Читать онлайн Майерлинг, автора - Анэ Клод, Раздел - III в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Майерлинг - Анэ Клод бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8 (Голосов: 5)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Майерлинг - Анэ Клод - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Майерлинг - Анэ Клод - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Анэ Клод

Майерлинг

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

III
ТРЕВОГА

Мария узнала эту новость однажды вечером в Хофбурге от самого Рудольфа. Ей удалось чудом выскользнуть из дома, когда мать и сестра были в Опере. Она не смогла сдержать слез. Рудольф уезжал на целых пятнадцать дней. Никогда еще так долго он не отсутствовал. И в довершение всего его будет сопровождать принцесса, они окажутся в уединенном месте, где, за неимением других дел и развлечений, ему ничего не останется, как провести с женой второй медовый месяц. Все это было специально придумано императором для того, чтобы сблизить супругов, – в этом Мария не сомневалась…
Напрасно Рудольф старался ее разуверить. Он объяснял, что только опасения за его здоровье вынудили его старого друга Видергофера поставить вопрос об отдыхе. Принц настоятельно нуждался в нем – вдали от Вены и работы, в средиземноморском климате. Уж одно то хорошо, что его не посылают на французскую Ривьеру или на Мадеру! Его жена? При такого рода поездке он не имел возможности оставить ее в Вене. Но у них будут отдельные апартаменты в отеле: у нее – с фрейлиной, дочерью и гувернанткой, у него – с адъютантом. Он будет проводить дни в море на яхте, заниматься парусным спортом. А она не выносит моря. У него будут также дела в соседней Поле, где базируется флот.
Ничто не могло утешить Марию. Принц заключил ее в объятия, говорил как с маленьким ребенком, пытался рассмешить.
Его нежность успокоила наконец Марию. Никогда еще он не был так добр с ней. Обычно это она отвлекала Рудольфа, гнала прочь заботы и черные мысли, которые слишком часто преследовали его. Она получала огромное удовольствие, играя эту истинно женскую роль. Сегодня роли переменились.
Этот эпизод сильно подействовал на Рудольфа, пробудил в нем глубоко спрятанное чувство, о котором он и не подозревал. Плачущая в его объятиях невинная девушка; молодое тело, так целомудренно прижимавшееся к нему; слезы, которые он старался осушить; наконец, улыбка, которую ему удалось вызвать на прелестных устах Марии, – все это наполнило его неведомым ранее волнением.
В тот день он не смог выразить своих чувств Марии, он и сам не отдавал себе ясного отчета в том, что испытывал. Они рано расстались, ибо Рудольф должен был ехать в Оперу. Но весь вечер, где бы он ни был, он непрестанно думал об этом.
Обычно принц не позволял себе копаться в собственной душе, по опыту зная, что ничего, кроме горечи и отвращения, это принести не может. Но тот Рудольф, что пробудился от встреч с Марией Ветцера, был существом, симпатичным ему самому. Где еще можно повстречаться с ним? Только вблизи кудесницы, возрождающей его душу.
И принц стал искать новых встреч с Марией, а препятствия лишь обостряли его стремление. Рядом с ней он превращался в человека, забывшего, что такое пресыщенность, для него вещи вновь обретали первозданный вид и истинную цену. Этот новый Рудольф еще не вкусил настоящей жизни. Он только теперь раскрывался навстречу неизведанному. Именно этот Рудольф принимал Марию в Хофбурге и тайком бродил с ней по аллеям Пратера. Рядом с ней к нему возвращались стеснительность и заботливость шестнадцатилетнего влюбленного, доверчивое сердце которого никто не обманывал. Он был полон грез и надежд молодости, испытывая душевные порывы, свойственные тем, кто полюбил впервые. Непостижимым образом этот Рудольф существовал рядом с Рудольфом королевского дворца и ресторана Захера, рядом с политическими интригами и свиданиями с цыганками.
Только теперь он ясно увидел и понял, что не может жить без Марии. Это открытие завладело им мгновенно и целиком. Любовь питается и отсутствием любимой, и свиданием с ней. Отвращение к вещам и людям, которое он испытывал в череде однообразных дней, делало еще более радостными редкие часы, проводимые с любимой.
Как-то во второй половине декабря принцу удалось устроить продолжительное послеполуденное свидание с Марией в их утопавшем в цветах салоне в Хофбурге. Он любил слушать ее рассказы, ее смех, а сам чаще молчал. Обычно Мария не придавала этому значения, видя, как напряженная складка на лбу принца мало-помалу исчезает. Но в тот день он показался ей молчаливее обычного, она забеспокоилась, не осмеливаясь спросить о причине.
Рудольф, сидевший на пуфе у ее ног, внезапно поднялся и начал ходить по комнате. Он, казалось, с головой погрузился в свои мысли и забыл о Марии. Вдруг он поспешно вернулся к дивану, на котором она сидела, опустился рядом, обнял ее за талию и привлек к себе.
– Мария, – сказал он, – я хочу поговорить с вами.
Он произнес это так серьезно, что молодая девушка затрепетала от страха.
– Я долго думал об этом… – продолжал Рудольф.
Взглянув на Марию, он прочел в ее глазах такой испуг, что поспешил успокоить ее и, наклонившись к ней, прошептал:
– Не бойся, дорогая. – Впервые он обратился к ней на „ты“, и Мария опять встрепенулась, но уже от радости. – Я так люблю тебя, что не могу без тебя жить. Вот это я и хотел сказать. Хочешь, мы попытаемся устроить наше будущее?
Мария слушала его, не зная, что и подумать. Не потерял ли он голову? Наше будущее! Значит, оно у них есть? Она никогда об этом не задумывалась.
– Я не понимаю вас, – сказала она.
– Не следует говорить мне „вы“, моя маленькая Мария. И называй меня по имени – Рудольф.
– О! Для меня нет ничего легче! – воскликнула она в радостном порыве. – Ты всегда был для меня Рудольфом. Если бы ты знал, чего мне стоило говорить тебе „мой принц“. Мне казалось, что я обращаюсь к кому-то, кого я не знаю. Но если бы вы… если бы ты слушал, сколько нежных слов я посылала тебе, сидя одна в своей комнате, задолго до того, как мы встретились здесь! Они всегда предназначались Рудольфу… Еще недавно мне невыносимо было думать о твоем положении, которое нас разделяло… А теперь ты говоришь мне „ты“ и даже думаешь о нашем будущем!
Теряя голову от счастья, она бросилась ему на шею.
– Наше будущее, – повторила она, – но что это значит? Хотя не все ли равно? Достаточно и того, что любимые губы произносят „наше будущее“. Я не прошу большего. Наше будущее! Повтори еще раз, я должна быть уверена, что не ослышалась.
Еще долго Рудольф не мог вставить ни слова. Мария кружилась в танце, подбегала к нему, начинала его целовать, прикалывала ему цветок. Наконец она успокоилась в его объятиях и сказала торжественно:
– Я слушаю тебя.
Рудольф объяснил ей с некоторой долей смущения, что он затрудняется точно предугадать, что его ждет, настолько неопределенно его положение в государстве и императорском дворце. Могут возникнуть непредвиденные обстоятельства и в мгновение ока изменить ход событий. Он окружен врагами, которые занимают самые высокие государственные посты. Стоит отцу подхватить насморк, и все окажутся у его ног. Но в настоящее время ему не на кого рассчитывать. У него прохладные отношения с большей частью членов своей семьи, людьми недалекими, отсталыми и упрямыми.
– Об отце мы поговорим как-нибудь потом. Моя мать близка мне по духу, но она избегает не только меня, но и бежит от себя самой. Часто она одиноко бродит по этому огромному дворцу, двери которого раскрываются при ее приближении. Однажды я случайно наткнулся на нее в одном из приемных залов. Захваченная врасплох, она ускорила шаги, давая понять, что не хочет беседовать со мной. Проходя мимо, едва кивнула мне. И все же она любит меня… Знаешь, кого она напоминает? Узницу. И Хофбург, и Вена, и вся Австрия – ее тюрьма. Ей легко дышится только вдали от всего этого. Она желала бы сбежать отсюда и никогда не возвращаться… А разве я не такой же узник?
Он на мгновение умолк, потом, наклонившись к молодой девушке, прошептал ей на ухо, точно опасаясь быть кем-нибудь услышанным, как если бы и стены здесь имели уши:
– В один прекрасный день я уеду… И ты последуешь за мной.
Мария ошеломленно слушала этот полный таинственности шепот. Уехать! Конечно, по первому же знаку она последует за ним. Но как ему удастся покинуть Вену и Австрию? Это казалось невозможным. Но если он так говорил, следовательно, имел в виду нечто конкретное. Она не осмеливалась в это поверить, но сердце ее начинало биться при мысли, что судьба соединит их. Где? Это неважно, лишь бы они были вместе. Она не решилась расспросить его, хотя ей хотелось знать больше.
В другой раз, в Пратере – он только что возвратился из Мюнхена – принц заявил, что больше не в силах жить с женой. Быть может, в минуту гнева она наконец осуществит так часто повторяемую ею угрозу и уедет в Бельгию? Но в глубине души он в это не верил.
– Никогда она не уедет. Ее угроза – лишь способ вывести меня из себя, и ничего больше.
Сам он вынашивал смелый замысел. Он будет просить у папы римского расторжения своего брака. Сошлется на то, что принцесса неспособна дать наследника короне. После рождения дочери у нее не было больше детей, хотя он жил с ней еще четыре года после появления на свет первого ребенка. Тяжелые роды принцессы привели, по-видимому, к бесплодию. Это – сильный довод, и папа, без сомнения, проявит понимание.
Затем принц пускался в бесконечные политические рассуждения, за которыми Мария следила с трудом. Но было очевидным, что после того, как его брачный союз с принцессой будет аннулирован, он рассчитывал соединиться с Марией морганатическим браком.
– Я буду свободным, и мы больше никогда не расстанемся.
Временами, забывая о папе римском, он рисовал еще более прекрасное будущее, которое может открыться перед ними.
– Окружающие меня люди убеждены, что я стремлюсь к власти. Они ошибаются. Они были бы счастливы узнать, до какой степени внушили мне отвращение к ней. Сколько интриг! Сколько предательства! И столько лицемерных физиономий я вижу каждый день! Быть таким же свободным, каким станет однажды мой кузен, эрцгерцог Иоганн! Вести вдали отсюда независимую жизнь! И не надо думать, дорогая, что это невозможно. Может быть, достаточно только захотеть…
В другой раз, лихорадочно строя планы – а теперь он не мог ни о чем говорить без возбуждения, – он внезапно остановился, потом как-то странно рассмеялся, насторожив Марию.
– Дорогая, – сказал он, – ну не глупость ли это – так суетиться? Разве нет иного средства бежать от мира и навсегда соединиться друг с другом?
Она пристально смотрела на него, стараясь угадать суть его мысли, но он только добавил неопределенно:
– Что бы я ни предпринял, я знаю, что могу на тебя рассчитывать.
Мария прижалась к нему. Из его бессвязных слов она поняла одно: какое бы решение ни принял Рудольф, оно коснется и ее. Все ведет в конечном итоге к их соединению.
Сердце Марии наполнилось радостью. Она не хотела взвешивать все „за“ и „против“, отказывалась рассчитывать вместе с ним степень вероятности. Живя среди бесчисленных опасностей, она ничего не хотела знать, кроме очевидной для нее истины: он любил ее превыше всего и не хотел с ней разлучаться.
Они совершали прогулку в Шенбрунн. Мария давно хотела увидеть парк, закрытый для публики, в котором Рудольф играл ребенком. Впервые презрев предосторожности, которым он обычно следовал, принц ждал ее в ландо Братфиша на углу Марокманергассе, неподалеку от Залецианергассе. Выходя из дома в сопровождении графини, Мария огляделась – каждый раз, отправляясь на свидание, она опасалась слежки. Улица была пустынна. Только двое рабочих в пальто с поднятыми воротниками медленно шли в направлении Траунгассе. Графиня села вместе с Марией в ландо Братфиша и вышла из него на первой же стоянке фиакров. Братфиш доехал до Шенбрунна и остановился недалеко от входа. К воротам парка Рудольф и Мария отправились пешком.
У ограды Мария обернулась. В сотне шагов не спеша, несмотря на холод, прохаживались двое мужчин. Воротники их пальто были подняты; их рост и походка сразу напомнили Марии двух рабочих в Залецианергассе.
– За нами следят, – взволнованно предупредила она принца.
К ее великому удивлению, это не вызвало у него беспокойства. Он устало махнул рукой, произнес безразлично:
– Что с этим поделаешь? – И даже не оглянулся.
Мария похолодела. Так вот оно что, полиция знала об их связи! И, возможно, уже давно. За ней следили, а она этого пока не замечала! Эти люди, вернувшись в Вену, доложат куда следует. На чей стол ляжет сегодня вечером их донесение? Кому будет направлено далее? Наверняка дойдет до императора. Внезапно она ощутила себя такой слабой и беззащитной в тисках тайных имперских сил. Как с ними бороться? Она будет раздавлена, не успев и пикнуть.
Между тем Рудольфа удивило молчание любимой, и он спросил, что с ней. Не желая его тревожить и портить своими страхами прогулку, которая обещала ей столько удовольствия, она улыбнулась в ответ. Они шли теперь укромными аллеями парка.
– Где ты играл в детстве? – спросила она.
Рудольф рассмеялся.
– Мне не пришлось долго играть. С младенческого возраста меня отдали в руки генерала Гондрекурского, и я попал под обаяние строгой военной дисциплины. Ты знаешь, дорогая, можно сколько угодно протестовать, находить все это абсурдным, но, если с детства попадаешь в эту машину, освободиться от нее невозможно. Я – взрослый мужчина, образован, разделяю либеральные идеи, абсолютно чуждые генералу Гондрекурскому, однако и по прошествии двадцати пяти лет он сохраняет надо мной власть. Я слышу его высокий дискант, отдающий команду, и щелкаю каблуками. Ты видишь, я еще не свободен, я остаюсь солдатом… Какай ужас! – весело заключил он. – Ты сможешь любить солдата?
Мария взяла его руку в свою. „Бедный малыш, не знавший детства, – думала она. – Мне следует вернуть тебе радость, заставить смеяться“.
Опускалась ночь. Они возвратились в Вену. К Марии, оставшейся одной, вернулись страхи. Их связь не составляла больше тайны. Сколько потребуется времени, чтобы новость получила огласку и в конце концов дошла до ее матери? Куда бы Мария ни обратила взор, всюду ее ожидала неотвратимая катастрофа.
И все же ей пришлось смириться с отъездом Рудольфа, ее единственной опоры в жизни. В последний момент в доказательство своей великой любви он отложил отъезд к морю на двадцать четыре часа.



загрузка...

Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Майерлинг - Анэ Клод

Разделы:
Пролог

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

IIiIiiIvV

ЧАСТЬ ВТОРАЯ

IIiIiiIvVVi

ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ

IIiIiiIvVViViiЭпилог

Ваши комментарии
к роману Майерлинг - Анэ Клод



Роман основан на историч.событиях,о любви наследника австрийского престола и 17-ей бароннесы в 1929г.,они совершили двойное самоубийство.Вначале было интересно,потом скучно,но эпилог меня тронул до слез.Бедная девочка,которая влюбилась в малодушного человека,уставшего быть принцем.Он-продукт кровосмесительных браков царственных домов Европы,крыша и поехала,вот и пустил бы только себе пулю в висок,так нет и ее уговорил.Она бы погоревала,но осталась бы жива и может быть прожила бы прекрасную жизнь,ведь ей только было 17.А как с ее телом после смерти обошлись,это ужас!Если бы она это заранее знала,то послала бы все семейство Габсбургов куда подальше!
Майерлинг - Анэ КлодОсоба
17.10.2013, 0.56





Если любишь то любовь надо хранить и лелеить,а не убивать.не верю что у них не было выхода.могли уехать как гражданские лица в Бельгию,но папаша отказал ему в содержании а работать он не умеет,привык только гульбанить или подождал бы 16 лет когда наши бы в 45-м пришли и освободили его от занимаемой должности(он был бы уже королем).а эпилог правда жесть,какое неуважение к мертвому телу и горю ее матери.Это роман не про Ромео и Джульету,а про козла и наивную душу.
Майерлинг - Анэ КлодГеля
17.10.2013, 17.34





грустная книга,очень жалко девушку и её маму:(
Майерлинг - Анэ Клодлизандра
2.04.2015, 10.12








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа
Пролог

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

IIiIiiIvV

ЧАСТЬ ВТОРАЯ

IIiIiiIvVVi

ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ

IIiIiiIvVViViiЭпилог

Rambler's Top100