Читать онлайн Цепи любви, автора - Бакли Эмеральд, Раздел - 1 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Цепи любви - Бакли Эмеральд бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.26 (Голосов: 193)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Цепи любви - Бакли Эмеральд - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Цепи любви - Бакли Эмеральд - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Бакли Эмеральд

Цепи любви

Читать онлайн

Аннотация

Предложение поработать няней у шестилетнего мальчика Джессика Паркер приняла не без опаски: с одной стороны, она как раз искала работу, и в этом смысле приглашение Энтони Харди оказалось как нельзя кстати, но вот с другой стороны… Да-да, сам Энтони внушал Джессике нешуточный страх. Страх безоглядно влюбиться в него. Впрочем, в любви как таковой Джессика не находила ничего отталкивающего, ее пугала перспектива того, что ее сильное чувство останется без взаимности. И вполне вероятно, что два любящих сердца так и не соединились бы, если бы не один маленький мальчик, оказавшийся, к счастью, умнее и проницательнее взрослых…

Загрузка...

Следующая страница

1

Джессика Паркер удобно устроилась под старой ивой, прислонившись спиной к толстому стволу, и закрыла глаза. Ее карьера оказалась под угрозой – директор школы решил, что она слишком эмоционально относится к проблемам своих учеников, что ей недостает беспристрастности, – поэтому сейчас ей полагалось бы думать о будущем, но тихое журчание ручья навевало сон.
Не далее как утром двоюродная сестра не преминула еще раз напомнить ей, что организм порой использует сон как средство от депрессии, но Джессика только отмахнулась. Все дело в усталости, твердила она себе. Конец учебного года – всегда очень напряженное время, я совершенно обессилела и только потому не способна решительно вернуть свою жизнь в то русло, которое выбрала для себя еще в годы учебы в университете.
Тогда будущее виделось Джессике простым и ясным: диплом, работа, продвижение по карьерной лестнице. Как знать, возможно, перейдя на некоторое время в частную школу, она впоследствии могла бы претендовать и на более ответственные должности, а годам к тридцати даже стала бы директором школы.
И что же? Ей двадцать семь, и приходится признать, что, планируя свое будущее, она не сумела предусмотреть один очень важный момент: полностью посвятив себя ученикам, она настолько увлечется их заботами и потребностями, что собственные планы, потребности, сама жизнь отойдут на второй план.
И вот расплата: истощение. Именно этим словом врач сочувственно охарактеризовал нервную и физическую слабость, одолевшую Джессику в самый разгар последней учебной четверти. Нагрузки на работе вкупе с напряженным ритмом современной жизни оказались для нее непосильными.
Школьное начальство, не оспаривая диагноз, проявило гораздо меньше сочувствия. Джессике было сказано, что она сама виновата: нечего было по собственной воле взваливать на себя дополнительные обязанности или организовывать внешкольные занятия для вверенных ее заботам двенадцатилетних ребят, а если она принимает проблемы учеников слишком близко к сердцу и страдает от этого, то пусть пеняет на себя.
В средней школе, где работала Джессика, всегда была высокая текучесть кадров. Сталкиваясь с хроническими проблемами, возникающими из-за слишком большого количества учащихся, немалая часть которых к тому же происходила из так называемых неблагополучных семей, новые учителя быстро теряли энтузиазм. Джессика же, не отрицая трудностей, считала, что многие из учеников при должном внимании и поощрении со стороны учителя обязательно ответят добром на добро.
Девушка устало вздохнула. Забудьте о работе, велел ей врач, отдохните в каком-нибудь тихом месте, погрейтесь на солнышке…
В обычных условиях это было бы невыполнимо. В отличие от широко распространенного мнения учителя не проводят в полном безделье весь свой длинный летний отпуск, но вышло так, что, хотя Джессику и не уволили в буквальном смысле слова, ей дали понять, что ее дальнейшее пребывание в школе под вопросом. Вот почему она приехала в гости к своей двоюродной сестре Долли и ее мужу в эту небольшую деревушку в графстве Шропшир, где, по словам Долли, можно сколько угодно наслаждаться тишиной и покоем.
Джошуа, за которого ее двоюродная сестра вышла два года назад, служил инженером в Лудлоу, а сама Долли была художником-иллюстратором и работала в небольшой студии, расположенной в первом этаже их очаровательного сельского домика.
И Долли, и Джошуа были рады ее приезду, но, поскольку оба работали, Джессика большую часть дня была предоставлена сама себе. Впрочем, именно этого она и хотела – точнее именно это ей было необходимо, если верить врачу.
Действительно, за две недели, что она уже провела в Шропшире, тревожные мысли об учениках и их проблемах стали посещать Джессику реже, но даже от этого она испытывала угрызения совести.
Лето выдалось небывало жаркое, совсем не типичное для Англии. Каждый вечер в выпусках новостей показывали пожелтевшие, выжженные солнцем поля и парки, пересохшие ручьи и городские улицы, на которых плавился асфальт. И Джессика не могла забыть, что в отличие от нее большинство ее учеников не имеют возможности сбежать от зноя и духоты раскаленных городских улиц к каким-нибудь добрым родственникам, живущим в окружении идиллического сельского пейзажа.
Внимание Джессики привлек тихий всплеск воды. Она открыла глаза и увидела довольно крупную форель, выпрыгивающую из ручья за мошкарой. Девушка улыбнулась, вспомнив, как когда-то в детстве ходила с отцом и братом на рыбалку. Сейчас ее родители уехали в Канаду навестить Джона, его жену и их сыновей-двойняшек, поэтому приглашение Долли оказалось как нельзя более кстати.
Джессика была тремя годами старше двоюродной сестры, и они дружили с детства. Два года назад, когда Долли выходила замуж, Джессика была на свадьбе подружкой невесты, но с последней встречи кузин прошло больше года.
Встретив сестру на железнодорожной станции, Долли была в первый момент потрясена ее изможденным видом, а потом засыпала озабоченными расспросами: почему она похудела, побледнела, почему у нее потускнели глаза, и так далее. Тогда, увидев их вместе, никто бы не поверил, что Джессика старше двоюродной сестры. Но теперь, когда она попыталась подавить чувство вины за то, что потакает своим слабостям, и все-таки дать душе и телу столь необходимый отдых, Джессика понемногу стала набирать вес и вновь превращаться из тощей доходяги в стройную девушку. Кожа ее постепенно избавлялась от городской бледности, в глаза и в волосы возвращался блеск. В этом извечная беда рыжеволосых: в периоды эмоциональных или физических испытаний их нежная кожа слишком чутко реагирует на стресс и становится такой бледной, что по контрасту с рыжими волосами эффект получается просто ужасный.
Время, проведенное на свежем воздухе, придало коже Джессики теплый персиковый оттенок, и как-то за ужином Джошуа шутя заметил (а Долли повторила то же самое утром), что она снова превращается в ту сногсшибательную сексапильную красотку, которая два года назад на их свадьбе произвела настоящий фурор среди мужской половины гостей.
Джессика состроила сестре гримасу. Сама она никогда не считала себя ни сексапильной, ни тем более сногсшибательной красоткой. И ей было неприятно вспоминать, что в самом начале ее учительства коллеги-мужчины да и некоторые ученики старших классов отказывались воспринимать ее всерьез из-за внешности. Сочетание рыжих волос, изумрудно-зеленых глаз и унаследованных от матери высоких скул придавало облику Джессики непреднамеренную чувственность.
Страшно вспомнить, сколько проблем доставляла Джессике ее внешность в юношеские годы. Подсознательная враждебность со стороны девочек мешала ей заводить подруг. С другой стороны, ребята, с которыми она встречалась, зачастую предполагали в ней большую сексуальность и страсть к приключениям, чем было на самом деле.
В студенческие годы Джессика поняла, что лучший способ избежать подобных проблем – это держаться по-деловому, вопреки внешности создать себе репутацию серьезной девушки и с самого начала дать понять, что она пришла в университет учиться профессии, а не гулять и развлекаться.
К тому времени как Джессика закончила университет и начала работать, она научилась привлекать как можно меньше внимания к своей внешности, убирая волосы в аккуратный узел и ограничиваясь минимумом макияжа. Сдерживая природную склонность к более женственной и соблазнительной одежде, Джессика выбирала классические добротные платья делового стиля. Встречая ее на вокзале, Долли поморщилась при виде скромного бежевого платья и, не стесняясь в выражениях, обозвала его унылым и бесформенным. В ответ Джессика хотела возразить, что только так и должна одеваться учительница и что меньше всего на свете ей хотелось бы выглядеть вызывающе, но она так устала, что не было сил спорить. Точно так же у нее не было сил сопротивляться, когда Долли потащила ее в Лудлоу и заставила почти полностью обновить довольно скудный гардероб. В результате в данный момент Джессика была одета в обрезанные до колен джинсы и облегающий белый топ с открытой спиной и завязками на шее, на ногах у нее были легкие спортивные тапочки, а волосы собраны на макушке в хвост.
Затянувшаяся жара действовала на нервы. Может, потому, что в такое пекло трудно не только двигаться, но даже шевелить мозгами, а может, все дело в ее усталости. Так или иначе, но Джессике оказалось гораздо легче плыть по течению, позволить другим управлять ее жизнью.
За спиной Джессики, чуть дальше по берегу ручья, кто-то спугнул птиц, и они поднялись в воздух с тревожными криками. Джессика насторожилась. Она почти привыкла считать это местечко своим потайным убежищем. Джессика отодвинулась поглубже в тень свисающих до земли ветвей ивы, надеясь, что, кто бы ни шел по тропинке, он пройдет мимо и не остановится поболтать с ней.
Подобное нежелание общаться с кем бы то ни было вообще-то было для Джессики не характерно. Вероятно, оно возникло как следствие неприятного разговора с начальством, когда ее предупредили, что излишнее увлечение проблемами учеников вредит ее карьере.
Решив не обращать внимания на приближающийся звук чьих-то шагов, Джессика закрыла глаза. Но она не смогла остаться безучастной, когда робкий, очень взволнованный детский голосок спросил:
– Простите, эта дорога ведет в Лудлоу?
Джессика открыла глаза. Перед ней стоял светловолосый голубоглазый мальчуган не старше шести лет, слишком худенький для своего возраста. Весь его облик выражал такую тревогу, что все чувства Джессики мгновенно откликнулись. Девушка пыталась сказать себе, что ее вовсе не касается, кто он такой и как он оказался совсем один на этой глухой тропинке, и что от нее требуется всего лишь ответить на его вопрос, а там пусть идет своей дорогой. Однако другая часть ее натуры – более женственная, добрая и отзывчивая, уже успевшая причинить ей в жизни немало проблем, не позволяла остаться в стороне.
Сев прямо, Джессика посмотрела на мальчика и неуверенно пробормотала:
– Не знаю точно, но у меня где-то должна быть карта. Если хочешь, сядь и подожди, пока я ее найду.
У нее действительно была с собой карта, и не только карта, но и весьма обильный завтрак, которым ее снабдила Эмили, приходящая кухарка Долли, милейшая женщина.
Мальчик, с опаской оглянувшись, неуверенно шагнул к ней. Теперь Джессика заметила в его глазах не только напряжение, но и страх.
Интересно, от кого он скрывается, подумала она, нарочито медленно открывая рюкзак и с рассчитанной небрежностью вынимая из него бутылку минеральной воды и сандвичи. Уже само то, что мальчик не сумел как следует подготовиться к походу, выдавало его юный возраст. Одежда также была выбрана не слишком удачно, мальчик был в футболке, кроссовках и слишком теплых для такой погоды джинсах, к тому же явно купленных на вырост, хотя футболка и кроссовки, судя по всему, были хорошего качества и дорогими. Вероятно, тот, кто покупал одежду ребенку, толком не знал его размеров.
Разыскивая в рюкзаке карту, Джессика умышленно тянула время. Притворившись, что не замечает, с какой тревогой и вниманием мальчик то и дело посматривает в ту сторону, откуда пришел, она похлопала по земле рядом с собой и с самым непринужденным видом предложила:
– Иди сюда, присаживайся. Боюсь, я плоховато разбираюсь в картах, так что мне понадобится какое-то время, чтобы понять, та эта дорога или нет. Я, видишь ли, не здешняя, приехала в отпуск. А ты? Ты живешь где-то поблизости?
– Да, я живу… – машинально начал отвечать на вопрос мальчик, но спохватился и замолчал. Его лицо приняло упрямо-обиженное выражение. – Я здесь гощу, – пробормотал он, – а живу в другом месте.
– А, ясно.
Джессика развернула карту, а затем, хотя ей еще не хотелось есть, неспешно развернула фольгу, в которой лежали сандвичи. Откусив от одного, она указала на второй.
– Хочешь сандвич?
Мальчик кивнул, потом сказал каким-то охрипшим голосом:
– Благодарю вас, не откажусь. Я здорово проголодался.
Однако у него прекрасные манеры, подумала Джессика. Речь мальчика отличалась почти старомодной официальностью, словно он проводил много времени в обществе пожилых людей. Пока мальчик жадно поглощал сандвич, Джессика исподтишка рассматривала его. Она уже знала, что не должна его отпускать, нужно было каким-то образом завоевать его доверие и вернуть его родителям. Ребенок его возраста не может странствовать в одиночку, слишком много самых разных опасностей – как со стороны природы, так и от человека – его подстерегает. Наверное, его родные, кем бы они ни были и где бы ни жили, уже сходят с ума от беспокойства, если заметили его исчезновение.
Джессика подозревала, что он отошел не так уж далеко от дома, и изнеможение, которое отчетливо читалось в его глазах, вызвано скорее не физической усталостью, а страхом и нервным напряжением. Мальчик поцарапал руку, по-видимому пробираясь сквозь заросли ежевики, а на футболке кое-где были видны грязные пятна.
Покончив с одним бутербродом, мальчик покосился на оставшиеся таким голодным взглядом, что Джессика с трудом удержалась от улыбки.
– Уже доел? Может, еще возьмешь? – небрежно предложила она.
Мальчик охотно согласился и тут же откусил изрядный кусок другого бутерброда.
– Знаешь, по-моему, ты идешь не той дорогой, – заметила Джессика. – Судя по этой карте… – она помедлила, изображая задумчивость и делая вид, что не замечает напряжения, которое прямо-таки ощутимо исходило от маленькой фигурки, – кажется, примерно чрез полмили отсюда тебе нужно свернуть на другую дорогу.
– Полмили… это много?
– Да, довольно много, а потом тебе нужно идти до Лудлоу еще миль шесть или семь. Ты идешь по какому-то важному делу?
Посмотрев на мальчика, Джессика заметила, что он избегает встречаться с ней взглядом – по-видимому не желая лгать и в то же время боясь сказать правду.
– Ладно, не важно. Наверное, можно как-то срезать путь, – задумчиво произнесла она, снова всматриваясь в карту. – Жаль, что у меня нет машины, а то бы я тебя подвезла.
Джессика замолчала, наблюдая за его реакцией, и с облегчением отметила, что мальчик колеблется.
– Мне говорили, что нельзя садиться в машину к незнакомым людям, – сказал он.
Джессика подавила вздох. Бедняжка, неужели никто не объяснил ему, что разговаривать с незнакомыми людьми тоже опасно?
– О да, конечно, – серьезно согласилась она. Порывшись в рюкзаке, Джессика достала яблоко. Мальчик все еще стоял, и она снова похлопала рукой по траве рядом с собой и предложила: – Если ты присядешь, то сможешь сам взглянуть на карту. Я не очень хорошо в них разбираюсь.
– Да… моя мама тоже не умеет… – Он замолчал, и выражение его лица внезапно изменилось. – То есть я хотел сказать, она тоже не умела читать карту. – Голос его предательски задрожал. Мальчик отвернулся, уткнувшись подбородком в плечо.
Надо ли понимать так, что его матери нет в живых или она просто больше не живет с ним? – подумала Джессика. У нее уже не осталось сомнений в том, что мальчик сбежал из дому и что он отчаянно несчастен, но он все еще отказывался присесть с ней рядом.
Мальчик уже перерос младенческую пухлость, но ему было еще далеко до нескладного подростка. Когда он все-таки сел, Джессика почувствовала, что от него пахнет чистой детской кожей и солнечным светом.
– Меня зовут Джессика, а тебя? – спросила она, пододвигая к нему карту.
– Фредерик… хотя…
– Фредерик? Какое солидное имя, совсем как у взрослого, – восхищенно заметила Джессика. – Разве тебя никто не называет Фредди?
Он замотал головой.
– Моя… Полин называла меня Фредди, но он сказал, что это имя для малышей. Он зовет меня Фредериком.
Личико ребенка внезапно сморщилось, и глаза заблестели от слез. Джессика предположила, что «он», о котором Фредди говорил с явной неприязнью, это вероятнее всего отец.
Боясь, что если она переусердствует с вопросами, то мальчик замкнется в себе, Джессика решила пока ограничиться полученной информацией и миролюбиво заметила:
– Ну что ж, Фредерик – отличное имя, и совсем взрослое, тебе небось уже восемь лет?
Слезы на глазах мальчика высохли словно по волшебству, и он буквально раздулся от гордости.
– Мне шесть, – важно поправил он. – Даже почти семь… ну, исполнится семь в мае.
В мае, а сейчас июль, значит, ему лишь недавно исполнилось шесть лет, быстро подсчитала Джессика, но вслух сказала, восхищенно округлив глаза, что он показался ей гораздо старше.
– Фредерик, а разве твоя… Полин не будет по тебе скучать? – осторожно поинтересовалась Джессика. – Наверное, она удивляется, куда ты подевался? Ты оставил ей записку?
Глаза мальчика мгновенно снова наполнились слезами. Он замотал головой, и вдруг его словно прорвало:
– Полин умерла, она погибла в автомобильной аварии вместе с моей мамой и Ником, и мне пришлось вернуться сюда и поселиться с… с ним. Я его ненавижу! Я хочу домой, не хочу больше с ним оставаться. За мной может присматривать миссис Бауэр, я ведь уже оставался с ней, когда мама уезжала с Ником, а Полин болела. Мама говорила, что я не обязан жить с ним, она сказала, что если я не хочу с ним видеться, то и не должен… а я не хочу. Он мне не нравится. Мама говорила, что он не хотел, чтобы я появился на свет, я ему нужен был только затем, чтобы добраться до нее.
Слушая эту сбивчивую скороговорку, Джессика чуть не прослезилась, у нее защемило сердце от сочувствия к мальчику.
Из того, что он рассказал и о чем умолчал, у нее постепенно складывалась вполне ясная картина происшедшего. По-видимому, родители Фредерика жили врозь или развелись, мальчик жил с матерью и, возможно, с бабушкой где-то в другом месте. Когда мать и бабушка погибли в автокатастрофе, ему пришлось поселиться с отцом, судя по всему, никогда его не любившим и без особого восторга принявшим на себя ответственность за сына. Бедный ребенок, неудивительно, что он сбежал. Однако как бы Джессика ни сочувствовала Фредерику, она должна каким-то образом выяснить, где он живет и кто его отец.
– Значит, ты хочешь разыскать миссис Бауэр?
Фредерик кивнул.
– И далеко она живет?
– Она живет в Лондоне, – важно сообщил он.
– В Лондоне? О, это очень далеко, – сочувственно заметила Джессика. – Ты уже давно в пути?
– Я вышел сразу после завтрака, – охотно ответил мальчик, заставляя Джессику испытывать угрызения совести за то, что она пользуется его доверчивостью. Но она делала это ради его же блага. – Мне пришлось дождаться пока он… то есть отец уедет на работу. Миссис Моррел ушла в магазин и велела мне не выходить со двора. Она мне не нравится.
Миссис Моррел. Еще один персонаж. Джессика закусила губу, вспоминая. Кажется, Эмили упоминала какую-то соседку по имени миссис Моррел, причем упоминала безо всякой симпатии. Джессике тогда показалось, что кухарка ее сестры откровенно презирает эту миссис Моррел.
– А ты оставил отцу записку? – спросила Джессика.
Мальчик покачал головой, на лице его появилось упрямое выражение.
– Ему все равно, он будет даже рад, что я исчез. Миссис Моррел говорит, что со мной слишком много хлопот и бес… бес…
– Беспокойства? – подсказала Джессика.
Мальчик кивнул, явно впечатленный ее способностью читать мысли. Джессика подавила вздох. Как бы она ни сочувствовала Фредерику, придется выведать у него адрес и отвести его домой. Хотя, со слов мальчика, и миссис Моррел, и его отец выглядели довольно неприятными персонажами, Джессика не заметила у Фредерика никаких признаков жестокого обращения, а уж у нее глаз наметан. Дети, подвергшиеся насилию, обычно замыкались в себе и от них буквально исходил ощутимый запах страха, у Фредерика ничего этого не было.
Но он был несчастен, очень несчастен, и Джессика не могла не задаваться вопросом, что же за человек его отец. Со слов Фредерика складывалось впечатление, что отец воспринимает его как обузу.
– Значит, ты решил отправиться в Лондон и разыскать миссис Бауэр?
– Лучше я буду жить с ней, чем с отцом, – сказал Фредерик. Его глаза снова наполнились слезами, и он повторил: – Я его не люблю.
Не задумываясь Джессика протянула руки, и Фредерик бросился к ней. Она обняла мальчика, худенькое тельце затряслось от рыданий, и Джессика стала ласково гладить его, утешая. Бедняжка, как бы он ни пытался казаться взрослым, он же еще совсем малыш!
Когда Фредерик немного успокоится, она попытается осторожно уговорить его вернуться домой, но пока было гораздо важнее не расспрашивать, а утешить его и постараться завоевать его доверие, поэтому Джессика молча гладила мальчика по голове, давая ему возможность выплакаться.
Поглощенная этим занятием, она не обратила внимания на крики птиц, потревоженных каким-то прохожим, и для нее стало полной неожиданностью, когда кто-то раздвинул длинные, свисающие как занавес ветви ивы. Подняв голову, Джессика встретилась взглядом с очень высоким мужчиной, свирепо взиравшим на нее.
– Фредерик!
Еще до того, как Фредерик задрожал, еще крепче прижимаясь к ней, Джессика по этому резкому окрику поняла, что видит перед собой отца мальчика.
– Все в порядке, Фредди, – прошептала она, но ее потемневшие глаза выдавали гнев на бесчувственного отца.
– Будьте любезны отпустить моего сына.
Это была не просьба, а приказ, и Джессика почувствовала, как в ней поднимается инстинктивный протест. Ее и без того низкое мнение об этом человеке упало еще на несколько пунктов: он явно не в состоянии справиться с ситуацией и не видит, что своим поведением только еще сильнее расстраивает и пугает сына.
– Должно быть, вы отец Фредерика, – как можно спокойнее произнесла она, пытаясь встать.
Это было нелегко, потому что Фредерик по-прежнему жался к ней, но в конце концов Джессика кое-как поднялась на ноги. Забыв о том, что ее одежда, полудетская прическа и полное отсутствие косметики на лице отнюдь не придают ей солидности, Джессика по привычке заговорила учительским тоном и только потом заметила, что мужчина разглядывает ее – сначала злобно, а затем и с презрением.
– Да, я его отец, – угрюмо согласился он. – Не знаю, кто вы такая и что вы делаете с моим сыном, но имейте в виду, полиция не одобряет похищение детей.
Похищение? Ошеломленная Джессика на миг лишилась дара речи. Фредерик вцепился в нее еще крепче, и она уже не знала, кто из них дрожит сильнее – мальчик от страха или она от гнева. Овладев наконец собой, она с жаром парировала:
– Но она также не одобряет жестокость родителей.
– Жестокость родителей?
Мужчина, шагнувший было к ним, резко остановился, его загорелое лицо побледнело от ярости. Глаза у него были светло-светло голубые, сначала они напомнили Джессике колючие льдинки, но теперь полыхали таким огнем, что девушка почти чувствовала, как взгляд мужчины обжигает ее кожу.
Волосы у отца были гораздо темнее, чем у сына, хотя на концах выгорели и стали почти золотистыми – очевидно, он провел немало времени под палящим солнцем. Как ни странно, чертами лица он очень походил на сына, или точнее Фредерик был его миниатюрной копией. У отца и сына были одинаковые овал лица, форма носа, очертания рта, но если дрожащая нижняя губа Фредерика, чуть более полная, чем верхняя, выдавала страх, то у его отца она свидетельствовала о чувственности и сексуальности, и Джессике почему-то вдруг захотелось отодвинуться от него подальше.
Ее охватило острое ощущение опасности, корни которого лежали гораздо глубже простого понимания того, что мужчина разгневан. Однако Джессика не позволила себе долго анализировать свои ощущения. Ее слишком беспокоил Фредерик и его состояние, чтобы она могла сосредоточиться на собственной атавистической реакции на этого человека – точнее не на человека, а на мужчину, высокомерного сексуального мужчину, для которого она была всего лишь естественной добычей.
– Жестокость родителей? – угрюмо переспросил он. – Что, черт возьми, вы хотите этим сказать?! Что вам наговорил Фредерик?
Он не прибегнул к агрессии, не сделал ни единого движения в ее сторону и даже не повысил голоса, но Джессика безошибочно чувствовала, что он пытается ее запугать, и немедленно отреагировала. Она выпрямилась в полный рост, упрямо вздернула подбородок и смело взглянула мужчине в глаза.
– Фредерик ничего мне не говорил, – сказала она, слегка погрешив против истины. – Он был слишком расстроен. Фредерик – очень несчастный маленький мальчик, – выразительно добавила она, – он шел в Лудлоу… в Лондон.
Джессика увидела, как к бледным щекам мужчины прилила кровь, и поняла, что ему крайне неприятно, когда его тычут носом в правду. В других обстоятельствах она, пожалуй, даже могла бы его пожалеть. На мужчине был дорогой деловой костюм, но ботинки были покрыты слоем пыли, а руки сильно исцарапаны, словно он продирался через заросли, не разбирая дороги. Но что двигало им, когда он так спешил разыскать сына? Гнев? Да, гнев, раздражение, злость – все это Джессика ясно читала на его лице, но чего она на нем не видела, так это ни малейшего намека на любовь, вину или раскаяние.
– Иди сюда, Фредерик, – потребовал мужчина.
Сын не повиновался, и он нахмурился. По-видимому, он совсем не умеет обращаться с детьми, решила Джессика. Думая только о ребенке, трогательно жмущемся к ней, она тихо предложила:
– Может, если я пойду с вами…
Загорелое лицо мужчины мгновенно превратилось в застывшую маску, голубые глаза снова стали похожими на колючие льдинки. Джессика видела, что с его губ готов сорваться отказ, но, прежде чем он успел ответить, Фредерик вдруг отчаянно затараторил:
– Я не вернусь. Я с тобой не пойду! Я тебя ненавижу, ненавижу… и мама тебя ненавидела!
Мальчик снова заплакал, плач перешел в рыдания, которые, если не принять срочных мер, грозили перейти в истерику. Повинуясь инстинкту, Джессика быстро подхватила мальчика и подняла на руки, чтобы он мог спрятать лицо у нее на груди. Маленькие ручки крепко обхватили ее за шею, и она стала тихонько покачивать его, словно баюкая.
Негромко разговаривая с мальчиком, она слышала, как его отец выругался под нос. Он взглянул на часы, и сочувствие, которое Джессика уже начинала к нему испытывать, вмиг испарилось.
– Все, Фредерик, хватит, – жестко сказал он. – Через полчаса у меня начинается совещание…
Должно быть, мужчина прочел в глазах Джессики презрение, потому что он оборвал себя на полуслове, и губы его сжались в суровую складку.
– Я, знаете ли, не только отец, но еще и бизнесмен, – высокомерно произнес он. – У меня есть определенные обязательства не только перед сыном, но и перед людьми, которые на меня работают. От этого собрания зависит судьба важного контракта, и, если он не будет подписан… скажем так, мне придется уволить многих людей. Черт возьми, Фредерик, ну почему тебе нужно было выкинуть этот фокус именно сегодня! Ты хоть понимаешь, что миссис Моррел сходит с ума от беспокойства?! – взорвался он. – Ей пришлось позвонить мне на работу и сообщить, что ты исчез. Хорошо еще, что сосед видел, как ты направляешься к ручью… Что касается вас, – он сердито покосился на Джессику, – то вы могли бы сообразить, что если ребенок его возраста шляется сам по себе, то он, очевидно, ушел из дому без спроса, и, вместо того чтобы поощрять его, вам следовало хотя бы попытаться вернуть его домой.
Он еще смеет ее обвинять! От возмущения у Джессики перехватило дыхание. Но прежде чем она успела открыть рот, мужчина, обращаясь к сыну, отрывисто повторил:
– Фредерик, мы идем домой.
Как Джессика и предполагала, Фредерик отказался ее отпустить. Когда отец попытался разжать его руки, мальчик еще крепче вцепился в Джессику. Она понимала, что мужчина исключительно по необходимости стоит так близко к ней, что буквально обнимает ее, пытаясь разжать руки Фредерика.
Джессика чувствовала запах разгоряченного мужского тела, видела крошечные черные точки пробивающейся щетины. Отец Фредерика нахмурился, и она невольно отметила, что у него длинные и густые ресницы. По коже Джессики пробежали мурашки, и ей стало неловко за свою совершенно неуместную реакцию на этого мужчину. Движимая одновременно желанием помочь Фредерику и стремлением оказаться подальше от его отца, Джессика попыталась отступить и хрипло пробормотала:
– Послушайте, не будет ли проще, если я пойду с вами?
Взгляд мужчины остановился на ней, и Джессика прочла в нем отказ и неприязнь. Он все еще стоял слишком близко, и Джессика, почувствовала, как ее сердце сбивается с ритма.
– Я не вернусь! Я хочу жить с миссис Бауэр! – запротестовал Фредерик, все еще прижимаясь к Джессике, и жалобно добавил: – Пусть он меня не забирает, я его ненавижу.
– О, бога ради! Ну хорошо, в таком случае пойдемте с нами. Нам сюда. – Мужчина махнул рукой.
Бывают же такие неблагодарные люди, мрачно подумала Джессика, когда он круто развернулся, очевидно не сомневаясь, что она последует за ним. Однако он удивил Джессику: раздвинул ветви, чтобы она могла пройти, а потом поднял ее рюкзак и уже тише добавил, обращаясь к мальчику:
– Фредерик, у тебя две ноги, и ты слишком тяжел, чтобы…
– Джессика, Джессика Паркер, – машинально подсказала Джессика.
– …чтобы мисс Паркер несла тебя до самого дома.
Фредерик повернул голову и посмотрел на отца, упрямо выпятив нижнюю губу.
– Не хочу идти, – упорствовал мальчик.
Футболка Джессики намокла от его слез. Хорошо бы суровый папаша, по крайней мере, попытался его понять и проявил хотя бы капельку сочувствия, подумала она, чувствуя прилив нежности к мальчику.
– Что ж, если ты не хочешь идти, я тебя понесу.
У Джессики защемило сердце, когда она увидела, с каким ужасом мальчик отпрянул от отца.
– Фредерик, может, покажешь мне дорогу? – предложила она.
Бережно опустив мальчика на землю, она взяла его за руку, стараясь загородить собой от отца. Этот жест не укрылся от внимания мужчины. Губы его искривились в горькой и одновременно циничной усмешке.
– Тоже мне, «маленькая мама», – процедил он. – Интересно, что такое есть в вас, женщинах, из-за чего вы решительно не способны вести себя разумно, когда дело касается детей? Разве вы не видите, что он…
– А что он? Вы, мистер э-э-э… – сердито перебила Джессика.
Мужчина нахмурился, словно удивленный как ее неожиданной вспышкой, так и желанием узнать его имя.
– Грей, Грей Харди. Неужели вы не видите, что Фредерик нарочно доводит себя до истерики? – холодно сказал он.
Стараясь говорить потише, чтобы Фредерик не услышал, Джессика столь же сухо парировала:
– Нет, я вижу перед собой мальчика, который потерял всех, кого любил… мальчика, по-видимому оставленного на попечение женщины, которой нет до него дела… мальчика, которому не к кому обратиться за помощью, кроме как к экономке покойной матери.
Она понимала, что намеренно старается задеть Харди, но ничего не могла с собой поделать. Что-то в этом нетерпеливом, критично настроенном мужчине побуждало ее достучаться до его сердца, заставить наконец понять душевное состояние собственного сына.
– А еще я вижу, что вы, мистер Харди, не очень-то разбираетесь в детях.
Мужчина выразительно покосился на ее левую руку без обручального кольца и язвительно поинтересовался:
– А вы? У вас есть дети?
– Нет, у меня нет детей, – неохотно призналась Джессика, с досадой чувствуя, что краснеет.
– В таком случае, сначала заведите их, а уж потом раздавайте свои советы. Тоже мне, психолог доморощенный!..
Его высокомерие привело Джессику в ярость, она с жаром бросилась с бой:
– Пусть у меня нет своих детей, но как профессионал…
– Профессионал? – насмешливо перебил Грей Харди. – Что вы имеете в виду? Кем конкретно вы работаете?
– Я педагог, – ответила Джессика и тут же мысленно спросила себя, долго ли еще это будет правдой.
В этот момент она почувствовала, как ручонка Фредерика дрожит в ее руке, и это помогло ей отбросить все сомнения. Как бы она ни относилась к его отцу, давая волю своему гневу, она не поможет мальчику.
Когда Фредерик с детской непосредственностью заявил, что ненавидит отца, от Джессики не укрылось, что на лице Грея Харди промелькнуло выражение боли. Как бы она ни сочувствовала Фредерику, нельзя было не согласиться, что отец имел полное право требовать его возвращения домой. В этом Джессика не могла ему помешать, но что она могла, так это пойти вместе с ними и лично удостовериться, что Фредерик убежал из дому из-за потери близких, а не из-за жестокого обращения со стороны отца.
Как ни странно, несмотря на их взаимную вражду, Джессике не верилось, что Грей Харди дурно обращается с ребенком. Судя по тому, как он рассердился, и по тому, что в его реакции не чувствовалось и намека на угрызения совести, не похоже, чтобы он знал, какая причина побудила мальчика сбежать.
Грей Харди шел впереди, время от времени останавливаясь, чтобы отвести в сторону и придержать загораживающие путь колючие ветки ежевики. Видя, как Фредерик льнет к Джессике, он хмурился еще больше.
Минут через двадцать впереди показался поселок, но Грей Харди повернул в другую сторону – на более узкую и еще более заросшую тропинку, которая в конце концов уперлась в прочную деревянную калитку в высокой кирпичной стене.
Грей Харди открыл калитку и отступил в сторону, пропуская вперед Джессику и мальчика. Интересно, это проявление хороших манер или предосторожность? – подумала Джессика. Но предосторожность против чего? Не может же она убежать с Фредериком на руках от взрослого сильного мужчины?
За кирпичной стеной оказался запущенный сад, заросли ежевики были здесь еще гуще, чем снаружи. Вдоль кустов росли высокие деревья, как бы охраняя начинавшуюся за ними ухоженную лужайку и цветочные клумбы, а за ними виднелся поблекший кирпичный дом с множеством окон. Джессика с первого взгляда поняла, что дом старинный и гораздо больше, чем дом ее сестры.
Каким бы ни был отец Фредерика, одно можно сказать точно: он очень богат. Но счастье не купишь за деньги, и, как бы Джессика ни восхищалась домом, богатству Грея Харди она не завидовала. Что за радость иметь много денег, если родной сын шарахается от него, а жена, по-видимому, ушла? Может, она тоже его боялась? С другой стороны, у них ребенок, и, раз она все-таки вышла замуж за Грея Харди, значит, когда-то его любила. Джессика поёжилась, чувствуя, что мысли приняли опасное направление. Копаться в чужой личной жизни, пусть даже только мысленно, было совершенно не в ее духе.
Когда они шли к дому через лужайку, Фредерик стал то и дело останавливаться, идти все медленнее, явно затягивая время. Его отец остановился и хмуро посмотрел на них обоих.
– Миссис Моррел еще здесь? – спросил Фредерик.
Джессика затаила дыхание, мысленно умоляя Грея Харди быть с сыном помягче, услышать испуганные нотки в голосе мальчика, как услышала их она. Но он, если что-то и заметил, то не подал виду.
– Нет, она уже ушла, – коротко ответил Грей. И вдруг, словно не в силах сдержаться, он опустился на одно колено перед сыном и, положив руки на худенькие плечи, хрипло спросил: – Фредерик, ну почему, почему ты сбежал? Ты должен был понимать, что миссис Моррел будет волноваться. Тебе же не разрешается выходить за пределы сада.
Фредерик все еще цеплялся за руки Джессики. Он задрожал всем телом, из глаз брызнули слезы, и мальчик выпалил:
– Мне здесь не нравится! Я хочу домой, я хочу к Полин, к миссис Бауэр! Я не хочу здесь жить!
Отец тут же уронил руки с плеч сына. Он отвернулся, и Джессика не видела выражения его лица.
– Фредерик, твоя бабушка умерла, и ты это знаешь, – глухо сказал он.
Джессика невольно ахнула. Тогда Грей Харди с вызовом спросил:
– А что вы от меня хотите? Чтобы я лгал ему, делал вид, будто ничего не произошло? Будто его бабушка, мать и ее любовник живы и здоровы?
Он выпрямился и решительно взял Фредерика за руку, но мальчик еще крепче вцепился в Джессику, словно молчаливо умоляя не оставлять его.
Может, Грей Харди и не злой человек, но, похоже, он не имеет понятия, как обращаться с сыном, подумала Джессика. Она погладила мальчика по голове, инстинктивно стараясь его успокоить, и пообещала:
– Фредерик, если ты будешь хорошим мальчиком и пойдешь сейчас с папой, я могу завтра навестить тебя, если хочешь.
– В этом нет необходимости.
Джессика в упор посмотрела на Грея Харди, полная решимости не отступать.
– Это вы так считаете, – холодно парировала она, – но Фредерик…
– Я не хочу, чтобы вы уходили, останьтесь со мной, – захныкал мальчик.
Присев рядом с ним на корточки, Джессика, как могла, попыталась его успокоить.
– Фредерик, я сейчас не могу остаться, – сказала она. – Я живу у двоюродной сестры, она, наверное, уже удивляется, куда я пропала. Но я обещаю прийти завтра.
Она снова с вызовом взглянула на Грея Харди: пусть только попытается ей запретить навестить мальчика! Затем, не дожидаясь возражений и отчаянно пытаясь остаться твердой к мольбам Фредерика, Джессика повернулась спиной к отцу и сыну и поспешила к выходу.




Следующая страница

Читать онлайн любовный роман - Цепи любви - Бакли Эмеральд

Разделы:
123456789101112

Ваши комментарии
к роману Цепи любви - Бакли Эмеральд



милый сюжет...
Цепи любви - Бакли ЭмеральдКира Корор
11.03.2013, 17.53





Понравилось)
Цепи любви - Бакли ЭмеральдЕлена
13.03.2013, 19.01





Хороший роман.Читайте!
Цепи любви - Бакли ЭмеральдЛюдмила
13.03.2013, 21.54





Не надо тратить время: сюжет сам по себе банальный, а все, что касается ГГ , не выдерживает никакой критики.
Цепи любви - Бакли ЭмеральдОльга
17.03.2013, 16.12





Хороший роман
Цепи любви - Бакли Эмеральдполина
19.03.2013, 6.12





Прикольно
Цепи любви - Бакли ЭмеральдПупсик
19.03.2013, 12.07





Прикольно
Цепи любви - Бакли ЭмеральдПупсик
19.03.2013, 12.07





слизано с другого романа-Суровый урок
Цепи любви - Бакли ЭмеральдАнечка
20.03.2013, 13.03





Приятно почитать. и быстро.....
Цепи любви - Бакли ЭмеральдЕлена
21.03.2013, 9.12





Так мило))))Столько чувств))))Прям любовь...любовь...
Цепи любви - Бакли ЭмеральдЛёля
22.03.2013, 21.23





Роман отличный.Но автор у него другой Эмма Дарси,а называется "Суровый урок"Так всегда неприятно,когда встреваешь бессовестный плагиат
Цепи любви - Бакли ЭмеральдОльга
23.03.2013, 0.05





Роман отличный.Но автор у него другой Эмма Дарси,а называется "Суровый урок"Так всегда неприятно,когда встреваешь бессовестный плагиат
Цепи любви - Бакли ЭмеральдОльга
23.03.2013, 0.05





Suuuper)) ochen nejno i chuvstvenno :)
Цепи любви - Бакли ЭмеральдAfa
23.03.2013, 21.17





интересный романчик....
Цепи любви - Бакли Эмеральдтаня м.
23.03.2013, 22.36





Банально! 6 из 10
Цепи любви - Бакли ЭмеральдЮлия
28.03.2013, 10.59





очень скучно и затянуто, к тому же бонально. 5 баллов
Цепи любви - Бакли Эмеральдалена
1.04.2013, 3.01





Банально, но тоже не плохо.
Цепи любви - Бакли ЭмеральдМаша
16.04.2013, 14.44





Романы выбираю, "тыча польцем в небо".и прогадываю. В данном случае ничего особенного. Пролистала без удовлетворения. Надо читать комментарии внимательнее.
Цепи любви - Бакли ЭмеральдАйрин
25.06.2013, 17.28





Милые дамы, если хотите непредсказуемый сюжет, завораживающие чувства и такую страсть , что ,, в ушах звенит" , советую ,, асассин";,,любовь сладка, любовь.."Р.Роджерс;,,лихорадка"МонингК.М.. - Конец скуке и бональности!
Цепи любви - Бакли Эмеральд
26.08.2013, 13.58





Да почитайте лихорадку моннинг. Ассасин, и загадочный виконт.
Цепи любви - Бакли Эмеральдстаси
30.10.2013, 18.31





милый сюжет 7б
Цепи любви - Бакли Эмеральдтая
30.10.2013, 20.31





Неплохо,только главная героиня много думает и порой одно и тоже.
Цепи любви - Бакли ЭмеральдАся
2.11.2013, 23.30





Очень понравился!!!!
Цепи любви - Бакли ЭмеральдСветлана
18.04.2014, 6.03





гг-ня слишком добрая...
Цепи любви - Бакли ЭмеральдЛика
15.09.2014, 22.42





Это больше напоминает болтовню соседки, чем любовный роман. Не зацепило...Просто повествование.
Цепи любви - Бакли ЭмеральдНаталия
28.02.2015, 0.17





Если нечего прочесть, то перед сном, как раз то, что надо.
Цепи любви - Бакли ЭмеральдЖУРАВЛЕВА, г.Тихорецк
28.03.2016, 17.01





Простенький, незатейливый роман на один раз. На этом сайте есть точно такой же "Суровый урок" - Джордан Пенни: 4/10.
Цепи любви - Бакли ЭмеральдЯзвочка
24.10.2016, 21.49





Скромно, не в восторге. Так, на (((6.
Цепи любви - Бакли ЭмеральдЛариса
9.11.2016, 23.17





Так себе.
Цепи любви - Бакли ЭмеральдСофья
10.11.2016, 3.21





отличный роман. спасибо что вернули наш сайт.и мы можем читать любимые романы.
Цепи любви - Бакли Эмеральдгалина
10.11.2016, 11.17





interesni 9bal-
Цепи любви - Бакли Эмеральдiamze
11.11.2016, 3.55





Один раз прочитать можно)
Цепи любви - Бакли ЭмеральдОльга
13.04.2017, 19.54





Я ожидала большего, не понравилось монера писание
Цепи любви - Бакли ЭмеральдMila
6.07.2017, 20.50








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100