Читать онлайн Невинность и порок, автора - Барбьери Элейн, Раздел - Глава 9 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Невинность и порок - Барбьери Элейн бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.08 (Голосов: 24)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Невинность и порок - Барбьери Элейн - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Невинность и порок - Барбьери Элейн - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Барбьери Элейн

Невинность и порок

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 9

Пьюрити окинула взглядом горизонт, сердце в ее груди подскочило. Да, она хорошо знала это место: отлогий склон холма вблизи «Серкл-Си». Пряный запах влажного воздуха, небо, казавшееся более голубым, и солнце, светившее ярче, чем где бы то ни было на свете, — все говорило, что родной дом рядом.
Скоро они снова окажутся у себя на ранчо.
Пьюрити бросила взгляд на Касса, молча ехавшего бок о бок с ней. Вид у него был хмурый, и ей не нужно было выпытывать у него причину. Прошла неделя с тех пор, как они, покинув поселок кайова, ехали почти без передышки, поднимаясь до рассвета и продолжая путь, пока не становилось совсем темно.
Касс не протестовал, когда она объявила о своем решении как можно скорее вернуться домой. Он не стал ее расспрашивать о том, чем была вызвана такая спешка. Слова девушки, обращенные перед отъездом к Шепчущей Женщине, были короткими и полными искреннего раскаяния. Чуть позже, уже сидя в седле, она отвела глаза, пока Касс о чем-то тихо беседовал с матерью. Пьюрити заметила огорчение Шепчущей Женщины, вызванное их внезапным отъездом, хотя та и старалась это скрыть.
Никогда еще Пьюрити не сознавала с такой ясностью, какой тяжелой была жизнь Шепчущей Женщины, как в тот момент, когда она, обернувшись, увидела немолодую уже индианку, прощавшуюся с сыном. Двое мужчин, которых она любила больше всего на свете, не могли открыто признать ее. Пьюрити вдруг пришло в голову, что судьба была до крайности несправедлива к этой мягкой, тихой женщине.
В первую же ночь на обратном пути она поведала Кассу обо всем, что видела в вигваме Пятнистого Медведя. Юноша внимательно слушал, согревая ее своим теплом. Он не сомневался, что каждая минута приближала ее к встрече с Онести. Она знала это, так же как и то, что он разделял ее тревогу за судьбу Честити. Его лицо приняло настороженное выражение, когда Пьюрити упомянула о Стэне и неожиданном видении, подсказавшем, что в «Серкл-Си» происходит что-то неладное.
По мере того как они приближались к ранчо, Касс становился все более и более молчаливым. В его облике снова проступала враждебность, и Пьюрити невольно задавалась вопросом, что могла означать эта перемена. Однако еще больше ее тревожили воспоминания о возникшем в дыму образе Стэна… суматоха, выстрелы вокруг него, и безотчетный ужас.
Пьюрити подавила подступившие к глазам слезы. Ей нужно было увидеть Стэна, утешить его, сказать ему, что судьбы сестер перестали быть для нее тайной и она могла не сомневаться в том, что рано или поздно обязательно их найдет. Пьюрити хотела объяснить ему то, что теперь уже знала твердо: среди дыма, застилавшего грубые стены жилища индейского шамана, их с Кассом навсегда объединила общая цель, и отныне, что бы ни сулило им будущее, она никогда не будет одинока, потому что…
Тут Пьюрити отвлеклась от своих мыслей. Что это за шум, подобный отдаленным раскатам грома?
Внезапная догадка заставила глаза девушки округлиться от ужаса, и достаточно было одного взгляда на Касса, чтобы убедиться, что она верна. Спустя мгновение они уж вонзили шпоры в бока лошадей и поскакали вперед.


Облако удушливой пыли заслоняло солнечный свет, стук копыт эхом разносился по земле.
Бак, мчавшийся галопом рядом с обратившимся в бегство стадом, пытался хоть что-нибудь разглядеть сквозь стену тумана. Понимая, что необходимо развернуть буйных животных, сокрушавших все на своем пути, он крикнул спутникам, которых едва мог различить в этой суматохе:
— Бэрд, Тречер, обгоните их! Нэш, Питтс, вперед, за мной! Нам надо заставить их повернуть назад.
Среди смертоносных копыт и отчаянно фыркавших разъяренных животных некогда было размышлять, надо было действовать. Но тут стадо неожиданно сменило направление. Теперь оно неслось прямо на них!
Бэрд отстал. Лошадь Тречера оступилась. Откуда-то спереди внезапно донеслись звуки ружейных выстрелов.
Волна тел всколыхнулась. Еще один выстрел… еще!
Ревущее стадо снова изменило направление, резко свернув в противоположную сторону.
Как только его лошадь влилась в общий поток, Бак описал петлю, заставив стадо разделиться. Часть быков повернула обратно по собственным следам, увеличивая общее смятение. Замедлив бег, взбудораженные животные шумели, теснясь и поднимая новые облака пыли, которые на время скрыли из виду двоих всадников, приближавшихся к ним.
Узнав ехавших, Бак пришпорил лошадь и поскакал им навстречу.


Все еще ощущая волнение в крови, Касс осадил своего мерина рядом с лошадью Пьюрити, остановившейся возле смешавшегося в беспорядке стада. Грудь его взволнованно вздымалась. Он окинул взглядом лицо девушки и увидел, что ее глаза до сих пор горят от возбуждения. В его душе вспыхнул гнев, и он собрался было излить его на нее, когда подоспевший Бак плавно остановил лошадь возле него. Побагровев от ярости, седеющий надсмотрщик тут же крикнул ему, не тратя времени на приветствия:
— Негодяй! О чем ты думал, когда позволил Пьюрити броситься наперерез стаду?
— Погоди, Бак! — огрызнулась Пьюрити.
— Вот именно! — с трудом сдерживаясь, ответил Касс. Голос его прозвучал резко, как удар кнута. — Позволял ли я что-нибудь Пьюрити или нет, тебя совершенно не касается! — Он жестом указал на все еще громко ревущих быков. — Что, черт побери, произошло? Как вы допустили, чтобы стадо на ваших глазах обратилось в бегство?
— Я не обязан тебе отвечать, Томас!
— Вот как? — Видя, что Картер, Бэрд и Тречер уже подъехали к ним, а Питтс стремительно приближался, Касс почувствовал новый прилив гнева. Его тон стал суровым: — Даю тебе ровно минуту, чтобы взять свои слова обратно.
— Ладно, с меня хватит! — вмешалась Пьюрити, прервав их перепалку. — Касс ничего мне не позволял, я вообще не нуждаюсь в чьем-то позволении и сделала лишь то, что от меня требовалось, чтобы развернуть животных. Мне не нужны были советы! Если кто-нибудь из вас считает иначе, пусть скажет мне об этом сейчас же!
Бак изумленно моргнул. Касс увидел, что лицо надсмотрщика вновь покраснело. Тут же лошадь Бака, неожиданно фыркнув, приподняла ногу и начала ржать от боли.
Громко выругавшись, Бак спешился и протянул руку к ноге животного, а Касс процедил сквозь зубы:
— Сейчас не время и не место для разговоров. Нам нужно как можно скорее перегнать скот обратно на землю «Серкл-Си».
Бак бросил на него раздраженный взгляд.
— Моя лошадь не выдержит и часа работы. Похоже, придется вернуться, предоставив это сделать вам.
— Нет. — Подъехав ближе к Пьюрити, Касс поднял ее и усадил в седло перед собой. До него донесся ее чуть слышный протест, но он, обхватив рукой талию девушки, коротко добавил: — Можешь взять лошадь Пьюрити. Она поедет со мной.
Бак метнул взгляд на руку Касса, властно прижимавшую Пьюрити, и краска гнева на его лице стала еще гуще.
— Ты этого хочешь, Пьюрити?
Касс ждал, чувствуя внутреннюю борьбу, происходившую в душе девушки.
— Перегоните стадо на землю «Серкл-Си»! — наконец ответила она. — Дома у нас будет время поговорить.
Когда Касс привлек Пьюрити к себе, от его внимания не ускользнул ревнивый взгляд, брошенный на него Нэшем Картером. Обращаясь к молодому человеку, Касс резким тоном произнес:
— Привяжи мою вьючную лошадь к своему седлу, Картер, и отведи ее на скотный двор.
Затем он пришпорил коня, пустив его вперед. Они ехали в молчании до тех пор, пока мужчины не скрылись виду. Тогда Пьюрити подняла на него глаза, выражение ее лица было жестким.
— Зачем ты это сделал?
Касс окинул взглядом правильные черты лица девушки, обращенного к нему. Ее явное раздражение передалось ему, и он коротко ответил:
— Я сделал только то, что от меня требовалось.
— Вот как? Бак вполне мог взять вьючную лошадь, чтобы закончить дневную работу. Ты намеренно отдал ему мою. — Во взгляде Пьюрити проступила решимость. — Я не позволю тебе использовать меня в своей борьбе против них, Касс.
— Я вовсе не этого хотел.
— А чего же?
Глаза Касса были прикованы к Пьюрити. Она была так близко, что он ощущал биение ее сердца. Как он мог объяснить ей, что, когда она неожиданно бросилась навстречу стаду с ружьем наперевес, страх пробежал по его жилам, подобно пламени, а будущее без нее промелькнуло перед глазами во всей своей ужасающей пустоте?
Вспомнив об этом, он вновь пришел в ярость и выпалил:
— Бак был прав, черт побери! Ты совершила глупость, бросившись наперерез бегущему стаду! А если бы погибла?!
— Ты был рядом со мной!
— Дело совсем не в этом!
— В самом деле?
— Да! — отрубил Касс, грудь его тяжело вздымалась. — Никогда больше не смей так делать.
Пьюрити вздернула подбородок.
— А почему ты решил, что имеешь право отдавать мне приказы?
— Проклятие… — Чувствуя прилив волнения, Касс еще крепче прижал девушку к себе и процедил сквозь зубы: — Ты моя, Пьюрити. Запомни это раз и навсегда. Нравится тебе это или нет, но так оно и есть… к этому шло с нашей первой встречи. И будь я неладен, если допущу, чтобы из-за минутного безрассудства ты лишись жизни!
Глаза Пьюрити сузились.
— Я не намерена подчиняться твоим приказаниям, Касс.
Все еще не отпуская девушку, Касс прикоснулся губами к ее плотно сжатому рту и почувствовал гнев и недовольство Пьюрити, а также тревогу, которую она тщетно пыталась подавить. Кроме того, он ощутил в ней жгучее желание, не уступавшее его собственному, когда ее губы наконец приоткрылись, отвечая на его поцелуй.
С трудом оторвавшись от нее, прерывисто дыша, Касс через силу выговорил:
— Не заставляй меня снова пережить что-либо подобное.
Бросив на него понимающий взгляд, Пьюрити прошептала:
— Прости. Я не хотела напугать тебя, Касс. — Она улыбнулась. — Но я сделала только то, что от меня требовалось.
Довольно долго он всматривался в лицо Пьюрити, затем снова привлек ее к себе и, ничего не ответив, пустил своего коня вперед.


— Ну давай же, сделай над собой усилие!
С влажным от пота телом и горевшими от охватившего его бешенства глазами Роджер пытался овладеть пышнотелой женщиной, лежавшей под ним. Темноволосая, с грубоватыми чертами ярко размалеванного лица, она казалась самим воплощением женской страстности. Громко выругавшись, он удвоил старания, терзая плоть женщины. Как только ему стало ясно, что символ его мужского достоинства все больше никнет с каждой его новой попыткой, Роджер пришел в ярость. Стиснув зубы от горечи и досады, он отстранился от запыхавшейся проститутки с усмешкой, больше похожей на оскал:
— Можешь оставить свои жалкие потуги! И будь уверена: я дам знать Софи, что твои любовные утехи не стоили и половины тех денег, которые мне пришлось заплатить сегодня!
Спустя некоторое время Роджер, стоя перед зеркалом, привел свой костюм в порядок. Затем отступил и окинул придирчивым взглядом собственное отражение. Если не считать безупречно скроенного костюма и аккуратно подстриженных волос, то, что он увидел, ему не понравилось. Его лицо было искажено гневом, который никак не ослабевал. Он бросил взгляд на голую женщину, отражавшуюся в зеркале рядом с ним. Та улыбнулась и погладила свои отвислые груди.
— Вы слишком быстро сдались, мистер Норрис, — прошептала она. — Я бы могла сделать еще многое, чтобы помочь вам в вашем затруднении.
— Затруднении? — Красивое лицо Роджера вспыхнуло. — Какой бы вульгарной дешевкой ты ни была, думаю, тебе не понять, что мужчина может быть с тобой в постели, как я был несколько минут назад, смотреть на тебя и при этом не чувствовать ровным счетом ничего! Ты сама знаешь, что все дело именно в этом. Ты просто жалкая…
Выражение лица проститутки сделалось жестким.
— Вы не считали меня такой уж жалкой месяц назад, когда проводили у меня чуть ли не по полдня и при этом наслаждались каждой минутой!
— Наверное, я был пьян!
— В таком случае вам стоит напиться снова, мистер Норрис! Быть может, тогда вам удастся заставить стоять те части вашего тела, которые ничего не стоят в глазах настоящей женщины, — язвительно отпарировала проститутка, делая уничижительный акцент на слове «мистер».
Роджер громко рассмеялся.
— Это себя ты считаешь настоящей женщиной, Флосси? Ты всего лишь пустой сосуд, предмет, призванный удовлетворять самые низменные мужские потребности, и тебе это хорошо известно.
— Вот как? Может быть, вы и правы, мистер Hopрис. Но судя по тому, о чем говорят все девочки, за последние несколько недель вам ни разу не удалось довести дело до конца!
— Шлюха!
— Да…
— Дрянь!
— Совершенно верно. — Накрашенные губы Флосси изогнулись в насмешливой усмешке. — А у вас не хватает мужской силы даже на то, чтобы извлечь из этого выгоду.
Кулак Роджера неожиданно метнулся вперед. Резкий удар пришелся прямо в челюсть Флосси и заставил изумленную проститутку податься назад. С искаженным от ярости лицом он ударил ее еще раз, и тогда она упала на кровать. Его гнев сменился удовлетворением, когда в уголках ее губ выступила кровь и она громко зарыдала.
Глядя в ее испуганные глаза, он проворчал:
— Значит, в конце концов тебе все же удалось доставить мне удовольствие. — Отступив, он выдержал паузу. — Возможно, мне стоит сказать Софи, что я навещу тебя снова. Тебе ведь это будет приятно, не так ли, Флосси? — Испуганная проститутка отчаянно всхлипывала, а Роджер между тем потребовал: — Отвечай мне!
— Д… Да.
— Хорошо. Я не премину это запомнить. Оставив за спиной обнаженную женщину, заливавшуюся слезами, Роджер распахнул дверь и, выйдя в коридор, с треском ее захлопнул. Он быстро направился по коридору, сразу позабыв о Флосси и ее слезах. «Будь она проклята… будь проклята…» — звенело у него в ушах.
Однако мысли его были заняты отнюдь не размалеванным лицом Флосси. Высокая стройная блондинка с серебристыми глазами, бросавшими ему вызов, и губами, заставлявшими его изнывать от желания, — вот кто был подлинной причиной его мучений. Роджер снова выругался. Предательская часть тела, которая подвела его всей несколько минут назад, опять дала о себе знать, натягивая ткань его облегающих брюк и тем самым причиняя физическое неудобство. Так происходило не раз, с тех пор как он узнал, что Пьюрити уехала куда-то вместе с Кассом Томасом. Мысль о том, что она лежит в объятиях Томаса, преследовала его неотступно, и Роджер искал возможности отвлечься, однако все было напрасно.
В редкие минуты просветления Роджер искренне недоумевал, почему он так одержим этой светловолосой ведьмой, но затем ему вспоминалось ощущение ее упругого гибкого тела, когда она стояла совсем рядом, непринужденная грациозная походка, длинные ноги, и он изнывал от желания подчинить себе эту женщину, проникнуть в ее тело, овладевать ею снова и снова, видеть в ее светлых глазах сладострастный огонь, слышать, как она умоляет его о большем. Роджер был уверен, что рано или поздно этот день настанет, потому что в уме у него уже сложился план его приближения.
«Если бы об этом знал отец…» — промелькнула мысль Норриса-младшего, когда он подходил к лестнице.
Не решаясь высказать язвительное замечание, вертевшееся на языке, Роджер только тихо фыркнул. Его отец, чьей единственной страстью были стремительно разбухавшие банковские счета… который никогда не испытывал настоящего влечения ни к одной женщине, не исключая и его матери, десять лет назад уехавшей на восточное побережье и так и не вернувшейся… Отец, конечно же, счел бы его глупцом.
Задержавшись в темном коридоре, Роджер сделал несколько глубоких вдохов, пока тело снова не покорилось его воле, и только тогда вышел на открытую площадку. Он уже хотел было спуститься вниз, как вдруг резко остановился, заметив дородного, неряшливо одетого человека, взбиравшегося по ступенькам навстречу ему. Роджер внутренне поежился, когда тот обратился к нему:
— Я так и знал, что ты здесь, Норрис.
— Вот как? — Осмотревшись из предосторожности по сторонам, Роджер добавил: — А что ты тут делаешь? Ты ведь обещал уладить для меня кое-какие дела, разве не так?
Выражение лица Слейтера стало угрюмым.
— Я пришел сообщить тебе, кстати, по твоей же просьбе, как идут дела. Кроме того, есть еще такая мелочь, как плата за услуги.
— Потише, ты, болван! Разве я не платил сполна за все поручения, которые ты выполнял?
— Да… и с этим делом мы тоже справились на славу. Я и парни обратили в бегство тех быков, которых работники «Серкл-Си» пытались согнать в стадо, после чего смотались с их проклятой земли, пока они не успели разобраться в том, что произошло. Теперь скотина рассеется по всей округе, так что работникам не один день придете их собирать.
— Ты уверен, что вас никто не заметил?
Влажные губы Слейтера дернулись в улыбке.
— Мы не какие-нибудь профаны, и нам ничего не стоило скрыться в облаке пыли, как только животные набрали скорость. Я видел, как надсмотрщик пытался созвать своих людей, чтобы те бросились следом за быками, но было уже поздно.
Довольная усмешка появилась на губах Роджера.
— Через несколько минут я буду ждать тебя в твоей лачуге с деньгами.
— Лучше через час. — Слейтер указал на потолок. — У меня есть кое-какие дела наверху.
От него пахло потом, и Роджер поморщился. Кивнув в знак согласия, он злорадно добавил:
— Я бы советовал тебе наведаться к Флосси. Не сомневаюсь, что она будет очень рада тебя видеть.
И Роджер двинулся дальше по ступенькам лестницы.


— Ладно, что, черт побери, произошло сегодня днем? — осведомился Стэн.
Его голос все еще эхом отдавался в просторной комнате, тогда как Пьюрити разглядывала людей, молча стоящих рядом. Сегодня работники вернулись домой позже обычного, когда солнце уже клонилось к закату. Когда они спешились, их лица казались более темными, чем отбрасываемые ими тени.
Стэн уже ждал их. Едва захлопнулась дверь, он набросился на парней с расспросами.
Пьюрити заметила огоньки гнева в глазах Стэна и подумала, что, если не считать бледности и противоестественной худобы, в его облике не было ничего общего с тем ужасающим образом, который предстал ей в видении. Прилив сердечного тепла охватил ее, едва Пьюрити вспомнила нежность, светившуюся в его глазах, когда за несколько часов до того она приблизилась к дверям дома, и поразительную силу, с которой он прижал ее к груди. Ей припомнилось и то внимание, с которым он выслушал рассказ о видениях, возникших перед ней в вигваме Пятнистого Медведя, и вопросительное выражение лица, когда Касс приблизился и встал у нее за спиной слишком близко, чтобы это можно было считать простым выражением дружеских чувств.
— Бак, я, кажется, задал вопрос!
Голос Стэна отвлек Пьюрити от ее мыслей. Она ощутила нескрываемое недовольство Бака, когда тот бросил взгляд на Касса. Баку явно не нравилось, что его подвергают допросу в присутствии Касса.
— Я жду, Бак.
— Дьявольщина! У меня нет ответа.
Лицо Стэна сделалось еще более хмурым.
— И что это, черт возьми, значит?
— Ума не приложу. Мы с парнями согнали быков в стадо, как ты приказал, и оставили их на пастбище. Нам даже в голову не могло прийти, что скотина бросится бежать. Все произошло неожиданно. Животные вдруг ни с того ни с сего помчались так, словно сам дьявол гнался за ними по пятам!
— И вы никого не видели и не слышали выстрелов.
— Ну да, мы слышали выстрелы, — вмешался разгневанный Нэш. В его испепеляющем взгляде, обращенном к Кассу, было прямое обвинение. — Быки мчались вперед словно бешеные, сокрушая все на своем пути. А Томас позволил Пьюрити броситься наперерез стаду с одной шестизарядной винтовкой в руках, чтобы его завернуть!
— Значит, вот как все было, Нэш? — возмущенно спросила Пьюрити. — По-твоему, Касс во всем виноват! — Она выступила вперед. — Мне казалось, мы с этим разобрались раз и навсегда! Вам всем давно пора понять, что босс здесь я, а это значит: никто не может учить меня, как справляться со стадом. Я и сама знаю, что делать в таких случаях, и мне незачем спрашиват совета у кого бы то ни было!
Стэн обернулся к ней, побледнев еще больше:
— Неужели Нэш прав, Пьюрити? Ты могла совершить такую ужасную глупость?
Пьюрити только смерила его взглядом.
— Черт побери, девочка, ты что, с ума сошла? Ты понимаешь, что могло случиться, если бы твоя лошадь запаниковала или упала? О черт, ведь тебя же…
— Нет, — вступил в разговор Касс. — Я бы этого не допустил.
— На словах ты силен, что верно, то верно, — Нэш шагнул вперед, — однако все это не более чем пустая болтовня. Ясно одно: мы горя не знали на этом ранчо, пока тебя здесь не было. А потом, когда ты весьма кстати убрался отсюда, у нас начали происходить необъяснимые вещи.
— Необъяснимые вещи? О чем ты говоришь? — вопрос Пьюрити остался без ответа, и она обернулась к Стэну: — Что происходит, Стэн? Перед нашим отъездом ты говорил мне, что дела на ранчо идут гладко.
— Если ты действительно хочешь знать, что происходит, то спрашиваешь не того человека, — с жаром возразил Нэш. — Тебе следовало бы задать этот вопрос тому малому, с которым путешествовала. Может быть, ему и удалось провести тебя, но не остальных. Он точит нож и не успокоится до тех пор, пока его лезвие не обагрится нашей кровью!
Решив не обращать внимания на реплику Нэша, Пьюрити не сводила глаз со Стэна.
— Что у вас стряслось, Стэн? Что ты от меня скрываешь?
Стэн пожал плечами.
— Нэш преувеличивает.
В ответ на заявление Стэна послышался приглушенный ропот, а Бак с жаром произнес:
— Преувеличивает? Да, очень может быть… если только ты сможешь назвать преувеличением отравленную воду в водопое, медленно, но верно исчезающий скот, сломанные ограды, утерянные инструменты и прочие досадные мелочи, которые могут свести на нет весь наш труд! А это внезапное бегство скота сегодня днем? Вот уж и впрямь преувеличение!
Касс медленно расправил плечи.
— Вы сообщили об этом шерифу?
Стэн нахмурился.
— Да… но все оказалось без толку.
Выражение лица Касса сделалось жестким.
— Завтра я сам этим займусь.
Пьюрити, обернувшись, окинула взглядом лица окружающих.
— Кто хочет что-нибудь добавить? — Все промолчали, тогда она произнесла: — Ладно, пожалуй, на сегодня хватит. Пит уже приготовил ужин.
Когда работники вышли из комнаты, Пьюрити обернулась к Стэну. Тонкие черты ее лица заострились.
— Почему ты ничего не сказал мне о том, что произошло в мое отсутствие?
Стэн молчал. Она заметила, как дрогнуло его худое лицо. Он пожал плечами.
— Не знаю, дорогая. Наверное, потому, что ты только что вернулась домой… и еще потому, что выглядела такой счастливой, а я был рад снова увидеть твою улыбку.
В горле Пьюрити встал комок, но, к ее облегчению, как раз в эту минуту в комнату вошел Пит и отвлек внимание Стэна.
— Если кто-либо из вас намерен ужинать сегодня вечером, ему лучше поторопиться, — заявил он сердито. — Зная наших парней, могу предположить, что после них ничего не останется.
Пьюрити проворчала, обращаясь к Питу:
— Вы со Стэном оба хороши, раз держите все от меня в тайне.
Не обращая внимания на суровое выражение лица Пита, Пьюрити снова обернулась к Стэну. Сердитая складка у ее губ исчезла.
— Знаешь, ты упрямый старик, но об одном, кажется, все же забыл: я тоже упряма. — И уже более мягким тоном добавила: — Ни о чем не беспокойся. Завтра я поеду в город вместе с Кассом и поговорю с шерифом.
— Не стоит. — Стэн с раздражением махнул рукой. — Только время зря потратишь. От этого малого пользы не больше, чем от бачка с мусором. Он не пошевелится, даже если земля затрясется у него под ногами, а ты сама знаешь, как много чертовщины творится у нас в округе.
Внезапно наклонившись к Стэну, Пьюрити поцеловалa его в морщинистую щеку.
— Возможно, ты и прав, но ему так просто от меня не отделаться. — Пьюрити подняла глаза на Пита: — Помоги передвинуть кресло. Старине Стэну самое время перекусить.
— Любишь отдавать приказы. Я не раз говорил, что тебе следовало бы родиться мужчиной. — Стэн резко повернулся к Питу: — Ты слышал, что сказала леди. Раз ей так нравится играть роль босса, почему бы не сделать ей одолжение? — Затем Стэн неожиданно обратился к Кассу: — Что касается сегодняшнего происшествия, то мне следовало бы задать тебе хорошую взбучку за то, что ты позволил Пьюрити броситься стаду наперерез. Однако знаю, что у тебя не было другого способа остановить ее, как только подстрелить на месте. Полагаю все же, что урок пойдет тебе впрок.
Не дожидаясь ответа, Стэн подал знак Питу выкатить из комнаты его кресло.
Привычный скрип колес вызвал внезапные слезы у Пьюрити, и она тотчас направилась к двери, однако звук шагов Касса за спиной заставил ее обернуться к нему.
— Нет, прошу тебя, не надо.
— Тебе лучше немного перекусить.
— Я совсем не голодна.
Не дождавшись ответа, девушка вышла в окутанный тьмой двор.


Джулия стояла в гостиной и смотрела в окно, за которым сгущалась ночная тьма. Последние золотистые и розовые проблески заката гасли на горизонте. Вздохнув, она вернулась на кухню и поймала на себе пристальный взгляд Джека.
— Что-нибудь случилось, Джулия? Я еще не видел тебя такой встревоженной, с тех пор как вернулся домой.
— Значит, у меня встревоженный вид? — Щеки Джулии вспыхнули румянцем. — Я вовсе не хотела… То есть я просто… — Джулия внезапно замолкла. У нее сразу не нашлось слов для ответа, и потому она только прошептала: — Я надеялась, что Касс поскорее вернется на ранчо.
— Я же все тебе объяснил, дорогая.
Джек обнял ее, как бы успокаивая, однако Джулии всем сердцем хотелось, чтобы это движение означало нечто большее.
— Я не мог рисковать, оставив «Серкл-Си» в руках женщины, — продолжал между тем Джек. Когда Джулия изумленно взглянула на мужа, у него вырвался застенчивый смешок: — Во всяком случае, не такой женщины, как ты. Она еще почти ребенок, но думает, что ни в седле, ни в метании лассо, ни на охоте, ни даже по уму не уступит любому мужчине.
Джулия растерянно моргнула.
— И что, это на самом деле так?
Очарованный ею больше, чем когда-либо, Джек ответил со всей искренностью:
— По правде говоря, не знаю. Мне известно только то, что Стэн очень высокого мнения о ней. Конечно, все работники там стоят за нее горой, но думаю, они просто не могут оставаться равнодушными при виде ее прелестного личика и белокурых волос, не говоря уж о брюках, которые она носит и которые, на мой взгляд, чересчур узки.
— Брюки!
— Она не совсем обычная женщина, Джулия.
Джулия задумалась над его словами, потом предположила:
— Что ж, возможно, это и к лучшему.
Джек улыбнулся.
— Иногда ты меня поражаешь.
— А что думает о ней Касс?
Улыбка Джека померкла.
— Не знаю. Между ними с самого начала возникли трения. Когда я уехал, дела у них шли не слишком-то гладко.
— Что ж, Касс, если пожелает, сумеет все исправить. В нем есть какая-то скрытая доброта… и чуткость, которая помогает ему заглянуть прямо в душу человека.
— Доброта и чуткость… — Джек покачал головой. — Думаю, мало кто из обитателей «Серкл-Си» мог бы с тобой согласиться.
— Значит, они ошибаются! — Гнев, охвативший Джулию, вызвал у нее минутный приступ головокружения. Усилием воли оправившись от него, она заявила со всей твердостью, какую только допускал ее мягкий от природы характер: — Ни одна женщина не могла бы иметь лучшего сына, чем Касс.
— Знаю.
— Мне… мне бы так хотелось, чтобы он был дома, Джек. — Джулия увидела теплоту во взгляде Джека. Как жаль, что она пока не могла сказать ему… не могла объяснить… — Я люблю тебя, Джек.
Она ждала ответа, но его не последовало. Когда же он наконец заговорил, она почувствовала в его голосе неподдельную тревогу.
— У тебя утомленный вид, дорогая. Я тоже устал. Может быть, нам обоим стоит сегодня пораньше лечь спать.
Быть рядом с Джеком… чувствовать тепло его объятий… знать, что он любит ее, хотя ему так трудно сказать об этом вслух…
— Да, я очень устала. Джулия подала ему руку.


На скотном дворе царили тишина и покой, когда Пьюрити провела ладонью по ноге гнедой кобылы, ощупывая ее. Убедившись, что рана совершенно зажила, она подняла глаза и погладила животное. Лошадь уткнулась носом в ее ладонь.
— Значит, ты скучала по мне, — рассмеялась Пьюрити, довольная проявлением привязанности своей любимицы. — Я тоже рада, что вернулась. Три недели вдали от дома — слишком долгий срок. — Улыбка на ее лице померкла, и Пьюрити добавила: — Раз уж твоя нога зажила, я возьму тебя завтра с собой в город. Небольшая прогулка тебе не помешает, а, девочка?
— Пьюрити…
Выпрямившись, Пьюрити обернулась к входу в сарай. И нахмурилась при виде Нэша, который, выступив на свет, направился прямо к ней. Их недавняя стычка в гостиной несколько выбила ее из колеи, и ей было совсем не до разговоров. Она уже собиралась сказать об этом Нэшу, но, когда тот подошел ближе, девушка увидела в его глазах такую грусть, что промолчала.
Воспользовавшись случаем, Наш нерешительно начал:
— Я хочу поговорить с тобой, Пьюрити. Это займет всего несколько минут.
При виде юного лица Нэша ее охватил знакомый прилив тепла, и Пьюрити вдруг поняла, как сильно ей его не хватало. Она ответила самым мягким тоном, на какой только была способна:
— Сейчас не самое подходящее время, Нэш. У меня сегодня скверное настроение.
Но Нэш словно не слышал ее. Он неожиданно нахмурился.
— Тебе не следовало бросаться навстречу стаду сегодня днем.
«И он туда же!» — мысленно посетовала Пьюрити.
— Я не хочу это обсуждать, Нэш.
— Ты же могла погибнуть!
— Ты так полагаешь? Тогда ответь мне на один вопрос, Нэш. Если бы ты думал, что можешь остановить быков несколькими ружейными выстрелами, ты бы поступил так же, как и я?
— Возможно.
— Да. Ты знаешь, что на моем месте сделал бы то же самое.
— Но тогда рисковать пришлось бы мне, а не тебе.
— Какая разница?
— Ты сама знаешь какая.
Сразу же пожалев о том, что дала ему удобную лазейку, Пьюрити покачала головой.
— Я уже сказала, что не хочу сейчас это обсуждать.
— Понимаю. — Наш подошел поближе к ней. — Просто у тебя нет желания говорить о чувствах, которые я к тебе испытываю.
— Нет, ты не понимаешь, Нэш. Кое-что изменилось.
— Кажется, я догадываюсь, о чем ты говоришь. — Нэш обнял ее плечи. Выражение боли в его карих глазах остановило ее, когда она хотела отстраниться, а он между тем продолжил с удвоенным пылом: — Возможно, именно поэтому я и не требую у тебя объяснений, ведь тут имеют значение не слова, а чувства… Когда ты уехала, мне так тебя не хватало! — В его тоне проступал досада. — Я собирался сразу же отправиться за тобой следом, так же как Бак, Бэрд и еще кое-кто из наших парней. Нам всем было не по вкусу то, что ты отправилась куда-то вместе с Томасом, каких бы обещаний он не надавал Стэну. Но Стэн прямо-таки вышел из себя. Он заявил, будто ты знаешь, что делаешь, и вполне способна сама о себе позаботиться. Но я думал лишь о том, что ты уехала вместе с этим индейцем… одна… это причиняло мне ужасные страдания.
Пьюрити ощутила тупую боль в груди. Она попыталась улыбнуться.
— Стэн был прав, Нэш. Я знала, что делала. Я сама приняла решение. Касс и я…
— Я не хочу больше об этом слышать! — Лицо Нэша исказилось. — Теперь ты дома. У тебя есть я… все мы… чтобы встать на твою защиту. Никто из нас не позволит унижать тебя у нас на глазах.
— Знаю.
— Он не нужен тебе, Пьюрити, и никогда не был нужен! Томас хитер. Зная, как ты тревожишься за судьбу своих сестер, он воспользовался этим. Но если ты до сих пор не оставила попыток их найти, я сам готов тебе помочь! Я отвезу тебя в любое место, куда пожелаешь… сделаю для тебя все, о чем ты меня попросишь. — Нэш привлек ее к себе. — Я могу сделать тебя счастливой. Я знаю, что это так. Черт побери, сколько себя помню, у меня не было более сильного желания. И нет ничего такого, что я не сделал бы ради…
— Убери от нее руки, Картер.
Вздрогнув при звуке знакомого голоса, Пьюрити поддала глаза и увидела Касса, стоявшего у входа в стойло. Она заметила, как напряглись его мышцы, когда Нэш обнял ее, и ее сердце лихорадочно забилось.
— Я сказал, убери от нее руки!
Нэш еще крепче прижал ее к груди.
Нет, этого она не допустит! Пьюрити прошептала:
— Отпусти меня, Нэш.
— Нет.
Пьюрити не помнила отчетливо, что произошло в следующее мгновение. Она вскрикнула, когда сильная рука вырвала ее из объятий Нэша, следом раздался громкий треск, и Нэш с глухим стуком рухнул на пол. Холодок пробежал у нее по спине, когда она увидела, как Касс взглянул на с трудом поднявшегося Нэша. Она заметила гнев в его глазах.
— Лучше держись от нее подальше, Картер.
— Негодяй!
Встав между ними, Пьюрити не дала Нэшу броситься на своего противника.
— Теперь Пьюрити дома! — выпалил Нэш. — Что бы между вами ни произошло, с этим покончено раз и навсегда! Тебе больше не удастся ее использовать!
— Касс не использовал меня, Нэш.
— Вот как?
— Да.
— Возможно, ты так и считаешь, но мне виднее. Негодяй… — Волнение помешало ему договорить.
Слезы подступили к глазам Пьюрити, и она, сглотнув, прошептала:
— Мне очень жаль, Нэш.
— Ты знаешь, что для меня это не имеет значения. — Нэш покачал головой, не сводя с нее глаз. — Ничто и никогда не изменит моих чувств к тебе.
— Убирайся, Картер.
Пьюрити перевела взгляд на Касса. Его лицо было совершенно невозмутимым, и только тяжело вздымавшаяся грудь выдавала его волнение.
— Я сама с этим разберусь, — резко сказала она.
— Нет. — Тон Касса не допускал возражений. — Убирайся отсюда, Картер… сейчас же, пока еще не поздно.
— Что ты сделаешь, если я откажусь? Станешь угрожать мне ножом, как когда-то Пьюрити?
На скулах Касса вздулись желваки.
— Или, может, станешь подстерегать меня в темноте, подобно своим соплеменникам?
Пьюрити не поняла, кто из мужчин вступил в драку первым. Она видела лишь то, как Касс и Нэш сцепились в драке, слышала удары кулаков и стоны боли, которые были внезапно прерваны резким окриком:
— А ну перестаньте! Сейчас же!
В тусклом свете фонаря сверкнуло дуло ружья Бака, и тут же воцарилась тишина. Касс с угрожающим видом обернулся к нему, а Бак прорычал:
— Только дай мне удобный случай, и я его не упущу, Томас.
Сердце Пьюрити отчаянно забилось, и она потребовала:
— Опусти ружье, Бак.
Не обращая на нее внимания, Бак рявкнул:
— Убирайся отсюда, Нэш.
Отирая кровь с губ, Нэш прохрипел:
— Я никуда не пойду.
— Я же сказал тебе, убирайся!
Нэш не пошевелился. Пьюрити заметила, как взгляд Касса переметнулся на него. Она понимала, что может случиться, и не могла этого допустить.
— Пойдем, Касс. — Заметив холод в его глазах, она добавила: — Ты знаешь не хуже меня, что мы не можем позволить раздоров на ранчо.
Касс ничего не ответил.
— Касс…
Пьюрити увидела, как дернулся его подбородок.
— Я не хочу никаких осложнений, — настаивала она. — Пойдем отсюда.
Касс опустил на нее глаза. В них бушевала ярость, и она затаила дыхание, не в силах пошевелиться до тех пор, пока Касс не обратился к Баку:
— Можешь опустить свое ружье.
Схватив Пьюрити за руку, он увлек девушку к выходу из сарая, не обращая внимания на ружье, все еще нацеленное на него. С трудом передвигая ноги, Пьюрити пыталась сдержать прилив чувств, но лишь только дверь дома закрылась за ними, она вырвала у него руку и с возмущением проговорила:
— Тебе ни к чему было вмешиваться! Я и сама сумела бы справиться с Нэшем.
— Ты так думаешь? — Касс остановился, взгляд его был по-прежнему холодным. — Я не намерен был ждать, чтобы в этом убедиться. Если он хотя бы еще раз притронется к тебе, пусть пеняет на себя.
— Я не могу этого допустить, Касс.
Пьюрити крупными шагами направилась к лестнице. Поднявшись наверх, она распахнула дверь спальни и заперла ее за собой.
На глаза навернулись слезы. Пьюрити вздохнула: ей необходимо было сделать окончательный выбор.


Джулия хранила молчание, однако сон все не приходил.
Лежа рядом с ней в постели, которую они делили в течение долгих лет, Джек закрыл глаза. Он тоже пытался заснуть, но ему это никак не удавалось. Не в силах больше выносить напряженной тишины, он повернулся к Джулии и обнял ее. Она вздрогнула всем телом. Проклиная себя за слабость, он коснулся губами ее щеки и прошептал:
— С тобой все в порядке, дорогая?
— Да, Джек. Я отлично себя чувствую. Просто… просто мне кажется, что этой ночью я не смогу заснуть.
Джек привлек ее к себе. Душа его разрывалась на части, как всегда, когда он ощущал ее мягкое тело рядом собой, но, как ни странно, к этому обычно примешивалось странное чувство облегчения. Так было и теперь. Он объяснял это тем, что Джулия приносила ему мир и покой среди житейских бурь, обрушившихся на него. Ее природная мягкость и способность щедро дарить другим свою любовь, ничего не прося взамен, не уменьшились с годами. Он не переставал поражаться тому, насколько его чувства к Джулии отличались от той любви, которую Шепчущая Женщина могла пробудить в нем одним словом… взглядом… прикосновением…
Образ Шепчущей Женщины снова возник перед его мысленным взором, и Джек тихо застонал.
— В чем дело, дорогой?
Вопрос Джулии повис в воздухе. Мог ли он признаться ей, что вынужден был обманывать ее все эти годы, потому что у него не хватало смелости сказать ей правду, что эта ложь с каждым разом давалась ему все труднее? Ведь его молчание вынуждало Касса отвергать перед людьми родную мать и брата, которых он горячо любил, и от этого сильнее переживать смерть Парящего Орла. Разве можно сказать Джулии, что, если бы Шепчущая Женщина стала настаивать на своих законных правах, он мог бы бросить свою вторую жену после всех тех лет, которые она отдала ему? И как сказать ей, что даже теперь, держа ее в своих объятиях и черпая утешение в ее любви, он не решил, что делать дальше?
— Ты не ответил на мой вопрос, дорогой. Тебя что-то беспокоит?
Джек прильнул щекой к волосам Джулии. От седеющих прядей исходил аромат сирени, непохожий на естественный мускусный запах кожи Шепчущей Женщины. Ответ его был правдивым лишь отчасти.
— Я тревожусь за Касса. На ранчо «Серкл-Си» возникли осложнения, которые ему очень трудно будет преодолеть.
Джулия на миг умолкла.
— Надо послать ему телеграмму… попросить приехать ненадолго домой и здесь еще раз все хорошенько с ним обсудить.
— Не думаю, что он согласится.
— Почему? Из-за той девушки, о которой ты мне рассказывал?
— Я в этом не уверен.
— Он бы приехал, если бы ты попросил его об этом.
— Кассу нужно уладить там кое-какие дела, и никто, кроме него, не может с этим справиться.
Джек почувствовал дрожь, пробежавшую по телу Джулии.
— Джек, твои слова меня пугают. Ты о чем-то умалчиваешь. Надеюсь, Касс там в полной безопасности?
— Пожалуй… то есть, конечно, да.
— Джек…
В коротком смешке Джека присутствовал налет иронии.
— Думаю, на ранчо «Серкл-Си» нет человека, способного поверить в то, что кто-то тревожится за Касса. По-моему, они считают как раз наоборот.
— Касс никогда не причинил бы кому-то вреда!
— Джулия…
— Он добрый и…
— Чуткий. Да, я знаю.
— Он был для меня самой большой радостью в жизни, и я горжусь тем, что принимала участие в его воспитании Я ведь так ни разу и не поблагодарила тебя, Джек, а то, что ты доверил своего сына мне. Его любовь для меня — поистине бесценное сокровище. Мне бы так хотелось видеть его дома, Джек.
— Ты сама не заметишь, как он вернется.
— Ни одна мать не могла бы больше гордиться своим родным сыном, чем я — Кассом.
— Знаю.
— Ты думаешь, он это понимает?
— Да.
— Как ты считаешь, молитвы будет достаточно, чтобы заставить его вернуться домой поскорее?
— Ты больше знаешь о молитвах, чем я, дорогая.
Смех вырвался из груди Джулии.
— Пожалуй, ты прав.
— Можешь попробовать, если это так много для тебя значит.
— Да, конечно.
Воцарилась продолжительная тишина.
— Спокойной ночи, Джек.
— Спокойной ночи, дорогая.
Никогда еще его душу так не раздирали противоречите чувства. Джек прикоснулся поцелуем к ее губам.
— Я люблю тебя, Джек.
Какое-то время он колебался, наконец, не в силах больше сдерживаться, чуть слышно прошептал: — Я тоже люблю тебя.


Дыхание Пьюрити было легким и прерывистым, когда Касс разделся и скользнул под одеяло рядом с ней. Она даже не пошевелилась. Черты ее лица во сне были озарены только слабым светом, струившимся в окно.
Касс наслаждался ее красотой.
Затем в нем с новой силой вспыхнула ревность. Да, если бы его соперник стал настаивать, дело могло бы кончиться кровопролитием.
Касс нахмурился. Он не хотел причинять Пьюрити лишние страдания. Ей и так придется тяжело, когда в конце концов она будет вынуждена признать правду.
Однако сейчас Пьюрити находилась в безопасности рядом с ним. Он коснулся ее губ, и боль исчезла, прильнул к ней поцелуем, и желание пробудилось в нем с новой силой.
Она пошевелилась…
Знакомое тепло охватило ее. Она почувствовала столь памятное ей прикосновение на своих губах. Ощущение: было невыразимо приятным, радость — всепоглощающей.
Пьюрити повернулась и потянулась, прижимаясь к нему плотнее. Губы ее приоткрылись, словно в немом призыве…
Приоткрыв глаза, она встретила взгляд Касса. Она вернулась к действительности и тут же почувствовала боль. Пьюрити отстранилась от него, мысленно укоряя себя за сожаление, которое при этом испытала.
— Что ты здесь делаешь, Касс? — произнесла она, бросив взгляд на дверь комнаты. — Как сюда попал?
Выражение его лица оставалось непроницаемым.
— Тебе пора было бы знать, что даже запертая дверь не может меня остановить.
Пьюрити вздохнула, пытаясь побороть нараставшее волнение. Перед ней был человек, которого она любила, и они вместе могли бы наслаждаться близостью в уединении спальни, которая словно скрывала их от всего мира. Однако через несколько часов им придется окунуться в жестокую действительность. С восходом солнца повседневные заботы отразятся на лицах людей, которые ей доверяли и ожидали от нее ответного доверия, а в этих зеленых глазах, которые сейчас полны страсти, загорится огонь еще не удовлетворенной жажды мести.
Боль усилилась, охватив все ее существо.
— Я хочу, чтобы ты ушел, Касс.
— Ты не можешь говорить это всерьез.
Усилием воли Пьюрити придала своему тону холодность.
— Нет, могу. — Она едва сдерживала дрожь. — Теперь мы вернулись домой, и все изменилось. С нашей стороны это было ошибкой…
— Ошибкой?
— Ты появился здесь, а потом все произошло так быстро, что у меня не хватило времени на раздумья. Я была в замешательстве. Даже не помню, что заставило меня рассказать тебе о своих сестрах, и ты поверил мне, как не верил никто, помог, чего никто другой не сделал, стал моим проводником, защитником, другом, когда я совсем было пала духом. Мною овладел страх, и я отдалась на твою милость. Мне хотелось, чтобы ты держал меня в своих объятиях, передал мне часть своей силы, заставил поверить в то, в чем все остальные сомневались, разогнал страх, нараставший во мне с каждым днем пути. И ты это сделал, Касс. Ты придал мне сил и укрепил мою волю. У меня нет слов, чтобы выразить тебе свою благодарность.
Пьюрити судорожно вздохнула.
— Но теперь мы снова дома… — Она сделала паузу, почувствовав новый прилив боли. — Я не могу встать на твою сторону против моих людей, Касс, поверить в то, что Бак, Пит, Нэш, Бэрд или кто-либо еще из наших парней виновен в гибели твоего брата. Они этого не заслуживают.
Пьюрити ощущала биение сердца Касса у своей щеки. Она заметила, как изменилось выражение его лица. В течение некоторого времени он молчал, однако она была совершенно застигнута врасплох, когда он прошептал:
— Ты как-то призналась, что любишь меня.
Слова Касса терзали ей душу.
— Ты говорила это искренне?
Волнение переполняло Пьюрити, встав комком в горле, не дав ей возможности что-либо произнести.
— Ответь мне!
— Да, я была искренна с тобой.
— Разве твои чувства ко мне переменились?
— Здесь и сейчас? — отозвалась она прерывистым шепотом. — Нет. Между нами больше нет никакой ненависти, никаких раздоров. Но все это кажется таким нереальным… Не важно, хорошо это или плохо…
— Неправда. — Касс прикоснулся губами к ее лицу. — Отвечать на мои поцелуи хорошо, Пьюрити. — Он погладил ее по щеке. — Чувствовать мое прикосновение — тоже. — Он привлек ее к себе. — Наслаждаться красотой друг друга, когда наши тела соединяются, непредосудительно.
Их губы встретились, после чего он прошептал:
— Держать тебя в своих объятиях, зная, что, кроме нас, в мире больше никого нет, никогда не может быть дурно.
— Нет…
— Смотри на меня, Пьюрити, и слушай. — Его взгляд будто проникал ей в душу. — Твое дыхание — мое дыхание. Твое сердце — мое сердце. Теперь мы одно существо, Пьюрити.
— Но завтра…
— Завтра наступит еще не скоро.
Голос Касса замер в темноте. Слова его эхом отдавались в ее сознании. Это была возвышенная мелодия любви, которую она не смогла заглушить, когда их губы соединились.
Его поцелуи смутили ее, а прикосновение разожгло пламя.
Она вздохнула, и он воспринял этот вздох всем своим существом, попыталась заговорить, и он заставил ее умолкнуть.
Пьюрити собиралась сказать ему, что больше всего ей хотелось бы, чтобы завтра никогда не наступило, но их тела слились воедино и все слова вдруг показались лишними.


Ночная тьма окутала все вокруг. Наступившая тишина предвещала грозу. Внезапно резкий шепот нарушил безмолвие:
— Говорю тебе, он знает!
— Не может быть.
— Я вижу это по его глазам!
— А чем он докажет?
— Он не успокоится, пока не выяснит, кто это сделал!
Ответа не последовало.
— Мы и так уже ждали слишком долго.
Слова повисли в воздухе.
— Ты хотя бы слышал, что я тебе сказал?
— Да.
— Ну, так что же?




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Невинность и порок - Барбьери Элейн

Разделы:
ПрологГлава 1Глава 2Глава 3Глава 4Глава 5Глава 6Глава 7Глава 8Глава 9Глава 10Глава 11Эпилог

Ваши комментарии
к роману Невинность и порок - Барбьери Элейн



Роман с приключениями. Читайте.
Невинность и порок - Барбьери ЭлейнОльга
22.03.2013, 15.09





Интересный сюжет. 7/10
Невинность и порок - Барбьери ЭлейнМилена
5.04.2013, 11.38





Второй роман в серии и тоже интересный.
Невинность и порок - Барбьери ЭлейнКэт
6.04.2013, 8.38





Хороший роман , сюжетная линия тоже хороша ...жаль только Джулию , так любить годами и знать , что это безответно навсегда ...ни детей , ничего , а ещё и болезнь ...очень хотелось и для неё чуточку счастья ...8 баллов
Невинность и порок - Барбьери ЭлейнВиктория
13.04.2013, 18.49





Рваный стиль, постоянные напоминания о других сестрах и отклонение от сюжетной линии, резкие изменения настроения героев не дают положительных эмоций: 5/10.
Невинность и порок - Барбьери Элейнязвочка
13.04.2013, 23.47





так и не поняла какой роман последний, уж хочется узнать финал, про 2х сестер прочла, хоть нумерация бы какая была. роман понравился8/10...просто уйти сголовой в события...класс, что нет жестокости, чистый роман
Невинность и порок - Барбьери ЭлейнАлсу
23.05.2013, 10.39





ТАК ПЕРВАЯ КНИГА ОПАСНЫЕ ДОБРОДЕТИЛИ ТАК ВТОРАЯ КНИГА ДОБРОТЕТИЛЬ В ОПАСНОСТИ И ТРЕТЬЯ НЕВИНОСТЬ И ПОРОК ПОНЯЛА ЯТАК ПРОЧИТАЙТЕ СПЕРВОЙ ТАК И ВСЁ ПОЙМЁТЕ НО ОЧЕНЬ ИНТЕРЕСНО.
Невинность и порок - Барбьери Элейнелена
1.12.2013, 10.07





скорей всего опасные добродетели вторая книга невиность и порок и третья добродетель в опасиности
Невинность и порок - Барбьери Элейноксана
4.06.2015, 23.39





Прекрасный роман! Легко читается.Автор пишет с душой.любя своих героев.Ставлю 10
Невинность и порок - Барбьери ЭлейнЛюбовь
16.08.2015, 8.48





Роман отличный!Читать обязательно!
Невинность и порок - Барбьери ЭлейнНаталья 66
4.09.2015, 20.18








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100