишить!
– Ах, вашу свободу… – Презрение в голосе Морганы говорило красноречивее слов.
– Да, нашу свободу, – отчеканил Девон и продолжил спокойным тоном: – Ни один свободный человек не может нормально существовать в стране, разделенной надвое, в то время как только мексиканская часть может влиять на принятие законов; в стране, где суды защищают только богатых людей; в стране, где некоторым гражданам не позволено селиться там, где они хотят, где англоамериканцев считают людьми второго сорта!
– Дядя Мануэль говорит, что с американскими жителями Техаса обращаются справедливо и ваши притязания необоснованны.
– Твой дядя – слепой дурак, которому Санта-Анна запудрил мозги разговорами о прекрасном будущем Мексики! Он не дает себе труда думать, во всем повинуясь Санта-Анне и не замечая творящегося вокруг произвола.
– Мой дядя и Антонио честные люди! Они служат своей стране! Тебе, разумеется, этого не понять!
– Ты просто дура!
– А ты наглый выскочка, который вздумал судить всех подряд! – Неожиданно обретя силу, Моргана угрожающе прошипела: – К счастью, у тебя не хватит ума, чтобы выступить одновременно в роли судьи, прокурора и присяжных заседателей!
Пронзительные синие глаза остановились на лице девушки, отчего у нее бешено заколотилось сердце.
– Раз уж мы так откровенны друг с другом, милочка, – раздался угрожающе низкий рокочущий голос, который подействовал на нее гораздо сильнее, нежели крик, – то позволь заметить: мне все равно, что ты думаешь, делаешь или говоришь! Исключение составляют лишь те случаи, когда ты совершаешь очередной безрассудный поступок, способный отравить жизнь другим людям! – Замолчав на секунду, Девон окинул ее презрительным взглядом и потребовал: – Быстро надевай шляпу с накидкой, иначе я сделаю это сам!
Подпрыгнув от неожиданности, Моргана стиснула зубы и покраснела от гнева. Девон, видимо, этого и добивался. Вцепившись в края шляпы, она одним движением водрузила сомбреро на голову. Затем она взяла упавшую накидку и набросила на плечи, которые глубокий вырез простой мексиканской блузы совершенно не защищал от солнца. Кинув последний ненавидящий взгляд на Девона Говарда, Моргана стала всматриваться в расстилавшуюся перед ней прерию и постаралась хоть на время забыть о нем.
Жара усиливалась, а гнев девушки постепенно улетучивался. По непонятной причине тупая боль во всем теле со временем превратилась в странное оцепенение, облегчившее муки. Она чувствовала, что Девон по-прежнему едет рядом, следя за дорогой с неизменным вниманием, что было удивительно после стольких часов пути. Моргане, правда, было все равно. Она больше не ощущала поводьев, которые держала в руках, не чувствовала ничего, кроме ноющей боли в пустом желудке, немилосердного покалывания в затекших ногах и спине… она больше не чувствовала под собой лошади, медленно переступавшей по неровной земле. Она не чувствовала больше ничего… совсем ничего…
Внезапно она скользнула куда-то в темноту…
Острая боль в ребрах вернула Моргану к реальности. Девон, обхватив рукой ее талию, грубо встряхнул девушку. Она попыталась высвободиться из медвежьих объятий, и с ее губ сорвался низкий стон.
– Моргана, черт бы тебя побрал, не дергайся! Ты чуть не упала с лошади!
Поняв, что находится в седле рядом с Девоном, девушка ничего не ответила на слова, которые он яростно прошептал ей на ухо. Она просто не могла говорить, не могла даже пошевелиться. Ее тело бессильно обмякло, и она чувствовала только, как Девон прижимает ее к груди. Поскольку шляпа ей больше не мешала, Моргана уронила голову ему на плечо и сочла за лучшее не отвечать на тихие ругательства, которые Девон шептал себе под нос:
– Эх ты, глупышка, чересчур гордая для того, чтобы попросить об отдыхе.
В голове Морганы вертелись слова, которые она никак не могла выговорить: «А какая разница?» Вспышка гнева придала ей сил, и она снова попыталась вырваться из крепких рук.
– До чего же ты глупенькая. – Моргане вдруг показалось, что голос Девона смягчился. – Прекрати сопротивляться. Откинься назад… вот так. Через несколько минут сделаем остановку.
Эти низкие ласкающие интонации действовали на Моргану успокаивающе, как и ощущение сильного мужского тела, поддерживавшего ее. Наконец-то почувствовав себя в безопасности, Моргана позволила себе расслабиться и очень скоро вновь погрузилась в забытье.


Что-то прохладное и освежающее коснулось ее лица. Моргана с трудом разлепила веки, ставшие вдруг невыносимо тяжелыми. Не успела она собраться с мыслями, как ощутила влажное прикосновение на губах. С наслаждением втянув в себя каплю холодной воды, Моргана сглотнула и подняла дрожащую ладонь к лицу, чтобы не дать благословенной жидкости скатиться по подбородку.
Однако даже это маленькое движение оказалось ей не под силу, и девушка тяжело упала на поддерживавшую ее руку. И снова влажная ткань прошлась по ее лицу, щекам и закрытым глазам. Постепенно сознание полностью восстановилось. Она больше не сидела верхом… она находилась в каком-то месте, куда не проникали солнечные лучи. Открыв глаза, она увидела, как Девон отвернулся, чтобы смочить тряпку в наполненной водой шляпе. Следя за его действиями, Моргана встретилась с ним взглядом.
Густые каштановые брови сошлись на переносице, так что глаз почти не было видно. Суровое лицо враз посерьезнело. Медленно оглядев ее, Девон немного помолчал, а потом заговорил ласковым тоном, несказанно удивившим девушку:
– Ты должна была сказать мне, что устала, Моргана. Я не собирался доводить тебя до обморока. Я просто… просто… – Он как-то странно замялся, сделал глубокий вдох и продолжил уже более спокойно: – Дело в том, что я привык много времени проводить в седле. К тому же я был зол до такой степени, что забыл обо всем на свете. Прости, что так вышло.
Эта попытка попросить прощения далась Девону нелегко. Он снова замолчал, продолжая смачивать ее лицо водой. Почувствовав прилив сил, Моргана остановила его руку, которая спустилась ей на шею, и еле слышно пробормотала:
– Я сама могу это сделать. Ты можешь больше обо мне не беспокоиться.
Заметив, как разом потемнело лицо Девона, Моргана дрожащими пальцами взяла у него тряпку и попыталась сесть. В тот же миг его руки обвились вокруг нее, помогая удобно устроиться, откинувшись на ствол большого дерева, под которым они расположились на стоянку. Оглядевшись, Моргана обнаружила, что находится в небольшой рощице на берегу быстрой речки. Переведя взгляд на Девона, который стоял перед ней на коленях, девушка хрипло проговорила:
– Мы пробудем тут весь день?
– Сомневаюсь, что ты в состоянии ехать дальше, – отозвался Девон странным голосом, которому Моргана не сумела дать объяснение.
Однако, мгновенно отреагировав на содержавшийся в его словах намек, она попыталась встать на ноги, несмотря на слабость:
– Я готова ехать через несколько минут! Тебе не придется терять из-за меня время. Чем быстрее мы прибудем в Техас и чем быстрее я смогу избавиться от тебя, тем лучше!
– Не дури, Моргана! – Опустив руки на плечи девушки, он заставил ее снова сесть на землю и облокотиться о ствол дерева. Удерживая ее в таком положении, он строго проговорил: – Ты будешь сидеть здесь до тех пор, пока я не разрешу тебе двигаться! Ты выбилась из сил, и если сейчас сядешь на лошадь, то в скором времени можешь опять упасть в обморок. Ночь мы проведем здесь. После продолжительного отдыха и обильного ужина ты будешь в состоянии продолжить путь. А теперь послушай меня внимательно. – Больно сжав плечи Морганы, Девон яростно зашептал: – Я хочу, чтобы впредь ты ставила меня в известность о своей усталости, иначе, если снова потеряешь сознание, потом придется иметь дело со мной. – Синие глаза буквально впились в нее. – Я выразился ясно?
– Предельно!
Девон еще несколько секунд вглядывался в лицо девушки, как будто пытаясь увидеть на нем подтверждение ее слов, а потом резко отпустил ее и встал. Развернувшись, он подошел к лошадям и через несколько минут занялся приготовлением их первого нормального ужина за три дня пути.
– Нет, ты будешь есть, Моргана!
– Я же сказала, что не хочу!
Путешественники расположились вокруг небольшого костерка, на котором поджаривалась птица. Девон сердито взирал на упрямую спутницу.
С трудом сдерживая рвущийся наружу гнев, молодой человек проговорил натянутым голосом:
– Хорошо, можешь не ужинать сейчас, но я добьюсь, что ты съешь половину птицы перед сном.
Неожиданно упрямство Морганы переросло в злость:
– Хочешь ты этого или нет, но я не ребенок и не позволю, чтобы со мной обращались подобным образом!
Глаза у нее заблестели, вспышка ярости заставила на время забыть о ноющих мышцах. Ей хотелось зарыдать в голос, но она была слишком горда, чтобы позволить Девону догадаться, что она совсем ослабела… что каждое движение причиняет ей невыносимые страдания… что, пока она добралась до костра, волчий аппетит исчез без следа, уступив место боли. Кроме того, при каждом шаге у нее усиливалось головокружение, и Моргана боялась, что если немедленно не ляжет, то ее может стошнить. Девушка попыталась встать на ноги, и к горлу тут же подступила новая волна дурноты. Застонав от острой боли в ногах, она буквально доползла до расстеленного под деревом одеяла. С трудом опустившись на землю, Моргана вздохнула с облегчением и в этот момент заметила Девона, который тоже подошел к дереву и теперь молча взирал на нее сверху вниз. На его строгом лице появилось понимающее выражение.
– Все ясно.
Не веря собственным ушам Моргана краем глаза наблюдала за тем, как Девон что-то ищет в седельной сумке. Через несколько секунд он вернулся к дереву, сжимая в ладони маленький пузырек.
– Ну что ж, Моргана. Есть только один способ помочь твоей беде. Перевернись на живот!
– Что? – Девушка густо покраснела. – Никогда! Посмотрев на нее с глубоким презрением, Девон с расстановкой проговорил:
– Хочу, чтобы ты поняла меня правильно. Я вижу, что у тебя болят мышцы, и не собираюсь ждать до тех пор, пока ты придешь в себя и будешь в состоянии продолжать путь! Так что живо переворачивайся! Это масло тебе поможет! – Заметив, что девушка по-прежнему колеблется, он резко добавил: – Я бы сделал то же самое для своей лошади, Моргана! Быстро переворачивайся, а не то я помогу тебе это сделать!
Затаившаяся в глубине синих глаз угроза не оставляла сомнений в том, что Девон сдержит слово. Перевернувшись на живот, Моргана безропотно позволила Девону снять с нее блузку из грубого хлопка. В следующий момент она почувствовала, как он сел на нее верхом. Удивительно нежным движением он убрал со спины девушки длинные каштановые локоны, капнул немного масла, и в ту же секунду ей в нос ударил отвратительный запах.
– А теперь расслабься и позволь мне немного облегчить твои страдания. – Остро реагируя на прикосновение широких твердых ладоней, которые привычным движением разминали ей шею и плечи, Моргана нервно поерзала и тут же услышала резкий окрик: – Я сказал, расслабься!
Постепенно, подчиняясь его командам, Моргана начала расслабляться под его опытными руками. Невозможно было противиться этим сильным нежным ладоням, которые терпеливо разминали ее тело, умело массировали каждую мышцу, так что зуд превращался в приятную слабость. Чудесно! Настоящее блаженство! Девон капнул ей на кожу еще немного масла, и она даже не почувствовала, как он спустил блузку еще ниже.
Опытные знающие руки безостановочно двигались по ее телу, поглаживая тонкую шею, разминая узкие плечи, которые гудели от усталости, массируя спину до тех пор, пока боль полностью не исчезла. Моргана не сопротивлялась, когда Девон снял с нее юбку, и даже не удержалась от блаженного вздоха, когда он вылил несколько капель мази ей на бедра. И снова он принялся поглаживать, массировать, разминать, ловко прогоняя боль.
Девушка попыталась возразить, когда он стянул с нее нижнее белье, но ее слабый протест потонул в стоне блаженства, когда его сильные ладони начали гладить ноющие мышцы ягодиц.
Она покорно позволила Девону перевернуть ее на спину, не отдавая себе отчета в том, что почти полностью обнажена, до тех пор, пока в вечерней тишине не раздался его низкий отчаянный стон:
– Бог мой!
Густые ресницы, веером лежавшие на гладких золотистых щеках, задрожали и медленно поднялись. Девон продолжал сидеть на ней верхом, покраснев от обуревавших его чувств и крепко стиснув зубы, силясь держать себя в руках. Видно было, как под грубой домотканой рубахой тяжело вздымается его грудь. Повернувшись, он дрожащими руками поднял с земли пузырек, поймал взгляд девушки и через мгновение наклонился, чтобы втереть мазь ей в плечи.
Постепенно умелые руки Девона спустились с плеч на предплечья, разминая и массируя больные места. Затем его ладони опустились ей на грудь и, подрагивая, принялись осторожно поглаживать нежные округлости, ложбинку между ними, успокаивая усталые ноющие мышцы. Наконец он добрался до ребер.
Остановившись, Девон нахмурился, разглядывая длинный свежий синяк, протянувшийся через все ребра. Легонько прикоснувшись к нему кончиками пальцев, Девон хрипло прошептал:
– Это… это сделал я, Моргана, когда снимал тебя сегодня с лошади?
– Н-не знаю. – Сердце девушки бешено колотилось в груди. Почему-то стало трудно дышать. Загоревшийся в глубине синих глаз Девона огонек вызвал у нее дрожь во всем теле, волна острого наслаждения захлестнула ее с головой. Девон медленно опустил голову и принялся покрывать поцелуями ушибленное место. Моргана тяжело задышала от охвативших ее эмоций, когда сильные руки вновь продолжили массаж, разминая мышцы стройных бедер, двигаясь по всей длине ног, осторожно, любовно растирая каждую ступню.
Девон больше не касался девушки, но она чувствовала его горячее дыхание совсем близко. Открыв глаза, Моргана была потрясена тем, с какой страстью он смотрел на нее. Взяв в ладони ее лицо, он заглянул ей в глаза:
– Моргана, милая, я хочу тебя больше, чем какую-либо другую женщину. Ты эгоистичная, избалованная, хитрая маленькая бестия, и я презираю все, что ты делаешь. Но я хочу тебя. Боже, я хотел тебя с первого взгляда… и до сих пор умираю от желания…
Эти слова отпечатались в мозгу Морганы за секунду до того, как полные чувственные губы, безжалостно терзавшие ее воображение в течение долгих одиноких ночей, коснулись ее губ. Моргана услышала низкий стон и почувствовала, как Девон опустился на нее всем телом. Задохнувшись от удовольствия, она позволила его языку вовлечь ее в сладкую игру. Наконец губы Девона пустились по тому же маршруту, что и его руки несколько минут назад.
Когда его рот сомкнулся вокруг напряженного розового соска, ее пронзило острое наслаждение. Внезапно на них не осталось одежды, и ощущение полностью обнаженного мужского тела сверху лишило девушку возможности мыслить связно. В следующее мгновение Девон коленом раздвинул ей ноги и резким движением вошел в нее, скользнув глубоко внутрь ее горячего влажного лона. А потом он начал двигаться, каждый раз вознося ее все выше на волне ослепительного блаженства. Моргана полностью утратила контроль над собой, нежась в лучах разделенной страсти. Она не хотела, чтобы он останавливался. Она хотела… хотела…
Внезапно губы мужчины вновь оказались возле ее губ. Низким от переполнявших его чувств голосом Девон проговорил:
– Моргана, милая… ты хочешь меня? Ты хочешь меня сейчас?
Зачем он это делает? Зачем так безжалостно возвращает ее на землю? Зачем?
– Моргана…
– Зачем… зачем тебе это нужно…
– Скажи мне, Моргана. Скажи, что хочешь меня. – Колебания девушки распалили его. – Будь ты проклята, я знаю, что хочешь! Я чувствую, как дрожит твое тело в предвкушении освобождения. Я хочу, чтобы ты это сказала… я хочу услышать, что ты хочешь меня.
– Нет, я не могу этого сказать…
– Говори, черт бы тебя побрал! – Девон слегка пошевелился внутри ее, чтобы заново раздуть огонь страсти, и невольно застонал при виде того, как исказилось ее лицо. – Скажи это сейчас, черт тебя возьми, или я уйду… уйду, не прикоснувшись к тебе…
– Нет… – Не в силах вынести даже мысли о том, что это волшебство может закончиться, Моргана горячо прошептала: – Нет, Девон, не оставляй меня. Я… я хочу тебя… правда, хочу…
Девон замер, пристально глядя на нее.
– Больше, чем Санта-Анну? Ты хочешь меня больше, чем Санта-Анну? Скажи мне, маленькая ведьма. Или ты скажешь это сейчас, или я больше никогда не притронусь к тебе, Моргана…
– Да, – выдохнула девушка и опустила глаза, чтобы сдержать непрошеные слезы. – Да, я хочу тебя больше, чем когда-либо хотела Санта-Анну.
Издав тихий сдавленный звук, Девон обхватил ее лицо руками и жадно приник к губам. Неожиданно оторвавшись от ее рта, он начал резко двигаться внутри ее, не сдерживая больше своей страсти и вознося их обоих на вершину блаженства. Глубоко застонав, Девон извергся в нее, захлестнув Моргану волной ослепительного наслаждения и подведя ее к освобождению.
Медленно возвращаясь к реальности из волшебной сказки, сотворенной Девоном, Моргана встретилась взглядом с синими глазами, прикованными к ее лицу.
Едва дыша при виде счастливого выражения, проступившего на лице девушки, ее огромных карих глаз, в которых ярко блестели золотые искры, Девон обнял ее и притянул к себе. Он хотел что-то сказать, но передумал, осознав, что Моргана принадлежит ему лишь на короткий миги что расставание неизбежно…


Предрассветное небо прочертили серебристые нити. Тысячи побледневших звезд слабо поблескивали сквозь ветви дерева. Девон приподнялся на локте и взглянул на Моргану, спавшую в его объятиях. Они лежали под одним легким покрывалом, согревая друг друга теплом своих тел, и Девону ужасно не хотелось нарушать эту близость. Прошедшая ночь была волшебной… руки Морганы были теплыми и зовущими, а ее желание таким же сильным, как и его собственное. Нет, это невозможно, подумал Девон: невозможно, чтобы она испытывала такое же сильное желание, как он; желание, которое удерживало его в стране еще долго после того, как ему приказано было уехать; которое заставило его вернуться из Салтильо в столицу, как только до него дошли слухи об открытых приставаниях президента к Моргане; это порабощающее желание, сильнее которого просто быть не могло. Даже сейчас, после ночи любви, он хотел ее. Он медленно скользнул взглядом по прелестному личику, уткнувшемуся ему в плечо. Волна нежности поднялась в душе у Девона, когда девушка придвинулась к нему во сне. Господи, до чего же она красива! Удастся ли ему когда-нибудь привыкнуть к этой красоте? Даже в предрассветных сумерках ее роскошные волосы отливали медью, обвившись вокруг его запястья, рассыпавшись шелковистыми волнами по нежной шее и кремово-белым плечам. Подняв руку, Девон осторожно прикоснулся к маленькому колечку волос у ее виска, мечтая провести ладонью по гладкой щеке цвета слоновой кости. Длинные ресницы затрепетали от его прикосновения, и Девон замер. Он не хотел будить ее. Ему нужно было еще немного времени… чтобы понаслаждаться ее красотой…
Проклятие, первые три дня пути в обществе Морганы чуть было не свели его с ума! Он хотел ее так страстно, что еле удерживался от того, чтобы взять ее силой. И все это время Моргана оставалась холодной, высокомерной и отстраненной, делая вид, что не замечает его присутствия. Ее холодность и стала причиной того, что Девон проводил почти все время в седле, стремясь как можно быстрее доехать до Техаса и избавиться от Морганы, избавиться от всепоглощающего желания. Он слишком сильно сжал ее тогда… причинил ей боль. Черт, ее хрупкое маленькое тело не привыкло к таким суровым дорожным условиям. Он должен был понять, что она не выдержит. Господи, он не хотел сделать ей больно! Он только хотел…
Девон не стал заканчивать свою мысль, ибо она навела его на воспоминания о прошлой ночи. Он держал ее в объятиях, и они любили друг друга до полного изнеможения, когда невозможно стало бороться со сном. Это было волшебно… намного лучше, чем ему представлялось в мечтах. А теперь, проснувшись после ночи любви, он желал только, чтобы это повторилось снова. Может, она в самом деле ведьма, околдовавшая его? А как еще можно объяснить его беспомощность перед этой женщиной?
Интересно, на Санта-Анну она влияет так же? Быть может, из-за этих самых чар президент Мексики едва не спровоцировал публичный скандал? Сколько раз Моргана вот так же занималась любовью с Санта-Анной? Сколько раз, просыпаясь, Антонио видел рядом с собой на подушке это прекрасное лицо? Заставлял ли он ее кричать от страсти… чувствовал ли, как ее маленькие ручки в порыве нежности сжимают его плечи? Сходил ли он с ума от желания? Готов ли он был ради Морганы на такие же безумства, как Девон? Молодой человек ощутил острый укол ревности. Проклятие, он знал, кто такая Моргана Пирс: хитрая эгоистичная маленькая ведьма, для которой единственной целью в жизни является приобретение богатства и положения в обществе, утраченные со смертью отца. Она призналась, что никогда не хотела Санта-Анну так, как его, Девона. И он поверил ей. Страсть, с которой она отвечала на его ласки прошлой ночью, невозможно сыграть. Однако в то злополучное утро он нашел ее покорно лежавшей под Санта-Анной и нежно его обнимавшей.
При воспоминании об этом Девон ощутил во рту привкус желчи. Задрожав всем телом, не в силах противостоять обуявшей его ревности, он обхватил руками спящую Моргану и притянул ее к себе.
– Что?.. Девон…
Не понимая, что происходит, она моргала спросонья, а Девон уткнулся лицом в ее теплую шею. Жадные мужские руки яростно ласкали ее тело, постепенно возвращая ее к действительности. Снова закрыв глаза, Моргана сделала глубокий вдох, пока его умелые ладони сжимали мягкие груди и поглаживали шелковистую кожу бедер. Наконец Девон раздвинул ей ноги, открыв себе доступ к средоточию ее страсти. Скользнув рукой в нежный грот, он принялся осторожно ласкать ее пальцами, распаляя в ней желание, а его губы в это время припали к ее губам в глубоком обжигающем поцелуе.
У Морганы перехватило дыхание, и все ее существо преисполнилось сладкого томления, когда пальцы Девона начали двигаться в ней, дразня, возбуждая, мучая. Губы его терзали ее грудь, целуя, разжигая в ней безумное нетерпение, заставляя дрожать от желания. Но Девону было мало низких стонов Морганы. Он хотел большего, гораздо большего. Внезапно остановившись, он принялся медленно, лениво обводить языком напряженные соски, дразня ноющие от желания вершинки, а его рука продолжала двигаться в теплой влаге между ее ног, срывая крики страсти с ее припухших от поцелуев губ.
Не отдавая себе отчета в том, что происходит, Моргана стонала под обжигающими прикосновениями Девона, умоляя войти в нее, облегчить невыносимую боль, терзавшую тело. А он все медлил, не отвечая на призывы, продолжая ласкать, дразнить, нежить ее, пока в один прекрасный момент Моргана не поднялась на волне страсти, закружилась, завертелась в ней и, взорвавшись миллионами горячих искр, очнулась, дрожа всем телом и тяжело дыша, в сильных мужских объятиях.
Сдерживая снедавшее его желание как можно быстрее войти в нее, Девон вглядывался в раскрасневшееся от страсти лицо Морганы. Он хотел этого… нуждался в этом… ему необходимо было сознавать, что он мог контролировать Моргану, что он завладел ее существом так же безраздельно, как она, сама того не сознавая, давно уже завладела им. Стараясь не обращать внимания на собственное растущее желание, он медленно, постепенно, прочувствованно вознес ее на вершину страсти. Сердце остановилось у него в груди при виде того, как в ее глазах отразились первые признаки страха, сменясь изумленным выражением, когда она начала терять контроль над собой. Он жадно наблюдал за сменой чувств на лице девушки, пока наконец она не достигла пика наслаждения и все ее нежное маленькое тело не содрогнулось, исторгнув из груди глубокий сдавленный стон.
Внимательно глядя на нее, он увидел, как густые черные ресницы, покоившиеся на раскрасневшихся щеках, медленно поднялись и прекрасные, с золотыми искорками глаза потрясенно воззрились на него.
– Девон… я никогда… я не знаю…
Осекшись, девушка замолчала, а Девон, выдержав паузу, чтобы собраться с мыслями, прошептал хрипло:
– Я хотел увидеть, как ты достигнешь освобождения, Моргана. Я хотел увидеть страсть в твоих глазах, ощутить, как твое тело содрогается от сладкой муки, хотел видеть, как оно повинуется мне. Я хотел дотронуться до тебя… почувствовать… увидеть, как из тебя истекает любовный нектар. Мне было необходимо все это… от тебя.
Одним движением оказавшись поверх девушки, Девон потерся о ее бедро восставшим естеством, и, заметив, что ее ресницы задрожали в ответном порыве страсти, почувствовал, как с новой силой заколотилось сердце.
– А теперь, милая, – тихим срывающимся голосом проговорил Девон, – теперь мы сделаем это снова… вдвоем. – Быстро приподнявшись, он скользнул в нее, низко застонал и, услышав ответный стон, начал быстро двигаться, стремясь к освобождению. С чувством глубокого удовлетворения Девон наблюдал за тем, как быстро, уверенно, страстно возбуждается Моргана. И вдруг неожиданно, как будто упав с огромной высоты, он достиг предела наслаждения, а открыв глаза, увидел, что Моргана разделила с ним эту минуту полного, обжигающего единения, вознеслась с ним вдвоем на самый пик, откуда они вместе ринулись вниз, замерев в объятиях друг друга.
Прошло несколько долгих минут, прежде чем дыхание Морганы полностью восстановилось. Она чувствовала себя спокойно и безопасно в теплых объятиях Девона, все жизненные заботы отступили на задний план, уступив место воспоминаниям о том волшебстве, которое только что произошло между ними. Медленно разомкнув веки, она взглянула в его лицо. Его суровые черты на миг смягчились, но тут же приняли прежнее выражение. Не отрывая взгляда от ясных синих глаз, скользивших по ее лицу, Моргана вдруг со страхом ощутила, как они разом похолодели. Последний лучик тепла растаял в тот момент, когда Девон отодвинулся от нее. Быстро поднявшись на ноги, он посмотрел на девушку сверху вниз.
– Одевайся, Моргана. Я хочу как можно скорее выехать. Я и так должен был вернуться в Техас больше месяца назад и не намерен долее задерживаться.
Внезапно устыдившись своей наготы, Моргана потянулась за скомканным в ногах одеялом. Девон низко рассмеялся, и от прозвучавшего в его смехе презрения Моргана невольно покраснела.
– Тебе не кажется, что уже поздно стесняться, милая? Какой смысл изображать из себя невинную скромницу? Ты давно уже перестала ею быть.
– Как ты смеешь так со мной разговаривать? – возмущенно выдохнула Моргана, закипая от гнева. Подтянув на себя одеяло, девушка неуклюже поднялась на ноги и завернулась в него. – Прошлой ночью ты говорил мне, что не собираешься… – Она осеклась, но тут же снова продолжила яростным шепотом: – А потом ты воспользовался моим доверием! А я тебе поверила!
Изогнув губы в презрительной ухмылке, Девон холодно произнес:
– И сегодня утром я тебя тоже взял силой. Ну конечно, – проговорил он с легким наклоном головы, дотронувшись до нежной кожицы за ухом, куда Моргана укусила его в порыве страсти, – у меня осталось несколько шрамов от того, как яростно ты защищала свою добродетель, милочка. Знаешь, Моргана, ты как-то странно сопротивлялась. Буду иметь это в виду, когда представится очередная возможность. – Лицо молодого человека внезапно потемнело, и он натянуто произнес: – А теперь живо одевайся. Нам предстоит долгий путь.
Не в силах поверить в реальность происходящего, Моргана недоумевающе воззрилась на Девона, а потом резко наклонилась и подняла с земли юбку с кофтой. Направившись к речке, она бросила через плечо:
– Когда я искупаюсь…
Девон нетерпеливо перебил ее:
– Давай быстрее! Я же сказал…
– Знаю! – Резко обернувшись, девушка пронзила его гневным взглядом. – Тебе не терпится вернуться в Техас! Но тебе придется подождать еще несколько минут. Я чувствую себя грязной. Мне надо вымыться… чтобы снова стать чистой.
Сделав шаг в сторону реки, она вдруг услышала за спиной низкий голос Девона:
– Ты правда думаешь, что это возможно?


Солнце почти зашло, когда Девон направил лошадей в сторону небольшой рощицы.
– Поэкономнее с водой. – Это была первая фраза, произнесенная Девоном за много часов пути. За целый день путники обменялись считанными словами. Моргана чуть не расплакалась, осознав, что придется лечь спать, даже не искупавшись после изнурительного дня в седле под палящим солнцем. Не желая показывать Девону свою слабость, она подъехала к дереву и быстро спешилась, невольно застонав от боли в мышцах. Она неожиданно почувствовала прилив благодарности Девону за то, что он с самого начала отобрал у нее амазонку и ботинки для верховой езды, заменив этот наряд простыми мексиканскими юбкой с кофтой и сандалиями. В таком платье гораздо легче было переносить жару. Но несмотря на соображения удобства, она собиралась забрать у него назад свой костюм, потому что в этой одежде, пропитанной потом и грязью, она больше ехать не могла. Какая же она дура! Сегодня ей не удастся даже помыться, не то что одежду постирать! Какая же она дура…
Борясь с непрошеными слезами, девушка решительно направилась к густому кустарнику на противоположной стороне поляны. Она знала, что Девон следит за ней, но надеялась, что он не станет мешать ей. Это были ее единственные минуты отдыха во всем этом проклятом путешествии.
Вернувшись через несколько минут, Моргана постаралась не выдать скованности в движениях. У нее до сих пор побаливали мышцы, но, как ни неприятно было это сознавать, после вчерашнего массажа Девона стало значительно лучше!
Посреди поляны был разложен небольшой костер, на котором соблазнительно потрескивал котелок. Окинув взглядом пошатывающуюся фигуру девушки, Девон проговорил:
– Я подогреваю чай, и, похоже, это единственное теплое блюдо на сегодня. – Отвернувшись, он извлек из седельной сумки непривлекательного вида кусок вяленой говядины. – Конечно, вчера у нас был ужин получше, но я не могу охотиться две ночи подряд.
– Мы… – чувствуя, как от голода сжимается желудок, Моргана взяла из рук Девона жилистый кусок говядины и осторожно откусила от него, – мы ведь скоро доедем до какого-нибудь постоялого двора? Не хочешь же ты сказать, что эта местность необитаема! Уверена, мы сможем остановиться там, чтобы помыться и нормально поесть.
Медленно повернувшись, Девон насмешливо взглянул на нее:
– Ты, должно быть, держишь меня за круглого дурака, Моргана, если всерьез полагаешь, что я покажусь с тобой вблизи какого-нибудь постоялого двора.
– Что это значит? Ты сказал, что здесь меня никто не будет искать… что ты направил их по ложному следу. Так зачем беспокоиться?..
– А что прикажешь делать с тобой? Внести в трактир связанной и с кляпом во рту? Думаешь, я поверю, что ты не воспользуешься случаем привлечь к себе внимание?
Стараясь не смотреть в его сторону, Моргана неопределенно пожала плечами. Несколько раз им на пути попадались люди, но Девон каждый раз угрожающе клал ладонь на рукоятку ножа, чем сильно ей досаждал.
В глубине души Моргана понимала, что, несмотря на возникшую между ними интимную близость, Девон без колебаний пустит в ход острое лезвие. Она слишком явственно помнила прикосновение металла, разрезающего кожу, и до сих пор чувствовала, как горячая струйка крови стекает вниз по груди. Тот Девон, который тогда разделил с ней боль, был совсем не похож на человека, который мог в одну минуту нежно заниматься с ней любовью, а в следующую – равнодушно отвернуться. Этот новый Девон напоминал падшего ангела, неустрашимого и способного на все. Нет, она слишком боялась его, чтобы спорить.
– Полагаю, если я дам тебе слово, что не буду ни с кем разговаривать, ты…
– Не сотрясай попусту воздух, Моргана, – яростно сверля ее взглядом, усмехнулся Девон. – Завтра нам рано вставать.
Покраснев от возмущения, Моргана не удостоила его ответом. Молча дожевав говядину, девушка допила остатки чая и поднялась на ноги. Возле костра было расстелено одеяло, и, обнаружив, что второе по-прежнему свернуто и приторочено к седлу, Моргана решительно подошла к лошади и резким движением сдернула сверток. Чуть было не застонав от боли, немедленно охватившей все тело, Моргана развернулась и, выбрав подходящее дерево, направилась к нему.
– Нет, Моргана. Я думаю, мы будем спать здесь, поближе к огню.
Оскорбленная неприкрытым намеком в его голосе, Моргана медленно повернулась к Девону:
– Ты, если хочешь, можешь спать у костра, а я пойду туда!
Не дожидаясь ответа, Моргана вновь направилась к дереву. Не успела она сделать и трех шагов, как на плечо ей опустилась рука. Решительно повернув девушку лицом к себе, Девон с непроницаемым видом несколько секунд молча смотрел на нее, после чего тихо невыразительно произнес:
– Давай заключим договор, Моргана. Нам предстоит путешествовать вместе почти месяц. Мы не слишком любим друг друга. – Его губы изогнулись в иронической усмешке. – Черт, это еще мягко сказано. Я ведь похитил тебя, лишив возможности стать королевой высшего света Мексики. Если ты не успела возненавидеть меня раньше, то теперь у тебя появилась такая возможность. Что касается меня, я презираю в тебе все. Ты мне не нужна… – Задержавшись взглядом на ее губах, он хрипло договорил: – За исключением одного…
Рука, крепко сжимавшая плечо Морганы, начала легко ее поглаживать, а вторая легла ей на затылок и притянула ее голову ближе к его лицу. Его губы, слегка касаясь ее кожи, словно дразнили девушку, пока Девон говорил хриплым шепотом:
– Но мы ведь хотим друг друга, Моргана. Я весь день думал только о том, когда наступит ночь, мы остановимся на привал и я смогу заняться с тобой любовью. И ты тоже, милая, правда?
Грубый отказ, вертевшийся в голове у девушки, ушел в никуда, стоило его языку коснуться ее губ. Бесстыдная чувственная дрожь прошла по ее телу. Ее реакция не укрылась от внимательного оценивающего взгляда Девона. Резко притянув Моргану к себе, он дал ей почувствовать всю силу своего желания, в то время как его губы скользнули по ее щеке, прихватили нежную мочку уха и горячо прошептали:
– Нам обоим надо дать выход страсти, милая, чтобы снова стать свободными. Это единственный способ, единственный…
Отчаянно цепляясь за остатки самообладания, пока Девон жадно ласкал ее, заставляя дрожать всем телом, Моргана хрипло пробормотала:
– Нет… ты… ты делаешь из меня шлюху.
В голосе Девона, когда он заговорил, звучала горькая покорность судьбе:
– Ты – это ты, Моргана.
Закрыв глаза, Моргана безропотно позволила Девону подхватить ее на руки, уложить на грубое одеяло и раздеть. Наслаждаясь его ласками, ощущением теплого тяжелого тела, девушка почувствовала, как он вошел в нее, и тут же в голове у нее вновь прозвучали слова: «Ты – это ты…»


Послеполуденная жара была просто невыносимой. Девон озабоченно взглянул на покачивающуюся фигурку Морганы, терзаясь угрызениями совести. Несколько дней назад идея увезти Моргану из столицы, чтобы связанные с ее именем сплетни не повредили полковнику Остину, казалась правильной, но теперь… теперь Девон сомневался. Она выбилась из сил. Целые дни в седле и целые ночи любви стали сказываться на ее самочувствии. Даже сам Девон начал уставать. Но, будь он проклят, несмотря на многочисленные обещания, данные самому себе, стоило ему обнять Моргану, как он полностью утрачивал здравый смысл. Сняв шляпу, он нервным жестом провел рукой по густым каштановым волосам. Еще слишком рано останавливаться. Впереди их ждали долгие часы пути. Путешествие стало казаться ему бесконечным… И, несмотря ни на что, Моргана была слишком горда, чтобы попросить…
– Моргана!
Вовремя ухватив съехавшую с седла девушку за руку, Девон встряхнул ее. Моргана посмотрела на него туманным и растерянным взглядом. Осознав, что она больше не может ехать одна, Девон снял девушку с лошади и усадил перед собой. Забрав у нее сомбреро, он осторожно повесил его на луку седла. Затем он снял с девушки тяжелую накидку и аккуратно привязал поводья ее лошади к своему седлу. Прижав Моргану к груди, он сдавленно прошептал:
– Спи. Нам предстоит проехать еще несколько часов, но ты пока можешь поспать.
Попытавшись высвободиться из его объятий, Моргана слабо запротестовала:
– Нет, я могу ехать. Мне не нужно…
Не сдержавшись, Девон грубо оборвал ее:
– Прекрати спорить и откинься на меня, черт возьми!
Истратив последние силы, Моргана покорно повиновалась приказу. Прислонившись к груди Девона, она мгновенно погрузилась в сон.
Моргана спала, покачиваясь в такт ходу лошади. Она спала уже около часа, дразня мужчину своим нежным ароматом. Ее хрупкие плечики жгли ему грудь, а маленькая головка, упиравшаяся ему в подбородок, распаляла желание. В кольце его рук она казалась такой маленькой, такой хрупкой… такой прекрасной. Ничто: ни изнуряющая жара, ни тяготы путешествия, ни настойчивые мужские приставания – не в силах было уменьшить ее красоту. Напротив, она становилась краше день ото дня. Бледная кожа приобрела нежно-золотистый оттенок, который еще больше подчеркивал глубину темных глаз, сводящих его с ума. Яркие солнечные лучи добавили блеска шелковистым локонам, а залегшие под глазами легкие тени придавали ее красоте какой-то неземной оттенок. Обнимая ее рукой за талию, Девон мучился от каждого прикосновения к упругим холмикам. Сжав пальцы, он обхватил ее грудь и принялся ласкать нежный сосок, пока тот не затвердел, призывно прижавшись к его ладони.
– Девон…
Моргана зашевелилась. Охваченный непреодолимым желанием, Девон вгляделся в повернутое к нему лицо девушки. Взяв ее за подбородок, он накрыл ее губы своими, и поцелуй мгновенно стал глубоким и настойчивым. Оторвавшись от ее рта, он невнятно пробормотал:
– Нам предстоит проехать еще несколько миль, но я хочу тебя, Моргана.
Не в силах говорить из-за внезапно охватившей ее дрожи, девушка почувствовала, как широкая твердая ладонь скользнула под блузку и обхватила грудь. Ее кожа оказалась теплой и влажной, так что Девон застонал от охватившего его мучительного желания.
– Девон… нет, я не хочу…
– Хочешь, Моргана. Ты сама знаешь, что хочешь…
– Нет, Девон. – Не доверяя самой себе, Моргана отвернулась.
Опустив руку, Девон ощутил биение ее сердца. Не в силах долее выносить мук страсти, он просунул руку ей под юбку и прикоснулся ладонью к теплой коже живота. Ищущие пальцы скользнули под панталоны и запутались в коротких завитках волос, стократно усилив желание Девона. Моргана мгновенно напряглась.
– Я хочу потрогать тебя, Моргана, – глухим срывающимся голосом проговорил он, – мне необходимо потрогать тебя.
Постепенно под опытными руками Девона напряжение стало спадать. Когда он наконец отыскал нежный грот, тело девушки инстинктивно выгнулось навстречу его пальцам. Низко застонав, он дотронулся до средоточия ее женственности, сжал его и, почувствовав ответную влагу, чуть не закричал от страсти.
Моргана, как и Девон, тяжело дышала. Внезапно она попыталась оттолкнуть его руку.
– Девон, нет, не делай этого со мной. – Она подняла на него умоляющие глаза. – Не здесь, не сейчас…
– Да, Моргана, здесь и сейчас…
Снова прильнув к губам девушки в страстном поцелуе, Девон возобновил свою нежную пытку и, на секунду оторвавшись от нее, сдавленно пробормотал:
– Прижмись ко мне… вот так, милая… Откройся мне… вот так…
Инстинктивно повиновавшись словам Девона, Моргана откинулась на него, позволив его пальцам проникнуть глубже, бурно и страстно реагируя на его непрекращающиеся ласки. Внезапно тело девушки охватила сильная дрожь, а в следующее мгновение сверкающие крылья вознесли ее на вершину блаженства. Почувствовав, что она близка к освобождению, Девон прерывисто зашептал ей на ухо:
– Откинься еще и позволь мне закончить, Моргана. Я хочу, чтобы ты отдала мне всю себя… сейчас…
От его опытных ласк тело девушки содрогнулось, и с губ сорвался стон, исполненный благодарности Девону за испытанное наслаждение.
Девон держал Моргану в объятиях до тех пор, пока не утихла дрожь, а затем развернул лицом к себе. Он поцеловал ее страстно… глубоко.
Спустя несколько часов девушка продолжала ехать, свернувшись калачиком у него в руках. Силясь сдержать слезы, Моргана зажмуривала глаза, но в голове у нее продолжали настойчиво звучать жестокие слова: «Ты – это ты, Моргана…»


За две недели пути Моргана сильно изменилась. Исчезла та юная и неопытная девочка, которую когда-то в прошлой жизни похитили из родного дома. Ее слабые нетренированные мышцы окрепли, так что она могла ехать почти наравне с Девоном. Она похудела, отчего изящная линия скул стала еще заметнее. Под чутким наблюдением Девона, не позволявшего снимать шляпу в те часы, когда солнце было особенно опасным, ее кожа покрылась безупречным легким загаром. Золотые искорки в огромных карих глазах потухли, разгораясь вновь только от искусных ласк Девона. Большую часть времени она сохраняла строгое непроницаемое выражение лица, умело скрывая свои чувства. Мягкие губы, на которых раньше почти все время играла легкая улыбка, теперь сжались в прямую линию. Раньше она проводила много времени за туалетом и к ее услугам были изысканные духи и ароматизированная вода, теперь же она довольствовалась купанием в речке и простым мылом, которое Девон вез в седельной сумке. Вместо богатого гардероба, к которому Моргана привыкла с детства, она научилась обходиться простыми хлопковыми юбкой и блузкой, которые стирала в реке каждый вечер и развешивала на ночь на ветках деревьев, с тем чтобы завтра надеть их в дорогу. Но почему-то в результате всех этих лишений и трудностей Моргана стала еще прекраснее.
Поглядывая на стройную прямую фигурку девушки, ехавшей рядом с ним, Девон не мог не испытывать гордости. Черт возьми, да его Моргана превратилась в настоящую женщину! Его Моргана. От этой мысли его пронзила острая боль: скоро они доберутся до Техаса, а значит, их уединению наступит конец. Моргана давно уже перестала сопротивляться, открыто наслаждаясь его любовью. И когда только все успело измениться? Может, это произошло в тот день, когда она ехала верхом на его лошади и он довел ее до изнеможения своими ласками? В тот момент он отчаянно хотел взять ее, показать свою власть над ней, чтобы хоть отчасти отомстить за то, что она неосознанно завладела всем его существом. Неохотно, не в силах противостоять его натиску, девушка откинулась назад, позволив ему проникнуть глубже. Господи, он до сих пор помнил тепло ее спины, прижатой к его груди, ее сладкую влагу на пальцах. Живо представив себе эту картину, Девон крепко зажмурился и стиснул зубы, чтобы сдержаться. Он чувствовал, как в нем нарастает желание. Если сейчас он попытается взять ее, она согласится? Да.
Моргана сумела приспособиться к тяготам путешествия. Она безропотно проводила целые дни в седле. Молча разделяя с Девоном простую, иногда даже скудную пищу, она заговаривала только тогда, когда хотела узнать что-то о предстоящем отрезке пути. Разговоры о политике, которые они иногда заводили, неизбежно заканчивались ссорой. Это осталось неизменным. Нет, за несколько недель мнение девушки относительно ее дяди и президента Санта-Анны осталось прежним: она считала их кристально честными людьми. Внутренне кипя от гнева, Девон понимал, что она останется верна себе, как бы дорого ей ни пришлось заплатить за это.
Ночью же все было совсем по-другому. Они предавались любви на грубом земляном ложе, покрытом тонким одеялом. Моргана никогда не предлагала заняться любовью первая, но стоило Девону прикоснуться к ней, как она без тени сомнений отвечала ему, ее руки обвивались вокруг его шеи, губы приоткрывались для поцелуя, а тело принимало его с радостью и неприкрытой страстью. У Девона был большой опыт по части женщин: он начал в раннем возрасте, и его внешность и обаяние ранили сердца многих представительниц прекрасного пола, – но с Морганой он впервые понял, что значит обладать женщиной. Он не мог припомнить случая, когда бы простое касание ее платья не возбуждало в нем желания, когда от одного взгляда на нее он не испытывал бы сотни разных эмоций: желание, гордость, радость, ревность. Да, последнее чувство усиливалось с каждым днем. Его Моргана. Собственнический инстинкт сыграл с ним злую шутку. Он так и не успел понять, в какой момент его первоначальные планы относительно девушки изменились. Он понимал только, что все не может быть так, как он планировал. Каждая ночь, проведенная в объятиях Морганы, усиливала его желание; сны, в которых она смотрела на него с любовью в глазах, не давали ему покоя; боль от сознания того, что идиллия скоро закончится, что ему придется честно выполнить свои обязательства и отпустить Моргану в Мексику, к ее любовнику Санта-Анне, мучила его. Он понимал, что Антонио поверит всему, что она скажет. Девон прекрасно понимал одержимость президента этой девушкой, ведь он сам испытывал схожее чувство. Да, он примет ее обратно в свою постель, и для него, Девона, Моргана перестанет существовать.
Перед мысленным взором Девона вновь возникла страшная картина: Моргана лежит под Санта-Анной, обхватив его руками за шею, позволяя ему целовать себя, пить из глубин сладкого колодца, который Девон считал только своим. Да, он предупредил Моргану, что скорее убьет, чем позволит навредить Стиву Остину. Он не лгал, но не политические убеждения заставили его произнести эти слова. Во всем было виновато это воспоминание, от которого он не мог избавиться и которое каждый раз будило в нем зверя…


Моргана ощутила странное покалывание в спине, своего рода животный инстинкт, предупреждавший об опасности, и обвела пристальным взглядом кусты по обеим сторонам дороги. Ничего. Оглянувшись, она встретилась глазами с Девоном. При виде какой-то первобытной ярости на его лице она испуганно сглотнула. Девон первым отвел взгляд и стал смотреть на дорогу.
Только сейчас осознав, что все это время она удерживала дыхание, Моргана облегченно вздохнула. Вот уже более месяца они проводили вместе двадцать четыре часа в сутки, и Моргана все больше терялась в догадках: что представляет собой настоящий Девон Говард. И правда, какой он? Красивый, хорошо одетый молодой человек, приехавший защищать интересы англо-американской колонии в Техасе, или соблазнительный дьявол, который по пути из Нью-Йорка подогревал ее ненависть, превратившуюся в нежную привязанность по дороге в Веракрус? Заботливый сострадательный человек, ухаживавший за ней после несчастного случая во дворе дома Эскобаров и потом приезжавший каждый день, чтобы справиться о ее здоровье? Или он такой, каким представил его Антонио: человек без принципов, который воспользовался добрым отношением тети Изабеллы, чтобы стать другом семьи и тем самым повлиять на исход дела полковника Остина? Или он такой, каким показал себя с самого начала путешествия: суровый, непреклонный, жестокий? Моргана чувствовала, что он не лукавил, когда говорил, что скорее убьет ее, чем позволит навредить полковнику. Этот человек, от одного взгляда которого ее пробирал страх, вполне мог воспользоваться огромным ножом, висевшим у него на поясе. Она до сих пор помнила, как холодно блестели его глаза, когда он дотронулся до шрама у нее на шее.
Даже внешне Девон очень изменился за время пути. Отросшие спутанные волосы спадали ему на плечи. Его лицо, на котором все реже появлялась обворожительная ленивая улыбка, стало суровым и беспощадным. В сюртуке и панталонах он казался стройным и гибким, теперь же в глаза девушке бросались развитые мышцы и широкие плечи. И ни намека на полноту, которая была так распространена у мужчин из привычного Моргане общества. Она ясно помнила ощущение сильных мужских рук, обнимавших ее ночами; бугрящиеся мышцы груди, к которой она прижималась головой и которую целовала в порыве страсти; узкие бедра, которые она сжимала в миг наслаждения, когда он овладевал ею. Дорожная одежда Девона, широкополая шляпа, скрывавшая его пристальный взгляд, легкая хлопковая рубашка, прилипавшая к сильному торсу в часы полуденной жары, потертые облегающие брюки, не скрывавшие мускулистых бедер, выдавали в нем настоящего мужчину, полного животной силы и отваги. И все же наиболее остро Моргана ощущала скрытую под внешней оболочкой жесткость этого человека. И эта жесткость внушала ей беспокойство, становившееся все сильнее и сильнее.
Но она также помнила их ночи. Слегка покраснев, девушка постаралась отогнать от себя волнующие воспоминания. С самого начала ее попытки сопротивляться оказались бесплодными. Девон неоднократно доказывал свою власть над ее телом: на корабле, на празднике Святого Иоанна Крестителя, в тишине ее собственной спальни. Кем бы ни был этот мужчина, она знала только одно: прикосновение его рук сводило ее с ума; его губы одурманивали, а ощущение его мужского естества внутри доставляло ни с чем не сравнимое удовольствие.
Почувствовав стеснение в груди, Моргана не на шутку испугалась. Ей надо как можно быстрее избавиться от него! Иначе будет поздно… слишком поздно для того, чтобы побороть возникшую привязанность. Девон все время пытался удовлетворить свое желание, чтобы как можно скорее пресытиться. К сожалению, в случае с Морганой это не помогало. Она боялась, что, когда он отпустит ее и разрешит вернуться в Мексику, ей не захочется уезжать. Нет, это не любовь. Откуда ей взяться? Девон разговаривал с ней, только когда был рассержен или отдавал приказания. Он открыто выказывал презрение к тому образу жизни, который она, по его представлениям, вела. Неужели она правда такая? Моргана больше ни в чем не была уверена. Она знала только, что надо как можно скорее расстаться с Девоном, пока не стало слишком поздно.
Аромат поджаривающейся на костре птицы сводил Моргану с ума. День выдался необыкновенно жарким, и приближавшаяся ночь обещала быть такой же. Влажный воздух давил на плечи. Не желая нарушать тишину, девушка молча следила за тем, как Девон переворачивает надогнем импровизированный вертел. Журчание речки так и манило. Они остановились на ночлег всего пару часов назад, и все это время Девон оставался таким же задумчивым, как днем. Моргана невольно подумала о том, уж не против нее ли был направлен тот холодный взгляд, который она заметила сегодня. Разозлившись на себя за глупый страх, девушка поднялась на ноги. В конце концов, ей не нужно разрешение Девона на то, – чтобы искупаться, и, если к ее возвращению еда остынет, это ее проблемы, а не его. Быстро подойдя к седлу Девона, она достала значительно уменьшившийся кусок мыла и направилась к реке.
– Ты куда?
Продемонстрировав ему мыло и поднятое с земли одеяло, она холодно проговорила:
– Куда, интересно, я могу идти с мылом? Могу я помыться? Надеюсь, это не нарушит распорядок дня в твоем лагере?
Пригвоздив ее к месту взглядом, Девон произнес снисходительным тоном, приводившим ее в бешенство:
– Мне все равно.
Стиснув зубы, чтобы удержаться от грубого ответа, Моргана решительно двинулась к реке.
Водная гладь, чистая, волнующаяся, манила к себе. Окинув взглядом русло, огибавшее небольшую рощицу, где они с Девоном расположились на ночлег, Моргана заметила, что немного вниз по течению берега расширяются, образуя тихую заводь. Девушка полетела туда как на крыльях, почти не касаясь ногами земли и попутно сбрасывая с себя одежду. Она жаждала погрузить в воду свое усталое тело, покрывшееся пылью и потом после долгого дня в пути. Вода оказалась на удивление холодной, и после дня невыносимой жары это было настолько приятно, что, почувствовав прилив почти детской радости, Моргана громко рассмеялась. Прозрачные воды реки смело обняли ее колени, поднялись до стройных бедер, и, не в силах долее терпеть медленное погружение, девушка смело нырнула в самую глубину. Это было великолепно! Отдышавшись, Моргана снова нырнула, и на этот раз пробыла под водой подольше, чтобы как следует намочить волосы. Отойдя подальше от берега, где вода поднималась до уровня плеч, она вдруг впервые за этот месяц почувствовала себя свободной. Моргана перевернулась на спину и, закрыв глаза, стала медленно покачиваться на волнах, наслаждаясь тишиной и божественной красотой вечера.
Она не помнила, сколько пролежала вот так, ни о чем не думая. Открыв глаза, она увидела, что уже почти стемнело. Понимая, что пора шевелиться, Моргана нехотя приняла вертикальное положение и начала намыливать голову. Взбив на волосах обильную пену, она с наслаждением стала перебирать каждую прядку. Она и не подозревала, как здорово было снова стать чистой.
Опустившись под воду, девушка энергично поводила головой из стороны в сторону. Удостоверившись, что смыла всю пену, Моргана вынырнула и, заведя руки за спину, подняла тяжелую массу волос наверх.
Протерев глаза, она удовлетворенно вздохнула и принялась намыливать тонкую руку. Неожиданно услышав за спиной тихий всплеск, девушка резко обернулась. Девон медленно приближался к ней, и его великолепное обнаженное тело отливало золотом в догорающем блеске заката. У девушки перехватило дыхание.
Подойдя к Моргане, он секунду помедлил, а потом потянулся и взял мыло у нее из рук.


Время шло, и беспокойство Девона возрастало. Моргана все не возвращалась. Он хорошо знал местность и мог предположить, что девушка отправится вниз по течению, где русло реки образовывало небольшую заводь. Не в силах справиться с тревогой, он отправился на поиски. Оказавшись на берегу, он не на шутку испугался. Морганы нигде не было! Внезапно ее стройная фигурка вынырнула на поверхность, и вода заструилась по длинным спутанным локонам. Заведя руки за спину, девушка подняла вверх тяжелые кудри и замерла так на несколько секунд, прекрасная, как античная статуя, выделяясь на фоне догорающего неба. Она была похожа на речную нимфу, изящную и неуловимую, очарованию которой не было сил сопротивляться. Завороженный этим зрелищем, Девон медленно разделся и бесшумно вошел в воду. Не обращая внимания на холод, он приблизился к манившему его видению.
Моргана стояла неподвижно под сверлящим взглядом Девона, чувствуя, как сердце бешено колотится в груди. Она покорно отдала ему мыло. Приблизившись к девушке, Девон несколько мгновений пристально вглядывался в ее лицо, после чего нежно провел пальцами по ее шее. Постепенно расширяющимися круговыми движениями ласковые руки Девона прошлись по ее плечам, груди и изящным рукам, подрагивающим от его умелых прикосновений. Медленно, лениво он обвел ее груди, легонько скользнув по напрягшимся соскам, провел рукой по плоскому животу и изящной линии бедер. С особой осторожностью он дотронулся до треугольника темных волос между бедер девушки, а затем двинулся ниже, завершая ритуал омовения. Нежно взяв Моргану за плечи, он развернул ее спиной. Отведя в сторону влажные блестящие локоны, он принялся намыливать лопатки, спину и, наконец, упругие округлые ягодицы. Потом он опустился на колени. Обхватив ладонями бедро девушки, он тщательно намылил всю стройную длинную ногу, а затем проделал то же самое со второй.
Закончив, Девон поднял голову и встретил потрясенный взгляд Морганы. Вскинув руки, он обхватил ее за ягодицы и притянул к себе. Она дрожала, и Девон ощутил в душе прилив нежности. Осторожно, почти незаметно, он поцеловал влажные каштановые завитки между бедер девушки, потерся носом о мягкие складки, провел губами сначала по одному бедру, потом по другому. Слегка надавив, Девон приблизил девушку к себе, чтобы дотянуться до нежной расселины. Скользнув языком внутрь, он принялся ласкать средоточие ее желания, наслаждаясь стонами Морганы.
Резко отпустив девушку, он выпрямился во весь рост. Проследив взглядом за его движением, Моргана взяла у него из рук остатки мыла, странно блестя глазами. Дрожащими руками она принялась намыливать широкие плечи мужчины, но при первом же прикосновении к его телу чуть не растеряла всю решимость доставить ему такое же удовольствие, какое он только что доставил ей. Девон пристально, выжидающе всматривался в нее, полуприкрыв синие глаза тяжелыми веками. Сердце бешено колотилось в груди, остро реагируя на маленькую ладошку, скользнувшую по его мускулистой шее. Наклонив голову, Моргана дотронулась языком до крошечных мужских сосков, по очереди поцеловала каждый, потом сделала шаг назад и широкими движениями стала покрывать мыльной пеной широкую грудь. Наслаждаясь ощущением жестких завитков волос под пальцами, девушка медленно, ласкающе водила руками по груди Девона, не замечая, как его сильное тело постепенно охватывает дрожь желания.
Продолжая намыливать его, Моргана провела рукой вдоль узкой дорожки волос, сбегавшей вниз по животу к напряженному естеству. Она нежно, едва касаясь, намылила и его тоже и перешла к мускулистым бедрам.
Дрожа всем телом, Девон резко остановил ее. Взяв ее маленькую ладошку, он повел Моргану на глубину, чтобы смыть мыльную пену. Повернувшись, он обхватил ее серьезное личико руками. Издав низкий хриплый стон, Девон накрыл ее губы своими, и в это мгновение разум окончательно оставил его. На миг оторвавшись от ее губ, он подхватил ее на руки, быстро развернулся и зашагал к берегу.
Качаясь на волнах желания, Моргана даже не заметила, как над головой у нее в сгущавшихся сумерках промелькнули кроны деревьев. Она успела только понять, что они вновь оказались на поляне у костра. В следующее 308 мгновение она ощутила под собой грубое одеяло, а сверху – сильное мускулистое тело Девона. Глядя на нее горящими глазами, он крепко обнял ее, и его голос превратился в пульсирующий хрип, проникающий в самое сердце:
– Я не могу насытиться тобой, Моргана. Помоги мне… помоги мне освободиться…
С этими словами он припал к ее губам в ищущем, обжигающем поцелуе. Девон жадно пил открывшуюся ему сладкую влагу, его язык погружался и выныривал, пробуя на вкус, чувствуя, лаская, разжигая в девушке страсть. Оторвавшись от ее рта, Девон провел губами по ее подбородку, по стройной шее, задержавшись на едва заметном шраме. Она была такой сладкой, такой изысканной на вкус, что Девон жадно втягивал в себя ее кожу, опьяненный неутолимой жаждой. Он хотел ее… нуждался в ней… его страсть была так велика, что желание обладать Морганой лишало его рассудка. Проведя языком по ее плечу, он осушил последние капли воды, чувствуя, как с каждым прикосновением к нежному бархату ее кожи желание разгорается все сильнее. Сжав Моргану в объятиях, он томительно и нежно скользил губами по ее телу.
– О Боже, Моргана, ты такая сладкая. Мне тебя все время мало. – Не переставая дрожать, Девон медленно, терпеливо провел языком по груди девушки, слизывая капельки воды. Затем его губы сомкнулись вокруг каждого напряженного соска. Но и этого было недостаточно. Сходя с ума от мучительного желания, Девон быстро переместился к блестящему треугольнику каштановых волос и принялся покрывать влажные завитки жадными поцелуями, а когда Моргана слабо запротестовала, разгорячился еще сильнее: – Мне это необходимо, Моргана. Я хочу попробовать тебя на вкус… узнать тебя до конца. Я должен взять тебя всю целиком. Больше ничто не удовлетворит меня, милая. Больше ничто не удовлетворит нас обоих.
С нарастающим восторгом Девон увидел, как стройные бедра расслабляются, открывая ему доступ к средоточию ее женственности. Покрывая жаркими поцелуями мягкий грот, он надавил сильнее, дотронувшись кончиком языка до нежного бутона, который он целовал всего несколько минут назад. Преисполнившись счастья, он с упоением ласкал Моргану, разжигая в ней желание, проникая глубоко внутрь, жадно поглощая сладкий нектар ее женственности. Нежно, но неумолимо он ласкал женскую суть Морганы, и по мере того как усиливалась дрожь ее тела, ответное чувство захватывало и Девона. Наконец произошел взрыв, освобождение, к которому он так стремился ее подвести. Он продолжал неистово целовать и ласкать ее до тех пор, пока последние спазмы не утихли.
Опустившись на Моргану сверху, Девон пристально вгляделся в ее лицо. Она лежала с закрытыми глазами, раскрасневшаяся, прерывисто дыша, приоткрыв губы, с которых то и дело слетали стоны наслаждения. Ощутив прилив нежности, Девон осторожно отвел со лба спутанные локоны, погладил бархатные щеки и почувствовал, что не может больше сдерживаться, и начал двигаться глубоко внутри ее. Он чуть с ума не сошел от желания, услышав прерывистый шепот Морганы:
– Сейчас, Девон… я хочу тебя сейчас. Возьми меня с собой, милый, возьми меня с собой!
Помедлив несколько мгновений, чтобы насладиться страстью в ее глазах, Девон хрипло прошептал в ответ:
– Милая Моргана… моя Моргана…
С последним толчком они оба вознеслись на вершину страсти, закружились в водовороте обжигающего блаженства и, низвергнувшись вниз, замерли в объятиях друг друга.
Когда они вышли из воды во второй раз, уже сгустились сумерки. Девон обернул их обоих в сухое одеяло, и девушка рассмеялась, наслаждаясь его близостью, когда он обнял ее за талию.
Внезапно остановившись, Девон подозрительно принюхался и, отпустив ее, бросился к костру.
Путаясь в одеяле, Моргана двинулась следом за ним и, подойдя поближе, увидела, как Девон, опустившись на корточки, со стоном извлек из пепла обуглившуюся птицу. Он перевел смеющийся взгляд на девушку, и знакомая улыбка озарила суровые черты. Молодой человек небрежно повел плечами.
– Знаешь, милая, одна сторона этой птички вполне съедобна. Просто нам достанутся порции поменьше.
Покачав головой, Моргана беззаботно проговорила:
– Хорошо, что у нас осталось немного вяленой говядины. Я сегодня почему-то очень голодна.
Отойдя подальше от костра на поросшую мягкой травой полянку, Моргана получше завернулась в одеяло и уселась на землю. Взяв щетку Девона, она принялась расчесывать спутанные локоны. Поглощенная своим занятием, она не заметила, как Девон поставил рядом с ней тарелку. Неожиданно он потянул ее назад, и, упав, девушка приземлилась на его руку.
– Девон… что ты делаешь?
С бешено бьющимся сердцем Моргана наблюдала за тем, как Девон быстро развернул одеяло. Растянувшись на нем, он тихонько прошептал ей на ухо:
– Неужели ты думала, что так легко сбежишь?
– Сбегу? – рассмеялась Моргана, поддавшись его игривому настроению. – Разве я похожа на человека, решившего сбежать?
По лицу Девона скользнула тень, ион пробормотал что-то нечленораздельное. Моргана тоже нахмурилась в ответ, и тогда он поспешно улыбнулся:
– Знаешь, раз уж я поймал и приготовил эту птицу в одиночку, тебе придется заплатить, чтобы ее съесть.
Понимая, что хочет услышать от нее Девон, Моргана не удержалась от улыбки:
– И как я смогу это сделать, Девон? У меня нет денег.
– Вот так, милая. – Протянув руку, он взял с железной тарелки жаркое и отщипнул немного мяса. Прикоснувшись губами к губам девушки, он мягко пробормотал: – Сколько, по-твоему, стоит такой кусочек? Столько? Или столько? – На этот раз поцелуй был дольше и глубже, язык Девона дотронулся до языка девушки, но быстро ускользнул.
Неотрывно глядя на Девона, Моргана думала только о том, как скрыть от него охватившую ее сладкую истому, возникшую от сознания его близости. Несмотря на очевидную дрожь в голосе, она проговорила как можно беззаботнее:
– Ну, Девон, это очень маленький кусочек. Он стоит не больше этого… – И она запечатлела легкий поцелуй на его щеке.
Девон фыркнул и пробормотал себе под нос, веселым блеском в глазах опровергая собственные слова:
– Ты такая жадная, Моргана… но это и правда маленький кусочек. – Опустив мясо в рот девушке, Девон съел столько же и, дождавшись, пока Моргана прожует, представил ей на рассмотрение очередную порцию: – А как насчет этого?
Аппетитный кусочек, с которым Моргана только что расправилась, раззадорил ее аппетит, и она простонала:
– Девон, мне за все придется платить? Я умираю от голода. – Урчание в животе как нельзя лучше подтвердило ее слова, и Девон расплылся в улыбке.
– Да, пожалуй. Итак, вернемся к делу. Сколько ты дашь за этот кусочек?
Озабоченно сдвинув брови, Моргана поразмыслила несколько секунд, а потом ответила вопросом на вопрос:
– А можно заплатить сразу за все, Девон?
Удивленно изогнув бровь, Девон покачал головой:
– Я не совсем понимаю, что ты имеешь в виду, милая.
Медленно притянув его голову к себе, Моргана слегка прикоснулась губами к его губам, скользнула руками по широким плечам. Их поцелуй стал глубже. Приоткрыв губы, она позволила его языку проникнуть внутрь, но тут же заставила Девона поменяться ролями. Она ласково и как будто немного лениво попробовала его на вкус, дразня кончиком языка, пыряя в самую бездну наслаждения. Не прошло и нескольких секунд, как в мире не осталось ничего, кроме двух пар жадных рук и разгоряченных тел, молящих об освобождении. Моргана вскрикнула, почувствовав, как Девон вошел в нее, и, оторвавшись от его губ, заглянула ему в лицо. Он увидел в ее глазах непролитые слезы.
– Что такое, Моргана? Я сделал тебе больно?
Моргана помотала головой: комок в горле мешал ей говорить. Наконец она произнесла прерывистым шепотом:
– Нет, я не понимаю, Девон. Я этого не хотела… просто хотела подыграть тебе.
Почувствовав мгновенное облегчение, Девон наклонился и стал покрывать легкими поцелуями ее глаза и щеки.
– И ты прекрасно справилась с задачей, милая.
Яростно покачав головой, девушка упрямо повторила:
– Но я хотела только поцеловать тебя.
Осторожно проведя кончиком языка по ее губам, Девон ответил:
– Но ведь это было чудесно… правда, милая… тебе нравилось чувствовать мои руки на своем теле… нравилось играть с моим языком… нравилось чувствовать, как нарастает мое желание, сводящее тебя с ума. Ты хотела снова ощутить меня внутри, чтобы я избавил тебя от сладкой муки. Ты ведь и теперь хочешь меня. Правда, милая?
– Девон, клянусь, я не хотела…
В этот момент мужчина начал медленно двигаться внутри ее, и в его голосе прозвучала нарастающая страсть.
– Ты хочешь меня… правда, Моргана? – прошептал он низким, но твердым голосом, не переставая двигаться, то глубоко погружаясь, то снова отдаляясь.
– О, Девон, – простонала Моргана, почувствовав приближение знакомого всепоглощающего чувства. Она не могла думать ни о чем, кроме обжигающего желания, заставлявшего ее сильнее прижимать его к себе, поднимать ноги, чтобы ему легче было двигаться, с радостью и готовностью встречая каждый его толчок. Это было прекрасно… волшебно… и в этот момент Моргане хотелось, чтобы это никогда… никогда не кончалось. – Девон… – еле слышно прошептала она, – я хочу…
Внезапно мир вокруг нее разлетелся на тысячи разноцветных осколков, словно предвещая конец путешествия, которое случайно выпало на их с Девоном долю.
Переведя дух, Девон оторвался от шелковистых локонов Морганы и, взглянув на девушку, увидел, что она избегает смотреть на него и из уголков ее глаз струятся слезы.
– Что случилось, милая?
Моргана покачала головой. Обретя наконец способность говорить, она с болью в голосе произнесла:
– Просто… я не понимаю, что со мной происходит… почему я так себя веду…
Преисполнившись нежности к девушке за это неожиданное искреннее признание, Девон, сглотнув, стер у нее с лица слезы. Трудно было устоять против этой новой Морганы, этой маленькой беззащитной девочки. Он понимал, что не сможет долее проявлять жесткость, позволявшую ему в течение долгих недель сохранять рассудок.
– Не знаю, что с тобой случилось, милая, но я в любом случае страдаю от того же самого. Странно, правда? Мы с тобой можем нормально общаться, только когда занимаемся любовью. А ведь это так быстро кончается! – Резко отстранившись, Девон откинулся на спину и пролежал так несколько минут, прикрыв глаза руками. Когда он снова заговорил, в его голосе послышались железные нотки: – Я предлагаю смириться и сполна насладиться тем, что у нас есть. Через пару дней мы приедем в мое поместье, и ты сможешь снова возненавидеть меня.
Моргана ничего не ответила, только опустила глаза, чтобы Девон не видел ее слез. Она понимала, что он говорит правду. С рассветом он грубо отталкивал ее от себя, чтобы заняться судьбой Техаса. Завтра они снова станут врагами, а когда приедут к нему на родину, он при первой же возможности избавится от нее, отправив назад в Мексику. Девон вернется к «хорошим техасским женщинам», с которыми она, Моргана, не могла тягаться.
Повернувшись на бок и опершись на локоть, Девон запечатлел легкий поцелуй на ее дрожащих губах. Затем он взял с тарелки последний кусок холодной птицы, еще источавшей приятный аромат. Поводив им перед носом Морганы, Девон рассмеялся, наблюдая, как ее глаза мгновенно распахнулись и жадно впились в аппетитное мясо.
– Так о чем ты хотела спросить меня, милая? Дай-ка вспомнить… да… ты хотела знать, можно ли заплатить за всю еду сразу. – Заметив, как покраснела Моргана, он беззаботно продолжил, игнорируя ее смущение: – Открой ротик, милая. Ты заслужила этот кусочек плюс обслуживание.
Дождавшись, пока она прожует и проглотит первый кусок, Девон положил ей в рот следующий. С нежной улыбкой он наблюдал за тем, как она молча послушно ела. Ее вопрос так и остался без ответа.


Моргана нервничала. С той ночи на берегу реки прошло уже два дня. Девон упоминал, что до его поместья осталось не более двух дней пути, но с тех пор не сказал больше ничего, что могло бы развеять ее тревогу. Пожав плечами, она честно призналась самой себе, что с той ночи он вообще не сказал ей и десятка слов. Возникшая между ними близость исчезла при свете дня. Моргана была настолько потрясена внезапной переменой в его отношении к ней, что легко могла бы усомниться в реальности прошедшей ночи, если бы не отметины на теле, оставленные его жадными губами в порыве страсти. Когда она одевалась утром, взгляд мужчины невольно задержался на маленьких синячках, и, судя по тому, как напряглось его лицо, он понял их происхождение.
Правда, когда вечером она стала раздеваться, он рассматривал их намного внимательнее. И он не стал заниматься с ней любовью. Улегшись рядом, Девон моментально заснул. Вся любовь и нежность бесследно исчезли.
Молчание Девона начинало действовать на нервы. За каждым поворотом дороги она надеялась увидеть дом или хотя бы указатель, который ознаменовал бы окончание долгого пути. Бросив быстрый взгляд на Девона, Моргана выругалась про себя. Черт бы его побрал! Он не имеет права держать ее в неведении! Разве он не понимает, что она должна знать, когда это произойдет? А может, ему вообще все равно?..
Не в силах долее сдерживаться, Моргана неожиданно выпалила:
– Девон, а когда мы приедем?
Он с непроницаемым видом взглянул на нее и ничего не ответил.
– Я спросила, когда мы приедем, Девон. Той ночью у реки… – Проклиная себя за напоминание о ночи, когда она открыто проявила свою слабость, Моргана яростно прошептала: – Ты сказал, что мы приедем к тебе через пару дней. Так вот два дня уже прошло. Неужели так трудно сказать мне, когда закончится это чертово путешествие!
Покраснев от гнева, Моргана подождала, пока Девон посмотрит на нее. Бросив на девушку небрежный взгляд, он снова сосредоточился на дороге. Она уже была готова закричать на него, когда он спокойно произнес:
– Мы будем на месте через час. Кстати, это уже территория «Серкл эйч».
Потрясенная его ответом, Моргана мелко задрожала. Несмотря на все тяготы путешествия, она внезапно пожалела, что оно уже почти завершилось и ей предстоит встретиться лицом к лицу с неизвестностью, которой она так страшилась. Что он скажет слугам в поместье? Что они подумают? Они будут так же презирать ее, как Девон, будут избегать, посадят под замок до тех пор, пока не вернется полковник? А вдруг его вообще не выпустят? И опять у нее перед глазами возникло холодное непроницаемое лицо Девона. Он снова превратился в пугающего незнакомца, человека, которого она не понимала и боялась. Однако страх перед неизвестностью был сильнее. Вздрогнув от звука собственного хриплого голоса, она осведомилась:
– Что ты собираешься сделать со мной, когда мы приедем?
Девон посмотрел на нее и медленно, четко проговорил:
– А чего ты ожидаешь, Моргана? Естественно, я скажу им правду.
– Правду? Какую правду? Свою правду?
Ничего не ответив, Девон крепко стиснул зубы и отвернулся.
– Я задала тебе вопрос, Девон! – потеряв самообладание, воскликнула Моргана. – Будь ты проклят! Одно дело выслушивать твои грязные обвинения с глазу на глаз, но я не позволю тебе публично заявить о том, что мы с Антонио… Не позволю!
Темно-синие глаза пристально вгляделись в ее лицо.
– У тебя нет выбора, Моргана. Мы находимся на земле «Серкл эйч», моей земле. Я с самого начала сказал тебе, что намерен предпринять. Я также перечислил условия, на которых позволю тебе вернуться в Мехико, и за время пути не произошло ничего, что могло бы заставить меня изменить решение.
Слова Девона причинили острую боль. Вскинув подбородок, чтобы справиться со слезами, Моргана устремила взгляд на дорогу. Итак, все кончилось, исчезла та близость, которая возникла между ними, никогда уже не повторятся те ночи, когда он… Сглотнув, Моргана выпрямилась в седле, чтобы скрыть охватившую ее тоску. Этот кошмар продлится недолго. Антонио – человек слова. Он освободит полковника Остина, и она сможет вернуться в Мехико. Она ни слова не скажет о роли Девона в ее похищении. Дяде Мануэлю она поведает, как ей удалось сбежать от разбойников и заручиться поддержкой добрых людей, которые помогли ей вернуться в столицу. Она никому не расскажет о днях, проведенных с Девоном, она никогда больше не будет думать и говорить о нем…


Влажная послеполуденная жара сделала свое дело. Покачиваясь в такт ходу лошади, Моргана невидящим взглядом смотрела в безоблачное небо. Если бы не постоянная изнуряющая жара, она бы сказала, что погода идеально подходит для утренней верховой прогулки. Похоже, она окончательно сошла с ума. Сняв с головы соломенную шляпу и убрав со лба прилипшие волосы, она взглянула на Девона и обнаружила, что он погружен в собственные мысли. Девушка чувствовала, что может спокойно избавиться не только от шляпы, но и от тяжелой накидки, прикрывавшей плечи. Она могла бы превратиться в высушенную на солнце мумию – он и тогда не обратил бы на нее внимания. Он дома… скоро он избавится от тяжелой ноши. Оглядев себя с ног до головы, девушка поморщилась при виде пятна пота на блузке в ложбинке на груди. Она не сомневалась, что и на спине под накидкой нечто похожее. Да, она являла собой жалкое зрелище и выглядела как отчаявшаяся шлюха, которую Девон представит своим друзьям. Нет, надо смотреть в будущее… думать о том дне, когда она вернется домой – к дяде Мануэлю, тете Изабелле, Эгги… Нельзя думать о предстоящем унижении.
Но что это? С замирающим сердцем девушка всмотрелась в даль и увидела на горизонте большое строение, окруженное несколькими домиками поменьше. Присмотревшись повнимательнее, она разглядела снующих между домиками людей. Склонив голову набок, она ждала, что Девон что-нибудь скажет, но он молчал. Сидя в седле также прямо, как и в начала путешествия, он как будто начисто забыл о ее существовании.
Не в силах выдержать охватившую ее тревогу, Моргана набралась смелости и поинтересовалась:
– А что это за здания там вдалеке, Девон?
Он даже не обернулся.
– «Серкл эйч».
Ублюдок! Почувствовав комок в горле, Моргана изо всех сил постаралась сдержать предательскую дрожь. Что бы ни ждало ее впереди, она не позволит Девону насладиться ее страхом. Бросив взгляд на свою одежду, девушка пала духом. Кто, глядя на нее сейчас, поверит, что всего месяц назад она носила лучшие платья и вращалась в самом блестящем столичном обществе? Она выглядела как простая уличная девка! Резко сорвав с головы шляпу, Моргана прикрепила ее к луке седла. Как же ей хотелось остановиться и привести себя в порядок, расчесать волосы, умыться, но она понимала, что Девон не станет тратить время на подобные глупости. Она решительно сбросила с плеч накидку. Может, солнце высушит пятна на блузке, а горячий ветер хоть чуть-чуть разметает слипшиеся волосы? Юбка на девушке основательно поизносилась, а обнажавшиеся при езде икры босых ног, обутых в грубые сандалии, сделались коричневыми от загара. Да, она в самом деле напоминала уличную девку, но как бы Девон к ней ни относился, она не позволит ему думать, что она повержена. Она вернется в столицу, вернется к привычной жизни и никогда больше не вспомнит об этом человеке. Надо только пережить ближайшие несколько дней.


– Девон! Я уж думал, ты никогда не вернешься!
Высокий стройный мужчина с седыми волосами пожал протянутую Девоном руку и заключил его в медвежьи объятия. Выпрямившись в седле и сохраняя непроницаемое выражение лица, Моргана молча наблюдала за происходящим. Этот человек, поразительно напоминавший Девона, с трудом сдерживал чувства, и девушка ощутила тяжесть в груди. Последний раз она видела подобное выражение гордости за любимого ребенка в глазах своего отца в тот день, когда дебютировала в нью-йоркском обществе. Она вдруг подумала о том, насколько похожи их с Девоном отцы. То, как он наблюдал за приветствиями со стороны столпившихся вокруг его сына людей; то, как еле слышно посмеивался над шутками близких друзей; то, с каким удовольствием он смотрел на маленьких черных ребятишек, прижимавшихся к ногам родителей и с благоговейным ужасом взиравших на молодого хозяина, выдавало в нем отца, преисполненного гордости за своего сына. Никто никогда больше не будет так смотреть на нее. Неожиданно перед внутренним взором девушки встал образ ее отца, и на глаза навернулись непрошеные слезы.
Они медленно двинулись к дому. Девон молча ехал по узкой тропинке в прерии, которая начала уже желтеть от палящего солнца. На сколько хватал глаз простиралась плоская равнина, и только на самом горизонте, слева, поднималась небольшая возвышенность. Сохраняя молчание, Моргана отвернулась, не желая больше выслушивать радостные приветствия собравшихся. Чтобы хоть немного отвлечься от невеселых мыслей, девушка перевела взгляд на дом, из которого вышел отец Девона. Это было низкое длинное строение, которое явно строилось частями, по мере того как у хозяев росли доходы. Моргана совсем не так представляла себе поместье в диких техасских землях и совершенно не ожидала увидеть такой большой и красивый дом. В маленьких домиках, окружавших главное здание, жили слуги, которые при звуках голоса Девона дружно высыпали на улицу. Еще дальше располагались помещения для рабов. Девушка не сомневалась, что все чернокожие жители поместья – рабы. Это чувствовалось в их отношении к Девону, хотя было очевидно, что они обожают молодого хозяина. Рабство… еще один предмет спора между мексиканцами и англоамериканцами. В Мексике рабство было отменено, и хотя американским колонистам позволено было привозить рабов с собой, дети, рожденные на техасской земле, автоматически становились свободными. Антонио часто говорил о том, как он ненавидит рабство. Она была полностью согласна с президентом.
Пронзительный женский крик оторвал Моргану от размышлений, и, подняв голову, она увидела, как к ним несется седая чернокожая женщина в развевающихся юбках. У девушки невольно что-то сжалось внутри, когда она заметила выражение восторга, промелькнувшего на лице Девона за секунду до того, как он раскрыл встречные объятия.
– Иди ко мне, старая добрая Мелли! – Молодой человек крепко прижал к себе пожилую негритянку и не отпускал до тех пор, пока она со смехом не взмолилась об этом:
– Смотрите не переломайте кости старой Мелли, а то вечером она не сможет приготовить ваш любимый десерт, мастер Девон!
– А что это будет, Мелли?
– Пирог из персиков! – подмигнув хозяину, весело проговорила негритянка. – Мелли припасла целую гору персиков специально для того дня, когда мастер Девон вернется домой. Это такая радость для нас, сэр, такая радость!
Неожиданно Моргана почувствовала, что взгляды собравшихся теперь устремились на нее, что усилило ее смущение. С тех пор как они въехали на территорию поместья, Девон ни словом о ней не обмолвился, и всех мучило любопытство.
– Мэм, позвольте помочь вам спешиться.
Пока Моргана смотрела на Девона, она не заметила, как к ней подошел его отец. Взглянув на него, она увидела в бледных глазах, так похожих на глаза сына, обезоруживающую доброту. Да, они были очень похожи, только годы смягчили суровые заостренные черты… или, быть может, это сделала улыбка, исходившая, казалось, из самого сердца? Густые усы над верхней губой были такого же цвета, как копна волос на голове, неровно подстриженных на уровне плеч. На нем была домотканая рубаха из хлопка и кожаные бриджи, почти как у Девона. Говард-старший сохранил на удивление стройную и гибкую фигуру. Глядя на этого человека, Моргана представляла себе Девона через пару десятков лет, каким ей не суждено его увидеть.
Сильные мужские руки легко подняли ее в воздух и опустили на землю. Моргана искренне улыбнулась старику:
– Большое спасибо, сэр. – Понимая, что эти простые слова благодарности оказались несколько не к месту, Моргана замолчала, заметив растерянное выражение на лице мужчины. Не зная, что предпринять, Моргана посмотрела на Девона и испугалась, наткнувшись на его гневный взгляд.


Смеясь над ужимками старой негритянки, Девон ощутил первые признаки беспокойства. Несмотря на веселую болтовню Мелли, он заметил, как взгляды собравшихся стали постепенно перемещаться на что-то за его спиной. Нетрудно было догадаться, что именно привлекло их внимание. Моргана. Какой нормальный мужчина не захочет полюбоваться бьющей через край естественной красотой? Такая девушка, как Моргана, могла произвести впечатление в любом виде. И для этого ей не нужно было прибегать к обычным женским уловкам. Достаточно было просто снять неудобную шляпу, защищавшую от палящих солнечных лучей нежную кожу ее лица, и грубую накидку, прикрывавшую плечи, чтобы дать возможность окружающим насладиться блестящей копной каштановых кудрей, безупречной кожей, покрытой ровным золотистым загаром, большими серьезными глазами, обрамленными густыми длинными ресницами, какие бывают только у сказочных принцесс; изящными скулами, которыми он сам не переставал восхищаться, тонким прямым носиком, великолепным профилем и губами… Господи, эти губы сводили его с ума! Разве можно смотреть на них и не хотеть поцеловать, попробовать на вкус, приоткрыть их языком? Даже старая поношенная одежда не скрывала волшебной красоты девушки: нежной линии плеч, тонких изящных рук, изысканной формы груди, тонкой талии, округлых бедер, длинных стройных ног… Даже ее ступни выглядели очень привлекательно в бесформенных сандалиях, лишний раз подчеркивавших их изящество. Да, Девон не сомневался, что все мужчины оценили ее по достоинству.
Обернувшись, Девон замер от удивления, увидев отца рядом с лошадью девушки. Но еще больше его поразило выражение лица Морганы. Она мягко улыбнулась пожилому мужчине, и привычная холодность во взгляде, с которой она смотрела на Девона, уступила место искренней теплоте. Она никогда так не смотрела на него… так открыто и дружелюбно. Даже когда они занимались любовью… Закипая гневом, молодой человек увидел, как отец обхватил ладонями тонкую талию девушки и легко снял ее с лошади. Взгляд Девона был прикован к Моргане: с нарастающей ревностью он наблюдал за тем, как она очаровательно покраснела и, заглянув в бледные глаза Говарда-старшего, мягко поблагодарила его. Не заметив, что отец смотрит на него, он видел только Моргану, которая в этот момент поймала его взбешенный взгляд.
Девон быстро подошел к ним. Заглянув в бездонные карие глаза, он обратился к полной негритянке, с интересом наблюдавшей за происходящим:
– Мелли, это мисс Моргана Пирс. Проводи ее в свободную комнату и попроси Джоша принести воды, чтобы она могла помыться.
Проигнорировав озадаченный вид негритянки, бросившейся выполнять его приказание, он вновь обернулся к Моргане, чувствуя на себе любопытные взгляды окружающих.
– Ступай за Мелли и помни, где ты находишься. Отсюда не сбежишь. Я приду попозже и…
– Девон, что происходит? – Говард-старший был явно недоволен тем, как его сын обращается с гостьей.
Посмотрев на отца, Девон проговорил спокойно:
– Это долгая история, Сэм. Сейчас я хочу, чтобы Моргана вошла в дом. Мы поговорим обо всем позже, с глазу на глаз.
– Я тоже хочу присутствовать при разговоре, Девон. Я хочу рассказать всю правду о…
– Ты сделаешь то, что я сказал, Моргана! Мелли проводит тебя в дом!
– Но я хочу…
Неожиданно Девон схватил ее за руку. Быстро извинившись перед отцом, он потащил Моргану в дом, двигаясь широким уверенным шагом.
– Девон, мне больно! – Спотыкаясь, она добралась до верхней ступеньки крыльца и заглянула в непроницаемое лицо Девона.
Задержавшись на секунду, чтобы Моргана обрела равновесие, молодой человек вошел внутрь. Не дав ей возможности осмотреть просторную гостиную, обставленную просто, но со вкусом, он провел ее по коридору и остановился у последней из нескольких выходивших сюда дверей. Втолкнув Моргану в комнату, он вошел следом за ней и закрыл за собой дверь.
– Это комната для гостей, Моргана. В ней ты будешь жить все время пребывания в моем доме. Ты будешь спать здесь, и только здесь!
Не понимая, чем она вызвала гнев Девона, Моргана недоуменно покачала головой. Но тут Девон снова заговорил, так что девушка раскрыла рот от удивления:
– И хочу предупредить, что твои уловки здесь не сработают!
– Уловки? О чем ты?
– Не строй из себя невинность, Моргана. Я слишком хорошо тебя знаю. Я заметил, как вы с Сэмом смотрели друг на друга.
– Сэм… твой отец… Я не понимаю.
– Мой отец – пожилой человек. Он очень любил маму и скучает по ней. Тебе не составило труда сообразить, как можно воспользоваться сложившейся ситуацией. Но ты ошибаешься, милая.
Внезапно разозлившись, Моргана яростно прошипела:
– Не называй меня «милая», Девон! В твоих устах это звучит как оскорбление!
– А ты хочешь, чтобы мой отец называл тебя «милая», правда, милая? – Схватив девушку за плечи, он притянул ее к себе так близко, что почти касался губами ее губ, когда прошептал ядовитым голосом: – Хочу предупредить, что ты зря теряешь время, милая. Сэм не пожертвует делом всей своей жизни ради тебя. Пока ты здесь, с тобой будут обращаться как с гостьей, если, конечно, ты будешь вести себя соответствующе. Ты сможешь перемещаться по дому и небольшой территории вокруг. И тебе не разрешается выезжать на конные прогулки без сопровождения. Можешь быть уверена, что все обитатели поместья будут в курсе, кто ты такая и что тебе можно и нельзя делать. Поверь, за тобой постоянно будет кто-нибудь следить, поэтому можешь заранее расстаться с планами побега. Даже если тебе удастся убежать на расстояние нескольких миль, тебя найдут, и тогда ты уже точно не сможешь вернуться к своему любовнику. Он здесь не в почете, так же, как и твой дядя! Так что, – прорычал Девон, – если у тебя есть хоть немного мозгов, ты будешь вести себя хорошо.
Услышав шаги в коридоре, он резко отпустил Моргану и, обернувшись, увидел входящую в комнату Мелли.
– Мисс Моргана устала, она хочет помыться и отдохнуть. Ей надо о многом подумать.
Встретив вопросительный взгляд черных глаз, Моргана проговорила:
– Я в самом деле немного устала, Мелли. Мне бы хотелось немного отдохнуть. – Подойдя к огромной кровати в центре комнаты, Моргана легла, не обратив внимания на то, как Девон с Мелли тихонько вышли из комнаты. Ей действительно надо было о многом подумать…


Сверкая глазами от гнева, Санта-Анна ударил кулаком по столу:
– Идиоты! У меня целая армия идиотов!
Резко вскочив на ноги, он вышел на середину комнаты и принялся ходить взад-вперед по ковру. На секунду остановившись, он нервно провел рукой по волосам и выпрямился. Годы военной службы давали о себе знать: президент вытянул спину и расправил плечи. Да, он всегда гордился своим ростом и выправкой. Мексиканцы в массе своей были людьми низкорослыми, так что он почти всегда на голову возвышался над толпой. Он тщательно следил за своей физической формой. Он отдавал себе отчет в том, как идет ему военный мундир и как выгодно смотрятся его темные волосы, когда он восседает на белом жеребце. Отчасти благодаря внушительной внешности он добился успеха на государственной службе и в личной жизни. Он привык к одобрительным взглядам, которые бросали на него женщины, но весь последний месяц ему было совершенно не до этого. Его жизнь складывалась вовсе не так, как он рассчитывал. Президент с трудом сдерживал гнев, не отпускавший его с той минуты, как он получил известие о похищении Морганы. Прошло уже больше месяца, а она до сих пор не вернулась домой. Выкуп разбойникам был уплачен, а о девушке не было ни слуху ни духу. Еще один повод для беспокойства. Сколько еще ему предстоит выдерживать расспросы доньи Изабеллы? Женщина находилась на грани нервного срыва, и Антонио чувствовал угрызения совести. Он уважал супругу Мануэля Эскобара, честную женщину, всецело преданную мужу и стране. Для него было делом чести разыскать Моргану и вернуть домой, и вот это-то и мучило Антонио сильнее всего. Правда, если быть до конца честным, следовало признать, что его беспокоила и другая проблема. У него имелись свои планы относительно прекрасной племянницы генерала. Она была прекрасной собеседницей, всем своим существом неосознанно источая чувственность. Он ощущал в этой девушке врожденную страстность, которую отчаянно хотел изведать. Антонио мучился от желания обладать Морганой Пирс, и желание это было так сильно, что он не мог даже думать о других женщинах. Если только разбойники хоть пальцем притронулись к ней, если посмели обидеть ее… что ж, он давно решил, что они умрут, но перед этим он сделает так, что они будут молить о смерти как об освобождении от мучений. Но как этим неотесанным дуракам удалось расправиться с его солдатами? Как они смогли выкрасть девушку? Как им до сих пор удавалось прятать ее в стране, где все поддерживали президента? Если бы не блестящий каштановый локон, который они прислали в письме с требованием выкупа, он бы подумал, что все подстроено. Но ошибки здесь быть не могло: волосы Морганы, шелковистые каштановые пряди, в которых купалось солнце, он бы не перепутал ни с чем. Вновь ощутив знакомое стеснение в чреслах, которое он испытывал всякий раз, думая о девушке, Санта-Анна застонал от отчаяния. Да, он получит Моргану Пирс назад, но тогда уже он не потерпит отказа. Он возьмет ее и будет держать у себя, пока не насытится. Но сначала… сначала необходимо ее разыскать.
Стук в дверь прервал его размышления.
– Entra. – Нахмурившись при виде Мануэля Эскобара, он коротко осведомился: – Ну как?
– Я все сделал так, как вы приказывали, Антонио: распорядился расклеить повсюду объявления с обещанием вознаграждения за любую информацию о местонахождении Морганы. Изабелла просила лично поблагодарить вас за все, что вы для нас сделали. Надеюсь, вы понимаете всю глубину нашей благодарности.
Скользнув взглядом по его морщинистому лицу, Санта-Анна резко проговорил:
– Ты же знаешь, что для меня это так же важно, как и для вас, Мануэль. Моргана – очаровательная девушка, и я очень привязался к ней. Всем известно, что она вошла в круг моих близких друзей, и ее похищение, таким образом, является не просто уголовным преступлением, а еще и личным оскорблением президента страны. Даю тебе слово, Мануэль, что по этим двум причинам, а также по ряду других я отыщу похитителя Морганы и прослежу за тем, что он будет наказан.
– Да, Антонио, большое спасибо. – Тяжело вздохнув, пытаясь стряхнуть глубокую тоску, не отпускавшую его с момента исчезновения племянницы, Мануэль Эскобар продолжил твердым голосом: – Нам нужно обсудить еще один вопрос, Антонио… которому, я полагаю, вы захотите уделить особое внимание.
– О чем идет речь?
– О суде над полковником Остином. Верховный суд будет рассматривать его дело завтра. Я беседовал с судьей Кальендо, и он желает знать ваше мнение относительно приговора.
Сдвинув брови, Санта-Анна окинул генерала Эскобара задумчивым взглядом. Ему не хотелось отвлекаться на дело полковника в тот момент, когда были задеты его личные интересы, но он понимал, что нужно поторопиться. Осознав, что ему не пришлось бы поддаваться на уговоры Девона Говарда, если бы Моргану похитили на месяц раньше, он ощутил приступ раздражения. Но он дал слово, и Говард вернулся в Техас, имея на руках письменное подтверждение того, что Остин предстанет перед судом. Антонио не мог нарушить данное обязательство, не рискуя своей репутацией. С другой стороны, он пообещал только, что полковника будут судить. Он не давал никаких обещаний относительно приговора, и Говард, полагая, что его друга освободят от всех обвинений, не настаивал на этом. Идиот! Держать в плену такого человека, как полковник Остин, было в высшей степени выгодно. Антонио Санта-Анна не мог позволить себе потерять такого заложника… и он не побоится угроз презренного техасца!
– А судья Кальендо уже ознакомился с делом?
– Да, он выяснил причины, по которым арестовали полковника.
– И какие выводы он сделал?
Легкая улыбка, скользнувшая по всегда строгому лицу генерала, придала его глазам странный блеск:
– Он пока неуверен, что именно следует предпринять. Он заявил, что дождется вашего совета, поскольку вопрос касается района страны, где происходят волнения.
Впервые за все утро на лице президента появилось некое подобие улыбки.
– Фелипе хочет знать, как я желаю поступить с полковником Остином?
– Да, Антонио.
– Что ж, надо дать Фелипе возможность сохранить лицо. Раз уж он не чувствует себя способным с ходу принять решение по такому сложному вопросу, то пусть сообщит суду, что хочет взять дело на дальнейшее рассмотрение. Он также может выпустить полковника Остина под залог с запретом на выезд из столицы.
Мгновенно уловив смысл этих слов, генерал Эскобар кивнул и улыбнулся:
– Да, Антонио. С нашей стороны будет весьма разумно сохранить дружеские отношения с полковником Остином, продолжая на законных основаниях удерживать его здесь. Я немедленно извещу судью о вашем решении. Ему нужно время на подготовку речи.
Проводив взглядом генерала Эскобара, Санта-Анна вернулся к столу, хмуря брови. Если бы все проблемы решались так же легко, как дело доверчивого полковника Остина! Каких-то четыре месяца назад его страна была поделена на такое количество борющихся за власть группировок, что ее будущее было под большим вопросом. Вернувшись к власти, президент старался помирить поддерживающие его либеральные партии с объединением военных и духовенства, и он сделал шаг в этом направлении, втайне запустив консервативную программу. Антиклерикальные законы были объявлены недействительными, и церковникам возвратили утраченные привилегии, университеты вновь заработали по старой программе, и всех, кто был исключен в прошлом году, приняли обратно.
Санта-Анна оказался проницательным настолько, что решил действовать в одиночку. Даже ближайший друг и сподвижник, Мануэль Эскобар, не знал обо всех его планах. Несмотря на ряд изменений, произошедших в стране, программа президента еще не была полностью завершена. Отказавшись от поддержки какой бы то ни было определенной партии, он тем самым заручился поддержкой всех и вся, укрепляя собственную власть. Ему удалось даже завоевать уважение министра иностранных дел США, и Антонио подозревал, что при удачной дипломатии ему удастся сыграть на растущем желании американцев присоединить к своей стране часть Техаса.
Если что и угрожало его безоблачному политическому будущему, так это волнения на юге страны. Там популярность завоевал упрямый федералист и чистокровный индеец Хуан Альварес. Однако властям пока удавалось держать ситуацию под контролем и о настоящей опасности говорить пока было рано.
Пригладив взъерошенные черные волосы, Санта-Анна вдруг преисполнился гордости. За каких-то четыре месяца ему удалось прибрать к своим рукам всю страну. Тогда почему кучке дрянных бандитов так легко удается портить ему жизнь, удерживая вдали от него женщину, завладевшую его сердцем?
Покраснев от ярости, Санта-Анна стиснул зубы, встал и обошел вокруг стола. Да, он добьется возвращения Морганы. Он отыщет похитителей и казнит их. А когда они умрут, их тела будут висеть на площади, пока не сгниют, так что никто больше не осмелится нанести личное оскорбление президенту!


– Мисс Моргана… вы проснулись?
Знакомый, с хрипотцой, голос вырвал девушку из мира сновидений. Не сразу сообразив, где находится, Моргана резко села на мягкой постели, отчего у нее закружилась голова.
– Д-да… я проснулась… заходите.
В дверном проеме появилось улыбающееся лицо Мелли.
– Мастер Сэм приказал проверить, все ли у вас в порядке. Вы проспали целых три часа. Старая Мелли приготовила праздничный ужин в честь возвращения мастера Девона, и мастер Сэм хочет узнать, не присоединитесь ли вы к ним.
Слегка обескураженная вопросом, Моргана уклончиво проговорила:
– Н-не думаю, Мелли. Боюсь, в таком виде я не смогу сесть за стол. Лучше будет, если я поем в комнате.
Моргана в самом деле хорошо выспалась. В полдень бившее в окно солнце сильно нагрело комнату. Потрогав блузку, девушка обнаружила, что сильно вспотела, а волосы прилипли ко лбу. Удивительно, что ей вообще удалось заснуть, но они выехали рано утром и тяготы путешествия, а также постоянное беспокойство лишили ее сил.
– Ужин будет только через час, мисс Моргана. Сейчас мальчик принесет воды, и вы успеете привести себя в порядок.
Не удержавшись от улыбки, Моргана покачала головой:
– Не думаю, что за столом меня хорошо примут, Мелли. Ты ведь уже знаешь, почему я здесь. В любом случае за час я не успею постирать и высушить одежду…
– О, это не проблема! У мастера Сэма есть целый шкаф платьев мисс Бетти. Она была немного повыше вас, но…
– А кто такая мисс Бетти?
– Мисс Бетти была хозяйкой этого дома. Она отправилась на небеса три года назад, но мастер Сэм сохранил всю ее одежду.
– О нет! Я не могу надеть вещи покойной миссис Говард! Если ты не возражаешь, я поем у себя в комнате, а завтра, когда высохнет одежда…
– Мастеру Сэму это не понравится, мисс Моргана.
– Пожалуйста, Мелли, – умоляла она старую негритянку. – Но я с удовольствием приму ванну. Это звучит очень заманчиво.
Женщина постояла еще минуту, видимо, так до конца и не смирившись с отказом, затем вышла из комнаты, покачивая седой головой и бормоча себе под нос:
– Мастеру Сэму это не понравится…
Не прошло и нескольких минут, как в коридоре раздались громкие шаги, а потом стук в дверь:
– Да, кто там?
– Это Джош, мисс Моргана, я принес ванну.
Моргана распахнула дверь и с удивлением воззрилась на стройного молодого негра, который втащил в комнату огромное корыто.
– Мелли просила доставить это вам. Девушки сейчас принесут воду. – Оглянувшись, он широко улыбнулся. – Слышите, они уже идут. Мелли всех завела!
Войдя в комнату, парень осторожно опустил корыто на пол. Не успел он выпрямиться, как вбежали две молоденькие девушки с ведрами и быстро вылили их содержимое в корыто. Коротко поклонившись Моргане, они поспешно выбежали из комнаты под раскатистый смех Джоша.
Переведя растерянный взгляд на Джоша, она увидела, как он, покачав головой, направился к двери:
– Если Мелли хочет устроить вечеринку, никто не должен вставать у нее на пути!
Тем временем церемония повторилась: запыхавшиеся девушки принесли очередную порцию воды, и так продолжалось до тех пор, пока корыто не наполнилось до половины. Не в силах больше наблюдать за их мучениями, Моргана воскликнула:
– Пожалуйста! – Девушки замерли на месте, и она твердо проговорила: – Скажите Мелли, что воды достаточно. И большое спасибо вам всем.
Вежливо присев, девушки дружно кивнули.
Когда за слугами закрылась дверь, Моргана поспешно разделась. Она могла думать только о том, как бы поскорее погрузиться в прохладную воду.
Вода в корыте, к удивлению Морганы, была теплой, что лишний раз подчеркивало заботливость доброй старой негритянки. Пообещав себе лично поблагодарить Мелли, девушка взяла кусок ароматного мыла, который принесли вместе с корытом. Оно оказалось на удивление глубоким, и когда девушка села, вода дошла ей до груди. Она не ожидала, что о ней будут так заботиться. Моргана опустилась как можно ниже, желая окунуться с головой. Как следует намочив волосы, она вынырнула и потянулась за мылом. Взбив на голове обильную пену, она принялась с удовольствием намыливать длинные локоны. Чудесно! Стой памятной ночи у реки ей ни разу не удалось искупаться. От этих воспоминаний Моргана густо покраснела и, проклиная себя за собственную слабость, сделала глубокий вдох и нырнула, чтобы смыть пену. «Дура! Наивная дура! Этот человек использует тебя… открыто говорит, что ты для него не больше чем шлюха… бесплатная шлюха… а ты продолжаешь думать о нем. Ты не успокоишься до тех пор, пока он не прирежет тебя. Только тогда будет уже слишком поздно признавать, что ты была дурой!»
Намылив губку, Моргана принялась тереть лицо. Теплая вода охлаждала разгоряченную кожу, лишний раз напоминая, как опасно думать о Девоне Говарде. Смыв с лица пену, Моргана открыла глаза, и, сфокусировав взгляд, чуть не закричала от ужаса, наткнувшись на пронзительный синий взгляд.
– Девон! – Девушка инстинктивно прикрыла руками грудь и покраснела, услышав едкие слова:
– Ты не думаешь, что стесняться поздно, Моргана?
– А я и не делаю вид, что стесняюсь! – воскликнула Моргана, злясь на себя за собственное смущение. – Я просто не ожидала тебя увидеть, вот и все! Буду тебе весьма признательна, если ты уйдешь!
Удержавшись от очередного саркастического замечания, Девон сделал глубокий вдох и нахмурился. Повернувшись к двери, он секунду колебался, а потом швырнул что-то на кровать.
– Что это? – Не дождавшись ответа, Моргана повторила: – Что ты бросил на кровать, Девон?
Медленно повернувшись к ней, Девон всем своим видом выражал гнев и глубокое презрение.
– Отец просил отнести тебе это платье. Он просил сказать, будто моя мама была бы рада, если бы ты его надела. – На секунду замолчав, он продолжил свистящим шепотом: – И ты сделаешь так, как он хочет, ясно? Через полчаса мы ждем тебя за столом, и я надеюсь, что ты будешь вести себя достойно. Все знают, почему ты оказалась в этом доме и при каких условиях ты его покинешь. И ты придешь на ужин, Моргана, а не то я поднимусь и силой приведу тебя в столовую!
Потрясенная жестокими словами, девушка молча наблюдала за тем, как Девон, не дожидаясь ее ответа, медленно разворачивается и исчезает за дверью. После его ухода Моргана еще долго сидела неподвижно. Внутри образовалась какая-то безнадежная пустота, и девушка никак не могла совладать с внезапно нахлынувшими чувствами. Она никогда не покажет Девону, как сильно ее ранит его холодность. Никогда! Рано или поздно ей придется выйти из этой комнаты. Быть может, лучше сразу показаться всем на глаза и объяснить, что она ни в чем не виновата. Она не позволит Девону сломить ее!


Подойдя к двери как раз в тот момент, когда Девон вышел из комнаты Морганы, Мелли бросила на молодого хозяина укоризненный взгляд. Сделав вид, что не заметил ее, Девон молча направился вдоль по коридору, весь подобравшись и явно с трудом сдерживаясь. Сквозь приоткрытую дверь Мелли увидела, как на хорошеньком личике девушки проступает отчаяние. Преисполнившись нежности к бедняжке, старая негритянка решила действовать. Несмотря ни на что, она была уверена, что мисс Моргана Пирс – настоящая леди. Когда они разговаривали некоторое время назад, она заметила в ее глазах теплоту, а в голосе – смелость, так свойственные покойной хозяйке. Мастеру Девону придется говорить долго и красноречиво, если он хочет убедить ее в том, что Моргана действительно такая, как он сказал. Похоже, он просто ревнует ее к этому Санта-Анне. Никто, конечно, не станет слушать Мелли…
Нахмурившись, негритянка постучала в дверь. Вздрогнув от неожиданности, Моргана хрипло произнесла:
– К-кто там?
Услышав тревогу в ее голосе, Мелли поспешно отозвалась:
– Это Мелли, мисс Моргана. Я принесла вам полотенце. У нас, конечно, так жарко, что вы можете высохнуть и так, но внизу собралась толпа голодных мужчин, которые вряд ли захотят ждать!
Понимая, что негритянка видела Девона выходящим из ее комнаты в сильном гневе, Моргана отвернулась от ее проницательного взгляда, стесняясь своей наготы. Не пройдет и часа, как весь дом будет знать об их с Девоном близких отношениях. Сгорая от стыда, Моргана боялась поднять глаза на Мелли.
– Не волнуйтесь, мисс Моргана. Мелли повидала на своем веку много всякого и знает, что есть вещи, которые касаются только двоих, и никого больше. Мелли сразу видит, если перед ней настоящая леди, и что бы ни говорил мастер Девон, она от своего не отступится!
Потрясенная словами старой негритянки, Моргана не знала, что ответить. Мелли тем временем подгоняла ее:
– Ну же, заканчивайте купаться! Старая Мелли приготовила праздничный ужин по случаю возвращения молодого хозяина, его любимый десерт, и все такое! – На секунду замолчав, она пробормотала: – Он, конечно, этого не заслужил, но я не позволю его плохому настроению испортить всем праздник.
Быстро закончив мытье, Моргана встала, и Мелли тут же накинула на нее огромное полотенце. Девушка не заметила, как негритянка окинула понимающим взглядом засосы у нее на теле, подошла к кровати и взяла небрежно брошенное яркое платье.
– Вы пока вытирайтесь и причесывайтесь, а Мелли тем временем мигом выгладит платье.
– Не беспокойтесь, Мелли. Уже поздно, и я уверена, что у вас много дел на кухне.
– Вот еще! Пусть готовкой занимаются девчонки! Пора бы им уже и поработать для разнообразия! – Подойдя к двери, негритянка снова повернулась к Моргане. – Я еще хотела сказать, что никто здесь никогда не видел такой красивой молодой леди, и мы все очень рады, что вы приехали!
Верная своему слову, Мелли вернулась еще до того, как Моргана успела причесаться. Она принесла чистую сорочку и отглаженное голубое платье из хлопка. Одарив негритянку благодарной улыбкой, девушка уже собиралась сказать ей спасибо, как та быстрым шагом подошла к ней.
– Позвольте старой Мелли помочь вам, мисс Моргана. Боже мой! Ваши волосы как шелк… Любой мужчина может только мечтать о том, чтобы прикоснуться к таким волосам. Никогда мне не доводилось видеть ничего подобного! Вот так! Любуйтесь! – гордо произнесла негритянка, сделав шаг назад и уперев руки в бока. – Замечательно! А теперь живо одевайтесь, а я пойду скажу голодным мужчинам, что вы скоро спуститесь.
– Они уже ждут меня, Мелли? – спросила Моргана, чувствуя, как неприятно сжимается желудок.
– Не волнуйтесь, мисс Моргана. Они только счастливы ждать такую красавицу, как вы, а уж когда они вас увидят, то окончательно голову потеряют!
Моргана смущенно покачала головой, но в ответ произнесла бодро:
– Надеюсь, Мелли. Боюсь, мне понадобится помощь.


На дрожащих ногах Моргана подходила к двери в столовую. Мужской смех становился все громче, и волнение девушки усиливалось. На секунду остановившись, она нервно провела рукой по волосам, которые были небрежно зачесаны назад и закреплены изношенными гребешками, служившими ей с самого начала путешествия. Несмотря на все усилия, непослушные локоны выбились из прически и теперь обрамляли лицо беспорядочными колечками. Ну почему она не унаследовала гладкие прямые волосы матери, которые так легко укладывать? Почему она вынуждена всю жизнь терпеть эти детские кудряшки? В последний раз окинув взглядом платье, Моргана улыбнулась и погладила тонкий нежно-голубой хлопок. Скромный вырез, отделанный тонким белым кружевом, достаточно открывал шею для ласкового ночного ветерка, а рукава в три четверти подчеркивали изящество рук и давали коже возможность дышать. Признаться, Моргана даже обрадовалась, что платье ей длинно – оно закрывало уродливые сандалии. Мягкая сорочка, которую принесла Мелли, была сшита из ласкавшего кожу тонкого батиста. Осмотрев ткань, она обнаружила маленькие аккуратные стежки, а когда Мелли упомянула, что миссис Говард сшила наряд сама, Моргане стало вдвойне приятно.
Но теперь, готовясь войти в столовую и встретить укоризненные взгляды мужчин, Моргана чувствовала себя крайне неуютно. Нервно разгладив юбку, она сделала шаг и оказалась в огромной комнате, наполненной голосами и смехом. Приняв спокойный вид, скрывавший ее внутреннюю тревогу, она дождалась, пока взгляды всех присутствующих обратятся на нее. В комнате воцарилась тишина, и краем уха девушка услышала, как кто-то с шумом выдохнул. Стоя в дверях комнаты и не зная, как реагировать на это дружное молчание, она даже не подозревала, какое произвела впечатление.
Свет лампы отражался в блестящих каштановых локонах. Безупречно гладкое личико покраснело от смущения, а огромные карие глаза горели огнем. Скромный вырез платья подчеркивал юную невинность прекрасного лица, а полные груди, приподнимавшиеся под белым кружевом, придавали всему ее облику капельку чувственности, что в целом производило ошеломляющий эффект.
Понимая, что не может противостоять этому беззащитному, ждущему выражению ее лица, Девон вдруг преисполнился ненавистью к ней. Пробежав глазами по лицам мужчин, он почувствовал гнев. Этой девчонке удалось свести с ума всех. Девон холодно наблюдал за ее терзаниями, пока наконец Сэм не подошел к ней с вежливой улыбкой на губах.
– Моргана, я рад, что вы решили присоединиться к нам сегодня вечером. – В его взгляде появилась некая отчужденность, которой не было при первой встрече. – Девон объяснил нам причину вашего приезда сюда. Он убедил меня, что это необходимая мера, и я вынужден поверить ему на слово. Хотя, признаюсь, мне такая ситуация не по душе. Надеюсь, вы будете чувствовать себя здесь как в гостях. Разумеется, вам будет оказан подобающий прием. Скоро вы сможете вернуться домой.
Кивнув, Моргана попыталась сохранить непринужденный вид, когда Сэм вдруг тихо проговорил:
– Вам очень идет это платье, Моргана. Бетти была бы очень рада, если бы увидела вас в нем.
Сердито нахмурив брови, он повернулся к группе сидевших за столом мужчин, которые откровенно разглядывали девушку:
– Познакомьтесь с моими рабочими, Моргана.
Процесс знакомства занял совсем немного времени. Девушка натянуто улыбалась каждому работнику, который по очереди выходил вперед: Джед Маркем, старший помощник Сэма, высокий мужчина с морщинистым лицом и растрепанными седыми усами, ровесник Сэма; Барт Такер, высокий лысеющий человек с резкими чертами лица; Рауль Рафрага, маленького роста темноволосый мексиканец с густыми усами; Джим Уоррен, тихий и бледный, который откровеннее всех выразил свою враждебность по отношению к гостье. И, наконец, Джон Фуллер, молодой кудрявый паренек, который вдруг покраснел, когда его представили девушке. У него были светлые волосы и юношеские веснушки на лице в сочетании с широкими плечами и мускулистой грудью. Для мужчины он был среднего роста, но все равно почти на голову возвышался над Морганой, улыбаясь ей широкой мальчишеской улыбкой.
Протянув девушке руку, он пристально вгляделся в нее светло-карими глазами и поздоровался неожиданно глубоким грудным голосом.
После этого Сэм провел девушку к столу и усадил слева от себя. Быстро оглядевшись, Моргана заметила, что Девон сел напротив отца на другом конце стола. Как будто почувствовав, что она смотрит на него, он поднял глаза, на секунду задержал на лице девушки холодный взгляд и отвернулся к Джеду Маркему, который сел рядом с ним.
Гордо вскинув подбородок в ответ на такую грубость, Моргана обернулась и увидела, что Сэм Говард задумчиво разглядывает ее. Не найдя что сказать, она молча взяла из рук Рауля Рафраги тарелку с картофелем и принялась за еду.
Ужин, казалось, тянулся бесконечно. Разговор поначалу не клеился, но постепенно мужчины нашли общую тему. Храня молчание, Моргана несколько раз замечала на себе дружелюбные взгляды Джона Фуллера. Стоявшая перед девушкой тарелка так и осталась почти не тронутой. Тугой комок в горле и осознание того, что пронзительный взгляд Девона впивается в нее всякий раз, когда его отец пытался вовлечь ее в разговор, лишили ее аппетита. Почувствовав, как кто-то прикоснулся к ее руке, Моргана подняла глаза и встретилась с вопросительным взглядом Сэма.
– Вам не нравится курица?
– О нет, все замечательно. – Мелли, конечно, постаралась на славу, приготовив несколько огромных противней жареных цыплят с картофелем и овощным рагу. Увидев, как в дверях появилась ее внушительная фигура с целым подносом печенья, Моргана выдавила из себя улыбку: – Все очень вкусно, просто я не голодна.
– Вам не нужно ничего объяснять, Моргана. Я хотел дать вам понять, что за моим столом вы можете ничего не стесняться.
– Спасибо. – Невольно покосившись на Девона, она заметила, как потемнело его лицо, и поспешно убрала руку. Ковыряя вилкой в тарелке, она не видела, какими взглядами обменялись отец и сын и как последний еще долго не сводил с нее глаз, прежде чем вернуться к еде.
Немного спустя, когда Моргана все еще продолжала бесплодные попытки съесть остывшее мясо, в столовую вплыла Мелли, держа в руках огромную сковороду, источавшую соблазнительный аромат теплых персиков. Подойдя к Девону, она сунула сковороду прямо ему под нос.
– Нравится, мастер Девон? Все как вы любите.
Девон улыбнулся, морщины у него на лбу разгладились, и, принюхавшись, он заявил:
– Выглядит и пахнет божественно, Мелли.
– А теперь попробуйте! – Вооружившись лопаточкой, она поставила перед Девоном пустую тарелку. – Это специально для вас, мастер Девон, чтобы вы знали, как старая Мелли вам рада. И еще большое вам спасибо за то, что привезли такую хорошенькую юную леди, о которой старая Мелли могла бы заботиться. – Заметив, что при этих словах молодой хозяин нахмурился, она продолжала гнуть свою линию: – Да, сэр! Мелли было очень одиноко здесь с тех пор, как миссис Бетти покинула нас!
Переменившись в лице, Девон сурово произнес:
– Мисс Моргана пробудет здесь недолго, Мелли!
В комнате воцарилась гробовая тишина.
Смело встретив тяжелый взгляд Девона, старая негритянка проговорила беззаботно:
– Ну что ж, посмотрим… – Широко улыбнувшись, она обратилась к собравшимся за столом: – Передавайте сюда тарелки, ребята! Старая Мелли сегодня не поскупится! Каждому еще и добавка будет!
Моргана была бесконечно благодарна судьбе за то, что в общей суете о ней хоть на время забыли. Постоянное напряжение начало сказываться на ее самочувствии. У нее заболел живот, а от аромата теплых персиков ее стало мутить. На лбу выступили капли пота. Она физически ощутила, как резко побледнела, и, испугавшись, что ее может стошнить, поспешно встала из-за стола. Этот неразумный жест не замедлил сказаться: почувствовав внезапную слабость в ногах, Моргана зашаталась, и тут же чья-то рука поддержала ее. Перед глазами у нее заплясали цветные пятна вперемежку с яркими вспышками света, и прямо над ухом она услышала голос Джона Фуллера:
– Позвольте проводить вас в комнату, мисс Моргана. Вы очень бледны.
Силясь сфокусировать взгляд на встревоженных карих глазах, казавшихся такими близкими, Моргана слегка покачнулась, и в ту же секунду лишилась своей опоры, когда знакомый низкий голос скомандовал:
– Сядь и доешь десерт, Джон. Я позабочусь о мисс Моргане.
С этими словами он подхватил девушку на руки. Прижавшись к сильному плечу Девона, Моргана закрыла глаза. Он быстро пронес ее через столовую и гостиную. Неожиданно девушка почувствовала под собой мягкий матрац. Она не помнила, чтобы они проходили через коридор, и поняла, что на несколько секунд действительно потеряла сознание. Не успела она до конца осознать это, как встретилась взглядом с пронзительными синими глазами.
– Значит, решила инсценировать обморок? У тебя получился прекрасный спектакль!
При этих словах откуда-то сбоку раздалось возмущенное фырканье, и на смену синим глазам пришло шоколадное лицо Мелли.
– Боже милостивый! Что на вас нашло, мастер Девон? Вы что, совсем из ума выжили? Юная мисс плохо себя чувствует, а вы говорите такие глупости! Вы сегодня явно встали с левой ноги! Идите-ка лучше обратно в столовую и…
– Мелли, я никуда не пойду, пока не поговорю с мисс Морганой наедине! – Резкий тон Девона заставил негритянку замолчать, но она продолжала возмущенно взирать на него. – А теперь выйди-ка за дверь и дай мне поговорить с Морганой. Когда я закончу, можешь сидеть с ней сколько вздумается! Живо!
Мелли повернулась, возмущенно шелестя юбками, и через пару секунд Моргана услышала в тишине комнаты стук закрывающейся двери.
Девушку сотрясала дрожь. Тошнота еще не прошла, а хмурое выражение лица Девона только усугубляло ее состояние. Ей было тяжело находиться в этом доме, гораздо тяжелее, чем она могла себе представить… это было похоже на ночной кошмар, от которого невозможно пробудиться. Правда, грубые руки, которые трясли ее за плечи, были абсолютно реальны.
– Моргана! Черт бы тебя побрал, открой глаза!
Повинуясь его приказу, девушка не сразу смогла сфокусировать взгляд, потому что комната плясала перед ее затуманенным взором. Однако властный низкий голос постепенно выдернул ее из сонного состояния:
– Послушай меня! Кончай свои игры! Тебе здесь это не поможет! Если хочешь пользоваться в моем доме относительной свободой, веди себя прилично, милая!
Не в силах молчать, Моргана, несмотря на недомогание, спросила:
– Почему ты вечно меня в чем-то подозреваешь? Я не сделала ничего такого…
– А ты весьма убедительно врешь! Думаешь, я не заметил, как вы с отцом шептались на другом конце стола? А какие невинные взгляды ты бросала на Джона? Что, решила быстренько его подцепить? Конечно, он для тебя легкая мишень.
– Отстань от меня, Девон! Убирайся! Я больше не желаю тебя слушать!
Моргана отвернулась, не в состоянии долее выносить эти оскорбления. Девон же больно сжал ей руки и яростно прошептал:
– Не повышай на меня голос! Если думаешь, что я позволю тебе использовать в своих целях здешних мужчин, то ты ошибаешься! Если твой любовник действительно человек слова, полковник Остин уже едет домой и через пару недель ты сможешь отправиться в Мехико. Но до этого момента я требую, чтобы ты меня слушалась. Пока ты здесь, веди себя подобающим образом! Я повторю, чтобы не было никаких недоразумений: держись подальше от моего отца, Джона Фуллера и всех остальных! Побереги свой пыл для любовника, который ждет тебя в Мехико! – Подавив чувство беспредельной тоски, охватившей его при этих словах, Девон с такой силой оттолкнул девушку, что она безвольно упала на подушки. Выпрямившись, он бросил на нее последний взгляд и, ощутив глубочайшую нежность при виде изможденного прелестного личика, невольно пробормотал себе под нос: – Лицо ангела…
Затем, резко развернувшись и ни разу не оглянувшись, он вышел из комнаты, аккуратно прикрыв за собой дверь.
Уткнувшись лицом в подушку, Моргана разрыдалась. Тихонько всхлипывая, она даже не заметила, что в комнате снова кто-то есть, пока не услышала мягкий голос Мелли:
– Не обращайте на него внимания, мисс Моргана. Мастер Девон ведет себя как дикарь с самого возвращения. Отдохните-ка лучше, а я посижу с вами.
Чувствуя, что отдохнуть ей не удастся никогда, Моргана тем не менее повиновалась и закрыла глаза. Когда закончится этот кошмар… когда?


С бешено колотящимся сердцем Моргана шла по коридору, вперившись взглядом в последнюю дверь. Задав несколько наводящих вопросов Мелли, она выяснила, что Сэм Говард после завтрака закрылся у себя в кабинете, и надеялась поговорить с ним с глазу на глаз, чтобы убедить хозяина дома в необходимости ее скорейшего возвращения в Мехико. По меньшей мере она хотя бы скажет ему всю правду. Ей невыносима была мысль о том, что этот добрый человек теперь считает ее хитрой расчетливой женщиной, готовой пожертвовать своим честным именем ради того, чтобы стать любовницей Санта-Анны.
Она проснулась рано утром, забыв и думать о вчерашнем недомогании. Устыдившись своей минутной слабости, она поклялась, что никогда больше не позволит душевному состоянию отразиться на самочувствии. Надев вчерашнее голубое платье, она спустилась к завтраку и узнала, что Сэм Говард уже удалился в кабинет. Полная решимости, она тут же отправилась следом за ним. Дрожащей рукой она потянулась к ручке двери, но тут же одернула себя и негромко постучалась.
– Кто там? – раздался голос хозяина. Моргана сдавленно произнесла:
– Это Моргана Пирс, мистер Говард. Могу я поговорить с вами?
Не прошло и нескольких секунд, как перед глазами девушки предстало строгое лицо Сэма Говарда.
– Заходите, Моргана.
Он говорил очень дружелюбно, но в его бледных глазах девушка заметила настороженное выражение. Почувствовав тревогу, Моргана попыталась скрыть это, принявшись изучать комнату. Кабинет был обставлен довольно просто, но все здесь носило отпечаток характера Говарда-старшего. Посередине стоял старый стол, а за ним находился книжный шкаф во всю стену, уставленный множеством потрепанных книг. Почти весь пол закрывал разноцветный мексиканский ковер, а перед столом стояли два набивных кожаных кресла. На столе находилась большая лампа, а еще одна, поменьше, стояла на кофейном столике между креслами. Аккуратная стопка бумаг на углу стола свидетельствовала о том, что все утро Сэм провел за канцелярской работой.
Воодушевленная уютной обстановкой кабинета, Моргана наконец решилась заговорить:
– Думаю, вы догадываетесь, почему я здесь, мистер Говард. Девон, конечно, предупредил, что я попытаюсь склонить вас на свою сторону. И все же меня это не остановит. Мистер Говард, я…
– Пожалуйста, называйте меня Сэм. Ко мне все так обращаются, даже собственный сын, как вы заметили.
– Спасибо. Я хочу прямо заявить о том, что ни в чем не повинна.. Я… я не состою в любовной связи с Антонио Санта-Анной, никогда не была его любовницей и не собираюсь ею становиться. Антонио женат. Я знакома с доньей Инессой и безмерно уважаю ее. Признаться, мне очень неприятно, что Девон считает меня способной на такое.
– Моргана, не нужно ничего объяснять…
– Нет, нужно! – Сделав шаг вперед, Моргана искренне посмотрела в глаза мужчине, взглядом умоляя его поверить. – В Мехико осталась моя семья – тетя с дядей и добрая подруга, которая растила меня с детства. Они, конечно, с ума сходят от беспокойства. Жестоко заставлять их так страдать.
– Я думал об этом, Моргана, и искренне сожалею, что им выпало столь тяжкое испытание, но Девон уверен, что поступает правильно. Приходится полагаться на его мнение.
Злясь на него за то, что он так упрямо продолжал поддерживать сына, Моргана невольно покраснела:
– Вы крайне несправедливы, ми… Сэм. Вы позволили чужим предубеждениям повлиять на свое мнение. Девон – единственный человек на свете, который так плохо думает обо мне. Мы с ним плыли на одном корабле из Нью-Йорка в Веракрус, а потом добирались в одном экипаже до Манга-де-Клаво. И все это время мы не переставали ссориться. Естественно, в таких условиях Девон лицезрел не самую лучшую сторону моего характера. Но это не дает ему права считать меня падшей женщиной! Я леди, сэр! Я принадлежу к очень уважаемой семье и горжусь этим! Меня глубоко оскорбляет такое отношение Девона и ваше недоверие.
Вскинув подбородок и гневно сверкая глазами, Моргана посмотрела прямо в бледно-голубые глаза, прикованные к ее лицу.
Медленно покрываясь краской смущения. Сэм Говард неуверенно произнес:
– Полагаю, я должен извиниться за те несчастья, которые свалились на вас…
– Не нужно, Сэм.
Резкий окрик со стороны двери заставил Моргану быстро обернуться. Возникший на пороге Девон, глядя на нее со злостью, гневно промолвил:
– Она чертовски хорошая актриса, Сэм. Ей удалось на время одурачить даже меня и заставить плясать под свою дудку. Моргана Пирс умеет виртуозно лгать!
Густо покраснев, Моргана уже больше не могла сдерживаться. Ее грудь тяжело вздымалась от гнева и обиды. Двинувшись к Девону, она смело воскликнула:
– Я не лгу! Все, что я сказала твоему отцу, правда, и ты сам об этом прекрасно знаешь!
Искривив губы в улыбке, Девон коротко кивнул, глядя на ее разгоряченное лицо:
– Кое-что из твоих слов, может, и правда. Хотя есть некоторые вещи, о которых ты умолчала. Но ты не волнуйся. Я представил отцу полную картину событий, а не отдельные ее части, как ты.
– Не понимаю, о чем ты говоришь!
– Понимаешь, понимаешь! Ты предпочла опустить самые красочные моменты: например, то утро, когда я застал вас с Санта-Анной на уединенной лесной поляне… – Потрясенный вздох девушки болью отозвался в сердце Девона, но он упрямо продолжал: – И то, как легко он согласился на мой план во время праздника Святого Иоанна Крестителя.
– На твой план?
– Да, на мой план. Этот ублюдок имел наглость сознаться, что подозревает, будто я использую его чувства к тебе, чтобы добиться освобождения полковника Остина. Милая, он посмотрел мне прямо в глаза и сказал, что ты его ахиллесова пята, что он испытывает к тебе глубокую привязанность и ты разделяешь его чувства.
– Не верю! Не верю, что Антонио мог сказать такое!
– А какой мне смысл врать? Он сказал, что имеет на тебя серьезные виды… что ради тебя готов пойти на многое. И еще он потребовал, чтобы я покинул город, если хочу увидеть Стива Остина на свободе. Он обещал за это передать дело полковника в суд, чего я и добивался. Он не дурак и понял, что я могу встать между вами.
Прекрасное лицо Морганы ничего не выражало.
– Так что мы с ним заключили договор… в тот самый день, когда ты была на пикнике в честь праздника Святого Иоанна Крестителя.
Последовала короткая пауза, а потом Девон натянуто произнес:
– Думаю, ты помнишь, что тогда произошло, Моргана…
Слова Девона так и повисли в воздухе. Он презрительно скользнул взглядом по лицу девушки.
Вскинув подбородок, Моргана проговорила:
– Значит, ты получил то, к чему стремился. Тогда зачем ты похитил меня? Чтобы наказать меня или Антонио?
– Не льсти себе, Моргана. Мне глубоко наплевать на вас обоих. Санта-Анна не сдержал слова, вот и все. Он собирался действовать осторожно… это была шутка. К тому времени как я добрался до Салтильо, там уже вовсю ходили слухи о вас и люди были возмущены. Консуэло получила донесение, в котором…
– Консуэло? Консуэло де Артега? – Моргана пришла в неописуемую ярость. – Ты так спешил доложить о своих успехах в Техас, но все-таки решил задержаться, чтобы развлечься с этой… этой…
– Есть старая поговорка о том, что рыбак рыбака видит издалека, – тихо произнес Девон, спровоцировав новую вспышку гнева.
– Не смей сравнивать меня с Консуэло де Артега! Я больше не потерплю от тебя оскорблений!
– Боюсь, у тебя нет выбора, милая.
– Ты ошибаешься, Девон, выбор есть. – Спокойное замечание Сэма разом положило конец ожесточенному спору. – Я вынужден поверить тебе, раз уж дело сделано и Моргана находится здесь, но больше не потерплю ругани в своем доме! – Повернувшись к девушке, Сэм решительно проговорил: – Я не собираюсь судить тебя, Моргана. Я уже говорил, что пока ты здесь, с тобой будут обращаться как с гостьей. Больше я ничего не могу сделать. А ты, Девон, – взглянув на сына и сердито нахмурив брови, произнес он более суровым тоном, – если не можешь разговаривать с Морганой нормально, то держись от нее подальше!
– С удовольствием, – протянул Девон.
Не говоря больше ни слова, он повернулся и покинул комнату. Потеря в дар речи, Моргана бросила быстрый взгляд на Сэма и вышла следом.
С потемневшим от гнева лицом Девон стремительно миновал коридор и гостиную. Быстро оглядевшись, он выбежал на улицу и хлопнул дверью. Черт бы ее побрал! Он чувствовал, что она попытается переманить Сэма на свою сторону, и не ошибся. Не войди он вовремя в кабинет, она бы поставила старика на колени. Черт, разве можно перед ней устоять… когда она прямо и гордо смотрит тебе в глаза с таким невинным выражением на прекрасном лице. До сих пор она обладала огромной властью над ним. Проклятие! И эта власть стала еще сильнее. При одном только взгляде на Моргану Пирс у него внутри все переворачивалось. С той самой ночи у реки он думал только о ней, хоть и понимал, что пора остановиться, что надо держаться от нее подальше, пока не стало слишком поздно. Он всеми способами пытался выбросить эту женщину из головы, но ничего не помогало. И с каждой новой неудачей он все больше злился на Моргану. Мысль о том, что она не постеснялась испытать свои чары на мужчинах с ранчо, начиная с отца и кончая Джоном Фуллером, жгла его изнутри. Что ж, отец теперь относится к девушке настороженно, а Джон стараниями Девона будет отныне проводить как можно больше времени вдали от дома до тех пор, пока там находится Моргана. Чувствуя, как неприятно сжимается желудок, Девон обвел взглядом двор. При виде кудрявого парня, направлявшегося в сарай, он ощутил укол какого-то нового, непонятного чувства. Джон глаз не мог отвести от Морганы, и она, в свою очередь, тоже украдкой бросала на него взгляды. Надо как можно скорее положить этому конец!
Не удосужившись докопаться до причин своих поступков, Девон прямиком направился в сарай.
Сэм прав: есть только один способ избавиться от наваждения по имени Моргана Пирс. Он будет держаться подальше от нее, но сделает так, что и другие тоже не смогут наслаждаться ее обществом.




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Дерзкое обольщение - Барбьери Элейн

Разделы:
Глава 1Глава 2Глава 3Глава 4Глава 5Глава 6Глава 7Глава 8Глава 9Глава 10Эпилог

Ваши комментарии
к роману Дерзкое обольщение - Барбьери Элейн



Скучновато(((
Дерзкое обольщение - Барбьери ЭлейнДарья
13.10.2012, 21.43





Мне очень понравился этот роман.Красиво написано.
Дерзкое обольщение - Барбьери ЭлейнЛюбовь
21.10.2012, 20.16





Роман очень интересный с приключениями и высокими чувствами.Характеры героев яркие и сильные. Читаешь с удовольствием.
Дерзкое обольщение - Барбьери ЭлейнВ.З.,65л.
13.02.2013, 13.26





Очень интересный роман.Хорошо написан, читаешь и будто переносишся в то время и место. Короче- читайте, не пожалеете.
Дерзкое обольщение - Барбьери ЭлейнИванна
9.04.2013, 13.19





Ой, слишком затянуто, еле дочитала, только конец оставил, хоть какое-то впечатление...
Дерзкое обольщение - Барбьери ЭлейнМилена
20.04.2013, 13.29





Очень скучный роман......
Дерзкое обольщение - Барбьери ЭлейнДина
7.07.2013, 18.11





Роман хороший. Вот только если бы поменьше было бы описания политики, было бы совсем классно!
Дерзкое обольщение - Барбьери ЭлейнLili
4.08.2013, 23.17





роман офигенный!!!!!люблю романы этого автора.....герои великолепны
Дерзкое обольщение - Барбьери ЭлейнЛуиза
16.10.2014, 20.30





Дерьмо! Дальше 6 главы не смогла читать
Дерзкое обольщение - Барбьери ЭлейнОксана
16.02.2015, 20.46





ужасный роман, сплошное издевательство над героиней, как женщиной, гг какой-то изверг, бесчувственный садист
Дерзкое обольщение - Барбьери ЭлейнМайя
26.03.2015, 13.47





не люблю такие романы, где унижают достоинство женщины, вечно делают из женщин проституток, ГГ здесь самовлюбленный садист, вечно злой, озабоченный. Бедная ГГ-ня, вечно униженная, обиженная..
Дерзкое обольщение - Барбьери ЭлейнМарина
26.03.2015, 14.39





Саааамый офигенный роман этого автора!))
Дерзкое обольщение - Барбьери Элейнлала
17.03.2016, 14.35





Были плохие романы. Но этот по своей тупости - зашкаливает. Дочитала до конца, но только из-за принципа. Не читайте. Не тратьте свое время. Более тупого и затянутого сюжета не встречала в своей практике.
Дерзкое обольщение - Барбьери ЭлейнAlins
24.03.2016, 12.14





Невероятно тупой роман. Героиня ужасающе глупая и герой самодур постоянно проклинают самих себя и друг друга, то грызутся, то ...тся. Мышиная возня какая-то. Действительно, жаль потраченного времени.
Дерзкое обольщение - Барбьери ЭлейнЧитатель
12.09.2016, 21.45








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100