Читать онлайн Майерлинг, автора - Анэ Клод, Раздел - II в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Майерлинг - Анэ Клод бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8 (Голосов: 5)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Майерлинг - Анэ Клод - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Майерлинг - Анэ Клод - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Анэ Клод

Майерлинг

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

II
СТАККАТО

Прошла неделя. Графиня Лариш вернулась наконец в Вену и собиралась пробыть здесь до конца года. Между тем принц целыми днями был занят. Рутинные обязанности службы казались ему невыносимыми. Он не располагал своим временем, расписанным по часам и минутам, и это его особенно раздражало. Он смог уделить Марии только несколько коротких минут, и то не в Хофбурге. Графиня привезла ему Марию в уединенную аллею Пратера и оставила их одних.
Смеркалось. Принц, в наброшенном на плечи широком военном плаще, взял Марию под руку и энергичным шагом увлек ее на тропинку, ведущую в лес. Он шел так быстро, что Мария почти бежала рядом. Когда они углубились в гущу, он остановился.
– Ангелы, вероятно, потеряли наш след… Я окружен шпионами. Полицейский префект, премьер-министр, моя жена устроили за мной слежку. Меня гонят, как дичь… Что у меня за жизнь, моя маленькая Мария!.. И я не внушаю вам страха!.. Вы должны бы бежать от меня…
Он говорил отрывистыми фразами; ему не хватало дыхания. Продолжал жаловаться на окружающих его врагов, которые, по его словам, не успокоятся, пока не убьют его. Рассказывал также об изнуряющих, непереносимых головных болях. Его нервное возбуждение усиливалось, и сквозь наступающую темноту Мария различала лихорадочный блеск глаз и бледность принца.
Ее охватывали то ужас, то жалость. Что происходит с Рудольфом?.. Не сдадут ли у него до предела натянутые нервы? Его явно лихорадило, он мог заболеть. Она не осмеливалась прервать…
Не говоря ни слова и продолжая идти рядом, она взяла его за руку. Прикосновение прохладной руки подействовало на принца. Мало-помалу он успокоился и наконец умолк. Она старалась безмолвно внушить Рудольфу, что он был для нее дороже жизни, что с ним и смерть ей не страшна.
Опускалась ночь. Невидимые ветви деревьев хлестали их по лицу.
– Пора расставаться, Мария, – ласково сказал принц. – Пратер ночью опаснее дикого леса.
Он шел в темноте с уверенностью, которая удивила Марию. Деревья стали редеть, и они очутились на опушке.
– Карета графини вон там, – сказал он, показывая на горящие невдалеке фонари экипажа. – Я хороший проводник?.. Думайте только об этом и простите меня.
Его еще била дрожь. Внезапно он заключил молодую девушку в объятия и впервые страстно поцеловал в губы.
Мария одна подошла к карете графини. Поцелуй принца воспламенил ее. Зажженный Рудольфом огонь не угасал.
Время теперь понеслось галопом. В лихорадочном ожидании проходил каждый день, каждый час. Получить наконец долгожданное письмо; побежать на свидание, преодолев тысячу препятствий с той и другой стороны; заметить издали друг друга в Опере или в Пратере; вовремя заручиться помощью обязательной графини; с беспокойством ожидать газет, когда „он“ в отъезде – а это случалось каждую неделю, – и с замиранием сердца пробегать газетные полосы, испытывая радость, что они не сообщают крупным шрифтом о покушении на наследного принца; терзаться тревогой и тем не менее лучиться счастьем; каждое мгновение – когда кажется, что любой при желании узнает по вашему лицу о владеющей вами страсти, что это должно бросаться в глаза даже самому равнодушному, – каждое мгновение быть непроницаемой для окружающих, сохранять невозмутимость; говорить о вещах, ставших для вас посторонними, смеяться, выходить прогуливаться, выезжать в свет, танцевать, выслушивать пошлости и быть преследуемой тайной мыслью: „Где он сейчас? Не забыл ли он меня? Я люблю его!“
Оставаясь наедине с собой, Мария решительно отбрасывала всякую мысль о будущем. Что ее ждало? Каким будет конец этой великой любви? Можно ли думать об этом, когда перед вами настоящее, оно торопит, угнетает и чарует вас, наподобие властолюбивого и своенравного тирана – с хлыстом в одной руке и розой в другой.
Случалось, что в самые счастливые дни на Марию наваливалась тяжелая и беспричинная, как она думала, тоска. Ночью долго не приходил сон. Часто она засыпала с глазами, полными слез.
Здоровье принца ухудшалось. Его посетил личный врач императрицы, а за несколько дней до этого она имела тайную беседу с Лошеком. Рудольф родился на глазах доктора, который к тому же знал уязвимые места, если не сказать пороки, его предков в обеих, увы, ветвях. Он видел, что, несмотря на кажущуюся физическую крепость, Рудольф был натурой нервной, неустойчивой, уязвимой.
Доктору Видергоферу удалось завоевать доверие принца. В то утро они дружески беседовали за бутылкой вина. Доктор излагал одну из своих излюбленных теорий. Согласно ей, великие мира сего, на плечах которых лежит тяжелая ответственность, как правило, не созданы для того, чтобы вынести подобный груз. Жизнь у них самая суровая, а конституция самая хрупкая.
– Я знаю, – говорил он, – что с Вашим Высочеством можно беседовать откровенно. Вы просвещенный человек, мой принц, знакомый с новейшими научными теориями. Вам я могу сказать то, чего никогда не скажу в других покоях этого дворца. На сегодняшний день все ваши королевские династии дышат на ладан. И как может быть иначе? Те, кто к ним принадлежит, несут тяжкое бремя, вынуждены постоянно быть на людях и не имеют возможности расслабиться. Кроме того, ваше ремесло передается от отца к сыну, из поколения в поколение. Усталость накапливается и тоже передается по наследству. И в довершение всего царствующие особы женятся на себе подобных. Вот уже десять столетий ни одна капля свежей крови не проникла в ваши семьи. В сегодняшней Европе вы все кузены один другому. Вы вынуждены вступать в кровосмесительные браки… Это очень опасно…
– Я знаю кое-что об этом, доктор, – доброжелательно ответил принц. – Я истощен. Черт возьми, усталость десяти столетий давит на мои бедные кости. Им есть от чего сломаться. Но ведь от этого нет лекарства…
Старый врач опустил голову:
– Лекарства действительно нет. А вот семейному закону следовало бы вынуждать наследника в каждом поколении выбирать жену не среди порочного круга царствующих семей, а из буржуазного, аристократического общества, из народа, наконец. Такое случалось в далекие эпохи. Народные предания могут просветить нас на этот счет. Вам знакомы песни и сказки, в которых говорится о дочери короля, ждущей у окошка или спящей в замке в ожидании прекрасного искателя приключений. И он вдруг появляется и женится на ней. Или королевич влюбляется в Золушку с маленькой ножкой. Они становятся супругами и рожают много детей. Кровь смешивается и обновляется.
Свежее улыбающееся личико Марии предстало перед мысленным взором принца.
– Доктор, – сказал он, – я полностью согласен с вами. Попытайтесь убедить моего отца, и я быстро переменю веру. Я готов даже расторгнуть свой брак, чтобы последовать такому прекрасному примеру! Мне, возможно, и Золушку легко будет найти. А пока…
– А пока, мой принц, вам нельзя переутомляться. Вот единственный практический вывод из нашего разговора.
– Уж скорее попросите меня прекратить жить, – ответил Рудольф тоном, поразившим старого доктора. – Вы умный человек и сейчас, как и другие, посоветуете мне быть умеренным во Всем. А это как раз и невозможно. Хотите провести хотя бы один день со мной? Выслушайте меня, а потом решите. А пока выпейте порто. Если оно вам понравится, я пришлю вам несколько бутылок. Подобного ему вы не найдете нигде в Вене.
Он наполнил стакан доктора Видергофера и продолжал:
– В половине восьмого утра Лошек будит меня. Это нелегко, так как к этому часу я сплю крепко-накрепко, накануне улегшись, к сожалению, только в три часа, и сна мне не хватает.
– Вот теперь самое время вмешаться эскулапу, – прервал его врач. – Ложитесь до полуночи, и все постепенно наладится.
– Терпение, терпение, ваше суждение поспешно. В половине девятого начинается мой официальный день; я работаю с адъютантом, с военными, даю аудиенции, председательствую на комиссиях. Короче, не жалею сил. У меня возникают идеи – представьте, я все-таки принц, – и не только идеи, но и планы действий! Но чем все это кончается? На том посту, который я занимаю, нет места идеям. А если они у вас есть, вы вызываете недоверие. Если вы выдвигаете план, это еще хуже.
Вы сразу попадаете в разряд подозрительных личностей… Я – подозрительная личность, доктор, вам надлежит это знать. В официальных кругах мне противостоит твердая оппозиция, неослабевающее сопротивление. Конечно, все эти люди чрезвычайно вежливы и демонстрируют преданность. Формально они во всем со мной согласны. Но по существу не уступают ни на йоту. Ноль, ноль, ноль – вот результат моей упорной изматывающей работы, притом, осмелюсь подчеркнуть, многолетней работы ума… И так обстоит дело в любой области, какую ни возьмите. Я либерал, я вызываю подозрения. Подумайте, разве это не разрушает нервную систему? Вот вы медик. Предположим, что после упорных стараний вам удалось найти лекарство от болезни. Вы можете спасти жизнь несчастных. И что вы скажете, если ваши коллеги по университету единым строем выступят против вас и вашего открытия?
– Это случается, мой принц, и нередко, поверьте мне.
– Но лично вы можете вылечить людей, которых вы пользуете. Вы добиваетесь положительных результатов. Я же лишен возможности действовать подобным образом, хотя мой пациент требует самого большого внимания, это ведь двойная монархия всего-навсего. А эти безмозглые господа позволят ей скорее околеть, чем хоть раз прибегнуть к прописанному мною лекарству. Я чувствую всю глубину творимого зла, и это меня мучает. Иногда мои головные боли настолько сильны, что вы сами из жалости даете мне немного морфия. К концу дня у меня остается только одно желание: забыть, что я делал, забыть собственный гнев, потерянное время, глупцов, против которых я сражался… Но я еще не свободен – мне надо появляться на приемах, на завтраках, обедах, ужинах. Я должен продолжать играть свою роль – хотя там можно умереть от скуки. Случаются такие обеды, за которыми, мне кажется, не выпей я вина, я поубивал бы всех сидящих за столом. Они и не подозревают, что обязаны своей жизнью превосходному шампанскому, которое мне наливают… Я не говорю уж о тех интригах, что плетутся вокруг меня. Со мной связывают надежды многие достойные люди. Прохвосты пользуются этим и не оставляют меня в покое. Иногда они проявляют столько хитрости, что мне не удается ускользнуть от них. Сколько времени они у меня отнимают!.. А женщины – поскольку мы говорим сегодня откровенно, – что сказать о женщинах? В кондитерских, чтобы отвратить продавщиц от сладкого, им позволяют есть все, что они хотят, целый день. Наступает пресыщение, и они больше ни до чего никогда не дотрагиваются! Увы, доктор, для наследного принца в Австрии не существует запретного плода. Меня должны бы пресытить столь доступные вещи… Так оно и есть в некотором роде, – принц заколебался, – по крайней мере в духовном плане, если вы понимаете, что я хочу сказать. Но я сделал открытие. Оно состоит в том, что женщины – народ удивительный, мой дорогой доктор, их никогда не постигнешь, и они настолько непохожи, что сказанное об одной неприменимо к другой, – женщины „тоже приносят забвение“, как поется в песне. И не обманывайтесь на мой счет – прежде всего я нуждаюсь в забвении… Вот и конец моей истории.
Он откинулся в кресле и закрыл глаза.
Длинная речь не оживила его, напротив, заставила побледнеть. Врач смотрел на него с беспокойством. Лицо принца осунулось, кожа под глазами, запавшими в результате посещений тех, кто „приносит забвение“, отливала голубизной; во вздувшихся на висках венах пульсировала кровь.
Прошла минута. Не заснул ли принц? Нет, он выпрямился, мгновение смотрел на доктора и продолжил, будто не было паузы:
– Мне надо забыть, кто я есть, значит, забыть, что я принадлежу к той породе, дышащей на ладан, о которой вы говорили. Мне надо забыть о несправедливости жизни, которая заставляет меня расплачиваться за безумие и злоупотребления предшествующих двадцати поколений. Мне надо забыть, наконец, – в его голосе послышалось нечто значительное, – что я не имею права быть счастливым, что ни на мгновение мне не дано свернуть с начертанного пути. Вот почему вечерами после таких дней, что я вам описал, я пускаюсь во все тяжкие… Забыться не так просто. Это требует времени… Вот я и возвращаюсь в этот старый дворец, к стерегущим меня предкам, между двумя и четырьмя часами утра.
В результате визита доктора Видергофера в высоких сферах было решено, что принц проведет две недели на Адриатическом море с женой и дочерью. Они должны будут покинуть Вену сразу после Рождества.




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Майерлинг - Анэ Клод

Разделы:
Пролог

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

IIiIiiIvV

ЧАСТЬ ВТОРАЯ

IIiIiiIvVVi

ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ

IIiIiiIvVViViiЭпилог

Ваши комментарии
к роману Майерлинг - Анэ Клод



Роман основан на историч.событиях,о любви наследника австрийского престола и 17-ей бароннесы в 1929г.,они совершили двойное самоубийство.Вначале было интересно,потом скучно,но эпилог меня тронул до слез.Бедная девочка,которая влюбилась в малодушного человека,уставшего быть принцем.Он-продукт кровосмесительных браков царственных домов Европы,крыша и поехала,вот и пустил бы только себе пулю в висок,так нет и ее уговорил.Она бы погоревала,но осталась бы жива и может быть прожила бы прекрасную жизнь,ведь ей только было 17.А как с ее телом после смерти обошлись,это ужас!Если бы она это заранее знала,то послала бы все семейство Габсбургов куда подальше!
Майерлинг - Анэ КлодОсоба
17.10.2013, 0.56





Если любишь то любовь надо хранить и лелеить,а не убивать.не верю что у них не было выхода.могли уехать как гражданские лица в Бельгию,но папаша отказал ему в содержании а работать он не умеет,привык только гульбанить или подождал бы 16 лет когда наши бы в 45-м пришли и освободили его от занимаемой должности(он был бы уже королем).а эпилог правда жесть,какое неуважение к мертвому телу и горю ее матери.Это роман не про Ромео и Джульету,а про козла и наивную душу.
Майерлинг - Анэ КлодГеля
17.10.2013, 17.34





грустная книга,очень жалко девушку и её маму:(
Майерлинг - Анэ Клодлизандра
2.04.2015, 10.12








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа
Пролог

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

IIiIiiIvV

ЧАСТЬ ВТОРАЯ

IIiIiiIvVVi

ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ

IIiIiiIvVViViiЭпилог

Rambler's Top100