Читать онлайн Арина, автора - Анэ Клод, Раздел - I в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Арина - Анэ Клод бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.1 (Голосов: 70)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Арина - Анэ Клод - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Арина - Анэ Клод - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Анэ Клод

Арина

Читать онлайн

Аннотация

Роман “Арина” – о большой любви, да еще и на русской почве. Юная провинциалка Арина, разумеется, неземной красоты, и вдобавок студентка Высших женских курсов, влюбляется в Москве в одного человека по имени Константин-Михаил (очевидно, автор имел в виду Великого Князя). Их взаимное чувство омрачено тем фактом, что Арина торгует собой, потому что “чувствует настоятельную потребность, даже долг, развивать свои способности, учиться в университете, принимать участие в высшей духовной деятельности”. Но в конце романа выясняется, что девушка абсолютно чиста… Эта неприличная история называется “Арина” (1919).


Следующая страница

I
ОТ ГОСТИНИЦЫ „ЛОНДОНСКАЯ" ДО ГИМНАЗИИ ЗНАМЕНСКОЙ

Над домами и садами еще погруженного в сон города простиралось чистое, прозрачное небо, каким оно бывает где-нибудь на Востоке, ярко-голубое, как нишапурская бирюза. Глубокий покой раннего утра нарушался лишь криком гонявшихся друг за другом по крышам и веткам акации воробьев, сладострастным воркованием голубки, сидящей на макушке дерева, да по временам резким скрипом крестьянской телеги, медленно поднимавшейся по неровным булыжникам Садовой – главной и самой элегантной улицы города. Трехэтажная гостиница „Лондонская" тыльной стороной, окруженной деревянным забором, выходила на широкую, пыльную и пустынную соборную площадь, а длинным каменным, серым и скучным, как дождливый день, фасадом, лишенным балконов, пилястров, колонн и иных украшений, – на Садовую.
Первая в городе гостиница „Лондонская" славилась своей кухней. Ее знаменитый ресторан охотно посещала золотая молодежь, офицеры, заводчики и помещики. Здесь после обеда до глубокой ночи играл оркестр в составе трех тощих евреев и двух малороссов, исполнявших попурри из „Евгения Онегина" и „Пиковой дамы", грустные народные песни и цыганские мелодии. Сколько веселых кутежей, блестящих ужинов и „оргий!" – любимое название празднеств – проходило в этом модном ресторане!
Он состоял из большого и малого залов. Отдельных кабинетов в нем не было. Те, кто желал поужинать в собственной компании, снимали номера с салонами на втором этаже, которые всегда держал в резерве для своих клиентов портье Лев Давыдович. Еврей с узкими глазами и мертвенным взглядом, он был непререкаемым хозяином дома и одной из самых известных в городе личностей. Провинциальное дворянство искало его дружбы и всегда задерживалось в вестибюле, чтобы обменяться с ним парой любезных фраз. Лев Давыдович умел хранить тайны, а его молчание и услуги, должно быть, неплохо оплачивались посетителями. Сколько красненьких, а зачастую и ассигнаций в двадцать пять рублей принимал он молча и бесстрастно из лихорадочных рук мужчин, взволнованно и нетерпеливо ожидавших получить укромный уголок для галантного свидания! Надо полагать, что число желавших сохранять в тайне свое счастье было немалым, так как Льву Давыдовичу принадлежало три собственных дома. Это доказывает, что деньги потоком текли в город N, наживались легко, тратились с удовольствием и что жизнь в этом городе была так же горяча, как и жаркие летние дни южной степной губернии, столицей которой он был. Всякий, кто сколотил себе состояние в этой провинции, будь то в горном деле, промышленности или сельском хозяйстве, стремился кутнуть в ресторане „Лондонской", заранее ощущая на языке вкус французских вин, которые он поглощал здесь в компании приятных дам.
Один из трех домов Льва Давыдовича стоял на пустынной загородной улице, недалеко от трассы, по которой и в сумерки, и глубокой ночью рысаки, гордость губернии, возили парочки, жаждавшие насладиться быстрой, как ветер, ездой по утрамбованной, поддерживаемой в хорошем состоянии дороге. Дом был двухэтажным.
Лев Давыдович предполагал сам поселиться в нем, но успел отделать только лишь первый этаж, куда поселил какую-то ворчливую старуху. Многие хотели снять этот дом, так как в городе, росшем в последние годы с необычайной быстротой, квартир не хватало. Но старая мегера отвечала всегда одно и то же – квартира сдана. Однако квартиросъемщик не появлялся, и простодушные удивлялись тому, что Лев Давыдович отказывается от выгодной аренды. Другие многозначительно качали головами. Дело в том, что по вечерам часто можно было видеть, как у дома останавливается экипаж, а сквозь тщательно сдвинутые занавески и поздно ночью просачивались на улицу полоски света.


В тот ранний час, с которого начинается наш рассказ, на рассвете, предвещавшем жару майского дня, парадный вход гостиницы „Лондонская" был уже закрыт, а электричество давно погашено и в ресторане, и в вестибюле. Маленькая калитка в деревянном заборе служебного двора, скрипя, открылась, и появившаяся в ней молоденькая девушка на мгновение остановилась в нерешительности.
Она была одета в форму лучшей гимназии города – простое коричневое платье с черным люстриновым передником. Строгую форму оживлял белый кружевной воротничок, казавшийся немного смятым. Вопреки правилам, платье было с небольшим вырезом, приоткрывавшим нежную стройную шею, на которой держалась легкая подвижная прелестная головка в белой соломенной шляпе с согнутыми по бокам широкими нолями. Девушка, живо наклонив голову, осмотрела пустынную улицу и, чуть поколебавшись, ступила на тротуар. За ней показалась вторая девушка, несколькими годами постарше, слегка расплывшаяся блондинка в черной шелковой юбке и батистовой блузке под легким демисезонным пальто.
Девушка в гимназической форме потянулась, взглянула на небо и, вдохнув полной грудью свежий воздух, сказала со смехом:
– Какой ужас, Ольга, уже совсем светло!
– Я уже давно хотела уйти, – ворчливо заметила та. – Не знаю, почему ты так тянула… А мне в десять часов надо быть в конторе! Этот тиран Петров устроит мне сцену! Кроме того, я выпила слишком много шампанского…
Гимназистка с жалостью посмотрела на нее, повела левым плечом – жестом, свойственным только ей, – и ничего не ответила. Она шла беглой, легкой и счастливой походкой, постукивая по тротуару высокими каблучками открытых туфель, уверенно поглядывая по сторонам, радуясь тому, что попала из прокуренной комнаты в нежданную свежесть весеннего утра. Обе девушки пересекли широкую соборную площадь и расстались, условившись встретиться вечером.
Гимназистка пошла по левой от собора улице. Вдруг она услышала позади торопливые шаги и обернулась. За ней почти бежал высокий студент в форме, на фуражке которого были изображены скрещенные молоток и кирка.
Она остановилась. Ее лицо приняло строгое выражение, длинные брови нахмурились; неотрывно глядевший на нее студент смутился. Крайне взволнованный, он пробормотал:
– Простите, Арина Николаевна… я ждал, пока вы останетесь одна… Я не мог так просто расстаться с вами… После того, что произошло…
Она сухо прервала его:
– И что же, по-вашему, произошло? Растерянность молодого человека была безмерна.
– Я не знаю, – забормотал он, – не знаю, как вам объяснить… Мне казалось… Я в отчаянии… Вы сердитесь на меня, не правда ли? Скажите мне лучше сейчас же…
В такой неизвестности невозможно жить, – заключил он, совсем не владея собой.
– Я вовсе не сержусь, – ответила Арина. – Заметьте раз и навсегда: я никогда не раскаиваюсь в своих поступках. Но разве вы не помните, что я запретила вам подходить ко мне на улице? Я удивлена, что вы об этом забыли.
Под леденящим взглядом девушки он поколебался мгновение, потом повернулся и ушел, не сказав ни слова.
Несколькими минутами позже Арина подходила к большому деревянному дому с лавками на первом этаже. Она поднялась на второй, и последний, этаж, вынула из сумочки ключ и осторожно открыла дверь. Покой в квартире нарушало лишь тиканье больших настенных часов в столовой. Девушка на цыпочках прошла по длинному коридору и толкнула дверь комнаты, в которой на узкой кровати, открыв рот, спала полуодетая горничная.
– Паша, Паша, – позвала она. Горничная вздрогнула, проснулась и попыталась подняться.
– Разбуди меня в девять часов, – сказала Арина, не давая ей встать, – в девять часов, слышишь? Утром у меня экзамен.
– Хорошо, хорошо, Арина Николаевна, я не забуду… Но уже день на дворе. Как поздно вы возвращаетесь! Прошу вас, Бога ради, поберегите себя. Позвольте мне помочь вам раздеться, – добавила она, делая новую попытку встать.
– Нет, Паша, не беспокойся. Поспи еще немного. Слава Богу, я умею раздеваться и одеваться самостоятельно. Это необходимо в той жизни, которой я живу, – бросила она, смеясь.
Спустя некоторое время в большом доме на Дворянской улице воцарился покой.


В десять часов того же дня в знаменитой гимназии госпожи Знаменской преподаватель истории Павел Павлович с двумя ассистентами проводил выпускной экзамен.
В просторной, светлой и пустой, с широкими окнами классной комнате собралось около двадцати девушек. Доносились обрывки тихой беседы, сделанные шепотом замечания, отрывочные фразы, которыми они обменивались между собой. Кто-то нервно листал учебник истории, другие жадно следили за тем, что происходило на возвышении у кафедры.
В течение пяти минут ученица должна была отвечать по теме, содержавшейся в вытянутом билете, в то время как следующая выпускница готовилась за соседним столом. Арина ждала своей очереди и мяла в руке билет, который только что вытянула из тех, что лежали перед Павлом Павловичем.
Двух часов сна было достаточно, чтобы вернуть ее лицу почти детскую свежесть. Ее небольшие светло-серые глаза были обрамлены длинными дугообразными бровями, которые почти сходились у основания прямого, правильного и красивого носа. Тонко очерченный рот был сжат. Арина не думала о своем билете, а слушала ученицу, которая, стоя перед экзаменаторами, путалась в ответах. Серые глаза с черными ресницами блестели, и было видно, что Арина едва сдерживалась, чтобы не броситься на помощь подруге.


Сидевшая поодаль классная дама посмотрела на часы и вышла. Через две минуты она вернулась в сопровождении начальницы гимназии. Экзаменаторы засуетились, каждый предлагал свой стул. Госпожа Знаменская поблагодарила их кивком головы и села немного позади кафедры на стул классной дамы.
По классу пронесся шепот. Девушки вполголоса обменивались мнениями.
– Она опять тут как тут.
– Она всегда приходит, когда отвечает Арина.
– Как не стыдно – такая протекция!
Не успела начальница сесть, как Павел Павлович постучал легонько по столу и сказал ученице:
– Благодарю вас.
Молодая девушка спустилась с возвышения, вернулась на свое место и закрыла покрасневшее лицо платком.
Слегка дрожащим голосом преподаватель вызвал:
– Кузнецова. Арина подошла.
Не поднимая глаз, экзаменатор спросил:
– Какая у вас тема?
– Господин Великий Новгород!
Не ожидая дальнейших вопросов, Арина начала отвечать. Она говорила с поразительной уверенностью и точностью в формулировках. Самый запутанный вопрос в ее ответе приобретал ясность; сложная тема сразу становилась понятной. Пункты излагались в порядке относительной важности, и Арина, не отвлекаясь от деталей, рисовала яркую картину, в которой каждый факт находил подобающее ему место.
Экзаменаторы слушали ее с наслаждением, как внимают на концерте большому артисту. Павел Павлович не сводил с нее глаз, а на обычно бесстрастном лице начальницы гимназии отражался интерес, с которым она следила за изящными и точными ответами Арины. Все лица в зале были обращены в сторону кафедры.
– Это на пять с плюсом, – сказала одна из учениц.
– Первая награда и золотая медаль, – прошептала другая.
– Посмотри на Пал Палыча, – тихо заметила третья. – Сомнений быть не может. Он обожает ее.
– Я давно это знаю, – вставила еще одна бледная и серьезная девушка.
Через пять минут Павел Павлович прервал Арину.
– Достаточно, Кузнецова, благодарим вас.


Спустя час экзамен был окончен. Пока ученицы выходили из класса, Арина осталась поговорить с начальницей. Их беседа продолжалась довольно долго. Теперь они были одни. Вдруг в порыве нежности, изумившей девушку, г-жа Знаменская наклонилась к ней, поцеловала и сказала:
– Где бы вы ни были, Арина, не забывайте, что я ваш друг…


В вестибюле Арину ожидали две девушки. Их шепот прерывался быстро подавляемым смешком. Одна была высокой, худой, бледной, с блестящими глазами и угловатыми движениями, другая – некрасивая, с круглыми глазами, широким носом, но кокетливой и живой. Они пользовались дурной репутацией; на них часто видели украшения, происхождение которых казалось подозрительным, так как обе были из небогатых мещанских семей. Дождавшись Арины, они пошли вместе, засыпая ее нежностями, поздравлениями, расточая тысячу комплиментов.
– Послушай, Арина, – сказала высокая, – не хочешь ли ты вечером поужинать с нами? Соберется небольшое общество… В новой загородной усадьбе, которую недавно купил Попов (этот Попов был богатейшим городским купцом, человеком зрелых лет и отталкивающей наружности)… Он устроил дом самым оригинальным образом. Представь себе, там нет ни одного стула, только диваны. Уверяю тебя, на это стоит взглянуть.
Низкорослая ретиво вмешалась:
– Музыкантов он прячет в соседней комнате. Их слышно, но они остаются невидимыми. И потом он придумал кое-что совершенно оригинальное. Свет дают только коротенькие свечи, которые гаснут одна за другой.
– А кто, пирует на этих диванах? – спросила Арина. – Я не представляю себя рядом с Поповым.
– Несколько его друзей, очаровательные люди. Но почему же ты не хочешь пойти к Попову? Он безумно влюблен в тебя, моя дорогая; он мечтает и говорит только об Арине Николаевне. Ты непременно должна пойти с нами.
– Премного благодарна, – ответила Арина. – Попов отвратителен.
– Но как остроумен! Наконец, ты должна послушать, как он поет… Он чарует, он совершенно преображается!
– Пусть поет без меня, – ответила Арина, останавливаясь. – У меня нет желания видеть ни его усадьбу, ни его диваны, ни его свечи – ни сегодня, ни завтра! Передайте ему это.
– Он умрет от отчаяния.
– Пусть утешится водкой.
Она рассталась с девушками. Взволнованные отказом, обе продолжали свой путь, оживленно беседуя.
– Просто смешно, как она заставляет себя упрашивать, – заметила высокая.
– Попов будет недоволен, – добавила маленькая.


Арина вышла в небольшой садик, скорее, параллельную улице аллею, обрамленную деревьями и кустами роз. В состоянии крайнего возбуждения здесь прогуливался Павел Павлович. Мягкий по натуре, безобидный, благодушный и мечтательный, он боялся всего на свете и особенно встреч с Ариной Николаевной в этом узеньком подобии сада, случавшихся два-три раза в неделю после уроков. Всякий раз он бывал парализован волнением до такой степени, что едва мог говорить. К тому же сегодня после беседы с двумя своими товарками Арина казалась раздраженной, что еще более усиливало замешательство учителя. Однако он нашел в себе мужество пригласить ее присесть на стоявшую в стороне скамейку. Она отказалась, так как и без того сильно опаздывала и попадала домой лишь к концу обеда.
Он пошел проводить ее, поздравляя с блестяще выдержанным экзаменом, повторяя лестную оценку одного из экзаменаторов: „Гениальный ребенок".
Арина легким движением тонкой шеи вздернула головку и негромко заметила:
– Ребенок! Какая дерзость! Ведь мне семнадцать лет.
Потом умолкла, и смущенный учитель также погрузился в молчание. Они быстро шли по полупустым улицам. Впервые в этом году стояла угнетающая жара, предвещавшая жаркое южное лето.
Так они подошли к дому на Дворянской, где жила Арина. Павел Павлович был бледнее обычного. Сделав над собой усилие, он попытался что-то сказать.
Арина опередила его:
– Знаете, Павел Павлович, о чем я думаю? У меня, возможно, озабоченный вид, но я безгранично счастлива. Догадываетесь почему? Нет?.. Хорошо, я объясню вам… Через несколько минут я буду в своей комнате. У меня на диване лежит чудесное белое декольтированное платье, отделанное ирландской вышивкой. И Паша – вы знаете Пашу? – она обожает меня и одобряет все, что бы я ни делала, – Паша приготовит к платью белые шелковые чулки и около дивана поставит открытые белые туфли. Тогда, Павел Павлович, я сброшу с себя все, кину наземь эту ужасную гимназическую форму, это коричневое платье, которое не снимала три года. Я буду отплясывать на нем, попирать его ногами, я обниму Пашу… Я только и думаю об этом. Я свободна, наконец-то свободна! Порадуйтесь же вместе со мной!
Она протянула ему обе руки. Павел Павлович слушал ее, и на его лице отражались противоречивые чувства. Радость молодой девушки, один звук ее голоса опьянял его, – но в то же время он ощущал в себе глухую тоску.
Арина уже шла от него к дому, поднималась по ступеням. У двери обернулась:
– Если вам нечего делать сегодня, приходите ужинать в Александровский парк.
Она исчезла. Павел Павлович неподвижно стоял на тротуаре.




Следующая страница

Читать онлайн любовный роман - Арина - Анэ Клод

Разделы:
IIiIiiIvVVi

ЧАСТЬ ВТОРАЯ

IIiIiiIvVViViiViiiIxXXiXiiXiiiXivXvXviXviiXviiiXixXxXxiXxiiXxiii

Ваши комментарии
к роману Арина - Анэ Клод



ерунда
Арина - Анэ КлодМисс Мэри
19.04.2012, 18.41





А зачем раскрывать тот факт, что она чиста? Наверное читать такое даже и не интересно
Арина - Анэ КлодЛале
13.02.2013, 12.59





Мммм...я в шоке! Настолько меня поразила эта книга!!! Очень-очень-очень круто!!! Я обычно чередую чтение каких-то умных, философских, научных книг и чтение простых, легких, в особенности любовных романов. Из философских частенько таскаю цитаты, которые выписываю в свою волшебную тетрадочку. Но ни разу я не записала и даже не хотела просто запомнить какую-то цитату из женского любовного романа. Но из этой книгой я взяла для себя пару удивительно интересных выражений. Сама книга настолько не похожа на другие книги подобного жанра, нет ни одного банального, заезженного выражения! И...в общем, я наверное многое могла бы написать ещё об этой книге. Но лучше прочтите сами, это нечто!!!
Арина - Анэ КлодКсения
25.12.2013, 9.29





Прочитала 60 стр. Фигня редкостная
Арина - Анэ КлодЯна
1.06.2014, 9.12





Мне понравилась книга. Написано в стиле Достоевского, Чехова. После прочтения появилось желание перечитать "Грозу" Федора Михайловича. Пошла искать на полках.
Арина - Анэ КлодМария
18.06.2014, 14.22





Такая восхитительная история любви!!! Просто мечта...Двое любящих друг друга людей не могут разобраться в себе, своих чувствах, не могут сказать друг друга такие не сложные, но важные слова...Это так современно и понятно...Можно только поблагодарить автора шедевра...
Арина - Анэ КлодЛюлюша
30.07.2014, 9.30





Чушь полная
Арина - Анэ Клодмакса
30.07.2014, 17.26





Есть прекрасный лёгкий фильм с Одри Хепберн "Любовь после полудня". В Википедии написано, что фильм снят по этой книге. Как же они разительно отличаются! Книга вся сплошь пропитана развратом. Допустим, француз Клод Ане действительно написал это произведение, а не кто-то другой. Возможно, у француза может быть такое превратное представление о добродетели, о женщинах и о России в целом. Ужас! Гимназистки имеют любовников, всеми уважаемая женщина их меняет одного за другим, гостиницы всегда к услугам развратников.. В какой стране в начале двадцатого века такое было возможно? В России? В Православной Русской Державе? Или во Франции? Сомневаюсь. Наверняка, блуд существовал и в России, и в Европе, и Древнем Риме, и в Содоме и Гаморре. Но такой чудовищной и откровенной распущенности не было в России. Вспомните Достоевского. С какой трагедией, с каким понятием о грехе и душе рассказывается о блуде в его произведениях! Есть конечно "Тёмные Аллеи" Бунина, в которых на разные лады смакуется страсть. Есть Лиза в "Тихом Доне" Шолохова, ведущая себя как Арина. Однако там грех не является нормой для всех. Книга написана слабо. Язык примитивен, предсказуем, характеры не проработаны, например, тётка, прожившая жизнь, с прямым нравом, начинает под старость волочиться за любовником. Сюжет волнует читателя, но много лишних подробностей, снижающих его эффектность. Слабы диалоги, не оправдываются в них ни острый ум героини, ни её искушённость в свете, проявлявшуюся бы в вежливости. Главная героиня представляет собой миф: не может существовать властительная злая гордячка, шутящая с пороком и похотью других и остающаяся чистой, невинной и , что довольно важно, в здравом уме. Как ни странно, этот роман принёс пользу. Взятые из него обрывки целомудренного сюжета легли в основу замечательному, спокойному и согревающему душу фильму "Любовь после полудня".
Арина - Анэ КлодVirra
2.11.2015, 22.27





dg
Арина - Анэ Клодdfg
5.02.2016, 22.31





нудний, не цікавий роман. Не раджу.
Арина - Анэ КлодЛана
28.04.2016, 13.30





Очень понравился. Насколько он отличается свежестью и незаезженностью сюжета, по сравнению с дамским ширпотребом - словами не передать. Это настоящий РОМАН. Рекомендую, как среднее по восприятию произведение, сложнее романчиков, но легче занудства. rnИ еще... тут практически нет интриг, измен, разоблачений. Персонажи максимально раскрыты, но экшена нет.
Арина - Анэ КлодКсения
7.08.2017, 20.44





Очень понравился. Насколько он отличается свежестью и незаезженностью сюжета, по сравнению с дамским ширпотребом - словами не передать. Это настоящий РОМАН. Рекомендую, как среднее по восприятию произведение, сложнее романчиков, но легче занудства. rnИ еще... тут практически нет интриг, измен, разоблачений. Персонажи максимально раскрыты, но экшена нет.
Арина - Анэ КлодКсения
7.08.2017, 20.44








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100