Читать онлайн Утоление страсти, автора - Айзекс Мэхелия, Раздел - Глава 8 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Утоление страсти - Айзекс Мэхелия бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.41 (Голосов: 41)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Утоление страсти - Айзекс Мэхелия - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Утоление страсти - Айзекс Мэхелия - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Айзекс Мэхелия

Утоление страсти

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 8

Путь обратно в «Эбби-Грэйндж», похоже, занял гораздо больше времени, чем тот же путь до «Мэнора». Хотя оба дома отстояли друг от друга всего на несколько миль, дорога была узкая и извилистая, и Линда от нее очень устала. Если бы в течение пятнадцати минут, которые потребовались, чтобы достичь дома свекрови, Тони не болтал без умолку, напряжение между ней и Дей-видом стало бы невыносимым. Поэтому они оба слушали Тони, хотя Линда подозревала, что Дейвид так же, как и .она сама, вряд ли смог бы пересказать, о чем говорил мальчик.
К ее облегчению, у Бакстеров были гости. Вид чужой машины у подъезда вселил в Линду надежду, что можно будет побыть одной перед ужином. Это казалось ей сейчас совершенно необходимым.
Но небрежные слова Дейвида: «Пойдем, поприветствуем Грейс и Патрика!» — разрушили ее замысел.
Какая досада! Не поздороваться с семейством Мэрфи было нельзя, хотя Линда твердо знала, что Грейс так же мало хочет видеть ее, как она — Грейс. К тому же Дейвид крепко держал ее за локоть, и Линда снова была вынуждена уступить.
Хотя Линда вряд ли могла считать Патрика Мэрфи своим другом, все же она была разочарована, обнаружив в гостиной только его жену, сидевшую с матерью Дейвида за чаем. Тимоти тоже отсутствовал, так что у нее не было никакой поддержки.
— Ах, вот и вы! — нетерпеливо воскликнула Шарлотта. — А я уже начала беспокоиться — не случилось ли чего. Я ждала вас час назад, Дейвид. Вы что же, заехали выпить чаю в Лангмер?
— Нет, мама. — Как только Дейвид отпустил локоть Линды, она зябко обхватила себя руками. — Мы с Тони играли в снежки…
— И катались на санках! — радостно вставил малыш.
— Линда возобновила знакомство с домом, — невозмутимо продолжал его дядя. — С тех пор как она была там последний раз, многое переменилось.
Линда почувствовала, что краска заливает ей шею. На счастье, она не успела снять пальто и поскорее натянула воротник на подбородок. Лицо, наверное, тоже порозовело, но это могло быть и от тепла камина… Линда быстро взглянула на Грейс и поняла, что та отнюдь не введена в заблуждение.
— Как мило, — заметила Грейс с легким злорадством в голосе. — Впрочем, это иногда может оказаться сущим наказанием. Не представляю ничего более утомительного, чем осматривать дом, меблированный другой женщиной. Особенно, если не можешь высказать свое мнение…
Линда надеялась, что по ее лицу не будет видно, как сильно она поражена. Другой женщиной? — с неожиданной болью подумала она. — Что это за другая женщина? Если бы Дейвид женился, неужели бы Алан ей не сообщил? Больше всего раздражает, когда все вокруг понимают, в чем дело, а ты — нет. Конечно, Алан с самого начала чувствовал ее неприязнь — если не ненависть — к деверю, но Линда отказалась от мысли, что муж сознательно держал ее в неведении.
Впрочем, почему «с самого начала»? Как раз в самом начале Линда не чувствовала к Дей-виду ни малейшей антипатии. Наоборот, когда Алан познакомил их, она подумала, что его брат очень привлекательный мужчина. Ну и что? Любая бы так подумала! — защищалась она сама от себя. У него была такая романтическая профессия! И вдобавок он казался таким простым и веселым…
К тому времени она была знакома с Аланом всего пару недель, и их отношения едва ли можно было назвать близкими. Они впервые встретились на вечеринке, устроенной ее боссом, и после этого всего раза два виделись. Потом Алан пригласил ее поужинать с ним на квартире, которую делил с Дейвидом, и был, похоже, не очень удивлен, когда брат именно в тот вечер соизволил явиться домой. Действия Дейвида всегда были, мягко говоря, непредсказуемы, и он, конечно, не мог знать, что у Алана будут гости.
Во всяком случае, когда Дейвид вежливо предложил оставить их наедине, Алан об этом и слышать не захотел, и ужин был честно поделен на троих. По правде говоря, Линда осталась очень довольна таким поворотом событий. У них с Дейвидом нашлось много общего, не в последнюю очередь — чувство юмора. Вечер прошел весело и непринужденно.
Что скрывать, Дейвид ей так понравился, что в течение нескольких последующих дней она ощущала радостное предвкушение каждый раз, когда звонил телефон. Она внушала себе, что вовсе не ждет звонка от Дейвида, но факт остается фактом — Линда все же слегка надеялась, что он позвонит…
Конечно, он не позвонил! Не говоря уже о том, что он знал ее только как подружку Алана, Линда прекрасно понимала, что мужчины вроде него редко интересуются заурядными секретаршами. И, словно в подтверждение, Алан как-то вскользь рассказал ей, что имя брата в обществе связывают с именем одной известной фотомодели.
Линда вспомнила, что в ответ сказала тогда что-то довольно ехидное, и после этого Алан вообще избегал говорить о своем брате.
Да, так оно и было.
Вскоре Дейвид снова отбыл в какую-то заморскую командировку, а роман Линды с Аланом превратился в длительную связь. Месяца через три, когда Дейвид вернулся в Лондон, они с Аланом уже обсуждали совместную жизнь, а после переезда в роскошную квартиру, найденную Аланом, у нее уже не было времени думать о чем-нибудь еще. Или все же было?..
— Грейс имеет в виду, что она мне давала кое-какие советы, когда я выбирал ковры и шторы, — прервал ее воспоминания Дейвид, и Линда поняла, что он пытается сгладить резкость слов Грейс. — Что-то я не пойму, чего ты добиваешься. Ты же не хочешь, чтобы Линда подумала, будто я все эти месяцы держал в «Мэноре» какую-то женщину?
— Сомневаюсь, что Линду волнует твоя жизнь в «Мэноре», дорогой, — небрежно возразила Грейс. — Но не говори мне, что Мэй Кельвин не оказала влияния на выбор обоев. С ее волосами такого особенного рыжего цвета…
— Полагаю, это личное дело Дейвида — кого принимать в своем доме, — несколько раздраженно вставила его мать.
Хотя Линда ощутила благодарность к свекрови за это вмешательство, она не могла не удивиться — что понадобилось известной американской актрисе в их маленьком северном графстве? Еще один пример явной притягательности Дейвида для женщин, подумала она с внезапной горечью. Было бы глупо считать, что если он не женат, то живет в целомудрии.
— А мы видели лису! — вдруг заявил Тони, видимо решивший, что его слишком долго игнорируют. — Дядя Дейвид сказал, что их лучше всего наблюдать зимой. Лисья шкура очень красиво смотрится на снегу.
— А твой дядя не сказал тебе, что лисы — вредители? — поинтересовалась Грейс.
Тони в недоумении повернулся к матери, а Линда машинально взглянула на Дейвида.
— Что значит «вредители»? — спросил Тони, инстинктивно чувствуя, что это что-то нехорошее, и его дядя бросил на Грейс предупреждающий взгляд.
— Миссис Мэрфи имеет в виду, что они причиняют вред фермерам, — мягко объяснил он мальчику. — Они устраивают набеги на курятники и мешают курочкам откладывать яйца.
— Это еще пустяки, — упрямо продолжала Грейс. — Они убивают цыплят, Тони! И ягнят тоже, если мамы их не защищают. — Ее губы искривились, и она посмотрела Линде в глаза с явным злорадством. — Если ты хочешь быть сельским мальчиком, то должен знать, что не все красивое — полезно.
— А разве это не правда? — сдержанно спросил Дейвид, но реакция Тони оказалась совершенно неожиданной.
— Что она хочет сказать? — спросил он у матери, беспокойно ерзая на стуле. — Что фермеры убивают лис, так же, как те плохие люди застрелили папочку?
У Линды заныло в груди, она бросила на Дейвида уничтожающий взгляд.
— Кто… кто тебе это сказал?! Кто тебе сказал, что какие-то люди застрелили папочку? Говори, Тони! Я хочу знать! Почему ты раньше об этом не упоминал?
— Но это правда?
Теперь на глазах малыша блестели слезы, и Линде ужасно захотелось схватить его в объятия. Но она не могла смириться с мыслью, что кто-то в этом доме нарочно перепугал мальчика.
— Кто тебе сказал? — допытывалась она, чувствуя, как вокруг них повисает напряженная тишина. Но сейчас ей самым важным казалось услышать ответ.
— Мне надо в туалет! — шмыгая носом, заявил Тони.
Линда понимала, что поступает неразумно — и жестоко! — но страстно желала знать правду по собственным причинам. Господи, неужели Дейвид мог быть столь бесчувственным? Неужели он решил запугать ребенка, потому что она отказалась признать его притязания?!
— Скажи сначала, кто тебе рассказал!
— Мне надо в туалет! — более решительно воскликнул Тони. — Мне правда надо! Я хочу…
— Тони, я не думаю, что всем нам обязательно слышать, чего ты хочешь, — поспешно вмешалась его бабушка. — Ради Бога, Линда, отпусти ребенка. Мы ведь не хотим, чтобы он здесь оскандалился, не так ли?
— Но…
— Полагаю, моя мать права, — решительно заявил Дейвид и махнул мальчику рукой. — Беги, Тони. И не забудь потом вымыть руки.
Тони не надо было повторять дважды. Он стремглав бросился вон из комнаты, а у Линды возникло такое чувство, словно ее ударили. Когда она повернулась к Дейвиду, ее глаза сверкали от гнева.
— Да как ты смеешь?! — воскликнула она, с облегчением убеждаясь, что в ее голосе не отражается дрожь, охватившая все тело. — Если мне понадобится твой совет, я к тебе обращусь! И я сама буду решать, говорить Тони, как умер его отец, или нет!


Линда не вышла к ужину. Она попросила миссис Даркин передать свекрови, что у нее болит голова. Впрочем, это было истинной правдой, хотя причины головной боли были совсем не те, в которых она могла бы признаться.
Время — и запоздалые угрызения совести — изменили ее трактовку дневных событий. И хотя она до сих пор с отвращением вспоминала происшедшее между ней и Дейвидом в «Мэноре», нельзя было отрицать, что она слишком поспешно решила, будто именно он рассказал Тони о смерти отца. В конце концов, у нее не было никаких доказательств. Да и с какой целью Дейвид стал бы мучить ребенка? Пусть он ненавидит ее, но к Тони, кажется, относится безупречно…
Как бы то ни было, события этого бесконечного дня подействовали на Линду угнетающе. Поднявшись к себе, она почувствовала нестерпимую боль в висках и решила лечь пораньше, чтобы обрести забвение, которое может дать только сон. Но скоро ей пришлось убедиться в тщетности своих усилий. Она не смогла уснуть, не смогла даже расслабиться. Напрасно Линда твердила себе, что после Нового года уедет подальше от «Мэнора» и «Эбби-Грэйндж». Она прекрасно знала, что от себя не убежишь…
Безусловно, визит к Дейвиду был ее самой большой ошибкой. Как открывается старая рана, если ее разбередить, так и этот визит пробудил воспоминания, от которых вновь заболела душа. Оказывается, она не избавилась от этих воспоминаний! Она только запрятала их поглубже.
Пока Дейвид не трогал ее, Линда считала, что сможет уйти невредимой. Но ощущение прикосновений его рук вызвало совершенно непредвиденную реакцию. Она опять была беспомощна перед ним — как когда-то, пять лет назад…
Линда схватилась за горло, пытаясь утихомирить подступающую тошноту. Ей было жарко, ей было дурно, кожа покрылась липким холодным потом. Если бы они все еще жили в Колумбии, она подумала бы, что подхватила тропическую лихорадку.
Впрочем, ощущения, которые воскресил Дейвид, были не так уж не похожи на лихорадку. Он с самого начала так воздействовал на нее! Воспоминания нахлынули на Линду с новой силой, и она уже не могла им противостоять.


Оглядываясь назад, Линда понимала, что ни в коем случае нельзя было позволять Алану уговорить ее провести в «Эбби-Грэйндж» последние несколько недель перед свадьбой. Но тогда ему пришлось срочно вылетать в Йемен, и они решили, что будет очень разумно, если Линда за это время получше познакомится с его родителями. Алан уверял, что ему будет гораздо спокойнее, если его невеста не останется одна в Лондоне. И хотя она возражала, что несколько лет прекрасно жила одна, до того как они встретились, он все-таки уговорил ее приехать в «Эбби-Грэйндж».
Возникла типичная ситуация с «если бы…», уныло думала Линда. Если бы она не приняла это предложение всерьез; если бы не согласилась, что ей будет одиноко, пока он в отъезде; если бы уверила его, что найдет, чем занять себя и в Лондоне; если бы…
Конечно, ни она, ни Алан не знали, что Дейвид тоже будет в «Эбби-Грэйндж». Последняя открытка от него пришла из корейской деревушки с непроизносимым названием, и если бы он не был ранен случайным осколком, ее визит прошел бы без всяких осложнений. Еще одно «если бы»! А ведь тогда, приехав в «Эбби-Грэйндж», она была очень рада увидеть знакомое лицо.
Дело в том, что Линда с самого начала поняла: Шарлотта Бакстер считает ее недостаточно хорошей партией для своего старшего сына. Как-то они провели уик-энд в Шотландии, катаясь на лыжах, и заехали к родителям Алана на обратном пути в Лондон. После часа, проведенного в обществе миссис Бакстер, стало очевидно, что у нее на примете есть для сына кто-то еще. То, что Алан находил эту идею смешной, не улучшило тогда настроение Линды. Кроме того, она впервые заметила, что он не любит вступать в конфликты с кем бы то ни было и предпочитает прятать голову в песок.
Впрочем, на этот раз Линда чувствовала себя более уверенно: во-первых, она получила приглашение, а во-вторых, была официальной невестой Алана. Да и шесть недель — не так уж долго, утешала она себя. Может быть, она даже сумеет привыкнуть к дому.
Первое ощущение грядущих неприятностей пришло, когда в аэропорту Сандерленда ее встретил Дейвид. Но, хотя при виде его она ощутила смутную тревогу, он заговорил с ней так приветливо, что она расслабилась и даже обрадовалась — легче будет общаться с родителями Алана.
Еще несколько дней Линда радовалась его компании, даже чрезмерно: она совершенно не привыкла к сельской жизни, и пребывание в «Эбби-Грэйндж» обещало стать довольно унылым. Несмотря на раннее лето, погода была отвратительной. Если не шел дождь, то дул ледяной ветер с торфяников, и Линде приходилось большую часть времени ютиться у камина. Она не ездила верхом, не играла в гольф — следовательно, не могла разделить интересы будущих родственников. Кроме того, поскольку Тимоти работал в органах местного самоуправления, а Шарлотта активно занималась благотворительностью, они довольно редко бывали дома.
Оглядываясь назад, Линда вынуждена была признать, что недостаточно настойчиво старалась приспособиться к их жизни. Если бы, например, она стала брать уроки верховой езды или вступила в гольф-клуб, где играла миссис Бак-стер… Беда в том, что отец Алана вечно был слишком занят, а Шарлотта сама отбивала у Линды охоту участвовать в своих делах.
— Уверена, что тебе будет скучно до слез. — Так она ответила однажды утром на предложение Линды пойти с ней на какую-то лекцию. — А почему бы тебе не попросить Дейвида съездить с тобой в Сандерленд? Там можно купить все, что душе угодно!
Откровенное презрение бросалось в глаза, и Линда больше ее ни о чем не спросила. И почему Шарлотта решила, что меня интересуют только тряпки? — мрачно думала она. Алан должно быть, сошел с ума, когда предложил мне пожить здесь! Лучше всего было бы сразу собраться и уехать.
Но Линда вовсе не желала показаться запуганной, и ей страстно захотелось стереть ухмылку с лица миссис Бакстер. Поэтому она небрежно ответила:
— Что ж, я, возможно, так и сделаю. А кстати, где Дейвид? Утром я его не видела. Впрочем, может быть, он и не захочет везти меня? Он ведь в отпуске по ранению, не так ли?
— О, я уверена, что Дейвид с удовольствием выполнит твою просьбу, — неожиданно приветливо ответила миссис Бакстер. — Полагаю, он на конюшне. По крайней мере, ты можешь там посмотреть. Он часто помогает Джиму чистить стойла.
— Спасибо.
Как только элегантная фигура Шарлотты Бакстер в клетчатых брюках и кашемировом свитере выплыла из комнаты, Линда неохотно поднялась.
Несмотря на всю браваду, мысль обратиться за помощью к Дейвиду казалась ей достаточно нелепой. Но, в конце концов, она ведь невеста его брата! Почему бы ему не позаботиться о ней?
Как раз в этот момент Дейвид неожиданно сам появился в комнате.
— Уходишь? — спросил он, заметив на ней теплую куртку, и Линда почувствовала, что ее щеки порозовели.
— Вроде того, — согласилась она. — Видишь ли, я собиралась идти искать тебя. Твоя мать сказала, что ты на конюшне, и я… я подумала, может быть, тебе… — она отказалась от намерения просить его повезти ее куда-нибудь, — э… нужна компания.
Дейвид явно пришел в замешательство.
— Ты хочешь составить компанию мне? — недоверчиво спросил он. — Я думал, ты меня недолюбливаешь… Когда я встретил тебя в аэропорту, ты выглядела ужасно недовольной.
— Ну вот еще!
— Точно! — Дейвид насмешливо оглядел ее. — Разве Алан не предупредил тебя, что я остановился здесь?
Поскольку Линда ни на минуту не усомнилась, что Алан об этом не знал, она просто пропустила вопрос мимо ушей и пожала плечами.
— Похоже, это недоразумение, — сказала она. — Не знаю, с чего ты взял, что я тебя недолюбливаю. Ты брат Алана, мой будущий деверь… Надеюсь, мы станем друзьями.
Губы Дейвида скривились.
— Вот как? — несколько загадочно произнес он. — Что ж, хорошо! Я тоже так думаю. Почему бы нам не обмыть наше примирение за ланчем? На выезде из Лангмера есть маленький кабачок, где подают отличные бифштексы.
— Согласна.
Линда обнаружила, что идея позавтракать с ним нравится ей куда больше, чем перспектива поездки в Сандерленд. Что бы ни говорила Шарлотта Бакстер, ей вовсе не хотелось провести все время в беготне по магазинам. Гораздо интереснее познакомиться с местами, где Алан провел детство.
С Дейвидом было весело, как и в тот вечер, когда они впервые встретились. Он казался гораздо легкомысленнее своего брата и обожал посмеиваться над высшим светом, в который был вхож по роду своих занятий. Дейвид знал массу анекдотов о людях, с которыми Линда была едва знакома по газетам или телевизионным передачам. Было так приятно убедиться, что у знаменитостей тоже есть свои слабости и что даже у золотых тельцов бывают глиняные ноги!
Линда не могла припомнить, когда так много смеялась, и это продолжалось до тех пор, пока она не поймала взгляд Дейвида и не прочла в глубине его глаз ленивое тепло, неожиданно заставившее ее умолкнуть. Его взгляд был полон чувственности, в нем читалось влечение, и Линда с ужасом обнаружила, что влечение это взаимно… Без ее ведома он сумел влезть к ней в душу! Она почувствовала, что находится в опасности и может наделать глупостей.
— Что ты замолкла? — мягко спросил Дейвид, когда она в растерянности прикрыла рот рукой. — У тебя самый заразительный смех, который я когда-либо слышал!
Но зачарованность Линды быстро прошла. К ней вернулся здравый смысл вместе с сознанием, что первое, инстинктивное впечатление от Дейвида было правильным. Он очень опасен, и надо быть дурой, чтобы забыть об этом!
Алан — вот кого она любит, о ком скучает и кто заслуживает лучшей участи!
Каким-то образом Линда сумела провести остаток дня, не сделав больше ни одной ошибки, и это убедило ее, что нет никаких причин отказываться от следующего приглашения, если Дейвид его сделает.
В конце концов, успокоила она себя, никто не ждет от нее, что она несколько следующих недель будет скучать в одиночестве, и надо доказать самой себе, что можно подружиться с Дейвидом, не увлекаясь им. Пока она помнит, что его нельзя принимать всерьез, ей ничего не грозит. А обручальное кольцо на пальце она воспринимала как талисман против всех злых волшебников.
Линда вспомнила, что тогда ее удивила реакция Шарлотты Бакстер на их дружбу. Она ожидала от матери Алана некоторого неодобрения по поводу сближения Линды с ее младшим сыном. Но по каким-то неведомым причинам будущая свекровь отнеслась к этому с удовлетворением. Можно было подумать, что она сама — инициатор их союза!
Как бы то ни было, в последующие дни Дейвид уделял много времени Линде, знакомя ее с местными достопримечательностями, и даже возил на границу с Шотландией и на священный остров Линдисфарн, связанный с материком дамбой, которую заливало при высоком приливе.
Погода улучшилась, дни стояли теплые и солнечные. Трудно было поверить, что совсем недавно температура поднималась лишь на несколько градусов выше нуля. Линда начала надевать в поездки шорты и тенниски, и ее обычно бледная кожа покрылась легким загаром.
Конечно, она не думала, что это долго продлится. Каждое утро она просыпалась с мыслью, что сегодня Дейвид объявит ей о своем отъезде, но этот момент все не наступал. А когда Линда наконец собралась спросить у него о планах на будущее, он признался, что должен был вернуться в Лондон еще несколько дней назад. Но по причинам, о которых она предпочла не допытываться, сообщил своему работодателю, что его раны еще не зажили, и доктор рекомендовал ему отдохнуть еще несколько недель для полного восстановления здоровья.
Линда знала, что это неправда. Во всяком случае, в том, что касалось физического состояния. Она видела совершенно заживший шрам у него на ноге в самую первую неделю своего визита. Линда вышла тогда из своей комнаты с книжкой в руках, а он появился из спальни матери, неся тюбик, в котором она признала антисептическую мазь.
К счастью, Дейвид ее не заметил. Тот факт, что на нем были только боксерские трусы, смутил бы их обоих, и она быстро юркнула обратно к себе, успев, однако, заметить и следы осколков на смуглом теле, и возмутительные признаки его пола, явственно вырисовывающиеся под мягкой тканью трусов…
Недели за три до того, как Линда должна была возвращаться в Лондон, Дейвид спросил, не хочет ли она пойти на вечеринку; которую устраивали в доме Адамсов в честь двадцатипятилетия Грейс. Он сказал, что пригласили их обоих.
Линда была не в восторге. Она уже успела пообщаться с Грейс и убедиться, что эту девушку трудно воспринимать как друга. Перспектива прийти к ней домой и стать мишенью для единых замечаний — нет, это ее не привлекало. Она уже знала: Грейс считает ее соперницей — что было совершенно нелепо, — и появление в качестве спутницы Дейвида могло только усугубить ситуацию.
Но когда в минуту слабости она поведала свои сомнения Дейвиду, тот успокоил ее и заверил, что это лишь плоды больного воображения. Что бы ей ни говорили, но они с Грейс не более чем просто друзья. Да, они давно знают друг друга, но между ними никогда не было даже намека на роман, и если кому-то хочется думать иначе, то это его дело.
— Кроме того, — сухо добавил он, — если люди пожелают обсуждать наши взаимоотношения, то у них и без того есть для этого прекрасная возможность: последние пару недель возил тебя по всему графству. И уж конечно, если бы мы собирались сотворить какую-нибудь ужасную непристойность, то сделали бы это, не дожидаясь случая публично продемонстрировать свою вину!


Линде пришлось признать, что он прав. Ни одна женщина в здравом уме не придет на вечеринку с предполагаемым любовником. Будет выглядеть гораздо подозрительнее, если она откажется от приглашения. И, в конце концов, меньше чем через месяц она выйдет замуж…
Оставив всякую надежду уснуть, Линда поднялась и распахнула окно. Холодный воздух проник сквозь тонкую ткань ночной рубашки, но она почти ничего не почувствовала. Ее кожа горела как в лихорадке, и с этим ничего нельзя было поделать! Воспоминания, подавляемые последние пять лет, вырвались наружу и хлынули бурным потоком…


Накануне дня рождения Грейс Дейвид повез Линду посмотреть дом, который продавался в Мэноре. Дом пустовал — его прежние хозяева переехали в более теплые края, — но был полностью меблирован в стиле, должно быть популярном в конце прошлого столетия.
Дом несколько напыщенно именовался «Мэнор-холл». Это был самый большой дом в деревне, и он явно нуждался в реставрации и ремонте. Но возможности для обновления были, и Линда вполне могла понять человека, который захотел бы всем этим заняться. Вид из окон на открытые всем ветрам окрестности был просто великолепным.
— Что скажешь? — спросил Дейвид после того, как она осмотрела гостиную, столовую и кухню.
Окна, разумеется, были грязными, везде лежал толстый слой пыли, но сырости Линда не заметила.
— Мне кажется, сюда придется вложить хорошие деньги, — сказала она, постукивая пальцами по выщербленной белой раковине. — Но дом мне нравится. Комнаты светлые и просторные. Есть место для пристройки. И хотя я в этом не очень разбираюсь, но он выглядит вполне… солидно.
— Вполне! — Дейвид огляделся вокруг с гордым видом собственника. — Я уже просил одного знакомого подрядчика осмотреть его на предмет трещин и протечек. Он сказал, что дом надо просушить и, конечно, провести центральное отопление. А в основном здесь все в порядке. Линда взглянула на него с недоверием.
— Неужели ты и вправду собираешься купить его?
— Во всяком случае, я об этом подумываю. В нашем округе такие дома не часто поступают в продажу. А я просто мечтаю иметь собственный дом.
— Но у тебя есть квартира! — рискнула возразить она.
— В Лондоне? Ну конечно! — Он пожал плечами. — Но квартира — это не совсем то. Ведь Лондон — человеческий улей, а я по натуре — волк-одиночка. Здесь мне никто не будет мешать жить так, как я хочу. Видишь ли, мне редко приходилось жить одному. Наверное, и профессию журналиста я выбрал потому, что в случае чего всегда можно удрать…
Линда пожала плечами и отвернулась. Конечно, она никогда и не думала, что Дейвид может жениться и завести детей. Он всегда выглядел таким независимым, таким вольнолюбивым! Представить себе его в роли мужа и отца было просто невозможно. И все-таки… Что-то в его неожиданной откровенности не понравилось Линде.
Боясь ляпнуть что-нибудь не то, она решила вообще воздержаться от ответа и вышла в холл. Цветные окна на лестничной площадке дали ей повод переменить тему. Указав на них рукой, она отпустила какую-то банальную реплику относительно ярких витражей, и Дейвид предложил ей взглянуть поближе.
Это было не совсем то, к чему она стремилась, но все же лучше, чем обсуждать его планы на будущее. А после того как она восхитилась рамами в форме веера, было вполне естественно подняться наверх.
Там было пять спален и кладовка, которую, как сказал Дейвид, он переделает в ванную, если решится купить дом. Основная ванная находилась внизу и, похоже, была оборудована еще при строительстве дома. Посередине гордо возвышался огромный унитаз.
— Уверен, что прежние владельцы называли его троном, — пробормотал Дейвид, когда они туда заглянули и Линда не смогла удержаться от смеха.
— Да, это было, очевидно, волнующее нововведение, — подхватила она. — Держу пари, что при постройке дома все очень удивлялись. В те дни люди мылись в лоханях перед камином и пользовались маленькими сарайчиками в глубине двора.
— И ты тоже? — ехидно спросил Дейвид, и Линда шутливо погрозила ему кулаком.
— Я не настолько стара, — парировала она, а затем, иронически-надменно вскинув голову, добавила: — Я говорила не о личном опыте. Некоторые узнают об этом в школе!
— В школе?! — воскликнул Дейвид в шутливом восхищении. — Леди получила образование! Как же я об этом раньше не подумал!
— Может быть, потому, что ты не получил? — нахально осведомилась Линда и тут же, немного напуганная дерзким поблескиванием его глаз, захлопнула дверь в ванную.
Теперь она стояла на площадке второго этажа и судорожно пыталась придумать какое-нибудь невинное замечание.
— А здесь что?
— Полагаю, это комната для шитья.
Дейвид подошел сзади и протянул руку, чтобы открыть дверь пошире. Линда почувствовала его теплое дыхание у себя на шее, там, где просторный воротник ее мужской рубашки соскользнул на одно плечо.
Жар его тела, казалось, объял ее, в ноздри ударил отчетливый мужской запах, в котором смешались ароматы сосны и сандалового дерева. Как ни странно, она никогда еще не чувствовала такого волнения от близости мужчины; и ей импульсивно захотелось отдаться на его милость, упасть в его объятия…
Разумеется, Линда этого не сделала. Осознав, что с ней происходит, она заставила себя внимательно всмотреться в залитую солнцем комнату. Сквозняк от резко открывшейся двери поднял с пола тучу пыли, но образы, стоявшие перед глазами Линды, остались незамутненными.
Смуглое лицо Дейвида усмехалось ей из каждого угла маленькой комнаты — это насмешливое лицо, чьи ленивые глаза и чувственный рот пробуждали в ней грешные мысли. Линда невольно вспомнила, как выглядел Дейвид в то утро несколько недель назад, когда она увидела его выходящим из спальни матери. Даже его рука, открывающая дверь, словно приглашала ее ощутить на своем теле эти длинные, тонкие пальцы…
Дыхание Линды участилось, и она сильно вздрогнула, когда Дейвид сказал у нее над ухом:
— Знаешь, у прошлого были свои преимущества. Мне очень нравится, например, идея мыться перед камином. Раньше, наверное, тут была комната горничной. Как думаешь, что бы она сделала, если бы в этот момент в комнату
Линда сглотнула, пытаясь вернуть утерянное самообладание.
— Я… я думаю, — заикаясь произнесла она, — что ее госпожа этого бы не одобрила.
— Ну, она бы могла и не узнать, — засмеялся Дейвид, натягивая сползшую рубашку обратно ей на плечо. — Ведь больше всего волнует то, чего нельзя. Запретный плод сладок!
Линда облизнула губы.
— В самом деле?
— Во всяком случае, так думала Ева, — мягко сказал он, и Линда поняла, что больше не выдержит этой игры в кошки-мышки.
— А вспомни, что случилось с ней! — воскликнула она, поворачиваясь к нему лицом. — И бедный Адам должен был разделить ее ужасную судьбу!
— Может быть, он и не возражал? — задумчиво пробормотал Дейвид.
Он даже не подумал отступить, и Линда сообразила, что допустила серьезную ошибку, позволив себе оказаться с ним лицом к лицу. И теперь ей больше всего хотелось поскорее уйти отсюда.
— Какое это имеет значение! — бросила она, стараясь не смотреть ему в глаза, а затем демонстративно взглянула на часы. — Послушай, а не пора ли нам идти? Уже почти половина первого. Мы опоздаем на ланч.
Дейвид посерьезнел.
— Ты хочешь есть? — спросил он, пытливо оглядывая ее. — Я не очень хороший хозяин, да?
Что она могла ответить?
Понимая, что ей грозит опасность еще больше осложнить ситуацию, Линда заставила себя взглянуть ему прямо в лицо.
— Поскольку это пока не твой дом, понятие «хозяин» здесь вряд ли применимо, — сухо сказала она, апеллируя к здравому смыслу. — Но… спасибо, что показал мне его. Если… Если ты решишь его купить, надеюсь, будешь в нем счастлив.
— Ты надеешься? — Дейвид неожиданно властно взял ее за руки. — Действительно надеешься? И тебе безразлично, что я буду здесь жить совсем один?
У Линды перехватило дыхание.
— Я… я… почему же? — промямлила она, пытаясь изобразить на лице вежливую улыбку. — Э… я уверена, что, если ты вдруг решишь жениться, мы с Аланом…
— Алан здесь ни при чем! — Дейвид внезапно дотронулся до ее шеи в вырезе рубашки. Его голос смягчился: — Тебе когда-нибудь говорили, что у тебя чудесная кожа?
Во рту у Линды пересохло. Она твердо знала, что надо немедленно оттолкнуть его! Но прежнее грешное чувство снова охватило ее, и она не смогла двинуться с места.
А потом он ее поцеловал.
Этого Линда не ожидала — по крайней мере, так она сказала себе, когда его губы чувственно прижались к ее рту. Она не была к этому готова, поэтому ее губы беспомощно разжались, позволив его языку проникнуть внутрь ее рта. Ему не пришлось ни уговаривать ее, ни принуждать, ни использовать свой несомненно богатый опыт. Все произошло как будто помимо их воли.
Правда, в самое первое мгновение Линда инстинктивно пыталась не дать ему возможности насладиться ее беспомощностью. Но скоро нежные руки Дейвида сломили ее сопротивление. Его пальцы ласкали шею Линды, вызывая немыслимо сексуальные ощущения; тепло, идущее от его рук, наполняло ее чувством близости горячей мужской плоти.
О Господи…
Собравшись с силами, Линда попыталась оттолкнуть его, но руки отказывались повиноваться. Ее пальцы как будто по собственной воле вдруг вцепились в плечи Дейвида, и Линде не захотелось больше ничего видеть, слышать и знать. Она чувствовала все его тело, чувствовала скрытую силу, с которой он удерживал ее. Каждой клеточкой своего существа жаждала прижаться к нему, и намерение противостоять этому безумию куда-то исчезло.
А потом, когда уже казалось, что все потеряно, Дейвид внезапно пришел в себя. Прежде чем Линда сумела осознать, что сдается на милость победителя, он сдавленно выругался и отодвинулся от нее. Она покачнулась, пытаясь обрести равновесие, и он поддержал ее, схватившись другой рукой за дверь.
— Мне очень жаль, — хрипло сказал он, когда оба наконец овладели собой. — Только этого еще не хватало! Черт… я прямо не знаю, что сказать. Я чувствую себя полным идиотом и пойму, если ты не захочешь простить меня.
Линда попыталась избавиться от ощущения, будто ее ударили ногой в живот.
— Давай забудем это, — пробормотала она, понимая, что так будет лучше всего. — Полагаю, что мы… оба… немножко увлеклись.
Стараясь не смотреть на Дейвида, Линда поспешила как можно дальше отойти от него. Ноги ее не слушались, дыхание никак не желало успокаиваться, а стук сердца слышался в ушах и отдавался в голове. Надо было срочно переключить на что-то внимание.
Под круглым старомодным окном стоял ветхий диванчик, и Линда, опершись на него коленом, притворилась, будто любуется видом. Но в голове у нее пульсировала неуместная радость, а губы до сих пор ощущали вкус его губ.
— Ты уверена, что все в порядке?
О Боже, он стоял совсем близко от нее!
Пока она пыталась хоть немножко прийти в себя, Дейвид, оказывается, проследовал за ней через комнату, и теперь его рука легла ей на плечо, вынуждая обернуться. Но разве можно было глядеть на него и при этом контролировать свои чувства? Разве можно было позволить ему смотреть в ее глаза, если она боялась, что он в них все прочтет? Разве можно было не потерять голову, если кровь бурлила у нее в жилах?!
— Все отлично, — поспешно сказала Линда, надеясь, что он поймет намек и оставит ее в покое.
Несколько минут наедине с собой — вот что ей нужно, и тогда все будет в порядке. Повернув кольцо Алана, она изо всех сил вдавила граненый сапфир себе в палец. Но этой боли, видимо, было недостаточно.
— Линда…
Великий Боже, даже ее имя в его устах звучало нежно и чувственно! Что же будет, если он этими губами коснется ее?! Линде показалось, что Дейвид отступил на шаг, и она, думая, что находится в безопасности, взглянула на него. Но тут же убедилась, что о безопасности даже речи быть не может.
Он стоял и смотрел на нее сверху вниз, и у нее неожиданно подкосились ноги. С легким вскриком Линда опустилась на диван, и Дейвид, очевидно восприняв это как приглашение, сразу оказался рядом с ней.
Но даже в тот момент она все еще думала, что зря вообразила Бог весть что. В конце концов, Дейвид всего лишь поцеловал ее и отпустил, хотя он уселся рядом, но не трогал ее, его поза была скорее безразличной, чем угрожающей.
Линда наклонила голову, нечаянно открыв его взору уязвимый изгиб шеи. Ее волосы красивого бронзового цвета соскользнули набок, закрыв лицо. И первый намек на намерения Дейвида она получила, только когда его указательный палец проложил извилистый путь в этой шелковистой массе до самого воротника рубашки.
— Ох, Линда, — прошептал он низким сокрушенным голосом. — Ты хоть понимаешь, что со мной делаешь?!
— Я?! — воскликнула она, оборачиваясь и глядя на него широко раскрытыми негодующими глазами. — Нет, не понимаю! Ведь это ты…
Но перед неприкрытым выражением чувственного голода на его лице Линда осеклась. И когда Дейвид обхватил ее рукой за шею и привлек к себе, она не посмела сопротивляться.
— Безумие! — хрипло выдохнул он, но это не помешало ему властно поцеловать ее, не помешало его рукам скользнуть по ее спине и прочно утвердиться на нежном изгибе талии. — Летнее безумие, — добавил он и снова прижался к ее губам, пытаясь раздвинуть их языком. — Открой мне губы, Линда! Хоть здесь пусти меня внутрь!
У Линды закружилась голова. Ее губы раскрылись почти против воли, и его язык жадно проник в рот. В этом властном проникновении было что-то настолько восхитительное, что всякие мысли о сопротивлении тут же были смыты волной чистой чувственности. Еще никто и никогда — и, уж конечно, не Алан! — не вызывал в ней такого приступа желания. Только ноги ее беспомощно вздрогнули, когда Дейвид опрокинул ее на выцветшие подушки.
— До чего же ты вкусная, — простонал он, наваливаясь на нее, и Линда всем телом ощутила его возбуждение. — Я был готов поклясться, что справлюсь с этим… Но, Боже мой, ты меня сводишь с ума!
Осознание того, что Дейвид, видимо, собирается заняться с ней любовью, должно было привести Линду в чувство, но ничуть не бывало. Она совсем не испугалась, как будто то, что могло случиться, было так же неизбежно, как ночь после дня! Она понимала, что это вот-вот произойдет, но не могла да и не хотела его остановить.
Дейвид расстегнул воротник ее рубашки и поцеловал одну за другой нежные ямки над ключицами. Под его торопливыми пальцами пуговицы отстегивались одна за другой, кружевной лифчик, который больше демонстрировал, чем скрывал, Дейвид расстегнул просто с завидной легкостью.
Маленькие груди Линды словно сами устремились в его жаждущие ладони, и она задрожала, когда он опустил глаза, чтобы рассмотреть свою добычу. Линде казалось, что она тает под его жарким взглядом.
— Можно? — хрипло спросил Дейвид и, не дожидаясь ответа, наклонил голову и схватил зубами розовый сосок.
Линда конвульсивно дернулась от смешанного чувства боли и наслаждения и вцепилась ему в волосы, словно собираясь снять с него скальп. Она не представляла, что делает ему больно, пока Дейвид не куснул ее посильнее.
— Ах ты, зверюшка! — выдохнул он, отодвигаясь, но Линдой уже успело овладеть собственное желание, и она, снова вцепившись ему в волосы, притянула его рот к своему.
Теперь Дейвид всем телом лежал на ней, придавливая к потертым подушкам; грубая ткань его рубашки царапала ее нежные груди. И все же ей не было по-настоящему больно! В ее ощущениях было нечто необыкновенно приятное, и пока Дейвид жадно целовал ее губы, она гибким движением сама подставила его рукам набухшие соски.
Рассматривая свое поведение сквозь призму лет, Линда вынуждена была признать, что сама накликала беду. Первый — и последний — раз в жизни она вела себя подобным образом! Она всегда держала чувства под контролем. Но с Дей-видом у нее просто отказали тормоза. Очевидно, Линда чувствовала, что он ее не оттолкнет, как бы она себя ни вела…
Впрочем, тогда она не задумывалась о том, как ужасно, должно быть, выглядит в его глазах. Это теперь Линда не могла поверить, что действительно сама залезла под него — в расстегнутой рубашке, с задранным лифчиком… Во всей этой сцене было что-то недопустимо гнусное! Но тогда она ощущала лишь безграничное блаженство.
И Дейвиду, без сомнения, все это очень нравилось. От слов, которые он шептал ей, покрывая поцелуями ее трепещущие губы, захватывало дыхание. Раньше никто не говорил ей ничего подобного, никто не давал ей почувствовать, будто ее тело — это храм, а он смиренный проситель!
Линде уже казалось недостаточным, что она полураздета. Ей хотелось чувствовать все его мускулистое тело. Слабо постанывая, она попыталась стащить с него рубашку, но петли были слишком малы, и у нее ничего не получилось. Дейвид, потеряв терпение, отпрянул.
Не поняв его намерений, Линда потянулась вслед и обвила голыми руками его шею.
— Не уходи! — выдохнула она и прижалась губами к его плечу.
— И не собираюсь, — нетерпеливо буркнул он, сбросив рубашку, и, к ее удовольствию, снова опрокинул ее на диван, накрыв своим телом.
Линда почувствовала, что его восставшая плоть давит ей между ног и, не удержавшись, потрогала ее. Но когда она схватилась пальцами за «молнию», Дейвид снова отпрянул.
— Ради Бога, не надо! — хрипло сказал он и, увидев ее обиженное лицо, простонал: — Я всего лишь человек, Линда! Что ты со мной делаешь?!
Линда затрепетала.
— Я думала…
— Я знаю, что ты думала, — перебил он, скользя пальцами вдоль ее тела от подбородка до пупка. — Ты думала, что мне это понравится, да? — И, не дожидаясь ее ответа, добавил с непонятным сожалением: — Мне нравится. Больше, гораздо больше, чем тебе!
Линда усомнилась, возможно ли такое. После того как он расстегнул пуговицу у нее на талии и прижался лицом к животу, она беспомощно раздвинула ноги. И тогда Дейвид, как будто угадав ее мысли, продел большие пальцы в петли ее джинсов и быстро стащил их с бедер.
Остались еще кружевные трусики, но Дейвид, похоже, не торопился снимать их. Наоборот, ему, видимо, доставляло удовольствие наблюдать ее беспокойные подергивания, а когда он ласково провел рукой ей между ног, она едва не закричала. Там бешено пульсировала кровь, и она чувствовала, что все ее тело, до последней клеточки, готово принять его.
Одним пальцем Дейвид отвернул кружево трусиков и погладил влажные завитки. Среди них он обнаружил пульсирующий бугорок, жаждущий прикосновения, и, не встречая сопротивления, забрался поглубже.
— Так хорошо? — хрипло спросил он, и Линда выгнулась всем телом.
Ей не нужно было отвечать — он все понял без слов. Почти сразу Линда полностью утратила контроль над собой. Наслаждение нахлынуло на нее горячей волной, и ради него она была готова на все.
— Пожалуйста… Дейвид… — взмолилась она, вряд ли понимая, о чем говорит, и он удовлетворенно хмыкнул, чувствуя, что она начинает изливать свою сладость.
Пока Линда утопала в блаженстве, он снял с себя остатки одежды. И теперь она чувствовала его восставшую плоть у влажного входа в ее женское естество и безумно сожалела, что своим преждевременным оргазмом испортила обоим всю игру.
Заметив ее растерянное лицо, Дейвид приподнялся на локте и взглянул на нее сверху вниз.
— Что-нибудь не так, дорогая?
— Видишь ли, я уже… то есть…
— Знаю. — На его губах появилась лукавая улыбка. — Ну и что?
— Ну, я не… я никогда…
— Не кончала больше одного раза. Линда почувствовала, что у нее вспыхнуло лицо.
— Ну… да.
— Так будешь! — Он нежно прижался к ней. — Обещаю.
И он не обманул ее ожиданий. А когда Дейвид рухнул, обессиленный, она смогла лишь закрыть глаза л отдаться нахлынувшему на нее умиротворенному изнеможению…
Нежная игра уступила место страстному обладанию. И тогда время исчезло. А когда Дейвид обхватил ее руками и чуть не раздавил в последнем натиске, она застонала от восторга, ощущая завершающие судорожные движения его тела…


Линда вздрогнула. Зачем вспоминать это? Ей вовсе не хотелось сейчас думать о Дейвиде. Все эти пять лет она старалась забыть подробности их грязной измены!
Впрочем, в то время она не казалась ей такой уж грязной… В глубине души Линда всегда знала, что для нее это было нечто большее, чем просто хороший секс!
С того момента, когда Дейвид овладел ею, она понимала, что ей больше не придется испытать ничего подобного. Ей не хотелось сравнивать его с Аланом, но было совершенно ясно, что она и Дейвид подходили друг другу, как две половинки целого. Когда он медлил перед тем, как снова войти в нее, она чувствовала, что сейчас умрет от мучительного желания. А когда он склонял голову, чтобы поцеловать ее, она обхватывала его — ногами за талию и руками за шею.
Линда вспомнила, как он отстранялся во время ласки, чтобы поглядеть на нее со снисходительностью мастера. Откинув голову с влажным от пота лбом, он проявлял терпение, которого она в нем не ожидала. Он наблюдал за ней, полузакрыв глаза, и она целиком отдавалась его восхитительным прикосновениям.
Но Линда тоже касалась его! Касалась, и ласкала, и гладила ладонями жесткие завитки у него на груди. Она даже вспомнила, как сокращались его мышцы под прикосновениями ее рук…


Лежа без сна, Линда вспоминала, что тогда она как раз сразу заснула. А проснувшись, обнаружила, что лежит одна в маленькой комнате для шитья.
Сначала она не поняла, где находится, и тупо уставилась в серый потолок, пытаясь осознать, что же произошло. Но вскоре легкий сквознячок, остудивший обнаженное тело, привел ее в чувство, и она все вспомнила.
Линда вскочила с дивана, бегло оглядев свое измученное, ноющее тело. Солнце за окном уже начало садиться, и на лужайку легли тени, которых раньше не было. Она поспешно оделась — как будто, спрятав свою наготу, она могла спрятать щемящее чувство вины, охватившее ее!
Она как раз кончила застегивать рубашку, когда на пороге появился Дейвид.
Линда уставилась на него, пытаясь уловить на его лице отражение стыда, гнева, замешательства. Или, может быть, смеси всех этих чувств? Но лицо Дейвида было странно спокойным, и она с горечью подумала, что он-то вряд ли испытывает чувство вины.
— Привет, — сказал он, укрепляя ее в этом мнении. — Я уж начал беспокоиться — в порядке ли ты?
Линда ответила не задумываясь:
— Конечно! А почему нет? — И поспешно добавила, словно боясь услышать ответ на этот вопрос: — Уже поздно.
— Четвертый час, — спокойно сказал Дейвид и прислонился плечом к дверному косяку. — Ты хочешь есть? Думаю, что мы могли бы перекусить в Лангмере.
— Я ничего не хочу! — выпалила Линда. — Я хочу только домой! Ну, то есть в дом твоих родителей… — поправилась она. — Не знаю, что они подумают насчет нашего долгого отсутствия.
Дейвид слегка скривился.
— А это имеет значение?
— Имеет ли это значение?! — Линда была уязвлена до глубины души. Нахлынувшее на нее чувство вины стало непереносимым. Необходимо было срочно переложить хоть часть этой вины на кого-то другого! — Для меня — имеет, — резко сказала она. — Я должна буду объяснить свое отсутствие. Я не вольная птица, как ты!
Дейвид выпрямился, и ей пришлось оторвать взгляд от его сильных мышц, бугрившихся под рубашкой. Линда понимала, что он недоволен, но ничего не могла поделать. В конце концов, для него это только маленькое приключение. Он сам сказал, что не собирается ни с кем связывать свою жизнь!
— Значит ли это, что ты не собираешься рассказывать Алану о происшедшем? — напряженно осведомился Дейвид, и Линда нашла в себе силы встретить его взгляд.
— Рассказывать Алану?! — воскликнула она. — Господи, да ты шутишь! Зачем же я буду рассказывать своему жениху, что его брат соблазнил женщину, на которой он собирается жениться?!
Дейвид остолбенело уставился на нее.
— Ты с ума сошла!
— Я?! — Линда ухитрилась произнести это так, словно предположение Дейвида позабавило ее. — Скорее ты сошел с ума, если думаешь, что я собираюсь разрушить свою жизнь из-за кого-то вроде тебя!
— Что значит «вроде меня»? — изумленно переспросил он.
Но Линда уже не могла остановиться. Необходимо было срочно доказать себе: то, что произошло между ними, лишь временное помутнение рассудка. Дейвид недостоин ее любви!
— Алан с самого начала предупреждал меня, какой ты самовлюбленный позер! Как ты любишь свободу! Рассказывал, что у тебя была куча женщин…
Все это было не вполне правдой, но главное — сейчас Линда сама верила себе. Ей уже казалось, что она ненавидит Дейвида! Вот только почему он молчит? Дейвид действительно не прерывал потока слов, извергающегося из ее рта. Может быть, если бы он начал возражать и оправдываться, доказывать, что она для него — нечто большее, чем мимолетное приключение… Не исключено, что тогда вся жизнь Линды сложилась бы иначе. Но он молчал, предоставляя ей возможность выговориться, окончательно превратить собственную вину в обвинение. Наконец Линда замолчала и отвернулась от него.
— Пойдем?
Его вопрос прозвучал почти буднично, и она на мгновение прикрыла глаза.
— Разумеется. Скажем твоим родителям, что заехали в Лангмер на ленч, кажется, именно этого ты хотел?


Нечего и говорить, что Линда не пошла на день рождения Грейс. Утром того дня она осталась в постели, жалуясь на жестокую головную боль. И хотя она сомневалась, что Дейвид поверит ей, самочувствие у нее было действительно скверное.
В последующие дни она мало видела Дейвида. А когда его мать сказала, что он уехал в Лондон по делам, у Линды не осталось никаких сомнений, что он избегает ее. А почему бы и нет! — подумала она. Случившееся должно было быть ему так же противно, как и ей. Не мог же Дейвид не чувствовать себя хоть в какой-то степени виноватым! Ведь он предал родного брата! Это кое-что значило — даже для него.
Если родители Дейвида и заметили внезапное охлаждение между ними после того, как он вернулся из Лондона, то ничего не сказали. Для этого они были слишком хорошо воспитаны, решила Линда. В конце концов, они, наверное, не придавали их отношениям особого значения.
Сама она вернулась в Лондон через три недели после рокового визита в «Мэнор», и уже тогда у нее возникло подозрение, что не все в порядке. Месячные должны были наступить дней десять назад, и хотя она убеждала себя, что задержка вызвана волнением перед свадьбой, это представлялось маловероятным.
Но хлопоты по приготовлению к брачной церемонии и сборы в свадебное путешествие отвлекли Линду от тревожных размышлений. Она вздохнула с облегчением, когда выяснилось, что Дейвид, вероятно, не приедет на свадьбу. У него разболелась раненая нога, холодно сообщила ей его мать. Последнее время он перетруждал ее и теперь за это поплатился.
Разумеется, Линда ей не поверила. Но Алан, к счастью, поверил, и свадьба прошла без сучка, без задоринки. Было так приятно снова видеть Алана, наслаждаться его нетребовательным вниманием! Вот этого человека я действительно люблю! — сказала себе Линда. А приключение с Дейвидом — просто летнее безумие, как он и говорил.
Но теперь, глядя на те давние события с высоты прожитых лет, Линда понимала, что не все так просто. Да, она любила Алана, в этом не было сомнений. Но после того, что случилось в «Мэноре», она уже не могла просто отбросить свои чувства к Дейвиду.
Правда заключалась в том, что с того первого вечера в квартире Алана, когда ей показалось — как выяснилось, ошибочно, — что Дейвид увлечен ею, она стала, пожалуй, слишком охотно верить самому плохому о нем. А после происшествия в комнате для шитья и вовсе перестала относиться к нему сколько-нибудь объективно. Все истории, которые Линда слышала о Дейвиде, она немедленно истолковывала в невыгодном для него свете. Даже очевидная популярность Дейвида казалась ей поводом презирать его…
Линда никогда не признавалась себе, что может быть ревнивой, что ее желание раздувать ошибки Дейвида объясняется корыстными мотивами. Она с радостью подхватывала любое критическое замечание Алана о брате, не сознавая, что оно могло быть вызвано всего лишь подспудным соперничеством…
Линда вздохнула. Сегодня она поспешила обвинить Дейвида в том, что он рассказал Тони об убийстве его отца. И это было еще одним доказательством ее необъективности. Ей с самого начала был нужен козел отпущения — и Дейвид им стал. Ей просто необходимо было убедить себя, что Дейвид — настоящее чудовище! Иначе вся ее жизнь теряла смысл…




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Утоление страсти - Айзекс Мэхелия

Разделы:
Глава 1Глава 2Глава 3Глава 4Глава 5Глава 6Глава 7Глава 8Глава 9Глава 10

Ваши комментарии
к роману Утоление страсти - Айзекс Мэхелия



очень люблю этот романчик могу перечитывать несколько раз 10/10
Утоление страсти - Айзекс Мэхелияatevs17
20.01.2012, 11.29





Очень понравился!10/10однозначно...
Утоление страсти - Айзекс МэхелияЕлена
20.01.2012, 16.35





скука смертная, да и главная героиня явно не в ладах с головой.
Утоление страсти - Айзекс Мэхелиялора
20.01.2012, 22.19





согласна с Лорой. Читать не советую - времени жаль.
Утоление страсти - Айзекс МэхелияЧитательница
27.01.2012, 14.09





главный герой назвал главную героиню романа --дурой--согласна ....может от того ,что она выросла в детском доме и ей некому было объяснить , или просто ей неуково было спросить совета.....мне её жаль ...а так история необычная ...мне было очень интер. ---скучновато но с изюминькой
Утоление страсти - Айзекс Мэхелияастра
9.05.2012, 15.17





Сначала было скучновато, но развязка интересная.
Утоление страсти - Айзекс МэхелияNatali
26.07.2012, 12.25





Лора права - дура, она дура и есть. Сама придумала проблему, сама мучилась, сама расхлебывала. Полное самообслуживание! Общайтесь, люди, говорите! Иногда можно ведь и не успеть сказать - некому уже...
Утоление страсти - Айзекс МэхелияKotyana
21.08.2012, 17.03





Крупнейший роман
Утоление страсти - Айзекс Мэхелиязлой критик
6.11.2014, 6.36





Мне тоже понравился роман.вот так мы и теряем свою судьбу,не замечая главного,того кто действительно нас любит.10
Утоление страсти - Айзекс МэхелияТаТьяна
6.11.2014, 11.55





Героиня мучается от надуманных проблем, герой терпеливо ждет, роман скучноват: 5/10.
Утоление страсти - Айзекс Мэхелияязвочка
6.11.2014, 12.40





Так себе.
Утоление страсти - Айзекс МэхелияКэт
23.03.2015, 9.01








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100