Читать онлайн Его сильные руки, автора - Аллен Дэнис, Раздел - Глава 22 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Его сильные руки - Аллен Дэнис бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 6.24 (Голосов: 50)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Его сильные руки - Аллен Дэнис - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Его сильные руки - Аллен Дэнис - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Аллен Дэнис

Его сильные руки

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 22

Бокаж в переводе с французского означает «роща, тенистое укрытие». Впервые оказавшись здесь, Энни решила, что поместье по праву носит такое название. Окруженный дубовыми посадками, особняк производил впечатление уединенного пристанища.
Энни и Люсьен подъехали к парадному подъезду в экипаже. Она была одета подобающим образом для первого знакомства с его родителями. Люсьен рано утром съездил в город, чтобы узнать о здоровье Реджи и привезти для нее одежду. На Энни было светлое платье из атласа со множеством оборок.
С ними была камеристка Энни, Сара. Казалось, он сделал все, чтобы соблюсти приличия и сохранить репутацию Энни. Именно ради этого они решили отправиться в Бокаж, а не в апартаменты Люсьена в отеле Святого Людовика. Хотя уже давно Энни перестала заботить ее репутация, ей было приятно, как Люсьен к этому относится. Реджи высоко оценил бы его заботу.
Несмотря на прекрасный, яркий день, заливистое пение птиц и спокойствие, разлитое в природе, Энни чувствовала, что от волнения у нее сжалось все внутри. Она впервые должна увидеться с родителями Люсьена, которые скорее всего были невысокого мнения об англичанах – впрочем, как и англичане об американцах. Они считали друг друга происшедшими от разных ветвей общечеловеческого генеалогического древа.
Прошлая ночь была восхитительна, но с наступлением утра проявилась жестокая реальность. Энни оказалась лицом к лицу с фактами, что Реджи серьезно болен и его жизни угрожает нешуточная опасность, что ей сейчас нельзя вернуться домой и неизвестно, увидит ли она дядю когда-нибудь, и что ей придется остаться в Бокаже до тех пор, пока станет безопасно вернуться на Притания-стрит. Все, что ни возьми, складывалось ужасно.
Однако то, что Люсьен признался ей в любви, немного скрашивало жизнь и помогало переносить трудности. Ее радовала мысль о том, что у них с Люсьеном общее будущее. Они провели много часов после того, как занимались любовью, обсуждая переезд в Канаду, его отношения с семьей и многое другое, о чем не могли говорить раньше. Она знала, что он озабочен прощанием с Бокажем, со своей семьей и особенно с отцом. Им предстояло сказать друг другу много неприятного и болезненного, обсудить все, что накопилось за много лет.
Экипаж остановился перед домом, Люсьен вышел первым и с ободряющей улыбкой протянул Энни руку. Она попыталась улыбнуться в ответ, но тут же застенчиво опустила глаза, пока Люсьен помогал выйти из экипажа Саре. Их неожиданный приезд внес суматоху в жизнь обитателей Бокажа, поскольку некоторые члены семьи тут же сгрудились у входа. Вероятно, они все вместе завтракали.
Из-за присутствия в экипаже Сары Люсьен всю дорогу говорил о, ничего не значащих пустяках. Сара была потрясена такой внезапной близостью своей госпожи и Денди Делакруа, но у Энни не было возможности ничего ей объяснить.
Энни подняла глаза и рассмотрела родственников Люсьена, выстроившихся в длинный ряд на галерее. Она могла представить, какое ошеломляющее впечатление произвело на них ее появление. Ведь на людях они с Люсьеном держались очень натянуто, не позволяя себе даже проявлений обычных дружеских отношений.
Люсьен почтительно взял ее под руку и повел к дому. Он держался в манере Денди Делакруа: ступал неторопливо и вальяжно, поигрывая тростью. Впереди застывшей от неожиданности группы его родственников – черноволосых, кареглазых, как и сам Люсьен, – стоял его отец, глава семейства.
Высокий, худой, с густой гривой седых волос, месье Делакруа казался точной, но сильно постаревшей копией Люсьена. Он был красив, но его портило надменное, недружелюбное выражение лица. Он проигнорировал приветливую улыбку Энни и пристально вгляделся в Люсьена.
– Отец, – приветствовал его Люсьен, касаясь шляпы.
– Bonjour, Люсьен. – На губах отца появилась презрительная усмешка. – Чему мы обязаны столь редким счастьем видеть тебя? Что привело тебя в Бокаж?
– Я хочу познакомить вас со своей невестой.
– Это так неожиданно, Люсьен! – воскликнула его мать.
– Да, это правда. – Выражение его лица смягчилось, когда он склонился, чтобы поцеловать мать в щеку. – Я тебя понимаю. Для меня самого было неожиданностью, когда я вдруг понял, что люблю мадемуазель Уэстон. – Он обернулся к Энни с очаровательной, безмятежной улыбкой: – Как это называют американцы? Головокружительный роман, да? – Он снова обратился к матери: – Мама, я надеюсь, вы окажете Энни настоящий радушный прием, которым славятся креольские дома.
– Она останется здесь? – Мать тревожно взглянула на Энни. – Пойми, дело не в том, что я не рада, напротив, но… Люсьен, ведь так не устраиваются помолвки!
– Да, но обстоятельства необычные. Дядя Энни, ее опекун, болен желтой лихорадкой.
Сестры Люсьена стали испуганно перешептываться. Его мать тоже была встревожена, но сочувственно взглянула на Энни. И та почувствовала тепло души этой креольской женщины. Люсьен, должно быть, унаследовал большое, горячее сердце именно от нее.
– Естественно, что Энни не может вернуться домой, пока ее дядя не поправится.
– Да, конечно. – Его мать взяла ее под руку. – Вам сейчас нелегко, дитя мое, я знаю. Я думаю, вы очень привязаны к своему дяде.
У Энни защекотало в носу, а на глаза навернулись слезы. Она всегда очень чувствительно относилась к проявлению сострадания в свой адрес.
– Да, мадам Делакруа, я очень люблю его.
– Бедная девочка, – сказала она.
– Кто ваш дядя, мисс Уэстон? – В их разговор вдруг вмешался резкий голос отца. – Где вы живете?
– Моего дядю зовут Реджинальд Уэстон. Мы живем в доме моей тети на Притания-стрит.
Старший Делакруа приподнял брови при упоминании о Притания-стрит, фешенебельной американской части города. На самом деле его брови стали медленно двигаться, как только она заговорила. У нее было откровенно британское произношение.
– Кэтрин Гриммс – моя тетя, – добавила Энни. Она уже поняла, что произвела на мать Люсьена благоприятное впечатление, и теперь пыталась сделать то же по отношению к отцу. Однако ее последнее замечание могло лишь осложнить ситуацию, поскольку всем в городе было известно, что Кэтрин относится к рабовладению без восторга.
Родные Люсьена смотрели на нее с недоверием и смущением. Его брат, Этьен, косился на нее явно неодобрительно. Энни догадалась, что однажды наступит день, когда юноша придет на смену отцу и займет место хозяина Бокажа. И ему будет на этом месте удобно и хорошо, чего никогда нельзя было ждать от Люсьена.
Немая сцена на пороге стала всем в тягость. Наконец Люсьен нарушил молчание:
– Боже мой, неужели мы собираемся простоять здесь до вечера? Может быть, вы предложите моей невесте прохладительные напитки с дороги, мама? – усмехнулся он, и его глаза лукаво блеснули из-под полуопущенных ресниц. – Возможно, мятный сироп или чашку крепкого английского чаю?
Это замечание вернуло его мать к действительности и побудило вспомнить о долге гостеприимства, столь присущем южанам. В течение следующего часа Энни был оказан максимально радушный прием. Мать и сестры Люсьена восхищались ее платьем, и даже Этьен высказал в ее адрес несколько галантных комплиментов. Затем ее отвели в комнату для гостей и оставили отдыхать до обеда.
Сара направилась на кухню, и Энни была предоставлена самой себе в прекрасно обставленной спальне. Она сильно скучала без Люсьена. В его отсутствие она очень беспокоилась о Реджи. Ей не хватало дяди, Кэтрин, поддержки своей семьи.
Она подошла к окну и выглянула наружу. Из окна открывался вид на подстриженный газон, густую зелень сада, подсобные постройки, окружавшие особняк. Несмотря на то что вокруг было очень красиво, она поняла, почему Люсьен чувствует себя в этом доме чужим. Он вырос здесь, но никогда не чувствовал себя в Бокаже как дома.
Ей тоже было неуютно. Она и Люсьен были похожи и в этом. Ни он, ни она не могли бы стать членами рабовладельческого клана. Наступит день, когда рабство отменят, но расизм, возможно, останется бичом человечества еще на долгие годы. А пока ей с Люсьеном следует найти себе другой дом. В Канаде. Впрочем, прежде необходимо проститься со старым.
* * *
Люсьен помедлил немного, не выпуская стеклянную ручку двери в библиотеку. Его встреча с отцом оказалась еще более неприятной, чем он предполагал. Но их разговор был необходим и неизбежен. Отец должен был узнать наконец, каких взглядов придерживается Люсьен.
Для Люсьена это было чем-то вроде очищения, искупления. Правда, он не надеялся найти с отцом общий язык и объяснить, в чем причина различия их взглядах. Однако ему удалось впервые в жизни быть с отцом до конца честным и настоять на своем, как и подобает взрослому, самостоятельному мужчине.
Люсьен вздохнул полной грудью и направился через холл. Взбежав по лестнице через две ступени, он оказался перед дверью временной спальни Энни. Он не стал стучать, а просто вошел внутрь и осторожно прикрыл за собой дверь.
Энни стояла у окна и любовалась окрестностями. Она не обернулась, когда он подошел. Он обнял ее за талию и прижал к себе. Она лишь откинулась назад и положила руки ему на плечи.
– Когда-нибудь мне пришлось бы это сделать, Энни. Я сказал отцу, что отказываюсь от наследства в пользу Этьена. Как ты думаешь, я пожалею об этом в будущем?
– А сейчас ты жалеешь?
– Нет. У меня с этим домом связано много приятных детских воспоминаний, но я ведь могу забрать их с собой.
– Ты… уладил все дела с отцом?
– Да. – Люсьен вдруг помрачнел. – Он не против того, чтобы я уехал, потому что окончательно убедился, что не сможет сделать из меня того человека, какого бы ему хотелось.
– Такого, как он сам?
– Да, – вздохнул Люсьен.
– Прости меня, Люсьен. – Она нежно обняла его. – Мне жаль, что тебе приходится оставлять свой дом вот так. Мне жаль, что вы с отцом совсем не близкие люди. Твоей матери будет больно отпускать тебя. Она очень тебя любит.
– От этого мне только тяжелее, – грустно улыбнулся Люсьен.
– Я всегда буду тебе поддержкой и опорой, – сказала она, приподнимаясь на цыпочки и целуя его в губы. – Теперь я твоя семья, Люсьен, – добавила она и покраснела, смущенно теребя пуговицу на его жилете. – И у нас будут дети.
Он приподнял ее лицо за подбородок и заглянул прямо в глаза.
– Только сначала нам предстоит долго практиковаться, cherie, – сказал он с улыбкой. С этим словами он поднял ее на руки и понес в постель.
* * *
– Бог мой, откуда такое зловоние?
Капризный, до боли знакомый голос вывел Кэтрин из состояния полусна. Она дремала, пристроившись на стуле возле кровати Реджи. Реджи пришел в себя и недовольно щурился на солнечный свет, узкая полоска которого пробивалась в щель между шторами. Кэтрин прожила три дня в состоянии неуверенности и страха и теперь не сомневалась, что Реджи выживет. Теперь, когда он очнулся, ей хотелось кричать и прыгать от радости.
– Либо от тебя, либо от меня, Реджи, – сказала она.
Он повернул голову в ее сторону и болезненно поморщился.
– Где мои очки?
Кэтрин осторожно взяла с туалетного столика его очки и нацепила ему на нос. Он с минуту молча смотрел на нее, после чего сказал:
– Ты ужасно выглядишь, Кэтрин.
– Я знаю! – рассмеялась она. – Вчера я причесалась, но у меня не было возможности следить за своей внешностью в последнее время. Я не отходила от твоей постели.
Реджи огляделся, словно не узнавал комнаты.
– Да, это моя спальня. Но где Джеймс? И что ты здесь делаешь? Я помню, что у меня ужасно болела голова… – Он опустил глаза, и Кэтрин готова была бы отдать все, что угодно, чтобы запечатлеть выражение его лица навеки. – Господи! – прохрипел он. – Где моя одежда?
Кэтрин прикусила губу, чтобы не рассмеяться, и прикрыла его простыней.
– Арман считает, что тебе было лучше лежать без одежды и одеяла. Ты мучился от жара.
– Кто, черт возьми, этот Арман? – Реджи с трудом поднял руку и стал теребить ус.
– Твой врач. А я – твоя сиделка. У тебя была желтая лихорадка. И не нужно стесняться своей наготы…
– Господи! – взмолился он.
– …потому что для меня ты просто пациент, – заметила она. – И я старалась содержать тебя в чистоте, насколько это возможно.
– Святые угодники!
– …но я уверена, что ты хочешь принять ванну. Я лично только об этом и мечтаю.
Кэтрин усмехнулась при виде перекошенного от ужаса лица Реджи.
– Не волнуйся. Я не собираюсь мыть тебя или принимать ванну с тобой. Хотя у тебя еще не так много сил, чтобы сделать это самостоятельно.
– Боже мой!
– Теперь, когда кризис миновал, я позову Джеймса, и он позаботится о тебе. Арман тоже скоро вернется и, я думаю, захочет тебя осмотреть. А я тем временем пошлю Энни письмо, потому что теперь она сможет приехать домой. Она будет рада узнать хорошие новости. Она очень беспокоилась о тебе.
– Где Энни? – с усилием вымолвил Реджи, не оставляя ус в покое.
– В Бокаже, – поправляя его подушку, радостно сообщила Кэтрин.
– Это плантация Делакруа, не так ли? – наморщил лоб Реджи.
– Именно. Уверена, что ты будешь рад узнать, что она выходит за него замуж.
– За кого, черт возьми?
– За Делакруа, конечно. Тебе он всегда нравился. Но перед свадьбой тебе предстоит узнать о нем кое-что, чего ты пока не знаешь.
– Перед свадьбой? Она уже назначена? Господи, Кэтрин, сколько же я проболел?
– Три дня и три ночи, – ответила она, перестав суетиться вокруг него и ласково убирая с его лба прилипшую прядь волос. – Господи, Реджи, я так рада, что ты выжил! – Она не могла скрыть искреннего восторга и улыбалась как умалишенная.
Реджи смотрел на растрепанную женщину с кругами под глазами и слезами радости на ресницах. Он никогда в жизни не видел женщины прекраснее и желаннее. Он лежал слабый, беззащитный и обнаженный, неспособный к любви, как евнух. Но он должен был что-то сказать ей, и именно теперь.
– Кэтрин, – вымолвил он, – я обязан тебе жизнью.
Она покачала головой, отвергая его долговое обязательство. «Как это на нее похоже», – подумал Реджи.
– Несмотря на то что ты для меня уже сделала, я хочу просить тебя об одной вещи.
– О какой? Ты хочешь пить? Или проголодался?
– Нет, моя дорогая. Я не голоден. Я влюблен в тебя.
– Реджи!
– С этим и связана моя просьба. Согласна ли ты, чтобы я стал твоим четвертым мужем?
– Ты снова бредишь!
– Напротив, я в здравом уме, как никогда!
– Реджи!
Казалось, он снова готов потерять сознание. Он мечтал о том, чтобы потерять сознание от любви, но не раньше чем примет ванну и приведет себя в подобающий вид. Он запретил себе тянуться руками к Кэтрин и строго взглянул на нее.
– Только сначала я приму ванну. Пожалуйста, пошли за Джеймсом.
Кэтрин бросилась вон из комнаты на поиски камердинера. Чем скорее Реджи примет ванну, тем скорее она сможет наконец поцеловать его родное лицо.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Его сильные руки - Аллен Дэнис



сюжет интересный, только роман немного наивный...опять мужчины рассуждают о смысле любви с главными героинями(как по мне, так типичная ошибка всех исторических, да и современных любовных романов!)...
Его сильные руки - Аллен ДэнисSolaria
11.12.2011, 19.19





Достаточно интересно .
Его сильные руки - Аллен ДэнисМари
1.06.2012, 22.08





Всем советую, не пожелеете.. Легко читается, интересный свет))
Его сильные руки - Аллен ДэнисМилена
15.12.2012, 20.00





Кто-нибудь объясните: "она упиралась спиной в его могучую грудь, а ягодицами... В КРЕПКИЕ КОЛЕНИ". При этом оба стоят на ногах!!! Это какое соотношение роста у героев должно быть!!!
Его сильные руки - Аллен ДэнисВика
15.12.2012, 21.35





ха-ха-ха,я тоже нв этом месте задумалась.9/10
Его сильные руки - Аллен ДэнисМарго
16.12.2012, 0.11








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100