Читать онлайн Одинокое сердце, автора - Андерсен Линда, Раздел - 2 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Одинокое сердце - Андерсен Линда бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.62 (Голосов: 37)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Одинокое сердце - Андерсен Линда - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Одинокое сердце - Андерсен Линда - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Андерсен Линда

Одинокое сердце

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

2

Миллисент Копперфилд, укладывая фотоаппарат в футляр, также как и Бенджамин улыбалась своим мыслям. Правда, находилась она в это время пятью милями юго-восточнее дома Лонгсдейлов. Ясный майский денек прошел замечательно. Если бы так было всегда!
Несмотря на жаркую погоду, все клиенты оказались приятными, веселыми и доброжелательными. Многие приходили с детьми. С такими клиентами хорошо работается, и время бежит совершенно незаметно.
Родители подбадривают робких ребятишек, стараются создать теплую атмосферу, шутят. А мальчики и девочки изо всех сил пытаются правильно позировать фотомастеру, то есть ей, Миллисент.
Они преисполнены усердия: ведь снимки, которые вот-вот сделает эта веселая тетя, окажутся в красивом семейном альбоме и будут храниться там всю жизнь.
Кстати, Миллисент заметила, что те, кто приходил к ней в фотостудию, умели отличить любительский снимок от профессионального и всегда делали ей комплимент. Мол, вы – профессионал высшей пробы, фотографируете людей с особым настроением, так поступают лишь настоящие художники.
У Миллисент было некоторое профессиональное пристрастие: она обожала работать с детьми и собаками, считала, что и те и другие прекрасно держатся перед объективом: естественно и грациозно.
В крохотном ателье, расположенном в цокольном этаже небольшого краснокирпичного здания в викторианском стиле, построенного еще в конце девятнадцатого века, было прохладно, с легким шумом работал кондиционер. Кремовые жалюзи на высоких и узких окнах превращали яркий солнечный свет в ровное спокойное свечение.
Повсюду – на полу помещения, покрытом однотонным ковром, на широких подоконниках, на полках стояли вазы и горшки с цветами. Рядом со стеклянной входной дверью находился кожаный диванчик. На нем с комфортом восседали соседи Миллисент Копперфилд – дружелюбные и необыкновенно разговорчивые старички Анна-Тереза Монтефалько и Реджинальд Маккормик.
Если бы кто-нибудь увидел их со стороны, то мог бы подумать, что эти люди – супруги, и прожили под одной крышей много-много лет. Чем-то неуловимо эти два милых пожилых человека были похожи. Но на самом деле старички просто каждый сам по себе жили рядом с Миллисент, приходились друг другу всего лишь соседями.
Их дома, такие же древние, как и сами домовладельцы, располагались поблизости, на той же тихой улице. Бриджес-стрит славилась своей допотопной архитектурой и патриархальными нравами.
Старички слыли в округе скромными, одинокими и обожали приходить в фотоателье каждый день, словно в любимый клуб. Они даже одевались вполне торжественно, выдавая этим свое уважение и любовь к Миллисент.
Сегодня на Анне-Терезе Монтефалько, всю жизнь проработавшей поваром в итальянском ресторане, было закрытое черное строгое платье, под воротником которого сверкала булавка в виде католического распятия. На седой голове женщины красовалась изящная шляпка, отделанная черным стеклярусом, запястья все еще красивых полных рук украшали браслеты.
Когда-то, еще при первом знакомстве, у Миллисент сложилось представление о пожилой соседке, как о почтенной матроне с интересным прошлым. Сейчас эта дама сидела на диванчике, оживленно на все реагируя.
Седовласый Реджинальд Маккормик давным-давно работал шофером-дальнобойщиком. Сегодня он щеголял в светлом полосатом костюме-тройке, с цветком в петлице, с полосатыми же платочком и галстуком. Старик без устали вертел в руках трость с серебряным набалдашником в виде головы русской борзой и напоминал почтенного отца большого семейства, но еще больше походил на гангстера из старого кинофильма. Довершал облик старика миниатюрный слуховой аппарат.
Миллисент дорожила дружбой этих милых людей и с удовольствием слушала их безобидную болтовню. Темой для бесконечных разговоров чаще всего служила кулинария и обсуждение ассортимента дешевых распродаж и аукционов в ближайших городках по всему побережью Атлантического океана, на юг и на север от города Довера, где располагалась Бриджес-стрит.


Девушка привела в порядок рабочий стол, разложила объективы по коробкам, расставила по местам штативы, взглянула на наручные часики, некогда подаренные родителями на совершеннолетие.
– Сколько времени, Миллисент? – спросила Анна-Тереза. – Мне кажется, уже три часа.
– Четыре, – улыбнулась Миллисент, зная наперед, какая последует реплика из уст пожилой грузной женщины с белыми как снег волосами.
– Не может быть! Как быстро бежит время! В годы моей юности часы не спешили вперед так быстро, время шло медленно, и я все успевала сделать. Ах, какие я тогда фаршировала помидоры! Какую делала поленту, пальчики оближешь! Гости ресторана «Неаполь», где я отработала почти полвека, пребывали в полном восторге!.. А ты все успела сегодня сделать?
– Осталась одна-единственная клиентка, должна вот-вот подойти, – заглянув в блокнот, ответила Миллисент. – Ой, что я такое говорю! Моей клиентке всего-то полгода, сама она, конечно, не подойдет. Ее подвезут… Сегодня замечательный день, работалось с удовольствием.
– Это потому, что ты сама славная девушка, – произнес с важным видом Реджинальд Маккормик, вертя серебряный набалдашник трости. Голова борзой, раскручиваясь, мелькала в его пальцах и превращалась в сверкающий шар. – Не постесняюсь повторить свою мысль еще раз: ты чудесная девушка и прекрасный фотограф. Завтра с удовольствием покажу тебе магазинчик, его хозяин дешево продает антикварный «кодак-автограф». Прекрасный коллекционный экземпляр в кожаном футляре, такого наверняка нет даже в музее!
– Да будет тебе болтать про старые фотоаппараты, Маккормик. Ты только что высказал мысль куда более ценную, и я с тобой согласна: лучше нашей Миллисент в округе девушки нет! – подхватила Анна-Тереза. – Как мне обидно, что ты, милая, все время проводишь за работой. Деньги такая штука, – сколько ни старайся, все их не заработаешь! Между прочим, по тебе Джузеппе просто сходит с ума, ты так ему нравишься! Сходила бы с ним погулять, что ли… А то приходите ко мне, угощу вас ванильным печеньем. Знаю один старинный рецепт, мне когда-то передала его моя бабушка.
– Джузеппе мне не нравится, тетушка Анна-Тереза, – просто и легко ответила Миллисент, давно привыкшая к тому, что простодушные соседи пытаются просватать ее хоть за кого-то из своих знакомых и родственников.
– Стерпится – слюбится! – безо всякой улыбки проговорил Реджинальд. – Джузеппе – неплохой парень, надежный. Выходи за него замуж к осени, и будешь жить как за каменной стеной.
– Он моложе меня на пять лет! – воскликнула Миллисент.
В следующую секунду она поняла, что сморозила глупость – при чем здесь возраст? Бывают пары и с большей разницей, и прекрасно при этом существуют. Главное в отношениях мужчины и женщины – это любовь, непреодолимая тяга друг к другу.
Мама Миллисент говорила, что золотым ключом к искренним супружеским отношениям является душевная близость – ее ни за какие деньги не купишь, не извлечешь из флирта и кокетства. Душевная близость либо есть, либо ее нет. Вот так мама определяла любовь между мужчиной и женщиной.
А что Джузеппе? Случайный человек в жизни Миллисент, стеснительный веснушчатый парень. Последнее время он каждую неделю приходил в ателье фотографироваться. Когда Миллисент спрашивала его, зачем ему столько фотографий, он краснел и бурчал под нос, мол, надо… Мол, у него много родственников и все просят для своих альбомов его, Джузеппе, художественное изображение.
Но парень был наивный и смешной одновременно. Он никогда не забирал свои фото. Просто приходил на следующую съемку в отутюженной рубашке и туго завязанном галстуке, усаживался на край диванчика.
Однажды Миллисент решила поиграть с Джузеппе в обиженного мастера и сказала:
– Что это ты со мной шутки шутишь, Джузеппе? Не забираешь свои снимки? Если тебе не нравится моя работа, иди в другое фотоателье!
– Нравится, – буркнул он, – я… это… заберу их все сразу… Не обижайся, Миллисент…


…Старички все еще выжидательно смотрели на Миллисент, ответ про разницу в годах ее и Джузеппе их не удовлетворил.
Тогда она ласково засмеялась и воскликнула:
– Полюбуйтесь на него! Он совсем мальчишка!
Девушка вытряхнула из толстого коричневого конверта добрый десяток снимков, и с каждого на стариков смотрел добродушный паренек – конопатые щеки, детские пухлые губы, редкие усы, такие, какие бывают в случае, когда их впервые решились отрастить.
– Ну и что, девочка? Я стал отцом, когда мне стукнуло девятнадцать лет. Или двадцать? – Реджинальд почесал в затылке. – Короче, тебе нужно срочно замуж, и не спорь со мной! А не то так и умрешь старой девой!
– Я, кстати, во время медового месяца уже была на сносях, – проворчала Анна-Тереза. – Или в те дни мужчины были мужчинами. Какой у них был аппетит, проходу девчонкам не давали, нынешним мужикам не в пример. Миллисент, ты просто себя хоронишь в своем ателье!
– А женщины были женщинами, – мечтательно вздохнул Реджинальд. – Помню, прямо кровь кипела в моих жилах, когда видел юбку или ленту в волосах. Сумасшедший ток какой-то шел от вашего слабого пола…
Тут старик осекся, поймав укоризненный взгляд бывшей поварихи. И решил исправиться:
– А какие замечательные пироги пекли женщины в моей молодости! Пальчики не то что оближешь, а разжуешь и проглотишь!
Еще раз взглянув на Анну-Терезу, старик своевременно добавил:
– Теперь, кроме Анны, таких женщин нет. Полента у тебя и сейчас замечательная, милая соседка.
М-да, старый господин Маккормик был настоящим дипломатом. Не зря же полжизни колесил по дорогам, общался с громадным количеством людей, вот и научился гасить искры раздражения, возникающие в ходе разговора.
Миллисент присела на стул напротив старичков. Ей казалось, она знала их всегда, так привыкла к ним.
Они были наивны, словно дети, добры к ней, будто родные дедушка и бабушка. Их дома стояли рядом и напоминали своей старомодной архитектурой ее собственный дом.
В нем-то она с большим трудом и оборудовала ателье. Большими капиталами девушка не располагала, приходилось вертеться, полагаться на смекалку и на собственные усилия.
Правда, старички ей тоже помогали, как могли. Когда она решила на месте заброшенной автостоянки, примыкавшей к дому, обустроить небольшой цветник и поделилась идеей с соседями, господин Маккормик и госпожа Монтефалько тут же загорелись этой идеей.
Реджинальд принес из гаража стальные тросы, уселся за руль своего мощного пикапа и бойко отбуксировал в дальний угол стоянки проржавевшие кузова брошенных автомобилей. Места освободилось достаточно, хоть сад разводи. Анна-Тереза, ничего не говоря Миллисент, пару раз съездила на цветочный рынок и привезла – сияющая, довольная и помолодевшая, – рассаду, семена и черенки роз.
– Я теперь все знаю про цветы, – весело рассуждала Анна-Тереза. – Их также интересно и увлекательно выращивать, как печь пирожки с десятком начинок для шумной свадьбы!
Миллисент установила изгородь, привезла из питомника хороший грунт – он смешно назывался «живая земля» – и высадила рассаду. Причем, Анна-Тереза твердила ей, что надо срочно это делать, срочно!.. А то месяц потянется на ущерб, и все их усилия пойдут прахом.
– На ущербный месяц нельзя ни стричься, ни цветы высаживать, ни замуж выходить. Все окажется впустую! – внушала бывшая повариха удивленной такой точкой зрения Миллисент. – Послушай меня, опытную женщину, я эту мудрость вычитала не из книг, а познала на собственном печальном опыте.
Разумеется, девушка не стала огорчать старушку и успела с рассадой до ущербного месяца. А потом Миллисент начала ухаживать за цветами. Для этого прочитала десятки книг по цветоводству, созванивалась со специалистами, советовалась. Не обошлось и без неудач, зато каков был результат, – чудо!
Цветник оказался настоящей приманкой для клиентов. Почти все жители городка Довера пожелали иметь фотографии своих детей и внуков, сделанные осенью на фоне астр и гладиолусов, а весной среди пронзительно желтых нарциссов и алых тюльпанов. Особенно хороши были цветы, вспыхивающие яркими красками на фоне зеленой свежей травы! Глаза отдыхали на веселом разнотравье и пестрых клумбах.
А розовые кусты? Они были гордостью девушки-фотографа! Нежные гибкие стебли, щедро усыпанные десятками ароматных бутонов, загораживали ржавое железо. Кто в первый раз оказывался в благоухающем дворике, не мог даже предположить, что совсем недавно здесь была жуткая свалка. Короче, автомобильная парковка превратилась стараниями Миллисент в райский уголок, стала достопримечательностью тихой провинциальной улицы.
Что еще интересного? У соседей девушки была страсть посещать все аукционы и дешевые распродажи в округе, а также в соседних городках. Старички неизменно приглашали с собой и Миллисент.
Было очень весело ездить по округе на красном «форде» Реджинальда в азартных поисках самой дешевой мебели, одежды или съестного. Барахольные вояжи случались каждый выходной без исключения, и походили на особый вид спорта. Этот «барахолинг» имел и свои достижения, не Бог весть какие высокие, зато полезные.
Шутки шутками, а собственную квартиру, находящуюся прямо над фотоателье, Миллисент обставила с помощью своих соседей за очень смешные деньги. На распродажах девушка, как одержимая, приобретала фотооборудование, на стеклянных полках теперь располагалась целая коллекция редких фотокамер. Очень часто покупались просто забавные предметы интерьера.
Ничего, что старинный шкаф с инкрустацией или фисгармония красного дерева позапрошлого века не гармонировали с ротанговыми плетеными стульями, с современным музыкальным центром или ультрамодными светильниками… Однако все друзья-художники завидовали антиквариату Миллисент.
– Да у тебя лисье чутье на старину, – говорили они. – Старые вещи хранят в себе тайны, ими можно любоваться бесконечно.
– Это правда, – соглашалась она. – Старыми вещами и цветами можно любоваться действительно долго. А еще я люблю мои камеры за то, что они сохранили тепло прошлых времен, словно впитали чьи-то радости, надежды. Мы же, фотомастера, снимаем людей для того, чтобы они запоминали себя прекрасными и счастливыми.
Кроме того, Анна-Тереза подарила Миллисент старинные шелковые платья и безделушки своей бабушки, легко рассталась с роскошной индийской шалью. Она была с серебряной нитью, тяжелой на ощупь. При каждом движении металлические вкрапления вспыхивали яркими розовыми и малиновыми искрами. Шаль тоже хранила в себе едва ощутимый отпечаток чужой жизни.
Одним словом, каждый предмет, каждая вещичка, попадавшие к Миллисент, служили прекрасным оформлением ателье.
– Милая, завтра, между прочим, у тебя выходной, – с многозначительным видом произнес Реджинальд, вертя в руках трость.
– Я помню! – весело отозвалась девушка. – А куда мы направимся в этот раз? Какие планы?
– Есть одно неплохое местечко. В газетах писали о грандиозной распродаже на побережье около Лоудервилля, поедем рано утром. Не проспишь?
– Не просплю, – улыбнулась Миллисент. – Но лучше меня разбудить, после недели работы так сладко спится!
– А как твое настроение, милая? – спросила Анна-Тереза. – Что-то мне не нравятся твои глаза, они такие усталые.
– У меня прекрасное настроение! А глаза кажутся усталыми от ярких ламп. Ничего страшного.
На самом деле упоминание о завтрашнем дне пробудило в ней печальные, даже тяжелые мысли. Да только кому в этом мире интересны ее мысли? Завтра будет ровно два года, как она рассталась со своим женихом, которого звали Кристофер Кроуфолд.
Он подвернулся ей в жизни тогда, когда не стало ее родителей. У старшей сестры Маргарет в это тяжелое время было много работы, она не могла видеться с Миллисент каждый день, выкраивая лишь два-три часа в неделю. Вот и ходила девушка одна по пляжам, сидела в кафе, забредала в выставочные залы, вздыхала, глотала слезы, которые, казалось ей, не иссякали и стояли где-то наготове.
На одной из выставок к ней подошел высокий парень, впился взглядом, начал разговаривать, шутить. Через полчаса она дала ему свой телефон – зачем? На улицу они вышли вместе и долго бродили по окрестностям. На другой день парень позвонил ей, и Миллисент, особо не задумываясь о последствиях, собралась на свидание.
На этом втором свидании Кристофер рассказал ей о своей тяжелой судьбе. Мол, он – очень ранимый человек, тонко чувствующий окружающий мир, от него ушла любимая девушка, а ему казалось, что они всегда будут вместе. И этот уход – такой удар по сердцу и мужскому самолюбию! Ушла девушка, конечно, не просто, а изменив Кристоферу с его другом. Пришлось напоследок вызвать соперника на дуэль, они стрелялись, купив оружие в магазине.
Поединок состоялся ранним утром на пустынном пляже, и он, Кристофер, ранил своего соперника. Это было отвратительное и жестокое зрелище: бывший друг упал, пятно крови начало растекаться по рубашке. А в это время из-за пляжных домиков выбежала бывшая любимая девушка в сопровождении копов…
Пришлось Кристоферу бежать по мокрому песку, увязая, падая, трясясь, как овечий хвост. Да, бежать! Не попадаться же полицейским в грязные лапы… И теперь он – гонимый человек, ему нельзя появляться в штате Индианаполис. Появится, схватят, как пить дать, посадят за решетку…
Кристофер наводил справки: соперник жив, девушка тоже. Один он – почти живой труп, потому что душевные раны никогда не затягиваются. Они – зияющие язвы. Наивная Миллисент все принимала за чистую монету, верила каждому слову Кристофера, бегала на свидания и млела от страстных поцелуев опытного ловеласа. Первая близость ошеломила девушку своей откровенной искренностью и, надо сказать, на многое открыла глаза. Стало легче и проще жить в этом грубом и беспощадном мире, где главное – карьера, деньги, амбиции. Появилась отдушина, позволяющая забыться, спрятаться от праздного любопытства. В объятиях Кристофера девушка чувствовала себя героиней романтической повести из жизни авантюристов и дам полусвета. Постель, бесстыдные ласки, от которых заходилось сердце и вскипала кровь, прогулки при луне, бессвязные исповеди и пылкие признания.
Уже спустя некоторое время, когда Миллисент и Кристофер стали встречаться почти каждый день, девушка поняла, что ее возлюбленный был тонким психологом. Рассказывая жуткую историю про измену любимой, про дуэль, раненного соперника, копов и грозящую ему тюрьму, Кристофер рассчитывал на то, что Миллисент пожалеет его, проникнется к нему трепетом, теплом, а раз пожалеет, значит, он станет ей дорог. А ведь он врал ей, никто и ничто ему не грозило.
Кристофер оказался странным человеком. С ним весело было болтать, сидеть в кафе или ресторане, плыть на яхте, просто идти по улице, с ним замечательно было делать несерьезные вещи – смеяться, петь, рвать цветы, шляться по выставкам и музеям. Он словно застрял в детстве, да и нравились ему только детские штуки-дрюки – игрушки, сладости, домашние животные.
Внешность Кристофера была самой заурядной, потрясали только высоченный рост и глаза – внимательные, недетские, ловящие каждое движение и выражение собеседника. Он словно ежесекундно анализировал того, с кем общался. И страшно был обидчив. Страшно!
Когда Миллисент познакомилась с Кристофером, ее удивила его старомодная обходительность. Он через слово сыпал комплиментами, целовал руки, всегда провожал со свиданий до самого дома. И однажды, довольно ловко намекнув, что продрог и голоден, остался ночевать.
В постели Кристофер оказался сильным мужчиной. Правда, Миллисент неприятно удивило то, что от каждого ее прикосновения он стонал и вскрикивал. Значит, решила она, он также стонет и вскрикивает, когда к нему притрагиваются другие женские руки.
Он был невероятно возбудимым парнем. От этой возбудимости у него никогда не угасало желание обладать женщиной.
Плотской любовью Кристофер мог заниматься с раннего вечера до позднего утра, и уже через несколько минут после того, как испытывал очередной оргазм, снова ласкал женское тело и сам требовал ласк, чуть ли не мурлыкал, его член напрягался снова. И опять он приставал к Миллисент, мол, я готов продолжить ласки, а ты как, дорогая?
Кристофер мог часами воркующим голосом вещать о том, что постельные страсти – самое важное занятие в мире. Он обожал секс. Поначалу Миллисент казалось, что она совершает нечто грязное, гнусное, нельзя отдаваться так часто мужчине, словно кошка коту в период течки. Но потом стыд Миллисент исчез, парень уверил ее, мол, так же точно, как они, ведут себя тысячи, десятки тысяч пар, и что это норма – обниматься столько, сколько влезет.
– Представляешь, какая ты счастливая, – говорил он. – А ведь многие девушки и женщины этого не имеют и многое бы отдали, чтобы заполучить такого любовника, как я.
Миллисент провела с ним много безумных ночей, но, что интересно, ласки, которыми они обменивались, казались девушке неискренними, животными, эти ласки существовали для удовлетворения похоти. И все.
А что еще надо? Ответ на этот вопрос Миллисент дала самой себе значительно позже. Кроме стонов, поцелуев и оргазмов с чувственным, невероятно возбудимым Кристофером, ей необходима была еще и душевная близость.
Кроме той душещипательной истории про измену бывшей любимой, дуэль и побег от копов, рассказанной приятелем, девушка ничего не знала о нем. Он никогда не посвящал ее в подробности своей жизни, а о будущем вообще не задумывался.
А если что-то и говорил, то это было виртуозное вранье, импровизация на тему «Господин Кроуфолд – герой и гений», и если Миллисент нежно упрекала возлюбленного в неискренности, он обижался, поворачивался к ней спиной.
Правда, она знала, обида мгновенно испарится, стоит лишь ей только поцеловать его. В чем-то он все-таки был совершенно искренним человеком, может быть, в своей слабости? Не исключено, что именно поэтому он ей и нравился.


Зачем она согласилась выйти за Кристофера замуж, стала готовиться к свадьбе? Да он по-настоящему и предложения сделать-то ей не сделал. Как-то само собой так сложилось, что ни с того ни с сего вдруг наметилась дата их свадьбы.
Началась игра в свадебную подготовку.
Они стали делать визиты подругам и приятелям Миллисент, к своим друзьям Кристофер ее не водил.
Приходили, располагались в уютных гостиных, пили, ели, танцевали, оставляли приглашения, которые невеста накануне аккуратно, высунув кончик языка от усердия, надписывала.
А еще Кристофер не пропускал ни одной подружки Миллисент, подолгу говорил с каждой из них, поедая своими внимательными изучающими глазами. Конечно, под таким взглядом любая растает, словно мороженое оставленное на солнцепеке, каждая решит, мол, именно она понравилась до чертиков длинноногому парню по имени Кристофер. Бедняжка Милли! У нее нет шансов на счастье, ах, как я задела сердце этого очаровательного мистера Кроуфолда…
Пару раз Миллисент пыталась сказать Кристоферу, что ей не по душе столь вольная манера общения с ее подругами. Но тот страшно обижался, кричал срывающимся голосом, что, мол, как он считает нужным, так и общается, никто ему не указ, он – свободный человек, а она – полная дура и в жизни разбирается, словно кролик в ананасах.
Миллисент ничего не оставалось, как успокаивать Кристофера, нежно гладить своего странного жениха по спине, плечам. Сам он тут же принимался говорить ей комплименты, расстегивал рубашку, снимал штаны, и они забирались в кровать. Ну вот и ссоре конец! Кристофер Кроуфолд хочет ее, а раз хочет, пусть возьмет, доведет до сладкой минуты близости. Пусть успокоится.
И все-таки почему она решилась выйти за него замуж? Ведь даже в любви он ей ни разу не признался, просто говорил, мол, я весь твой, чего тебе еще надо?
В ателье на соседней улице Миллисент сшила подвенечное платье, предварительно потратив много времени на выбор фасона.
– Вы будете самой очаровательной невестой нашего города, – пообещала портниха Миллисент, когда та пришла на последнюю примерку. – На вас мое платье будто ожило, глядите, глядите, оно сияет перламутровым светом! Наверное, у вас сильная энергетика. Желаю, чтобы вы хороших деток нарожали. Девушка с такими данными должна стать многодетной матерью.
День ее свадьбы с Кристофером пришел, куда он мог деться? Как красива и счастлива была Миллисент, надев то роскошное платье и великолепную, будто из нежной морской пены сделанную фату.
Накануне ее мучили нехорошие предчувствия, голова болела так, словно вот-вот должна была разразиться гроза. Но Миллисент гнала предчувствия, в сумерках подходила к платью, гладила его кружева – мягкие, обольстительные, и твердила про себя:
– Все будет хорошо. Все обойдется. Свадьба – святой день. Он не обидит меня, я обязательно буду счастлива!
…Гости уже собрались и угощались коктейлями в гостиной, сестра Миллисент – Маргарет в красной юбке и пепельно-серой шифоновой блузке принимала поздравления, пока невеста крутилась в спальне перед зеркалом. Весь дом благоухал цветами, которые принесли гости.
И вдруг, в какую-то секунду Миллисент отчетливо поняла – свадьба не состоится, Кристофер не придет, не приедет и даже не прилетит. Что их, собственно, связывает? Его сверхчувствительность и возбудимость? Ее животное желание – отдаваться похотливому самцу? Свою неистребимую похоть он может удовлетворить с любой другой женщиной. Она тоже всегда отыщет для горячей ночки подходящего кавалера.
Дальше последовало досадное для гостей и обозлившее донельзя родственников печальное сообщение о том, что свадьбы не будет, поскольку жених исчез. Сбежал он, как потом выяснилось, с ее лучшей подругой по имени Мэрилин, жившей неподалеку. Миллисент потом никогда больше не интересовалась судьбой бывшего суженого, но ужас несостоявшейся свадьбы запомнила на всю жизнь. Такой позор не забывается.
Как прошел тот незабываемый день? Она проплакала полдня в родительском доме, потом пыталась узнать, не случилось ли чего с женихом. Вскоре раскрылась вся правда о побеге возлюбленного. Противнее всего было сознавать, что в то время как она проливала слезы, названивала по телефону, объяснялась с сестрой, он уже где-то в гостинице лежал с ее подругой и болтал о том, что Мэрилин – великолепная женщина, и что заниматься любовью – самое естественное занятие на свете… Впрочем, он не только лежал и говорил, но и привычно трудился над женским телом. Тьфу.
Миллисент стала посмешищем в глазах родственников и друзей – так ей казалось. Бедняжке хотелось уснуть и никогда больше не просыпаться. Просто хотелось умереть.
Тяжелый и страшный был день. Даже не верится, что с тех пор прошло уже два года…


Миллисент вздохнула и посмотрела на милых соседей. Что-то слишком настойчиво они приглашают ее провести с ними завтрашний день, наверняка беспокоятся о ее душевном здоровье.
Как и в прошлом году, так и в этом накануне несветлой даты в гости обязательно заявится сестричка Маргарет. Они с ней двойняшки, хорошо чувствуют на расстоянии душевное состояние друг друга.
Ничего, жизнь продолжается, нет смысла в бесконечных переживаниях по поводу прошлых обид. Фата разорвана, свадебное платье выброшено в мусорный бак, зачем держать в доме свидетелей позора и стыда. В бак последовал и свадебный букет, который сбежавший жених зачем-то прислал ей накануне.
Да кто такой Кристофер в ее жизни, чем она обязана ему? Теперь по прошествии двух лет Миллисент могла ответить самой себе, что даже не любила его по-настоящему, никогда не мечтала о нем. Просто занималась с Кристофером бешеным сексом, как каким-нибудь видом спорта. Его длинная худая фигура никогда не будила в ней глубинных чувственных струн, взгляд серых глаз не вызывал сердечного отклика. Только настораживал… Никогда она не шептала его имя по ночам и с бьющимся сердцем, горящими щеками не ждала телефонных звонков.
Почему именно Кристофер оказался ее женихом? Когда были живы родители, Миллисент часто слышала от них, что нельзя засиживаться в девицах. Мол, все подруги замужем, и тебе пора торопиться. Кому ты будешь нужна, дочка, когда всех парней вокруг разберут, и останутся одни тридцатилетние старики? Почему-то именно мама была против взрослых мужчин, считала их развратниками и хитрецами. Таким от девушки надо известно чего.
Вот и поторопилась! Познакомилась с Кристофером на выставке исторической фотографии, затем пару раз встречалась с ним на вечеринках у подруг. Как-то сразу обратила внимание на то, какие у него спортивные ноги, как хорошо он танцует. Бегала на свидания, постепенно окунулась в мир секса. Невероятно радовалась тому, что возлюбленный смог пробудить в ней доселе дремавшую чувственность. Она научилась разным сексуальным приемам, будто прошла специализированные курсы.
Накануне свадьбы сестра Маргарет часто спрашивала Миллисент:
– А на что вы будете жить? Хорошие у него заработки?
На этот вопрос Миллисент отвечала с чистой совестью, мол, Кристофер работает в рекламном агентстве, неплохо зарабатывает, сочиняя тексты для телевизионных роликов.
Гадость какая, подумала она, вспомнив пару роликов жениха, рекламировавших макароны и средство для чистки унитазов.
Друзья шутили, мол, ты – рыжая, а парень твой длинный, вот вы и заметная пара. Дошутились!..
Да, она достойна того, чтобы ее жалели, как калеку. Брошенная в день свадьбы! Дура в подвенечном платье, ждущая у окошка исчезнувшего на век жениха. Вон с какой жалостью смотрят на нее сердобольные соседи…
Миллисент, заслышав шаги у входа в ателье, с радостью подумала о том, что работа позволит забыть все неприятности, и быстро вскочила с места.
– Это последний клиент на сегодня! – обратилась она к Реджинальду и Анне-Терезе. – Простите, мне надо работать!


За дверью раздался детский плач и послышался низкий мужской голос, успокаивающий ребенка.
Прибыла Аннабель Джонсон, подумала Миллисент, шести месяцев от роду. Нужны фотографии для семейного альбома. А где же госпожа Флоренс Джонсон, ее мать? Странно, что с грудным ребенком пришел отец, такое редко случается.
Звякнул колокольчик, дверь распахнулась.
– Всем привет! – проговорил Бенджамин Лонгсдейл и шагнул через порог ателье, пригнув голову. – Принцесса Аннабель приветствует вас!
Малышка с недовольным видом окинула взглядом фотоателье, скривила рот и готова была вновь заплакать.
При виде незнакомых людей девочка сильнее прижалась к мужчине.
Честно сказать, Миллисент сразу и не разглядела лица мужчины. Она протянула руки к ребенку и постаралась его успокоить, это удалось без труда. Сколько похожих созданий прошло через ее ателье.
И с каждым таким ангелочком, даже извергающим лавину неудовольствия, Миллисент умела договориться, нежно уговаривая немного попозировать. Психологический настрой клиентов любых возрастов был важнейшей составной ее профессии. И она в этом смысле обладала особенным даром.
Вот Маргарет, ее сестра, делала роскошные снимки для дорогих рекламных журналов, а удел Миллисент – радовать родителей прекрасными фото детей, на которых их милые улыбки выглядят так непосредственно, как это бывает только в реальной жизни.
Аннабель Джонсон оказалась очаровательным ребенком – восхитительная мордашка, сверкающие огромные карие глаза. Каштановые волосы девочки слегка вились, до чего это было красиво! На пухлых щеках образовались ямочки, когда успокоившаяся малышка обратила свое внимание на Миллисент, улыбнулась ей и протянула к ней свои ручонки.
– Вы ей понравились, – вновь раздался низкий мужской голос.
Миллисент пристальнее вгляделась в лицо мужчины. Боже мой, какие знакомые черты, а голос… Это голос…
– Понравилась? – переспросила Миллисент, ее собственный голос дрогнул. Она держала на руках очаровательную малышку и смотрела во все глаза на черноволосого гиганта, а тот пристально вглядывался в смущенное лицо молодой женщины.
– Вы – Миллисент Копперфилд? Не может этого быть!
Миллисент кивнула. Она поняла, кто стоит перед ней.
Это был Бенджамин Лонгсдейл, показавшийся ей некогда прекрасным принцем! Человек, на встречу с которым она даже не смела надеяться в течение всех тех десяти лет, что пролетели с момента, когда они впервые повстречались на выпускном вечере в ее художественной школе.




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Одинокое сердце - Андерсен Линда

Разделы:
12345678Эпилог

Ваши комментарии
к роману Одинокое сердце - Андерсен Линда



не осилила
Одинокое сердце - Андерсен Линдаatevs17
18.10.2012, 13.47





Читается легко. Можно почитать!
Одинокое сердце - Андерсен ЛиндаКристина
13.07.2013, 19.08





Не интересно.
Одинокое сердце - Андерсен ЛиндаТатьяна
7.01.2014, 1.37





Ерунда полная.Не хватило терпения дочитать.
Одинокое сердце - Андерсен ЛиндаA,R
18.12.2014, 1.30








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100